– Меня укачивает, – мрачно оповестил Ла-гуа. – Они всё же везут императрицу, а не мешок с рисом. Нельзя, что ли, поаккуратнее?Мы проделали уже половину пути, но ему практически сразу ничего не понравилось. И всё это время Ла-гуа гундел, что можно было бы и карету понаряднее, и лошадей побыстрее, и сопровождение позатейливее.В то время как мне самой было на это всё откровенно плевать. Едем? Отлично. Значит, у меня есть время сосредоточиться и подумать о том, как быть дальше.Я прекрасно понимала, что решение надо принимать на нейтральной территории. Скажу, что земли отходят клану Серебряного риса – зло затаят Алые молнии. Отдам Алым молниям – Серебряный рис не простит. Если окажется, что первые приукрасили ситуацию, то потакать нельзя. Если потеряли страх вторые, то тоже нельзя закрывать на это глаза.Я тяжело вздохнула. Голова просто идёт кругом. Надо найти решение, которое обезопасит меня, но при этом даст обоим кланам понять, что со мной надо считаться.Ла-гуа пощекотал меня лепестком за ухом.– Сойлинг, ты меня вообще слышишь?– А? Что? – встрепенулась я.Пока Тийа ехала вместе с кучером, я оставалась наедине с собой, поэтому запросто могла тихонько говорить с лотосом.– Я говорю, что ты там собираешься делать? Ведь это же вотчина Пайтун. Неужто не попытаешься узнать что-то полезное?– В плане, какое нижнее бельё она носит?Ла-гуа засопел. Кажется, будь возможность, он бы отвесил мне подзатыльник. Однако физические возможности не позволяли лупить бестолковых императриц, поэтому приходилось использовать другие способы.– Сойлинг, подумай. Вонграт в опасности. Но он был близок с Пайтун. Возможно, она знает что-нибудь полезное.– Может, и знает, – сказала я, так как уже думала об этом. – Но я не уверена, что она согласится делиться этим со мной. Я же для неё пусть не прямой враг, но точно соперница.– Однако если она его любит, то должна помочь, – разумно сказал Ла-гуа.Я ничего не ответила. Кто знает, что такое эта любовь? Одно дело – любить успешного, красивого, богатого, и вообще императора. Другое – если он это всё потеряет. Истинные чувства Пайтун мне неизвестны, поэтому их стоит осторожно прощупать.Мы остановились. Ко мне заглянула Тийа.– Госпожа, не хотите подышать свежим воздухом? Сейчас напоят лошадей, мы двинемся дальше.Я взяла веер и с помощью служанки вышла из кареты. Тут, кстати, для неё было какое-то заковыристое название, но мой мозг напрочь отказывался его усваивать. Поэтому я обходилась определениями попроще.Мы остановились возле небольшого гостевого двора, находившегося на горе. Внизу расстилалась зелёная долина. Часть деревьев и кустов цвела крупными розовыми и белыми цветами, превращая долину в настоящую сказку.Некоторое время я стояла, просто глядя вниз. Там суетились люди, занятые своими делами.«Вот так оно и происходит, – подумала я. – У всех своя работа. Плотник занят деревом. Он не решает судьбу мира. Повар готовит обед. Его не интересует движение небесных сфер. Но ты попробуй жить без обеда и дома, который тебе построят люди, что не хватают звёзд с небес, но вполне понимают, как жить на земле».Я невольно сжала ручку веера. В этот раз он был не складным, а того азиатского формата, который можно увидеть на гравюрах – вышитое полотно, натянутое на круглую рамку. Надо сказать, с жарой справляется неплохо.Император – это тоже работа. Просто работа. Из того, что я буду страдать, заламывать руки и метаться в панике, ничего не выйдет. Просто надо всё делать постепенно, шажок за шажком. Не рвать волосы – это никак не повлияет на мою работоспособность.Внезапно я осознала, что так смогу сделать гораздо больше. Не стоит бежать на Край света, чтобы спасти Вонграта. Это будет странно. Вряд ли там оценят моё появление. К тому же фразы Вонграта, которые я услышала в самом начале моего прибытия в этот мир, никак не настраивали на позитивный лад. Если в разгар боя или военного совета появится женщина, которая его раздражает, ничего хорошего не произойдёт… для женщины.Если Вонграт не посчитает, что нужно прислушаться к моим словам, останется только сунуть его в мешок и тащить в монастырь к маменьке. Только вот сейчас я не обладаю такими силами, чтобы незаметно для всех утащить куда-то их императора. К тому же я ни разу не видела их драконью форму. Если он окажется в разы больше Чу-чу, то я смогу только бегать вокруг и орать: «Помогите!»– Госпожа, я прикупила ароматнейшие суп и жаркое! Здесь так готовят, что можно сразу отдать сердце их повару, – сообщила подбежавшая Тийа. Её щёки пылали румянцем, глаза блестели.Что ж, кажется, он там хорош не только в готовке.– Может, лучше, чтобы они отдали нам повара? – предложила я.Тийа хлопнула ресницами, растерявшись, а потом хихикнула:– Госпожа, ну вы скажете.Однако по взгляду, который она бросила через плечо, я поняла, что на обратном пути надо бы взглянуть на повара. Вдруг и правда пригодится в хозяйстве?Впрочем, об этом подумаем потом, время ехать дальше.* * *В поместье главы Алых молний меня встретили очень достойно. Все понимали, кто приехал, значит, пустить всё на самотёк нельзя. Появился Дагран – отец Атхита и Пайтун. Мужчина уже в летах, но заметно, что в молодости был хорош собой. Его седые волосы были убраны в пучок, правая рука полностью пряталась в тёмно-синем рукаве с узором на краях.«У него какая-то травма?» – мелькнула мысль и тут же пропала. Пялиться нельзя, задавать вопросы тоже. Запомнить стоит.– Для нас большая честь – принимать у себя саму императрицу Исан, – произнёс Дагран. – Да будет Солнцеглаз всегда над нами и пусть он оберегает нас от всего! – Поклон достаточно низкий, поэтому не заподозришь в какой-то насмешке. – Ваше величество, мы благодарим вас за визит.За ним стояли советники и Атхит. Последний, кстати, сейчас в чёрном, лицо без эмоций. Даже не сразу признаешь в нём того самоуверенного красавчика в зале совета. Нет, с внешностью ничего не произошло, да и побитой собачонкой не назвать, но что-то однозначно изменилось. То ли потому что тут всё держит Дагран, то ли есть другие причины.– Приветствую вас, глава Дагран. Да пребудет небесная рука с благодатью всегда над вашим кланом. Я рада, что могу посетить вас.– Прошу вас. – Дагран посторонился, показывая дорогу.Слуги тут же поспешили проводить моих людей в предназначенные для них покои, в то время как мы с Даграном неторопливо шли по внутреннему двору поместья.Говорили, можно сказать, ни о чём. Этакое расшаркивание перед важными делами. Я спрашивала про скульптуры красавиц с молниями, стоявшие у дорожки, Дагран рассказывал о мастерах прошлых лет, которые сделали эту красоту для его предков.Надо отдать должное, поместье построено со вкусом. Я почему-то думала, что здесь будет всего чересчур, но нет, очень неплохо.Нас завели в просторные покои. Управляющий, худенький мужчина с усами, как у водяного дракона, сообщил, что через час всё будет готово.Я поблагодарила Даграна, сказав, что хочу немного отдохнуть после дороги. Мне снова поклонились. После чего оставили в одиночестве, чему я была бесконечно рада. Нужно немного привести себя в порядок, хоть дорога и не была тяжёлой, собрать мысли в кучу, и потом явиться благоухающей розой.– Сегодня будут втирать нам очки, – заявил Ла-гуа, которого пришлось побрызгать золотым лаком, чтобы мимикрировал под остальные украшения. Для тысячелетнего лотоса это было безвредно, поэтому я не переживала.– Откуда ты знаешь такое выражение? – безмерно удивилась я.– Просто я хорошо развит, – ни капли не смутился Ла-гуа.Вряд ли тут дело в какой-то развитости, но мне крайне интересно, откуда он берёт до ужаса родные мне обороты?Я сняла Ла-гуа и положила на стол возле зеркала. Комнаты и правда были роскошными, что-то Алые молнии перестарались. Сюда можно привести Киета с десяточком его бравых парней, и никто не заподозрит наличие лишних людей.– Что ты имеешь в виду? – спросила я, глядя на своё отражение.Надо позвать Тийю, она прекрасно справляется с ролью визажиста. Жаль только, что улыбку она мне не нарисует, придётся справляться самой.– Ты же видела этого деда. – Ла-гуа подполз ближе и тоже принялся прихорашиваться. Вообще, первый раз вижу, как цветок корнем расправляет лепестки. Хорошо, хоть украшений не просит. – Весь такой благочестивый, аж тьфу. Будут кормить, развлекать. Явно выйдут танцовщицы, музыканты, все дела. Постараются, скорее всего, предложить взятку. Но так, мягко, завуалированно.– И чем же Алые молнии могут соблазнить императрицу? – полюбопытствовала я.– Ну, смотри… – Ла-гуа задумался. – Это второй по мощи клан в Исан. Поддержка клана Золотых драконов как финансовая, так и военная. Союз.– Думаешь, им это выгодно?– Почему нет? – Если б мог, он бы пожал плечами. – Дагран много видел и знает. Он не дурак. Поэтому, поняв, что не вышло закрепиться у Вонграта через дочь, скорее всего, будет действовать через сына.Я сложила руки на груди и нахмурилась:– Думаешь, попытаются навязать его мне в фавориты?– Ну зачем так грубо? – хихикнул Ла-гуа. – Думаю, пойдут другим путём. Уже поняли, что ты не согласна принимать все решения совета. Значит, с тобой надо разговаривать, как с равным партнёром, языком договорённости.Некоторое время я молчала, обдумывая сказанное. Кто бы мог подумать, что такие темы я буду обсуждать с говорящим цветком? Но вот нюанс – цветок указывает на толковые вещи, поэтому надо прислушиваться.Если так всё и повернётся, это будет однозначно интересно.Внезапно за моим окном раздались чьи-то голоса. Мы с Ла-гуа переглянулись. Я быстро вскочила со стула, так как это было крайне неудобное место. Если вдруг придётся давать отпор, то нужно пространство.Голоса стали громче. Женский и мужской.Я по стеночке подкралась к окну и замерла, стараясь не дышать. Поначалу было ничего не разобрать, но потом осознание пришло само. Свет мой Солнцеглаз, это же Пайтун и Атхит! При этом она явно чем-то сильно опечалена.– Понимаешь, от него нет вестей. Последний раз письмо пришло только после отбытия на Край света.– Сестра, возьми себя в руки. Думаешь, есть время на… – Атхит умолк, словно не хотел этого говорить. – Пайтун, скорее всего, ему действительно сейчас не продохнуть. Мы были в боях. О любимой можно думать, но никак не писать.