Живописец Пьеро ди Козимо ненавидел детский плач, болезненный кашель, колокольный звон и хоровое пение монахов.

Но когда шёл дождь, он с удовольствием его слушал:

– Дрип!

– Дрип!

– Дрип!

А во время грозы – при раскатах грома – Пьеро ди Козимо страшно пугался:

– Оро-гро-горо-оро!

Тогда он накидывал на голову плащ и прятался в самом дальнем углу своего дома.

Меня эти сведения из жизни гения завораживают не меньше его лучшего произведения – «Смерти Прокриды».

А почему?

Павел Улитин однажды написал: «Иголку потеряла: событие. Иголку нашла: событие».

Это идиллично и идиотично одновременно.

Оживители – они идиоты, но только в подлинном, греческом и неоскорбительном значении этого слова.

Они верят в маму, а не в дату своего рождения.

Они верят в мёртвого Иисуса, а не в живого папу римского.

Они верят себе, себе и только себе.

Так и надо.

Не верить же, в самом деле, тому, что пишут корреспонденты газеты The Guardian и мои собственные интернет-корреспонденты?

Один – начинающий прозаик из Петербурга – недавно такое настукал: «Можно писать не только в лоб власти, но и мимо».

А я: «Неужели ты не понимаешь, Гриша, что подлинный уход из свинства возможен только вместе с рукопашным боем, а иначе это мнимый уход, эскапизм, ложь и слабость?»

На этом переписка оборвалась.

Вот так: «Иголку потеряла: событие. Иголку нашла: событие».

А Роман Абрамович – он-то тут при чём?

А при том: «ДА ПОБРЕДЁТ НАГИМ МИЛЛИОНЕР!»