Капитан Литиан Линдар вынырнул из своих мыслей, услышав, как кто-то громко и смачно рыгнул. Воздух наполнился запахом вчерашнего вина и жареного кролика. Стая скворцов с перепугу взмыла в небо.

– Великие боги, Боррус, неужели ты не можешь сдержаться! – сердито сказал Литиан, обернувшись к попутчику. – Никогда не видел, чтобы человек так громко рыгал. Распугал всех птиц.

– Сам виноват, – незамедлительно ответил Боррус, разминая спину и шею. Под ним уверенно шагал могучий боевой конь гнедой масти. – Ты обещал, что мы будем останавливаться на ночлег в приятных местах, а вместо этого мне пришлось спать в лесу.

– А это-то здесь при чем?

– Не дури, дружище. Мне пришлось напиться, чтобы заснуть. Все эти корни, камни, прелые листья… А ты спал как младенец.

– Это называется привычка, Боррус. Моя должность не предполагает мягких перин.

– А разве я своих не заслужил? Да я за время войны отправил на тот свет около сотни врагов. Тебе не кажется, что для одной жизни этого более чем достаточно? – Он ударил себя в грудь и снова рыгнул, но уже не так впечатляюще, как в первый раз. – И потом, тебе и самому не понравится сидеть в каком-нибудь укреплении и командовать сотней солдат. Так что это я возьму на себя, а тебе лучше в дороге.

Литиан не стал спорить. Амрон любил странствовать по королевству, проверять местных правителей и военачальников, и Литиан всегда был рядом с ним. Ему это нравилось. Он, как и его господин, не любил сидеть без дела.

– А почему ты вдруг решил отправиться в путешествие, Боррус? Тебе же так хорошо в своей крепости.

– А с чего ты вообще взял, что я хочу сейчас быть здесь?

– Я говорю не про наше задание, Боррус. Я имею в виду путешествие в Тукор и Расалан.

– О, все просто. – Боррус мечтательно улыбнулся. – Я ужасно люблю моллюсков. Решил, что возможность их поесть стоит того, но тут Амрон возьми и чуть не помри, а мне даже поесть не дали. – Он погладил свой внушительный живот и добродушно хохотнул. – И никто ведь не подумал о том, как настрадался я!

Они продолжили путь. Береговая линия убегала далеко на юг, где в воды Красного моря вдавался огромный участок суши. Там находился форт и военная гавань Южного дозора, оттуда быстрее всего можно было добраться до залитых жарким солнцем южных земель. «В Агарат», – подумал Литиан, и по его спине пробежали мурашки.

– Эй, ты чего такой молчаливый? – спросил Боррус, и его голос разнесся по округе, распугивая местных животных. – Ты сегодня сам не свой. Меня это тревожит. Где твоя улыбка, Литиан? Давай-ка покажи мне ее.

В руке Боррус держал кусок сыра, который выудил из седельной сумки. Он всегда любил поесть. Прежде стройный и мускулистый, сложением напоминавший Амрона, Боррус обмяк и округлился. Виной тому были годы излишеств, большая любовь к вину и еде и пренебрежение тренировками с мечом. Литиан гадал, как Боррус еще влезает в свои доспехи, хотя оружейники из Сталелита наверняка давно подогнали их под его растущую фигуру. Он в одиночку одолел бы с десяток воинов, в этом Литиан не сомневался, но былой выносливостью похвастаться не мог. «Увы, Боррус уже не лучший напарник в бою, – думал Литиан. – Но, по крайней мере, у нас есть сэр Томос».

– Я не в настроении улыбаться, Боррус, – сказал Литиан. – Слишком многое нужно обдумать.

– Да ладно тебе, не кисни. Все будет хорошо. Они нам ничего не сделают, тем более что мы идем с белым флагом. Тебя беспокоят слухи о безумии короля Дулиана?

– В том числе.

– А вот я, например, очень хочу узнать, правда это или нет. Я буду страшно разочарован, если он окажется нормальным. Ты же знаешь, как искажаются новости, когда их перескажут с десяток раз.

«Надеюсь, ты прав», – подумал Литиан, хотя это была далеко не единственная проблема. В Агарате, как и в северных королевствах, много влиятельных семей, и не все они будут рады видеть трех рыцарей Варина, которые в свое время отправили на тот свет много агаратских солдат. Литиан не спорил с приказом Амрона, но все же беспокоился о том, что их ждет.

Вдалеке появился всадник, который быстро приближался к ним.

– О, Томос возвращается, – заметил Боррус. Они отправили его вперед рано утром, чтобы он сообщил об их прибытии и подготовил корабль. – Этот парень такой нетерпеливый. Надо присматривать за ним, Литиан. Молодняк вечно лезет на рожон.

– Боги, Боррус, он не настолько молод. Ты говоришь о нем так, будто он ровесник Элиона. А ведь ему уже тридцать два!

– Он выглядит моложе, но это дела не меняет. Новое поколение стремится к войне. Если что-то пойдет не так, Томос может переусердствовать. Это справедливое замечание, и ты это знаешь.

Литиан неохотно согласился. Между старшими рыцарями, которые прошли войну, и теми, кто вырос после нее, огромная разница. Томос служил оруженосцем у нескольких рыцарей, которые погибли во время войны, он видел смерть и ярость, но сам никогда не участвовал в битвах. Его место было в лагере, он наблюдал за сражениями издалека и заботился о нуждах своего рыцаря, когда – и если – тот возвращался. Литиан считал, что это непростая роль. Не пробуждает ли она желание отомстить?

Они пустили лошадей легким галопом. Небо над ними было кобальтово-синим. Они провели в пути уже больше недели и проехали почти пять сотен миль на юг. Правда, они на полдня останавливались в Красной вершине, чтобы забрать сэра Томоса и дать лошадям отдохнуть.

Когда-то там правила семья Лукар, но теперь этот величественный, хорошо укрепленный город перешел к отцу Томоса, лорду Пентару. В округе располагалось множество шахт и фабрик, а сам город был знаменит красным камнем: из него строили здания, им мостили дорогу. От такого обилия алых оттенков у приезжих частенько пробегали мурашки. Поговаривали, что это из-за того, что в землю здесь пролилось много крови.

«Кровавый город, – подумал Литиан. – Так называют это место там, куда мы направляемся. Город, вымощенный костями агаратцев и залитый их кровью. Неудивительно, что Огнерожденные решили нанести нам визит. Возможно, это были не просто разведчики…»

В самом городе они узнали больше подробностей о появлении драконов. Даже на улицах чувствовалось напряжение, невысказанный страх, что война с Агаратом начнется со дня на день.

– Вы здесь надолго, сэр Литиан? – крикнул один из местных жителей, когда они ехали по городу к красному замку Пентара. – Вы приехали, чтобы защитить южное побережье?

Литиан махнул рукой, пытаясь успокоить собеседника.

– Юг не нуждается в нашей защите. Не тревожьтесь, лорд Пентар все держит под контролем. Не бойтесь Огнерожденных, это просто разведчики, ничего больше.

– Ваша правда, сэр, но эти разведчики заставили нас понервничать. Мы боимся, что это предвестие чего-то пострашнее.

– Да ничего не случится. – Литиан заметил, что к мужчине присоединились еще несколько местных, и придержал коня. – Мы с сэром Боррусом направляемся в Эльдурат к королю Дулиану и возьмем с собой вашего сэра Томоса. Мы все уладим и вернемся с хорошими новостями. Так что продолжайте заниматься своими делами и не бойтесь смотреть в небо. Драконов здесь вы не увидите еще много лет.

Тем же вечером Литиан встретился с лордом Пентаром в его просторном зале, где собрались представители многих влиятельных домов Красной вершины. Лорду, неплохому в прошлом воину, перевалило за шестьдесят, и выглядел он уже неважно: мучили старческие болезни.

– Один из этих драконов был совершенно ужасен, – прохрипел лорд, сидя в кресле из красного камня в верхней части зала. – Огромный, черный, куда страшнее тех, что раньше видели на побережье. Говорят, Камень притягивает более крупных чудовищ, а Крылья кишат драконами. Что-то происходит на тех островах, и это беспокоит змеев.

Литиан пристально посмотрел на Пентара. Старик выглядел изможденным, его некогда гордое лицо осунулось и обвисло, а редкие волосы торчали в разные стороны, однако взгляд лорда оставался острым и настороженным. К тому же все знали, что старого лорда не так просто напугать.

– Я слышал об этом. – Литиан положил руку на плечо старика. – Мы разберемся с этим, лорд Пентар. Посмотрим, что удастся выяснить.

Пентар задумчиво кивнул и ответил не сразу.

– Мне не нравится это задание, Литиан. Боюсь, вы можете не вернуться.

Литиан нахмурился.

– И вы все равно позволите Томосу поехать?

– Таков приказ моего господина, – устало ответил Пентар. – Амрон останется Первым клинком, пока не будет исполнена Песнь, и я буду делать то, что он велит, что бы об этом ни думал. Кроме того, у меня есть и другие сыновья. Томос лучше всех владеет клинком, но он все-таки не наследник.

Насколько помнилось Литиану, Томос был пятым сыном лорда Пентара, рожденным от его третьей супруги, и у него было много сестер. Всего Пентар прижил двенадцать детей, и некоторые обладали сильным даром Сталерожденных. Томос ярко выделялся среди них, и его стали называть Красным рыцарем Вершины. После этого он завел привычку надевать под плащ Варина красную кожаную куртку, что по какой-то причине заметно действовало Боррусу на нервы.

– Рыцарь должен заслужить свое прозвище, – ворчал он тем же вечером, когда уже изрядно напился. – Красный рыцарь Вершины. Звучит так, будто он чего-то добился, а на деле-то – выиграл несколько турниров, и то в отсутствие Алерона.

– Да ладно тебе, Боррус, – пытался успокоить его Литиан. – Нельзя винить молодых рыцарей за то, что они не сражались на войне. Ты же не подумаешь ставить это в вину Элиону или Алерону? – Он строго посмотрел на товарища. – То-то же. Кстати, у них обоих тоже есть прозвища.

Элиона называли Вторым сыном, и это прозвище он не любил. У него было и другое, которое ему нравилось больше, – Разящий рыцарь. Литиан часто думал, что это прозвище Элион придумал себе сам: он говорил, что оно ему очень подходит, ведь он предпочитал атакующий боевой стиль и в целом был очень привлекательным юношей. Литиан часто слышал, как тот с довольной ухмылкой представлялся: «Элион Дэйкар, Разящий рыцарь». Добрый, дружелюбный и общительный Элион… В последнее время он изменился, стал другим. Стал бы он так представляться теперь? Литиан в этом сомневался.

У Алерона тоже были прозвища. Некоторые из них ему нравились, некоторые – нет. За то, что он часто побеждал на турнирах и искусно владел мечом, его прозвали Алероном Непоколебимым. А вот прозвище Эхо Амрона не пришлось ему по душе.

У всех рыцарей Варина были прозвища, и не всегда лестные. Борруса часто называли Рыцарем-бочкой или Бочонком – из-за его широкой груди. Некоторые даже стали именовать его Надутым рыцарем, но Боррус не обижался. Литиана все знали как Рыцаря Долины – это напоминало о его малой родине, Туманной долине на севере Вандара. Сэра Киллиана прозвали Золотой Гривой за его роскошные волосы, а у Амрона было столько прозвищ, что всех и не упомнить.

Боррус все еще сомневался, стоит ли брать с собой сэра Томоса. Идея отправиться в путешествие вдвоем с Литианом, очевидно, нравилась ему куда больше. Рыцарь-бочка был знаменит своим веселым нравом, но когда речь заходила о молодых, неизменно начинал важничать. Он не стал бы так говорить об Алероне или Элионе, но над всеми остальными был готов позубоскалить за милую душу.

Когда Томос подъехал к ним ближе, Боррус усмехнулся. Под развевающимся синим плащом ярко горела на солнце дорогая красная куртка.

– Ну настоящий герой, – пробормотал Боррус, потирая щеки. – Литиан, я когда-нибудь выглядел на коне так же ослепительно, как он сейчас?

– Не похож ты на лихого рыцаря, Боррус, – ответил Литиан с ухмылкой.

Боррус вздохнул и посмотрел на свой живот.

– Я немного растолстел, да? – спросил он, точно увидел свои габариты в первый раз.

– Это все из-за удобных кроватей и подушек. Но готов поспорить, ты бы все равно победил большинство молодых рыцарей. Часто тренируешься в последнее время?

– Не так часто, как хотелось бы. Не думал, что снова придется сражаться, вот и расслабился. Я тренирую своих ребят, но они еще зеленые, и, честно говоря, вряд ли из них получатся хорошие рыцари. К сожалению, вся кровь Варина утекла к детям моей сестры.

Он сокрушенно покачал головой. Все рыцари Варина хотели, чтобы их сыновья выросли сильными, но это не всегда получалось.

– А ты, Литиан, не думал снова завести семью? Достаточно ты проходил в трауре, друг мой. Ты не предашь ее, если женишься второй раз.

Литиан отвел взгляд. Когда-то у него была жена, подруга детства из Туманной долины. Талия. Черноволосая красавица, добрая и благородная. В детстве они были лучшими друзьями, а потом Литиан стал рыцарем Варина. Сперва оруженосцем, затем полноценным воином… а потом мир охватила война.

Когда все закончилось, народ Вандара был так счастлив, что теперь наконец-то можно вздохнуть свободно после долгих лет сражений. Люди бросились жениться и рожать детей. Литиан не стал исключением. Он вернулся домой, взял в жены Талию, и вскоре она забеременела, но роды оказались тяжелыми, и в итоге ни жена, ни ребенок не выжили. Литиан взял на руки своего бездыханного сына, поцеловал жену в щеку и зарыдал так, как никогда в жизни не рыдал. Дал себе слово, что больше никогда не женится и не заведет детей. Он вернется к своему долгу и будет служить рыцарям Варина. С тех пор он так и жил.

Появившийся перед ними сэр Томос спас Литиана от горьких воспоминаний. У него были длинные каштановые волосы с рыжеватым оттенком, выразительные глаза и свежее лицо. Томос казался таким безобидным, и Боррус сказал правду: он выглядел гораздо моложе своих лет. Иногда создавалось ощущение, что он чересчур заискивает перед старшими рыцарями, словно так и не смог избавиться от выучки оруженосца, однако Литиан ценил его за уважительность, пусть даже Борруса это иногда раздражало.

– Ну что, Том, какие новости? – спросил Боррус, откусывая добрый кусок сыра. Мысль о том, что он располнел, явно взволновала его не настолько сильно, чтобы прерывать завтрак.

– Корабль почти готов, – ответил Томос. – Хотя матросы говорят, что ветер слабый и, возможно, придется отложить отплытие до завтра.

– Замечательно! – воскликнул Боррус и пришпорил своего могучего коня. Рядом с ним скакун Томоса казался едва больше пони. – Еще одна ночь на вандарийской земле нам не помешает. Если повезет, ветра стихнут еще на несколько дней и мы сможем провести пару вечеров у камина, попивая эль.

Томос нахмурился, не понимая, шутит ли Боррус.

– А как там люди? Какие настроения в дозоре?

– У меня не было возможности пообщаться с ними, капитан Литиан, но они выглядели как обычно.

Томос привык путешествовать по южным крепостям и замкам и хорошо знал, как там обстоят дела.

– Они солдаты, – сказал Боррус, – их летучей ящерицей не проймешь. Народ Красной вершины такое чудище, конечно, перепугает, но не солдат Южного дозора.

Он пустил коня галопом, явно желая поскорее выпить. Литиан вздохнул. Еще не было и полудня. Они с Томосом пришпорили коней.

Впереди виднелся Южный дозор, где им предстояло дождаться возвращения ветров.