Большой зал мы пройдём с артефактом отвода глаз. Но и до него надо добраться, желательно – незамеченными. А дальше двери.

Разумеется, запертые. Если какой-то монстр всё же вылезет и прорвётся к дверям, это всё же лишнее препятствие для него.

И я себе уже голову сломал, как их открыть. Разве что огнём Шаха, но тогда могут пострадать патрулирующие там гвардейцы. Единственный вариант – вскрыть замок с помощью тьмы. Но не факт, что не сработает сигнализация. Да и в любом случае дверь, открывшаяся сама по себе, сильно удивит. К ней немедленно кинутся. Но если действовать быстро, мы успеем проскользнуть.

Правда, проскальзывать кучкой – то ещё удовольствие, если с тобой не тренированная команда. Потому я ещё утром обговорил с Шахом, как именно мы будем преодолевать эту, блин, полосу препятствий. Но есть и более удобный вариант, предложенный Егором.

– Давайте так, – говорит он. – Вы идите за мной под иллюзией с разрывом метров в сорок. До зоны действия уловителей дойдёте – тормозите и ждите. А я пойду дальше, к Большому залу. Меня там остановят, я начну упрашивать меня пустить… Уломаю хотя бы открыть дверь. И вот когда откроют – тогда активируйте артефакт и бегите.

– Согласен, – киваю ему.

У дверей Большого зала Егора действительно останавливает патруль.

– Ваше высочество, – негромко, но напористо начинает гвардеец, – вы же знаете, что сюда нельзя. Особенно вам.

– Я только хочу посмотреть, как выглядит разлом.

– Ваше высочество, я не могу вас пустить.

– Вы не можете не выполнить мой приказ! – Егор вздёргивает подбородок и властно говорит: – А я приказываю.

– Я выполняю приказ его высочества Ярослава Александровича, – невозмутимо отвечает гвардеец. – В Большой зал не может пройти никто, кроме патрульных.

Мы стоим за углом, накрытые моей иллюзией невидимости. Достаточно далеко, чтобы уловители магии не включили сигнализацию.

– Так я и не собираюсь заходить в зал! – уверяет Егор. – Не держите меня за идиота, лейтенант. Я только хочу посмотреть, издалека. Дверь можно закрыть в любой момент. И вы не имеете права меня ослушаться!

– Как раз имеем, ваше высочество. Простите. Но нельзя.

Гвардеец выглядит удивлённым. Видимо, капризничать младшему царевичу несвойственно.

– Приказ наследника – никого не впускать в сам зал, – убеждает Егор. – И это правильно, конечно! Я понимаю. Но и вы поймите… Ну когда мне ещё доведётся такое увидеть? Вы-то вот видели. Я не буду туда заходить!

Гвардеец вздыхает:

– Ваше высочество, да там не видно ничего! Просто арка, а за ней – полная тьма. Ничего не разглядеть.

– Я всё равно хочу посмотреть!

И тут за моей спиной раздаются шаги.

Князь Назаров! Вот принесли же его гоблины!

Мы замираем, но Назаров чуть замедляет шаг, проходя мимо. И поворачивает на нас голову.

Но тут же идёт дальше.

– Ну хоть на пару минут! – продолжает требовать Егор. – Что здесь криминального, лейтенант! Я тоже имею право вам приказывать! Но я, обратите внимание, всего лишь прошу.

– Ваше высочество…

– А я присоединяюсь к лейтенанту Борисову, – говорит Назаров, приблизившись к царевичу почти вплотную. – Доброе утро, ваше высочество. Право, ваше любопытство совсем неуместно в сложившейся ситуации. Я ожидал от вас большего благоразумия.

– Виктор Алексеевич! – возмущённо говорит Егор. – Я сам в состоянии определить, что мне уместно, а что нет! Лейтенант, откройте двери!

– Ну откройте, – кивает вдруг Назаров. – В конце концов, его высочество действительно имеет право нам всем приказать, не так ли? Но мы пойдём на компромисс, лейтенант Борисов. Одну створку. И я буду смотреть вместе с вами, ваше высочество. Слишком опасаюсь за вас.

Вот же сволочь…

Назаров оборачивается, посылая в пустой коридор широкую улыбку. Видеть нас он не мог. Значит, каким-то образом почуял. Видимо, носит с собой уловитель.

Нужно уходить и прорываться в Большой зал позже. Второй раз царевичу дверь вряд ли откроют.

Но какой смысл тянуть?

Активирую артефакт отвода глаз и толкаю Шаха:

– Погнали!

Лейтенант тем временем отпирает замок, отступает на шаг, и его высочество неторопливо подходит к массивной двери. Назаров следует за ним и становится так, что пройти мимо него невозможно. Но это вообще не проблема.

Подхватываю Ольгу на руки, Шах взваливает на плечо Лекса, я активирую артефакт, и мы бежим вперёд.

Проблема одна: нас, разумеется, слышно. Особенно когда Шах бьёт ногой во вторую створку.

– Тревога! – орёт лейтенант.

– Стреляй, Борисов! – орёт Назаров.

Но мы уже несёмся по залу. Ольга крепко держит меня за шею, а я бегу за Шахом, не отставая более чем на полметра. Под недоумённые возгласы дежурящих здесь гвардейцев. Их не меньше двадцати, но они не стреляют, как и патруль снаружи.

Потому что следом за нами бежит Егор. И тоже орёт:

– Тревога! Диверсия!

Понятно, что в такой ситуации стрелять не будет никто. Попасть в его высочество? Дураков нет.

Здесь царит жуткий холод. Нет никакого радужного пузыря и прочих прелестей. Просто полукруглая арка. И темнота за ней.

* * *

Минутами позже в Большом зале Кремлёвского дворца

Глава «Братства свободных»

Его высочество Георгий сделал всё, чтобы лишить присутствующих возможности стрелять. Даже руки в стороны на бегу раскинул.

К сожалению, князь Назаров не мог сейчас облегчённо выдохнуть. Он вообще ничего не мог – потому что его телом управлял глава «Братства свободных».

Но подавить сознание Назарова полностью этот ублюдок не сумел. Хотя даже не подозревал об этом. Успешно справившись с мелким Меньшиковым, Колдун решил, что вполне созрел для управления кем-то посерьёзнее.

Созрел, да. Но не вполне.

Второй месяц князь Назаров сидел взаперти в собственном мозгу и молча наблюдал за происходящим.

Как поселившаяся в нём тварь забросила школу – предмет особенной гордости князя. Как прёт в политику. Как лезет в серые кардиналы за спиной наследника престола. Как ставит на высокие посты Тайной канцелярии тех, кто будет заботиться только о собственной выгоде, но никак не о безопасности государства.

Правда, всё это Назаров наблюдал только урывками. Основную массу времени он пребывал в беспамятстве. Но и урывков было достаточно, чтобы понимать, что происходит.

Однако он не мог даже бессильно скрежетать зубами.

А в конце января во дворце появился младший царевич. Предмет особенной ненависти Колдуна. Ещё бы! До совершеннолетия Георгия оставалось три года – а значит, оставался и шанс, что он всё же сумеет обернуться грифоном. И тогда о вырождении династии Романовых забудут ещё как минимум на несколько десятков лет. Наследник, лишённый возможности оборота, станет исключением из правил, а не правилом.

А главной целью главы «Братства свободных» была именно смена династии. Причины его ненависти к Романовым Назаров так и не узнал.

Но почему-то именно в присутствии младшего царевича ему удавалось хотя бы видеть и слышать. И понимать, что с Георгия спала личина, вернуть её может только сам император, а значит, Георгий находится в страшной опасности. Потому что император, разумеется, погиб – тут никаких сомнений у Назарова не было.

Кстати, пропадал царевич вместе с Никитой Каменским и его дружками из Императорского училища. Там и личину потерял.

Но Никита Каменский уже спасал императора. А значит, вот этот взлом двери в Большой зал, скорее всего, тоже его рук дело. У парня тёмный эфир. Он вполне может попытаться найти тело императора.

И, видимо, решился на это.

Кому ещё бежать не из разлома, а в разлом? Точно Каменский.

Кажется, об этом же подумал как минимум лейтенант Борисов, который, несмотря на крики Назарова, оружие даже не вытащил.

А минуту спустя оно уже было и ни к чему. Топот в Большом зале стих. Замерцавшая было темнота в арке разлома приняла прежний вид.

А тот, кто управлял князем Назаровым, скомандовал:

– Борисов, подойдите ко мне немедленно!

– Слушаю вас, князь! – отчеканил лейтенант, приближаясь.

– Почему вы не стреляли?

– Боялся задеть его высочество.

– Вы настолько не уверены в своём умении обращаться с оружием? Что там у вас – пистолет?

– Есть и пистолет, – с недоумением ответил Борисов.

– Позволите взглянуть, лейтенант? – попросил Колдун ртом Назарова.

Зачем?!

Его высочество продолжал стоять посреди зала, спиной к Назарову. Явно разглядывал портал. А перед тем сумел сделать так, что Каменский туда беспрепятственно пробрался. Именно поэтому Колдун готов был убить царевича прямо здесь и сейчас. Уверен, сволочь, что Каменский на многое способен.

Назаров приложил невероятное усилие воли и увидел картинку, представлявшуюся Колдуну: его высочество Георгий валится на пол с дырой в затылке. После чего, разумеется, князя Назарова обвиняют в убийстве царевича, совершённом при куче свидетелей.

«И чёрт бы с ним, со мной! – подумал он в отчаянье. – Но Георгий!»

Последняя надежда династии Романовых.

Нет, Колдун не пойдёт на это. Ведь тогда он потеряет такое необходимое ему тело Назарова. И вряд ли сумеет найти другое, настолько же полезное.

– Ваше сиятельство, это табельное оружие, – продолжал удивляться лейтенант Борисов. – Я не имею права отдавать его в чужие руки. Да и зачем вам?

– Я почти уверен, что вы забыли его зарядить, – заявил Колдун.

Борисов позволил себе усмехнуться.

– Вы за кого меня принимаете, князь?

И окликнул царевича:

– Ваше высочество! Думаю, вы уже насмотрелись. Давайте закончим наконец этот инцидент. Прошу вас на выход.

– И всё же дайте взглянуть на ваш пистолет, – потребовал Колдун.

С другой стороны… Назаров знал, что глава «Братства» обладает сразу двумя аспектами дара – портальным и менталом. Что, если он способен воздействовать на всех присутствующих? Внушить им, что в царевича выстрелил лейтенант Борисов? Чистая случайность, стрелял в проникших в зал врагов, но промахнулся.

Это же можно внушить и самому Борисову.

Нет, здесь слишком много людей. Колдуну эфира не хватит на такое воздействие.

Но говорят, что учёные, работающие на «Братство», продвинулись очень далеко в своих разработках… Возможно, у Колдуна есть какой-то артефакт?

Слишком настойчиво он требует пистолет.

– Борисов, я вам приказываю как старший по званию! И добьюсь, чтобы на вас наложили служебное взыскание.

– Ну что вы, в самом деле, князь, – хмыкнул Борисов и протянул Колдуну пистолет.

Обычный «Макаров», девятимиллиметровка.

Колдун проверил патроны, усмехнулся, навёл ствол в потолок… И повернул голову на его высочество.

А Виктор Алексеевич Назаров рванулся из цепей собственного сознания.

Гвардейцы даже понять ничего не успели. Только увидели, как князь Назаров недрогнувшей рукой стреляет себе в сердце.

Отрицательного скачка силы не заметил никто. Разве что завывшая сигнализация, отследившая магическое воздействие.

Глава «Братства свободных» покинул тело князя Назарова.

* * *

– Мать-перемать! – орёт Костя Шах, потому что вылетаем мы на узкую площадку какой-то башни. Она ничем не огорожена, и спасает Шаховского только моя реакция: успеваю перехватить его за ворот и дёрнуть на себя.

Ольга хватается за меня и прижимается сзади.

Лекс делает проще: сразу плюхается на задницу для устойчивости.

Видя, что он совершенно забыл про антидоты, выхватываю один инъектор из его разгрузки и втыкаю ему в шею. Сразу бью ладонью по прикреплённому к лацкану его куртки таймеру.

– Будешь щёлкать клювом – сдохнешь, – напоминаю.

– Спасибо, – кивает Лекс и тут же рычит на Шаха: – Предупреждать надо, прежде чем хватать и на себе переть! Ты бессмертный, что ли? Я ж от неожиданности мог тебе и мозги менталом выжечь! Дебил!

– Мозги выжечь я и сам могу! Вместе с черепушкой! – огрызается Шах. Уже по-русски, понятно. Прятать его от Лекса и Ольги я и не собирался.

– Сели все! – рявкаю, прерывая грызню. – Глубоко вдохнули и успокоились! И не заденьте портал. Вряд ли в Кремле нас сейчас ждут с распростёртыми объятиями.

Но Шах стоит, раскинув руки, и явно тащится от количества эфира.

– Охренеть, Каменский! – говорит мне, не оборачиваясь. – Охренеть тут просто…

– Сядь, сказал! – рявкаю я. Хотя отлично его понимаю. Одарённый с тёмным эфиром, попав в разлом, мгновенно чувствует себя невероятно сильным. Мой источник уже практически полон.

Спасибо, Ольга не скачет, как в прошлый раз.

Мы опускаемся на пол и оглядываемся. Сразу становится понятно, почему из этого разлома не пёрли твари: мы находимся на огромной высоте. По крайней мере, землю я почти не вижу: она скрыта сумеречным туманом. Проступают только верхушки уже знакомых геометрических деревьев.

Вдалеке видно что-то вроде горных пиков, но не уверен: возможно, это игра того же тумана.

– Вот он какой… разлом… – Лекс наконец успокаивается и тоже начинает осматриваться вокруг.

Шах делает то же самое.

– Никогда не видела такого. – Ольга дёргает меня за рукав. – А ты?

– Тоже.

Судя по тому, что я вижу, башня, куда мы десантировались, представляет собой вытянутый на сотни метров вверх конус. На верхней точке которого мы и находимся.

Через несколько минут Шах поворачивается к Ольге и замечает:

– Назаров совсем слетел с катушек. Если бы не мальчишка-царевич, нас превратили бы в решето.

– Я сказала, что с отцом что-то не так, – пожимает она плечами.

– Может, у него виды на трон? – задумчиво говорит Лекс. – Или он работает на британцев?

Или в его теле засел кто-то другой… Например, Колдун.

В любом случае он не дёрнулся за нами в разлом, и это хорошо. Убивать князя на глазах его дочери – идея так себе. Но когда-нибудь мы с Колдуном обязательно столкнёмся. Вот только эта скользкая тварь выбрала прекрасный способ защиты: прикрыться людьми, которые для меня важны.

Пока Шах и княжна вяло переругиваются, осматриваюсь. Площадка, на которой мы сидим, в диаметре всего метров пять. Хорошо, что сейчас здесь нет ветра. Вниз ведёт закручивающийся спиралью вокруг башни пандус. Возношу мысленную благодарность здешним архитекторам: пандус имеет балюстраду. Разной высоты и зачем-то многоуровневую, но хоть так.

С закрытием этого осколка всё будет непросто. Когда схлопывался предыдущий, открыть портал я не смог, мы спаслись благодаря ключу Теи. Здесь открывать свой портал необходимости нет – можно уйти в тот, через который мы пришли. С другой стороны, забираться на эту башню, когда будет рушиться мир… Ну такое себе.

Оставлю эти проблемы на потом. Всё равно сейчас закрывать этот осколок я не намерен.

– Чего сидим? – спрашиваю. – Разлом сам себя не исследует. Погнали.

Лекс поднимается и внезапно топает прямо к порталу.

– Уже хочешь обратно? – хмыкаю я.

– Почему отец не вернулся сразу? – тихо говорит он. – Если это то же самое место, вернуться проблем нет. Здесь нет монстров. Просто войди обратно.

Он делает шаг в портал и…

…врезается в него лбом. С нашей стороны это непроходимая стена.

– Курвец! – вырывается у Львова любимое словечко Палея. – Закрыто!

– Как же мы отсюда выберемся? – говорит Шах, который ещё не сталкивался с моими способностями.

– Выберемся, – говорю. – Я открою портал.

Мы-то да. А вот что делать набранной наследником Ярославом команде? Если среди них не будет портальщика – они застрянут здесь. И не выживут.

Не было печали – купил гоблин барабан… Мне делать больше нечего? У меня там последователи недолюблены, богиня любви недовоспитана… Теперь ещё и команду светлых придётся спасать.

– Пошли, – киваю на пандус. – Нечего задницы плющить.

И мы осторожно, друг за другом, начинаем спускаться.