После свадьбы мы приехали жить в квартиру свекрови. Там было как в музее. Муж, когда пришел из армии, купил новую кухню, а все остальное переезжало с квартиры на квартиру еще с 1950-х годов. Немало места занимала одежда – стояли три зеркальных шифоньера с разными старыми вещами. В одном из шкафов висели шубы, сшитые в конце 1940-х годов в наркомовском ателье. Мужские шубы из ратина с волчьим мехом внутри. Женская – из шелкового бархата на лисьем меху. Сохранились три шляпки: маленькая черная соломенная в виде чашечки, из желтой соломки с черной шелковой лентой вроде канотье и пуховая шляпка-таблетка без полей. Вуалетка с «мушками» хранилась отдельно, в пакетике из тонкой папиросной бумаги. В таких же пакетиках хранились кружева и перчатки. Бальные перчатки так слежались, что не налезали на руку, другие – вышитые, лайковые – я носила лет пять, пока их у меня не стащили в институте.
В другом шкафу хранилось белье и висели платья из натурального шелка. Мне запомнилось синее с плиссированной юбкой. Свекровь, Маргарита Васильевна, носила с этим платьем мягкие красные кожаные туфли на малюсенькой шпилечке. Еще из обуви были черные замшевые лодочки на довольно толстом каблучке и с ремешками, очень удобные, их еще поносила моя мама. Туфли были разные, даже из парусины, в отдельной коробке лежали резиновые боты с дырочкой для каблука в подошве.
Белье тоже было разнообразнейшее: самодельные невесомые батистовые рубашки и панталончики с прошвами и кружевами, связанными из обычных ниток. Синие трикотажные трусы и купальники. Толстые страшные майки (их ужасно любила тетя мужа). Лифы и корсет на китовом усе из шелкового дамаста. Обычные лифчики из трикотажа и батиста и другие – явно сшитые на заказ, с вышивкой и очень хитрого кроя, я насчитала двадцать четыре подкройных детали, когда распорола один из них.
В полотняных мешочках с саше хранились невесомые шелковые чулки телесного цвета. Были и обычные, хлопковые, в мелкий рубчик, и фильдеперсовые – из хлопка и шелка.
В одном из шкафов хранилась роскошная коллекция из ста двадцати галстуков. Традиционные габардиновые костюмы, костюм с френчем из льна, мужская вышиванка из натурального шелка. Фрачные рубашки. Воротнички в отдельном пакетике. Офицерские хромовые сапоги. Отрезы ткани на парадный мундир и на женские платья. Что было со всем этим богатством делать? Предложить вещи киностудии в то время в голову не приходило, да, наверное, и невозможно было. Сейчас, может быть, чем-то бы заинтересовался историк моды Александр Васильев. А тогда… Что-то использовали: перешили, переделали, а большую часть сдали во вторсырье. Трудно было держать целый музей одежды в обычной малогабаритной квартире.