Растущий интерес коммерческих компаний к космосу повлек за собой пересмотр подходов к дизайну космических скафандров. На протяжении ХХ столетия инженеры, занимающиеся разработкой скафандров, больше всего заботились о безопасности и функциональности. На новом, коммерческом этапе освоения космоса, когда решающую роль приобрели мнение общества и его стремление вкладывать деньги в отрасль, конкуренция между дизайнерами и между фирмами-производителями привела к тому, что все больше внимания стали уделять эстетической стороне. Коммерческие компании, организующие полеты в космос, рассматривают разработку дизайна скафандров и летных комбинезонов как важную часть подготовки к отправке туристов в космос и как возможность продвижения своего бренда на рынке, где конкуренция постоянно растет. Продумывая дизайн костюмов для экипажа и для пассажиров, коммерческие компании, несомненно, стремятся включить фирменный летный костюм в пакет услуг, которые предоставляются каждому, кто приобрел билет на космический рейс, и тот же Илон Маск прекрасно понимает, что клиенты, выбравшие в качестве туроператора SpaceX, отчасти могут руководствоваться желанием выглядеть «стильно» (Cuthbertson 2016).
В эпоху массового космического туризма дизайн одежды в той форме, в какой мы привыкли к нему на Земле, будет, скорее всего, сосуществовать с технологиями, применяемыми при изготовлении скафандров. Инженеры, занимающиеся разработкой дизайна скафандров для коммерческих компаний, уже пробуют себя в роли модельеров – вслед за модными домами они выпускают коллекции готовой одежды и создают на заказ изделия от-кутюр. Коммерческие космические туроператоры, такие как Virgin Galactic, SpaceX и Spaceport Sweden, предпринимают попытки пригласить модельеров и художников по костюмам, чтобы те разработали дизайн одежды для их будущих пассажиров и экипажа. Инженеры, работающие в частных дизайнерских компаниях, например Final Frontier Design в Бруклине, между тем своевременно предложили свои услуги по изготовлению космической одежды и скафандров на заказ или для продажи, как для конкретных клиентов, так и для покупателей в целом. Перед всеми этими дизайнерами встала непростая задача – совместить практичность и эстетику.
Одежду, которую носят в космосе, можно разделить на две основных категории: скафандры, предназначенные для защиты тела от опасностей открытого космоса, и повседневная одежда, которую носят на борту космического корабля. Требования, которыми руководствуются инженеры, работающие над производством скафандров, в корне отличаются от тех, которые предъявляют к одежде дизайнеры или фирмы, создающие или выбирающие одежду для повседневной жизни на космическом корабле (см. четвертую главу). Инженеры стремятся защитить тело от воздействия радиации, давления, слишком низких или слишком высоких температур, но внутри кабины пассажиры не подвергаются этим опасностям и могут носить обычную, повседневную одежду. Однако, учитывая, что инженеры, конструирующие скафандры, стали уделять больше внимания эстетической стороне, а модельеры начинают снабжать одежду носимыми устройствами, можно предположить, что интересы этих двух отраслей вскоре совпадут. Коммерческие компании заинтересованы в разработке дизайна костюмов как для пребывания внутри космического корабля, так и для выхода в открытый космос, и инженеры-специалисты совершенствуют технологии, позволяющие защитить тело от космического вакуума, в то время как модельеры, сотрудничающие с такими коммерческими космическими агентствами, как Virgin Galactic, разрабатывают одежду для туристов, которые не будут покидать космический корабль. Коммерческие космические агентства ставят своей целью прежде всего разработку высотно-компенсирующих костюмов и летных костюмов, которые туристы будут носить на борту космического корабля. Ношение высотно-компенсирующих костюмов, защищающих тело на случай внезапной разгерметизации корабля, – мера предосторожности, которую государственные организации соблюдают при запуске космических кораблей и их возвращении в плотные слои атмосферы. Пока неизвестно, будут ли приняты какие-то законы, в соответствии с которыми коммерческие космические агентства обязаны будут одевать пассажиров в высотно-компенсирующие костюмы (Webber 2017: 144), так что коммерческие компании сами выбирают, на разработке какой одежды им лучше сосредоточиться – высотно-компенсирующих костюмов или летных комбинезонов без противодавления. Чтобы определить, что именно может понадобиться будущим космическим туристам, дизайнерам космической одежды стоит обратить внимание на все виды одежды и снаряжения, которые входят в арсенал астронавтов НАСА: скафандры для выхода в открытый космос, высотно-компенсирующие костюмы, летные комбинезоны и одежда из обычных магазинов для ношения на борту. Сам факт, что НАСА использует готовую одежду, которую можно найти в продаже, например рубашки поло и шорты, указывает на то, что на будущем рынке космической одежды должны быть представлены и повседневные вещи, которые удобно носить в условиях невесомости.
При выборе одежды для полетов в космос принято руководствоваться соображениями практичности. Разработкой скафандров всегда занимались инженеры, а не дизайнеры, и основная функция такого костюма заключается в том, что он помогает космонавту выжить в открытом космосе. Еще одним из ключевых требований к скафандру, помимо того что он сохраняет космонавту жизнь, является его удобство для выполнения всех операций и видов работ, которые космонавтам приходится осуществлять в скафандре. Чтобы космонавт смог выполнить эти операции, скафандры оснащают карманами и различными дополнениями. У скафандра есть и дополнительная функция – он служит поверхностью, на которой можно закрепить все необходимые инструменты так, чтобы их было легко достать. Различные предметы – от камер, установленных в области грудной клетки, до контрольных листов, которые у астронавтов «Аполлона-11» были пришиты к перчаткам на запястье, – цепляют, крепят ремнями и привязывают к поверхности костюма (Hersch 2009a: 14).
Чтобы космонавты могли дотянуться до этих инструментов и выполнить необходимые действия, надо, чтобы у них была возможность сгибать руки и ноги в суставах. Разрабатывая скафандры, инженеры попытались добиться пластичности без ущерба для безопасности, но космонавты при этом все равно испытывают неудобства, им трудно согнуть руку или ногу. Как отмечает Марк Тимминс (Timmins 2010: 198), скафандры – «механизмы, предназначенные не для жизни, а лишь для того, чтобы приспособиться к определенным условиям, и присутствие человека они разве что терпят». Скафандры стесняют движения. У жесткого корпуса скафандра, облекающего верхнюю часть тела, твердая оболочка, но даже мягкий корпус остается мягким только при надевании, а при герметизации затвердевает (Ferl et al. 2006: 1). Мягкие части скафандра, закрывающие руки и ноги, при герметизации теряют гибкость, и, чтобы в них можно было двигаться, требуются гофрированные шарниры и вращающиеся подшипники (Schmitt 2001: 23–24). Один астронавт сравнил ощущение, возникающее при герметизации костюма, с погружением в цементный раствор, который застывает в процессе герметизации (Gast & Moore 2011: 320). Из-за громоздкости скафандров, обусловленной необходимостью приспособить их к крайне опасным условиям, функциональности уделяли больше внимания, чем форме.
В ХХ веке дизайн скафандров строился на модернистских, утилитарных принципах. Как отмечают Адамс и Джонс (Adams & Jones 2014: 72), модернизм и в особенности модульный принцип оказали наибольшее влияние на космическую архитектуру. Когда шла подготовка к созданию Международной космической станции (МКС), «лучшие умы НАСА… пришли к выводу, что ничто не принесет американской космической станции такого успеха, как умелое применение модульного принципа в дизайне и работе станции (Ibid.: 73). Модульное строение позволило в последующие годы достраивать и расширять МКС, присоединяя к ней «неизвестные или неопределенные части», которые еще не были разработаны к моменту запуска МКС. В последние годы у коммерческих космических агентств появились планы, воспользовавшись ее модульным строением, расширить ее в коммерческих целях, в том числе присоединив к ней экспериментальный развертываемый жилой модуль Bigelow Aerospace, BA330, задуманный как «космический отель» (Doule 2014b: 69). На модульном принципе основан и дизайн скафандров, которые обычно собираются из множества взаимосвязанных элементов. Скафандры с жесткими поясами, такие как Shuttle EMU (скафандр для выхода в открытый космос), состоят из двух частей, верхней и нижней, которые соединяются на поясе с помощью специального герметичного устройства (Body Seal Closure)24.
Из-за модульной структуры скафандры для внекорабельной деятельности (EMU) обладают некоторыми преимуществами перед цельными скафандрами. Во-первых, они дают больше свободы в использовании: отдельные части можно заменить в соответствии с параметрами нового владельца или поставленной задачей. Во-вторых, их можно надевать и снимать в невесомости, что при другой конструкции сделать намного труднее. Способ соединения отдельных элементов определяет форму и степень жесткости этих элементов и одновременно зависит от них. Форма и жесткость, в свою очередь, обусловлены способом надевания скафандра. В зависимости от типа конструкции скафандры надевают и снимают или с пояса, или со спины, или с помощью застежки-молнии (Ferl et al. 2006: 1). В первом случае две части, верхняя и нижняя, надеваются одна за другой. Для удобства надевания и снимания их делают широкими в талии. Скафандры, надеваемые со спины, такие как российский «Орлан», обычно оснащены сзади дверцей на шарнирах и ранцем. У таких скафандров больше нагрузка на спину и плечи: через отверстие в спине должно пройти все тело космонавта. «Возможность быстро и безопасно надеть скафандр играет важнейшую роль в обеспечении максимально продуктивной внекорабельной деятельности», но, поскольку легкость надевания при этом зависит от величины отверстия, приходится делать скафандр еще более громоздким и неповоротливым, чтобы его легче было надеть и снять (Graziosi, Ferl & Splawn 2005: 1–5).
Ил. 3.1. Российский инструктор (слева) помогает Чарльзу Симони, бывшему разработчику программного обеспечения Microsoft и космическому туристу, надеть скафандр во время параболического полета в условиях невесомости перед полетом Симони на МКС в апреле 2007 года. На фотографии видно, как трудно одеваться, когда ни на тело, ни на одежду не действует сила тяжести. Проблему одевания и раздевания в невесомости еще больше усугубляет громоздкая и жесткая форма скафандра, который трудно надеть даже в условиях земной гравитации © MAXIM MARMUR/AFP/ Getty Images
Процесс надевания скафандра имеет мало общего с повседневным одеванием, к которому мы привыкли на Земле, и, как и многие другие действия в условиях микрогравитации, требует тренировки, которая определяется типом скафандра (см. ил. 3.1). На Земле, надевая или снимая с себя одежду, человек совершает движения в вертикальной плоскости, потому что ему приходится противостоять силе тяжести, натягивая одежду на себя, а ткань под действием силы тяжести, наоборот, прилегает к телу или падает на пол. У одежды, которую носят на Земле, отверстия обычно расположены сверху и снизу (сверху – ворот, снизу – края, в промежутке между которыми вертикально располагается тело), а когда человек совершает движения, необходимые, чтобы надеть или снять одежду, у него, как правило, есть точка опоры – он стоит или сидит. Скафандры с отверстием на спине устроены так, что надеть их можно, не упираясь в пол одной или обеими ногами, в том числе и в условиях невесомости. Скафандры с отверстием на спине – чтобы их надеть, космонавтам приходится сгруппироваться так, что сначала в отверстие пролезают голова и ноги, а в последнюю очередь ягодицы, – решают проблему громоздких жестких поясов, которыми соединяются части скафандра с отверстиями в области талии. Астронавт Крис Хэдфилд (Savage 2015) характеризует неприглядный процесс снимания скафандра с отверстием на спине, в ходе которого человек вынужден «пятиться задом», как «не самое приятное зрелище». Дизайнеры космической одежды в будущем могут с учетом разных способов надевания и снимания скафандра поместить нужные для этого отверстия в другие места, но при этом необязательно так, чтобы потребовалось расширять или делать эластичными ворот, отверстия для рук и ног или края скафандра у пояса. Как и на Земле, процесс одевания и раздевания можно упростить за счет модульного принципа, отдельно присоединяя перчатки и ботинки. Однако, хотя в некоторых отношениях модульная конструкция может сделать процесс одевания более простым, есть риск, что он при этом усложнится из‐за невозможности контролировать разрозненные элементы. Хэдфилд вспоминает, что «труднее всего в невесомости надевать ботинки», потому что они «летают по всей кабине» (Ibid.).
Ил. 3.2. Три варианта дизайна скафандра Z-2, предложенные НАСА для публичного голосования. Дизайн, набравший больше всего голосов (слева), «отдает должное прошлым достижениям в разработке скафандров, включая в себя и едва уловимые отсылки к будущему» (NASA 2014d) © NASA
Хотя важно, чтобы будущая космическая одежда отвечала всем требованиям безопасности, есть основания предполагать, что эстетические соображения выходят на первый план. По мере того как широкая публика получает все больше информации о дизайне скафандров и проявляет к этому растущий интерес, акцент смещается с функции на форму. В 2014 году НАСА, стремясь привлечь население к работе над дизайном скафандра нового поколения, Z-2, устроило опрос. На своем сайте НАСА разместило предложенные варианты дизайна и пригласило интернет-пользователей принять участие в голосовании, чтобы по его итогам выбрать скафандр, в котором астронавты НАСА затем отправятся на Марс, чтобы, выйдя в открытый космос, исследовать поверхность планеты (см. ил. 3.2). Функциональные аспекты скафандра Z-2 были проработаны еще в процессе создания предшествовавшей ему модели скафандра, Z-1, которую журнал Time назвал одним из лучших изобретений 2012 года, поскольку в процессе изготовления противоударных частей использовалась инновационная технология 3D-печати (NASA 2014b). Этот дизайн получил высокую оценку в первую очередь из‐за своей функциональности. В дизайне нового скафандра, Z-2, присутствуют все эти технологии, и, что было важно для участников голосования, он еще и стильно выглядит.
Решение устроить публичный опрос побудило НАСА тщательнее продумать дизайн с учетом современных модных тенденций, в частности моды на яркие цвета и спортивный стиль, сочетая их с представлениями об одежде будущего, позаимствованными из научно-фантастических фильмов. На сайте можно было выбрать из трех костюмов, дизайн которых строился на принципах биомимикрии и тенденциях в области носимых устройств (Holpuch 2014). Один из скафандров, который носит название «Биомимикрия», оснащен электролюминесцентным проводом – техническое и дизайнерское решение, навеянное глубоководными формами жизни, – который расцвечивает костюм в условиях слабой освещенности. Скафандр «Тенденции в обществе», прошитый нитями контрастного цвета и за счет этого наиболее эстетически эффектный из представленных вариантов дизайна, показывает, как может выглядеть повседневная одежда в не таком уж далеком будущем, и включает в себя элементы спортивного стиля. Скафандр «Технологии», набравший по результатам опроса наибольшее число голосов, украшен подсвечивающейся эмблемой на груди.
Рядовые граждане выбирали дизайн Z-2 для астронавтов, а не для себя. Поэтому их внимание неизбежно было сосредоточено на внешнем виде скафандра, а не на его подвижности, удобстве или практичности в целом. В том, что касается общей конструкции и функциональности, три представленных на сайте варианта дизайна были тождественны – все различия между ними сводились к поверхностным наружным особенностям. Поэтому публике предоставляли решить вопрос не о конструкции скафандра, а о его эстетической привлекательности. Незначительность этого решения свидетельствует и о некомпетентности широкой публики (в отличие от инженера – специалиста по производству скафандров), и о важной роли, какую эстетический аспект играет в этой отрасли, все больше сближающейся с коммерческой сферой. Логично предположить, что большинство участников голосования никогда не летали на космическом корабле и не обладают такими знаниями, как у экспертов НАСА, чтобы вынести квалифицированное суждение о функциональности того или иного скафандра. Вот почему, чтобы доверить голосующим словно бы важное решение, их участие следует ограничить поверхностными вопросами стиля. Исторически сложившиеся представления о благородстве зрения привели к тому, что внешним особенностям костюма привыкли придавать чрезмерное значение, поэтому, преувеличивая роль дизайнерских элементов, участники голосования могут полагать, что вносят существенный вклад в будущее освоение космоса. Устроенное НАСА голосование мало что значит для астронавтов, которым предстоит носить эти скафандры, но важно, чтобы аудитория почувствовала, что к ней обращаются. В условиях все более явного проникновения в отрасль коммерческих отношений НАСА должно лидировать с точки зрения не только новейших технологий, но и публичного имиджа.
На этом примере видно, как велика разница между косвенным участием общества в будущем освоении космоса и непосредственной вовлеченностью публики в будущий космический туризм. Дизайнеры скафандров и космической одежды в коммерческих компаниях понимают, как заманчиво быть похожим на космонавта, даже если опыт космического путешествия этим и ограничится. Формируется новая индустрия, рассчитанная на клиентов, которые хотят прикоснуться к культуре космических полетов, переодевшись космонавтами, но не отправляясь при этом в космос. Сознавая, как публике интересны даже действия, служащие лишь преддверием космического полета, независимая дизайнерская компания Final Frontier Design (FFD), занимающаяся производством скафандров, предлагает частным клиентам «опыт пребывания в скафандре» (Space Suit Experience). Во время этого двухчасового сеанса человек надевает скафандр, а затем участвует в испытаниях, проверяющих степень свободы и амплитуду движений, чтобы «почувствовать, что значит находиться внутри загерметизированного скафандра». Благодаря такому сеансу желающие могут приобщиться к космическим полетам в более продвинутой и уникальной форме, чем это позволяют сделать большинство общедоступных музеев и космических центров. Поддержка, которую продукции и деятельности FFD оказывает общество, свидетельствует об интересе к космическим полетам рядовых граждан, которые, не имея пока возможности полететь в космос, стремятся косвенным образом поучаствовать в частном космическом путешествии. Своей целевой аудиторией FFD (FFD 2017) называет «любителей космоса», которые не могут себе позволить (или не хотят ждать, пока представится возможность) покупку билета на космический корабль (Kramer 2014a).
Переодевание в скафандр можно сравнить с косплеем, «ритуалом идентификации», в ходе которого участники на протяжении некоторого времени вживаются в роль своего героя (или героини) – космонавта (Norris & Bainbridge 2009). Заказчики FFD могли переживать опыт космических приключений в своем воображении, например в детстве, играя в лунную миссию, но, в отличие от детской игры, предлагаемый FFD «опыт пребывания в скафандре» подчеркнуто реалистичен. Клиенты надевают полностью рабочий, сертифицированный НАСА герметичный скафандр, дизайн которого разработан FFD. Реалистичен не только сам скафандр, но и все испытываемые участником ощущения. Заказчики переживают «погружение» в действие, позволяющее им почувствовать себя космонавтами (Messier 2014). После того как с них снимут мерку, как ее снимают и с настоящих космонавтов, участники ждут, пока подгонят их скафандры. Затем они проходят через опыт пребывания в тесном скафандре в процессе его герметизации, сначала стоя, а потом в модели запускаемой ракеты.
Компания завоевала себе репутацию, будучи поставщиком перчаток для НАСА, а также успешно производя полноценные летные костюмы для будущих космических туристов. В рамках этих направлений своей деятельности она также смогла воспользоваться стремлением публики косвенно приобщиться к космическому туризму. Фирма выпустила небольшую коллекцию «одежды для будущих космических полетов», в том числе костюмы для пребывания на космическом корабле, рассчитанные на коммерческий рынок, и является одним из немногочисленных производителей, которые «позволяют рядовым гражданам прикоснуться к космосу»; компания существует частично за счет пожертвований (FFD 2017). FFD (FFD 2012) удалось организовать успешный сбор средств на выпуск скафандра третьего поколения – проект поддержали 386 человек, а размер одного пожертвования колебался в диапазоне от трех до десяти тысяч долларов25. Любого из этих пожертвований в отдельности было бы недостаточно, чтобы участвовать в космическом полете, но вместе они составляют солидную сумму, которую можно назвать существенным вкладом в развитие будущего космического туризма. Внеся незначительные средства, жертвователи могут считать себя частью космического сообщества, которое способствует становлению коммерческой космической отрасли. Успех этой кампании свидетельствует о том, что люди стремятся внести свой вклад в освоение космоса скорее ради общего блага, чем только для того, чтобы принимать непосредственное участие в полетах. Как и в первую космическую эру, когда, выступая в поддержку исследований космоса, люди чувствовали, что не просто НАСА, а все человечество совершило гигантский прыжок в будущее, рядовые граждане могут сейчас и финансово, и морально поддержать коммерческое освоение космоса, участвуя в «общественных» инициативах, таких как кампания FFD (Kaminski 2016: 222).
Скафандры FFD считаются «последним словом высокой моды по индивидуальному заказу» (Fernholz 2015). Это уже не просто форма одежды астронавтов, а обязательный элемент гардероба для потребителей, которые хотят оставаться в авангарде моды. FFD стремится в первую очередь предвосхитить потребности будущих космических туристов (Gittleson 2013) и обозначило для себя сегмент аудитории, запросы которого другие производители одежды на сегодняшний день не удовлетворяют. Фернхольц (Fernholz 2015) неслучайно сравнивает скафандры FFD с высокой модой: деятельность молодых компаний, специализирующихся на производстве скафандров, схожа с работой элитных модных брендов, которые тоже обслуживают нишевую аудиторию, предлагая ей прогрессивные дизайнерские решения. Из-за огромных затрат на производство скафандров цены на них получаются заоблачными, отчасти и потому, что требуется подгонять их по фигуре каждого из немногочисленных, но обладающих особыми привилегиями заказчиков26. Чтобы финансировать производство, FFD выпускает более бюджетные копии, которые выставляют в музеях или приобретают для частных коллекций. В этом отношении бизнес-модель компании сопоставима с моделью модных брендов, выпускающих коллекции от-кутюр, которые являются «символическим капиталом» и для создания которых нужен «экономический капитал» – коллекции готовой одежды (Moeran 2004: 275).
FFD и ее конкуренты, в частности компания Orbital Outfitters, выпустившая костюм для «космических погружений», который одновременно предназначен для парашютистов, прыгающих с больших высот, и для космических туристов как «страховочный костюм на случай чрезвычайных происшествий» (Weed 2007: 55), составляют лишь малую часть рынка коммерческих производителей скафандров, где преобладают более известные компании, такие как ILC Dover, David Clark и Boeing. Государственные организации обычно сотрудничают именно с этими компаниями, поэтому требования к скафандрам в них определяет НАСА. Сейчас государственные организации в сфере космической промышленности по-прежнему контролируют все космические полеты с участием людей, и без поддержки и разрешения правительственных организаций возможности независимых предприятий ограничены. Поэтому в интересах этих организаций наладить контакты с НАСА или другими государственными учреждениями. Конечно, эти контакты выгодны и НАСА, потому что оно может воспользоваться разработками частных компаний. Благодаря сотрудничеству с частными компаниями присутствие модных тенденций в дизайне скафандров стало заметнее (Siceloff 2017a). Например, когда компания Boeing заключила с НАСА договор о перевозке экипажа НАСА на МКС, она создала для членов экипажа скафандр «синий Boeing» (см. ил. 3.3). Скафандры Boeing «легче и лучше сидят на фигуре», чем те, которые обычно предоставляет астронавтам НАСА (Эрик Бо, цит. по: Wall 2017). Налицо сходство со спортивной одеждой: дизайн похожих на кеды ботинок, которые в самой компании Boeing сравнивают с кроссовками, разработан Reebok. Boeing позиционирует дизайн этого скафандра как специально созданный для корабля Starliner, говоря именно о дизайне, а не об инженерной конструкции и за счет этого подчеркивая эстетическое своеобразие скафандра (Siceloff 2017b). Дизайн такого типа – предвестник скафандров, которые в будущем, возможно, будут надевать космические туристы, отправляясь в непродолжительные космические полеты, организованные Boeing или другими подобными компаниями.
Ил. 3.3. Астронавт НАСА Эрик Бо в скафандре «синий Boeing», предназначенном для экипажа корабля CST-100 Starliner, который осуществляет полеты в рамках коммерческой программы НАСА. Этот скафандр легче и эластичнее своих предшественников, но тоже предусматривает герметизацию в случае опасности. Ботинки, разработанные Reebok, придают скафандру спортивный вид. Этот скафандр астронавты наденут во время запуска и полета на орбиту, а затем и по пути обратно на Землю © Boeing/NASA
Деятельность и обязанности астронавтов иные, чем у космических туристов, а значит, и их скафандры будут существенно отличаться. Скафандр астронавта должен быть приспособлен к непростым условиям и действиям разного рода. У каждого скафандра своя конструкция, и в каждом из них человек ощущает себя по-разному. «Универсального скафандра» не существует (Frost 2015). Все типы задач и условий, для которых нужны скафандры, предъявляют свои уникальные требования. Внекорабельная деятельность может происходить в открытом космосе, на поверхности Луны, а впоследствии и на поверхности Марса. Чем продолжительнее полет и чем более разнообразную деятельность вне земной атмосферы он может в себя включать, тем более гибким должен быть дизайн скафандра (Jordan, Saleh & Newman 2006: 1135). В открытом космосе или на поверхности других планет астронавтам предстоит поддерживать корабль в рабочем состоянии и проводить эксперименты, поэтому главным требованием остается возможность свободно двигаться. Выполнение такого рода задач часто занимает шесть часов и более, поэтому скафандры должны «удовлетворять все физиологические потребности, в том числе насыщать организм водой и выводить из него отходы» (Cadogan 2015). Кроме того, скафандры для астронавтов рассчитаны на тех, кто обладает необходимыми знаниями и прошел специальную подготовку (Gast & Moore 2011). Функциональные требования к этим сложно устроенным и многообразным скафандрам для НАСА, других государственных космических агентств и, возможно, отдельных астронавтов, нанимаемых частными компаниями, будут существенно отличаться от требований к скафандрам, предназначенным для досуга космических туристов.
Космическим туристам понадобятся совсем другие скафандры, нежели астронавтам и тем, кто занимается исследованием космоса. Если среди членов исследовательских экспедиций запрос на скафандры для внекорабельной деятельности на поверхности астероидов и других планет, скорее всего, будет расти, туристы первое время не будут выходить за пределы космического корабля, чтобы исследовать поверхность других планет. Поэтому, если на начальных этапах в космическом туризме и потребуются скафандры, то лишь для кратких выходов в открытый космос или на случай чрезвычайных происшествий (Cadogan 2015). Требования к скафандрам на случай чрезвычайных происшествий значительно отличаются от требований к другим типам скафандров. Едва ли не все, что должны делать такие скафандры для космических туристов, – защищать носителя от разгерметизации. Существующие скафандры подобного типа, такие как «гипобарический защитный скафандр на случай чрезвычайных происшествий» от David Clark Company (Contingency Hypobaric Astronaut Protective Suit, CHAPS), разрабатывались с единственной целью – защищать от понижения давления в кабине и переохлаждения (Messier 2011). Таким высотно-компенсирующим костюмам не требуются ни карманы, ни приспособления для фиксации инструментов, ни особенно гибкие шарниры, которые позволили бы работать с оборудованием, ни контрольные датчики. Поэтому его производство обходится гораздо дешевле, чем скафандра для внекорабельной деятельности со всеми необходимыми дополнениями, и дает дизайнерам больше возможностей сосредоточиться не на практичности, а на внешней привлекательности. Современные материалы, применяемые для изготовления высотно-компенсирующих костюмов, и предъявляемые к ним простые требования позволяют «сделать их намного более удобными и эстетически привлекательными, чем это возможно в случае с обычными скафандрами» (Stylios 2015).
В настоящее время существуют разные мнения относительно того, должны ли будут космические туристы надевать высотно-компенсирующие костюмы на время полета. Как полагает Дэвид Эшфорд (Ashford 2002: 62–63), все космические туристы, отправляющиеся в суборбитальные полеты, скорее всего, не смогут снимать такие костюмы ни при каких обстоятельствах из‐за опасности разгерметизации. Поэтому, как он считает, космическим туристам потребуется выдавать упрощенную версию обычного высотно-компенсирующего костюма астронавтов, «просторного и вполне удобного», и шлем со «щитком, который будет автоматически опускаться, чтобы загерметизировать костюм, если в кабине упадет давление». Поскольку пассажирам не надо работать с оборудованием, эти костюмы не потребуют такой степени гибкости, которая нужна астронавтам. Дизайн защитных высотно-компенсирующих костюмов, используемых на борту космического отеля, может быть еще проще, чем у скафандров CHAPS. Хотя постояльцы космических отелей, вероятно, смогут выбирать одежду по своему усмотрению, Эшфорд (Ibid.: 63) высказывает предположение, что защитные костюмы для каждого гостя могут иметь форму простой сферы по аналогии с личными спасательными средствами, разработанными НАСА в 1970‐е годы (Pearson 1976: 67).
По мнению Джорджа Стилиоса (Stylios 2015), что касается большинства коммерческих космических рейсов, скафандры, как кислородные маски в коммерческих самолетах, будут использоваться только в случае чрезвычайных происшествий. Такую же аналогию провели представители Управления гражданской авиации Великобритании (Civil Aviation Authority 2014: 283), в отчете о сертификации и функционировании коммерческих космических и авиационных компаний отметив, что «скафандры с запасом кислорода в качестве защитного средства станут альтернативой… кислородным маскам, которые бесполезны на высоте более 30 000 футов (то есть приблизительно 9100 метров. – Прим. пер.)». Учитывая, что такие скафандры будут относиться к категории спасательных средств, дизайнеры, разрабатывая их, вряд ли будут руководствоваться в первую очередь соображениями комфорта или эстетики. Пока еще не принят закон, требующий предоставлять пассажирам коммерческих космических рейсов спасательные костюмы (Webber 2017: 144), а если таких требований не введут, высотно-компенсирующие костюмы для коммерческих полетов могут не пользоваться большим спросом. По прогнозам Стилиоса, коммерческие туроператоры скорее будут вкладывать средства в меры предосторожности, сосредоточившись на том, чтобы обеспечить безопасность космического корабля, а не на его маловероятном выходе из строя.
Если Управление гражданской авиации и другие подобные органы не сделают ношение высотно-компенсирующего костюма обязательным требованием, сочтя, что космический корабль защищен достаточно надежно, чтобы не требовалось дополнительных мер предосторожности, коммерческие космические агентства, возможно, решат не предоставлять своим клиентам такие костюмы. Это дало бы пассажирам коммерческих космических рейсов больше свободы, позволив им выбрать для полета более удобную и привлекательную одежду. Однако, как показывает практика, полной свободой выбора одежды эти пассажиры располагать не будут, потому что экипировка для космического полета по-прежнему будет зависеть от установленных компанией правил техники безопасности. Здесь можно провести параллель с требованиями, которыми руководствуются при выборе одежды для параболических полетов. Хотя в параболических полетах защита от огня и разгерметизации не так актуальна, организующие их компании принимают другие меры предосторожности, связанные с тем, что в невесомости человеку труднее контролировать свои движения, из‐за чего возникает опасность столкновения с другими пассажирами. Компания Zero Gravity Corporation, как правило, требует, чтобы участники полета надевали ее фирменные летные костюмы, рассчитанные на условия невесомости, – комбинезоны на молнии, похожие на те, в которых тренируются астронавты НАСА. В редких случаях пассажиры получают особое разрешение надеть собственную одежду. В таких случаях корпорация рассматривает вопрос о возможности носить на борту ту или иную одежду в индивидуальном порядке. Разрешение зависит от двух ключевых факторов: одежда не должна закрывать пассажиру обзор или «мешать другим участникам полета» (Abiera 2016). Те же требования следует взять на вооружение будущим дизайнерам космической одежды.
Относительная свобода в регулировании внутренних правил техники безопасности позволяет таким коммерческим космическим агентствам, как SpaceX и Virgin Galactic, предлагать пассажирам опрятные, удобные и, что для некоторых имеет наибольшее значение, фирменные летные костюмы. Компания Virgin Galactic разработала собственную модель комбинезона, включающую в себя носки с прорезиненной подошвой, которые должны «облегчить движение в невесомости» (Klotz 2012). Как и большинство компаний, организующих параболические полеты, агентство предлагает всем пассажирам костюмы одного дизайна, украшенные логотипом компании и выдержанные в фирменном стиле, который, по мнению пилота Virgin Galactic Дэвида Маккея, как нельзя лучше выражает дух компании (Ibid.). Такие фирменные костюмы будут цениться как сувениры (для первых пассажиров будет выпущено ограниченное количество курток с особым дизайном), указывающие на принадлежность их владельцев к узкому кругу избранных (Alvarez 2016). Фирменные летные костюмы отчасти напоминают те, которые на время тренировок надевают пилоты, совершающие полеты на больших высотах, и астронавты, поэтому пассажиры в них предстают почетными астронавтами. Маккей отмечает, что предлагать фирменные летные костюмы лучше, чем предоставить пассажирам свободу в выборе одежды, потому что «многие, отправляясь в космос, как раз хотят быть похожими на астронавтов» (Klotz 2012), а фирменный летный костюм позволяет добиться этого сходства.
Другие коммерческие агентства, прикладывающие все усилия, чтобы привлечь клиентов, тоже вкладывают средства в разработку эстетически привлекательного дизайна космической одежды. Virgin Galactic заказало компании Y-3, одному из брендов Adidas, которым руководит модельер Ёдзи Ямамото, дизайн летных костюмов для членов экипажа (Alvarez 2016). Предполагается, что совместно с Y-3 «позже будет разработан дизайн одежды для экипажа и пассажиров». Основой для него послужит черный летный комбинезон, созданный методом 3D-проектирования из термостойкого волокна Nomex, с застежкой-молнией спереди, которая тянется от ворота до пояса. Вокруг икр расположены карманы на молнии, кроме того, дополнительные молнии тянутся до верхней части голени (Howarth 2016). По словам Лоренса Мидвуда, старшего директора по дизайну в Adidas Y-3, при разработке дизайна летного костюма он руководствовался соображениями функциональности, заботясь главным образом о безопасности и о том, чтобы «можно было свободно перемещаться по кабине» (Kleanthous 2016). Это традиционный дизайн, по силуэту схожий с дизайном летных комбинезонов НАСА и Военно-воздушных сил США. Такие особенности, как черный цвет и кожаные детали, отвечают эстетике Y-3 и Ёдзи Ямамото, поэтому стиль явно играет здесь не последнюю роль, но главная изюминка костюма – в узнаваемости модного бренда.
Наверное, создавая дизайн летного костюма, трудно избежать влияния стилистики космической эры, которая, в свою очередь, позаимствовала принципы дизайна из авиации (Gooden 2012: 65). То, что летный костюм по умолчанию представляет собой облегающий однотонный комбинезон на молнии, логично и напрашивается само собой, однако не следует думать, что и в новую эру коммерческих космических полетов обязательно должен сохраниться именно такой тип дизайна. Можно поставить под вопрос необходимость облегающего комбинезона для этих целей. Доводы в пользу сохранения такого силуэта основаны на его давно доказанной практичности. Летный комбинезон уже более полувека выполняет поставленные перед ним задачи. Из соображений практичности и безопасности в новых вариантах дизайна летных костюмов воспроизводились и другие элементы скафандров НАСА. Примером может служить составной летный костюм из неопрена, созданный Анжелой Маккей (Mackey 2014) для Spaceport Sweden и Smart Textiles, – стильный и «гиперфункциональный» облегающий костюм из двух частей с пристегивающимися карманами, которые можно переставить с руки на ногу или наоборот либо совсем снять, когда ради безопасности желательно, чтобы поверхность костюма была более ровной. В своем дизайне Маккей учитывает виды деятельности, которые предстоят космическим туристам на Земле и в космосе, в том числе эксперименты с аэродинамической трубой и тренировки в условиях увеличенных перегрузок. Поэтому, работая над многими элементами дизайна, она опиралась на отзывы тех, кто проходил подготовку к космическому полету (но еще не летал в космос), – например, она уплотнила материал на плечах, чтобы во время тренировок в условиях увеличенных перегрузок их не натирали плотно пристегнутые ремни. Ради большей подвижности сделав костюм составным и сохранив облегающий силуэт, обеспечивающий дополнительную защиту, Маккей взяла за образец костюмы НАСА, поэтому ее дизайн несет на себе явный отпечаток стиля космической эры.
Однако не всегда такие дизайнеры неосознанно воспроизводят эстетику космической эры. Разговоры о коммерческих полетах в космос побуждают дизайнеров намеренно обращаться к истории освоения космоса, при этом смотря в будущее. Учитывая, что достижения первой космической эры до сих пор не потеряли своей актуальности, а ее эстетика по-прежнему вызывает интерес, в дизайне космической одежды новой коммерческой эры, вероятно, должны присутствовать отсылки к истории. Как отметили в НАСА (NASA 2014d), скафандр «Технологии» модели Z-2, за который проголосовало наибольшее число участников опроса, «отдает должное прошлым достижениям в разработке скафандров, включая в себя и едва уловимые отсылки к будущему». Адам Уэллс, руководитель по дизайну в Virgin Galactic, рассказывая о сотрудничестве с Y-3, также указывает на стремление поместить дизайн «в исторический контекст». По словам Уэллса, эта история не всецело принадлежит прошлому, а продолжается, и Virgin Galactic участвует в создании этой истории. Уэллс характеризует Virgin Galactic как «компанию, которая смотрит в будущее и стремится определить его по-своему». Лоренс Мидвуд, с которым они совместно разрабатывали дизайн летного костюма, подтверждает, что одной из главных целей было создать «впечатление, что Virgin Galactic продолжает дело всего человечества… расширяя наши горизонты на Земле и стремясь за ее пределы» (Kleanthous 2016). Описывая созданный им дизайн летного костюма Y-3, Мидвуд цитирует Ёдзи Ямамото: «Глядя одним глазом в прошлое, я иду назад в будущее» (Ibid.), – и соглашается, что дизайнеры знают о будущем не больше всех остальных и могут лишь предвосхищать его эстетику, обращаясь к прошлому и настоящему, чтобы попытаться угадать, что ждет нас впереди.
Компания SpaceX, разрабатывая дизайн для неведомого будущего, решила обратиться к научной фантастике и фэнтези. Одна из целей, поставленных Илоном Маском, заключается в том, чтобы разработать летный костюм, который можно будет назвать «скафандром XXI века» (Cuthbertson 2016). Его слова указывают на стремление дистанцироваться от моды первой космической эры и вместо этого принять на себя ведущую роль в становлении новой эстетики космического дизайна. Для разработки дизайна скафандров Маск пригласил голливудских художников по костюмам и реквизиту: Хосе Фернандеса, создавшего костюмы для вымышленных супергероев – Железного Человека и Бэтмена, – и Криса Гилмана, основавшего компанию Orbital Outfitters, которая специализируется на дизайне скафандров (Ibid.; Oberhaus 2015a). Тот факт, что Маск решил сотрудничать с художниками по костюмам, а не с модельерами, свидетельствует о его желании создать скафандр в духе эстетических принципов научной фантастики и дать своим клиентам возможность почувствовать себя героями новой космической эры. Публично утверждая эту связь с научной фантастикой и фэнтези, руководители коммерческих космических агентств признают, что «описанная в фантастике техника… определяет горизонт ожидания публики» (Shedroff & Noessel 2012: 6) и что клиенты могут ожидать таких же достижений в области технологий и дизайна, какие они видят в научной фантастике. На протяжении прошлого столетия публика сталкивалась с темой космического туризма и колонизации далеких планет именно в научной фантастике, поэтому фантастика и фэнтези будут неизбежно влиять на ожидания первых космических туристов27.
Подход SpaceX полностью противоположен тому, что выбрала Virgin Galactic. Если для Virgin Galactic на первом месте функциональность, SpaceX уделяет особое внимание стилю – настолько, что функциональные элементы пришлось задним числом добавлять в спроектированный Фернандесом скафандр. По словам Маска, чтобы скафандр был одновременно функциональным и стильным, приходится искать компромиссные решения. Когда в 2017 году он опубликовал фотографию скафандра SpaceX в Instagram, он заметил, что «было невероятно сложно выдержать баланс эстетической и функциональной составляющих. Гораздо проще сохранить что-то одно». В итоге получился плотно прилегающий к телу черно-белый двухчастный скафандр с темно-серой отделкой. На ранних этапах разработки дизайна стиль преобладал над практичностью, так как на протяжении шести месяцев Фернандес работал над внешним видом скафандра, и лишь затем к нему присоединились инженеры, перед которыми встала обратная задача – доработать дизайн так, чтобы скафандр стал «пригодным для полетов» (Boyle 2016). Маск решил не показывать публике скафандр, пока он не пройдет проверку давлением, понимая, что первые образцы не вызовут доверия, если не подтвердится их пригодность к использованию или если их дизайн будет иметь совсем мало общего с дизайном скафандров НАСА. Следует отметить, что этот скафандр в большей степени, чем другие варианты, предложенные коммерческими компаниями, напоминает скафандры, которые надевали астронавты, участвовавшие в программе «Аполлон», во многом за счет белого цвета и прикрепленного к рукаву на плече звездно-полосатого флага. Это сходство говорит о стремлении SpaceX представить запланированные коммерческие полеты как продолжение программы НАСА и таким образом поместить этот скафандр – и SpaceX в целом – в контекст истории передовых технических инноваций.
НАСА, SpaceX и Virgin Galactic выбрали разные подходы к разработке космической одежды и скафандров, но тем не менее у этих подходов намечаются общие черты, которые в будущем могут лечь в основу эстетики космического туризма. Во многом сходство между летными костюмами, созданными разными коммерческими фирмами, объясняется функциональными требованиями, особенно когда речь идет о высотно-компенсирующих костюмах, которые должны быть герметичными и потому, что немаловажно, закрывают все тело. Неудивительно, что по стилю летные костюмы, разработанные коммерческими компаниями, перекликаются со спортивной одеждой, учитывая, что этот сегмент рынка тоже ориентируется на технический прогресс и практические требования. Как и во многих других направлениях дизайна, при создании летных костюмов решение задачи начинается с определения основных функциональных требований. Однако, как и в случае с другими направлениями, функциональными требованиями нельзя обосновать повтор ключевых элементов дизайна и соблюдение этих требований не должно делать дизайн тривиальным. Всегда есть возможность сохранить эстетическое своеобразие. Кроме того, не все условия, в которых путешественники оказываются в космосе, диктуют одни и те же требования, что дает дизайнерам возможность создавать оригинальную космическую одежду. Как мы увидим в следующем разделе, у дизайнеров космической одежды будет больше пространства для стилистических новшеств при создании повседневной одежды для пребывания на борту корабля, где технических требований, ограничивающих их дизайнерскую свободу, меньше.
Постояльцы космического отеля или участники продолжительных космических путешествий не смогут ограничиться одним-единственным летным костюмом. НАСА различает членов экипажа, которым требуется «снаряжение», защита в условиях открытого космоса, и тех, кому «снаряжение» не нужно и кто «носит такую одежду, какую… они могли бы носить на Земле» (NASA Technical Standard 2015: 194–195). Астронавты, находящиеся на борту МКС, располагают набором одежды, которую могут носить, когда им не требуется «снаряжение», но этой одежде пока не уделяли такого же внимания, как скафандрам, и не пытались ее усовершенствовать, отчасти потому, что готовая одежда оказалась вполне подходящей для пребывания на борту космического корабля. На МКС можно пользоваться одеждой из обычных магазинов, потому что на борту условия ближе к земным, чем в открытом космосе. На МКС используется воздух, имитирующий земную атмосферу, и поддерживается комфортная температура, чтобы космонавты могли дышать и одеваться так же, как на Земле. Повседневная одежда не требует герметизации, она не должна защищать ни от слишком высоких или слишком низких температур, ни от радиации, потому что защиты космического корабля и тщательного поддержания необходимых условий в кабине вполне достаточно. Именно потому, что атмосфера в кабине схожа с земной, условия на борту космического корабля лучше всего подходят для модной одежды, которую будут создавать именно дизайнеры, а не инженеры. «Повседневную одежду» для ношения в кабине, в отличие от «снаряжения», «предназначенного для защиты членов экипажа от измененных условий окружающей среды, таких как давление, атмосфера, ускорение или температура» (Ibid.: 194), можно оценивать по критериям, с которыми дизайнеры, создающие обычную одежду для жителей Земли, уже знакомы.
Ил. 3.4. Астронавт НАСА Карен Найберг на борту МКС. На ней приобретенная у коммерческих фирм готовая одежда: рубашка поло и спортивные брюки от компании Cabela’s, которая специализируется на производстве одежды для активного отдыха © NASA
Повседневный гардероб включает в себя одежду, которую надевают для обычных занятий на борту космического корабля, но не в экстремальных условиях за его пределами (см. ил. 3.4). По мнению Лизы Фратто (Fratto 2005), только в XXI веке, начав подготовку к полетам на Марс, НАСА стало относиться к одежде, которую астронавты носят на борту космического корабля, как к «важному элементу космических экспедиций», а Аннализа Доминони (Dominoni 2005: 13), руководитель исследовательских проектов «Спейслэб», считает, что усовершенствование одежды для внутрикорабельной деятельности может оказать непосредственное влияние на «улучшение условий жизни и работы в космосе». В XXI веке исследователи начали отмечать, что одежда должна быть не только безопасной, но и «привлекательной». И Фратто (Fratto 2005: 37), и Доминони (Dominoni 2005: 9) полагают, что одежда для ношения на борту МКС должна отвечать вкусам членов экипажа. Доминони (Ibid.) считает, что выбор одежды необходимо расширить, чтобы улучшить не просто рабочие условия, а, что, пожалуй, более важно, самочувствие членов экипажа на МКС. По словам Фратто (Fratto 2005: 39), наружность оказывает существенное влияние на настроение экипажа, особенно если учитывать, как на душевном состоянии сказывается отрезанность от мира. В этой крайне стрессовой обстановке физическая и эмоциональная чувствительность членов экипажа может обостриться, поэтому им нужна одежда, комфортная для тела и приятная для глаз (Dominoni 2005: 9).
Среди требований НАСА, регулирующих космические полеты с участием человека, присутствуют и требования к одежде, которую носят на борту космического корабля или обитаемых станций. НАСА предоставляет каждому астронавту в индивидуальное пользование одежду – «чистую и прочную», «нетоксичную и огнеупорную», «подходящую по размеру и фигуре и оптимальную для условий окружающей среды, например температуры и влажности, в которых ее предполагается носить», и рассчитанную на то, чтобы надевать и снимать ее без посторонней помощи (NASA Technical Standard 2015: 92–93). Эти требования на удивление немногочисленны, если учитывать, насколько тщательно следят за поддержанием необходимых условий внутри космического корабля и на космических станциях. Однако рассматривать их следует также в контексте требований к хранению вещей и ограничений по весу. На борту шаттлов, модулей с запасами необходимых ресурсов и космических станций место для груза ограничено, и под одежду отводится лишь небольшое пространство. Одежда для МКС отбирается в том числе по массе: масса футболок может составлять до 250 граммов, спортивных шорт – до 350 граммов, спортивных брюк – до 650 граммов, пары носков – до 80 граммов. На каждого астронавта за год выдается 75 килограммов одежды, то есть каждую вещь приходится носить довольно долго, прежде чем ее заменить. Футболки и носки меняют еженедельно, рубашки – каждые пятнадцать дней, спортивные брюки – каждые тридцать дней. Одежду на МКС регулярно доставляет грузовой транспорт (Broyan, Schlesinger & Ewert 2016: 2). Когда срок, на который рассчитана одежда, истекает, ее необходимо утилизировать. Изношенную одежду утилизируют с помощью космического аппарата одноразового применения, который уводят с орбиты, после чего он распадается в атмосфере Земли (Dunbar & Petty 2003).
Помимо массы, при выборе повседневной одежды для космических станций руководствуются прежде всего критериями воспламеняемости и гигиены (Orndoff 2015b: 27). Воздух на космической станции насыщен кислородом, а спастись бегством невозможно, поэтому пожар представляет серьезную опасность. Выбирают медленно воспламеняющуюся и неплавящуюся ткань, которая, кроме того, должна обладать антистатическими свойствами, «чтобы предотвратить риск возникновения искр» (Fratto 2005: 38). Самым подходящим материалом всегда считался хлопок, который, в отличие от искусственных волокон, воспламеняется намного хуже. Кроме того, чтобы снизить риск возгорания, выбирают вещи, на которых не образуются катышки и у которых нет ворса на поверхности (Ibid.: 40). В невесомости ворс и катышки с одежды или других тканей могут попасть в фильтры и забить их. Чтобы минимизировать количество ворса, на хлопковой одежде его перед транспортировкой коротко подстригают, а одежду стирают. Учитывая, сколько времени одежду носят на космической станции, где нет возможности ее постирать или погладить, важно соблюдать правила гигиены (Broyan, Schlesinger & Ewert 2016: 2). Так как астронавты будут ежедневно надевать эти вещи во время двухчасовых физических упражнений и будут носить их на протяжении пятнадцати дней подряд, необходимо, чтобы одежда для физических упражнений была изготовлена из тканей, устойчивых к образованию бактерий, из‐за которых возникает неприятный запах (Orndoff 2013). НАСА теперь исследует способность тех или иных материалов противостоять бактериям, чтобы понять, насколько подходят для астронавтов одежда и ткани, изготовленные коммерческими компаниями.
С помощью космонавтов протестировав разные типы готовой одежды на борту МКС, Эвелин Орндофф, главный специалист по тканям среди инженеров НАСА, и ее команда составили перечень тканей, по свойствам наиболее подходящих для продолжительных экспедиций. Хлопок, который постоянно использовали на американских шаттлах, на станции «Мир», а позже и на МКС, признан менее подходящим, чем его более легкие альтернативы с меньшим количеством ворса (Orndoff 2016). Мериносовая шерсть, которую раньше считали неудобной из‐за грубой текстуры, теперь считается вполне приемлемой, потому что коммерческие компании разработали шерсть с более гладкими волокнами. Хотя у шерсти и хлопка одинаково низкая воспламеняемость, шерсть предпочтительнее, потому что лучше позволяет контролировать температуру, обладает достаточно плотной текстурой при меньшей массе и в сухом виде лишена запаха (Meggs 2015). Для изготовления шорт Орндофф и ее коллеги выбрали «самый легкий полиэстер, какой можно найти в магазинах». Для производства спортивных маек Орндофф (Orndoff 2013) предложила использовать ультратонкую мериносовую шерсть, для спортивных шорт – легкий полиэстер, для футболок на каждый день – модакриловые волокна: все эти материалы доступны. Членам экипажа на МКС выдают футболки и носки, которые компания Noble Biomaterials производит из антибактериальных посеребренных волокон и которые рядовые покупатели могут приобрести под брендом X-static (NASA 2007).
Членам экипажа разрешают выбрать ограниченное количество вещей на свой вкус (Orndoff 2015b: 9). Выбирают они из имеющейся в продаже готовой одежды от разных коммерческих производителей, которую НАСА включило в свой каталог (Fratto 2005: 2; Broyan, Schlesinger & Ewert 2016: 3). Для каталога НАСА отбирает готовую одежду, отвечающую установленным требованиям, связанным с техникой безопасности и массой, например рубашки с длинными и короткими рукавами массой не более 550 и 450 граммов соответственно (Fratto 2005: 18; Orndoff 2015b: 9)28. По примеру других военных организаций НАСА использует готовую продукцию коммерческих фирм, чтобы сэкономить время и деньги, которых потребовала бы разработка специальных изделий. Дешевле и быстрее приобрести продукцию, средства и время на изготовление которой затратила сторонняя компания. Хотя все согласны, что «изготовленная на заказ одежда больше соответствовала бы стандартам», производство специальной одежды для пребывания на борту космического корабля привело бы к «увеличению расходов и меньшей ее доступности» (Fratto 2005: 18).
Закупая готовую одежду, НАСА не всегда просто выбирает из того, что предлагают в своих каталогах коммерческие фирмы. В американских военных организациях в целом «готовая одежда» – не вполне однозначное понятие. В Военно-воздушных силах США под готовой продукцией подразумевают товары, имеющиеся в продаже и требующие лишь несущественной доработки, а также продукцию, которая еще не доступна гражданскому населению (AFMC 1993: 10). Иногда НАСА, приобретая у коммерческих компаний готовую одежду, подвергает ее дополнительной обработке, чтобы она лучше подходила для условий, в которые попадают астронавты, покинув Землю. Например, купленную одежду могут обработать огнезащитными или антибактериальными веществами, вышить на груди эмблему экспедиции или пришить к одежде «липучки», позволяющие временно прикрепить к ней карманы и инструменты (Fratto 2005: 41–42, см. ил. 3.5). Однако количество операций, применяемых к готовой одежде, чтобы привести ее в соответствие с требованиями космических полетов, ограничено. НАСА никак не влияет на дизайн готовой одежды и не может «контролировать его изменения» (AFMC 1993: 10).
При использовании готовой одежды требуется изучать ассортимент разных компаний, чтобы отобрать подходящие модели, которые затем проверяют на пригодность для условий космического корабля. Хотя сами производители могут тщательно проверять свою продукцию на способность выдерживать разные типы экстремальных условий, в силу уникальности обстановки на корабле или космической станции требуется дополнительная проверка. Так, проверяют, насколько одежда проводит тепло и впитывает влагу, чтобы определить, насколько легко она воспламеняется и насколько гигиенична (Fratto 2005: 37). Тестируя разные виды готового оборудования и снаряжения, включая одежду, электронику и другие товары массового производства, специалисты НАСА отбирают прежде всего вещи, которыми можно пользоваться на протяжении длительного времени. На борту космического корабля астронавты носят любой предмет одежды в течение определенного срока, и заменить его нечем, поэтому приходится искать компромиссные решения. Несмотря на то что более плотные ткани тяжелее (и занимают в грузовом отсеке больше места, чем легкие, но не такие надежные материалы), им иногда отдают предпочтение, поскольку они прочнее и медленнее изнашиваются.
Хотя на борту космического корабля гардероб астронавтов НАСА по-прежнему состоит главным образом из готовой одежды коммерческих производителей, и государственные, и коммерческие космические агентства сознают, что повседневная одежда не вполне подходит для невесомости. Рассматривая фотографии с МКС, Аннализа Доминони (Dominoni 2005: 4) отмечает, что «футболки [на членах экипажа] собираются складками у ворота» или «задираются на спине, потому что не рассчитаны на [нейтральные] позы» (см. четвертую главу). В результате, по ее словам, астронавты выглядят «неряшливо», а не так, как подобает посланцам всего человечества. Во время тестирования одежды, как правило, не обнаруживается, что она не подходит для условий микрогравитации, поскольку нет возможности «опытным путем» проверить, как невесомость сказывается на одежде (Fratto 2005: 6). В какой-то мере это можно сделать в ходе параболических полетов, но они не позволяют сочетать разные виды испытаний. В частности, они не дают возможности проверить, насколько одежда выдерживает длительные физические упражнения в невесомости и как при этом себя ведет, или понаблюдать, как после нескольких дней в состоянии невесомости на ткани размножаются бактерии (Kemsley 2013). Кроме того, по параболическим полетам нельзя составить представления, как будет сидеть одежда во время продолжительного космического полета и какую форму примет. Периоды невесомости во время параболических полетов очень коротки (20–30 секунд на каждую параболу), пассажиры при этом обычно находятся в движении, одежда не успевает занять какое-либо фиксированное положение на теле, а само тело – принять нейтральную позу. К тому же тела пассажиров еще не деформировались, как это бывает при длительном пребывании в невесомости. Вот почему нельзя предсказать, как поведет себя одежда в условиях микрогравитации на космической станции, а неудобство готовой одежды, купленной у коммерческих фирм, иногда обнаруживается только после того, как члены экипажа носят ее долгое время.
Ил. 3.5. Астронавт НАСА Шеннон Уокер на борту МКС в обычной готовой одежде – футболке и спортивных брюках с нашитыми на них липучками для крепления карманов и инструментов. На фотографии можно увидеть и воздействие, которое невесомость оказывает на ворот футболки и о котором подробнее будет сказано в следующей главе © NASA
Свои наблюдения Доминони сделала в рамках исследования, которое она проводила при поддержке Итальянского космического агентства, анализируя, насколько используемая сейчас на борту МКС повседневная одежда подходит для космонавтов. По итогам этого исследования был разработан и протестирован новый тип одежды для внутрикорабельной деятельности – VEST. Доминони рассматривает требования, предъявляемые к одежде для пребывания на космическом корабле, и указывает, какие меры можно принять, чтобы компенсировать воздействие микрогравитации на тело человека (Dominoni 2003: 280). При создании одежды VEST внимание уделяли прежде всего свободе движений, и в результате была разработана одежда с эластичными элементами нескольких видов. Благодаря эластичным рукавам, брюкам и завязкам, позволяющим вручную регулировать ширину талии, члены экипажа смогут приспособить одежду к изменению контуров тела, которое происходит при длительном пребывании на МКС (Dominoni 2005: 8). Карманы не будут пришиваться к одежде – их заменят отдельными мешочками, которые крепятся на липучках, так что их можно будет переставить в зависимости от запросов и физических возможностей членов экипажа (Ibid.: 11). Исходя в первую очередь из практических потребностей, возникающих у космонавтов в процессе работы, Доминони добавила в том числе и такие карманы. Она отмечает, что проект VEST принадлежит сфере промышленного дизайна, а не моды (Ibid.: 13), и эту разницу важно учитывать, когда мы сравниваем потребности космонавтов и других участников космических полетов.
Одежда, созданная в рамках проекта VEST, настолько универсальна, что подходит для условий с разными показателями силы тяжести. По словам Доминони (Dominoni 2003: 283), необходимо разработать одежду, которую можно носить и на Земле, и в космосе, чтобы члены экипажа могли в ней тренироваться. В своем исследовании она пришла к выводу, что привычная одежда помогает членам экипажа освоиться на борту МКС (Ibid.: 282). В будущем эти соображения следует принять в расчет и любому дизайнеру космической одежды, потому что необходимость создавать одежду, подходящую для условий как невесомости, так и обычного земного притяжения, существенно повлияет на параметры дизайна. Если во время коммерческих космических рейсов туристам не предоставят возможности переодеться, то при непродолжительных полетах они, вероятно, останутся в космосе в той же одежде, в которой покидали Землю. Судя по тому, что коммерческие агентства, в том числе и Virgin Galactic, собираются предлагать туристам в первую очередь кратковременные суборбитальные полеты, путешественникам, скорее всего, придется носить выбранный для космического полета костюм не только в невесомости, но и на Земле, поэтому и в обычных условиях земной атмосферы одежда не должна создавать дискомфорт.
Исследования, подобные тем, что проводили Доминони и Фратто, сосредоточены главным образом на запросах обитателей МКС, но их результаты могут оказаться актуальны и для будущих экспедиций за пределы земной орбиты. Как утверждает Эвелин Орндофф (Orndoff 2015a), «чтобы разработать одежду для экспедиции на Марс, которую планирует НАСА, требуется новый подход». В преддверии длительных космических полетов НАСА занимается «оптимизацией логистики», стараясь прежде всего снизить массу одежды астронавтов. Перед Орндофф (Orndoff 2015b: 10, 12) стояла задача разработать одежду с уменьшенными массой и объемом для ношения на борту «Ориона», а впоследствии и в предназначенных для жилья сооружениях на Марсе. Одежду для продолжительных экспедиций НАСА уже не сможет использовать, утилизировать, а затем заменять новой, действуя в соответствии с привычным циклом, поскольку это сильно усложнит задачу транспортировки (Meggs 2015). Одежда перестанет быть расходным материалом, так как в случае длительных экспедиций грузовой транспорт не будет время от времени пополнять гардероб членов экипажа. В своей книге «Создание космической одежды» (Orndoff 2015b) Орндофф как раз рассматривает трудности, сопряженные с продолжительными экспедициями. Анализируя несколько связанных между собой проблем, Орндофф говорит и необходимости сократить объем и массу одежды. Если снизить массу отдельных предметов, при этом сделав одежду более долговечной, чтобы ее требовалось меньше, сократится и общая масса одежды, которой снабжают экипаж. В своей работе Орндофф, в частности, предлагает «сумки-трансформеры, которые могут превращаться в одежду для астронавтов» (Broyan, Schlesinger & Ewert 2016: 1).
Интересно, что свое описание проекта «Создание космической одежды» Орндофф (Orndoff 2015b: 4) начинает с утверждения, что «эталон» космической одежды недостижим для НАСА. Она излагает метод, построенный на моделировании эталона, а затем постепенной модификации этого идеала, пока не будет найдено компромиссное реалистичное решение, в котором «выдержан баланс между эталоном и [доступными] ресурсами». Идеальная космическая одежда – мечта, осуществимая разве что в далеком будущем, а сейчас, по словам Орндофф, мы можем лишь попытаться постепенно преодолевать расстояние, которое отделяет неудобную одежду, какую сегодня носят на космическом корабле, и одежду, которую когда-нибудь возьмут за основу и усовершенствуют будущие космические дизайнеры. Пока задача Орндофф заключается в том, чтобы отобрать «лучшие из имеющихся сейчас» в ассортименте коммерческих фирм материалов и предметов одежды, а не разработать новую технологию дизайна (Meggs 2015). Она опирается на разработки других коммерческих организаций, например достижения в шерстяной промышленности, связанные с разглаживанием волокон.
Если, как полагает Орндофф, НАСА не в состоянии обеспечить идеальную космическую одежду, может ли становление коммерческой космической индустрии привести к созданию нужных условий, в которых другие организации способны будут разработать идеальную одежду для космоса? Поиск компромиссных решений объясняется тем, что готовая одежда, предлагаемая коммерческими компаниями, не предназначена для космоса. НАСА приходится постоянно тестировать и обрабатывать вещи перед использованием, закрывая глаза на то, что они не слишком хорошо сидят на астронавтах, так как коммерческие фирмы еще не начали выпускать повседневную одежду для условий микрогравитации. Используемая сейчас готовая одежда от коммерческих производителей предназначена, как правило, для деятельности человека в условиях земной атмосферы, в первую очередь для занятий спортом или прогулок. Необходимость компромисса, которую Орндофф констатирует в «Создании космической одежды», свидетельствует о том, что следует искать новый подход, не прекращая работать с коммерческими поставщиками, а сотрудничая с теми из них, кто проявляет явный интерес к космической индустрии и имеет представление о воздействии невесомости. В настоящее время таких брендов одежды не существует. Как отмечает Орндофф, когда-то НАСА использовало для любых космических полетов только специальную одежду, а в последние десятилетия предпочитает готовую продукцию коммерческих фирм (Meggs 2015). Хотя такая стратегия требует меньших расходов, она будет неизбежно вынуждать к поиску компромиссов, пока коммерческие производители не начнут выпускать более подходящую одежду. Как только коммерческие фирмы наладят производство одежды, рассчитанной на пребывание в невесомости, государственным космическим агентствам, скорее всего, уже не придется самим заниматься ее тестированием – они смогут доверить эту часть работы коммерческим компаниям, для которых она станет одним из этапов производственного процесса. Если модельеры и производители одежды по примеру дизайнерских компаний, таких как Cosmic Lifestyle Corporation (см. первую главу), или крупных космических предприятий, в том числе SpaceX, начнут разрабатывать и продавать собственную одежду для космоса, они смогут установить контакты с НАСА и другими государственными космическими агентствами, а также с будущими космическими туристами и коммерческими компаниями, организующими полеты в космос.
Возможно, пытаясь разработать идеальную космическую одежду, некоторые дизайнеры в будущем не захотят тесно сотрудничать с НАСА и другими крупными космическими агентствами. НАСА традиционно одевает астронавтов в фирменные, стандартные летные комбинезоны, и есть основания полагать, что так же будут поступать и коммерческие агентства. Хотя, закупая у частных фирм готовую одежду, НАСА предоставляет астронавтам возможность выбора, выбор этот все же ограничен в плане фасонов и расцветок. По мнению Марка Тимминса, утверждение Дэвида Маккея, что пассажиры Virgin Galactic захотят быть похожими на астронавтов, далеко от реальности, так как не учитывает желания людей выразить свою индивидуальность через одежду. Как считает Тимминс, проблема в том, что отрасль по-прежнему почти всецело находится под контролем инженеров. «Они помешаны на технике, – сказал он в беседе с автором, – но у нас, дизайнеров, есть прекрасная возможность изменить этот подход». «В отсутствие силы тяжести» дизайнер «может делать [с одеждой] по-настоящему интересные и необычные вещи», а в этой новой среде и дизайнеры, и потребители будут стремиться к тому, чтобы одежда выглядела особенной. Модельерам, по словам Тимминса, нравится пробовать новые возможности и решать новые задачи, а не заниматься тем, что уже известно и проверено. «В космос отправляются не для того, чтобы оглядываться назад, – говорит Тимминс, – а чтобы смотреть вперед».