Напряжение в машине такое же удушающее и дезориентирующее, как и мой гнев. Я рад молчанию Айвори, но с каждой минутой секреты, которые она держит при себе, выводят меня из себя все сильнее.

Когда я проезжаю поворот на Тримей, она поворачивается на сиденье и указывает в ту сторону.

– Мой дом… – Ее взгляд устремляется на меня. – Вы не собираетесь отвозить меня домой?

Остановившись на светофоре, я поворачиваюсь к ней.

– Кто-нибудь заметит, если ты не вернешься домой сегодня? Твоя мать? Брат?

Раньше я думал, что у нее темные глаза, но сейчас они цвета ночных кошмаров.

Даже в свете фар проезжающих мимо машин они притягивают меня и пронизывают страхом до самых костей.

Она опускает взгляд на свои колени и качает головой, отвечая дрожащим и очень тихим голосом:

– Что вы собираетесь со мной делать?

Айвори представляет себе самое худшее. Я понимаю это по ее прерывистому дыханию, что приводит меня в бешенство. Но я не могу ее винить. Она видела, как я теряю контроль с Прескоттом, и точно так же, как я чувствую ее страх, она ощущает мою вибрирующую потребность в расплате.

Я беру ее за руку, лежащую у нее на коленях.

– Слушай очень внимательно, Айвори. – Сжимаю ее дрожащие пальцы. – Я бы никогда не ударил тебя в гневе. Когда соберусь выпороть тебя, тебе это понравится так же сильно, как и не понравится. Скажи, что ты понимаешь.

У Айвори перехватывает дыхание, и, всхлипнув, она отвечает:

– Вы не ударите меня в гневе. – Она дотрагивается до моих разбитых костяшек. – Как вы меня нашли?

– Себастьян Рот с удовольствием рассказал о любимом парковочном месте своего друга. – Меня захлестывает волна злости, и я не в силах ее остановить. – Ты трахаешься с ним и Прескоттом? Со сколькими еще?

Она пытается высвободить руку, но я крепко ее держу. Ее пальцы безвольно расслабляются, в то время как мои дрожат от переизбытка адреналина.

Наверное, это к лучшему, что она не отвечает, пока я за рулем. Если взорвусь, то уже ничто меня не остановит, и я столкну чертову машину с моста.

Ласалль-стрит, пятнадцать кварталов, два поворота и ворота повышенной безопасности – и вот я оказываюсь на подъездной дорожке у своего дома, собираясь совершить самую большую ошибку в жизни.

Ближайший газовый фонарь освещает салон машины, но мы припарковались позади дома, в тени массивных дубов, и скрыты от улицы.

Когда я поворачиваюсь на сиденье лицом к ней, Айвори не смотрит с завистью на мой огромный дом. Она не рассматривает с открытым ртом ландшафт стоимостью в миллион долларов. Она смотрит на меня. Как будто я единственный, кто существует в этом мире. Как будто я важнее всего богатства, окружающего ее.

Я беспомощно тону в ее взгляде, теряясь в тенях трагедии, страха и недостатка внимания. Но в этих темных глубинах я вижу проблеск света. Когда она наклоняется ближе, стремясь ко мне, мое сердце трепещет от осознания. Этот крошечный огонек в ее глазах не что иное, как доверие.

Вот тогда-то я и слышу то, о чем она говорила мне раньше.

Ритм нашего дыхания. Биение наших сердец. Потрескивание в воздухе.

Во мне пульсирует изысканный ритм, пробуждая ощущения, которых я никогда не испытывал, сочиняя мелодию, которую я никогда не слышал.

Наши завораживающие мрачные ноты.

Это гораздо больше, чем наказание или запретное удовольствие. Она никогда не будет моей ошибкой.

– Мы… – она наклоняет голову и всматривается в мое лицо, – проведем так весь вечер? Я не против, но незнание того, что будет дальше, заставляет меня… немного нервничать.

Я провожу пальцем по ее щеке и нижней губе.

– Скажи, что ты мне доверяешь.

Она покусывает уголок рта.

– Вы дали мне все основания этого не делать.

Я опускаю руку, но она ловит ее и поднимает обратно к своему лицу.

– Вы также показали мне достаточно причин, чтобы вам доверять. – Она крепко прижимает наши руки к своей щеке. – Спасибо, что нашли меня. – Скользит пальцами по моим разбитым костяшкам, в ее глазах блестят слезы. – Что защищаете меня.

Господи, эта девушка… Она моя музыка, мое место в этой жизни, моя роль во всем этом.

Наклонившись, я прикасаюсь к ее губам своими.

– Ты последуешь за мной внутрь… – Запускаю руку в ее густые волосы. – Расскажешь мне все, что я хочу знать… – Усиливаю хватку и запрокидываю ее голову назад. – А затем я проверю, насколько ты мне доверяешь. Скажи «да».

В ее глазах вспыхивают уязвимость и отчаяние. Затем она моргает, выдыхает и расслабляется в моих руках.

– Да. Мистер Марсо.