В фургоне всё было так, как они оставили. Только спальный мешок и смятые подушки на матрасе говорили о том, что Вилли провел здесь ночь. Он смущенно скатал спальник и взбил подушки. Труда подавила смешок.

– Как ты думаешь, когда Фред догадается, где ты? – Шпрота оперлась на край стола. – Или он уже знает?

– Откуда? – пробормотал Вилли, запихивая подушки в шкаф, где он их вчера нашел. – А как у вас вообще появился этот фургон? Он просто стоял здесь пустой?

– Труда получила его в подарок от отца, – крикнула Фрида из кухонного уголка, где ставила воду для чая на плитку. – Он не хотел, чтобы мама Труды получила его после развода.

– Ага. – Вилли сел на матрас и огляделся. – Вы можете еще плакаты развесить. Или вы больше фотографии кур любите?

– А ты особенно об этом не беспокойся, – сказала Шпрота. – Это штаб-квартира нашей банды. Мы тебе только ненадолго убежище предоставляем, ясно?

– Ясно. – Вилли насмешливо взглянул на нее. – И вы вышвырнете меня наружу, если я буду вести себя не как курица?

– Абсолютно верно, – сказала Шпрота. – Кроме того, руки прочь от шкафов.

– Послушай, Шпрота! – Мелани прищурилась. – Прекрати говорить таким тоном. Ему и без того неслабо досталось!

Шпрота пожала плечами и посмотрела в окно.

– Припрячьте наши велики поглубже в кусты, – сказала она Вильме и Труде. – Готова поспорить, к нам скоро еще пожалуют гости. Фред всё-таки не такой идиот.

Вильма сорвалась и побежала наружу. Труда лениво последовала за ней.

– Кстати, Вилли, госпожа Роза рассказала нам, что охранник на свалке позвонил твоим родителям, – сказала Фрида, доставая пакет с мороженым из холодильника.

Они положили его сюда за день до этого. Оно немного подтаяло, но есть было можно. Мелани помогла ей разделить эту кашу на шесть мисок и посыпала сверху шоколадной крошкой.

– Этот хмырь знает моего отца по работе, – проговорил Вилли. – Ну надо же, такое невезенье, именно он сидел в этой будке.

– Или везение. – Мелани вручила ему миску с мороженым. – Чужой человек обязательно бы в полицию заявил. А так твой отец может втихаря сам привести бульдозер в порядок. Обойдется в несколько раз дешевле.

– Это всё равно совсем не дешево, – проговорил Вилли, с недоверием тыкая ложкой в мороженое. – Незнакомый охранник просто бы сказал, что видел какого-то мальчишку. Как бы они тогда до меня добрались? Между прочим, я поджарил себе утром несколько яиц и взял немного хлеба. Не дадите мне еще хоть чуть-чуть?

– Хлеба? Без проблем. – Мелани рысью устремилась в кухонный угол. – Где у нас хлеб?

Не говоря ни слова, Фрида подвинула ей пакет с хрустящими хлебцами, колбасу и масло.

– Послушай, Мелли, хлеб он сам мог достать, – сказала Шпрота. – Ты носишься вокруг него, как персональная официантка.

Мелани покраснела до корней волос.

– Ты же хотела, чтобы он по шкафам не лазил. Как он может тогда сделать что-то сам, интересно?

Она в гневе протиснулась мимо Шпроты к Вилли, села рядом на матрас и поставила ему на колени тарелку с хлебцами.

– Спасибо! – пробормотал он и уплел все хрустяшки быстрее, чем куры бабушки Слетберг рубают капустные листья. – Да плевать, что там с охранником, – сказал он с полным ртом. – Я в любом случае давно собирался смыться из дома. Вот и смылся.

– Как смыться? – Мелани потрясенно смотрела на него. – Как это? Куда?

– На корабль какой-нибудь, – ответил Вилли, не глядя на нее.

Дверь фургона распахнулась, и, впуская внутрь поток холодного воздуха, вошли Вильма и Труда.

– Задание выполнено, – отрапортовала Вильма и, довольная, плюхнулась на скамью. Труда села рядом, поиграла серьгой и стала украдкой посматривать на Мелани и Вилли.

– На какой-нибудь корабль, ой не могу! – Шпрота насмешливо выпучила глаза. – Как ты это осуществишь-то? Ты что, думаешь, тебя просто так возьмут? Ты ведь стопудово не можешь бак от юта отличить, или как там всё это у них называется!

– Да я туда тайком пролезу! – рассердился Вилли. – Постоянно же в газетах пишут про это. Один даже вон на самолет пробрался. До Австралии долетел. Кстати, не старше меня был. Кроме того, я хочу прямо до Америки.

– Опять эта Америка! – Фрида поставила на стол чай и села у окна со стаканчиком йогурта в руках. – Можешь объединиться с матерью Шпроты.

– Не, ты забыла про объявление Вильмы, – сказала Мелани. – У матери Шпроты теперь с Америкой ничего не получится. Может, конечно, случиться, что ей столько идиотов позвонит, что она в конце концов спасется бегством.

Они с Фридой захихикали. Вилли смотрел на них, ничего не понимая.

– Ха-ха, как смешно! – прошипела Шпрота. – Тему не хотите сменить? – Она снова повернулась к Вилли. – В Америку просто так не отъедешь, забудь. Даже у взрослых не получается. Поверь, я в курсе, моя мать ни о чем другом нынче не говорит.

– Эй, тихо вы! – Вильма резко поставила чашку и прижалась носом к стеклу. – Там у ворот кто-то есть.

– Где? – Труда, всполошившись, пыталась посмотреть поверх ее головы. – Да это же парни! – крикнула она. – Все трое!

– Головы от окна уберите! – Шпрота оттащила их от окна и задернула занавески. И стала в щелку смотреть наружу.

– Они идут сюда? – прошептала Труда.

Шпрота кивнула.

– Да что вы, в самом деле, – вздохнула Мелани. – Вы ведь не собираетесь всерьез в прятки играть? Мы ведь не в детском саду, или?..

Остальные четверо ее не слышали. Все прильнули к занавескам и выглядывали наружу.

– Такое впечатление, что они крадутся к страсть какому опасному объекту! – прошептала Вильма.

– Тсс! – прошипела Шпрота. – Если ты нас выдашь, ты пропал, парень, – прошептала она Вилли. – Только вякнешь – и всё, забудь про свое убежище.

Вилли только пожал плечами. Мелани показала Шпроте язык и подсунула свою ладошку под ладонь Вилли. Он свою руку не отдернул. Думать об этом Шпроте было некогда. Одним прыжком она соскочила со скамьи, подлетела к двери и приложила к ней ухо.

– Тотально идиотская идея! – гнусавил Тортик снаружи. – Как он мог здесь спрятаться? Эти девчонки постоянно здесь пасутся!

– Ах ты умник вонючий! И где же они сейчас? – Это был голос Фреда. – Вилли! – крикнул он. – Вилли, ты здесь?

Шпрота бросила на Вилли грозный взгляд. Тот покрутил у виска.

– Ну и кто теперь у нас вонючий умник? – издевательски спросил Тортик. – Его тут нет.

– Давайте фургон осмотрим, – сказал Стив, стоя под окном. – Ребята, это лучшая штаб-квартира, какую я вообще на свете видел. А теперь у них еще и настоящие куры есть – словно живой символ. Я думаю, нам тоже надо себе символического зверя завести. Самое лучшее было бы что-то из дремучего леса, ядовитый паук с волосатыми лапами или что-то в этом роде. Но ручная крыса тоже ничего бы пошла. Лабораторная такая крыса, мы бы ее спасли от этих садистов от науки. Вы как думаете? Классно было бы, да?

– Хорош гнать. В данный момент у нашей банды даже квартирки нет, – огрызнулся на него Фред. – Мы зверька-то нашего где будем держать, а?

– Мы бы его по очереди домой брали. – Стив стал смотреть в окно, пытаясь разглядеть что-то за занавеской, но девчонок не обнаружил.

– Стив, ты норм? – Тортик захихикал. – Ручная крыса! Моя мать с визгом на стол запрыгнет. Она от мышек простых шарахается.

– Вы заткнетесь, нет? – взревел Фред. Он поднялся вверх по лесенке. – Ну вот. Смотрите! Замок взломан. Если это не перочинный нож Вилли, тогда я не знаю… – Он оглянулся, ища что-то глазами.

– Но точно так же могло случиться, что эти глупые Куры потеряли ключ, и пришлось ломать замок! – сказал Стив упавшим голосом. – Я считаю, надо сматываться.

– Эй, уже всё, намочил штанишки? – спросил Тортик. – Ты что, боишься, что они тебе глаз выклюют, если здесь застанут?

Вильма зажала рот рукой, чтобы не расхохотаться. Труда прыснула в рукав. А Вилли столкнул миску с мороженым с матраса. Намеренно, разумеется.

– Стоп! – проговорил Фред. – Там что-то было.

Шпрота в гневе посмотрела на Вилли.

– Вилли! – крикнул Стив дрожащим голосом. – Вилли, это ты?

– Эй, Шпрота, прекрати этот цирк, хорошо? – прорычал Вилли.

Шпрота подала знак Вильме. Вместе они так резко толкнули дверь, что Фред упал навзничь и скатился с лестницы к ногам Стива. В довершение всего Вильма полила его в лицо из водяного пистолета. Все Пигмеи за мгновение вымокли до нитки – она била водой метко и быстро.

– Эй, ты слишком много вестернов смотрела, кажется! – проворчал Стив, вытирая очки. – Стоишь там как поганый шериф со своим плюхплюхлетом.

– Найди себе дерево, предводитель карликов, – сказала Шпрота сверху вниз, – чтобы мы зарыли под ним твое честное слово.

– Куриная болтовня! – проговорил Фред в гневе, вставая и вытирая рукавом лицо. – Я сдержал свое слово. Ты просто плохо слушала.

– Ты, куриная какашка! – презрительно сказала Вильма. С пистолета в ее руках еще капали капли. – Это называется куриная какашка. Ты дал честное слово за нами не шпионить, и ты его нарушил, вот и всё.

– Вообще, мы сюда пришли, потому что мы ищем Вилли! – оскорбленно сказал Стив.

– Забудь! – прорычал Тортик и сплюнул. – Бабы такого не понимают. И более того – не хотят понимать.

В этот момент Мелани отодвинула занавеску и Вилли постучал в окно. Он прижал нос к стеклу и показал им всем язык.

– Так он там! – не веря своим глазам, воскликнул Стив. – Чёрт, Фред, ты был прав, его действительно Куры приютили.

Толкаясь и гомоня, Пигмеи полезли вверх по лестнице.

– Стойте, стойте, вы что, взбесились? – Вместе с Вильмой Шпрота сдерживала напор мальчишек. – Вы что, думаете, что мы всех вас пустим там разгуливать? Вилли – это чрезвычайный случай, но вас это не касается.

– Перестань, Шпрота. – Фрида толкнула ее в спину. – Ребята же волновались. Впусти их.

Шпрота нехотя посторонилась. Вильма неторопливо убрала водяной пистолет и тоже отступила в сторону.

– Нет, вы только посмотрите, полный отпад! – сказал Стив, оглядываясь в фургоне.

Фред только наморщил лоб, но не смог удержаться и тоже огляделся.

– Ого, – изрек Тортик, разглядывая звезды у себя над головой. – Немножечко стремно. Я бы тут пару космических кораблей добавил. Но матрасик для нежных свиданий тут кстати. Как раз на мой рост.

Он посмотрел на Фриду, которая стояла у холодильника, скрестив руки на груди.

– Еще одна умная мысль в стиле мачо, и ты полетишь в дверь птичкой, понял?

– Брось эту хренотень, Тортик. – Фред сел за стол рядом с Вилли. Мелани встала и пошла в направлении холодильника. Вилли провожал ее взглядом. – Слушай, круто, что мы тебя нашли, – сказал Фред и ударил его по плечу. – Я уже думал, что мы тебя никогда больше не увидим.

Вилли в смущении провел по волосам.

– Бульдозеры уже там? – спросил он.

Фред кивнул.

– Мы после школы туда заехали на минуту. Полный треш.

– Всё всмятку, – сказал Стив и пристроился рядом с Фредом. – Они еще новый бульдозер пригнали. Тот, который ты вырубил, стоит у обочины и ржавчиной обрастает. Пруд уже засыпали. Пара безумных квакушек там еще скакали. В панике. Мы их поймали и в пруд к деду Фреда засунули, но они ведь метать икру всё равно на старое место вернутся, где родились, дуры несчастные. И если у них получится через шоссе перескочить и машины их в лепешку не превратят, тогда икру метать им придется на горы мусора.

Стив вздохнул. Лягушек он любил больше всего. Он часами иногда сидел на берегу пруда и следил, как они плавали в темной воде. Но это тоже теперь осталось в прошлом.

– У меня крыша просто съехала от всего этого, – пробормотал Вилли. – Съехала, и всё.

– Ты бы еще сахарку в бензобак кинул, – сказал Тортик. – Двигатель замолк бы навеки.

– Вот круто было бы. – Фред посмотрел на него с раздражением. – Чтобы он до пенсии не расплатился. Слушай, ну не неси ты эту чушь, Тортик, что ты гонишь. – Он снова повернулся к Вилли и положил ему руку на плечо. – Твой отец возьмется задешево отремонтировать бульдозер, – сказал он.

– Да слышал я уже, – проговорил Вилли.

Он смотрел за окно. Мелани снова села за стол и теперь озабоченно на него поглядывала.

– А дальше что делать будешь? – Тортик бросился на большой матрас. Когда Фрида на него посмотрела, он скорчил рожу. Насчет кривляний Тортик вообще был мастер. Раньше Фрида над этим смеялась, но теперь рассерженно повернулась к нему, открыла дверь фургона и села снаружи на лестницу.

– Эй, Фрида, тут холодно становится! – крикнула Вильма.

– Да ладно, – проговорила Труда и села рядом с Фридой. – Свежий воздух никому не повредит, верно?

Фрида улыбнулась ей. Вместе они стали смотреть на кур, которые клевали зернышки, рылись в соломе и ни о чем не подозревали.

– Мы сказали Вилли, что он может пока, первое время, остаться здесь, – сказала Шпрота Фреду. – Пока его отец не остынет немного.

– Ну, процесс может затянуться, – сказал Стив. – Этот тип не остывает от слова никогда.

Он с мрачным видом достал из кармана куртки карты и начал их раскладывать.

– Убери эту гадость подальше! – не выдержал Фред.

Стив, обидевшись, убрал карты.

– А как мы узнаем, что он типа остыл? – спросил Тортик и сел.

– Люди, забудьте! – Вилли вскочил и направился к входной двери. – Домой я при любом раскладе больше не вернусь.

Фрида повернулась к нему.

– А про свою маму ты подумал? – спросила она.

Вилли опустил голову и пнул дверной косяк.

– Эй, это наш фургон, а не экскаватор! – прикрикнула Шпрота.

– Ой, простите, – пробормотал Вилли. Он смотрел вдаль, на кур.

– Наверное, надо сказать госпоже Розе, где ты, чтобы она успокоила твою мать? – спросил Фред.

– Ты рехнулся? – Вилли обернулся, совершенно ошарашенный. – Не пройдет и часа, как мой старик уже будет здесь. Никому ничего не говорите, пока я не решу, что делать, ясно?

– Ясно. – Фред пожал плечами.

Все молчали.

– Что… – Вильма поправила обруч на голове, – что будет, если выяснится, что Вилли прячется у нас? У нас тогда тоже будут неприятности из-за бульдозера?

– Ну и что? – через плечо спросила Фрида.

– Весь мир полон разных неприятностей, – заявила Труда и потеребила серьгу. Мочки больше совсем не болели.