– Никто? – громыхал Литиан, тяжело вышагивая по шатру. – Вы хотите сказать, что никто ничего не видел?!

Перед ним стоял лорд Парамор в дорогих кожаных одеждах и желто-синем плаще. Лорд наклонил голову, упираясь подбородком в яркий шнурок, исчезающий в тени воротника. Он задумчиво качал головой. От его веселого настроения не осталось и следа.

– Капитан Литиан, простите, но я поговорил с командирами всех башен и постов в лагере, и никто ничего не видел. Кем бы ни был убийца, он свое дело знает.

– Знает свое дело?! – Литиан топнул ногой, как разъяренный бык. – Вы так это называете, милорд? Он настоящий демон! Убить двух рыцарей Варина и так исполосовать Амрона Дэйкара! Я не знаю никого из живущих, кто мог бы это сделать!

Лорд Парамор кивнул, а Литиан продолжил ходить по шатру. Элион никогда не видел рыцаря таким злым. Он не справился со своей главной задачей: защищать Первого клинка. Литиан был в бешенстве и пытался понять, как так вышло. То же самое пытался понять и Элион, уперев в колени запачканные кровью руки.

«Держись, отец, – думал Элион, глядя на Амрона, лежащего в другом конце шатра. – Держись».

Амрон Дэйкар был смелым воином, но теперь ему предстояла самая серьезная борьба – за жизнь. Он лежал на каменной койке в военном госпитале, в самом центре расаланского лагеря. Его раны перевязали. Кожа Амрона была серой, дыхание – слабым.

У кровати стояли три врача. Один из них, мастер Артибус, прибыл с ними из Вандара. Они тихо обсуждали состояние Амрона. Помимо него, там были два хирурга из Расалана. Они всю ночь зашивали Амрона. По палатке шустро сновали их помощники.

Элион вспомнил, как несколько часов назад вошел в палатку отца и увидел жуткую картину. Левое плечо рассечено надвое, куски мяса разошлись, обнажив белую кость. Оба бока пронзены мечом, мышцы груди разорваны. Ноги в глубоких порезах, штаны пропитаны кровью. Еще несколько мелких ран, которые в другой ситуации были бы серьезными, но по сравнению с ранами, которые могли стоить жизни, не вызывали беспокойства. Отец чудом не погиб. Органы и важные артерии остались целы. Хирурги сказали, что во время боя он защищал их руками, поэтому большинство ударов пришлось на бока, но потеря крови сулила ему быструю смерть.

Но ведь на койке лежал не кто-нибудь, а Амрон Дэйкар.

– Я хочу встретиться с этими командирами, – произнес Литиан. – Хочу посмотреть им в глаза и понять, говорят ли они правду.

Парамор кивнул.

– Я соберу их, капитан, – сказал он, глядя, как Литиан мерит шагами шатер. – Но не думаю, что вы узнаете что-то новое. Двух рыцарей, которых вы поставили у входа к лорду Дэйкару, убили со спины, что означает одно: убийца смог пробраться в лагерь и подкрасться к ним незамеченным.

Элиона восхитила его выдержка. Парамор перевел дух и продолжил:

– Послушайте, капитан, вы же понимаете, что охранять такой огромный военный лагерь непросто. Невозможно уследить за каждым уголком, да к тому же мы на своей территории подобного не ожидали. Думаю, разговор с офицерами – пустая трата времени. Но если вы настаиваете, я непременно их созову.

Элион грустно смотрел, как Литиан меняется в лице. Он впервые видел капитана таким измотанным. Да и сам чувствовал себя разбитым.

Литиан кивнул.

– Вы правы, – помолчав, ответил он. – Простите, лорд Парамор, я был резок. Я понимаю, вы просто хотите помочь.

– Не надо извиняться, капитан Литиан. Это сложное время для всех нас. – Он посмотрел на Элиона. – Может, вам нужно что-нибудь еще?

Литиан медленно покачал головой и посмотрел на изувеченное, перевязанное тело Амрона.

– Если понадоблюсь, я в своем шатре, – добавил лорд Парамор и ушел.

Снаружи уже ждали рыцари Варина и люди Дэйкара. Они всю ночь охраняли вход в палатку, пока врачи пытались спасти Амрона. Оруженосцы и солдаты носились по лагерю, занимались подготовкой к отъезду.

Капитан Литиан, взявший на себя обязанности главы всего отряда, не собирался задерживаться в Расалане. Решил, что как только Амрону станет лучше, они сразу выдвинутся в Тукор, для этого уже подготовили особую повозку. Несколько всадников отправились сообщить о случившемся вандарийцам, оставшимся в военном лагере по ту сторону пролива.

Элион задумался о брате: Алерон в любой миг может узнать о нападении. Как он отреагирует на новость? Что скажут Лиллия, дядя Вер-рин и остальные?

– Он будет жить, – тихо сказал Литиан, прервав мысли Элиона, который сидел, уставившись в землю. Капитан ободряюще положил руку ему на плечо, пока врачи тихо переговаривались, оценивая состояние Первого клинка. – Если дракон не смог убить твоего отца, то и убийца не сможет, – улыбнулся Литиан.

Элион попробовал улыбнуться в ответ.

– Он пытался что-то сказать мне перед тем, как потерял сознание, – устало произнес он охрипшим от крика голосом. Литиан вопросительно дернул подбородком. – Что-то про ночь. Но… трудно вспомнить точно. Все было как во сне.

Элион посмотрел на свои руки и одежду, перепачканную кровью. Времени на то, чтобы привести себя в порядок, у него не было. Он старался вспомнить, что произошло, но мысли путались. Сначала Элион заметил, как мимо его палатки что-то пролетело. Странная черная тень, похожая на клочья тумана. Через пару минут он услышал крик отца. Бросился на помощь и увидел его…

Элион отвернулся, пытаясь избавиться от видения.

– Он расскажет нам, что случилось, когда очнется, – сказал Литиан. Он выглядел затравленно, как и Элион, как и все мужчины, что собрались снаружи. Они не знали, что случилось с их господином, и потеряли двух соратников.

– Думаешь, меч поможет? – тихо спросил Элион, глядя на отца, окруженного врачами и помощниками. Рядом с ним лежал Меч Варинара, и все надеялись, что связь Амрона с древним клинком Вандара ускорит выздоровление.

Литиан вздохнул, выражая сомнение.

– Нет ничего плохого в том, чтобы попробовать, – ответил он. – В некоторых древних свитках говорится, что Меч Варинара обладает целебным эффектом. Упоминаний немного, источники ненадежные, но мало ли. Его уникальная сила в том, что он неуязвим и может разрубить все, даже илитианскую сталь. Единственное, что ему неподвластно, – это четыре других клинка Вандара.

Элион нахмурился и посмотрел на Литиана. Слова капитана натолкнули его на мысль, которая объясняла ночные события.

– Клинок Ночи, – прошептал он, вспоминая черные тени, которые проплывали мимо его палатки, и последнее слово отца перед тем, как тот потерял сознание. – Он задумался и кивнул. – В этом есть логика, Лит. Клинок Ночи делает своего владельца невидимым, и Меч Варинара не может его поразить. Возможно, его и использовал убийца.

Литиан погрузился в молчание. Он был знатоком в области древних клинков и артефактов.

– Вот как убийца проник в лагерь, – продолжил Элион. – Вот как он убил сэра Трэнора и сэра Джулиана, и они его не заметили. Вот как он… – Он взглянул на изуродованное тело отца. – Вот как он все это сделал. Мой отец не видел его, Лит. Поэтому и не смог защититься. Другого объяснения нет.

Капитан смотрел в другую сторону, его взгляд был отрешенным и взволнованным. Элион встал, и они с капитаном оказались лицом к лицу.

– Клинок Ночи пропал, да? – тихо спросил он, заметив беспокойство в золотистых глазах капитана.

– Да, он исчез, когда умер король Лорин, – ответил капитан.

Элион тоже почувствовал тревогу. По спине пробежал холодок. Он посмотрел на расаланских целителей, врачевавших отца, а затем Элион и Литиан отошли подальше от шатра.

– Король Лорин был здесь, в Расалане, – продолжил Элион. – Он умер здесь.

Литиан кивнул.

– Его убили во время охоты на левиафана, – сказал он. – Король Лорин был тем еще искателем приключений. Левиафан стал его последней целью.

– А еще чудовище забрало Клинок Ночи, – вспомнил Элион. – Так говорят, да? Оно проглотило короля Лорина целиком, вместе с мечом, и теперь плавает по океанам с ними в брюхе.

– Обычно так и говорят, – осторожно заметил Литиан. – Но есть и другие версии.

Он огляделся и понизил голос.

– Говорят, что король Лорин вспорол брюхо чудища изнутри. И человек, и зверь погибли, погребены под песком и солью.

Элион задумался. Он знал и эту версию.

– Но если ты прав и убийца действительно использовал Клинок Ночи, обе легенды уже не имеют значения. – Капитан замолчал, его лицо помрачнело. – Есть еще одна версия, Элион, и она тревожит меня сильнее. Что, когда король погиб на охоте, Клинок Ночи был украден и спрятан в тайниках короля Годрина. Интересно, у кого есть доступ к этим тайникам? И кому могло понадобиться убивать твоего отца?

Элион и Литиан хмуро переглянулись.

Принц Хадрин.

* * *

Между ними воцарилось неловкое молчание, но его прервали приближающиеся шаги. К ним спешно направлялся лекарь, мастер Артибус. На нем была мантия кремового цвета, а на поясе – синий кожаный ремень, украшенный гербами и эмблемами. Он стал семейным врачом дома Дэйкар много лет назад: худощавый, немолодой, с умными глазами ученого, абсолютно лысый и с белой бородкой. В свободное время он читал лекции в университете в Варинаре, и никто лучше него не мог помочь Амрону Дэйкару справиться с ранами.

– Ну что там, мастер Артибус? – спросил Литиан, когда старик подошел ближе. Он бросил на Элиона многозначительный взгляд, а затем повернулся к лекарю.

Артибус глубоко вздохнул.

– Состояние пациента пока сложно определить, – начал он осторожно, но в его голосе слышалась надежда. – Необходимо регулярно менять повязки и продолжать наносить порошок из драконьей чешуи на раны, чтобы предотвратить инфекцию и ускорить заживление. Его напоили маслом ваточника, чтобы он не просыпался от боли, а тело отдохнуло. Также нужно втирать масло в мышцы вокруг ран каждые несколько часов. Выздоровление займет много времени, но если мы будем стараться и нам повезет, Амрон Дэйкар поправится.

Старик повернулся к Элиону и ободряюще ему улыбнулся.

– Твой отец – человек с характером, и сил в нем хватит на троих. Не могу обещать, что все будет хорошо, но хуже ему не становится. Однако его состояние может быстро измениться, поэтому не теряйте бдительности. Правильное лечение – вот залог его выздоровления!

Литиан облегченно вздохнул. Он посмотрела на Элиона, и они робко улыбнулись друг другу.

– Мастер Артибус, когда он сможет снова взять в руки меч? – спросил Литиан, глядя на врача.

– Это уже другой вопрос, капитан, – ответил Артибус уже более резко. – Сейчас главное – спасти ему жизнь и надеяться, что тело справится. Будет он сражаться или нет – не так важно. Его жизнь в опасности, Литиан. Не торопи события.

Элион кивнул. Он был просто рад, что его отец после такого жестокого нападения все еще дышал. И думать о чем-то, кроме его здоровья, было рано.

– Разумеется, Артибус. Пожалуй, для таких вопросов действительно сейчас не время. – Литиан склонил голову, выражая сожаление. – Когда его можно будет перевезти? Я бы предпочел не задерживаться здесь, если это возможно.

Артибус нахмурился и погладил гладкую бороду.

– Я бы не советовал перевозить его по крайней мере еще день или два. Только в случае крайней нужды.

Литиан посмотрел на Элиона, тот кивнул.

– Сейчас как раз такой случай, – сказал Литиан. – Вы сможете позаботиться о нем в больничной повозке?

Артибус вздохнул.

– Если ехать медленно, то, вероятно, получится.

– А лекарства? – спросил Литиан.

– Я уверен, расаланцы обеспечат нас всем необходимым, – ответил Артибус. – У нас есть масло ваточника для лечения обычных болезней, но порошок из драконьей чешуи придется купить у них.

– Нет, мастер Артибус, они предоставят нам все бесплатно. Я сам все устрою. Составьте список, а я поговорю с лордом Парамором. Он проследит, чтобы нас обеспечили всем необходимым.

– Конечно, капитан. – Артибус снова посмотрел на Амрона, не решаясь уйти. – Может, вы дадите мне еще по крайней мере пару часов? – умоляюще спросил он. – Сейчас самое важное время, я бы хотел…

– У вас есть время, – кивнул Элион. – Мы вам доверяем, мастер Артибус. Но только несколько часов. Мы должны выехать к полудню, чтобы пересечь мост и к закату добраться до Тукора. Мы никак не можем остаться здесь еще на одну ночь.

Артибус прищурился и настороженно наклонился к капитану.

– Вы знаете, кто за этим стоит? – прошептал он.

Мужчины переглянулись. Артибус был близок к семье Дэйкаров, к тому же именно он помог Элиону и его брату с сестрой прийти в этот мир. Он был почти членом семьи, как и Литиан.

– У нас есть основания для подозрений, – медленно проговорил Литиан, не вдаваясь в детали. – Но больше я ничего не могу сказать. Сейчас нет смысла что-либо предпринимать, однако оставаться здесь после захода солнца опасно. Как и говорил Элион, нужно выдвигаться до полудня и как можно скорее вернуться к Алерону и остальным. Нас ждет долгая ночь, мастер Артибус. В этот раз мы не будем останавливаться в Южнопорте.

– Понимаю. Тогда, капитан, мне лучше составить список, – учтиво ответил лекарь и ушел.

Элион посмотрел ему вслед.

– Мы должны быть готовы к новому нападению, – тихо произнес он. – Как только убийца узнает, что отец выжил, он может вернуться.

Литиан задумчиво кивнул.

– Возможно, – ответил он. – Если он соберется напасть, то сделает это ночью, когда его клинок сильнее. Нам стоит надеть полные илитианские доспехи. Если убийца нападет, они нас защитят, и он дважды подумает, прежде чем что-то предпринять. Я попрошу и остальных надеть нагрудники и шлемы из божественной стали. Мы пойдем медленно, но зато безопасно.

Полные доспехи из илитианской стали – редкость, и только самые богатые дворяне и рыцари Варина высокого ранга, такие как капитан Литиан, могли их носить. Остальным рыцарям, когда они вступали в орден, выдавали нагрудники и шлемы, а тело защищали простые кольчуги, стальные пластины и кожаные доспехи.

– А Клинок Ночи? – спросил Элион. – Наши доспехи ведь защитят от него?

Литиан покачал головой.

– Только Меч Варинара может пробить илитианскую сталь. У каждого из клинков Вандара свои уникальные особенности, а их сила зависит от того, кто держит меч. Вероятно, убийца долго тренировался с Клинком Ночи, чтобы так умело скрываться. Расскажи еще раз, что ты видел? Ты заметил черный дым?

– Да, легкий, всего несколько завитков. Но потом он исчез.

– А ты не заметил, как выглядел убийца?

Элион задумался.

– Нет. Только черный дым, который стелился по палатке. Хотя у него все-таки была какая-то форма, поэтому-то я его и приметил. Вероятно, из-за света от жаровни. В темноте я бы ничего не разглядел.

– Значит, этот человек хорошо владеет мечом. Вероятно, он из Сталерожденных. Клинки Вандара – символ королевской власти. Владение клинком служит доказательством благородного происхождения и божественного права на правление.

Элион кивнул.

– Мой дед, Брайдон, рассказывал мне о короле Лорине, который становился невидимым с помощью Клинка Ночи даже при свете дня. Он мог внезапно появиться где угодно – на ступеньках дворца или на балконе. Я всегда считал это забавным.

– Забавным и весьма примечательным. Король Лорин умело управлялся с Клинком Ночи. Говорят, он и Клинком Ветра искусно владел. Возможно, он мог бы так же мастерски владеть другими, не будь они утеряны. Жаль, что он ушел из жизни, не оставив наследника. Большая потеря для королевства!

Элион мысленно обратился к судьбе короля Лорина. Сорок лет назад тот умер, и на нем прервалась прямая линия наследования, которая тысячелетиями тянулась от самого Варина. Элион был дальним родственником Лорина, но все-таки ближе к тому, кто стал королем после него – двоюродному брату Лорина, Хоррису Рэйнару. Хоррис был дедом Эллиса Рэйнара и Амрона Дэйкара. Что делало Элиона почти членом королевской семьи, и на протяжении многих лет он часто этим пользовался: соблазнял дочерей знатных лордов и вел себя как принц.

Элион вздохнул и снова взглянул на отца – непобедимого, неукротимого, которого можно было одолеть лишь хитростью и коварством.

«Что же теперь будет? – задумался он. – Если отец не сможет сражаться, объявят Песнь Первого клинка».

В его голове промелькнула мысль, что он сам примет участие в состязании и попытается возвеличить имя своего отца. Но эта мысль была мимолетной, как дуновение ветра. «Только Алерон достоин, – сказал он себе. – Я не стану бросать ему вызов в битве за такой титул».

Решив пока не думать об этом, Элион повернулся к Литиану. Сейчас у них куда более насущные проблемы.

– Ты уже видел принца Хадрина? – Элион вспомнил, что принца не было среди тех, кто пришел навестить Амрона. – Странно, что он до сих пор не явился.

– Лорд Парамор передал, что прошлой ночью принц отправился на охоту и разбил лагерь в лесу неподалеку, – ответил Литиан. – Он планировал поохотиться на рассвете и вернуться к обеду, чтобы поговорить с твоим отцом.

– Это что, уловка? – спросил Элион. – Он же трус, наверняка не хотел, чтобы его видели в лагере во время нападения, которое он спланировал.

– Верно, – кивнул Литиан. – Но не будем строить догадки. Да, нам стоит опасаться принца Хадрина, но не больше. У твоего отца почти столько же врагов, сколько и друзей. Невозможно стать таким человеком, как Амрон Дэйкар, не вызвав недовольства. В мире много влиятельных людей, которых обрадовала бы его смерть. Отдать приказ убить человека в своем военном лагере – слишком нагло и безрассудно. Хад-рин не пошел бы на такое.

Элион не разделял уверенности капитана.

«Возможно, всё намеренно устроили именно так, в расчете, что его исключат из подозрений».

– Ну ладно, – сказал он. – Будем надеяться, что убийца все же вернется. – Элион, стиснув зубы, посмотрел на отца. – Тогда мы сможем его схватить. Узнаем, кто его нанял, и заодно вернем Клинок Ночи.

– Осторожнее с желаниями, Элион, – предостерег Литиан. – Я отчасти с тобой согласен, но это рискованно. Сражаться с врагом, которого не видишь, – слишком сложная задача.

Мастер Артибус вернулся в шатер, держа в руках пергамент.

– А, список, – произнес Литиан, когда старик подошел и протянул ему бумаги. Он быстро пробежал глазами по пергаменту. – Думаю, лорд Парамор разберется. Я сейчас к нему загляну. Элион, ты бы вернулся в свою палатку, привел себя в порядок. Советую тебе отдохнуть, хотя знаю, что ты не послушаешься.

– Никакого отдыха, пока не вернемся к Алерону, – возразил Элион.

– Пока мы здесь, рядом с твоим отцом постоянно будет стража. Мастер Артибус, поручаю вам следить за здоровьем лорда Дэйкара. Пусть все думают, что он при смерти и не доживет до утра. Возможно, это нам поможет.

– Полагаете, если убийца поймет, что его миссия выполнена, он больше не придет? – спросил старый врач.

– Именно так, – кивнул Литиан. – Уверен, целители Расалана весьма быстро разнесут слухи.

– Я прослежу.

– Тогда займемся делом.

Литиан быстро раздал указания своим людям и направился в шатер лорда Парамора, а Элион пошел по главной улице обратно в лагерь вандарийцев.

Все вокруг глядели, как окровавленный сын Первого клинка быстро шагал мимо палаток. Он привык к тому, что незнакомцы обращают на него внимание. Солдаты, оруженосцы и конюхи – все провожали его взглядами и перешептывались. Наверняка пытались понять, насколько правдивы слухи. Некоторые даже окликали его:

– Сэр Элион, это правда? С вашим отцом что-то случилось?

– За ним приходил убийца?

– Он умрет?

Элион не произнес ни слова, пока не добрался до лагеря Вандара и не увидел тех, кому мог доверять. Оруженосцы и солдаты собирали вещи и готовили лошадей к отправлению, Йовин и другой оруженосец погружали его сундук в повозку. Элион велел им остановиться.

– Йовин, отнеси сундук обратно в мою палатку. – Элион зашел внутрь, оруженосец – следом. – Мне нужно, чтобы ты помог надеть доспехи и проследил за тем, чтобы моя лошадь была готова. И поторопись, я хочу вернуться к отцу как можно скорее.

Йовин быстро выполнил все необходимые действия и выбежал наружу, чтобы приказать конюхам привести Снежногрива, белого боевого коня Элиона. Обычно Элион любил такие ритуалы, но сегодня приготовления ощущались совсем иначе. Он надевал полный комплект доспехов из божественной стали только на турниры, дружеские поединки или тренировки с Алероном и другими. Теперь же все это служило настоящей цели. Он надел поножи и набедренники, нагрудник, наплечники, наручи и рукавицы.

Лишь вложив меч в руки наставника, Йовин отважился заговорить.

– Как… как здоровье вашего отца, Элион? Будет ли он… будет ли он жить?

Элион улыбнулся. Он больше не был юношей, который боялся за своего отца. Теперь он стал учителем для мальчишки, ребенка, который смотрел на него снизу вверх. Он положил руку ему на плечо, как недавно это сделал Литиан.

– С ним все будет хорошо, Йов, – приободрил оруженосца Элион. – Думаешь, какой-то трусливый убийца справится с моим отцом?

Йовин улыбнулся и покачал головой.

– Тогда не беспокойся о Первом клинке. Мы доставим его обратно к Алерону, заберем вещи и сразу отправимся домой, в Варинар. Сегодня мы снова поедем через мост – и кто знает, может, в этот раз тебе повезет разглядеть что-нибудь в воде.

Йовин молча кивнул. За ночь он как будто повзрослел: стал выше, круглое детское лицо осунулось.

– Это неважно. Главное, чтобы вашему отцу стало лучше. Он нужен Вандару. Без него мы… мы беззащитны. Если агаратцы узнают об этом, они… – Йовин нахмурился, явно встревоженный. – Думаете, за всем этим стоит Король-калека? – тихо спросил он.

Элион сжал плечо мальчика.

– Эти вопросы мы обсудим позже, Йовин, – сказал он. – У нас нет доказательств, что это дело рук агаратцев.

– Но люди говорят, что снова начнется война с Югом. Я слышал об этом в Тукоре. Авгуры говорят, что есть знаки. Драконы в облаках. Огонь и…

– Йов, – серьезно произнес Элион, – не обращай внимания на слухи. Эти предсказатели могут углядеть в небе что угодно, если захотят. Драконы в облаках? Да ну? – Он усмехнулся. – Хотя, может, они и морских чудищ найдут, если постараются. Но это не значит, что киты отрастят ноги и пойдут разрушать наши города.

Йовин улыбнулся.

– Возможно, – согласился он. – Хотя зрелище было бы захватывающее.

– Скорее ужасающее, – рассмеялся Элион, представив себе эту картину. – Брось волноваться из-за войны с далекими землями. Мой отец поправится и продолжит защищать нас. К тому же, Алерон, Литиан, мои дяди Веррин и Риккард, множество других отважных воинов не бросят нас. Рыцари Варина – это же самая мощная боевая сила в мире, Йов. Скоро ты присоединишься к ним, и мы все сможем спать спокойно. Сэр Йовин из дома Колборнов, защитник королевства!

Йовин кивнул, но на его лице отразилось сомнение. Он был не из самого знатного дома и всегда чувствовал себя ниже других оруженосцев.

– Йовин, ты станешь рыцарем Варина, – пообещал Элион. – Я об этом позабочусь. – Он протянул руку. Маленькие пальцы оруженосца оказались в перчатке из божественной стали. Йовин крепко сжал ладонь Элиона. – Это называют обетом божественной стали. Слово, данное на илитианской стали, нерушимо, – сказал Элион и широко улыбнулся. Йовин тоже улыбнулся в ответ. – Ты станешь рыцарем Варина.

Элион оставил Йовина одного, вышел на улицу и забрался на Снежногрива. Огромный белый зверь фыркнул и принял на себя вес доспехов. Скользя в серебристо-золотом тумане, Элион вернулся тем же путем, каким пришел в лагерь. В одной руке он сжимал поводья, а другой придерживал клинок из божественного металла, лежащий у него на плече и ослепительно сверкающий на солнце.