«Я никогда не знал своих родителей, – подумал Йоник. – Кто я? Кто я на самом деле? Никто. Пустое место. Убийца и трус».

Он посмотрел на дверь, за которой скрылся Элион Дэйкар, и его мысли вернулись к вопросам, которые давно его терзали. «Кто я? Откуда я?» Он стоял неподвижно, погруженный в свои мысли, и смотрел на дверь. В комнате клубился легкий дымок, просачивающийся сквозь щели и танцующий на полу. Снизу доносились голоса, смех и разговоры, от которых слегка подрагивали доски.

«Зачем он притащился сюда? – размышлял Йоник. – Неужели он все еще подозревает меня? А вдруг он его нашел?» Его взгляд упал на кровать. Йоник подбежал к ней, опустился на колени и заглянул вниз. Половица, под которой он спрятал Клинок Ночи, была на месте. Ее никто не трогал. Он все предусмотрел. Йоник вздохнул, встал и начал ходить туда-сюда. Внизу, в таверне, становилось все шумнее: люди закончили дневные труды и пришли отдохнуть. Скоро стемнеет, и будет несложно скрыться даже у всех на виду. Йоник посмотрел на кровать, на половицу, под которой лежал клинок.

«Кто я? – снова подумал он, словно вопрошая спрятанный в тайнике меч. Он перевел взгляд на дверь и представил Элиона Дэйкара в его темном плаще с капюшоном. – Он… он так на меня похож».

Он не замечал этого раньше. Во всяком случае, не так явно. И уж точно не после первого боя, когда Элион заявился к нему в своих дорогих одеждах и с аккуратно расчесанными волосами. Но в этом плаще он словно стал другим человеком: волосы под капюшоном плотно прилегали к голове, глаза в полумраке казались менее яркими, скорее серыми, чем голубыми.

«Почти как у меня. Совсем как у меня».

Йоник вздохнул, чувствуя, как сильно заколотилось сердце, и снова глянул в сторону половицы, под которой хранился Клинок Ночи. «Может ли такое быть? – спросил он у скрытой от глаз стали. – Может ли быть, что мы… братья?»

Он попытался выбросить эту мысль из головы, но она не уходила, и лицо его исказила гримаса. Его лицо с серыми глазами. Бледное лицо, обрамленное темными волосами, спадающими на широкие плечи – такие же широкие, как у всех Дэйкаров.

Он снова принялся ходить взад-вперед. «Нет, этого не может быть. Амрон Дэйкар никогда не зачал бы ребенка вне брачного ложа. Он бы никогда…»

Йоник отогнал эту мысль. Это было так глупо, но вместе с тем так логично. Он всегда знал, что его отец был из могущественного рода Сталерожденных, иначе как бы Йоник смог поднять Клинок Ночи?

«Только я, – подумал он. – Только я оказался достоин. И он».

Воспоминание снова всплыло у него голове: Амрон Дэйкар стоит с Мечом Варинара на поясе – невозмутимо и легко.

«Он носит один из клинков Вандара, как и я. Только мы способны на это. Только я и он. Отец…»

– Нет! – Он зло топнул ногой и уперся ладонями в стену. – Да не может этого быть! Не может!

Он ударил кулаком в стену и услышал, как хрустнуло дерево. В руке вспыхнула острая боль. Он потянулся к клинку из божественной стали, висевшему у него на бедре, и почувствовал прилив сил. Он бил снова и снова, все яростнее, пока его кулак не пробил дерево и камень и щепки не полетели в ночь. Он наслаждался болью, грохотом, этим неудержимым порывом, но тут дверь позади него распахнулась, и в проеме показался хозяин таверны. Он в ужасе таращился на продырявленную стену своего заведения.

– Ты… Что ты наделал?!

– Убирайся! – взревел Йоник. Он рванул вперед, словно призрак, и в мгновение ока оказался рядом с мужчиной. Навис над ним высокой черной тенью. – Убирайся сейчас же!

Старик бросился бежать на подгибающихся ногах. Йоник глубоко вздохнул и снова направился к пролому. Он продолжал бить кулаком, пока кровь не забурлила в венах, а в голове не остались лишь шум и боль, треск дерева и камня, ненависть, страх и гнев, к которым он был приучен и с которыми жил всю жизнь.

Он выглянул в пролом и окинул взглядом зловонные улочки Низины. Он представил себе сердце города за внутренними стенами, с его широкими аллеями, высокими каменными зданиями, статуями и клумбами, сладкими ароматами, наполнявшими воздух. Представил замок Дэйкаров, величественно возвышающийся на холме. Представил балконы на башнях, и покои, и Амрона Дэйкара, одиноко сидящего в своей комнате.

Его захватила навязчивая мысль. Он силился отмахнуться от нее, но ничего не выходило.

«Я должен узнать. Я должен узнать, и лишь он может рассказать правду».

Он подошел к кровати, достал Клинок Ночи и прицепил его к поясу, затем надел плащ и устремился в ночь. С хозяином таверны можно разобраться и позже.

* * *

Ветер трепал его черный плащ, но Йоник упорно карабкался по стенам замка, как паук. Попасть туда оказалось несложно – удивительно, куда может добраться человек, если он невидим.

Окна светились огнями каминов. Йоник видел, как обитатели замка занимаются своими вечерними делами: пьют, рукодельничают, поют и танцуют. Тут оказалось полно народу, гораздо больше, чем он думал. Он полагал, что в замке обитают только члены семьи и слуги, но в окнах он увидел и приближенных рыцарей, и придворных, и других важных особ. Но то на нижних этажах, а цель Йоника была выше. Он слышал, что Амрон Дэйкар в последнее время совсем отчаялся и заперся в своих покоях, отказываясь показываться на людях.

«Из-за меня, – карабкаясь, думал Йоник. – Я сделал его таким. Своего собственного отца…»

Он устремился выше, стараясь убежать от непрошеной мысли, и крепче ухватился за клинок, придававший ему ловкости и сил. Одна рука оказалась занята, но сила илитианской стали сполна компенсировала это неудобство. С этой высоты город был как на ладони. Величественные замки и форты стояли на пологих холмах, а внизу мерцали огоньки. Йоник посмотрел вниз, но не остановился, а полез дальше. Он добрался до следующего выступа, подтянулся и оказался на балконе, который со всех сторон обдувал ветер.

Он услышал голоса из комнаты. Балконные двери были открыты, занавески трепетали на ветру. Йоник быстро полез выше, цепляясь за выступы, скульптуры и другие украшения башни. Вскоре он оказался на вершине замка и тихо забрался на балкон самых верхних покоев. Йоник медленно выдохнул и осторожно разжал пальцы. Магическая сила отхлынула, к его телу вернулись очертания.

Он замер, уставившись на открытую дверь. Из комнаты лился мягкий свет лампы, и через занавески можно было разглядеть силуэт человека, который, сгорбившись, сидел в кресле и о чем-то думал в одиночестве. Йоник вспомнил ночь в Расалане, как он стоял перед входом в палатку Первого клинка. Тогда он пришел убить его. А сейчас? «Я ищу только ответы или что-то еще? Вдруг я захочу отомстить ему, когда он даст мне их?»

Он сделал шаг вперед – его фигуру скрывал плащ, на лицо падала тень от капюшона. Все так же, как и в прошлый раз: даже Меч Варинара лежал рядом с Амроном Дэйкаром, блестя золотом. Йоник прошел в темную комнату, Первый клинок заметил его. Лицо Амрона покрывала густая черная щетина, глаза казались темными. Он посмотрел на Йоника сквозь хмельную пелену, а затем откинулся на спинку стула, который натужно заскрипел под его громадным весом.

– Это ты, – сказал Амрон Дэйкар. В его голосе не осталось ни капли прежней суровости. В нем не было вообще никаких эмоций. – Пришел закончить дело?

Амрон сидел в одном исподнем, его левая рука безжизненно болталась вдоль тела. Йоник слышал, что он не может делать ею почти ничего. На полу валялся брошенный костыль. Повсюду были пустые бутылки из-под вина и эля, простыни на постели сбились в кучу.

«Он совсем пропал. Потерялся в собственном горе».

– У меня нет таких указаний, – прошептал Йоник, не скрывая своей природной хрипотцы. – Я пришел не за тем, чтобы убивать вас.

– Тогда кого? – спросил Амрон. Его голос стал увереннее, он поерзал на стуле. – Кого ты пришел убить?

– Никого.

Амрон, тяжело дыша, поднялся, взял Меч Варинара в правую руку и направил острие на Йоника, закутанного в плащ, точно летучая мышь.

– Объясни мне, почему я не должен разрубить тебя пополам прямо здесь и сейчас? – Он сделал пару шагов вперед, сильно хромая на правую ногу. – Ты отнял у меня все. Все отнял!

Йоник стоял на месте, охваченный жалостью и чувством стыда.

– Я выполнял приказ, – тихо ответил он. – У меня не было выбора. В противном случае они убили бы меня.

Амрон нахмурился и остановился.

– Убили бы тебя… – пробормотал он. – Так ты Рыцарь Теней?

Йоник напрягся, губы Амрона искривились в усмешке.

– Да, я знаком с вашими обычаями, – усмехнулся Амрон. – Вы не такие скрытные, как думаете.

Он фыркнул и, поморщившись, опустился обратно в кресло. Глотнул вина, положил Меч Варинара на колени и принялся поглаживать лезвие. Казалось, это его успокаивает.

– Говорят, – наконец сказал Амрон, – что Повелители Теней сами выбирают, какие задания выполнять. У вас есть совет, и он решает, кому жить, а кому умереть. – Он поднял глаза. – Это правда?

Йоник кивнул, все еще глядя, как рука лорда Дэйкара мягко скользит по клинку, нежно поглаживая запотевший металл, пробегая пальцами вверх и вниз по его золотистой, сияющей стали.

– Это правда, милорд. Мы поддерживаем равновесие в мире.

Первый клинок улыбнулся.

– Это тебе так говорят?

– Я…

– Не волнуйся, Рыцарь Теней, я не виню тебя за то, что ты пешка. Ты просто часть большой игры, вот и все. Твой разум тебе не принадлежит.

– Это не так, – ответил Йоник.

– Тогда почему? – Амрон Дэйкар поднял глаза. – Почему я? Ты можешь мне это объяснить?

– Я не могу говорить об этом. Это не мое дело.

– Да. Потому что ты не знаешь. Они ничего не объясняют тебе, потому что тогда ты можешь начать думать сам. – Амрон все поглаживал свой меч. – Ясно же, что в моей смерти не было необходимости, – продолжил он. – Иначе ты бы меня уже прикончил. Интересно, кто за этим стоит? Какой-то лорд? Король? Принц? Или это личная месть?

Сам того не желая, Йоник ответил:

– Они сказали, что ваша смерть изменит мир.

Амрон Дэйкар презрительно усмехнулся.

– Ну конечно! Красивые слова. Но я не умер, так что, думаю, тебя могли обмануть.

Он снова провел рукой по клинку, медленно и нежно, а потом взялся за кубок и отпил из него вина.

– Ну и зачем ты здесь? Чтобы покаяться? Или выразить сожаление? Скажи, что тебе надо, и оставь меня в покое. Не видишь, я занят?

Он усмехнулся и снова сделал глоток вина. Йоник задумчиво отвел взгляд и тихо, робко заговорил:

– Я хочу узнать о вашем прошлом. У меня есть вопросы…

– Вопросы? У тебя есть вопросы? – Амрон нахмурился и махнул рукой в сторону балкона. – Тогда иди послушай песни, парень. Послушай, о чем поют менестрели и треплются простолюдины. Поговори с кем хочешь – и узнаешь историю моей жизни. Жизни, которую ты у меня отнял. – Он пристально смотрел на Йоника, в его глазах еще теплились угольки былого огня. Он покачал головой. – А-а-а… Какой смысл винить тебя. Ты – оружие, инструмент, и не более того. Важно, кто тобой управляет, но ты ведь не скажешь мне?

Йоник помотал головой.

– Так зачем ты здесь, в этом городе? Какое у тебя задание?

Йоник не ответил.

– Ты не пришел убивать меня или моих сыновей, это очевидно – иначе ты бы тут не стоял. Я прав? Возможно, кого-то другого… Короля? – Амрон усмехнулся. – Я был бы не против, как бы предательски это ни звучало. Но в этом я тоже не вижу смысла, – продолжал рассуждать он, словно в комнате больше никого не было. – Кого же? За кем же ты пришел?

Йоник внимательно наблюдал, всматривался в глаза этого человека и все отчетливее видел сходство. Свое сходство с ним и его сыновьями. Это объясняло чувство, которое она испытывал в его присутствии. «Было ли оно тогда? – думал он. – Может, поэтому я и колебался? Может, в глубине души я знал, кем он мне приходится?»

В комнате стало тихо, только ветер завывал за окном. Он ворвался в комнату, задел плащ Йоника, и тот затрепыхался, но потом снова лег на плечи. Йоник даже испугался, не заметил ли Амрон фамильный меч Ладлэмов. Если он увидит навершие с орлом и полумесяцем, то сразу поймет, кто перед ним.

Йоник поправил плащ, чтобы он надежно скрывал его. Попытался поймать взгляд Амрона Дэйкара, но тот смотрел на Меч Варинара, который лежал у него на коленях. Амрон гладил клинок и что-то шептал ему. Йоник видел в его глазах одержимость – и хорошо ее понимал.

«Он разговаривает с мечом, совсем как я. Для него это – друг. Дорогой друг, бесценный. И скоро ему придется с ним расстаться. Неудивительно, что он заперся здесь, в одиночестве, в компании лишь этого самого меча».

– Мне жаль, – неожиданно для себя сказал Йоник. – Мне жаль, что я отнял его у вас.

Амрон Дэйкар поднял глаза, блестевшие в свете лампы от боли потери. Но он все равно улыбнулся и кивнул, как будто слова Йоника что-то значили.

– Ты ведь знаешь, правда? – горько улыбнулся он. – Знаешь, какую власть имеет этот клинок? Какая ирония, что только ты – из всех людей – можешь понять, как я страдаю. Но скажи мне, Рыцарь Теней, как долго ты владеешь Клинком Ночи? Год? Два? – Искалеченный и пьяный, Амрон поднял Меч Варинара с такой легкостью, будто тот совсем ничего не весил. – А теперь представь, что ты владеешь им почти двадцать лет, – нараспев произнес он, глядя на сияющее золотистое лезвие. – Представь, как тяжело потом с ним расставаться.

– Не могу, – прошептал Йоник, чувствуя, как от этой мысли по спине побежали мурашки. Он инстинктивно потянулся к рукояти своего клинка, чтобы ощутить его прикосновение. Амрон внимательно посмотрел на него.

– Невыносимо, правда? Ты даже сейчас не можешь выпустить его из рук, я это вижу. Но они ведь захотят его обратно, так?

«Я его не отдам».

Йоник опустил глаза.

«Я думаю об этом слишком часто. – Он взглянул на Амрона. – Это опасно, очень опасно. Нельзя поддаваться…»

– Ты попытаешься отобрать его у них? – спросил Первый клинок. – Я вижу, что ты хочешь. Но решишься ли?

Йоник покачал головой.

– Нет, я… Я бы никогда…

– Не надо врать мне. Кому я могу рассказать?

– Я не вру. Я бы никогда не предал своих…

– Нет? Ты уверен? Ты уверен, Рыцарь Теней?

Эти слова отравляли его. Йоник чувствовал, как его охватывает соблазн. Он покачал головой, отвернулся и сделал несколько шагов по комнате. Амрон Дэйкар невозмутимо поглаживал свой клинок и наблюдал за ним. Наконец Йоник остановился, перевел дыхание и заговорил:

– Это я пришел задавать вопросы вам, лорд Дэйкар. Не испытывайте мое терпение. Вы же знаете, на что я способен.

Йоник смолк, чтобы перевести дух и успокоиться. Разговор пошел не так, как он планировал, и он не знал, что делать дальше. Он снова посмотрел на Амрона и подумал: а хочет ли он вообще знать? В голове метались куда более тревожные мысли. Мысли, которые могут дорого ему обойтись.

«Смогу ли я сбежать? Забрать Клинок Ночи и скрыться навсегда?»

– Тогда задавай свои вопросы и уходи. Я не могу ждать всю ночь. Ты мешаешь мне отдыхать.

Йоник попытался сформулировать вопрос, но слова не шли.

«Как же это сказать?»

Вопросы о добродетельности и супружеской верности наверняка его взбесят – это же Амрон Дэйкар, человек незапятнанной чести, а его жена была любимицей всего королевства. Мог ли он когда-нибудь нарушить свои клятвы и лечь в постель с другой женщиной? Даже во время войны, когда он месяцами отсутствовал и его жажда крови по ночам уступала другим желаниям, он никогда не переступал черту. Или все-таки переступал?

– Ну же, парень, ты испытываешь мое терпение. Ты здесь для этого? Чтобы помучить меня? Тебе мало того, что ты уже у меня отнял?

Йоник поднял глаза.

– Я… я думаю, что…

Он замолчал. Амрон ждал.

– Что ты думаешь? – Он начинал злиться. – Говори, будь ты проклят!

Амрон встал и пошел на Йоника. В полумраке он казался огромным, а его шрам, пересекающий все лицо от виска до челюсти, выглядел еще более устрашающе. Йоник испуганно отступил.

– Тогда уходи, – произнес Амрон. – Если тебе нечего сказать – уходи! Оставь этот замок и этот город! Оставь меня и мою семью в покое!

– Я думаю… Я думаю, что я твой… – начал Йоник.

– Что ты думаешь? – перебил его лорд Дэйкар. – Ты тень! Мальчик, прячущийся за плащом. Покажи мне свое лицо. Я хочу видеть человека, который отнял у меня жизнь!

Он шел вперед, опираясь на Меч Варинара, который звенел и сверкал золотом в полумраке комнаты. Йоник отступал, пока не оказался за занавеской, на балконе. Холодный ветер трепал его плащ, а капюшон грозил слететь. Он опустил его еще ниже, когда Амрон Дэйкар вышел и остановился на пороге. Йоник запрыгнул на каменное ограждение балкона и примостился на самом краю. От вида пропасти внизу кружилась голова, но он же приносил странное успокоение. Йоник вспомнил Крепость Теней и великую бездну за вратами, пустоту, которая, как говорили, никогда не кончается, и те, кто падает в нее, падают вечность…

– Ну что, Рыцарь Теней, куда теперь? – хмыкнул Амрон. – Ты и летать умеешь? Не знал, что у тебя при себе и Клинок Ветра! Ты стащил его из наших хранилищ, да? Вот зачем ты здесь?

Йоник глянул вниз. Падать опасно – можно и шею сломать.

– Отдай его мне, – прорычал Первый клинок, подходя ближе. – Верни мне Клинок Ночи! Это наследие нашего королевства, часть сердца самого Вандара! Ему место здесь, в наших хранилищах! Отдай его! Отдай!

Амрон Дэйкар вдруг бросился вперед, размахивая Мечом Варинара. Йоник подпрыгнул и, сделав сальто, приземлился на перила с другой стороны балкона. От удара откололся кусочек камня. Йоник споткнулся, и его потянуло назад.

Он перевалился через балкон, пытаясь ухватиться за что-нибудь, но не успел. Пролетел этажом ниже и с громким хрустом упал на другой балкон. Из легких вышибло весь воздух. Послышались голоса и шаги – кто-то спешил на шум.

Йоник схватил Клинок Ночи, слился с темнотой и перепрыгнул через перила, оказавшись еще этажом ниже. Наверху он заметил Элиона Дэйкара, который в панике выскочил на балкон и озирался по сторонам, а затем взглянул выше, на балкон отца, и тут же забежал внутрь. Йоник прыгнул еще раз и еще, ловко приземляясь на балконы и выступы, – с мечом в руках он был силен и проворен, как никто.

Через пару мгновений он уже несся через внутренний двор к стене замка. Одним махом перепрыгнув через клумбу, Йоник оказался на стене. Там он остановился на секунду и посмотрел на башню, где Амрон Дэйкар по-прежнему стоял на балконе и вглядывался в темноту.

«Зря я пришел. Нельзя было этого делать».

Он развернулся и спрыгнул со стены на другую сторону. Он мчался по городу, а в голове у него настойчиво пульсировала одна-единственная мысль:

«Я никогда его не отдам».