Я не стала закатывать истерик, понимая, что в пылу можно наговорить слишком многого. Просто спокойно попросила отвезти меня домой. Влад аккуратно проводил меня к машине, обращаясь со мной, как с маленьким шведским троллем: одно неловкое движение — и огромная куча неприятностей на все цифры обеспечена. Я мысленно улыбнулась, радуясь возможности немного разрядить обстановку.
Домой я зашла, будучи спокойной и уравновешенной, убрала оставшийся после бурных сборов на свидание беспорядок и легла спать. Не удивляйтесь, мой случай немного не подходит под обычные рамки "соплислюнибезысходность", думать об этом лучше на свежую голову.
Утро принесло что угодно, но только не голову. В смысле, не свежую голову. Хотя так и представляю, как в дверь стучит милые улыбчивый мужичок-Утро, протягивая мне здоровую коробку с надписью: "Свежие головы" Только сегодня" Помогут в решении ваших проблем! Торопитесь, количество товара ограничено!" и прося поставить подпись в почтовой квитанции.
Хм... Хотя бы мысли странные, но мои, родные, сразу чувствуется! Я не спеша встала, оделась, позавтракала (душевные муки — не настолько сильное чувство, чтобы отказывать себе в еде...) и, напрочь игнорируя календарь, абсолютно не помня, какое сегодня число, врубила музыку и начала петь. Да, и если танцую я отлично, то пою, мягко говоря, только для себя.
Пение всегда помогало мне сбросить стресс. Пение и крики. Нередко бывают в нашей жизни ситуации, когда объяснять не хочется ничего, а вот кричать, драться с предметами мебели и стенами, прыгать и есть много сладкого хочется до ужаса. А мне нельзя сладкое, я толстею быстро. Поэтому его я заменяю на пение, что в моем исполнение от криков отличается... никак не отличается. Зато помогает сбросить напряжение и отстраниться от проблем. Это мало подходит, когда очень больно, но в ситуации с Владом — самое оно.
Я не обижалась. Каждый имеет право сглупить. А то, что он признал эту глупость — доказывает, лично мне, что все было по-настоящему. Я, кажется, просто не могла поверить, что такое возможно, до сих пор. Поэтому, видеться с Владом пока не хотелось, но и обижать его неизвестностью — тоже.
Быстро набрав и отправив смс Гаду (на правах потерпевшей стороны могу позволить себе называть его так, о чем он тут же и узнал), успокоив этим свою совесть, я продолжила петь, попутно делая уже нормальную уборку и готовя блинчики. Да, ностальгия, и не такие вкусные, но хоть что-то.
Часа к четырем, переделав все, что можно было, и начиная маяться от безделья, решила собрать свои бренные мощи и наведаться в студию, благо там всегда есть то, что еще не начато/не закончено/требует просмотра и прочее, и прочее.
Стася со Славкой, конечно же, были там, занимаясь с парой ребят. Понаблюдав за тренировкой, и еще раз отметив, что ребята выбрали правильное направление деятельности, ибо обоих можно назвать прекрасными тренерами, я потопала в раздевалку, планируя занять свободный зал. Такое чувство, что не была здесь не пару дней, а недели три! Разминка прошла в стиле "почувствуй себя бревном и занимайся ежедневно". Честное слово, за столько лет тренировок тело должно привыкнуть, но, кажется, единственной привычкой стали именно нагрузки. Нет нагрузки — нет мышечной памяти. Прекрасно!
Под конец разминки, когда я отдирала застывшие в одном положении ноги от станка, прибежала Стаська. Не обращая внимания на мои гневные похрюкивания, быстренько обняла, рывком ставя мою ногу на пол, за что и получила то слово, которое не воробей.
— Станислава, маму вашу знаю я, прекрасная женщина! — стараясь научиться заново ходить, возопила я.
— Как и ваша матушка, милая Елизавета, как и ваша! Я выхожу замуж, принимаю поздравления завтра, с 8:30 до 13:00... - с довольной улыбкой подытожила эта маленькая пакость, довольно оглядывая не только меня, но и те совиные глаза, волшебным появившиеся на моем лице.
— У тебя на моське шматки крема! — хихикая, поддразнила меня подруга, вспомнив так любимую нами цитату из "Мадагаскара". — Серьезно, у тебя сейчас именно моська, еще и удивленная-я...
— Ты согласилась? Когда свадьба? Где? Когда Славка успел? Где на этот раз предложение делал? Когда собираешься остальным сказать?..
— Остановись! Тебе не хватает только "Что?" для замыкания круга вечных вопросов. Да. Не знаем. Не хочется повторяться, но ответ аналогичен предыдущему. Вчера. Дома, где еще. Остальным — это Михе? Славик еще вчера растрезвонил ему, я уверена, — кратко и основательно ответив на все вопросы, чем ввергнув меня в еще больший ступор, Стаська встала к станку, начав растяжку.
Ирина Эдуардовна была счастлива. Роман оказался абсолютно нормальным. И это было замечательно.
Первое впечатление часто бывает обманчиво, в чем Ирина уже не раз смогла убедиться. Теперь осталась одна, но крайне значимая для них обоих деталь: знакомство с Владом.
— Не думаю, что тебе стоит беспокоиться, — в который раз произнес Роман. — Если он хотя бы наполовину так хорош, как о нем отзываешься ты — мы найдем общий язык.
— Я не волнуюсь за то, что Влад может оказаться недостаточно хорошим. Я волнуюсь, что он может посчитать недостаточно хорошим тебя. — Ирина, извиняясь, переплела их руки.
— Я понимаю. — Роман поцеловал руку женщины, уже практически любимой женщины. — Но жить друг с другом предстоит нам, не думаю, что Влад будет против. Мы достаточно взрослые, оба были женаты и оба понимаем, что упускать второй шанс, буквально подаренный нам — глупо. Больше, чем глупо! Кощунственно. — Он слегка улыбнулся, понимая, что Ирина абсолютно разделяет эти его чувства.
— Кажется, я в тебя влюбилась, ты, серьезный, умный мужчина, почти убивший мою тревогу своими аргументами.
— Признай, ты влюбилась в меня еще в нашу первую встречу. А серьезность и ум — единственное, что мне осталось. Чем еще, по-твоему, я смог бы привлечь такую женщину? — уже откровенно смеялся Роман.
— Пойдем прямо сейчас? Влад должен быть дома сейчас. — Это решение вряд ли пришло бы Ирине в голову при других обстоятельствах, но чувство неопределенности часто толкает нас на необдуманные поступки лишь ради того, чтобы от него избавится.
— Если ты хочешь, я только "за".
На дорогу они потратили не больше получаса. Подходя к квартире, Ирина различила уже привычные звуки тяжелой музыки. Скорее всего, Влад спал, как и всегда. Эту странную особенность собственного сына женщина подметила уже давно. Что послужило толчком к подобному, она не знала, но постаралась изначально принять это как данность. В конце концов, может, это ему сосредоточиться помогает.
— Влад, я дома! — кивнув Роману на вешалку и на подставку для обуви, Ирина пошла в комнату сына. Все правильно, он спал. Немного полюбовавшись на спящего (отказываться от этой привычки женщина и не собиралась), Ирина выключила музыку и позвала повторно: — Влад, хороший мой, просыпайся!
— Привет, мам, я не хочу, я хочу спать минимум до вечера, — на автомате ответил парень, пытаясь нащупать наушники и отвернуться к стене.
— Я хочу тебя кое с кем познакомить. Это Роман и, кажется, у нас все довольно серьезно.
— Ах, Роман. Серьезный Роман! — парень усмехнулся и поднялся с кровати. — Ну, знакомь.
— Знаешь, я передумала. Давай, ты лучше мне расскажешь, что происходит, почему ты уже неделю ничего не рисуешь. Я не хотела надоедать тебе расспросами, думала, сам придешь. Но из-за твоего плохого настроя не не хочу потерять дорогого мне человека. — Ирина осторожно присела на край кровати, сажая рядом уже успевшего вскочить парня.
— Ну уж нет, раз привела знакомить — знакомь! — Влад вырвал руку и, захватив плеер с наушниками, вышел из комнаты. Женщина лишь тихо вздохнула, понимая, что лишь те самые серьезность и ум Романа могут спасти их знакомство.
— Ну, здравствуй, Роман! Можно мне вас так величать? — дождавшись несколько удивленного кивка, парень продолжил. — И давно вы с мамой знакомы?
— Не слишком. Около месяца, плюс-минус неделя. — Лучшая защита, в данном случае, — честные ответы, как правильно рассудил мужчина.
— И что, после такого незначительного срока у вас уже "все серьезно"? — немного растянув последнее слово, Влад не слишком аккуратно упал на диванчик. Он прекрасно понимал, что ведет себя, откровенно говоря, отвратно и несправедливо. И нельзя сказать, что он ничего не мог с этим поделать. Мог, но не хотел. До глубины души он не хотел сейчас вести себя нормально, быть понимающим. И виной тому были точно не начавшиеся отношения между его матерью и неизвестным. Честно говоря, в другой ситуации он был бы счастлив за Ирину.
Роману пришлось повторить доводы, приведенные чуть ранее для Ирины, которая, собравшись, наконец, с силами, вышла к мужчинам. Доводы эти не стали менее понятными и вескими, но разозлили Влада еще больше.
— Идите вон, — под ошарашенными взглядами матери и Романа парень только сильнее распалялся. — Вон я сказал! Что здесь не понятного? Не получаются серьезные отношения, когда знакомы меньше месяца! Вы друг о друге НИЧЕГО не знаете! А если и узнаете, что-нибудь вам точно не понравится! И только хуже сделаете. Так что, ВОН!
Роман, слегка пожав руку Ирины, и решив, что спорить с парнем сейчас себе дороже, действительно, пошел к выходу из квартиры. Женщина последовала за ним, слегка касаясь пальцами его плеч, помогая расправить надетый плащ.
— Он успокоится и извиниться. А я надеюсь, что это не станет причиной уже нашей ссоры, — слегка улыбнулась Ирина, оправляя последнюю, невидимую никому больше складку.
— Все хорошо. Просто помни, что у меня двое детей. И тебе придется знакомиться с ними завтра, — с намеком протянул мужчина, легко касаясь губами Ирининой руки.
— Мстишь?
— Что ты, ни в коем случае!
— Мстишь. До завтра.
— До завтра. С нетерпением жду нашей встречи. Заеду в шесть.
Дана и Альберт, успешно выступив с проектом, решили заглянуть в то самое интернет-кафе. Просто чтобы отметить счастливое окончание совместной работы. Нет, они уже не хотели поскорее отвязаться друг от друга, Дана даже оставила мысли о необходимости разглашения секретов Ала.
Ребята никому не рассказывали, на людях стараясь вести себя точно так же, как и неделю тому назад, показывая лишь отвращение и злобу, но на самом деле частенько проводили время вместе, узнавая друг друга с каждым разом чуточку лучше.
И, знаете, Дана готова была удариться в истерику. Сколько существует слезных рассказов о парнях, влюбившихся в лучших подруг? Они боятся, не могут признаться, стараясь сохранить хотя бы дружбу. Дана готова была найти каждого из этих парней и пожать им руки. Потому что сейчас она понимала их как никто другой.
Да, ей очень нравился Ал. Из-за его таинственности, обаятельности, недоступности ли, она не знала. Да, они не были лучшими друзьями, скорее, просто двумя людьми, которые наконец-то нашли тех, кому можно рассказать что-то личное без страха. Ведь часто людям не хватает всего лишь общения. Обычного общения, без боязни предательства, осуждения и разглашения тайн. Синдром попутчика образовался давно и не для кого уже не является чем-то странным.
Ал не с кем не мог обсудить мучающие его отношения. Он любил свою девушку, но понять ее не мог. И уже отчаялся доказать ей свою любовь. И нет ничего странного в том, что он обсуждает свои проблемы с одноклассницей. Друзей-девушек у него нет, а сейчас нужна именно она.
А Дана просто хотела проводить с одиноким одиночкой больше времени. Даже зная, что ничего не получится, мы все равно надеемся. Девушка постоянно сравнивала себя с Алексом из "Мадагаскара": ее тоже все устраивало до тех пор, пока она не оценила вариант получше. Не то чтобы Ал ни о чем не догадывался, но перспектива иметь друга для жалоб превысила возможные последствия.
— В классе до сих пор ни о чем не подозревают. Не думал, что попаду к таким тупым подросткам.
— Вечно ты всех осуждаешь! — Дану действительно раздражала эта его особенность. — Они просто и подумать не могут, что я добровольно соглашусь проводить с тобой дополнительное время. — По довольной физиономии девушке можно было понять, что все вышесказанное — попытка саркастически пошутить.
— Знаешь, — без перехода заговорил Альберт спустя пару минут, когда они, поздоровавшись со всеми и уютно устроившись в креслах, сделали заказ. — Я хочу сделать ей предложение. Наверное, после конкурса.
— Хороший план. Прости, я побегу, у меня дела, — на автомате протараторила Дана, но... — Да какие, к черту, дела! Серьезно, ты ведь умный такой, мог бы и догадаться! Зачем мне это говорить? Я тебе, блин, не жилетка! Одни идиоты вокруг, а тут ты, и с тобой интересно, весь такой загадочный. Ох, мать вашу...
— Дана, успокойся, пожалуйста. Садись, — он потянул возмущенную девушку на себя, усадив в кресло рядом. — Я тебе не нужен. Тебе интересно мое видение мира и пофигизм, вкупе с таинственностью и скрытностью. Тебе понравился тот образ, который я придумал. Не скрою, на меня тоже оказала влияние мысль "эта крутая девчонка обратила свое внимание на меня и оказалась немного не такой, как я думал", но это прошло. И твое пройдет. Я знаю Лику огромную кучу времени, мы привыкли друг к другу, мы знаем каждую мелочь и принимаем все, что делает другой. Несмотря ни на что. Твое увлечение мной пройдет, но я бы не хотел, чтобы с ним прошла и наша дружба. Поэтому подумай, прежде чем принимать решение.
Дана только кивнула, подхватила с кресла сумочку и, помахав на прощание ребятам, развернулась к выходу.
"Я люблю, а он не любит.
Боже, боже, боже, боже..." *
*А. О. Белянин, одноименное стихотворение.
Грустно хмыкнув, девушка поспешила домой. Кажется, брат уже должен был вернуться, а уж вправить мозг на положенное ему место Ил всегда умел.
Принцип "Ситуация, конечно, покруче чем самая крутая победа горного козла, но тренировки никто не отменял" действует всегда и безотказно. Последние две недели это было, наверное, единственной мыслью в моей голове. А все из-за Миха. Увидев мою тушку, погруженную в "примитивные страдания тощей неукомплектованной душонки", по его же словам, и радостные физиономии Славы и Стаси, наш бодрый интеллектуал схватил бразды правления в свои руки. А когда в руках Михи находится что-то кроме компьютерной мышки, книги или партнерши — жди беды.