За час до рассвета расаланцы покинули лес, собрали свои вещи и отправились к Черному кострищу. Они шли по заросшей тропинке, протоптанной теми, кто не боялся соваться в Чернолесье.

Служивший им укрытием туман одеялом накрыл город, поднялся холодный кусачий ветерок. Когда они подошли ближе, в темноте начали появляться огоньки, обозначая границы. С холмов и побережья к городу тянулись тракты. В этих местах огоньков было больше: очевидно, там стояли дозорные. Отряд тихонько ехал верхом и в конце концов добрался до окраины города.

Там они спешились, собрали вещи и оставили лошадей. Они планировали продать их, но Мэриан не одобрила эту идею. Брать их на корабль она тоже не хотела. «Наверное, корабль будет слишком маленьким», – подумала Шаска.

Продвигаясь дальше по отдаленным районам, они почувствовали стойкий запах, который им живописал повар. Рыба, соль, сырость и гниющая древесина – привычные ароматы прибрежного поселения. Но когда они углубились в город, им в ноздри ударило жуткое зловоние открытых уборных. Шаска зажала рот рукой, с трудом сдерживая тошноту.

– Это еще на самое плохое, – сказал повар, подойдя к ней. – Тут больше половины переулков завалены дерьмом и еще чем похуже. Черное кострище – это один большой нужник.

– Не слушай его, Шаска, – вмешался Ранульф, закатив глаза в ответ на язвительное замечание старика. – Да, в городе есть бедные районы, но не все так плохо. Особенно на юге. Там стоят большие деревянные дома с красивыми залами, фермерские домики, сторожевые башни. Как и в любом большом поселении, здесь есть и плохое, и хорошее. Но наш повар просто любит упиваться первым и совершенно игнорирует второе, поэтому, юная леди, не стоит обращать на него внимания.

Шаска лишь пожала плечами. Ей было все равно. Они ведь просто проезжали мимо, и она не собиралась вскоре сюда возвращаться. Из-за тумана и темноты она почти ничего не видела. Она могла бы сейчас гулять по мраморным улицам Илитора или Варинара и в темноте не узнать их. Правда, в Илиторе и Варинаре так не пахнет даже в самых бедных районах.

Они шли по темным закоулкам, переступая через неподвижные тела и стараясь не угодить в зловонные лужи и кучи отходов, которые повар с ликованием отмечал на протяжении всего пути. Черное кострище напоминало город бездомных. Люди сидели и лежали тут и там, сгорбившись на порогах, под арками и навесами. От них исходил неприятный запах. Ранульф напомнил Шаске, что это самый бедный район города.

Тел становилось все больше – десятки, сотни. «Если бы я добралась сюда – размышляла Шаска, – я бы тоже стала просто еще одной забытой душой, которая прячется в тени и пытается выжить в грязном мрачном мире».

Посмотрев на это, Шаска по-другому взглянула и на свою жизнь. А так ли уж она страдала? Она была уверена, что жестокость, насилие и убийства в таких местах встречались куда чаще, чем в цивилизованных городах, где закон соблюдается куда строже, а те, кто оказывается на самом дне, словно перестают существовать, их просто никто не замечает. Так что это – свобода или ад? Шаска не знала, что и думать. Да, она выросла в жестоком мире, где ей приходилось постоянно кому-то прислуживать, но у нее хотя бы была крыша над головой, одежда и еда. Ее иногда били, но не каждый день. Спала она в кровати, а не в подвале и не на улице. И хоть она и не наедалась досыта, но все же и не голодала.

Шаска смотрела на бездомных, свернувшихся в клубок, словно жучки. Там были и семьи, которые ютились в самодельных хижинах, родители прижимали к себе младенцев, чтобы их согреть. Некоторые могли утешиться в объятиях родных, а у других не было и этого. Она видела детей лет десяти, которые лежали на земле и дрожали, пытаясь уснуть, – брошенных и одиноких. Шаска хотела разбудить их и забрать с собой, но не решилась. Она знала, что Мэриан не позволит. «Возьмешь одного – и чем это закончится? – скажет она. – Мы не можем спасти всех, Шаска. Этот мир жесток».

Они продолжили свой путь. Вскоре бездомные остались позади, но Шаска не могла перестать о них думать. Рорк вел отряд на восток, к морю, чтобы избежать встречи с охранниками и патрулями, которых, к слову, было немного. Они пробирались по улицам, где стояли старые покинутые дома и полуразвалившиеся хижины. Иногда на площадях или в зловещей темноте тесных переулков им встречались другие группы людей. Они походили на бандитов или воров, которые искали себе жертву, но группу Мэриан они не трогали, а если кто-то и решался проявить к ним интерес, Мэриан достаточно было вытащить из ножен меч, таинственно сияющий в тумане.

Вскоре тьма начала развеиваться, и на фоне кроваво-красного рассвета начали проступать силуэты зданий. Мэриан торопилась, ей не терпелось добраться до порта. Они ускорились. Рорк вел их по пустынной дороге, извилистой, петляющей, но достаточно безопасной, чтобы пройти по ней незамеченными.

Наконец показалась гавань: огромная, широкая, с дюжиной верфей и причалов. В красноватом утреннем тумане виднелось не меньше сотни кораблей и лодок разных размеров, причалы были узкими, некоторые уходили в гавань всего на пару ярдов, а некоторые гораздо дальше. Хотя бухта и была защищена от бурных волн, в море от берега уходил сложенный из камня волнорез.

Но Шаска видела только бушующие волны, поблескивающие под восходящим солнцем, дикие, опасные и неукротимые. Море показалось ей одновременно прекрасным, величественным и пугающим.

– Не волнуйся, Шаска, – сказал Ранульф, заметив ее беспокойство. – Оно не такое уж и страшное, если узнать его получше. Море – друг расаланцев, так что ты в надежных руках.

Шаска кивнула, и ее взгляд устремился дальше по пристани, к прилавкам, столам и палаткам, вокруг которых сновали люди. Рыбацкие лодки отчаливали за утренним уловом, а некоторые уже возвращались к берегу. Все было почти так же, как в Окуневой заводи, только гораздо более величественно. Шаска слегка поморщилась, вспомнив, чем закончилось то утро.

Молясь, чтобы это не повторилось, она прибавила шагу и вскоре заметила Ларка, который приветственно махал им рукой, пока Брэддин загружал на борт какие-то ящики. Корабль был огромным – ярдов двадцать в длину, с тремя мачтами, высокой палубой и гладким крепким корпусом. На квартердеке стоял мужчина с обветренным лицом, редкой седой бородкой, спутанными волосами и кривоватой улыбкой. Его светло-серый плащ развевался на ветру, и, несмотря на невзрачную внешность, капитан выглядел как герой старых баек и легенд.

«Увези нас из этого места, и я буду вечно называть тебя героем», – подумала Шаска, бодро шагая по причалу. Капитан грациозно сошел на пристань. Он казался удивительно бодрым для своего возраста, на вид ему было около шестидесяти.

– Леди Пэйн, – произнес он хриплым голосом, которому весьма мелодично вторил скрип деревянных мачт, и отвесил Мэриан поклон. – Судно готово. Осталось погрузить виски, и можно отплывать.

– Вы слышали, что сказал капитан, – обратилась к отряду Мэриан. – Быстрее тащите ящики!

Все засуетились: кто-то схватил остатки провизии и груза и потащил по трапу, остальные пробежали мимо них на главную палубу и взялись за привычную корабельную работу. Шаска, не зная, чем помочь, просто оглядывалась вокруг.

– Расаланская каравелла, – сообщил Ранульф. – Хорошее судно, прочное и надежное. На нем можно хоть до острова Рассвета доплыть.

– Это обычный расаланский корабль? – удивленно спросила Леши. – Я думала, у нас будет лодочка. – Девушка рассмеялась. – Он же огромный!

– Вполне обычный, юная Леши, – улыбнулся Ранульф. – Мы строим разные корабли, всегда придумываем что-то новое, чтобы лучше справляться с волнами и ветром. А лучше наших военных кораблей ни у кого нет, так что тукоранцам стоит быть осторожнее, если они собираются плыть через Милосердие Вандара.

– А они и собираются! – весело и беспечно воскликнул капитан. – Тукоранцы известные любители выпить, а любители выпить обожают выбалтывать секреты. Хотя не такой уж это и секрет. Король-воин слишком прямолинеен для всяких уловок. Он отправит через пролив одну армию, а вторую – по мосту, так я слышал. А может, нападет и откуда-то еще: людей у него много. Может, я и мрачно мыслю, но если вандарийцы его не остановят, мы обречены.

– Вам стоит отвыкать от виски, капитан, – сказала Мэриан. – Оно туманит ваш ум.

– Напротив, миледи! Я мыслю трезво, как никогда. Говорю же: у меня плохое предчувствие. Я бывал на войнах! Скоро Лукар нас всех под себя подомнет. Я подумывал доставить вас через пролив и пуститься в Теллеши или еще куда, но, говорят, на Юге тоже не все благополучно.

– С головой у вас не все благополучно, капитан. Разве вы не видите, что мы здесь с девушками и вы их пугаете? – Мэриан указала на группу девушек, которые жались к ней, словно овечки. – Мы же освобождаем их отсюда, и мне не хочется думать, что они вернутся под власть тукоранцев к концу года.

– Я просто говорю то, что вижу, миледи, – ответил капитан. – И я не один. Некоторые утверждают, что Вандар присоединится к Джаниле, а не к нам, раз уж Сокрушитель королей теперь сам калека.

Мэриан нахмурилась. Ранульф, Шаска и другие, кто еще оставался на пирсе, тоже помрачнели.

– Вы что, не слышали? – спросил капитан и недоверчиво рассмеялся. – Вы что, в пещере спали? Его же неделю назад пошинковали, как луковицу!

– Мы были в разъездах, старались держаться подальше от местных, поэтому новостей не слышали, – ответила Мэриан, смерив капитана пристальным взглядом. – Так что случилось? Амрона Дэйкара покалечили? Убили?

– Никто не знает точно, леди Пэйн. Говорят, он был в нашем военном лагере, готовился к переговорам с королем Годрином, чтобы как-то решить эту проблему. До переговоров дело не дошло, поскольку какой-то загадочный человек проник в его палатку и наделал в нем дырок. Поговаривают, что он использовал Клинок Ночи. Я бы не удивился. Не представляю, чем еще можно одолеть такого человека, как Амрон Дэйкар. – Капитан вздохнул. – В общем, сейчас его везут в Варинар. Я слышал, что грядут перемены. Новый Первый клинок. Новая эра. Они будут слишком заняты всем этим, чтобы прийти к нам на помощь.

– Но зачем им присоединяться к Тукору? – спросил Ранульф, потирая всклокоченную бороду.

Капитан молча оглядел Ранульфа, а затем улыбнулся.

– Я вас узнал, – сказал он. – Вы же тот самый исследователь. С трудом, но узнал. Думал, вас уже в живых нет. Напомните, как вас зовут?

– Ранульф Шектон.

Капитан запрокинул голову и добродушно рассмеялся.

– Вот те раз! – обрадовался он. – С удовольствием послушаю вашу историю, пока мы будем бороздить морские просторы.

Повар, категорически не признающий любой ручной труд, не связанный с пищей, застонал и удалился.

– Что касается вашего вопроса, мастер Шектон, – продолжил капитан, – то я полагаю, что вандарийцы могут обвинить нас в том, что случилось с их предводителем. Некоторые говорят, что это дело рук нашего принца Хадрина.

– Ну что за ерунда! – воскликнула Мэриан. – Принц Хадрин не настолько глуп, чтобы совершить такое.

– Вы уверены, миледи? Я слышал, что Хадрин – человек небольшого ума.

– Слышали? И все ваши собеседники, разумеется, очень осведомленные люди. Я несколько раз общалась с принцем Хадрином лично и могу сказать, что он очень сердечный и разумный человек. Но, к сожалению, когда ты сын такого мудрого короля, любое сравнение будет не в твою пользу.

– Пусть так, но винят во всем его. Он ненавидит Амрона, а ненависть толкает людей на глупости. Так или иначе, нас ждут испытания, это точно. – Он посмотрел на девушек. – Так что вам лучше начать готовиться, и побыстрее, ведь вы окажетесь в этой заварушке раньше, чем успеете оглянуться.

– Капитан! – возмутилась Мэриан. – Вы вообще слышали меня?

– Я просто говорю как есть.

– Так расскажите это ветрам и волнам и готовьте корабль к отплытию. Я не хочу здесь задерживаться.

Капитан кивнул, но, подняв взгляд, быстро помрачнел.

– Вот же… – произнес он. – А я думал, что обойдется…

Путники обернулись. К ним сквозь утренний туман приближался отряд солдат. Человек двенадцать, не меньше. Отчасти их скрывал туман, но они явно направлялись к причалу, потому что больше было некуда.

– Что происходит? – прошипела Мэриан, бросив на капитана сердитый взгляд. – Я думала, все под контролем.

– Все и было под контролем. Но сейчас идет война, миледи. У меня, конечно, есть свой человек в порту, но другие офицеры…

– Они будут нас обыскивать, – сказала Мэриан. – А мы не можем этого допустить. – Она коротко взглянула на девушек. – Поднимайтесь на борт сейчас же и спрячьтесь в трюме. Ранульф, вы тоже. Капитан, времени нет, отплываем. Я их задержу.

– В одиночку? А что, если там…

– Быстрее, капитан! Готовьтесь к отплытию! Если надо, я пробегусь по пирсу и запрыгну на борт. Ну же!

Капитан наконец-то зашевелился. Девушки взбежали на палубу, корабль начал оживать. Паруса подняли, закрепили, отдали швартовы, ящики сгрузили в трюм. Капитан громко раздавал команды с мостика.

Ранульф с девушками спустились на нижнюю палубу, но Шаска медлила. Она выглянула за борт и нашла глазами Мэриан. Судно дернулось, заскрипело и начало движение. Двое матросов подняли сходни. Корабль начал медленно отходить от причала. Послышались крики. Солдаты заметили, что корабль отплывает, и бросились к Мэриан, которая стояла перед ними как скала, сжимая меч.

Шаске ужасно хотелось помочь, только как? Она могла взять в руки илитианскую сталь, но не умела ею пользоваться. Еще нет. Сражаться с обученными солдатами – самоубийство. К тому же при себе у нее был только кинжал Мэриан.

Но Мэриан оказалась одна. Совсем одна. Шаска не сводила с берега глаз. Корабль шел параллельно причалу, но расстояние между ними неотвратимо увеличивалось.

– Стой на месте, девочка! – раздался громкий окрик за ее спиной.

Она обернулась и увидела Рорка и Квилтера, которые бежали к ней.

– Я не собиралась… – начала было Шаска.

– Просто не высовывайся, – сказал Рорк. Он ловко взобрался на бортик и спрыгнул на деревянный причал. Квилтер последовал за ним. Оба достали мечи и быстро подбежали к Мэриан, как раз когда все солдаты показались из тумана.

Они были одеты как типичные тукоранцы: в коричневые плащи с гербом королевства и легкие кожаные доспехи. Но Шаска заметила еще кое-что: зеленые пояса, украшенные серебряными шипами. Многие влиятельные дома одевали своих людей приметно, чтобы даже в большой армии было понятно, кто есть кто. Шаска видела немало таких солдат. Знала и этих. Их называли Зелеными поясами, это были военные, нанятые домом Кастор, вторым по силе после Лукаров. Касторы правили севером Тукора из Этиора, второго по величине города королевства.

Шаска наблюдала за их приближением, и в ней вновь всколыхнулись болезненные воспоминания: годы избиений, жестокости, угроз – все, что она пережила до того, как попала к мастеру Оррину. Все это происходило под крышей дома Касторов, и виновниками всех ее страданий были отец и сын – любимый всеми лорд и его героический наследник. Она усмехнулась при этой мысли.

– Эй, вы, в сторону! – проревел первый солдат. На его плече был знак командира – эмблема в форме щита. – Прикажите кораблю немедленно убрать паруса!

Мэриан не произнесла ни слова. Ее клинок из божественного металла должен был их отпугнуть, но не вышло. Командир посмотрел на нее и достал собственный меч. Шаска почувствовала, как сжалось сердце. Рорк и Квилтер заметно занервничали. Мэриан осталась невозмутима.

– Слушайте меня и делайте что я говорю! – крикнул командир.

Сталерожденный. Он был Изумрудным стражем, но не все Сталерожденные вступали в их ряды. Многие оставались в обычной армии и руководили отрядами. Командир взглянул на корабль. Шаска резко пригнулась, чтобы ее не заметили. Капитан продолжал отдавать приказы и кричал, что нужно поймать ветер.

Ранульф выбежал на палубу и бросился помогать с парусами. Наконец корабль начал набирать скорость. Расстояние между палубой и причалом становилось все больше. Еще немного – и Мэриан, Рорк и Квилтер уже не смогут вернуться на борт.

Сталерожденный дал команду атаковать. Несколько солдат ринулись немедленно, шеренгами по трое – больше не позволяла ширина причала.

Мэриан рассвирепела. С нечеловеческой скоростью, оставив Квилтера и Рорка за спиной, она бросилась на солдат. Она двигалась настолько точно и стремительно, что у тех даже не было возможность отреагировать: головы и конечности полетели в воду, окрашивая ее в красный цвет. На пирсе быстро вырос багровый вал из тел.

Остальные Зеленые пояса застыли. Даже их Сталерожденный командир словно прирос к земле, не зная, что делать. Их было больше, но в таком узком пространстве они не могли подобраться к противникам со стороны. Им пришлось бы биться трое на трое, а Мэриан сама сражалась за троих.

Отступая, она то и дело бросала взгляд на корабль, оценивая его скорость, направление движения и расстояние до причала. Командир Зеленых поясов медленно шел за ними, перешагивая через убитых сослуживцев.

Мэриан снова оглянулась. Пирс заканчивался, совсем рядом плескалось открытое море. Там, в тумане, виднелись огромные силуэты тукоранских военных кораблей, но они стояли на якоре и, похоже, пустовали.

Шаска снова посмотрела на командира Зеленых поясов. Похоже, он испугался. А может, просто прибегнул к здравому смыслу и понял, что все равно не сможет тягаться с Мэриан. Командир остановился и, быстро приняв решение, бросился обратно по пирсу. Оставшиеся солдаты последовали за ним.

Шаска нахмурилась.

«Что они задумали?»

Сбоку от нее что-то грохнуло. Это Рорк и Квилтер разбежались, прыгнули и, ухватившись за фальшборт, вскарабкались на палубу. Мэриан справилась куда изящнее.

– По-моему, я сказала тебе спрятаться в трюме, Шаска.

– Я…

– Неважно. – Мэриан уже направлялась к капитанскому мостику. – Мы можем идти быстрее?

– Ветер коварен, миледи, но мы справляемся. По утрам здесь бывает полный штиль, но скоро ветер разойдется.

Мэриан посмотрела на берег. Солдаты уже исчезли в доках, и лишь тогда Шаска поняла, почему они так стремительно скрылись. Не из трусости – во всяком случае, не только.

– Они что, собираются преследовать нас на корабле?

Мэриан кивнула.

– Определенно. Уже можно подняться, Шаска.

Шаска встала, не отрывая взгляда от окровавленного пирса, заваленного телами.

– Этот командир был Сталерожденный.

– Да. Из тех, у кого слабая кровь и мало способностей. В Тукоре таких много. Нам повезло. Наткнись мы на более опытного бойца, могли бы так и остаться там.

Ветерок всколыхнул одежду и волосы Мэриан.

– Смотрите, миледи, морской бог нам улыбается!

Матросы зааплодировали. После медленного старта корабль быстро набирал скорость и уходил в открытое море.

Шаска глубоко вдохнула морской воздух и почувствовала вкус соли на губах. Корабль качало все сильнее, волны поднимались все выше. Шаска повернулась к гавани: маленькие лодки, переполненные людьми, плыли к огромному кораблю с толстыми мачтами и белыми парусами.

Шаска отправилась с Мэриан на квартердек, Ранульф последовал за ними. Даже Леши, почувствовав оживление, выбралась из укрытия и с любопытством огляделась. Корабль шел навстречу солнцу, горизонт на востоке переливался всеми цветами радуги. Но у Шаски и остальных не было времени наслаждаться красотой.

– Они смогут нас нагнать? – спросила Мэриан, кивнув на шлюпки. Солдаты отчаянно гребли, рассекая спокойные воды гавани. Лодок было несколько десятков. Вероятно, столько же людей было на борту каждой.

Капитан сохранял спокойствие.

– Вряд ли, миледи, – ответил он. – Такая махина против моей шустрой «Нэнси»? Эти каравеллы созданы для плавания против ветра, поэтому нам не страшны никакие погодные изменения, в отличие от тех галеонов. Они могут пересесть на весла, но, чтобы сдвинуть такой корабль, им понадобятся все люди. Не сомневайтесь, мы скоро оторвемся от них.

– «Нэнси»? Так вы назвали свой корабль? – удивилась Мэриан.

Капитан с нежностью погладил штурвал.

– Да. Я знавал одну юную Нэнси, она подарила мне незабываемую ночь. Оседлала меня так же ласково, как этот корабль – волны. Я и подумал, что это стоит увековечить.

– Пожалуйста, избавьте меня от подробностей, – поморщилась Мэриан.

Солдаты все еще пытались добраться до галеона. Затевать погоню на таком корабле явно было не лучшим решением: они теряли много времени. И все же Мэриан не сводила с галеона настороженного взгляда. Вдруг она заметила Ранульфа.

– Мастер Шектон, полагаю, вам есть что сказать?

– Есть, миледи, и тут я согласен с нашим капитаном. Тукоранцы отнюдь не прирожденные моряки. Способные, да, но, даже если им повезет с ветром, они уже нас не нагонят.

– Будем надеяться, что так и есть. Неприятностей на причале было достаточно.

– В открытом море есть риск столкнуться с другими кораблями, – заметил капитан, – но если мы кого-то и встретим, вряд ли они окажутся в курсе того, что произошло в порту, так что все будет хорошо. А как только мы покинем воды Тукора, опасности останутся позади.

– Какой маршрут самый безопасный? – спросила Мэриан.

– Вдоль берега доберемся быстрее всего, но так больше шансов столкнуться с их галеонами. Вы же не торопитесь, миледи?

– Кажется, мир весь куда-то торопится, – глубокомысленно заметила Мэриан. – Все посходили с ума, но нам незачем участвовать в этом безумии. Лучше выбрать безопасный путь.

– Давайте отправимся на северо-восток к Одинокому острову, а затем повернем на юго-запад к Сталепорту. Это на пару дней дольше, но зато мы доберемся целыми и невредимыми.

– К Одинокому острову? – раздался дрожащий голос. Шаска обернулась и увидела, что к ним подошла Астрид. Откуда она взялась? – Но он же проклят. Этот безумец убил всех поселенцев…

– Да, говорят, что так, – кивнул капитан. – Но мы не станем сходить на берег, так что не бойся, девочка. Да даже если бы захотели, это было бы непросто. Там всегда штормит, высокие волны, сильные течения и непроглядный туман. Говорят, о тамошние скалы разбились тысячи кораблей. Не остров, а кладбище. Мрачное место, лучше его избегать.

– Ранульф, а вы там бывали? – спросила Леши с интересом.

– Думаешь, если бы он побывал на том острове, он сейчас стоял бы здесь? – спросил капитан. – Нет, юная леди. Добраться до острова сложно, а вернуться оттуда… – Он покачал головой. – Невозможно и вовсе.

Астрид кивнула, как будто ее опасения подтвердились.

– Лично я никогда не верил в эти истории, – заметил более практичный Ранульф. – Но добраться туда и правда непросто. Однажды я пытался, но на корабле началась такая качка, что все запаниковали. Моряки потом говорили, что в порывах ветра им слышался смех, а из тумана проглядывало лицо безумца с жуткой ухмылкой. Все перепугались до смерти, и у нас не было другого выбора, кроме как развернуться и плыть обратно.

– Да, это обычное дело. Для такого путешествия нужна команда безумцев или храбрецов – или и тех и других. Причем им еще нужно немало заплатить.

– Но зачем вообще туда плыть? – спросила Шаска, пока корабль разрезал волны, стремительно удаляясь от берега. – Кому это нужно?

– Что хочет найти любой моряк, пират или исследователь? – Глаза капитана загорелись. – Сокровища. Да-да, говорят, их там немало. Для многих такой риск оправдан. Старые пиратские сокровища, тайники и все такое. Но у мастера Шектона наверняка были свои причины. – Капитан лукаво улыбнулся искателю приключений.

– Это верно, – кивнул Ранульф. – Меня больше привлекают загадки. Они для меня гораздо важнее.

Вдруг с палубы донесся крик:

– Корабль прямо по курсу! Право руля!

Из тумана показался еще один огромный тукоранский галеон.

– Право руля! – ответил капитан, схватившись за румпель.

Корабль начал поворачивать, скрипя и покачиваясь на волнах. Грозный галеон остался по левому борту.

– Там никого нет, – спокойно произнес капитан, когда Астрид резко пригнулась и прикрыла голову, словно ожидая, что сейчас на нее обрушится град стрел. Капитан махнул рукой в сторону берега. – Их предпочитают оставлять в глубоких водах.

Восходящее солнце постепенно рассеивало туман, и тукоранский флот показался во всей красе: десятки, даже сотни кораблей, огромные галеоны и галеры с развевающимися парусами и тянущимися в небо мачтами покачивались на волнах.

Все молча глядели на корабли. Шаска никогда не видела ничего подобного. Каждый корабль был размером с дом, крепкий и внушительный. Внутри с легкостью могли бы разместиться сотни человек.

«Сколько же воинов может перевезти такое судно? И сколько кораблей нужно Расалану, чтобы победить тукоранцев?»

– Красота! День обещает быть замечательным, – произнес капитан, снова бросив на запад прищуренный взгляд. – Скоро за нами будет погоня, – добавил он, имея в виду корабль, который собирался преследовать их. – Лучше побыстрее взять курс на Одинокий остров. Тукоранцы боятся его еще больше, чем мы, и не захотят приближаться.

Он отдавал команды, а «Нэнси» ловко лавировала между военными кораблями, прежде чем выйти в открытое море. Это место называли Дрожащий простор. Говорили, что зимой вода на севере замерзает, а на юг приплывают айсберги и льдины, добираются до самого Вандара, если зима выдается особенно холодной. Шаска уже чувствовала, как вокруг холодает, а ветер усиливается, волны впереди выглядели угрожающе, хотя небо, как и заметил капитан, было ясным.

– Что, никто из вас раньше не бывал в море? – спросил Ранульф, глядя на Шаску, Леши и Астрид. Они покачали головами, и капитан разразился хриплым хохотом. – В таком случае будьте осторожны. Ваши желудки могут не выдержать такой качки. К этому нужно привыкнуть.

Шаске уже чувствовала, как в животе поднимается бунт. Она с трудом кивнула.

– Внизу есть ведро, – заметил капитан. – Лучше туда, чем на пол. Иначе придется убирать за собой. А лучше всего – опорожняйте свои желудки за борт, но смотрите не свалитесь. В этих водах водятся акулы и другие опасные твари, и они не прочь полакомиться девицами. – Он зловеще ухмыльнулся, продемонстрировав гнилые желтые зубы. – К тому времени, как мы вас вытащим, вы, возможно, станете вдвое легче.

Он снова рассмеялся, а Мэриан покачала головой.

– Не слушайте его, он просто пугает.

– Так и надо. Море не церемонится с тем, кто с ним не знаком, так что вам придется быстро обвыкнуться. Когда волны поднимутся выше, сразу спускайтесь в трюм, даже если вас не мутит.

– Насколько выше? – обеспокоенно спросила Астрид.

– Прилично. Не думайте об этом. Просто держитесь крепче.

Мэриан повела девушек вниз. По пути она что-то прошептала капитану, но тот лишь пожал плечами и вернулся к своим делам. Ранульф по просьбе капитана остался на палубе.

– Хочу послушать твою историю, Шектон. Ты посмотри на себя: кожа да кости. Держу пари, тебе есть что рассказать.

Остальные отправились в трюм, потому что качка уже начала делать свое дело. Мэриан сказала, что все люди реагируют по-разному. И действительно: Астрид, к собственному удивлению, держалась молодцом, Шаску немного мутило, а вот Леши сразу же устремилась к заветному ведру и не выпускала его из объятий следующие несколько часов. Шаска представила, каким неприятным станет для нее это путешествие.

Во всей этой суматохе они даже и не вспомнили самую важную вещь.

Они были свободны. Шаска впервые в жизни покинула тукоранскую землю.