Во-первых, из меня получился ужасный детектив. Почему никто в фильмах не задавался вопросом, что чуваки в шляпах и солнцезащитных очках в здании вызывают уйму подозрений? Именно поэтому сотрудники отеля смотрели на меня как на идиотку, когда я, прижавшись к стене в полном обмундировании, приближалась к кабинету Арии. Пришлось вернуться в номер, сбросить дурацкую шляпу и очки и спуститься на ресепшен.

Проще выманить Арию, чем преследовать ее.

Не успела я остановиться около стойки, как мой взгляд зацепился за безумно красивую женщину. Она сидела на диване, закинув ногу на ногу, и лениво пила кофе. У нее были густые, доходящие до плеч светлые волосы с нереальным объемом. Я прищурилась, предполагая, что это парик, потому что выглядело уж слишком идеально. На первый взгляд женщине было около пятидесяти лет, но макияж был подобран очень удачно: черные стрелки с изгибом в сторону виска, легкий сияющий тон и стойкая помада какого-то очень интересного оттенка. Что-то среднее между красным, бордовым и сливовым.

Обычно я не приставала к гостям, но черта с два могла пройти мимо этой женщины.

Мне жизненно необходима эта помада. Прямо сейчас.

Я в два счета оказалась рядом с ней и опустилась в кресло напротив. Женщина оторвалась от журнала и любопытно уставилась на меня. У нее были полные губы, высокие скулы и бледно-голубые глаза.

– Простите, мне очень неловко, но не могли бы вы подсказать, что за помада у вас на губах?

Ее лицо просияло, в глазах появился возбужденный блеск. Она резко поставила чашку, из-за чего пара капель приземлились на стеклянный стол, отбросила журнал и вытряхнула клатч.

– Ну наконец-то хоть кто-то задал мне этот вопрос! – воскликнула она, выискивая тюбик. – Все только смотрят, но никто не спрашивает. Вот.

Обычная розовая упаковка какого-то неизвестного бренда. Я сфотографировала ее и номер оттенка и забила в гугле.

– Ох, дорогая, ее не найти в интернете.

– А где вы ее купили?

– На соседней улице есть магазин. Можем прогуляться, если ты свободна, – предложила она.

Я протянула ей руку.

– Кайли.

– Эрика.

– Эрика, подождете меня пару минут?

– Конечно, – улыбнулась она.

Я рванула в номер, молясь всем богам, чтобы Коула не было там. Нужно успеть купить эту помаду, а уже потом продолжить расследование.

К моему великому несчастью, Коул выходил из номера. Заметив меня, он вскинул брови, но мне удалось проскочить мимо него, схватить пальто и сумочку.

– Бруклин, куда ты собралась?

– Срочное дело! – крикнула я, чувствуя, как лицо и шея горят от волнения.

– Когда ты вернешься?

Двери лифта закрылись раньше, чем я успела ответить. Только тогда я смогла выдохнуть. Сердце продолжало бешено биться, разрывая грудную клетку. Я считала дни до окончания договора, а сама втайне надеялась, что ничего не закончится. Мы всего лишь сбросим рамки, в которые сами себя загнали. Но чутье подсказывало, что финал нашей истории не будет счастливым.

Эрика с особым усердием рассматривала свои бордовые ногти. Ее макияж так увлек меня, что я не сразу заметила ее наряд. Черное платье идеально облегало точеную фигуру. Поверх него она набросила коричневую шубу, мех которой с виду показался мне искусственным.

– Когда я вырасту, то хочу быть такой же, как вы, – искренне выдала я, жадно рассматривая ее.

– Наслаждайся молодостью, Кайли, и не забывай совершать ошибки. Все, пойдем, я заприметила еще гелевый карандаш для губ, а сейчас точно решила купить.

– Такого же оттенка? – уточнила я, пытаясь подстроить под шаг Эрики.

– Нет, насыщенный винный цвет. Даже если не подойдет мне, то просто успокою свою внутреннюю транжиру.

– Иисус, я обожаю тратить деньги! – Я взмахнула руками, привлекая внимание прохожих.

– А зачем еще они нужны? – рассмеялась Эрика и подмигнула продавцу мороженого. – Мой муж, безусловно, считает иначе, но я не спрашивала его мнение на это счет.

– Тогда зачем он вообще зарабатывает деньги? – усмехнулась я. Глаза Эрики расширились.

– Я спросила у него то же самое. К чему нам все эти миллионы, если я не могу спустить их в бутике Диор?

– Теперь я буду поклоняться вам, – восхищенно сказала я.

– А кому ты до этого поклонялась? – хмуро спросила Эрика.

– Иисусу.

Она выгнула одну бровь, и теперь черты ее лица стали мне знакомыми. Я поспешила уточнить:

– Мы виделись когда-то?

– Если бы мы виделись, то ты бы поклонялась мне.

Из меня вырвался смех. Эрика с довольным лицом отбросила челку и поиграла бровями.

– Девочки должны держаться вместе, – бросила она.

– Я тоже так всегда говорю!

Господи, я была на грани того, чтобы предложить ей набить парные татуировки. На первый взгляд, она показалась мне дружелюбной и открытой. Я плохо разбиралась в людях и имела дурацкую привычку распахивать свое сердце каждому встречному, но ей хотелось довериться.

– Как давно вы в Нью-Йорке? – спросила я, бросая взгляд на дорогу. Поток был плотным, но один из таксистов остановился и жестом велел нам переходить.

– Прилетела сегодня утром, планировала сделать сыну сюрприз, но его работа, – она тяжело вздохнула и неопределенно взмахнула рукой, – он практически женат на ней.

– Он живет в Нью-Йорке?

– Да. Сбежал подальше от своего отца, а мне нужно притащить его обратно домой.

– Сложный парень?

Эрика поджала губы и кивнула.

– Амбиции однажды уничтожат и его, и моего мужа, но никто меня не слушает, так что я оставила попытки вразумить их. – Эрика прищурилась и указала пальцем куда-то мне за спину. – Вон он.

Я повернулась и увидела неприметный магазин, вывеска которого так сильно выцвела, что с трудом читалась. Удивительно, как его до сих пор не выкупили.

– Им нужно поменять приоритеты, – пожала плечами я, предвкушая шопинг, – сколько лет вашему сыну?

– Двадцать девять, – фыркнула Эрика, – до недавних пор я думала, что семья у него не в приоритете, к тому же, посмотри на меня, разве я готова стать бабушкой?

– Но?

– Но у него появилась девушка, и мне очень хочется познакомиться с ней. Так что я приехала сюда под предлогом, но ему необязательно об этом знать.

– О, – только и сказала я.

– Да. Если он об этом узнает, то взорвется.

– Тогда, нужно разработать план, – заговорщически начала я и оглянулась, – я всегда хотела стать спецагентом.

Глаза Эрики загорелись.

– Сначала косметика, а потом война, – прошептала она и подмигнула мне. Я многозначительно кивнула.

Как только мы оказались в магазине, первым делом я напомнила себе, что не собираюсь оставить здесь все деньги. С невозмутимым выражением лица я окинула взглядом прилавок, а дальше все как в тумане. Очнулась лишь в тот момент, когда продавец в третий раз уточнил у меня, стоит ли вызвать такси.

– Такси?

– Пакеты очень тяжелые, – пояснила она, и Эрика рассмеялась.

– Кайли, дешевле было бы выкупить магазин.

– Ох, Иисус, ты должен был контролировать меня, – простонала я, прикидывая, смогу ли без чужой помощи донести все до номера.

– Я помогу тебе. – Эрика взяла два пакета и кивнула мне на выход. Я схватила оставшиеся и направилась за ней.

– Итак, план, – начала я, – у нас есть какая-нибудь информация об этой девушке?

Эрика качнула головой.

– Ничего. Она просто свалилась ему на голову. Я не знаю, кто она, откуда и как они познакомились.

– Хм, думаете, с ней что-то не так?

– Понятия не имею. Собираюсь это выяснить. Коул умеет разбираться в людях, но назло отцу может совершить какую-то глупость.

Стоп, что?

Я споткнулась и едва не выронила пакеты. Сердце ухнуло куда-то в желудок, пока крупная дрожь сотрясала тело. Мои глаза расширились, но я не успела уточнить, точно ли Эрика назвала своим сыном Коула. И был ли этот тот самый Коул, который меня нанял?

Я проглотила ком, вставший поперек горла, сделала глубокий вдох, чувствуя, как страх ползет по коже. Но Коул Ричардсон именно в этот момент решил выйти из отеля и окинуть взглядом улицу. Увидев нас, он озадаченно вскинул бровь.

– Сюрприз! – воскликнула Эрика и широко развела руками.

– Мама?

Иисус. Христос.

Я что, гуляла с мамой Коула?!

Мое бедное сердце едва справлялось с нахлынувшей паникой. Волосы на затылке встали дыбом, когда Коул перевел взгляд с Эрики на меня. Ох, мне хотелось провалиться сквозь землю, лишь бы не становиться героиней дешевого ситкома.

– Бруклин, – протянул Коул, и уголки его губ дрогнули, – уже успела познакомиться с моей мамой? Оперативно.

– Бруклин? – усмехнулась Эрика и посмотрела на меня. – Почему Коул называет тебя Бруклин?

– Потому что в Бруклине родился капитан Америка, – пробормотала я, краснея под ее пристальным взглядом.

– Кайли, познакомься, Эрика Ричардсон. Мама, это Кайли, моя девушка.

Кровь отхлынула от лица Эрики. Улыбка медленно сползла с губ. Она не двигалась. Казалось, даже не дышала. Лишь издала какой-то неопределенный звук, от которого стыла кровь в жилах.

– Ты? – Ее вопрос застал меня врасплох. Я на всякий случай обернулась, вдруг за моей спиной стояла какая-то другая девушка, к которой обращалась Эрика. Но там был лишь Хантер, и он разговаривал по телефону.

– Получается, я.

– О, Боже!

Я зажмурилась, надеясь, что хоть так Иисус сжалиться надо мной и положит конец этому абсурду. Несколько минут назад я собиралась принять участие в плане Эрики, а теперь оказалась основной целью.

– Может, выпьем кофе? – с нажимом спросила я, обращаясь к Коулу. Тот усмехнулся и забрал у меня и у Эрики пакеты.

– Мам, перестань драматизировать.

– Ну, по крайней мере, у твоей девушки есть вкус, – растеряно бросила она и направилась в отель.

– Без комментариев, – проворчала я, вскинув палец.

– И почему я не удивлен? – невинно поинтересовался он.

Я велела себе держать рот закрытым и молча идти за Эрикой. Внутри меня забурлило знакомое волнение. То самое, которое возникало всякий раз, когда я хотела понравиться человеку. Проблема в том, что мне не нужно было нравиться Эрике. Как только договор закончится, наши пути с Коулом разойдутся. Все те чувства, что я испытывала к нему, необходимо было вырвать с корнем и оставить здесь, в Нью-Йорке. Но чем больше времени мы проводили вместе, тем отчетливее я понимала, что так просто не смогу это сделать.

В напряженной тишине мы поднимались в наш номер. От дружелюбия Эрики не осталось и следа, зато настроение Коула поднялось. Он больше не сдерживал улыбку. Переводил взгляд с меня на Эрику, словно мы с ней стали его новым любимым шоу. Как только его мама улетит, я прокрадусь в его комнату и задушу подушкой.

– Так, давайте по порядку, – нетерпеливо начала Эрика, едва перешагнув порог номера, – ты девушка Коула?

– Да.

– Как вы познакомились? – требовательные нотки возникли в ее голосе.

– На благотворительном вечере. Я сидела за барной стойкой, а Коул решил выпить. Мы немного поболтали, обменялись номерами, а через неделю он пригласил меня на свидание, – на одном дыхании выпалила я.

Эрика прищурилась и сложила руки на груди.

– Ты любишь его?

– Нет! – вырвалось у меня, и только через секунду я поняла, что неправильно ответила. – Я имею в виду, что влюблена в него.

С тем же успехом я могла бы сказать, что собираюсь стать президентом. По крайней мере, это бы прозвучало убедительнее.

Коул оставил пакеты на диване и приблизился ко мне. Его рука легла на мою поясницу, и это прикосновение немного успокоило. Выражение лица Эрики изменилось. Перестало быть настороженным, а в глазах возникли проблески любопытства.

– Ну все, – она внезапно хлопнула в ладоши и улыбнулась, – я во всем убедилась. Если отец будет задавать вопросы, то скажи ему, что я устроила допрос с пристрастием и несколько часов пытала Кайли.

– Что? – хрип вырвался из моего горла, а сердце ушло в пятки. Я перевела озадаченный взгляд на Коула, надеясь, что он объяснит происходящее.

– Расслабься, дорогая, мне нет дела до личной жизни Коула, – сказала Эрика и плюхнулась на диван, – он большой мальчик и сам может решить с кем ему встречаться.

Воздух со свистом покинул легкие, но я не расслаблялась. Не сводя глаз с Коула, села рядом с Эрикой на расстоянии вытянутой руки. Эрика была профессионалом в сфере непредсказуемости. По сравнению с ней, я казалась ходячим учебником по логике и здравому смыслу.

– Но становиться бабушкой я все еще не хочу, – строго добавила она, – так что предохраняйтесь.

– Мы не…, – я вовремя прикусила язык, – конечно, мы предохраняемся.

– Ладно, перейдем к делу, а то у меня в пять часов запись в спа-салон. Коул, ты обязан приехать на день рождения дедушки. Никаких возражений.

– Нейт будет там?

Эрика щелкнула языком, и я расценила это как согласие.

– Не задавай вопросы, ответы на которые не готов принять, – твердым голосом сказала она, но ее взгляд смягчился, – Коул, я не прошу тебя понять отца, но сделай одолжение ради Брука. Он хочет видеть тебя.

Я чувствовала волны напряжения, исходившие от Коула. Во мне росло желание подняться и обнять его, но я задушила этот порыв. Присутствие Эрики смущало меня.

Иисус, неужели в этом мире существовал человек, способный меня смутить?

– Если успею сделать все дела.

Эрика перевела взгляд на меня. Я одарила ее вымученной улыбкой. Возможно, мое вмешательство и не требовалось, но тогда почему в глазах Эрики плескалась надежда? Почему она рассчитывала на меня?

У Коула зазвонил телефон, и стоило ему отойти, как она обратилась ко мне:

– Кайли, – мягко начала она, взяв меня за руку, – я знаю, что ты ненастоящая девушка Коула.

Я тупо моргнула. Еще раз. И еще. Мозг отказывался анализировать ее слова. Они звенели в ушах эхом, а я не могла выдавить из себя ни звука.

– Естественно, Коул сказал мне, что собирается нанять девушку. Я отнеслась скептически, потому что…, – она тяжело вздохнула, о чем-то задумавшись, – в общем, это правда не мое дело.

Я ошарашенно смотрела на нее, как если бы увидела привидение. Она заговорила на другом языке? Или использовала шифр? Иначе я не могла объяснить, какого черта не понимала ее.

– Коул все делает из лучших побуждений, пускай и выбирает сомнительные методы.

– Вы про ситуацию с хостелами? – осипшим голосом уточнила я.

Эрика с жалостью посмотрела на меня.

– И про нее в том числе.

– Мама, что, по-твоему, ты делаешь? – голос Коула прогремел на весь номер. Я подпрыгнула от неожиданности и приложила руку к сердцу.

– Возможно, она запомнит мои слова, когда никакие другие не захочет слышать, – прошипела она, мгновенно разозлившись.

– Я не понимаю, о чем вы говорите, – промямлила я и как идиотка переводила взгляд с Эрики на Коула.

– Ни о чем. – Уголки губ Эрики приподнялись. Ей потребовалась секунда, чтобы взять себя в руки и совладать с эмоциями. Коул явно пошел в отца. – Теперь я точно уверена, что Коул приедет на день рождения дедушки. Все, мне пора бежать в спа. Хорошего вечера и никаких внуков.

С разинутым ртом я проводила взглядом Эрику, а заодно и ущипнула себя, наивно полагая, что происходящее сон. Коул опустился рядом и подцепил пальцами мой подбородок, вынуждая посмотреть на него.

– Зачем ты рассказал обо мне маме? – шепотом спросила я, словно Эрика все еще находилась в номере.

– У меня нет от нее секретов, – просто ответил он. – И моя мама спокойно относится к эскортницам.

– О, – сказала я, и глаза Коула опустились к моим губам, – не смей целовать меня, Коул, здесь нет зрителей.

– Я знаю, что тебе нравится целоваться со мной, Бруклин. Так что не лги мне.

– Я целуюсь с тобой только по одной причине, и называется она договор.

На его губах возникла соблазнительная улыбка. Моя уверенность улетучилась. Я оказалась в плену его глаз, цвет которых напоминал сейчас море.

– Звучит неубедительно, – приглушенным голосом сказал он и сократил еще несколько дюймов.

– Как и то, что ты считаешь этот процесс бесполезным, но снова и снова тратишь на него время.

Во избежании очередной ошибки я встала. Он тихо усмехнулся, его кадык дернулся, и теперь уже я боролась с желанием поцеловать его. Мне требовалось время и одиночество, чтобы привести мысли в порядок и выстроить между нами барьеры. Но в глубине души я понимала, что Коул с легкостью их разрушит. Ни одна преграда не способна была остановить его.

– Завтра ужинаем с моей мамой в ресторане.

– И для чего мне там быть?

Коул грациозно поднялся и остановился напротив меня. Крупные ладони опустились на мои бедра и притянули к себе. Я не дышала. Его близость уничтожала меня, но рождала что-то новое, неизведанное. То, что я никогда не испытывала к мужчине. Это было куда глубже, чем влечение, и гораздо сильнее, чем похоть.

– Ты моя, Бруклин, – мрачным голосом заявил он. Сердце глухо забилось в груди, а между бедер стало нестерпимо жарко. В горле зарождался стон, который мне удалось проглотить.

– По договору, – добавила я, надеясь, что хоть немного смогу снизить градус напряжения. Коул лишь усмехнулся.

– Я же просил не лгать, – мягкость в его тоне едва не стала моей погибелью.

Я вцепилась в его предплечья, сжала их с такой силой, будто могла упасть. Коул шире улыбнулся, окончательно превращая мое тело в желе.

– Вечером прими доставку, – прошептал он прямо в губы, оставляя невесомый поцелуй, – думаю, тебе должно понравиться.

Стоило ему отстраниться, как воздух наконец-то проник в легкие. Коул ушел, но жар во всем теле остался. Я пыталась отвлечь себя: разбирала косметику, поболтала с Финном, ответила на сообщения девочек в чате, лишь бы не думать о Коуле.

Правда в том, что проще было стереть себе память, чем выбросить его из головы.

Вечером приехала доставка. В номер занесли большую коробку, две поменьше и огромный букет великолепных розовых пионов. Он был похож на пышное облако, источающее насыщенный, сладкий аромат, от которого кружилась голова. Я погладила шелковистые лепестки, не решаясь открыть коробки. Сердце в груди разбухло. На глаза навернулись слезы, но мои губы изогнулись в улыбке. Даже если бы Коул был сейчас здесь, я бы не смогла выдавить из горла слова благодарности.

Я поправила заколку и перевела взгляд на коробки. Чутье подсказывало, что в двух из них, но содержание третьей оставалось для меня загадкой. Я смахнула слезы и открыла ее. Косметика. Там была косметика. Лимитированная коллекция от Диор, которая еще не поступила в продажу. Последнюю неделю я каждый божий день проверяла сайт, чтобы заказать ее. Коул каждый раз щелкал языком и закатывал глаза, но каким-то образом умудрился достать ее. Любопытство заставило меня достать телефон и убедиться, что ни одна позиция не поступила в продажу.

В другой коробке оказалось потрясающее платье, словно сотканное из тысячи звезд. А в последней – туфли.

Иисус. Христос.

Коул Ричардсон серьезно нацелился на мое сердце. И у него есть все шансы, чтобы заполучить его.