Поднимаясь по ступеням, ведущим к амфитеатру, Йоник слышал, как толпа внутри скандирует имя Алерона Дэйкара.

Он быстро проследовал к боковому входу, которым пользовались только участники и самые важные зрители, и снял капюшон перед стражниками. Раньше его спрашивали, кто он и зачем пришел, а теперь его все знали. Весь город его знал.

«Я знаменит», – думал Йоник, не вполне понимая, что ему с этим делать. Рыцарю Теней слава всегда идет во вред, она мешает сохранять анонимность. Йоник чувствовал себя не в своей тарелке. Когда он не прятался под капюшоном, незнакомцы оборачивались, смотрели на него, перешептывались, поздравляли с победами. Все больше и больше людей в этом городе стремились поговорить с ним о состязаниях, о вражде между домами и о падении Амрона Дэйкара. Йоник хотел сбежать. Хотел оказаться подальше от всего этого.

«Еще два поединка, – думал он. – Два поединка – и я смогу отправиться… Куда? Домой? В Крепость Теней?»

«Они ведь заберут меня, Йоник, ты же знаешь…» Ему вдруг почудилось, что с ним заговорил сам Клинок Ночи. Он видел, как дымятся его края, как черные завитки складываются в узор. «Ты позволишь им забрать меня? Они ведь не отдадут меня тебе, Йоник…»

Йоник отогнал эти мысли и прошел мимо охранников на нижние уровни арены. Вокруг было пыльно и тихо, хотя сквозь стены доносился гул толпы, пульсирующий, как биение сердца. Он пошел по ряду коридоров, опоясывающих стадион, и добрался до своей обычной раздевалки, где его уже ждали доспехи и молодой оруженосец, обычно помогавший ему одеться. Он с усилием открыл скрипучую деревянную дверь и заглянул внутрь. Его доспехи были на месте, а вот мальчишка-оруженосец заметно подрос с их последней встречи.

Йоник сразу узнал Элиона Дэйкара. В его глазах таилась угроза.

Йоник замялся на пороге.

«Что он здесь делает? Почему не оставит меня в покое?»

– Мне нужно готовиться к поединку, Дэйкар, – сказал он, стараясь сохранять спокойствие. – Как ты попал сюда?

– Это мой город, Ладлэм, – ответил Элион, поднимаясь. На удивление он выглядел еще внушительнее, чем обычно: грудь колесом, под ярко-синим вандарийским камзолом бугрятся мышцы. – И здесь мои люди. – Элион сделал шаг вперед и окинул Йоника оценивающим взглядом. – Я с самого начала знал, что с тобой что-то не так. Что-то не сходилось. Подумать только, и это я чувствовал себя виноватым за то, что забрался в твою комнату в той вонючей дыре.

Йоник почувствовал запах вина.

«Интересно, сколько он выпил?»

– Я знаю, что ты прятал под кроватью, Ладлэм. Я знаю, кто ты.

Он продолжал наступать, держа ладонь на рукояти кинжала из божественной стали. Йоник почувствовал, как его рука тоже потянулась в складки плаща, но он остановил себя.

«Он знает. Не надо было приходить к его отцу той ночью».

– Что, нечего сказать? – Элион приближался. На мгновение Йоник снова подумал воспользоваться мечом, но Элион просто обогнул его, захлопнул тяжелую дверь и закрыл ее на засов. Затем он резко развернулся и достал клинок.

– Признайся! Здесь только мы. Скажи, кто ты такой!

Йоник прикусил язык. Он сделал несколько глубоких вдохов и произнес:

– Меня зовут Фицрой из дома Ладлэмов, я сын Маршалла Ладлэма из Рогового холма…

– Чушь собачья! На кого ты работаешь? – Элион подошел к нему почти вплотную, кинжал угрожающие посверкивал у него в руке. – Ты пытался убить моего отца, Рыцарь Теней. Думаешь, я оставлю это просто так только потому, что ты считаешь нас родственниками?

Он резко толкнул Йоника, тот от неожиданности попятился, споткнулся и сильно приложился о каменную скамью. В Йонике вспыхнул гнев, и он мгновенно вскочил на ноги.

– Ты мой брат, – прохрипел он своим обычным голосом. – Я знаю это. Я это чувствую.

Элион громко рассмеялся.

– Чувствуешь? Ты хочешь сказать, что эта чернота у тебя внутри способна на какие-то чувства? Может быть, кто-то и пожалеет тебя, бастарда, оказавшегося в ужасном месте, но ты пытался уничтожить мою семью! Ты умрешь за это, Рыцарь Теней. Брат ты мне или нет – я не успокоюсь, пока от тебя и всего вашего ордена не останется только прах.

Йоник опустил глаза, пытаясь собраться с мыслями, но ничего не получалось. Общение с Дэйкарами пробуждало в нем чувства, которые должны были быть давно похоронены где-то глубоко. Амрон. Элион. Он не мог контролировать себя в их присутствии. Они вызывали к жизни какую-то его часть, о существовании которой он даже не знал.

«Потому что моя кровь… это их кровь».

– Ты всего лишь инструмент, – продолжал распалять его Элион. – Ты и все остальные ублюдки, выросшие в горах. Безродные бродяги. Рабы чужой воли…

– А кто ты такой? – сорвался Йоник. Его голос скрежетал, словно металл о камень. Он поднял глаза, и Элион отступил на шаг назад. – Чем ты лучше меня? Я мог бы быть на твоем месте. Ты думаешь, я хотел такой жизни? Ты думаешь, я сам ее выбрал?

Глаза Элиона блеснули в свете лампы.

– Значит, ты признаешь это? – спросил он. – Ты признаешь, кто ты такой?

– Да! – взревел Йоник. – Это то, что ты хотел услышать? Да!

Слова вырвались у него прежде, чем он успел подумать. Он тут же пожалел, что не смог сдержаться, и оглядел комнату, внимательно прислушиваясь к звукам снаружи, ожидая, что через мгновение в комнату ворвутся люди и схватят его за это признание.

Наступила тишина, к ним никто не ворвался, из-за двери снова донесся шум толпы. Элион хмуро наблюдал за ним.

– Странный из тебя Рыцарь Теней, – пробормотал он. – Я думал, вы должны быть бесчувственными.

Йоник раздраженно вздохнул.

– Я в процессе становления.

Он произнес это без тени улыбки, не ожидая, что это может вызвать смех, но Элион все равно рассмеялся.

«Я мог бы быть на его месте, – подумал Йоник. – Кто я такой? Тень. Призрак. Трус…»

– Да, очевидно, – сказал Элион. – Ты же не смог убить моего отца, так что ты явно плохо учил уроки.

Йоник чуть было не рассмеялся сам – «Интересно, каково это – смеяться?» Однако веселье Элиона закончилось так же быстро, как и началось. Он прищурился и криво усмехнулся.

– Тебя это задевает, Рыцарь Теней? Что я называю его своим отцом, хотя ты, очевидно, уверен, что он и твой отец тоже.

Йоник отвел взгляд.

– Он и есть мой отец, – прошептал он. – Я это знаю. – Йоник посмотрел на Элиона – более крепкого, более красивого, но такого похожего на него. – И ты это знаешь, Элион. Ты же видишь. Ты чувствуешь.

– Я не чувствую к тебе ничего, кроме презрения, – процедил Элион, мгновенно потеряв самообладание. Его охватил гнев, глаза сверкали как раскаленные угли. – Для меня и моего отца ты – человек, который пытался разрушить нашу семью.

Элион несколько раз глубоко вдохнул, пытаясь успокоиться. Затем снова двинулся вперед, держа меч наготове.

– Где Клинок Ночи? Где ты его спрятал?

Йоник молчал.

– Отвечай!

Элион приблизился к нему и замахнулся, но Йоник успел уклониться. Он пригнулся и отскочил от скамьи, выхватывая меч.

– Не стоит провоцировать меня, Дэйкар.

– Думаешь, ты управляешься с мечом лучше меня?

– Я это знаю.

Элион хищно сощурился.

– Докажи.

Юноши напряженно стояли друг против друга. Один – крепкий и холеный, одетый в дорогие одежды, другой – худощавый, угрюмый, закутанный в плащ. Они были как две противоположности, как ночь и день – каждому выпала своя судьба, но их сходство от этого не становилось меньше.

Сердце Йоника бешено колотилось, и с каждым ударом в голове вспыхивала новая мысль. Некоторые из них были не более чем инстинктами, результатом многолетних тренировок: ему хотелось броситься в атаку, но эти порывы сдерживал рассудок.

«Что будет, если я нападу? – думал Йоник. – Я провалю задание, и они придут за мной. Элион Дэйкар может угрожать мне, но он связан законами своего королевства. А они – нет. Они будут преследовать меня до конца».

Прошло полминуты. Крики толпы за стеной то нарастали, то стихали, точно волны. Зрители скандировали имя Дэйкара. Каждый его отголосок, каждое эхо звучали для Йоника как оскорбление. «На его месте мог быть я. А кто я? – Он снова ухватился за собственную самоуничижительную мантру. – Тень. Призрак. Трус…»

– На кого ты работаешь? – спросил Элион. Он, видимо, устал ждать. – Если ты что-то знаешь, говори! Ты же просто пешка. Мне нужны твои хозяева.

«Неужели он наконец заговорил честно? – подумал Йоник. – Он и правда так меня ненавидит или это просто игра?»

– Я… я не знаю, – ответил он. – Мне не положено этого знать.

– Но хоть что-то знать ты должен! – Голос Элиона звучал умоляюще. – Как ты можешь слепо выполнять приказы, не задавая вопросов? Что они с тобой сделали, что ты стал таким покорным?

«Я и правда покорный? Слепо следую приказам?»

– Это вопрос выживания, – сказал Йоник. – Если я не подчинюсь приказу, меня убьют.

– Тогда беги. Мой отец заметил, что тебя раздирают противоречия, и я тоже это вижу. Тебе нужен Клинок Ночи? Так возьми его и беги. Пусть они преследуют тебя. Как они могут преследовать того, кого не видят?

Йоник нахмурился.

– И ты позволишь мне его забрать?

– Позволю? А как я могу тебе отказать? – Элион фыркнул. – Для меня важнее всего безопасность моей семьи. Два клинка Вандара потеряны – будет одним больше. Клинок Льда, Клинок Тумана… Никто не знает, где они. И никто не знал, где Клинок Ночи, пока ты не появился с ним и не пронзил моего отца. – Он покачал головой, и его голос стал тихим, задумчивым. – В этом месте имеет значение только Меч Варинара, и он должен остаться в доме Дэйкаров. Он должен перейти к моему брату. Поэтому забирай Клинок Ночи и уходи. Покинь этот город и это королевство и больше не возвращайся.

В комнате снова воцарилась тишина, вдали по стадиону прокатилась волна аплодисментов. Зрители все громче поддерживали Алерона. Было очевидно, что он одолеет Бронтуса Олорана, как и любого другого противника, который выйдет перед ним на арену.

«А я? Смогу ли я одолеть его? Этого они от меня хотят?» Йоник не был в этом уверен. Инструкции не простирались так далеко, но чего еще они могли добиваться?

– Я не могу уйти и не уйду, – сказал Йоник. – Я обязан… Я обязан исполнить свой долг.

– Долг? – Элион сплюнул на пол. – Долг предполагает честь, а в том, что ты делаешь, нет чести!

– Честь – это вопрос перспективы. Мы поддерживаем равновесие. Мы поддерживаем мировой порядок.

Элион презрительно рассмеялся.

– Слова безмозглого трутня. Я не могу позволить тебе продолжать исполнять свой долг, Рыцарь Теней. Поддерживай равновесие в мире, если хочешь, а я буду делать то же самое в своей семье.

Элион стремительно бросился вперед, сжимая в руке кинжал. Свободную ладонь он сжал в кулак и замахнулся, нацелившись Йонику в челюсть.

Тот вовремя заметил это движение: он все еще держался за свой меч, обострявший все его чувства. Йоник присел и обогнул Элиона, чтобы между ними образовалось пространство. Элион развернулся и приготовился к новой атаке.

– Стой, Дэйкар, – крикнул Йоник. – Не вынуждай меня…

– Что? – взревел Элион. – Не вынуждать тебя что? Убить меня, как ты пытался убить моего отца? Нашего отца? – Его глаза сузились. – Они знали? Твои хозяева. Они знали, о чем просили тебя?

Йоник не знал, что ответить.

– И ты вот так просто позволишь им управлять тобой? Подумай об этом! Думай головой! Ты для них не более чем оружие, которым можно размахивать. Они послали тебя убить собственного отца, разрушить свою семью. Как ты можешь продолжать служить им после того, что они заставили тебя сделать?

Он снова бросился в атаку. Йоник машинально взмахнул мечом, чтобы защититься. Увидев, что противник вытащил оружие, Элион зарычал и отбил клинок Йоника кинжалом. Громко звякнула сталь, а вслед за этим кулак Элиона все же настиг челюсть Йоника. От удара у Йоника помутилось в голове, перед глазами все поплыло, и уже в следующую секунду он больно приземлился на каменный пол.

Элион схватил Йоника за запястье и стиснул, заставляя разжать пальцы. Справившись, он тут же схватил его меч и швырнул через всю комнату.

– Я не позволю тебе служить им, – сказал Элион. – Это для твоего же блага. Ради всех нас…

С этими словами он отбросил свой клинок и схватил Йоника за горло, а другой принялся колотить его по лицу. Йоник извивался, пытаясь вырваться, но Элион был крупнее. В глазах у него плясала отчаянная ярость. Кровь залила Йонику лицо, он почувствовал ее металлический привкус во рту.

Собравшись с силами, он увернулся от очередного удара и оттолкнул Элиона. Рыцарь Варина повалился на пол, а Йоник тут же метнулся в другой угол комнаты, где на полу валялся его меч. Элион быстро подскочил и преградил ему путь.

– Трус! – процедил он. – Ты не хочешь сражаться со мной без помощи божественной стали? Я слышал, что в горах вам отрезают яйца. Это правда, евнух? Ты вообще мужчина?

Йоник осклабился и кинулся на Элиона. Тот уклонился от первого удара, но пропустил следующий в челюсть, такой сильный, что юношу отбросило на пару шагов. Однако Элион оказался крепким орешком. Он быстро собрался, бросился вперед и снова повалил Йоника на пол. Они покатились по полу, нанося друг другу удары локтями и коленями, отплевываясь от крови.

Элион пытался схватить Йоника за правую руку – ту, в которой он держал меч – и вывернуть ее, вывихнуть, сломать. Йоник бил его левым кулаком, бодался, пинался и всячески пытался вырваться, но Элион словно не замечал его ударов. В его глазах бесновался огонь. Он словно одичал, обезумел от того, какая угроза нависла над его семьей.

Йоник понимал: если сломают руку, ему конец. Лишившись руки, он лишится и жизни.

Эта мысль пронзила его сознание, и он начал рычать, кричать и дергаться, пытаясь освободиться от хватки Элиона. Но тот все равно понемногу выкручивал его кисть, Йоник чувствовал, как напрягаются мышцы, как горят огнем суставы. Он укусил Элиона за руку, вцепился зубами в кожу и плоть, но тот не поддался. По подбородку потекла кровь, Йоник заметался, начал звать на помощь, жалобно, отчаянно.

Раздался глухой стук в дверь. Йоник бросил на нее взгляд, но засов оказался задвинут. Послышались мужские голоса. Йоник снова закричал, и стук усилился. Элион потянул его руку сильнее. Йоник собрал последние силы, напряг правую руку, чтобы не дать вывернуть ее окончательно, и ударил Элиона в живот левым локтем. Это, казалось, сбило того с толку, и на мгновение он ослабил хватку. Вдруг в щель между дверью и косяком вошло лезвие, и сталь легко рассекла деревянный засов. Дверь распахнулась. Внутрь ворвались люди.

Толпа стражников бросилась разнимать юношей. Элион зарычал, когда его начали оттаскивать от Йоника, и его змеиная хватка наконец ослабла. Неожиданно в комнате появились еще люди, и Йоник заметил среди них Веррина Дэйкара, командира Серых плащей. Он встревоженно осмотрел представившуюся ему картину.

– Какого черта тут творится? – грозно спросил он.

Элион сплюнул и оставил на каменном полу красный сгусток. Осклабившись, он сверлил дядю взглядом, но ничего не ответил. Веррин посмотрел на Йоника.

– А ты, Ладлэм? Есть что сказать? Что здесь произошло? Кто начал драку?

Йоник сделал глубокий вдох и пошевелил правым плечом. Рука ныла и плохо слушалась, но серьезных повреждений, похоже, удалось избежать.

Веррин вздохнул и покачал головой. Он кивнул стражникам, которые держали Элиона.

– Отведите его в камеру во дворце, – сказал он. – Я разберусь с ним позже.

Пока Элиона тащили к выходу, он не сводил глаз с дяди. Дернулся, пытаясь избавиться от хватки стражников. Йоник услышал, как он процедил:

– Пустите меня. Я пойду сам.

Когда Элиона увели, в комнате воцарилась тишина. Со стороны арены по-прежнему долетал приглушенный гул. Веррин поднял с пола кинжал Элиона и меч Йоника. Первый убрал за пояс, а второй вернул хозяину. Йоник тут же спрятал меч в ножны.

– Что произошло? – снова спросил Веррин. – Мой племянник затеял драку? Можешь говорить свободно, Фицрой.

Йоник промолчал. Что он мог сказать, чтобы не выдать причину их ссоры? Одно дело признаться Элиону, кто он такой, а другое – признаться командиру Серых плащей. «Но, может быть, он уже и так знает, кто я такой…»

Веррин осмотрел Йоника.

– Ты ранен? Тебе нужна помощь?

Йоник покачал головой. В ушах немного шумело, тело болело в разных местах, грудь тяжело вздымалась от напряжения, но у него не было выбора.

– Все хорошо. Мне просто нужен оруженосец. Чтоб надеть доспехи…

Веррин кивнул.

– Я сейчас же за ним пошлю. Мой племянник вот-вот одержит победу над Бронтусом Олораном – бой закончится быстро, если только не произойдет что-то непредвиденное. Я позабочусь о том, чтобы твой поединок с Далтоном Тайнаром отложили на более позднее время, чтобы ты мог прийти в себя.

– Мне не нужно время…

– Нужно, – отрезал Веррин. – Время, а судя по твоему виду, еще и лекарь. Я кого-нибудь пришлю. – Веррин покачал головой. – Я знаю, что драку затеял Элион, Фицрой. Не надо покрывать его из-за громкого имени. Он не должен был приходить сюда и нападать на тебя перед боем. Это несправедливо. Если хочешь, можно перенести поединок на завтра.

– Не нужно, – перебил Йоник. – Я готов.

Веррин посмотрел на него с сомнением.

– Ты уверен? Ты точно уверен?

Йоник стиснул зубы и кивнул, затем отошел назад и сел на каменную скамью. Там он и сидел, пока его осматривал лекарь и пока мальчишка-оруженосец помогал ему надеть доспехи. В это время пришла весть, что Алерон Дэйкар вышел в финал и неуклонно идет навстречу своей судьбе.

Пришло время и Йонику встретиться с ним.