— Параноиками..? — немного громче, чем следовало, переспросил Влад.

— Да, почитай Фрейда, поймешь, — с улыбкой кивнула я. Несколько человек захихикали: видимо, были знакомы с его трудами.

— Хорошо, последую твоему совету.

— Вот и умничка! Ник, давай сегодня за первую сядем, я хочу поработать на занятии. Никто не против? — получив разрешение, мы заняли места прямо напротив стола преподавателя. Влад подсел к нам. Мы с Никой стали возбужденно переговариваться, а Влад сидел тихим и задумчивым.

— Ну-ка колись, откуда букет? В чью честь сегодня решила одеться как девушка? — Ника никак не могла смириться с моим внешним видом. И она была из той четверки людей, которым я позволяла об этом говорить.

— Букет подарил Гад, сидящий слева, — я понизила голос. — А насчет платья... Просто такое настроение! И, кстати, надо букетик поставить к Ирине, после заберу. — Ника согласно кивнула и продолжила расспросы.

— Что насчет настроения? Как ты вообще? Прости, что вчера сбежала, но я была уверена, что с новичком ты не соскучишься. Как прошел день? И вообще он тебе нравится? — трагическим шепотом спросила подруга.

— Об этом позже. Настроение не в пример лучше, чем было в прошлый раз: я почти не думаю о нем. Насчет вчера — не за что извиняться. Расскажи лучше, как погуляла? И кто он?

— Думала о нем... В такие моменты ты напоминаешь мне "ванильку"! — хихикнула Ника. Ее всегда смешил подобный тип девушек, однако это не мешало ей изредка маскироваться под одну из них. Просто, чтобы не лезли некоторые особо интересующиеся личности. Всегда легче прикинуться более глупой, чем ты есть, и тебя перестанут воспринимать всерьез. — А нового мальчика зовут Лешка, он классный! Играет в рок-группе. Я недавно ходила на их концерт. Группа — кошмар, единственный, кто умеет играть — это сам Леша. Честно, не знаю, что он там забыл, но его все пока устраивает.

— Я надеюсь, что он продержится больше, чем две недели. — Я уже сочувствую парню. Ника, конечно, хорошая подруга, но ее настроение слишком быстро меняется. Бывало так, что ей нравился человек довольно долгое время, но неожиданно сказал что-то не то — и все, прошла любовь!

— Не знаю, я пока не могу понять его характер, и мотивы его поступков мне не ясны. — А вот это уже сверхудивительно! Обычно, моя подруга чересчур быстро понимает, что движет человеком. Если этому загадочному Леше удалось заинтриговать Нику — парень может надеяться на большее, чем две недели общения.

— Я поздравляю тебя, и сочувствую Леше. Теперь ему тебя терпеть очень долго.

— Да ну тебя! Выставляешь меня каким-то чудовищем. — Смешно надула губки Ника. — Давай закончим со мной, иди бегом ставь букет, скоро занятие начнется.

Я вылезла из-за парты, быстро налила воды в вазу и аккуратно поставила букет на стол. Влад все это время наблюдал за мной, как-то слишком пристально. Я улыбнулась, посмотрев на него, ожидая ответной улыбки. Но взгляд был все таким же сосредоточенным, как и прежде. Я пожала плечами, решив, что каждый имеет право на плохое настроение. Только я села за парту, как зашла Ирина. Она сама попросила себя так называть, заявив, что терпеть не может, когда ее, молодую женщину, называют по имени-отчеству. Вроде как, она начинает считать себя старой бабкой.

— Здравствуйте, ребята! — ехидно поприветствовала нас преподаватель. Именно ехидно: ее рост, как и возраст, были не слишком велики, и все наши мальчики, да и некоторые девушки, возвышались над Ириной на голову, если не выше. Мы ответили на ее приветствие улыбками и нестройным гулом.

— Начнем занятие? Попрощайтесь с нашим родным великим и могучим на эти неполные два часа. Услышу хоть одно русское слово — запомню, а лучше, запишу, данные нарушителя дисциплины! Compendre?

— Oui! — угроза была серьезной: потом, на зачете, она может отыграться на нарушителе.

На следующие несколько десятков минут мы все полностью погрузились в мир французского языка. Уже после занятия я нагнала Влада, который слишком поспешно вышел из аудитории.

— Ну и как тебе первый урок? — мне, действительно, было интересно, понравилось новичку, или нет.

— У нее своеобразные методы преподавания, но действенные, — быстро ответил Влад. — Извини, я спешу. Встретимся на экономике. — И он... убежал! Вот как это понимать? И куда он может торопиться?

— Что-то я начинаю привыкать к такому поганому отношению, — тихо заявила я подошедшей Нике. — Букет забыла. — Она протянула мне уже ненужные цветы.

— Да зачем он мне? Пусть там стоит. Не таскать же его по всему универу целый день? — подруга кивнула и быстро отнесла букет обратно, поблагодарив Ирину за помощь.

— Может, у него и правда дела? Ну, или в туалет мальчику захотелось, не будет же он у тебя спрашивать? — хорошая попытка поднять мне настроение. А, плевать!

— Ник, пошли в столовку, я есть хочу! — моя подруга оглушительно расхохоталась. — Что на этот раз?

— "Все так плохо, ужасно, мне не за чем жить, пойду, убью себя, о! пирожок!!!" — процитировала Ника. Тут уже и я не выдержала: ситуация, действительно, в тему. Только о суициде я никогда не задумывалась, и не собираюсь: еще не выжила из ума.

— Ладно, правда, пошли уже, перерыв не резиновый! — и мы побрели в сторону столовки. К слову, готовили у нас очень вкусно, так что собирались там все студенты. Сегодняшний день не был исключением из правила: очереди тянулись чуть ли не на пять метров. Мы тяжело вздохнули, но менять планы не стали. Что не говори, а "бедным студентам" кушать хочется всегда.

Стоять долго не пришлось: Ника быстро отвоевала нам место в начале очереди, и вкусняшки мы купили уже очень скоро. Устроившись за чудом освободившимся столиком, мы принялись за еду. Вот это время и выбрал Влад для внезапного появления.

— Приятного аппетита! — я подавилась, Ника подпрыгнула в воздух с места на два метра. Аппетит был утерян, молодец, Гад!

— Ты знаешь, когда лучше всего прийти. Теперь есть нам точно не захочется.

— А что так? — невинно похлопал длиннющими ресницами Влад.

— Ты нас напугал, — грозным тоном заявила Ника, вновь устраиваясь на стуле.

— Простите, дамы! И не судите строго, ибо неповинен я в прегрешении этом! — а сколько яда, сколько яда. — Ладно, я чего пришел-то... - немного замялся Влад.

— Ага, чего пришел? — кажется, мы с Никой — гении, раз думаем одинаково.

— Извиниться пришел. Лиз, прости. Я должен был уйти, правда. — И он легонько приобнял меня за плечи. Я вздрогнула. Нет, не из-за того, что было плохо или противно. Просто прикосновение обжигало. Я раньше про такое в книжках читала, а теперь сама почувствовала. Знаете, все, что пишут — правда. Гадик тихонько убрал руки и с непониманием посмотрел на меня. Ника уставилась с интересом, как всегда, вобщем.

— Ты чего так дернулась? — м-да, видимо, нехило меня тряхануло, раз даже Ник заметила.

— Да, это... ничего, которое...

— Ну, понятно. Эй, Ничего, иди, бери кушать, у нас в столовке продукты не отравлены. Времени и так не очень много, давай, в темпе.

Влад, кажется, был немного ошарашен таким обращением, но дар речи не терял. Ехидства, впрочем, тоже.

— Спасибо, я не голоден, мамочка!

— Сынок! Родимый! Не признала ж сразу!!! — заголосила моя несравненная подруга. — Иди к маменьке, обними родненькую, поплачь на груди моей, хоть и маленькой, но эффектной... Так, не в ту степь забрела, кажись. Про грудь вычеркивай, все остальное можешь оставить. — Студенты в радиусе семи метров покатывались со смеху: голосовой диапазон у моей подруги — будь здоров! Просто звуковая атака.

* * *

Сегодня вставать в школу Дане не хотелось до ужаса. Еще бы: придется договариваться насчет проекта с этим Альбертом... Девушку передернуло. Она сама не понимала, почему ее клинит именно на этом, с виду чуть необычном, но все-таки нормальном парне. Может быть, виной этому была его странная манера поведения, его одежда, его умение держать себя — она не знала. Но была уверена: захоти парень стать первым красавчиком школы — у него бы получилось. Однако, Алик не хотел, предпочитая оставаться одиноким одиночкой.

Да то, чем он занимается вне школы, было для всех загадкой. Сама Дана могла перечислить любимые занятия любого члена их коллектива, кроме этого загадочного Альберта. И это напрягало не меньше странного поведения парня. Он учился с ними уже два года, но друзей так и не завел. И не стремится это сделать. Правда, Маша рассказывала, что видела парня в странной компании у входа в небольшое офисное здание, где чего только не располагалось: начиная от танцевального зала, и заканчивая конторой нотариуса.

"А это интересно..." — неожиданно подумала девушка. "Что если удастся узнать о Альберте намного больше? Да, я соглашусь делать этот проект вместе с ним, только при условии, что встречи будут проходить не у меня дома!" — и довольная своим решением девушка с улыбкой поднялась с кровати, начав собираться в школу.

Делала она это тщательно, как говорится, с чувством, с толком, с расстановкой. Сперва забежала в душ, умылась, вымыла голову, нанесла питательную маску... Дождавшись, пока та подействует, смыла ее, высушила и уложила волосы, накрасилась. Своим отражением в зеркале она осталась довольна: не следа бессонной ночи. С Даной часто бывало такое, что она просто не могла заснуть, без причины. Не шел сон, и все тут! Да и просыпалась девушка обычно намного раньше своих одноклассников: за два с половиной часа до начала занятий. И это при условии, что до школы было пять минут ходьбы медленным шагом. Не удивительно, что она могла позволить себе понежиться в кровати и поразмышлять.

Дана подошла к шкафу и серьезно задумалась: если она собирается воплотить в жизнь свой план, выглядеть нужно на все сто пятьдесят. В смысле, процентов, а не лет. Альберт, он ведь тоже парень, и к девушкам должен быть неравнодушен. "Тем более к таким красивым!" — мысленно дополнило Самомнение, которое у Даны сидело на макушке — выше забраться было просто некуда.

Итак, сначала девушка остановила выбор на коротком платье бэби-долл, но немного подумав, решила, что для первой встречи это немного вызывающе, да и не по погоде: осень стояла хоть и теплая, но точно не по-летнему. Перерыв половину шкафа, Дана все-таки нашла то, что нужно: чуть ниже колена и с рукавами "три четверти", платье "чеогсам". Оно было максимально приличным, но в то же время красиво облегало фигуру, а сочетание золотистого, нежно-голубого и лавандового всегда нравилось девушке. И к цвету ее волос — благородному медному — очень подходило. Да, то, что нужно. Дана быстро одела платье, чулки, которые очень любила носить, подхватила сумку и легкий плащик и выбежала в прихожую. Завтракала девушка только после десяти, уже в школе. Еще раз взглянув на себя в зеркало (Самомнение попыталось подпрыгнуть еще чуть повыше и зависнуть в таком положении, но потерпело неудачу, плюхнувшись обратно на голову хозяйки) и убедившись, что все отлично, Дана нацепила закрытые туфельки на каблуки и выбежала за дверь, крикнув брату и отцу, чтобы просыпались. Судя по начавшейся возне и тихой ругани, хотя бы брат поднимется.

Быстро добежав до школы, и поздоровавшись с подругами, Дана попыталась найти глазами Альберта, но его еще не было. Девушка пожала плечами и решила, что вполне успеет поговорить с одиночкой на следующей перемене. А сейчас лучше бы приготовиться к предстоящей контрольной по географии: учитель часто находил такие задания, ответов на которые не было в учебниках. Хотя сам Валентин Викторович искренне считал, что все ответы есть, просто ученики невнимательно читают. Вобщем, никто географию не любил, и это был единственный предмет, который никто не выбрал для сдачи ЕГЭ в конце года. Прозвенел звонок. Ученики тяжело вздохнули, и обреченно поднялись с парт, чтобы поприветствовать учителя. Валентин Викторович влетел в класс, сияя от счастья. Видимо, предвкушал ужасные оценки всего класса и радовался. Посмотрев на Дану, он улыбнулся еще шире: о негласной войне между девочкой-медалисткой и географом знали лишь учителя и несколько доверенных подруг, и на людях преподаватель и ученица вели себя крайне вежливо. А все дело в том, что одной из "добровольно ушедших из класса" была дочка географа. Нет, она не нажаловалась папочке, и не сообщила причину, по которой хочет перевестись в другую школу. Валентин Викторович догадался сам, и даже попытался открыть глаза другим учителям, но ничего не вышло: все отказывались верить в то, что местная "девочка-ромашка" на самом деле — кактус. Дане все сошло с рук, но отношение к ней географа резко изменилось: ее работы проверялись с особой тщательностью. И о плохих отношениях с учительской дочуркой девушка уже успела пожалеть.

— Здравствуйте, сегодня у нас контрольная работа по теме Западная Европа. Все помнят? Все готовы? — дождавшись слабых утвердительных кивков, учитель продолжил. — Тогда достаем двойные листочки и записываем вопросы. Первый вариант....

Контрольная была сложная. Сдав работы, ученики хмуро побрели из класса: судя по всему, в этот раз завалили все. Все, кроме Даны и Альберта: одна шла с безмятежной улыбкой, другой с обычным выражение полной отстраненности на лице. Девушка попыталась окликнуть его, но Алик ничего не услышал. Или не захотел слушать. Дана повторно окликнула его: на этот раз Альберт услышал и даже — о, чудо! — обернулся.

— Привет! — жизнерадостно начала Дана. — Как дела?

— Давай сразу к сути: когда собираемся и где. — Видимо, настроение у парня было не ахти. Или он просто не хотел говорить с девушкой?

— Давай сегодня. Ты свободен? — Дана проигнорировала его неуважительное отношение.

— До шести вечера. Если устраивает, тогда называй место.

— Устраивает. Ко мне нельзя: брат оккупировал территорию со своими сумасшедшими друзьями, спокойно заниматься мы не сможем. — Девушка попыталась осторожно прощупать почву. Возможно, ей уже сегодня удастся увидеть квартиру Альберта.