Рита пыталась продлить день рождения.

Сава пытался спокойно досмотреть мультик.

Женя пыталась не уснуть.

Они втроем сидели на Ритиной кровати, на смятом пледе, который наполовину сполз на пол, обнажив белую простыню в мелкий цветочек. Время близилось к рассвету.

Пока Женя и Сава разглядывали надписи на стене, Рита нашла их и украла с собственного дня рождения – не просто украла, а сбежала сама, прихватив с собой остатки праздничного торта. Они гуляли по ночному городу, смеялись и вспоминали прошлое. Женя, опьяненная то ли бутылкой шоколадного стаута, то ли летним свежим воздухом, шагала рядом с Ритой и Савой, почти не ощущая ног, – как будто плыла над тротуаром, легкая и воздушная, как пенка на кофе. Сава, наверное, ничего подобного не чувствовал, потому что ему приходилось тащить часть Ритиных подарков, включая Женины ролики и букет.

Рита, пока они обсуждали, чем заняться, решила устроить мини-пикник прямо в парке и разместилась на бордюре. Женя положила на землю джинсовую куртку и села по-турецки, сбросив кеды и написав маме эсэмэску. Рита и Сава расположились по бокам от нее. Они чокнулись кусочками торта и крикнули: «Ура!» Вечеринка закончилась испачканными пальцами, носами и щеками – потом Рита спасла их влажными салфетками. Позади них располагались клумбы с бархатцами, которые выглядели как маленькие яркие солнышки. Над головами тихо шелестела листва, темное небо разрезали линии электропередач, а воздух, нагретый за день, окончательно остыл и теперь холодил кожу сквозь тонкую льняную рубашку. Еще недавно Женя не могла отогреться, сейчас же, несмотря на ночную прохладу, она чувствовала разливающееся внутри тепло, как будто вернулась с мороза и долго держала продрогшие руки под струей горячей воды: сначала онемевшие пальцы едва сгибались и не слушались ее, потом покалывали и краснели, а чувствительность постепенно возвращалась. После подобной заморозки ощущения становились сильнее, и Женя боялась, что не справится с ними – слишком много всего.

Рита хотела искупаться в озере под звездами, но Сава отговорил ее, предложив сделать это днем. Она выпила чуть больше, чем следовало, и поэтому ее тянуло на приключения. Женя по собственному опыту знала, чем это могло закончиться, Сава, в общем-то, тоже не так давно пострадал на ее алкогольных виражах; они вызвались проводить Риту до дома и уложить ее в постель. Безопасное завершение вечеринки – лучшее завершение вечеринки.

Шагая по Озерной улице, Женя иногда закрывала глаза, придерживая Риту под руку, и как будто слышала кваканье лягушек, стрекот сверчков и шум листьев из ее детства – особая мелодия природы телепортировала ее в прошлое и вызывала мурашки. Они не раз ходили вот так, по родной улице, изученной до каждого камешка, и громко смеялись. Женя поглядывала на Саву, не совсем понимая: тот действительно согласился сделать вид, что между ними ничего не было, или просто притворялся ради Риты на время дня рождения, празднование которого как раз подошло к концу – они остановились перед дверью Ритиного дома. Сава и Женя переглянулись.

– Нам нужны ключи. – Женя посмотрела на Риту. – В каком они кармане?

– Не хочу, чтобы этот день заканчивался, – прошептала та. – У нас как будто снова школьные каникулы.

– Мы никуда не пропадем, – заверила ее Женя.

– Знаю я вас! И все равно. Давайте немного продлим мой день рождения? Чуть-чуть… Именинницам нельзя отказывать. Это закон.

Так они оказались на Ритиной кровати. Им пришлось прокрасться на второй этаж, что не было такой уж легкой задачей: в темноте все предметы словно были настроены против них и желали врезáться в руки, в бока или в ноги.

Рита предложила им чай, перечислив все возможные виды, которые хранились у них дома, но Сава и Женя отказались. Женю все еще немного подташнивало от съеденного торта. Они разулись и разложили подарки. Женя нашла кувшин, тихонько добралась до ванной, чтобы налить воду, вернулась в комнату и поставила в него цветы. По спальне распространялся приятный свежий аромат: Женя не удержалась и вдохнула запах, прислонив нос к пышному бутону и коснувшись пальцами лепестков.

– Посмотрим что-нибудь? – с надеждой спросила Рита. – А потом я вас отпущу. Может быть. Если будете себя хорошо вести.

– Давай, – неуверенно согласилась Женя, вопросительно взглянув на Саву.

– Вряд ли у нас есть выбор, – с небольшой заминкой ответил тот, первым устраиваясь на кровати, и положил на колени декоративную подушку с пушистыми кисточками.

– Ой, не строй из себя жертву, – тут же отозвалась Рита.

– Разве это не похищение? – спросил Сава.

– Разве это не похищение? – передразнила его Рита. – Осталось дождаться принцессы, которая спасет тебя из заточения. Но для этого ей придется сразиться со мной.

– Не нужна мне принцесса, – буркнул Сава, наматывая на палец бежевую кисточку подушки.

– А мне нужна. Точно! – Рита хлопнула в ладони. – Я знаю, что мы будем смотреть. Возражения не принимаются.

– И что? – поинтересовалась Женя, подавив зевок.

– Что-то про похищения и принцесс.

Комната была погружена в полумрак – несколько ночников освещали ее розовым неоном: Рита включила каждый, методично пройдясь по всем уголкам спальни. Когда Рита утянула Женю за собой на кровать, та разглядела на ее щеках и под глазами размазанные блестки. Подумав, что, скорее всего, выглядит так же, Женя провела ладонями по щекам и безуспешно попыталась расчесать волосы пальцами.

Рита достала ноутбук и водрузила его на изножье кровати. На экране возник постер старого мультика на сайте, усеянном мелькающими рекламными баннерами.

– Серьезно? – спросила Женя. – Ты сбежала с собственного дня рождения, чтобы посмотреть «Принцессу-лебедь»?

На самом деле Женя любила этот мультик. Она смотрела его в детстве вместе с бабушкой на кассете для видика. Каждый раз Женя с нетерпением ждала, когда бабушка вставит кассету в видеомагнитофон и на экране пузатого телевизора появится картинка. На телевизоре, чуть-чуть прикрывая верхний левый угол, лежала белоснежная вязаная салфетка. Такая же находилась на столе под вазой с цветами: с возрастом бабушка все меньше и меньше вязала, потому что ее руки поразил артрит. Деревянные ножки стола были усеяны наклейками, некоторые из которых были содраны до белого основания, – Женя хаотично клеила их, а бабушка во время уборки пыталась сдирать.

– Тш-ш-ш, – шикнула на нее Рита, нажимая на кнопку воспроизведения. – Не смей меня осуждать.

– Кто я такая…

Женино сердце замерло, когда она услышала первые ноты когда-то любимой песни. Удивительно, как простые вещи вроде старого мультика или давно забытого запаха, для кого-то совсем ничего не значащие, словно машина времени, были способны за одно мгновение перенести человека в прошлое. Вот и сейчас Женя будто сидела в бабушкиной комнате, заставляя ее снова и снова смотреть вместе с ней мультик. «Может, посмотрим что-нибудь еще?» – ненавязчиво спрашивала бабушка. Солнечные лучи проникали сквозь прозрачный тюль и переливались в ее красно-медных волосах, заплетенных в косу. «Нет, будем его смотреть», – настойчиво возражала Женя, ведя кончиками пальцев по ворсинкам жесткого ковра, висящего на стене. Засыпая, Женя любила изучать его узоры.

– Будем его смотреть, – тихо сказала Женя, но на нее никто не обратил внимания.

– Девчонка эта мне испортит лето, – запел маленький Дерек с экрана, – она в глаза не видела ружья.

– Он задавака, – шепотом подхватила Рита, подпевая Одетт.

– Ну зачем мне это, – подключился Сава.

– Уж лучше свинкой заболею я, – уже вдвоем пропели они.

– Тебе я очень рад, – продолжил Сава.

– Я рада, что я тут.

– Вот бы убежать! – снова вместе пропели они.

Женя, находясь между ними, едва заметно улыбалась, пытаясь сосредоточиться на мультике, но у нее плохо получалось: Рита и Сава пели одновременно с Дереком и Одетт, слишком театрально жестикулируя и бросая трагичные взгляды друг на друга. Увлекшись, Рита наклонилась ближе к Саве, перегибаясь через Женю, и надавила локтем на ее ногу. Та ойкнула и растолкала их, остановив внезапно разыгравшуюся драму.

– Признайся, что Дерек был твоим крашем, – сказала Рита, глядя на Женю.

– Может быть. Но он был туповат.

– Ну, каждому свое.

Когда разговоры прекратились, Женя ощутила, как ее сильнее потянуло в сон: бессонная ночь давала о себе знать. Она сидела между Савой и Ритой, притянув к себе ноги и обхватив их руками. На коленке, обтянутой джинсовой тканью, Женя заметила пыльный след и постаралась оттереть его. Рита и Сава еще перебрасывались комментариями, но их смысл ускользал от Жениного сознания: находясь в тепле и в полумраке, она с трудом держала слипающиеся глаза открытыми, иногда растирая вмиг потяжелевшие веки пальцами, позабыв о туши на ресницах. Дерек и Одетт уже были взрослыми.

«Как и мы, – напомнила себе Женя. – Как и мы».

Вот Одетт отвергла Дерека, потому что тот сказал, что она красивая, а Одетт хотела, чтобы в ней видели не только красоту.

– Ты можешь написать книгу о том, как оскорбить женщину, сказав всего два слова. – Рита говорила одновременно с персонажем на экране.

Сава придвинулся к Жене. Он повеселел и казался более открытым, чем раньше, но недостаточно, чтобы Женя решилась на откровенный разговор.

Пока она думала об этом, Одетт похитил злой волшебник. Когда-то Женя пыталась разговаривать с животными, как и Одетт: она ловила головастиков, тритонов и ящериц – те сбрасывали хвосты и убегали. Женя собирала букашек в железной банке из-под муки, моль в коробке, заполненной тряпками, и маленьких пауков. Несмотря на любовь к животным, у нее никогда не было домашнего питомца, поэтому она так любила кормить котов в общаге.

«Кстати, как там Кристина?» – невпопад вспомнила Женя, решив завтра написать ей эсэмэску.

Ее мысли хаотично блуждали в голове, стремительно перескакивая с одной на другую, как Жан-Прыг в мультике с кувшинки на кувшинку.

Сава снял толстовку и бросил ее на спинку стула, оставшись в футболке. Это был подходящий момент, чтобы получше разглядеть татуировку на его шее, но Жене мешал полумрак. Интересно, у него была только одна татуировка? Рита накрутила на ноги плед, шевеля пальцами, и сонно потянулась.

– Классно провести время вот так. – Женя различила Ритин голос, тихий и слегка заторможенный. Похоже, она тоже засыпала. – Вместе.

Женя снова попала в прошлое: прямо сейчас они лежали на полу бабушкиной гостиной, на сдвинутых матрасах, и тихо переговаривались, чтобы не разбудить бабушку. Утром их ждали три кружки с растворимым кофе и блинчики. Женино сердце сжалось от тоски, и она приложила пальцы к закрытым глазам, чуть надавливая на них – в ее жизни больше никогда не появятся те самые блинчики, совершенно особенные и самые вкусные.

– Да, классно, – согласилась Женя.

Она окончательно перестала бороться с собой и позволила векам сомкнуться, опустив голову на плечо Савы. Сквозь наплывающий на нее сон ей показалось, что Сава чуть подвинулся, устраиваясь удобнее, а на плече стало тепло от его руки.

Это действительно было классно.

Рита не могла дождаться выходного, чтобы испытать Женины ролики.

– Ты точно никогда раньше этого не делала?

Рита каталась вокруг Жени на роликах, пока та тащила ее рюкзак с кедами на одном плече, свой рюкзак – на другом, бейсболку, продетую на запястье, и сладкую вату, которая застывала на губах липкими противными комками.

– Нет, а что?

Они гуляли по центральному парку. Рита иногда дотрагивалась до Жени, чтобы сохранить равновесие. Рядом с ними бегали дети, громко смеялись и кричали, их мамы сидели на скамейках и пили молочные коктейли. В зеленом грязном пруду неподалеку плавали утки, которых закидывали кусочками хлеба. От воды пахло тиной.

– У тебя слишком хорошо получается для первого раза.

– Я во всем хороша.

Припекало полуденное солнце. Женя заплела два колоска, чтобы убрать волосы и немного спастись от жары. На ее шее блестел чокер с двумя короткими серебряными нитями, опускающимися в вырез топа и заканчивающимися красными рубинами, – те напоминали капельки крови. Однажды Рита нашла его в барахолке и подарила Жене на день рождения. Розовый вязаный топ открывал плечи, покрытые веснушками: каждый раз перед выходом из дома Женя намазывалась кремом от солнца и обязательно брала его с собой, потому что моментально сгорала.

– Люблю выходные, – довольно протянула Рита, прикрывая глаза и подставляя лицо слабому ветерку. Женя на всякий случай придержала ее за руку: асфальтовое покрытие в парке нельзя было назвать ровным. – И не люблю работу.

На Рите было свободное льняное платье до колен – не лучший выбор для активного отдыха.

– Чем потом займемся? – спросила Женя, пытаясь оторвать губами кусочек сладкой ваты от большого белого облака в ее руке.

Рита спугнула голубей, собравшихся вокруг кормивших их бабушек, и вернулась к Жене. Она быстро переставляла ноги, объезжая камешки и ямки. Попробовала затормозить и запнулась, но не упала.

– Не знаю. Вечером мне нужно тренировку сделать.

– Какую еще тренировку?

Женя поправила сползающую лямку рюкзака, оставляющую красную вмятину на коже, и ускорила шаг, чтобы поравняться с Ритой.

– По танцам, – просто сказала Рита.

– Каким танцам? И ты можешь помедленнее? Я не успеваю!

– Не могу, я же на роликах. – Рита вновь закружилась вокруг нее, как стервятник, дожидающийся, пока его жертва испустит последний вздох. Женя остановилась и перевела дыхание. – Я недавно купила онлайн-курс по танцам. И вообще, я все чаще задумываюсь… – Она стерла пальцами капельку пота с виска. – Я вот работаю и работаю, коплю деньги на учебу, но это точно то, что мне нужно? Может, я зря трачу время? Может, мне интересно что-то другое…

– Наверное, образование важно. – Так Жене всегда говорили мама и бабушка. Образование – это надежный фундамент ее будущей жизни.

– Да, наверное. Мои родители с тобой согласятся. Но всем ли оно нужно? Вот ты почему поступила на филфак?

– Потому что хотела быть как бабушка. – Женя пожала плечами и растерянно посмотрела на Риту снизу вверх. Та и так была выше нее, а из-за роликов их разница в росте увеличилась еще больше.

– Это понятно. А сама ты хотела этого? Без мамы и бабушки.

– Я не знаю…

Вряд ли в семнадцать лет можно было выбрать ту специальность, которая определила бы всю ее жизнь. Эта мысль напугала Женю – она ведь может изменить свое решение когда угодно? Или уже будет поздно?

– Вот и я не знаю, чего хочу. И не знаю, как узнать. Буду что-нибудь пробовать и, может быть, когда-нибудь разберусь.

Рита ободряюще улыбнулась. Возможно, сейчас был подходящий момент для того, чтобы поделиться с ней тайной, которую хранила Женя. Наверное, было несправедливо скрывать все от подруги, ведь в какой-то степени это повлияло на их дружбу. Пару раз Женя уже порывалась во всем признаться Рите, но смерть бабушки отвлекла ее от собственной драмы, а потом она запечатала это так глубоко внутри себя, что не могла достать наружу. Тайна вросла в нее и глубоко пустила корни – вырывать ее будет болезненно.

Пока Рита каталась на роликах, не подозревая о внутренней борьбе Жени, та сделала шаг вперед и коснулась кольца на левой руке – змея сверкнула маленькими глазами-фианитами.

– Знаешь… Я бы хотела тебе рассказать… Как мы… Как я…

Она опустила глаза, подбирая слова и разглядывая трещинки на асфальте. А когда вновь посмотрела на Риту, она уже ехала прямо на нее, размахивая руками. Зацепившись колесиком за камешек, она повалилась на Женю, и они вместе рухнули в клумбу. Сладкая вата размазалась по земле и траве.

– Слезь с меня! – Женя спихнула с себя смеющуюся Риту, которая лежала в клумбе, но колесики на ее роликах все еще крутились. – Что это вообще было?

– Я хотела показать, что умею. Небольшой трюк.

Рита вытянула из ее волос травинку. Над ними летали несколько пчел.

– Вау! Беру свои слова назад. – Женя приподнялась на локтях, чувствуя в ладони легкую саднящую боль.

– Какие?

– У тебя плохо получается для первого раза.

– Эй! Это всего лишь одна ошибка. И помоги мне встать, пожалуйста. А то, боюсь, я куда-нибудь случайно уеду. Или собью чьего-то ребенка.

Женя села, растирая липкие и грязные руки.

– Нет уж. Я буду смотреть, как ты мучаешься, и не отдам тебе кеды, пока ты не встанешь.

– Тогда я останусь здесь. Тут не так уж и плохо. Тепло, светло, вкусно пахнет цветами. Недалеко есть ларек с горячей кукурузой и кофе. Никакой работы, никаких проблем. Главное, мне не придется делать никаких выборов!

Рита раскинула руки и закрыла глаза. Женя заметила на ее коленке маленькую ранку: льняное платье чуть задралось и обнажило ноги. Непонятно откуда взявшаяся злость заставляла сжимать пальцы, комкая землю, а обида увлажняла глаза. Тайна по-прежнему принадлежала только ей и Саве.

– Не придется, потому что ты станешь городской сумасшедшей.

Женя чувствовала на себе любопытные взгляды прохожих. Несколько детей хихикали, поглядывая на них.

– Ну и пусть!

Когда Женя, сидя на земле, отряхивала шорты, над ней появилась длинная тень, закрыв солнце. Женя сощурилась и не сразу разглядела лицо, которое, как оказалось, ей уже было знакомо.

– Это было эффектно, – сказал Миша, вынимая из уха наушник. – Особенно под музыку. Надеюсь, кто-то снял.

Он протянул Жене руку, и та поднялась, оставляя на земле Ритин рюкзак и сладкую вату. Рита заинтересованно открыла глаза.

– Привет, Миша Бугаков без «л», – сказала Женя, указывая рукой на Риту. – Это Рита. Моя подруга. Возможно, бывшая, – добавила она. – А это Миша, друг Савы.

– Она не хочет мне помогать, – пожаловалась Рита, продолжая лежать в клумбе. – Разве это по-дружески?

– Так уж и быть, я помогу вам сохранить дружбу.

Миша помог ей выбраться из бархатцев: Рита придерживалась за его плечо, немного раскачиваясь на колесиках вперед-назад.

– Зря, – пробубнила Женя, доставая из Ритиного рюкзака бутылку воды. – И ты вообще-то могла их просто снять, не поднимаясь.

– Могла. Но ты не отдавала мне кеды!

– Давай уже.

Рита послушно села на бордюр, сняла ролики и вытянула ноги в белых носках. Женя полила на ее коленку теплой водой, нагревшейся в бутылке, и помыла руки. Выкинула в мусорку испорченную сладкую вату и надела на голову бейсболку: тень тут же спрятала ее лицо. Рита зашнуровала кеды и наконец поднялась, отряхивая платье, после чего протянула Мише руку для рукопожатия:

– Привет. Если что, я не всегда лежу на земле. Кажется, я видела тебя пару раз в профиле Савы.

– Да, он не самый активный пользователь в соцсетях…

Женя закатила глаза и улыбнулась. Ей часто приходилось немного задирать подбородок, чтобы сохранять зрительный контакт, потому что ее окружали высокие люди. Миша пожал Ритину руку.

– Кстати, у меня есть пластырь. – Рита достала из рюкзака упаковку пластырей с енотами и налепила один из них на Женину ладонь. – В качестве извинения могу предложить айс-латте.

С улыбкой посмотрев на рожицу енота, Женя покачала головой.

– По поводу кофе. Я как раз сейчас собирался встретиться с Савой тут недалеко, у фонтана, может, составите нам компанию? – Миша посмотрел на наручные часы и огляделся. – А вот и он!

Он помахал рукой, обращая на себя внимание (хотя с таким ростом его было трудно не заметить), и Женя обернулась. Сава на мгновение остановился, увидев их компанию, после чего зашагал к ним.

– Привет, – он поздоровался с Мишей. – Привет, сеньорита. – Рита и Сава обнялись. Жене достался короткий кивок. – Что вы тут делаете? – Он посмотрел на несколько примятых бархатцев в клумбе. – Занимаетесь вандализмом?

– У нас произошла небольшая авария, – ответила Рита, показав ссадину на коленке. – Но твой друг нас спас. Появился как супермен, правда, обтягивающего трико я у него не заметила.

Миша смущенно поправил воротник футболки-поло. На Саве снова были солнцезащитные очки.

– Скорее, я просто стал свидетелем. – Миша улыбнулся. – И никакого вандализма при мне. Будущем юристе, между прочим.

– Юристе? – оживилась Рита. – Ты будешь ловить преступников? Или защищать их?

– Я…

– Ничего личного, просто я нахожусь в поисках себя. Может быть, я тоже хочу быть юристом.

– Еще недавно ты говорила, что тебе, возможно, вообще не нужно образование.

– Не мешай мне искать себя. – Рита подошла к Мише и склонила голову. На светлых волосах сверкнуло несколько невидимок. – Ну так что?

– О, это долгая история…

– Твою бабушку обокрали, и ты решил бороться за справедливость?

– Ты слишком романтизируешь мою профессию. Но…

Рита увлекла Мишу вперед. Тот благородно забрал у нее рюкзак с тяжелыми роликами и повесил его себе на плечо, предварительно аккуратно отряхнув его от налипшей грязи. Пока Миша рассказывал ей историю того, как решил стать юристом, Сава и Женя плелись позади них. Солнце прилипало к коже.

– Извини, что украли у тебя друга, – тихо сказала Женя, чтобы нарушить неловкую тишину.

Сава бросил взгляд на прямую Мишину спину:

– Ничего, я как-нибудь переживу. И куда мы вообще идем?

– Не знаю.

Они бездумно брели по алее за Мишей и Ритой. Женя изредка поглядывала на Саву.

– Как у тебя дела? – внезапно спросила она. – Я имею в виду… вообще. Не знаю, прошло уже столько времени, ты изменился. Эти волосы, татуировка… ты куришь! Может, у тебя появилась девушка?

Сава остановился и посмотрел на Женю – она почувствовала взгляд даже сквозь темные стекла очков. Его кожа из-за загара стала еще темнее, в отличие от ее, лишь краснеющей и покрывающейся веснушками.

– Ладно, это слишком личный вопрос, забудь. Я так, к слову…

Женя вцепилась в лямку рюкзака.

– У меня все нормально. – Сава дотронулся до волос, поправляя их, коснулся дужки очков и наконец скрестил руки на груди, спрятав пальцы. – Сойдет. Девушки не появилось. А у тебя?

– Ты хочешь узнать что-то о моей личной жизни?

Сава закатил глаза:

– Я спрашивал про твои дела. Как ты справилась с…

– Нормально. – Женя дернула плечом и нащупала колечко в тоненькой косичке у лица. – Нет, не справилась, но сейчас уже лучше. Потихоньку привыкаю к мысли, что бабушки больше нет.

С горем Женя сражалась одна, и это был ее осознанный выбор: она сбежала не только от Савы, но и от всех сочувствующих слов, которые могли на нее обрушиться.

– Так ты не хочешь спросить, не появился ли у меня парень? – Женя перевела тему, возвращая на лицо улыбку. Перевернула бейсболку козырьком назад.

– Нет, – хмуро ответил Сава. – Не хочу. – Он замолчал, и Женя подумала, что их разговор закончился, как услышала вопрос, заданный будничным тоном: – Так что, у тебя появился парень?

Мимо них проехал ребенок на самокате.

– Да. – Женя кивнула и серьезно продолжила: – Сексуальный качок с третьего курса, весь в татуировках и с железным прессом. – Солнцезащитные очки прятали глаза Савы за темными стеклами, и Женя не могла увидеть, как он отреагировал. Через несколько секунд призналась: – На самом деле нет. Не знаю, зачем я это только что придумала.

– Понятно. Я так и думал.

– Эй!

– Ну вы идете? – Миша обернулся к ним. – Чего застряли там?

Сава усмехнулся и поспешил к друзьям.

– И почему ты не веришь, что у меня может быть сексуальный качок? – обиженно крикнула Женя в Савину спину, догоняя его. Они решили не оставаться в кафе и взяли с собой наггетсы, картошку фри и холодный кофе.

Воздух стал чуть прохладнее из-за возникших в небе облаков, спрятавших солнце. Они дошли до стадиона и расположились на полупустых трибунах. Сава и Рита сели в верхнем ряду, а Миша и Женя – чуть ниже. Рита сняла крышку со стаканчика кофе и начала вылавливать трубочкой подтаявшие кубики льда. На газоне играли дети, некоторые привели сюда собак и бегали с ними под звонкий лай. Женя отвлекалась от разговора, разглядывая милых питомцев. Больше всего ей понравился смешной рыжий корги, который, несмотря на короткие лапы, прыгал невероятно высоко.

– Я больше люблю котов, – сказал Миша, проследив за Жениным взглядом, и макнул картошку в сырный соус. Перед едой он заставил всех вытереть руки влажными салфетками. – С ними не надо гулять, они умеют мурчать, а еще у них смешные влажные носы.

– Я видела твоего кота у тебя в профиле.

– Правда? И как тебе?

– Немного похож на тебя.

– Это комплимент или оскорбление?

– Реши сам. – Женя улыбнулась.

– Хочешь, покажу еще фотки?

– Давай!

Миша достал телефон из кармана и открыл галерею, бóльшая часть которой состояла из фотографий кота в разных положениях.

– Вот здесь ему год. А здесь он играет с любимой игрушкой-мышью. Тут смешно спит. А вот здесь…

– Может, уже обратите внимание на нас? – Рита с наигранной обидой поджала губы, перемешивая трубочкой оставшийся лед. – Котя, мы так редко видимся, а ты смотришь на кота!

– Он не успокоится, пока не покажет все фотки, – ответил ей Сава.

– Ты тоже через это проходил?

– И не один раз.

Рита скрестила ноги в лодыжках и чуть наклонилась, заглядывая в экран Мишиного телефона.

– И как ты это пережил?

– У меня осталась психологическая травма, – Сава снял солнечные очки и положил их на сиденье рядом с собой. – Иногда мне снится его кот и просит посмотреть фотки, я просыпаюсь в поту и больше не могу уснуть.

– Вообще-то я все слышу, – буркнул Миша, не поворачивая голову к Саве. – Ты осуждаешь меня за любовь к коту?

– Можешь просто их игнорировать. – Женя улыбнулась, разглядывая фотографию, на которой кот лежал пушистым пузом кверху.

– Так и сделаю.

– Сава, еще немного, и она украдет твоего друга. – Рита положила ладонь на Савино плечо. – Будь бдительнее.

– Не думаю, – коротко ответил он, и Жене послышался упрек в его голосе, – что она так уж ценит дружбу.

Вдоль позвоночника пробежали мурашки. Женя не стала оборачиваться, чтобы случайно не наткнуться на взгляд Савы.

– Я тоже все слышу, – сказала она, отставляя стаканчик с кофе.

– Хорошо.

Миша убрал телефон и развернулся к Саве и Рите.

– Не хотите поиграть с ними в волейбол? Вам срочно нужно куда-то направить вашу пассивную агрессию. – Миша прикусил губу, ухмыляясь, и указал на нескольких подростков в углу стадиона, перебрасывающихся мячом. – Или, не знаю, сходите на групповую терапию?

– Я пас. – Рита подняла руки. – Сегодня я уже позанималась спортом и уронила подругу в клумбу. Не будем больше рисковать.

– Может, в другой раз? – предложил Сава. – А то сегодня с настроением какой-то отстой. – Эта фраза означала: «Я ничего не забыл».

– А я за! – Женя сняла бейсболку и надела ее на голову Савы. Тот недовольно перевернул ее козырьком назад. – А то голову напечет, мысли всякие появятся, – с улыбкой сказала она и обратилась к Мише: – Ну если ты не боишься испачкать это, – и посмотрела на его белую футболку-поло, застегнутую до самого горла.

– Это вызов? – В Мишиных глазах вспыхнул огонек азарта. – Тогда пойдем проверим. У тебя спрашивать не буду, видел, что ты не боишься испачкаться.

– Это все Рита! – возмутилась Женя, взглянув на пластырь с енотом. Наверное, ей стоило на время оставить руку в покое, но она хотела немного размяться и сбросить энергию.

– Эй!

– Идем уже. – Миша поднялся и потянул за собой Женю. – Можете обсуждать нас сколько угодно.

– Этим и займемся, – согласилась Рита. – Спасибо за идею.

Миша подмигнул ей.

– А ты не такой зануда, как я думала, – шепотом сказала Женя, спускаясь по ступенькам.

Они направились к подросткам под любопытные взгляды. Женя чувствовала, как боль в груди снова утихает. Она все чаще пропадала, пока Женя находилась рядом с друзьями.

Возможно, она все-таки совершила ошибку, когда сбежала и решила справляться с потерей одна. Возможно, она еще могла все исправить.

Возможно…