Мелани они нашли возле карусели. Она стояла и смотрела, как Труда и ее двоюродный брат катаются на пожарной машине. Оба втиснулись в маленький автомобильчик. Паоло как безумный звонил в колокольчик над самой головой, а Труда, хохоча, сидела на заднем сиденье.

– Мелли, подруга, куда ты внезапно исчезла? – спросила Вильма. – Ты же даже свой выигрыш не посмотрела. Вот он.

– Спасибо, – пробормотала Мелани. Она равнодушно развернула билетик. – Так и знала, пустой. Поехали прямо к фургону. Еще кассет прихватила и пару постеров.

– Не, сейчас едем к Пигмеям! – сказала Шпрота.

Карусельная музыка оглушительно гремела у нее в ушах.

– Они хотят свой гарантийный купон использовать, – пояснила Вильма.

– А, ну ясно. – Мелани кивнула. – Завтра же бульдозеры приедут. Поэтому мальчики в полном ауте.

Карусель крутилась всё медленнее и наконец остановилась. Труда и Паоло, с трудом передвигая затекшие ноги, выкарабкались из пожарной машины.

– Ну что, еще один круг? – крикнула Труда.

– Нет! – откликнулась Шпрота. – Срочно надо уезжать. Помочь парням их домик на дереве освободить!

Труда, расстроившись, закусила губу. Паоло взял ее за руку и повел сквозь толпу напиравших детей, которые ждали своей очереди на карусель.

– Ну что ж, – пробормотала Труда, останавливаясь рядом с другими Курами.

– До вечера, – сказал Паоло, ущипнул ее за мочки ушей, по-прежнему красные, и отправился прочь. Труда с тоской смотрела ему вслед.

Вильма захихикала.

– Просто не верится. Ну честно, Труда. От тебя я такого никогда не ожидала.

Труда покраснела до кончиков ушей.

– Пошли, – сказала Фрида и взяла ее под руку. – Ты где велосипед оставила?

– Возле почты, – пролепетала Труда.

– Наши тоже там стоят, – сказала Вильма.

Молча они пошли сквозь шумную толпу. Запах колбасок разбудил чувство голода. Фрида купила на всех большой пакет попкорна, и они отправились в сторону свалки.

* * *

– Надеюсь, всё это продлится недолго, – сказала Шпрота, когда они припарковали велосипеды у высокого забора. – Мне совершенно не нравится, что в первый же день несушки остались одни.

– Кто-нибудь из нас потом поедет вперед и присмотрит за ними, – предложила Фрида.

Шпрота кивнула.

Над лесом кружил ястреб. Шпрота озабоченно посмотрела на небо.

– Ты сетки натянула? – спросила она Вильму, когда они пробирались к домику на дереве.

Вильма кивнула.

– К ним никто не проникнет. Кстати, – она высморкалась, – я объявление разместила.

– Какое объявление? – спросила Шпрота.

Вильма засмеялась.

– Ну, брачное объявление, про твою маму. Во вторник оно выйдет.

Шпрота замерла. Потрясенная, она смотрела на Вильму.

Мелани начала хихикать.

– Обалдеть! А что ты там написала, Вильма? Ну же, рассказывай!

– Во вторник? – воскликнула Шпрота. – Оно во вторник появится? Отменяй его срочно. У мамы будет инфаркт, если вдруг начнут звонить сплошь крутые парни. Кроме того… – она задыхалась от возмущения, – кроме того, ей такие кошмарные мужчины нравятся, это полная катастрофа. Она точно выцепит самого ничтожного из всех, кто позвонит!

Раздосадованная Вильма чихала в платок.

– Я то думала, ты тоже этого хочешь, – бормотала она. – Чтобы не надо было уезжать в Америку, чтобы мы остались здесь все вместе…

– Нет, я просто не врубаюсь! – простонала Шпрота.

– Ладно, Вильма, говори, – Мелани по-прежнему смеялась, – что ты написала?

Вильма боялась поднять на Шпроту глаза.

– «Привлекательная таксистка среднего возраста ищет мужчину, чтобы было к кому прижаться».

Труда закусила губу, а Фрида и Мелани беззвучно прыснули. Они так покатывались, что приходилось держаться друг за друга.

– Ну, кратенько, просто текст подлиннее был бы дороже! – сказала Вильма.

Шпрота только хлопала глазами.

– Ну теперь-то она точно поедет в Америку, – простонала она. – Как только первый ухажер безмозглый позвонит. Черт побери, Вильма!

Дальше они шли молча. Мелани и Фрида всё еще подхихикивали.

– Одно ясно как день, для встреч банды у меня больше времени не будет, – проговорила Шпрота. – Придется непрерывно учить английский.

На этот раз никакой музыки сверху из домика Пигмеев не доносилось. Слышен был только стук молотков. Ни голосов, ни смеха. Когда Дикие Куры вышли к краю пруда, Тортик и Фред стояли у основания лестницы и вытаскивали гвозди из досок, которые они сами красили на прошлой неделе. От домика остался один скелет. Даже рубероид с крыши уже был снят. Окна, подаренные дедушкой Фреда, когда сносили его садовый домик, коврики, присланные мамой Стива, керосиновые лампы, купленные на свои сэкономленные деньги, сундук, матрасы, кастрюли, посуда – всё было сложено внизу, на берегу пруда, запаковано и перевязано бечевками.

– Привет, – хмуро бросил Фред, заметив девочек. – Некоторые вещи нам на великах не увезти, но Стив тележку раздобыл. А вечером приедет мой отец на машине прямо к опушке леса.

Шпрота кивнула:

– А вещи куда денете?

Фред откашлялся:

– На первое время к моему деду. Навсегда их там не оставишь, но на пока… – Он пожал плечами.

Мелани посмотрела наверх, где Стив как раз разбирал перила вокруг площадки. Вилли сидел на краю, болтая ногами, и смотрел в сторону свалки, где сквозь голые деревья хорошо были видны бульдозеры.

– Эй, Вилли! – крикнул Тортик. – Пассатижи брось вниз, вон те большие, ржавые.

– Он просто совсем никакой, – сказал Фред и бросил в сторону кучи у пруда большую доску. – Он же здесь бывал чаще, чем дома.

– Гляну сейчас, остался ли в термосе кофе! – крикнул сверху Стив. – Куры, я надеюсь, пьют кофе?

– Придется! – Шпрота с иронией посмотрела на Фреда. – Вы эту штуку действительно любите или пьете кофе, только чтобы взрослыми себе казаться?

Фред невольно ухмыльнулся.

– Галантно, как всегда! – сказал он. – А что еще можно пить, чтобы согреться? Чай – напиток для девочек, какао – для малышей, а от глинтвейна быстро пьянеешь.

– Мне кофе дают, только в нем море сахара! – крикнула Фрида.

– Без проблем. – Стив исчез внутри остова домика, чтобы принести сахар. Вилли всё еще не шевелясь сидел на краю площадки.

Тортик отбросил молоток и полез наверх.

– Помогу Стиву, – бросил он через плечо.

Фред продолжал вытаскивать гвозди из досок. Шпрота взяла столярный молоток Тортика и помогала ему, а Фрида и Вильма упаковывали матрасы в пластиковые мешки. Небо опять обложило. Мелани помогала девочкам, но то и дело смотрела наверх, на Вилли.

– Кофе готов, – крикнул сверху Стив. – Давайте поднимайтесь!

– Стол мы уже разобрали, – сказал Тортик, когда все были наверху, и поставил картонные стаканчики на деревянный пол. Пигмеи когда-то потратили целых четыре дня, чтобы построить на дереве эту площадку. Ни ветер, ни дождь были ей не страшны.

– Она бы еще век стояла, – сказал Фред и постучал кулаком по доскам.

– Совершенно точно. – Стив налил всем кофе, вернулся на свое место и угрюмо посмотрел в карты. – Ничего хорошего не вижу, – пробормотал он. – Как ни разложишь, всё равно прогноз мрачный.

Мелани принесла Вилли стаканчик с кофе.

– Вот, – сказала она. – Осторожно, горячо. Сахар тебе положить?

Вилли покачал головой и не глядя взял стаканчик. И снова молча стал смотреть на бульдозеры. Мелани постояла в нерешительности, потом снова присоединилась к остальным.

– Где, еще раз, живет твой дед? – спросила Шпрота у Фреда. Кофе она, собственно говоря, не любила, но сегодня он был уместен.

– Сразу за лесом, где садовые участки, – ответил Фред. – К счастью, здесь недалеко. Нам надо сделать туда несколько ходок, пока не стемнело. Да, матрасы и другие крупные вещи заберет мой отец сегодня на машине, я говорил.

– Эх, теперь у вас штаб-квартира есть, а у нас нет, – сказал Стив. – Ну разве не безумно?

– Счастье Курам, несчастье Пигмеям, – пробормотал Тортик и уставился на свою дымящуюся кружку. – Всё у Стива в картах так и было.

Фрида посмотрела на него недоверчиво.

– Ты что, и вправду во всё это веришь?

Тортик враждебно посмотрел на нее.

– Ясное дело. А ты нет?

Фрида отрицательно помотала головой.

– Эй, Вилли, – сказал Фред, – кончай туда пялиться. Подруливай к нам. Мы новый дом на дереве построим, гораздо лучше этого.

– Я не хочу новый, – пробурчал Вилли, не оборачиваясь. – Три года мы этот дом отстраивали. А эти сволочи хотят уничтожить всё в один день, и всё из-за этой поганой свалки! – Он рывком вскочил на ноги. – Но этим я покажу! – закричал он. Ни на кого не глядя, он бросился к лестнице.

– Эй, ты что задумал? – спросил Фред.

Но Вилли не отвечал. Он прыгал вниз по лестнице, а потом они услышали, как он напролом бежит через лес. Стив со стоном закрыл лицо руками.

– Ну всё, сорвался со всех катушек! – пробормотал Тортик, подбежал к краю площадки и стал смотреть вслед Вилли.

– Да не стой ты как придурок! Шевелись! – Фред помчался к лестнице. – У него же бред какой-то на уме. Его догнать надо!

– Догнать? Как? – крикнул Стив.

– Как-то!!! – крикнула в ответ Шпрота, оттолкнула его в сторону и поскакала по лестнице вниз.

Мелани была уже внизу. Плечом к плечу Куры и Пигмеи помчались по лесу. Один раз они Вилли почти догнали, когда он запнулся о корень и, когда вставал, запутался в колючих плетях ежевики. Но Вилли был самым ловким из всех. Даже Шпроте с ее длиннющими ногами догнать его не удавалось. Когда они с Фредом выскочили из леса, Вилли уже стоял перед воротами на свалку. Ворота были закрыты, замок обмотан тяжелой цепью, но Вилли это не смутило. Ни секунды не колеблясь, он стал карабкаться вверх по железной ограде.

– Вилли! – заорал Фред. – Вилли, стой! Не глупи, чтоб тебя!

Он попробовал схватить Вилли за ногу, но тот ударил его ногой по руке, перевесился через ограду и спрыгнул с той стороны. Тяжело дыша, он огляделся, потом помчался к груде строительного мусора и схватил железный прут.

Мгновение Фред колебался, но потом тоже полез наверх, а за ним Шпрота. В запале Фред случайно задел ее ногой по лицу. Мелани, перебирая прутья решетки, лезла следом. Шпрота с тревогой посмотрела на будку охранника: там горел свет и человек за окном читал газету. Радио у него гремело на всю свалку.

– Вы остаетесь там! – крикнул Фред Стиву и Тортику, когда они попытались было взобраться на ворота.

Вилли с железным прутом в руках помчался к бульдозерам.

– Вы, проклятые уроды! – заорал он. – Проклятые ублюдочные уроды!

Изо всех сил он ударил железным прутом по прожектору на бульдозере. Осколки полетели под ноги Фреду и Шпроте.

– Прекращай, Вилли! – закричал Фред и схватил его за руку. Шпрота попыталась вырвать у него из рук железный прут, но Вилли был среди них всех самым сильным. Без труда он отбросил обоих, помчался дальше и разбил еще один прожектор.

– Вилли! – крикнула Мелани и попыталась встать на его пути перед очередным бульдозером. – Вилли, перестань! Пожалуйста! Это плохо кончится для тебя!

Но на этот раз и она оказалась бессильна.

– Оставь меня в покое! – набросился на нее Вилли. Потом он вскарабкался на бульдозер, покрепче зацепился за него и ударил по ветровому стеклу. Шпрота услышала, как посыпались стекла.

– Помоги мне! – позвал Фред. В отчаянии оба стали подпрыгивать, пытаясь дотянуться до Вилли и сбросить его вниз, но он пинал их и отбивался свободной рукой.

– Фред! – заорал из-за ворот Тортик. – Фред, осторожно! Охранник идет!

Охранник.

О нем все забыли.

Радио у него звучало на прежней громкости, но, видимо, он всё-таки что-то услышал. Дверь будки распахнулась, и он большими шагами стал приближаться с бейсбольной битой в руке. Увидев, что у ворот одни только дети, он в недоумении остановился. А затем наверху, на бульдозере, он обнаружил Вилли, который со слепой яростью молотил железным прутом по стеклу.

– Эй ты! – закричал охранник и подбежал к бульдозеру. – Ты рехнулся? Спускайся немедленно. И прут брось вниз.

– Вилли, уматывай! – заорал Фред.

Вместе со Шпротой и Мелани они преградили дорогу охраннику.

– Что вам здесь надо? – закричал тот, пытаясь вырваться из цепких рук, которые хватали его со всех сторон. – Это что, новая воскресная игра? Бульдозеры бить?

Охранник в ярости вырвался, ударом бейсбольной биты уложил Фреда на асфальт и побежал к бульдозеру.

Когда Вилли его увидел, он застыл. Бросил вниз железный прут, запрыгнул в кабину и выскочил с противоположной стороны.

Фред, Мелани и Шпрота еще раз преградили охраннику путь, но он внезапно встал как вкопанный и стал смотреть туда, где исчез Вилли.

– Стой, я знаю тебя! – зарычал он. – Вернись, я знаю тебя!

Вилли выскочил за бульдозером и помчался без оглядки к ограде. Тортик и Стив побежали ему навстречу, чтобы помочь перебраться на их сторону. Охранник же так и стоял, как будто к земле прирос. Он провел по волосам и вновь позвал Вилли, который уже сидел верхом на ограде.

– Парень, я ведь тебя знаю! – опять закричал охранник. – Да беги себе, не бойся. Я ведь тебя знаю.

– Пошли! – Фред потащил Шпроту и Мелани обратно к воротам. Шпрота всё время оглядывалась, но охранник и не думал к ним приближаться. Он смотрел только на Вилли. Тот же оттолкнул все протянутые к нему руки, спрыгнул на землю и, как слепой, помчался обратно в лес.

– Давайте, уходите поскорей отсюда! – кричал Тортик, когда Фред и девочки перебирались через ворота.

– Да, убирайтесь! – взревел охранник и пошел изучать разбитые прожекторы. – Пока я ваши лица не запомнил.

Вместе Куры и Пигмеи побежали прочь. Труда всхлипывала, а Вильма всё время сморкалась в платок.

– Ну что, Стив! – прохрипел Фред, пока они бежали к домику. – Что-нибудь было про это в твоих картах?

– О, проклятье! – запричитал Стив, ловя ртом воздух. – Ведь у нас будут неприятности! Да еще какие!

– Интересно, сколько стоит такое стекло на бульдозере! – пробормотала Мелани. Она бежала всё быстрее, быстрее, быстрее. Уже никто не мог ее догнать.

– Эй, Мелли, не гони так! – крикнула Шпрота. – Всё равно сейчас слишком поздно.

Но Мелани ее не слушала. Ей было всё равно, что ботинки будут в грязи, что ежевичные плети царапают кожу, что брюки порвались. Она неслась по лесу всё быстрее, словно кто-то гнался за ней по пятам.

– Если об этом узнает отец Вилли, – проговорил Тортик, – он его в кровь изобьет.

Труда в ужасе на него посмотрела.

– Он домой не пойдет, – сказал Фред.

Тяжело дыша, они добрались до пруда. Мелани тут же вскарабкалась по лестнице наверх.

– Его тут нет! – крикнула она в отчаянии.

– Ясное дело, что ему тут делать? – ответил Тортик и оглядел горы вещей на берегу.

– Но куда же он побежал? – спросила Фрида. Она с тревогой посмотрела наверх, на Мелани. Та сидела вверху на площадке и плакала.

– Большой карманный фонарь исчез, – констатировал Фред. – И один спальник.

Они искали Вилли, пока не стемнело. Сначала по лесу бегали пешком, потом сели на велосипеды. Они позвонили к нему домой, позвонили его взрослой сестре, которая уже год как жила в отдельной квартире. Вилли нигде не было. Нигде.

Только когда окончательно стемнело и они уже не знали, где еще его искать, они прекратили поиски. Вещи Пигмеев по-прежнему лежали на берегу пруда.

– Я уговорю отца съездить сюда дважды, – сказал Фред, когда они, обессилев, вернулись после поисков.

– Мы еще чем-то можем помочь? – спросила Фрида.

Фред помотал головой.

– Бросьте. Поезжайте спокойно к своим курам. Вы же точно еще к ним поедете?

– Естественно, – проговорила Шпрота. – Тогда до завтра.

Девочки молча поехали к основной дороге.

– Нам всем туда, к фургону, ехать не обязательно, – сказала Шпрота. – Уже довольно поздно, и, если вам надо домой… – Она взглянула на остальных. – Я буду рада, если со мной поедет хоть одна из вас. Потому что темно хоть глаз выколи.

– Я прямо не знаю. – Мелани опять начала всхлипывать.

– Ты едешь домой, – сказала Фрида и обняла ее за плечи. – А я со Шпротой еду к курам.

– Ну хорошо. Потому что у меня тоже больше нет времени, – сказала Вильма. – Отец собрался математикой со мной позаниматься. Он и так будет недоволен, что я так поздно.

Труда смущенно ковыряла грязь носком ботинка.

– Я, честно говоря, собиралась с Паоло в кино. Он ведь завтра домой уезжает, но…

– Отправляйтесь все, – сказала Шпрота и подкатила свой велик к велосипеду Фриды. – Завтра увидимся. Надеюсь, завтра получше денек будет.

Куры чувствовали себя прекрасно. Они все сидели в сарае. Когда Шпрота осветила их фонариком, чтобы пересчитать, они рассерженно заквохтали, словно их две недели не кормили.

– Счастье! – вздохнула Шпрота. – Все на месте.

– Ты слышишь их вопли? Ведут себя один в один как у твоей бабушки, – сказала Фрида и дощечкой закрыла лаз, ведущий к выгулу. И на всякий случай большим камнем привалила. Защита от незваных гостей.

– Вильма права, – прошептала Фрида, когда они снова вышли наружу. – Здесь жутковато в темноте.

Угольно-черные деревья простирались до небес. До ближайшего фонаря на дороге было бесконечно далеко. Только звезды сияли вверху да где-то вдали светилось несколько окон.

– Ты слышала? – прошептала Фрида и схватила Шпроту за руку.

– Что? – спросила Шпрота, закрывая сарай. Она привинтила к дверям два засова. Один внизу, второй в середине. На всякий случай.

– Я прямо не знаю… – пробормотала Фрида и огляделась.

– Да брось ты, – тихо засмеялась Шпрота. – В фургон заглянем?

– Не-е, – ответила Фрида с содроганием в голосе. – Давай домой поедем сразу.

Вместе они побрели по мокрой ночной траве к дороге. Шпрота закрыла ворота и прикрутила их проволокой.

– Кто их утром будет кормить? – спросила Фрида, пока они ехали по темной дороге.

– Мелани и Труда, – ответила Шпрота. – Будет немногим светлее, чем сейчас.

– Зима проклятая, – пробормотала Фрида.

– Да, но у нас есть штаб-квартира, – сказала Шпрота. – А у парней с завтрашнего дня больше никакой штаб-квартиры не будет. Даже если у одного бульдозера разбито ветровое стекло и нет прожекторов.

– Об этом я даже думать не хочу, – сказала Фрида.

И всю обратную дорогу они молча ехали и думали о том, где же Вилли и боится ли он темноты.