Спустя всего десять лет после того, как Бланки завершил свой трактат, немецкий философ Фридрих Ницше пришел к аналогичному представлению о повторяющейся истории, но не в пространстве, а во времени. Концепцию бесконечного повторения событий Ницше назвал «вечным возвращением».

В отличие от представлений о сходных, но не идентичных циклах, характерных для многих древних культур, в частности для индусов, майя и греков, Ницше сосредоточился на концепции точного повторения во времени. Отбросив идею распада, популярную в то время благодаря законам термодинамики, показавшим, что беспорядок имеет тенденцию к увеличению, Ницше сосредоточился на микроскопических свойствах веществ, из которых состоят люди и окружающая среда. Он принял материалистическую точку зрения, согласно которой даже наши мысли и представление о свободе воли в значительной степени определяются физическими причинами. Так он пришел к выводу, что по прошествии достаточного количества времени механизмы, порождающие определенные мысли, чувства и события, неизбежно будут повторяться снова и снова. Копии его самого и всех остальных будут в точности копировать свои жизни, словно актеры, даже не подозревая, что уже бесчисленное количество раз исполняли одну и ту же случайно написанную пьесу.

Ницше называл свое открытие вечного возвращения внезапным откровением, но, возможно, он уже встречался с идеями цикличности в книгах и, вероятно, даже знал о размышлениях Бланки. Как и французский утопист, Ницше вел жизнь, полную страданий. Он был болен, ему не везло в любви. Мысль, что случайная рекомбинация атомов может привести к повторению всего этого кошмара через многие тысячи, миллионы или миллиарды лет, поначалу казалась ему совершенно невыносимой.

Ницше в 1882 году в трактате «Веселая наука» писал:

Что, если бы днем или ночью подкрался за тобою в твое уединеннейшее одиночество некий демон и сказал бы тебе: «Эту жизнь, как ты ее теперь живешь и жил, должен будешь ты прожить еще раз и еще бесчисленное количество раз; и ничего в ней не будет нового, но каждая боль и каждое удовольствие, каждая мысль и каждый вздох…» … насколько хорошо должен был бы ты относиться к самому себе и к жизни, чтобы не жаждать больше ничего, кроме этого последнего вечного удостоверения и скрепления печатью?[20]

Затем, размышляя о вечном возвращении, он начал упиваться мыслью, что выступает первооткрывателем (по крайней мере предположительно) и главным сторонником этого представления. Это означало, что и в будущих воплощениях он будет таким же пророком. Следовательно, его место в истории, размышлял он, закреплено навсегда. Чувство собственного величия оказалось сильнее меланхолии.

В последние годы жизни Ницше страдал от психических расстройств, вызванных, вероятно, тяжелым физиологическим состоянием. Он отказался от всех должностей, прекратил публиковать свои произведения и стал много времени проводить в одиночестве, бродя по лесам и горным тропинкам. Но его здоровье продолжало ухудшаться. После нескольких инсультов он скончался в 1900 году.

Однако и после смерти голос Ницше не умолк. Посмертно были опубликованы его труды, свидетельствующие, что он продолжал развивать концепцию вечного возвращения даже в годы изоляции. Он хотел, чтобы его наследие основывалось на прочных научных аргументах, а не просто предположениях. В поздних работах он обращался для подкрепления своих доводов к принципу сохранения энергии, который заимствовал из ньютоновской классической механики, чтобы обосновать понятие повторяемости.