Да, поэт покончил жизнь самоубийством. Это подтверждают абсолютно все задокументированные факты, медицинские экспертизы разных лет. В этом мнении сходятся абсолютно все специалисты, и современники поэта тоже не сомневались. Но как вы уже знаете, существует и версия убийства Есенина. Стоит признать, что она очень популярна, убедительна и неоднородна. А всё потому, что она напоминает любимый детективный сериал, который до сих пор не закончен. И это очень эмоциональный сериал, поскольку почти все авторы версии убийства взывают к эмоциям читателя и зрителя. Классическая пропаганда. И ведь не существует какой-то одной логической версии убийства. Их десятки. Столь широкое количество версий объясняется тем, что авторы соревновались друг с другом в сенсации. Каждому хотелось убить Есенина наиболее зверским и садистским способом, чтобы потом пафосно это убийство раскрыть.

Что важно понимать в изучении данного вопроса?

Версия убийства – это классическая конспирологическая теория со всеми признаками таковой. В основе любой конспирологии всегда лежит заговор. Будь то высадка американцев на Луне, теория плоской Земли, сбежавший в Аргентину Гитлер. Все они основаны на заговоре могущественных сил, на вере в то, что лишь узкий круг людей знает правду и, рискуя своей жизнью, пытается эту правду рассказать. Эту же концепцию мы видим в теме смерти Есенина. Сторонники убийства утверждают, что самоубийство – это заговор советских властей и спецслужб. Именно они убили поэта, навязали народу версию самоубийства, подделали документы, воспоминания, подговорили тысячи людей и убили всех неудобных, а настоящую правду тщательно скрыли. Причём настолько тщательно, что каждый сторонник убийства видит якобы нестыковки. По их мнению, не только современники Есенина были в заговоре, но и нынешние исследователи, кто не поддерживает убийство, тоже считаются участниками заговора. Чего греха таить, и меня тоже записывали в заговорщики, а все мои статьи якобы заказные.

Вторым характерным признаком теории заговора является обвинение в фальсификации. Всё, что не укладывается в голову конспиролога, – подделка. Все кадры американцев на Луне – это студийная съёмка. Все кадры шарообразной земли – подделка, скажут вам плоскоземельщики. Прививки – это заговор медиков по уничтожению человечества. Если вы откроете любую публикацию об убийстве Есенина, вам в красках расскажут о том, что все документы о гибели подделаны. Таким образом конспирологи формируют у общественности предвзятость к документам и фактам. Тот же акт вскрытия тела Есенина для них, как кость в горле. Была б возможность, они бы всё уничтожили, дабы у оппонентов не было никаких аргументов против их сочинительства. Вот почему конспирологи так не любят документы и стремятся их дискредитировать. Но на документах времён Есенина они не остановились. Все медицинские экспертизы 90-х годов, которые научно опровергают убийство, они тоже считают сфабрикованными. Очень удобно, да? Именно поэтому дискуссия с данными людьми невозможна. Ссылка на любой документ вызывает у них улыбку, и они легкомысленно вопрошают: «Вы про эту подделку?». То есть перед нами эмоции и предвзятость, а это качества не исследователя, а манипулятора и шарлатана.

Версия убийства массово зародилась в конце 80-х годов. Тогда в прессе начали появляться всевозможные публикации. Новая версия громко прокатилась по всей стране. И звучала она убедительно, так как авторы приводили очень веские доводы. Причём настолько веские, будто сами убивали и в курсе каждой секунды происходившего в номере той ночью. Они описывали процесс убийства в деталях: как убивали, под каким углом заносили руку, как переносили тело и т. д. В ход шли даже свидетели убийства, что вообще было сенсацией для общественности. Такие факты нельзя просто взять и проигнорировать. Я и сам, когда в нулевых прочёл статью Эдуарда Хлысталова, был ошарашен убедительностью изложения. Только по прошествии многих лет изучения я понял, что всё, написанное Хлысталовым, – ложь и игра на эмоциях наивного читателя.

Громкая версия заставила Есенинский комитет в начале 90-х годов организовать масштабное исследование обстоятельств гибели Есенина, чтобы разобраться: убийство это или самоубийство. Для этого были приглашены судебные медики высшей категории, юристы, почерковеды и многие другие эксперты в разных областях. В комиссию также пригласили сторонников убийства, которые должны были помогать в исследовательском процессе. Судебные медики в разных группах не знали о работе друг друга. Были исследованы все документы о гибели поэта, под бинокулярным микроскопом изучались посмертные маски и негативы фотографий трупа в морге. Помимо этого, судебный медик Сергей Никитин проводил экспериментальное моделирование, в котором при помощи анатомического пластилина восстановил лицо Есенина со всеми мягкими тканями. Я уже писал об этом эксперименте выше. Более подробно с ним вы можете ознакомиться в сборнике документов о гибели поэта «Смерть Сергея Есенина: документы, факты, версии». В данном сборнике представлены сканы всех проведённых экспертиз с подписями специалистов. Работа комиссии длилась целых три года.

Всё это проводилось с целью либо подтвердить, либо опровергнуть тезисы сторонников убийства: откуда на лбу у Есенина борозда, посмертное повешение или прижизненное; возможно ли вообще повеситься на трубе парового отопления; насколько правомерно составлены милицейские и медицинские документы. Спустя время, все группы специалистов представили свои заключения на заседаниях комиссии. В результате проведённых экспертиз версия убийства не просто была опровергнута – она была уничтожена. Независимые группы экспертов представили одинаковый результат. Всё-таки, анатомия – штука конкретная. Если какой-то признак присутствует, то он подтверждается, если его нет, то извините. Фантазиям и детективным сюжетам в науке нет места. Это у адептов убийства может быть два десятка версий, и даже у двоих из них они не будет похожими.

В итоге ни один из тезисов о проломленном лбе, выстреле и посмертном повешении не подтвердился. Наоборот, было доказано, что все следы на теле поэта появились естественным путём в момент повешения. Также есениноведы по крупицам собирали биографические материалы о жизни и смерти поэта: воспоминания, письма и т. д. Выяснилось, что апологеты убийства не просто писали чушь, но ещё и сознательно вводили общественность в заблуждение, сочиняя якобы свидетелей убийства. Как ни странно, но на заседании комитета адепты убийства не возражали экспертам и молчали на все приведённые доводы. Эмоционально спорила лишь поэтесса Наталья Сидорина, хотя тут больше подходит слово «капризничала», а когда её капризы разбились о стену научных доводов, она разозлилась и вышла из зала заседания. Эмоции всегда превалируют у тех, кто не имеет аргументов. А у сторонников убийства, кроме эмоций, ничего и нет.

Зато после того, как комиссия закончила работу и конспирологи добрались до своих рабочих столов, они по привычке дали волю фантазии и обвинили экспертов в подделке экспертиз, а вся комиссия, с их слов, была одним огромным спектаклем. Хотя на самих заседаниях почему-то никто не возражал. Все сторонники убийства смелые и убедительные только в своих публикациях, где им никто не ответит и не опровергнет. А уж как они, будучи литературоведами, журналистами, писателями, продавцами и домохозяйками, обожают лезть в профессиональные медицинские сферы и строить из себя великих экспертов. Тот же Валерий Мешков, будучи писателем, очень любил критиковать судебных медиков высшей категории и их профессионализм. Ему казалось, что во вскрытии трупов он понимает больше, чем специалист, посвятивший этому всю жизнь. Литературный критик Сергей Куняев вдруг обнаружил в себе талант нейрофизиолога и специалиста по мозговым веществам и принялся интерпретировать фразы из акта вскрытия Есенина. Именно ему принадлежит тезис, что у поэта через пролом во лбу вытек мозг. Наталья Сидорина, будучи поэтессой, обвиняла профессиональных медиков в том, что человеческая анатомия и физиология не сходятся с её литературными фантазиями о травмах Есенина. Светлана Лучкина, не имея юридического образования, зачем-то лезла в криминалистику и критиковала процессуальные документы о смерти Есенина. Литератор и историк искусства Андрей Крусанов вдруг вообразил, что он великий судебный медик, остеолог, криминалист и в довесок ещё специалист по баллистической экспертизе.

Почему такое происходит?

К сожалению, компетентность не всегда совпадает с уверенностью в себе. В психологии такое когнитивное искажение называется эффектом Даннинга-Крюгера. Некомпетентный в теме человек уверен, что хорошо в ней разбирается, хотя на самом деле его знания крайне поверхностны. Из-за некомпетентности он приходит к ошибочным выводам, но не понимает этого в силу некомпетентности и раздутого самомнения. Именно об этом вся версия убийства. Сплошные писатели и поэты, которые вдруг возомнили себя врачами и экспертами по протоколам патологоанатомического вскрытия. Именно эти люди утверждали, что акт вскрытия Есенина подделан. Именно эти люди нафантазировали, что под правой бровью Есенина пулевое отверстие, абсолютно при этом не понимая ничего в анатомии. Без единого научного обоснования – просто впечатлительным литераторам захотелось сенсации. Ввиду некомпетентности они начали трактовать следы на теле поэта по-своему – эмоционально, и в итоге породили массу заведомо ложных измышлений. Но ладно бы они просто между собой фантазировали. Все свои эмоциональные возлияния они несут в массы с громкими заголовками: «сенсационное расследование», «раскрыта тайна убийства Есенина». Впоследствии вся эта чушь расходится по Интернету, откуда её берут сценаристы документальных фильмов и будущие авторы для своих статей и книг. Так и растёт клубок лжи.

Если вы искренне верите в убийство Есенина, вы обязаны понимать, что всё, что вы читали об убийстве, писалось исключительно литераторами и филологами. Среди авторов от убийства нет ни одного профильного специалиста. Ни одного! А теперь подумайте, насколько могут литераторы и филологи быть компетентными в сложных медицинских и криминалистических исследованиях, которые тяжело и кропотливо проводятся даже опытнейшими специалистами? И задумайтесь вот над чем: если литераторы так легко видят всевозможные побои и следы убийства на теле Есенина, видят ошибки в документах, то почему их не видит ни один компетентный специалист? Видимо, потому что все специалисты тоже участники заговора.

Я хоть и психолог, и основой моего исследования была личность Есенина, я всё же много изучал и его смерть. Особенно версию убийства. Я прочёл практически все публикации и настолько хорошо её изучил, что легко могу сказать, какой тезис, в каком году появился и кто является его первым автором, и как именно эти тезисы менялись с годами. Всякий раз, когда я сталкивался на дебатах с адептами убийства, то выяснялось, что я их версию знаю лучше, чем они сами. А всё потому, что я очень люблю хронологию и факты. Прочитав про какой-нибудь тезис убийства, я всегда старался выяснить: кто первый написал и на каких источниках это основано. Поэтому я скупил все существующие книги об убийстве и детально их изучал, копал вглубь и пытался найти источники. Писал авторам этих книг, задавал вопросы, но всякий раз, вместо честного исследователя, видел перед собой манипулятора и любителя детективщины. Именно так я и увидел всю анатомию версии убийства: как она появилась и как разительно поменялась за тридцать лет. Почему сегодня версия убийства – это нагромождение сотен бессвязных между собой тезисов? Всему виной безответственность, эмоции, тщеславие и стремление выдать сенсацию быстрее конкурентов.

Многие адепты убийства были вынуждены мимикрировать по ходу того, как появлялись новые факты. Например, первые авторы, такие как Иван Лысцов и Эдуард Хлысталов, в деталях расписывали, как к Есенину пришли чекисты, убили его, инсценировали суицид и ушли. Хлысталов даже сочинил преподавателя Шилова, который поздно вечером пришёл к Есенину, долго стучался в номер, а потом сел ждать в коридоре и увидел, как из номера вышли двое неизвестных. Но потом были обнародованы материалы уголовного дела о смерти Есенина, в которых фигурировали показания свидетелей. Выяснилось, что номер был закрыт изнутри со вставленным в замок ключом, что полностью опровергало фантазии Хлысталова. И тогда авторы от убийства побежали скорее сочинять новую версию. Именно так появилась потайная дверь из пятого номера, через которую якобы прошли и вышли убийцы. Но старые публикации ведь никуда не исчезли. Новые версии просто ложились в копилочку к старым, постепенно создавая противоречивый клубок.

То же самое и с последним стихотворением «До свиданья, друг мой, до свиданья». Поначалу адепты убийства извращались как могли, ставя под сомнение авторство Есенина. Дескать, это Блюмкин убил поэта и подделал стихотворение. И всякий раз авторы писали это настолько самоуверенно, будто открыли новый закон физики. Но потом была проведена почерковедческая экспертиза данного стихотворения, которая доказала, что стихотворение написано именно рукой Есенина. Также авторы утверждали, что это не кровь, но и тут экспертиза установила, что стихи написаны кровью. И что вы думаете, адепты убийства успокоились? Нет, они просто сочинили другую версию, лишь бы она противоречила фактам. Новой их правдой было то, что Есенин написал данное восьмистишие за полгода до смерти и посвятил его погибшему Алексею Ганину. Вновь куча публикаций с десятком сенсационных открытий. Причём Хлысталов присутствовал на заседании комитета, когда эксперты обнародовали результаты почерковедческой экспертизы, и никак не возражал, а даже поблагодарил комиссию за профессиональную работу. А потом в документальных фильмах уверенно заявлял, что стихи написаны посторонней рукой. То есть снова взывал к эмоциям и лгал.

И вот так можно пройтись по каждому тезису убийства. Повторюсь – по каждому. Ни один из них не появился на основе каких-либо научных исследований. Всё бессовестно сочинялось и пересочинялось по многу раз ради сенсационности. Именно поэтому версия убийства выигрывает в глазах простого обывателя, так как похожа на крутой детективный сериал, а её авторы ничем не ограничены. Если вы научно опровергните их тезис, они в наглую придумают другой. Сначала они утверждают, что Есенина убили, а потом повесили, а когда вы им научно обоснуете, что у него все признаки прижизненного повешения, то вам тут же прилетит, что его вешали ещё живым.

Если посмотреть на версию убийства трезво, с позиции исследователя, то очевидным выглядит только одно. Её апологетам вообще неинтересна историческая правда, какой бы она ни была. Весь их азарт в самом процессе расследования, в создании сенсационных версий и в копании в уликах. Им не важна жизнь Есенина, поэтому они плохо знают его биографию, да им это и не нужно. Им не важна его личность, его чувства и чувства его родных. Всякая мораль и нравственность уходят на второй план. Им важно копаться в его смерти и обвинять в его гибели разных людей, вести эти расследования и погружаться в это с головой. Люди просто играются в детективов и получают удовольствие от самого процесса, от того напряжения, которое возникает в моменте, когда они этим занимаются. То есть мы имеем дело не с исследователями, а с людьми, которые психологически удовлетворяют свои когнитивные искажения. Иногда даже воображают себя участниками мистических триллеров. Например, соратник Хлысталова Геннадий Смолин в книге «Крестный путь Сергея Есенина» писал, что в далёких 80-х годах Хлысталов передал ему секретные документы о смерти Есенина, и за Смолиным начали следить таинственные люди в чёрном, которые подходили к нему, спрашивали про секретную папку, но стоило Смолину повернуться, как эти чекисты исчезали, а рядом стоявшие признавались, что никого не видели. То есть люди просто нашли себе циничное развлечение.

Помню, как в комментариях к моей статье «Убийство Есенина? Вопросы, ставящие точку» Наталья Сидорина обвинила меня в том, что я мешаю расследованию гибели Есенина. Я тогда задумался, а какому именно расследованию я мешаю? Ведь они не ведут никакого расследования, а я в статье просто задаю им вопросы. Но потом понял, что я действительно им мешаю, так как для меня жизнь и смерть Есенина – это серьёзный исследовательский процесс, а для них это развлекуха и трудоустройство на пенсии. Тогда я и понял, что любая дискуссия с этими людьми на тему гибели поэта бесполезна. Они живут в собственном мире, куда они никогда не допустят ни одного эксперта, ни одного профильного специалиста. Потому что иначе разрушится вся магия, эмоции и вечная недосказанность, на которых вся эта версия и держится.