– Ну что, ты смотрела? Вот это да-а!

Солнце еще не взошло, а две девочки уже сидят возле катка и шнуруют ботинки.

– Конечно, смотрела! Слушай, просто с ума сойти!..

Болтая наперебой, они не замечают меня. Я тихо прикрываю за собой дверь и, остановившись, прислушиваюсь к их звонким голосам.

– А шипы в ботинках? Ну и ну!

– Да уж… А как тебе эта Франческа? Что-то подозрительно быстро она смоталась…

– А ты видела, как тренер Шоу бросила стул прямо в…

– Что, понравился вам фильм? – вступаю я в разговор.

Вздрогнув, они оглядываются. Девочки так молоды – я смотрю на них, и мне вспоминается наша с Беллой юность.

– Вы еще и половины всего не знаете, – говорю я, а затем киваю в сторону льда. – Вперед, начинаем разминку.

– Да, тренер Шоу, – хором отвечают они.

Открыв новую школу, Белла начала упорно приглашать меня к себе на работу – и не отстала до тех пор, пока я не согласилась. Узнав, что их детей будет тренировать скандально известная Катарина Шоу, родители начали было жаловаться. Но Белла и слушать их не стала: кому не нравится, пусть валит ко всем чертям.

Правда, от поездок на соревнования я все-таки отказалась – к чему нагнетать страсти? Да и не скучаю я по той бурной неугомонной жизни. Хочется быть поближе к дому.

На катке появляется Мэдисон Кастро, а за ней – и сама Белла с кружкой кофе. Мэдисон подрабатывает у нас помощницей: тренирует младшие пары и получает за это стипендию. В 2022 году она и ее партнер Джейкоб участвовали в Олимпийских играх и заняли десятое место. Они не оставляют надежду на то, что в 2026 году смогут подняться выше. Ну а если не получится, то из Мэдисон выйдет отличный тренер.

Мы с Беллой наблюдаем, как девочки катаются по льду взад-вперед, выполняя разминку. Наш старый каток «Норт-Шор», на котором мы с Хитом начинали свою карьеру, сейчас не узнать. Купив здание, Белла провела здесь капитальный ремонт. Теперь на катке вместо флуоресцентных ламп естественное освещение; воздух всегда чистый, а лед – ухоженный.

– Опять обсуждают этот чертов фильм? – спрашивает Белла.

– А как же! Да не переживай, скоро всем надоест.

– Потом новый выпустят, – она делает глоток кофе, – к двадцатилетней годовщине. Может, и я тогда поучаствую. Расскажу людям всю правду. О том, что Катарина Шоу, если узнать ее поближе, на самом деле не такое уж и чудовище.

– Только попробуй!

Нас удивило, что Гаррет согласился участвовать в съемках. Ведь из всех нас он был самый стеснительный. Но оказывается, он хотел показать зрителям, что за фасадом скандальной истории скрываются живые люди и что элитным спортсменам приходится нелегко.

Белла угощает меня своим кофе. Вот уже несколько лет она встречается с известным чикагским владельцем ресторана, умеющим варить просто божественный эспрессо. Он много путешествует, и у него есть в нашем городе небольшая квартира. Белле такие условия идеально подходят. Она рада, что не приходится жертвовать свободой ради отношений.

Отхлебнув глоток крепкого душистого кофе, я ахаю от восторга:

– Белла, какая вкуснятина! Немедленно выходи замуж за своего ресторатора. Иначе я отобью его у тебя.

– Не получится, Хит будет возражать.

– Против чего это я буду возражать? – В дверь входит Хит, ведя с собой дочку Мэй.

– Можно мне покататься? – хлопает она его по руке ладошкой в варежке.

– Ну конечно, детка.

В ее возрасте Хит был серьезным и недоверчивым. Сейчас ему сорок, и он всегда улыбается – особенно когда рядом Мэй. Правда, он так до конца и не восстановился после болезни. Мы иногда катаемся вместе на домашнем катке в лесу за домом – когда-то моим, а теперь уже нашим общим. Но у Хита хватает сил только на несколько минут. А потом он садится и наблюдает, как я скольжу по льду одна.

– Тетя Кэти, смотри! – Мэй выезжает на лед и, болтая косичками, уверенно выполняет вращение под названием «бильман».

– Осторожно! – волнуется Белла.

Я громко восхищаюсь и аплодирую, рискуя вызвать недовольство родителей. Мэй уверенно чувствует себя на льду и катается гораздо лучше, чем я каталась в ее возрасте. Как знать – может, из нашей маленькой странной семьи Мэй станет единственной, кто завоюет олимпийский титул. А может, она займется чем-нибудь совершенно другим: решать только ей.

Когда мы вернулись из Сочи, я снова стала носить кольцо, которое подарил мне Хит. Но мы так и не поженились: клочок бумаги не изменит наших отношений. За последние десять лет всякое случалось. Мы были и врозь, и вместе, и где-то посередине. Но, так или иначе, мы с Хитом всегда будем неразрывно связаны. До самой смерти. Даже если в конце концов решим друг друга задушить.

Но сейчас мне не на что жаловаться. Сквозь окна в потолке льется золотистый утренний свет, и Белла протягивает мне кружку с ароматным кофе. Хит тоже рядом. Я чувствую, как его ладонь скользит в мою.

Что ж, можете называть меня как угодно. Стервой, аферисткой, неудачницей, шлюхой… Пусть я не завоевала олимпийское золото. Но мне досталось кое-что получше. Счастье жить в окружении самых родных мне людей и заниматься любимым делом.

А это и есть настоящая победа.