Организовывать мероприятия чертовски сложно, но это отличный способ не позволять ненужным мыслям задерживаться в голове. Особенно одной мысли.

И имя ей – Коул Ричардсон.

Я избегала его все две недели. Уходила из комнаты раньше, чем он примет душ. И к счастью у нас не было запланированных встреч, на которых требовалось мое присутствие. Зато у Коула возникло столько дел, что он не вылезал из своего кабинета. Если так Иисус не проявлял свою благосклонность ко мне, то я не знала, как еще объяснить череду этих удачных событий.

Итак, мероприятие.

Поначалу я собиралась заказать пригласительные, чтобы раздать их всем сотрудникам, но быстро столкнулась с такой проблемой, как численность. У Коула был огромный штаб, так что я приняла решение сделать несколько вечеринок, чтобы уделить внимание каждому.

Ария, разумеется, не стала упрощать задачу, но я поговорила с Хантером и Сарой – одной из официанток, с которой я неплохо общалась, и попросила их передать остальным, что в пятницу в президентском люксе сотрудников ресторана ждет сюрприз. Вечеринка была рассчитана на пятьдесят человек, и это число пугало меня до тошноты. Я заказала еды больше, чем кто-либо из них мог бы съесть. Нашла в аренду караоке, купила настольные игры и прочую ерунду, с помощью которой мы бы могли здорово провести время. На самом деле, я так вошла во вкус, что и не заметила, как потратила с карты Коула несколько тысяч долларов. Но его это не волновало.

По крайней мере, он ничего не сказал мне.

Когда настал день моей вечеринки, я была на грани нервного срыва. Сначала задержали закуски, затем привезли шары не того цвета, а вишенкой на торте стало дурацкое караоке, которому лет было больше, чем кэпу. Но у меня в запасе был проектор и все фильмы Марвел, так что вечеринка могла перетечь в кино-вечер.

Отбросив эмоции и отключив синдром самозванца, я обвела взглядом пространство и убедилась, что у меня все получилось. Обстановка была комфортной, в воздухе витал аромат еды, играла приятная музыка, а нежно-розовые и белые шары радовали глаз. Я нацепила колпак, быстро поправила волосы и макияж и села на диван. Официально вечеринка начиналась через двадцать минут, но мне уже не терпелось встретить первых гостей. И пускай нам осталось провести вместе немного времени, я очень хотела, чтобы они запомнили время со мной. Хотя бы этот день.

Я в сотый раз пересчитала тарелки, отправила сообщение Хантеру, уточняя, что все готово. Ответа не последовало, но я надеялась, что он увидел его.

Предвкушение бурлило в крови, не давая усидеть на месте. Я сделала несколько фотографий и отправила их Финну и Ви с подписью «Нью-Йоркская сучка устроила вечеринку». Финн начал печатать что-то в ответ, но мой телефон зазвонил.

Бренна.

– Судя по тому, что ты не звонишь мне, дела у тебя идут хорошо? – требовательные нотки прозвучали в ее голосе и отрезвили меня. Я сделала глубокий вдох, досчитала до трех и ответила:

– Могли быть гораздо лучше, если бы я осталась в Бостоне.

– Что-то не так? – Я слышала любопытство в ее вопросе и желание залезть мне под кожу. Бренне нужна была какая-нибудь информация, которую позже она использует против меня.

– Нет, все в порядке, но я скучаю по дому и по…

– Кайли, – вздохнула Бренна, и я прикусила язык, – в Бостоне тебя ничего не ждет. Насладись Нью-Йорком, пока есть такая возможность. Ты уже гуляла в Бруклине?

– Да.

– Разве это не то, о чем ты мечтала?

Я мечтала о многом и по глупости рассказывала об этом Бренне, потому что больше не с кем было поделиться, пока не появились Финн и Ви.

– В любом случае, это отличная возможность отдохнуть. Будем честны, Коул, наверняка, не привлекает тебя каждый день к работе, так что большую часть времени ты посвящаешь себе.

– Мне нужно идти, – пробормотала я, не желая ни подтверждать ее слова, ни опровергать их. Бренна все равно звонила лишь для того, чтобы напомнить: даже на расстоянии нескольких штатов она держит меня на поводке.

Я отбросила телефон, плюхнулась на диван и закрыла глаза.

Время шло, а никто не приходил.

Не выдержав, я выглянула в коридор. Возможно, кто-то из сотрудников не решался зайти, но там было пусто, как в техасской пустыне. Не хватало только перекати-поля для большего драматизма. Оставив дверь открытой, я вернулась к столу и взяла кусочек пиццы. Она все еще была горячей, но если гости не поторопятся, то вся еда остынет.

Я не чувствовала вкуса. Сидела и бездумно жевала, прислушиваясь к любым звукам. Где-то вдали скрипнула дверь. Кусок пиццы полетел на тарелку, я быстро вытерла руки и выпрямилась. Волнение железными цепями сковало грудь. Крупная дрожь прокатилась по телу, но я заставила себя искренне улыбнуться и распрямила плечи. Секунды шли, а звука приближающихся шагов не было слышно.

Потому что мне всего лишь показалось, что кто-то пришел.

В уголках глаз собрались слезы. Я обвела невидящим взглядом пространство, чувствуя, как в груди зарождаются рыдания. Возможно, им запретила приходить Ария или же Хантер не стал передавать приглашения. Наверняка, существовала какая-то причина, по которой никто не пришел. Я даже выглянула в окно. Вдруг на землю упал метеорит вместе с 9, и все были заняты спасением собственной жизни?

Меня бы устроило любое оправдание, лишь бы не признавать тот факт, что они не пришли именно на мою вечеринку.

Они не пришли из-за меня.

Я закрыла дверь, выключила музыку и села на диван, подтянув ноги. Холод набросился на мою кожу, заставляя поежиться. В конце концов, никто из них не обязан был приходить. Всего лишь вечеринка, над которой я старалась две недели.

Сущие пустяки.

Иисус, ну какая я идиотка.

Грусть преобразовалась в жгучую злость на саму себя. И с чего я решила, что эта идея гениальная и поможет мне сблизиться с персоналом? В глубине души теплилась надежда, что ледники Арии растают, и мое вынужденное нахождение здесь станет более приятным. Нам не обязательно постоянно конфликтовать. Через пару месяцев я вернусь в Бостон, а она может продолжить завоевывать сердце Коула.

Я потеряла счет времени. Пыталась убедить себя, что не стоит плакать из-за людей, которые даже не входят в близкий круг общения. Мои девочки, Ви и Финн никогда бы в жизни не пропустили вечеринку. Они бы бросили все дела и приехали на другой конец света. Но чем глубже я погружалась в себя, тем отчетливее понимала, что меня не столько расстроил их игнор, сколько то, что люди не стремились узнать меня. Для большинства сотрудников Коула я была всего лишь куклой, которую он через пару месяцев бросит. Отчасти они были правы. Отчасти мне хотелось, чтобы во мне видели нечто большее, нежели просто эффектную девушку.

Я так увлеклась жалостью к себе, что не сразу почувствовала чье-то присутствие.

Коул.

Глазами полными слез я посмотрела на него и невесело улыбнулась. Выражение лица Коула было непроницаемым. Его брови сошлись на переносице, губы – плотно поджаты, а руки спрятаны в карманах брюк. Он возвышался надо мной, источая опасное спокойствие, словно готовящийся к прыжку хищник. Пугающе красивый и притягательный.

– Давай, Коул, это тот самый момент, когда ты можешь позлорадствовать.

Он ничего не ответил. Я отвернулась и закрыла глаза, сдерживая слезы. Мне не хотелось возвращаться в наш номер и признавать, что моя идея оказалась провальной. В конце концов, лучше грустить в президентском люксе. Есть в этом какой-то шарм.

Шум позади меня не заставил открыть глаза. Я уткнулась лбом в колени и прерывисто выдохнула. Как выяснилось, у разбитых надежд самые острые осколки, и вонзаются они прямо в сердце.

Коул занял место рядом со мной. Он опустил на стол напитки и две тарелки, доверху забитые едой. Но удивило меня не это, а колпак на его голове.

– Сразу скажу, что ненавижу танцевать, – пробормотал он, бросая на меня взгляд, – так что давай используем проектор по назначению.

– Хорошо, – согласилась я, продолжая смотреть на него, как на новое чудо света.

– И скажи мне, что пиццу с грушей и сыром ты заказала по ошибке.

– Это моя любимая.

Он тихо усмехнулся, и этот звук согрел мои заледеневшие вены. Коул внезапно вскинул руку и выразительно посмотрел на меня, словно спрашивал разрешения. Только когда он мягко провел подушечкой большого пальца по щеке и стер слезу, я поняла, что все это время плакала.

– Никто не пришел, – дрогнувшим голосом я озвучила вслух то, о чем ему и так было известно.

– И это их большое упущение, – тихо ответил он, удерживая пальцами мой подбородок, – дело не в тебе, Бруклин.

– А в ком?

Коул тяжело вздохнул и отвел взгляд. Теперь я не была уверена, что хотела услышать ответ на свой вопрос. Потому что, так или иначе, мне все еще казалось, что проблема во мне, а Коул по какой-то причине не хотел говорить этого.

– Тебе очень идет колпак, – быстро сказала я, желая сменить тему, – выглядишь игривым мальчишкой.

– Бруклин, комплименты – это не твое.

Мои губы возмущенно приоткрылись. Я хлопнула Коула по плечу, и он в ответ одарил меня соблазнительной улыбкой, от которой в животе запорхали бабочки. Тишина между нами хоть и была комфортной, все равно немного смутила меня. Я прочистила горло и указала на проектор.

– Здесь только фильмы Марвел, но если ты дашь мне время, то я найду что-нибудь другое.

– Включай, – просто сказал он. Я ошарашенно посмотрела него.

– У тебя температура? – Моя ладонь легла на его холодный лоб. Грудь Коула, обтянутая черной майкой, тряслась, словно он сдерживал смех. Только сейчас я поняла, что он был одет не в один из своих костюмов, а в обычную одежду. – Ты правда будешь смотреть фильмы Марвел?

– Ты здесь главная. Я гость на твоей вечеринке.

Мое сердце встрепенулось. Наплевав на собственные правила, я крепко обняла Коула, утыкаясь носом в его шею. И пускай я практически залезла на его колени, сейчас мне было плевать, что он обо мне подумает. Аромат его кожи дразнил ноздри. Я глубоко втянула его и почувствовала, как в груди утихает буря эмоций.

– Спасибо, – прошептала я. Он явно был сбит с толку этим жестом, поэтому не сразу обнял меня в ответ. – Мне правда очень приятно, что ты пришел.

Коул мягко провел ладонью по моим волосам. Другой рукой он обвил талию, крепче прижимая к себе. Ни он, ни я не хотели разрывать эти объятия. Они вызывали противоречивые чувства во мне, но ощущались как самое верное решение, которое я когда-либо принимала. Коул был большим, теплым и источал спокойствие, волны которого омывали меня.

– Нам нужно начать в хронологическом порядке, чтобы ты ничего не упустил. – Коул со стоном выпустил меня из объятий. – Первый фильм мой самый любимый. Если он тебе не понравится, ты сможешь промолчать? Я сегодня немного не в том настроении, чтобы отстаивать свои интересы и ставить тебя на место.

– Хорошо.

Я включила «Первый мститель», погасила везде свет и удобно устроилась на диване. Еда остыла, но сейчас я почувствовала вкус. И, несмотря на то что Коул раскритиковал мою любимую пиццу, все равно откусил кусок. Я поерзала на месте и прикусила язык. Внутри меня полыхало желание прокомментировать сцену и обратить внимание Коула на определенные детали. Столько пасхалок и отсылок скрывалось здесь, и я боялась, что он упустит хоть одну из них.

– Давай, Бруклин, – внезапно сказал он, – ты же сейчас умрешь от молчания.

– Ох, боялась, что не предложишь.

И в следующий час он слушал мои комментарии, ничего не говорил, когда я подскакивала и тыкала в экран, перекрывая собой свет проектора. Всего лишь щелкнул языком, когда из моего горла вырвался визг, стоило полуобнаженному Крису Эвансу появиться в кадре.

– Ты видишь эти мышцы? – пискнула я, ударяя его локтем в бок.

– Как, по-твоему, я должен их оценить? – недовольно уточнил он.

– Одного комплимента будет достаточно.

– Проси все что угодно, но не это.

– Твое эго такое хрупкое? – не скрывая скептицизма в голосе, спросила я. – И когда ты говоришь «все что угодно», что именно ты подразумеваешь?

Коул выгнул бровь, и в его глазах загорелось неизвестное пламя.

– Все, что могло прийти тебе на ум.

Я прикусила губу и сложила руки на груди, пытаясь придумать что-то такое, что выбьет его из колеи. Но не успела ничего сказать, потому что в дверь постучали. Я схватила Коула за предплечье и испуганно уставилась на него.

– Кто-то пришел? – удивление просочилось в мой голос.

– Открой дверь и проверь.

Я ринулась к двери, распахнула ее с такой силой, что та едва не слетела с петель. На пороге стоял Дин с охапкой цветов и Джек, держащий какую-то коробку.

– До меня дошли слухи, что здесь проходит вечеринка, – растягивая слова, начал Дин и обвел взглядом пространство, – а какая вечеринка без самого красивого мужчины Нью-Йорка?

Эмоции переполнили меня настолько, что я набросилась на Дина и едва не сбила его с ног. Он хохотнул и прижал меня к себе, пока Джек под шумок прошмыгнул в номер.

– Еда уже остыла, – оторвавшись от него, пробормотала я.

– Главное, чтобы напитки оставались холодными.

Дин подмигнул мне и передал цветы. Я жадно вдохнула аромат пионов и посмотрела на Коула. Он все еще сидел в дурацком колпаке, но на его губах покоилась легкая улыбка. Коул даже представить не мог, как много для меня значил его поступок. Особенно тот факт, что он запомнил мои любимые цветы и сказал об этом Дину.

– Спасибо, – одними губами проговорила я.

Коул коротко кивнул в ответ. В его глазах вспыхнула тоска, природу которой я не знала, но теперь задалась целью выяснить.

За несколько минут Дин и Коул перетащили все закуски на стеклянный столик, разложили диван и организовали настоящий домашний кинотеатр.

Дин визжал вместе со мной, Джек задумчиво жевал пиццу, а Коул не сводил с меня глаз, будто происходящее на экране его совершенно не волновало. И в глубине души мне нравилось его внимание. Больше, чем должно было.

Вечер, который я считала провальным, официально стал одним из лучших в моей жизни.