Выслушала от Киета я много. Нет, реально много. Ещё не было такого, чтобы он столько говорил. Я даже растерялась, что он так умеет. Поэтому оставалось только кивать, вздыхать и признавать вину. Ну отошла немножко, ну никогда борделя не видела! (В Исан и правда не видела!) Ну не ругайся, давай жить дружно.Киет сделал нечто, что запутало следы наших преследователей… по его словам. Я больше подозревала, что дело было в наклавиньян. Правда, нельзя отрицать, что за нами наблюдал кто-то ещё.Всю дорогу домой я усиленно прикидывалась идиоткой. И, судя по всему, в какой-то момент достигла в этом деле определённых успехов, потому что Киет перестал меня пилить.– Спасибо тебе, – прочувствованно сказала я уже перед дворцом. Остановились мы грамотно, чтобы посторонние, если кто ещё не спит, не заметили. – Благодаря тебе я узнала очень многое.Киет хмуро посмотрел на меня, явно не горя желанием общаться. Однако потом только сухо кивнул:– Если снова надумаешь подобную аферу – позовёшь.После чего развернулся и резко направился прочь.– Какой хам-то, – тихо проворчала я под нос. – Ишь как с императрицей разговаривает.– А ты не любишь пожёстче? – ехидно уточнил Ла-гуа, который наконец-то мог свободно выдохнуть и всласть потрепаться.– С чего ты взял? – изумилась я. Даже ехидничать не стала, было просто интересно, с чего это он пришёл к таким выводам.– Ну, ты всё время с мастером Шайей, который тебя не щадит. Потом это чудище зубастое, которое орёт и мотается…– Чу-чу пусенька, – оскорбилась я. – Просто к нему надо привыкнуть. Он всегда ориентирован только на результат, в отличие от многих.– Если ты про тот стакан сонгсома, который я не допил, то я просто делю дозы.Я закатила глаза. Нет, определённо, с Ла-гуа диалога не выйдет. В женщинах он разбирается отвратительно.При помощи пхланг и чёрного хода я вернулась к себе. Тийю будить нельзя, точно будут вопросы. Поэтому всё сама. Быстренько вымывшись и переодевшись в просторную рубаху для сна, я плюхнулась на кровать. Осложнялось всё тем, что мы с Киетом шастали почти всю ночь, поэтому мне жутко хотелось есть.– И почему в борделе не подают горячее? – пробормотала я. – Было бы очень удобно.Ла-гуа захихикал. Хм…– Сойлинг… – Он резко перестал хихикать. – А что… что ты на меня так смотришь?– Будь другом, принеси мне что-то с кухни.Ла-гуа чуть не шмякнулся с подголовника кровати, на котором до этого расслабленно возлежал.– Сойлинг, ты чего? Как я это сделаю? Я же не крыса, чтобы воровать еду!– Ты цветочек, – ласково сообщила я и захлопала ресницами. – А я – твоя голодная хозяюшка, которая, если совсем не будет пищи, станет вегетарианкой. Если помнишь, лотос очень вкусный.Ла-гуа засопел, понимая, что крыть нечем.– Это низко, – наконец изрёк он. – Я связался с лотосожором. Кровавым. Коварным. Диким.– Да, я такая. Считаю до сорока. Пятью восемь – сорок.Ла-гуа сорвался с места и выскочил в окно. Кажется, до меня даже донёсся цветочный мат. Стараясь не улыбаться во весь рот, я перевела взгляд на лежавшие на полу книги, которые ещё не изучила.Так, всё это, конечно, хорошо, но сейчас получается совсем не смешная ситуация. Прежняя Сойлинг и, как я понимаю, её семья хотели избавиться от императора. Поэтому была заключена сделка, чтобы его отравить. Наклавиньян преследует свои цели, поэтому хочет сердце Ма-покронг. Опять же играет на руку, что минус ещё один дракон. Пусть она бы и не заняла трон, однако влияние имеет немалое.Несмотря на мои разногласия с драконьей матерью, смерти я ей не желала. И отдавать её наклавиньян из-за дурости прежней хозяйки этого тела тоже не собиралась. Говорить с Ма-покронг начистоту нельзя. Вряд ли кто-то адекватно воспримет: «Знаете, я попаданка, ваше сердце до меня пообещали колдуну, поэтому давайте подумаем, что сделать, дабы из вас ничего не вынимали».Нужно действовать иначе.Как назло, на голодный желудок соображалось туго. Я искренне надеялась, что Ла-гуа раздобудет что-то съестное, а не просто свалит на пруд. Он, кстати, пока что не подводил, но и я до этого не обещала его съесть. Тут может и обидеться…Вздохнув, я подобрала ноги под себя и подхватила ближайшую книгу. Информация в голову упорно не лезла. Кошмар. Надо, наверное, ложиться спать. Утро вечера мудренее.В ту же секунду у окна раздалось пыхтение.– Сойлинг, по… помоги…Я кинулась к окну и вовремя поймала фигурную бутыль, которая, если б упала на пол, непременно бы разбилась. Ла-гуа волок в корнях здоровенный свёрток, который с облечением шлёпнул на стол.– Уф, достал!– Ты просто прелесть, – улыбнулась я, но сначала открутила пробку и принюхалась. – Эй, это же рисовое вино!– А ты хотела виноградное? – удивился он.Нет, он неисправим. Впрочем, на что я рассчитывала?В свёртке оказались лепёшки и рыба. Оу, а жизнь-то налаживается. Я ухватила одну из них и впилась зубами. Ммм, какое наслаждение… И пусть весь мир подождёт!* * *– Ваше величество, что с вами? – обеспокоенно спросил Муруи, после того как я вызвала его к себе.Решив, что после ночных приключений лучше никуда не соваться, я сообщила, что мне нездоровится. Справятся пока сами – не дети. Жили же тут спокойно без дамы Сопхи как-то.– Жива, – сказала я. – Голова кружится, но это женский недуг, мне уже принесли порошки.Наврала вдохновенно, но Муруи сделал вид, что ничего не понял. Умный-умный круглый старый лис.Я указала на стул напротив:– Присаживайтесь. Нужно поговорить.Настороженность Муруи не исчезла, однако он шустро занял место, после чего задумчиво осмотрел разложенные на столе свитки. Я перебирала один за другим, но так и не могла найти ничего подходящего.– Всегда готов служить, ваше величество. Что случилось? – спросил он.Я шумно выдохнула:– Скажите, Муруи, какие места в империи удалены от нас на приличное расстояние и защищены от злых сил?Его озадачило услышанное, однако ничего уточнять не стал. Чуть нахмурился, сложил руки на объёмном животике и задумался. Некоторое время он молчал, а я не пыталась встревать и отвлекать. Понимала, что сама ничего не решу, поэтому необходима помощь.– Ваше величество, стоит обратить взор на монастыри. Например, Обитель горных вершин. Она очень высоко. Там живут монахи, которые совершенствуют свою пхланг, познают силу Сфер и крайне редко выходят в люди.Мне пришлось приложить все усилия воли, чтобы не проявить эмоции. Даже далеко ходить не пришлось. И мастер Шайя… конечно, будет шипеть и возмущаться, но его удастся уболтать. Хоть это и будет непросто.– И никто не сможет туда проникнуть, так?Муруи покачал головой:– Пока что таких случаев не было. Туда даже демоны не рискуют соваться, потому что защита монахов настолько сильна, что может сжечь кого угодно.Я довольно постучала пальцами по крышке стола.– Отлично, тогда, как только я отправлюсь в Бурунг-ча к Алым молниям и Серебряному рису, вы отправите Ма-покронг в Обитель горных вершин.Хорошо, что Муруи сидел, иначе, чует моё сердце, пришлось бы помогать бедняге подняться с пола.– Простите, ваше величество… Вы… в смысле зачем… То есть, простите за такой вопрос, просто…Я ухмыльнулась:– Понимаю. Нет, Муруи, я не желаю зла своей свекрови. И именно поэтому хочу, чтобы она находилась в безопасном месте. Мне донесли, что на неё охотятся. Поэтому, пока не разберутся с охотниками, госпожа Ваттана Накхон должна быть как можно дальше от дворца и желательно под хорошей охраной.Мысленно я, конечно, уже извинилась перед мастером Шайей и остальными монахами, которые не виноваты, но Ма-покронг терпеть придётся.Муруи явно был не в восторге от задачи, однако понял, что я не шучу. Поэтому, заверив, что всё будет исполнено, уточнил, нужен ли он ещё по каким-то вопросам? Подумав, я сказала, что срочных дел нет, начинаем готовиться к отъезду. Вопросы нужно решить, не откладывая в долгий ящик.После его ухода я сгребла все свитки и засунула в шкаф с тайным замочком. Туда же отправила химеру из молочного камня каолонга. С вещицей почему-то не хотелось расставаться, поэтому пусть полежит тут.Так, это есть. Идём дальше. С Ма-покронг решение я нашла. Возможно, временное, поскольку подозреваю, что долго она там не усидит. Дабы уберечь и монахов, и обитель, и драконью матушку, нужно действовать быстро. Поэтому Вонграт…Я подошла к алтарю Солнцеглаза. Опустилась на колени и зажгла благовония. Тяжёлые сладковатые ароматы заполнили комнату. Голова немножко пошла кругом, однако я уже привыкла. Сложив руки в молитвенном жесте, зашептала слова молитвы-призыва, после чего продолжила:– Великий Солнцеглаз, помоги мне сохранить империю такой, какая она есть. Вонграт нуждается в помощи, но я не представляю, что могу сделать. Помоги. Направь. Подскажи.После чего несколько раз поклонилась, касаясь лбом пола.Некоторое время ничего не происходило, но потом моё плечо обожгло. Вскрикнув, я шарахнулась в сторону, но меня мягко удержали, не дав упасть. Повернув голову влево, я потеряла дар речи.Возле меня был Солнцеглаз.– А я всё ждал, когда додумаешься нормально обратиться. – Он вздёрнул меня на ноги одним движением. – Не благодари.После чего сделал два шага назад, и я смогла нормально дышать – от воздуха не жгло лёгкие.– Надо сказать, мне интересно за тобой наблюдать. Ты неординарно мыслишь, в сердце нет жестокости, а в йони – жажды.Я открыла рот. Потом закрыла. Выдохнула.– А последнее тут при чём?– Ну, знаешь, кругом полно красивых мужчин, почему нет? – пожал он плечами.Ощущение, что не осуждает, но просто такое поведение очень помешало бы делу.– Так не до этого!Солнцеглаз с интересом посмотрел на меня:– И это мне в тебе нравится. Поэтому слушай. За свекровью твоей присмотрят, тут помогу. Что же касается Вонграта Накхона… Видишь ли, Сойлинг, я не уверен, хочу ли, чтобы империя была в том виде, в котором она пребывает сейчас.Солнцеглаз начал растворяться в воздухе, сверкая жёлтыми и белыми огнями.Мне подурнело. То есть… В смысле…– Нет! – крикнула я, кидаясь к нему. – Подождите! Что мне делать?– Решать тебе, императрица Исан. Всё в твоих руках.Через секунду я осталась одна, и только ветер за окном шелестел листвой, словно в насмешку надо мной.Пожалуй, это был первый раз в моей жизни, когда я совершенно не знала, как поступить.