Наверное, лучшее время в жизни Жиля – это те 20 дней между Гран-при Монако и Гран-при Испании. Три божественных недели с 31 мая по 21 июня 1981 года. Он – принц Монако и король Испании. На его счету – две первых и легендарных победы на Turbo Ferrari в истории «Формулы–1». Две исторические победы, которые Жиль одерживает совершенно невероятным образом, потому что никто не рассчитывает на победу турбодвигателя на улицах Монте-Карло и на трассе «Харама». Никто, кроме инженера Форгьери, который вспоминает: «Когда Колин Чепмен и Кен Тиррелл увидели, что я стал использовать турбодвигатель, они сказали мне: “Ты никогда не выиграешь на городской трассе, например, в Монте-Карло… Мы настолько в этом уверены, что если ты победишь, то с нас два – нет! – три ужина в лучших европейских ресторанах!” – “Ладно”, – говорю я. В Монако мы побеждаем, и они тут как тут: “О, Мауро…”»

Ferrari не побеждает 20 месяцев, ровно 601 день. Ее последним успехом была победа Жиля на «Уоткинс-Глене» в финальной гонке славного сезона–1979. «Эти месяцы я воспринял как личную трагедию, – рассказывает Жиль итальянским журналистам после гонки. – Но за все время я ни разу не усомнился в Ferrari. Хотя в голове у меня творился полный бардак, я был уверен, что рано или поздно снова начну побеждать. Правда, никогда бы не подумал, что сделаю это здесь, в Монте-Карло, на сложной трассе, не подходящей нашей машине. Я сомневался, что вообще доберусь до финиша. Однако мне повезло: сход Пике и Джонса облегчили мне работу. Хотя, признаюсь, на этой трассе Ferrari вела себя отлично. Я действительно не думал, что выиграю. На первых кругах я был чуть медленнее Пике. Больше всего меня беспокоили тормоза: они оказались очень жесткими. Создавалось ощущение, что боковые мини-юбки вот-вот отвалятся… Вообще в автоспорте гонки выигрываются на последнем круге. А что касается проблем, знали бы вы, сколько у меня их было за всю карьеру…»

Жиль держался молодцом, и ему повезло, потому что многие соперники – Пике, Джонс, Ройтеман, Патрезе – постепенно выбыли из борьбы. А еще его Ferrari оказалась надежной и быстрой, как никогда раньше. «Рёв: Ferrari», – гласит заголовок передовицы на девять столбцов в Gazzetta dello Sport. «В воскресенье вся Италия стояла на ушах, – резюмирует главный редактор газеты Кандидо Каннаво. – Когда стало понятно, что у красного болида есть шансы на победу, в томный воскресный полдень вся Италия разом встала на уши. Дело не только в спортивном аспекте – это момент, который необходимо запомнить. После почти двухлетнего ожидания Ferrari взревела в сердце каждого». Для оккупировавших Монте-Карло тиффози Ferrari всегда была красной национальной сборной. Отсутствие побед после сезона–1979 стало для них тяжелым ударом. Никто и в самом страшном сне не мог представить, что в следующий раз Ferrari выиграет чемпионат мира только в 2000 году с Михаэлем Шумахером. Тем не менее после победы в Монте-Карло люди снова предаются мечтам и начинают засыпать Жиля вопросами. «Не знаю, могу ли я вести борьбу за титул, – отвечает Жиль. – У меня всего 12 очков в турнирной таблице; это не очень много. У Ройтемана целых 34. Хотя, если машина будет и дальше вести себя, как в Монако, это может положить начало целой серии побед».

31 мая Жиль на Ferrari 126 CK пишет новую главу в истории «Формулы–1». Притом на трассе в Монте-Карло, наименее подходящей для турбодвигателя. Из шести побед Жиля за всю его молниеносную карьеру в «Ф–1» эта – одна из наименее зрелищных, зато исторически значимых и неповторимых. У нее особенный привкус, как у трюфельной стружки поверх полной тарелки тальолини со сливочным маслом. Аромат успеха чувствуется уже в квалификации, когда Жиль показывает второе время, отстав всего на 0,078 секунды от Brabham Нельсона Пике, тогда как его напарник Пирони попадает в одну аварию за другой и занимает только 17-е место на стартовой решетке. В гонке он финиширует четвертым, в шаге от подиума, и этот подвиг, если бы не победа Вильнёва, возвели бы в разряд исключительных. И неважно, что до клетчатого флага добрались всего 7 машин из 20 стартовавших.

Гонка начинается почти на час позже из-за пожара на кухне отеля Loews. Вода, которой тушили пожар, заливает трассу под туннелем, и дирекция гонки откладывает старт до тех пор, пока не принимается решение стартовать, вывесив желтые флаги на самом влажном участке трассы во избежание обгонов. В гонке лидируют Пике и Джонс, Жиль следует за ними на приличном расстоянии. На 53-м круге бразилец решает обогнать Эдди Чивера и Патрика Тамбе и допускает серьезный просчет. Увидев, что Чивер пытается обойти Тамбе в повороте «Табак», Пике пытается этим воспользоваться и обойти его по внешней траектории, но ошибается на торможении, теряет контроль над своим Brabham и заканчивает гонку, врезавшись в рельс безопасности. Лидерство захватывает Джонс, но у него возникают проблемы с подачей топлива, причем такие, что за семь кругов до клетчатого флага ему приходится останавливаться в боксах для дозаправки.

Подобно акуле, учуявшей кровь, Жиль гонится за Джонсом, показывая один быстрый круг за другим, и догоняет его. С каждым поворотом его Ferrari становится все труднее контролировать. Жиль то и дело задевает ограждение. Он использует мощность своего двигателя в туннеле и до поворота «Табак», заставляя свою Ferrari танцевать по нестандартным и отчаянным траекториям между «Мирабо» и «Лёвс». За четыре круга до финиша перед ним появляется задняя часть Williams Джонса; у него все еще какие-то проблемы. На выходе из «Антони Ногес», последнего поворота перед прямой «старт – финиш», Жиль попадает в слипстрим за машиной Джонса. Он обходит его практически на финише, вызвав взрыв аплодисментов людей на балконах и многочисленных фанатов Ferrari, примостившихся на горе. Даже яхты, пришвартованные в порту, приветствуют его гудками на протяжении нескольких последних кругов, пока Жиль успевает оторваться от Джонса почти на 40 секунд.

«Спасибо. Спасибо всем членам семьи Ferrari и всем многочисленным друзьям по автоспорту, – пишет Энцо Феррари. – Я не рассчитывал на победу в Монте-Карло, несмотря на то что, тесты продемонстрировали способность нового турбодвигателя 126 справиться и с неподходящей городской трассой. Мы проиграли Гран-при Сан-Марино на “Имоле”, хотя должны были выиграть. Таковы законы спорта. Выбор турбодвигателя сегодня – техническая необходимость, обязывающая нас смотреть в будущее».

Победа в Монако кардинально меняет жизнь Жиля.

В те дни на страницах Corriere della Sera появился знаковый заголовок: «Вильнёв вытеснил Лауду из сердца Ferrari». В Монте-Карло происходят невиданные ранее сцены. Тиффози, кажется, сходят с ума. Жаль, что князь Ренье не может поделиться своими воспоминаниями об этом дне, отсутствует он и на фотографиях: в этот раз награждать победителя будет не он; князь в Америке, на выпускном вечере сына Альбера. Но Жилю хватает и итальянских болельщиков. «“Формуле–1” нужны герои, которые демонстрируют ее истинную суть – скорость и стремление побеждать, – пишет Нестор Морозини в Corriere della Sera. – Истинная суть “Формулы–1” находится в руках ее главного героя, которого уже успели списать после четырех сезонов (он одержал всего четыре победы – и те за пределами Европы, так что досюда долетали лишь отголоски), кульминацией которых стали разочаровывающий сезон–1980 и появление нового партнера по команде – Пирони, агрессивного и совершенно не желающего мириться с ролью второго пилота…»

Положение дел меняется. Жиль уже давно покорил Ferrari, и теперь начинает покорять сердца болельщиков – решительно и безоговорочно. «Ходили слухи, что я покидаю Маранелло, – рассказывает Жиль в интервью. – Говорили, что я должен уйти. Но Коммендаторе Феррари – человек опытный. Он никогда не осуждал меня за ту аварию в Японии в 1977-м, не зациклился на одной неудаче и не перестал меня ценить. За годы, проведенные с ним, я многое усвоил. Он научил меня трезво смотреть на вещи, не быть таким импульсивным. Например, в воскресенье я без борьбы пропустил Пике: он был намного быстрее меня. Трасса очень узкая, обогнать на ней практически невозможно. Я мог вынудить его остаться позади. Но так было бы нечестно и неправильно».

Жиль рассказывает о том, как меняется он сам. Или, по крайней мере, как пытается меняться ради главной цели – титула чемпиона. Ради него Вильнёв готов на все. Он также делится своим моральным состоянием: «У меня на душе спокойно. Объяснить? Меня не мучают проблемы бытия. Я доволен жизнью в Монте-Карло. Это тихое и чистое место. Это самый американский город Средиземноморья. Иногда я езжу по делам к себе в Канаду. У меня там паб (“Брассерия Жиля Вильнёва”) и два гаража по ремонту и продаже подержанных автомобилей. Возможно, однажды, когда я уйду из автоспорта, то вернусь туда насовсем. Но мой сын уже здесь освоился. Может, лет в 18–20 ему не захочется отказываться от красивых женщин и дискотек Монте-Карло…»

Три недели в статусе князя Монако не делают Вильнёва фаворитом в Испании.

Трасса «Харама» не очень-то подходит для болида Ferrari. «В Монте-Карло особенная трасса, здесь Ferrari всегда были впереди, – рассказывает Мауро Форгьери. – Но “Харама” для нас сложна многочисленными затяжными поворотами, где педаль газа приходится удерживать наполовину нажатой. По большому счету, мадридская трасса не должна благоприятствовать турбодвигателям, и поэтому, откровенно говоря, мы не можем считать себя фаворитами Гран-при Испании. Тем не менее, если кто-нибудь из гонщиков войдет в пятерку или шестерку, шанс есть. Проверено: порой в “Формуле–1” победы приходят, когда их меньше всего ждешь».

В этот раз желающих побиться об заклад с Форгьери нет. Его приятели-англичане не доверяют темной лошадке Ferrari. После неожиданной победы в Монако в Маранелло не сидят сложа руки. «Мы сосредоточились на аэродинамике, – продолжает Форгьери. – Особенно внимательно отнеслись к вариаторам дифферента, регулирующим дорожный просвет машины. Мы по-прежнему отстаем от англичан – особенно от Brabham, – потому что начали работу позже. К тому же мы провели множество тестов в Дижоне и столкнулись с рядом проблем, которые нужно было решить. Потому что одно дело – настроить машину на максимальную скорость 240 км/ч, которую можно поддерживать на небольших отрезках трассы в Монте-Карло, и совсем другое – Дижон, где максимальная скорость часто достигает 300 км/ч. Эти же цифры можно ожидать на Гран-при Франции 5 июля».

На «Хараме» Вильнёв стартует с четвертого ряда, Пирони – аж с седьмого. Не лучшее воскресенье для Ferrari. Поул достается Жаку Лаффиту на Ligier; он опередил пару Williams Алана Джонса и Карлоса Ройтемана, McLaren Джона Уотсона, Renault Алена Проста и Alfa Romeo Бруно Джакомелли. После квалификации Жиль обращает внимание на один нюанс: «Здесь нужна физическая подготовка. Не такая, как в Монте-Карло, но тоже серьезная, потому что здесь очень жарко. Тот, кто меньше устанет, вероятно, сделает меньше ошибок. И в Гран-при Испании есть человеческий фактор», – говорит он. Жиль никогда не уделял много времени физподготовке. Максимум – пробежка три раза в неделю. Теперь, прислушавшись к советам французских врачей, он пьет много жидкости, чтобы не допустить обезвоживания. «Ты два часа сидишь закутанный, как на Северном полюсе, пока на улице плюс 30, а в кокпите и того жарче», – продолжает он. Но больше всего в этом Гран-при его беспокоит технический аспект – чрезмерный износ шин: «У кого из стартующих с первых рядов деградация шин окажется наименьшей, тот сможет победить. Проблема в том, что наши покрышки, возможно, не по своей вине, изнашиваются быстрее, чем у остальных, и нам приходится творить чудеса, чтобы оставаться на трассе. Мы можем набрать очки, только если кто-то перед нами завершит гонку досрочно».

«Я буду рад, если оба болида доберутся до финиша», – говорит утром перед гонкой Мауро Форгьери. Однако положительная динамика дает о себе знать уже во время разминки[39]. В Ferrari угадывают с настройками. Правда, стартовать с седьмого места на такой трассе, как «Харама», – все равно что в Италии мечтать о поездке без пробок в выходные.

Гонка начинается в 15:30, Жиль снова творит чудеса. В отличие от Лаффита, который из-за проблем со сцеплением стартует медленно, Вильнёв срывается с места, как ракета. Он обгоняет Лаффита, Уотсона, Джакомелли и Проста. По итогам первого круга Жиль уже третий, на втором он, пользуясь слипстримом Ройтемана, обгоняет его на главной прямой и перемещается на вторую позицию. Перед ним – Williams Алана Джонса, который кажется недосягаемым. Жиль отстает от него примерно на 10 секунд. Однако в не самом сложном повороте австралиец ошибается, блокирует тормоза, и его разворачивает. Williams оказывается на грунте, а потом в гравии. Джонс задевает ограждение. Жиль выходит в лидеры, а австралийцу требуется около 30 секунд, чтобы вернуться на трассу, но он вынужден совершить незапланированный пит-стоп, чтобы сменить шины, из-за чего теряет круг.

До финиша остается 66 кругов. Жиль понимает, что его резина не продержится до конца гонки, если он продолжит ехать в том же темпе, что и до ошибки Джонса. Он знает, что его 126 CK очень силен на торможении, в том числе благодаря тормозным дискам последнего поколения, предоставленным Brembo, которая в Испании проводит 100-ю гонку в сотрудничестве с Ferrari. А еще Жиль знает, что на самый мощный двигатель можно положиться. Поэтому он решает сменить стратегию: до предела выкладывается на торможениях и выжимает максимум из турбодвигателя на прямой, а на наиболее пилотажных участках трассы пытается сохранить резину.

На 14-м круге Вильнёв опережает Ройтемана более чем на секунду; от них немного отстает небольшой паровозик в составе Уотсона, Лаффита, Пике и де Анджелиса. Аргентинец, который тоже борется за титул, висит на хвосте у 126 CK Жиля, но обойти не может. У него нет шансов на торможении, еще меньше – на прямых, где его Ford-Cosworth попросту не выдерживает борьбы. 20 кругов спустя Жиль все еще впереди Ройтемана и Лаффита, переместившегося на третью позицию. У Ligier, показавшей лучшее время в квалификации, хороший турбодвигатель, но он не дотягивает до турбодвигателя Ferrari.

На 62-м круге Лаффит обгоняет Ройтемана. Болельщики Ferrari опасаются, что Ligier может атаковать Вильнёва, что приведет к повышенной деградации резины. Но Жилю сопутствует удача, на последних 15 кругах он не допускает ни единой ошибки. Вильнёв решает еще немного сбавить темп: ему не хочется, чтобы гонка превратилась в дуэль с Ligier. Лучше держать всех атакующих вместе. После 80 кругов Вильнёв пересекает финишную черту, опередив Лаффита на 0,22 секунды и на 0,58 – Уотсона; Ройтеман финиширует четвертым (1:01), пятым (1:24) – де Анджелис. Победа разума, а не инстинкта. Он действовал не по велению сердца, а по выверенной стратегии. И все же это успех, а успех упоителен. На подиуме Жиля с похвалой и наградой ожидает сам король Хуан Карлос.

«Проще было держать ситуацию под контролем, чем пытаться ее изменить, – говорит Жиль после гонки. – Несомненно, Лаффит оказался более крепким орешком, чем Ройтеман. Я чувствовал, как он наступает мне на пятки. Так я еще ни с кем не сражался. В высшей точке подъема я слышал, как он ускоряется, даже когда я еще не поставил ногу на педаль газа. К счастью, прямая была уже близко. Я знал, что там он не сможет меня обогнать. Лаффит прав, когда говорит: допусти я ошибку, он бы выиграл. Я сделал три, может быть, четыре – но небольшие – ошибки. Жак поистине великодушный соперник. На подиуме он мне сказал: “Можешь представить, что я сейчас чувствую. Но за тебя я правда рад”».

Жиль ощущает себя гигантом. Он не догадывается, что это его последняя победа в «Формуле–1». На данный момент не он лидирует в чемпионате и даже не может претендовать на итоговую победу. Зато он завоевал весь мир: американский еженедельник Time посвящает Вильнёву обложку номера 35, как в 1965 году – Джиму Кларку; в Европе журнал выйдет 31 августа. 31 августа Жиль за рулем Ferrari 126 CK под номером 27 занимает всю обложку под заголовком Grand Prix.