— Если все компоненты найдём, Степан сделает основу. Рецепты отца точные, не думаю, что будут проблемы, — сказал виконт, глядя в окно машины.

— Значит, сфокусируемся на поиске, — резюмировал я, ловко объезжая валун.

— Именно, — кивнул Аверин. — И мне кажется, у травницы в Сердцегорске мы найдём как минимум половину недостающего.

— Да, было бы замечательно. Но чтобы не возникло проблем с добычей остальных компонентов, нам нужна команда побольше, — я на секунду оторвался от дороги и встретился с другом взглядом.

Александр приподнял бровь.

— Команда? Ты хочешь привлечь Юсупова и Мурома? — уточнил он.

Я уже хорошо знал Аверина: он не был компанейским человеком. Саше проще сделать всё одному, чем звать помощников. Но сейчас я думал стратегически.

— Смотри, — попытался объяснить всё другу. — Пётр — маг воды и воздуха. Его иллюзии и маскировка — та же «невидимость», «пелена тумана» — идеальны для скрытного сбора или разведки. Илья — грубая сила, магия земли и огня. Если придётся что-то ломать или сражаться всерьёз, он незаменим. Муром как этот внедорожник по сравнению с обычным легковым автомобилем. Вместе мы сделаем всё в разы быстрее и безопаснее.

— Возможно, ты прав, — Аверин хмыкнул. — А уверен, что они согласятся идти в простой поход за травами?

— Я вот почему-то не уверен, что он будет такой простой, — усмехнулся в ответ. — Думаю, ребятам это интересно. Смена декораций, практика магии в полевых условиях, да и просто помощь другу. Беру переговоры на себя. Твоя задача — по прибытии в имение снарядить нашу экспедиционную машину. Вода, топливо, провизия. Марфа с Вениамином должны были всё подготовить, но проконтролировать надо.

— Сделаю, — ответил вмиг повеселевший Саня.

— Меня вот только мучает вопрос: как быть с комендантом? Отлучка на несколько дней… А вдруг повторный прорыв?

Виконт махнул рукой:

— Не переживай: если деньги есть, то проблем нет. Заплати — и за тебя работу сделают остальные, вот только сумма будет конская: от тысячи золотых. Если разлом, конечно, не окажется на твоей территории, а вот если окажется, то сумма может вырасти до десятков тысяч.

Тысяча золотых. Я подключил интерфейс, чтобы пересчитать на курс прошлого мира. Невольно присвистнул… Ёлки-палки, это больше трёхсот миллионов! Триста лямов за то, чтобы за меня прошлись по городским улицам и побили слабых тварей. А если на территории закроют разрыв, значит, ещё больше. Ну нет… Это абсурд!

Теперь понятно, почему аристократы предпочитают держать при себе дружину, даже крохотную. Своя охрана обходится в копейки по сравнению с тем, чтобы каждый раз отстёгивать сотни золотых за прогулку по улицам. Да и надёжнее: свои люди всегда под рукой.

— Мда… лучше справляться своими силами, но сейчас, походу, у нас просто нет иного выхода, — озвучил я вывод. — Придётся всё же позвонить и предупредить, что отлучимся на пару дней.

Александр поморщился.

— Звонить… Да, ты прав. Хотя я… я привык чувствовать людей. Слышать отголоски мыслей, улавливать истинные намерения за словами. По телефону же — только голос, интонация. Легко обмануться.

В тоне виконта без труда читалась его боязнь телефонных разговоров. Менталист, что тут скажешь.

— Тогда и этот разговор я беру на себя.

Александр с облегчением кивнул.

Я добавил газу, как только автомобиль выбрался с лесной тропы. Ворота усадьбы уже поползли в сторону, чтобы пропустить нас.

Недалеко от главного входа в дом на газоне по-турецки сидел Муром. Парень медитировал, а здоровый клинок лежал перед ним на траве, словно древний артефакт.

Стоило мне только заглушить двигатель внедорожника, как Илья тут же открыл глаза.

— Дима, Саша, — кивнул он, поднимаясь с земли одним плавным движением. — Всё хорошо?

— Нужна помощь, — сказал я напрямую, отбрасывая все церемонии. — Нам с виконтом надо собрать кое-какие ингредиенты для зелья. Добывать, скорее всего, придётся в диких местах, к северу от форпоста. Не хочешь составить компанию? Охота, поход, практика магии на реальных… э… целях.

Глаза Мурома загорелись.

— Почему бы и нет? Экспедиция! — он хлопнул в ладоши, словно довольный ребёнок, которому предложили покататься на аттракционах вместо долгой поездки на выходные на дачу. — То что надо! А то я тут с этой мелочью во время ликвидации разлома чуть от скуки не помер. Хотел поохотиться и ничего путного! Где кабаны? Где медведи? Где монстры покрупнее?

— А как же охота на даргана?

— А… — Илья махнул рукой, — это когда было-то? На сколько планируете эту вылазку? — спросил он уже деловым тоном.

— Дня три, максимум четыре. Надо всё сделать быстро.

— Четыре дня? Пфф! Погнали! Я в деле! — Илья махнул рукой, словно речь шла о пустяках. — А Пётр будет?

— Сейчас узнаю.

Петра я нашёл в библиотеке. Он сидел у окна, листая старую книгу с гравюрами рунических кругов. Выглядел сосредоточенным, даже отстранённым.

— Петь, есть минутка?

Он отложил книгу. А я присел в кресло напротив.

— Что случилось?

Я изложил суть, как и Илье, но без прикрас про охоту. Акцент на необходимости его магии воды и маскировки, на скорости и скрытности.

— Понимаю, это просьба, — закончил я. — Мы будем отсутствовать три дня. Может, четыре.

Юсупов задумался, его пальцы бесшумно отбивали ритм на кожаной обложке книги.

— Три дня. Впритык, но возможно, — он поднял на меня взгляд. — Я пойду. Я привык помогать друзьям. И, сказать честно, уже давно считаю тебя таковым, но должен спросить кое о чём.

Он сделал паузу, собираясь с мыслями.

— Ты пробудешь тут ещё месяц. А мне… мне очень нужен твой артефакт. Имперский регулятор. Ты дашь мне его с собой? Я должен быть в столице через шесть дней.

— Если сроки горят, — сказал я медленно, — могу отдать хоть сейчас. Завтра откроют железнодорожное движение. Через два дня ты уже будешь в столице.

Пётр покачал головой.

— Нет. Ты предлагаешь помощь — я её принимаю. Но бросить тебя, когда нужна моя магия? Это не по-дружески. Я остаюсь. Помогу собрать ингредиенты.

В его словах не было ни капли лести. Только честь, странная и анахроничная в моём мире и живая, настоящая здесь. Я кивнул.

— Договорились. А сейчас собирайся.

Теперь оставалась одна важная формальность.

Я подошёл к телефону. Через справочную вышел на комендатуру.

Трубку взял секретарь. Потребовалось минут пять, чтобы меня соединили с самим комендантом.

— Полковник Зубов, — прогремел в трубке хриплый голос.

— Барон Соловьёв, — представился я. — Дмитрий Григорьевич.

На другом конце на секунду воцарилась тишина. Послышалось шуршание бумаги.

— Соловьёв… Помню-помню. Новобранец, который в первой же ликвидации закрыл разрыв? — в голосе появился интерес. — Чем обязан?

Я объяснил: срочные семейные дела, необходимо отлучиться из города на три дня вместе с Авериным.

— Отгул? — Зубов фыркнул. — Сейчас не могу. Но… понимаю, дела бывают. Вот условие: если за эти три дня будет прорыв, а вас не окажется на месте — штраф. Сто золотых за день отсутствия. С каждого. Не будет прорыва — повезло. Ясно?

Сто золотых. Это больше тридцати миллионов в день. Сердце ёкнуло, но голос остался ровным.

— Ясно. Двести на двоих в случае прорыва. Но, может, сто пятьдесят? Как бы за оптовую неявку.

Последовала пауза. Потом смех.

— Ну у вас и шуточки, барон Соловьёв, — он повесил трубку.

Интересно, а ведь полковник может соврать. Сказать, что прорыв был. Локальный и только у нас в секторе. Кто проверит? Но нет… он аристократ на службе. И я, по его мнению, тоже. А аристократы не врут о таких вещах. Дорожат честью.

Когда я вышел на крыльцо, машина была уже загружена. Марфа устроила настоящий штурм кладовых. В машине лежали пироги, копчёное мясо, чёрный хлеб, несколько бутылок кваса. Александр кивнул:

— Всё проверил. Полный бак, вода, инструмент, аптечка. Можно ехать.

— Веня! — крикнул я. — Открывай ворота в ангар! Еду через портал!

Взглянул на часы: без двадцати семь. До заката чуть больше двух часов. До Сердцегорска километров двадцать пять. Точно успеем, если дорога не подкинет сюрпризов.

В форпосте забрал Гая. Пёс, увидев большую машину, сначала начал на неё рычать, но как только учуял мой запах, тут же завилял хвостом. Он запрыгнул в кузов, устроившись среди канистр с водой и припасов. Его радость была такой искренней, что даже у Петра дрогнул уголок губ.

Выехал из ворот форпоста на каменную дорогу, почти поглощённую молодой порослью. Внедорожник легко давил кустарник, перекатывался через валуны, подминал под себя молодые деревца.

— Эй, Дима, осторожней! — крикнул вдруг Илья, указывая вперёд.

Там, судя по каменным останкам, когда-то был мост через ручей, сейчас же зиял провал, а сам ручей размыл подходы, превратив их в глиняное месиво.

— Не проблема, — буркнул я, сбавил скорость и, прицелившись, направил джип в наименее крутой спуск.

Машина накренилась, затем, рыча двигателем, въехала колёсами в грязь, подняв фонтан брызг. На секунду показалось, что мы застрянем, но полный привод вытянул. Вездеход выполз на противоположный берег, оставив за собой рваную рану в грунте.

— Вот это аппарат! — с нескрываемым уважением произнёс Илья. — Расскажу отцу, что нам на охоте такой необходим.

— Шумный, — философски заметил Пётр, вытирая каплю грязи со щеки. — Но эффективный. Хотя, будь у нас час времени, я бы застелил реку льдом или Илья мост из камня вылепил бы.

Примерно на середине пути разрозненные камни под колёсами вдруг сложились в подобие ровной дороги.

— Местные, что ли, поработали, — заметил виконт. — Видно, после того как ты появился, у них активность возросла. Дорогу подновляют.

— Магией земли, — авторитетно заявил Илья, всматриваясь в края дороги. — Видно, что камни подняли, выровняли, траву и деревья выкорчевали. Работа аккуратная, но не мощная. Слабенькие местные маги у тебя, но трудолюбивые.

Последний отрезок до Сердцегорска мы пронеслись с ветерком по ровной дороге. Солнце начало садиться за горы, окрашивая небо в багрянец, когда перед нами выросли сторожевые башни поселения. Стражник закричал:

— Барин приехал! Открывай!

Нас встретил староста Гордей, низко поклонившись.

— Ваше благородие! Всё спокойно, происшествий не было. На ночёвку изволите остаться? Дом вашего покойного батюшки всегда готов принять вас.

— Остаёмся, Гордей, спасибо. И мне нужно срочно видеть травницу, Матрёну.

— Так она у себя в избушке, барин. Баньку истопить?

Услышав про баню, Илья оживился:

— Конечно истопить! После дороги самое оно! — сказал Муром, потягиваясь.

Оставив друзей на попечение старосты, я с Авериным направился к Матрёне.

— Дмитрий Григорьевич! Барин! Какая радость! Александр Николаевич!

— Матрёна, без церемоний, — остановил я её. — Дело срочное. Вот список.

Я протянул листок, который мы составили в лаборатории.

— Проверь, что есть у тебя. Отметь, чего нет.

Она схватила список, нацепила на нос круглые очки и погрузилась в чтение, шевеля губами. Потом, без лишних слов, рванула на склад, мы за ней. Травница лазала по лабиринту полок, коробов, банок и пучков сушёных растений, висевших тут под потолком.

Мы ждали. Александр нервно ходил взад-вперёд. Я пытался не смотреть на часы.

Матрёна то и дело возвращалась с охапками, свертками, маленькими керамическими банками. Она выкладывала их на стол, бормоча себе под нос:

— Лаванда горная… есть, целый мешок. Железняк синий… вот, порошок. Кора векового красного дуба… мало, но есть. Корень мандрагоры… о, отличный экземпляр! — она почти нежно погладила корявый человекоподобный корешок.

Так, перебирая и отмечая, она приносила всё новые и новые ингредиенты.

— Ваше сиятельство, вот что имеем. Из пятнадцати — двенадцать есть. И в хорошем качестве. А вот с этими тремя… — она обвела пальцем три строчки в списке, — беда.

— Объясни подробнее, — настоял я.

— Первое: эссенция лунного мха. Нужен сам мох «лунная слеза синий», растёт на северных склонах Волчьей горы. Собирать только на рассвете, с первой росой. Место знаю. Проводника дам — Семён-следопыт. Но тропа опасная, почти у самой вершины. И хищники водятся.

Я кивнул, мысленно отмечая: «Квест № 1. Утро. Вершина. Опасность. Проводник есть».

— Второе: порошок из жёлтой чешуи многополосной пещерной гадюки. Змеи водятся в Медных пещерах к востоку отсюда. Чешуя нужна именно жёлтая, такая бывает у одной твари из тысячи. Но гадюк там… тьма. Добудете.

«Квест № 2. Пещеры. Статистика. Массовая зачистка».

— А третье? — спросил я, видя, как Матрёна разводит руками.

— Третье, барин… Корень спящего грома. Вот это… даже не знаю, чем помочь. Знаю только, что ваш отец, Григорий Ефимович, его добывал. Но редко, крайне редко. Наверное, в его записях что-то есть.

Я похлопал по походной сумке, где лежал справочник отца.

— Есть, разберусь.

В голове уже начинал складываться план.

Завтра первым делом добудем чешую жёлтой змеи, затем двинемся в горы и там переночуем, чтобы поутру собрать мха. А вот корень в самом конце.

Маркер в интерфейсе уже начал мигать на этих трёх строчках, превращая их в активные задачи.

Но главное успеть в срок.

— Спасибо, Матрёна. Дай нам проводника на рассвете. И подготовь то, что есть. Мы заберём перед отъездом.

Вернувшись в дом, мы не застали Петра и Илью. На крыльце ждал староста.

— Они, барин, в баню отправились. Я, как вы сказали, истопил. Уже парятся. Дорога-то пыльная…

Я переглянулся с Александром. Попариться. После такого дня звучало как божественная благодать.

Баня стояла на самом берегу горной речушки. Деревянная, крепко срубленная, она дымила, но, судя по тому, что друзья уже парились, для прогрева применялась магия, иначе ждать баньку пришлось бы ещё два часа.

Внутри пахло берёзовым и можжевеловым веником. Илья уже вовсю парился на верхней полке, его мощная спина покрылась каплями пота. Пётр сидел на нижней, подливая воду на камни.

Мы быстро разделись и присоединились. Первые минуты прошли в молчании, пока тело привыкало к жаркому пару. Потом Илья, хлестнув себя веником, вздохнул с таким блаженством, что все невольно улыбнулись.

— Вот… Теперь я живой. Димон, я к тебе в гости буду заезжать, так и знай, только из-за этой бани!

— Милости просим, — засмеялся я. После духоты парилки мы выскочили на свежий воздух и нырнули в ледяную воду речки. Шок от температуры выжал из лёгких все остатки усталости и напряжения. Потом — прохладный квас на крылечке бани, под первыми звёздами.

— Завтра, значит, в пещеры, — сказал Пётр, глядя на появившуюся в небе луну. — А потом на горы. Интересно, а тролли там водятся?

Я пожал плечами.

— Не переживай ты так. Разберёмся, — лениво сказал Илья, потягиваясь.

Ужин в доме нас ожидал простой: щи, пироги с мясом и капустой, квас. От спиртного все отказались: завтра нужна ясная голова. Даже Муром махнул рукой.

Александр, Пётр и Илья расположились в гостевых комнатах. Я остался один в своей — просторной спальне на втором этаже, с видом из окна на тёмный силуэт Волчьей горы.

При свете лампы я достал из сумки справочник отца. Толстый кожаный том, испещрённый шифром.

Положил перед собой книгу и начал одну за другой пролистывать страницы.

Интерфейс сканировал. Нужно было проанализировать символьные структуры, контекстные связи, отыскать упоминания о «корне спящего грома». Карты, маршруты, описания местности.

В углу моего зрения, поверх тёмного окна, возникла полупрозрачная строка:

[Сканирование… ]

[Анализ символьных структур и контекстных связей… ]

[Примерное время до завершения: 1 день 7 часов 42 минуты]

Чёрт!

Больше суток.

А у нас три дня на всё про всё. Вот кто мне мешал это сделать раньше?

Я откинулся на спинку стула, чувствуя, как холодная тяжесть ложится на плечи. Если локация окажется в другом конце владений, если добыча потребует ещё нескольких дней… Если, если, если…

Это будет провал.

Не по зелью — мы, возможно, успеем добыть остальное. А по срокам. По обязательствам. По тонкому балансу, который я пытался удержать.

Погасил светильник и прилёг, глядя на тускло мерцающую строку прогресса в углу поля зрения. Обратный отсчёт уже начался.

И тут перед глазами всплыло то же самое сообщение, что и тогда в Москве:

[Хотите завершить копирование древа рунной последовательности? Да/Нет]