Около половины девятого вечера мы прибыли в Астрахань, опоздав на полчаса на пассажирский пароход, следовавший вверх по Волге. Приветствовать нас поднялся на борт товарищ Тархов, председатель Астраханского губисполкома. Вместе с ним был командующий всем судоходством. Они сказали, что нам придется подождать и отправиться на быстроходном судне следующим вечером, поскольку пароход, уходящий сегодня в 22 часа, был смешанным грузопассажирским и шел много медленнее. К тому же мы могли сразу перебраться на свое судно – оно стояло неподалеку. Это оказался просторный и великолепно обставленный колесный пароход, где нас разместили в самой красивой и просторной каюте, какую я когда-либо видел: с высоким потолком, как в отеле на суше.
Затем мы с товарищем Тарховым и его другом пошли в летний театр в большом саду, где давали оперетту; был аншлаг. Интересно наблюдать за множеством людей, прогуливающихся по саду во время продолжительных антрактов. В основном, за небольшим исключением, они производили впечатление представителей зажиточного рабочего класса. Дамы были одеты весьма недурно.
На следующее утро (понедельник, 13 июля) нам предоставили машину, и мы отправились на экскурсию по Астрахани. Ее население составляет более 175 тыс. человек, и с древних времен она играет роль важного торгового порта в этой части света. Город, на редкость удачно расположенный в устье Волги, является средоточием всего судоходства и торговли для огромных территорий вокруг великой реки, включая немалый по площади каспийский бассейн, где проходит Закаспийская железная дорога, ведущая в богатые страны на Востоке. Кроме того, Астрахань – центр крупного рыбного промысла в дельте Волги и в самой северной части Каспийского моря.
Уже в первых веках н. э. хазары основали здесь, на правом берегу Волги, приблизительно в 10 км выше Астрахани, важный торговый город Итиль, ставший местом встречи и бойкой торговли купцов из Византии, Багдада, Армении и Персии, а также с Волги и Дона и земель к северу и западу. Сюда же в конце VII в., после арабского нашествия на Кавказ, была перенесена и столица хазар из Семендера (позднее названного Тарку) на Кавказе. Здесь закупались воск, меха, кожа и мед, привозимые по Волге. Когда евреи были изгнаны из Константинополя, они направились в Итиль и развили торговлю с хазарами, а также распространяли свою религию, конкурируя с мусульманами и христианами. Около 740 г. хазарские правители приняли иудаизм.
Хазары были важными посредниками между Востоком и Западом, но затем, после многих перипетий, их могущество было ограничено варяжско-русским Киевским княжеством, и когда около 922 г. Ибн Фадлан посетил Хазарию, Итиль, вероятно, все еще был крупным городом с банями, рыночными площадями и 30 мечетями, однако крупного внутреннего производства или деловой активности в государстве уже не было, каганат зависел от довольно неопределенных транзитных пошлин. Затем в 965–969 гг. Итиль, Семендер и другие города были взяты киевским князем Святославом. Итиль (или Баланджар, как его стали называть после разгрома русами в 969 г.) был полностью разрушен Тамерланом в конце XIV в., после чего была основана – там, где она и по сей день находится, – Астрахань, бывшая столицей Астраханского ханства, пока ее не завоевали русские при Иване Грозном в 1557 г. С тех пор город принадлежит России. В 1660 г. он выдержал осаду татар, но в 1670 г. был взят Стенькой Разиным. Петр Великий сделал город опорным пунктом своего похода на Персию, построил верфи и способствовал его расцвету. В настоящее время Астрахань ежегодно посещают несколько тысяч судов, а ее импорт и экспорт значительны.
Самый важный источник дохода города и всего региона, без сомнения, – богатые рыбные промыслы, за счет которых живет более половины населения. Канал через город, или, скорее, рукав реки Кутум, представлял собой живописное зрелище со скоплениями лодок вдоль берегов. Мы посетили рыночную площадь, где сновало множество людей, а всевозможные товары были выложены на прилавках небольших ларьков, а иногда прямо на земле. Там были представлены самые разные народности: русские, татары, калмыки, персы, киргизы. Разительным контрастом по сравнению с Тифлисом было присутствие множества женщин – как продавцов, так и покупателей.
На самом высоком холме города мы увидели кремль, окруженный белой стеной с зубцами и несколькими башнями. Внутри стены находился собор с пятью зелеными куполами. На улице перед въездной башней в кремль с восточной стороны раньше располагался большой базар, разрушенный во время гражданской войны и пребывавший теперь в руинах. Затем англичане бомбили город с пяти аэропланов и, как говорят, нанесли ему значительный ущерб. Мы также заметили несколько разрушенных домов в городе – однако нельзя с уверенностью утверждать, что в этом виноваты исключительно англичане.
Посетив также татарские базары, мы поехали в правительственное здание, в котором, как обычно в этих больших административных зданиях советской республики, в каждой комнате находилось множество чиновников и царила суета из-за постоянно сновавших туда-сюда сотрудников. Для меня всегда было загадкой, как всем этим людям удается работать во всем этом хаосе. Но, возможно, дело в том, что русские склонны использовать для административной работы много больше людей, чем мы обычно, и поэтому каждому сотруднику достается значительно меньше работы. Нас встретил наш вчерашний друг Тархов и отвел в государственный банк, где мы познакомились с его деятельностью. По сути, он был открыт для содействия рыболовству: важно было предоставить всем видам рыболовных предприятий кредиты на максимально дешевых условиях. Мы смогли убедиться, что власти считали крайне важным для благополучия и прогресса общества поощрять и поддерживать предпринимательство и частную инициативу, особенно исходящую от рыбаков.
Отобедав за покрытым зеленым сукном столом икрой, которая нигде не могла быть свежее, чем здесь, где она производилась, мы спустились к причалам на Волге и осмотрели рыбоводные садки – живая рыба разных видов там так и кишела. Ее доставали оттуда гигантскими сачками, выбирали нужную, а остальную закидывали обратно. Там было много белой рыбы двух видов: осетр и севрюга разных размеров; но по-настоящему крупных среди них не было. Самой крупной из всех осетровых является белуга, или карлучный осетр (Acipenser huso L.), которая может достигать более 5 м в длину и весить более тонны. В былые времена попадались особи и того больше: весом почти до 2 т[12]. Она дает обильную и превосходную икру, а ее мясо высоко ценится как в свежем, так и в копченом виде. Из плавательного пузыря получают ценный рыбий клей (карлук). Этот осетр обитает в Каспийском и Черном морях, для нереста поднимается в крупные реки, особенно в Волгу, где, перезимовав, нерестится следующей весной. Поскольку он растет очень медленно и нерестится не чаще, чем раз в два-три года, его вылавливают быстрее, чем он размножается, хотя самка откладывает до двух с половиной миллионов икринок. Поэтому в последнее время численность этого вида постепенно снижается. На Волге его ловят сетями с крупными ячейками. Основной же вылов происходит в северной части Каспийского моря. До войны ежегодно вылавливалось около 76 тыс. особей, или 44 тыс. т, из которых получали 1,2 тыс. т икры.
Русский осетр (Acipenser gueldenstaedli) значительно меньше белуги, может вырасти до 2 м в длину, редко больше, и весить до 100 кг, чаще же всего бывает около полутора метров и весит 15–25 кг. Обитает по всему Каспийскому морю и поднимается вверх по рекам, в том числе и по Волге, чтобы нереститься в мае следующего года. Каждая самка производит от 80 до 800 тыс. икринок. В настоящее время также осуществляется искусственное выведение около 200 тыс. мальков в год. Ежегодно этого вида вылавливается около 300–400 тыс. особей, то есть до 5 тыс. т.
В одном из бассейнов для нас выловили такого осетра и вскрыли его: рыбина была полна икры, которая располагалась двумя длинными, толстыми нитями по обе стороны брюшной полости; в одной рыбе, наверное, было несколько ее килограммов. Как известно, икру готовят путем перемешивания ее палочкой или ложкой до тех пор, пока все пленки не будут удалены и каждая икринка не будет лежать свободно. После этого ее можно есть в свежем виде; она высоко ценится, особенно белужья, а также севрюжья и русского осетра. Последнюю часто слегка солят и прессуют, чтобы ее было легче хранить и транспортировать; срок годности такой икры довольно продолжителен. Это так называемая паюсная икра.
Севрюга, или звездчатый осетр (Acipenser stellatus Pall.) часто значительно меньше русского осетра и редко достигает размера 2 м и веса 50 кг. Обычно бывает от метра до полутора длиной и весом до 12 кг. Этот осетр в основной своей массе поднимается на нерест вверх по Куре и Уралу, но немало особей также поднимаются вверх и по Волге. Нерестится в мае и июне, самка мечет от 35 до 360 тыс. икринок. В последние годы в Волгу каждый год выпускают 4–5 млн искусственно выращенных мальков. Ежегодный вылов в Волге и Каспийском море в районе дельты составляет около 600 тыс. особей общим весом 2,5–3,3 тыс. т. Этот вид дает лучшую соленую икру (паюсную).
Необходимо упомянуть еще одну осетровую рыбу – стерлядь (Acipenser ruthenus), обитающую по всей Волге, от дельты до верхнего течения, полностью пресноводную. Она мельче осетровых других видов и достигает размера 1 м и веса 16 кг, но обычно вылавливаемая рыба имеет размер около 35–55 см. Она высоко ценится как лучшая рыба Волги, из нее готовят знаменитую уху, ее подают целиком, вареной, жареной, тушеной, копченой и т. д. Ежегодно на всем протяжении реки вылавливается около 32 млн особей. Икра стерляди мельче, чем у других видов осетровых, и не подвергается обработке, а съедается на месте, в свежем виде.
После этой экскурсии товарищ Шведов, заместитель председателя исполнительного комитета, повез нас на небольшом пароходе по Волге, где было оживленное движение кораблей и лодок, рыболовных судов, пароходов и барж с буксирами. Мы прибыли на станцию на правом берегу реки, где стояли большие длинные рыбацкие сараи, представлявшие собой настоящие ледяные дома. У них двойные стены, а пространство между ними зимой до потолка заполняется льдом. Летом лед медленно тает, и в этих больших помещениях так холодно, что многие из нас, зайдя внутрь с уличной жары, замерзли, а потому задерживаться там не стали. В больших емкостях под полом солилась сельдь, пойманная прошлой весной. Здесь хранилось 100 тыс. пудов (1,64 тыс. т) рыбы, но могло поместиться и 150 тыс. пудов. Теперь эту сельдь уже можно было укладывать в бочки и отправлять по всей России. От каждого склада по диагонали в воду вел длинный пирс, или слип, по которому с лодок доставляли свежую рыбу, а обратно – уже соленую.
Мы снова отправились вдоль по Волге и к северу от города вошли в ее рукав, несущий свои воды на восток. Здесь мы проследовали мимо больших площадок для складирования леса; вдоль берегов повсюду во множестве скопились плоты из бревен, сплавляемых по Волге: древесина в этом степном краю представляет особую ценность. Пройдя под железнодорожным мостом, мы вышли к двум крупным заводам по производству льда и морозильням. Естественный лед, которого здесь много зимой, используется для хранения сельди на другом берегу реки, а здесь с помощью машин изготавливают искусственный лед и холод для хранения свежей рыбы ценных сортов – ведь минерального масла для двигателей в этой богатой стране предостаточно. Заводы работают на дизельных двигателях, и там замораживается и хранится 500 тыс. пудов (8,2 тыс. т) разного рода свежей рыбы: осетровых (белуга, русский осетр, севрюга, стерлядь) и других видов, таких как судак (Lucioperca lucioperca), лещ и пр. Кроме того, там имелся старый английский морозильник на паровом двигателе, работавшем на мазуте, где замораживалось и хранилось 250 тыс. пудов (4,1 тыс. т) свежей рыбы. Вся эта рыба постоянно отправлялась в рефрижераторах по железной дороге по всей России.
Перед тем как осматривать большие морозильные камеры, нам предложили надеть шубы, но это показалось нам бессмысленным: в такую изнуряющую жару недолгое охлаждение должно было подействовать освежающе, решили мы. Вскоре я об этом пожалел и воздержался от посещения самых холодных помещений. Храбрый же Квислинг продолжил путь и, несмотря на холод, выдержал испытание, как он сам сказал.
Ежедневно в эти морозильни поступала свежая рыба, выловленная в ходе промысла, который беспрерывно велся на Волге и в дельте. На причалах перед ними кипело движение, множество лодок выгружали свой улов: судака, осетра, севрюгу, плотву, сельдь и т. д.
Вот мы и увидели самый важный астраханский промысел и могли возвращаться на нашем маленьком пароходике обратно на юг вдоль причалов к тенистой палубе, где поданные нам прохладительные напитки приятно освежали в такую жару.