В августе 1922 года Галина Бениславская устраивается работать в газету «Беднота» на Тверской улице. Несколько дней назад она выписалась из санатория, где лечилась от неврастении.
С тех пор как Есенин отправился в заграничное турне, не было ни дня, чтобы Галя не вспоминала его. Он ни на минуту не выходит из её головы и все мысли только о нём. В июне она делает запись в дневнике:
«Думала опять о нём. Не отогнать мыслей. Вспомнила, что все была "игра". Мы, как дети, искренне увлеклись игрой (оба: и я, и он), но его позвала мама, он игру бросил, а я одна и некого позвать, чтоб доиграть. Но всё же игру затеяла я, а не он. Правда, так делают дети – понравился мне, так вместо знакомства подойду и скажу: "Давайте играть вместе!"».
Нанесённая рана растекается кровью слёз от неразделённой любви. Галя ревностно фантазирует, как Дункан обнимает Сергея, как он отвечает этой «старухе» взаимностью, и все эти выдумки несут внутреннюю разруху и душевные муки днём и ночью. Ежедневные самобичевания приводят Бениславскую к неосознанному, больному фанатизму, из которого, как ей казалось, нет выхода. Истощённая она несколько месяцев водит себя по любовным лабиринтам, пока окончательно не оказалась в тупике, в том самом, в котором хоть раз в жизни оказывался каждый человек: «Лучше него никого нет и никогда не будет». Страдания Гали сильны и от того, что Есенин не просто увлёкся в очередной раз новой пассией, а официально оформил отношения. Для Бениславской это крах всего, ведь ей кажется, что брак – это на годы, а может, и на всю жизнь.
Но 16 июля нервы и терпение Гали не выдерживают, и она звонит в особняк на Пречистенке:
«"Она вернётся?" – "Через год, сейчас в Бельгии, детей на год везут за границу!" – так ответили по телефону студии Дункан. Значит, и он тоже. А год – иногда длиннее жизни. Как же ждать, когда внутри такая страшная засуха? Что же делать?»
Новая работа в «Бедноте» постепенно успокаивает Бениславскую. Она быстро находит общий язык с коллегами, вливается в небольшой коллектив редакции. Депрессия постепенно растворяется в рабочих буднях, а на сцене её жизни показывается радужное солнышко и его лучи обязательно должны принести что-то хорошее и доброе.
30 августа 1922 года Галя написала Ане Назаровой письмо:
«К "Бедноте" я уже привыкла, скорее и легче, чем к санаторию. Работы много, не трудно. Первые дни в связи с процессом социалистов-революционеров было больше. Сначала я испугалась – после приезда начались регулярные головные боли. Думала, придётся вернуться в санаторий, а это было бы ужасно – я очень скучала там, не могла даже использовать окружающее: в лес не ходила, сидела часто в комнате и слушала жужжание аэропланов. Сегодня первый вечер (я с 7 авг.) не болит голова совсем».
За Галей даже начинает ухаживать её коллега, Сергей Покровский. Он чаще других наведывается к ней в кабинет якобы по деловым вопросам. Но Галя понимает, что работа – лишь повод, и что на самом деле он хочет увидеть её и пообщаться. В его глазах видна симпатия к ней, как к женщине.
Личность Сергея Покровского мало известна в есениноведении. Сказать по правде, о нём практически ничего неизвестно, и для большинства поклонников Есенина он – загадка. До наших дней сохранились записки, которые Покровский бросал Гале в почтовый ящик, а также её ответы к нему. Эта скудная информация – всё, что осталось от него и их отношений с Галей. Но именно эти записки раскрывают перед нами настоящую драму мужчины, который беспамятно влюбился в девушку, желая быть с ней рядом, чувствовать её руки, быть ответственным перед ней, но осознаёт, что на его пути стоит Есенин.
В августе 1922 года, в момент его знакомства с Бениславской, у Покровского жена и двое детей. Будучи в браке, он не скрывает своей симпатии к Гале, одаривает её ежедневным вниманием, признаётся в чувствах, даже дарит ей свою фотокарточку, которую Бениславская повесила у себя дома над кроватью. Есенин по-прежнему – рана в её сердце, но под градом ухаживаний со стороны Покровского она понемногу успокаивается и привыкает к новому Сергею. Ведь этот Сергей не похож на того, кого она так сильно и страстно любит. Этот более ответственный и рассудительный в своих словах и поступках. Женское сердце постепенно открывается Покровскому.