Мы провели в Лос-Анджелесе несколько дней, которые были наполненны переговорами, телефонными звонками и кипой бумаг. Единственной радостью было то, что мы каждый вечер гуляли. Поездку в Юниверсал парк пришлось отложить, так как мое присутствие требовалось везде, даже если приходилось молчать. Я сделала все, что от меня потребовалось: с огромным энтузиазмом рассказывала, каким вижу дизайн будущего салона красоты, сколько стен планирую снести и какие цветы собираюсь купить. В какой-то момент мне даже показалось, что мистера Бенсона утомила моя энергия. Как только он оставил нас наедине, мои плечи облегченно опустились.

– Ты когда-нибудь устаешь? – спросил Коул, перебирая бумаги.

– Да, – вздохнула я, прикидывая, где могу сесть. Из хостела вывезли всю мебель, так что мой взгляд остановился на подоконнике. Я запрыгнула на него и прислонилась спиной к окну. – Как долго ты будешь придерживаться легенды о салоне красоты?

– В начале декабря юбилей у моего дедушки, – не поворачиваясь ко мне, ответил Коул, – там я и собираюсь официально объявить об открытии первого хостела.

– Своеобразный подарок.

Он вскинул голову и посмотрел на меня.

– Мой дед своеобразный человек.

Меня подмывало расспросить об его семье, но я прикусила язык и покачала ногами, принимая беззаботный вид.

– Бруклин, у тебя все на лице написано, – усмехнулся Коул и отложил бумаги, – спрашивай.

– Твой дед такой же, как и отец?

– Нет, но для него бизнес превыше всего. Не для того он строил империю, чтобы я развалил ее.

– Я уверена, что у тебя все получится. Тебе всего лишь нужно оторвать голову гидре. – Я выразительно взглянула на него.

– Спасибо, – неожиданно поблагодарил Коул, и взгляд его изменился. Я смутилась и наверняка покраснела, потому что это был один из тех редких случаев, когда он действительно разговаривал со мной. – У тебя могло сложиться неверное представление о моей семье из-за отца, но на самом деле это не так.

– Я была бы рада познакомиться с ними, – я не сразу осознала, в чем именно призналась, – прости, я не…

– Ты познакомишься с ними, – бесстрастно сказал Коул, все еще как-то странно смотря на меня, – я не собираюсь весь вечер слушать, как мой отец поет оды любви Нейту и Кэтрин.

Меня подмывало устроить ему допрос. Вытрясти больше подробностей и деталей, чтобы сложить пазл в голове. Но последнее предложение сбило с меня спесь. Я кивнула, игнорируя боль в груди, которую вызвали его слова. Коул не забывал напомнить мне о моем месте. И даже когда казалось, что стены между нами падали, он каждый раз воздвигал новые.

– Бруклин?

Я натянуто улыбнулась, спрыгнула с подоконника и приблизилась к нему.

– Когда найдешь себе настоящую девушку, никогда не говори ей, что знакомишь с родителями только ради этого. Поверь мне, она не оценит.

Он прищурился, и в глубине души я надеялась, что мои слова причинили ему хоть немного боли. Потому что мое сердце болезненно кровоточило.

***

День сделки ознаменовал скорое возвращение в Нью-Йорк. Коул на протяжении нескольких часов висел на телефоне, уточняя какие-то юридические вопросы. Параллельно он согласовывал ремонт здания, утверждал дизайн и лично выбирал мебель. Его подход меня удивил. Если изначально казалось, что Коул лишь хочет доказать своему отцу, что способен развить бизнес и увеличить прибыль, то сейчас стало ясно, что ему действительно было важно сделать все идеально. Видя его горящие глаза, я невольно испытала зависть. Мне бы очень хотелось предложить ему свою помощь, немного поучаствовать в процессе, однако я знала, что Коул никогда не допустит этого.

Он никогда не впустит меня в свою жизнь.

Я сидела на подоконнике, выполняя роль манекена, и краем уха слушала разговор Коула с подрядчиком. В голове вырисовывался дизайн будущего хостела. Коул планировал сделать более бюджетную версию своих основных отелей, но я думала, что лучше отойти от этого концепта и создать нечто другое. Люди не хотят прикоснуться к копии. Они заслуживают оригинала.

– О чем задумалась? – вопрос Коула застал меня врасплох.

– Тебе не интересны мои мысли, – прочистив горло, ответила я и хотела положить ногу на ногу, но Коул внезапно сократил расстояние и втиснулся между моих бедер. Его руки легли по обеим сторонам от меня, а лицо оказалось в опасной близости.

Я затаила дыхание. Пристальный взгляд голубых глаз пробуждал во мне что-то дикое, первобытное. Внутри меня нарастало волнующее напряжение, сердце хаотично забилось в груди и сжалось в предвкушении его слов.

– С чего ты взяла? – приглушенным голосом спросил он.

– Я успела понять, какой ты человек и каких принципов придерживаешься. Так что не вижу смысла тратить свое время. – Я вскинула подбородок, смеряя его безразличным взглядом, пускай внутри меня кипели совершенно другие эмоции.

Коул склонился ко мне всем телом, и теперь наши губы разделяли ничтожные дюймы. Подрядчик все еще стоял в комнате и шуршал бумагами, но Коула, видимо, это не смущало. Или же он устроил этот спектакль для него. Я не знала. Я не знала ровным счетом ничего, когда дело касалось Коула Ричардсона. Иногда он отыгрывал свою роль так естественно, что мне казалось, будто у него есть ко мне чувства.

– Скажи, – настойчиво потребовал Коул. Мои губы возмущенно приоткрылись, и его глаза метнулись к ним.

Он же не собирался меня поцеловать?

Этот вопрос крупной дрожью прокатился по коже. Я прерывисто втянула воздух, пытаясь совладать с собой и с жаром, который вспыхнул во всем теле. Голубые глаза потемнели, стали цвета морской глубины. Коул словно умудрился пробраться в мои мысли, и тогда я решила начать собственную игру. Я двинулась бедрами ему навстречу, уничтожая оставшиеся дюймы, обвила руками его шею и зарылась пальцами в волосы, мягко перебирая пряди. Губы Коула изогнулись в притягательной улыбке. Подрядчик громко прочистил горло, разрывая кашлем кокон, в котором мы находились.

– Я занят, – рявкнул Коул, смотря прямо мне в глаза, – озвучь свои мысли, Бруклин.

Я прикусила губу, зная, что это привлечет его внимание. Вторая рука Коула легла на мое бедро и медленно скользнула выше, обвиваясь вокруг талии.

– Не стоит давать людям жалкую копию роскоши. Отойди от концепции основных отелей. Предложи им нечто уникальное. Дай им почувствовать себя особенными.

Коул склонил голову, и на долю секунды наши губы соприкоснулись. Мое тело гудело от возбуждения, которого я не должна была испытывать. Не сейчас. Не с ним.

– Прекрати, – прошептала я.

– Прекратить что? – дразнил он, и новая волна жара захлестнула мое тело.

– В нашем договоре не было пункта, что я должна носить с собой сменное белье.

Глаза Коула вспыхнули, и на моих губах возникла улыбка. Мои ладони опустились к его груди, но только для того, чтобы оттолкнуть. Когда Коул отступил, я спрыгнула с подоконника и собралась уйти. Его пальцы сомкнулись на моем запястье и удержали на месте.

– Как и того, что ты оставляешь меня со стояком и уходишь, – приглушенным голосом сказал он. Мой взгляд опустился к его паху. Внушительная выпуклость вызвала сухость во рту. – Сделай одолжение и…

– Исправить это недоразумение? – возмутилась я.

– Если этот вариант нравится тебе больше, чем постоять со мной пару минут, то да, – прошипел Коул.

Я открыла рот, но успела осознать смысл его просьбы. Мои глаза расширились, с губ сорвался нервный смешок, а ладонь легла на его плечо.

– Мой член ниже.

– Заткнись, Коул, пока я не убила тебя, – с натянутой улыбкой сказала я и искоса взглянула на подрядчика. Коул ущипнул себя за переносицу и тяжело вздохнул. – Это всего лишь стояк. Уверена, ты сталкивался с ним раньше.

– Каждый гребаный день.

– Ну, такова физиология.

– Физиология здесь ни при чем.

– Что тогда?

– Ты.

Я резко посмотрела на него, выискивая в глазах ложь или очередную манипуляцию, но увидела голод. Он не должен был возбудить меня. Не должен был вызвать пульсацию между ног. Но сейчас я чувствовала себя оголенным проводом, который искрил от каждого слова Коула.

– Твое нижнее белье все еще мокрое, Бруклин?

– Нет, я пошутила, – соврала я.

– Могу я проверить?

Подрядчик снова откашлялся, давая нам понять, что теряет терпение.

– Пойду куплю себе новый комплект, – тихо сказала я, а потом поднялась на носочки и коснулась губами мочки уха, – красный.

Кадык Коула дернулся. Довольная собой, я вышла из здания, зная, что ближайшее время Коул будет представлять меня в красном белье.