ГЮТЛИНСТЬЯРНА (громким шёпотом)
Ты прав, мой друг! Теперь у нас забота одна: когда на Амледа падёт тяжёлый гнев английского владыки, не придавил бы этот гнев и нас!
(РОСАКРАНС и ГЮТЛИНСТЬЯРНА) приседают, не особо успешно прячась за ларцом с дарами)
(вбегает 1-й СУРОВЫЙ ВИКИНГ МАССОВКИ)
1-й СУРОВЫЙ ВИКИНГ МАССОВКИ
Мой конунг! Я у мельника спросил, и он поведал: хлебное зерно росло на поле сечи, где доныне находят кости павших там бойцов!
ОЛАФ (поражённо)
О гость мой! Как же ты узнал об этом?
АМЛЕД
Всё очевидно, Бьёрнссон! Посмотри - тому немало признаков: цвет хлеба, и вкус его, и запах, да и вес. Вдобавок, разломив твою ковригу, нашёл я наконечник от стрелы.
(вбегает 2-й СУРОВЫЙ ВИКИНГ МАССОВКИ)
2-й СУРОВЫЙ ВИКИНГ МАССОВКИ
Мой конунг! Я у бортника проведал: собрали пчёлы мёд из тех цветов, что выросли на поле древней битвы.
ОЛАФ (поражённо)
О гость мой! Как же ты сумел узнать?
АМЛЕД
Всё очевидно, о любезный Бьёрнссон! Взгляни: жужжат над рогом две пчелы, наставив грозно жала друг на дружку. Кто мудр - уразумеет по полёту, что их жужжанье вовсе неспроста!
(вбегает 3-й СУРОВЫЙ ВИКИНГ МАССОВКИ)
3-й СУРОВЫЙ ВИКИНГ МАССОВКИ
Мой конунг! Свинопаса расспросив, узнал я: он свинью поймал намедни на поле сечи, где рубились мы, тесня дружины дерзких англосаксов!
ОЛАФ (поражённо)
О гость мой! Расскажи мне, как узнал...
АМЛЕД
Всё очевидно, о любезный Бьёрнссон! Когда пронзил свинину я ножом, вошел он между твёрдых сухожилий и крепких мышц! То самый верный знак, что не в хлеву ютилась та свинья, а провела свой век в лихих походах. Свинью такую можно отыскать лишь в поле, где сходились рати в битве!
ОЛАФ
Проклятый Кембриджшир! Куда ни плюнешь - на поле сечи упадёт плевок! Неужто говорил одну лишь правду сегодня ты, о гость нежданный мой?!
(входит КОНУНГИНЯ-МАТЬ)
КОНУНГИНЯ-МАТЬ
Я яму подготовила, и змеи уже готовы гостя принимать. Клянусь я - даже мстительница Скади подобных змей достойными сочла б!
ОЛАФ (чуть жалобно)
О мать моя! Прошу, ответь скорей, кто мой родитель? Здешний ли владыка, из рода ярлов - или, может быть, другого должен я назвать отцом?
КОНУНГИНЯ-МАТЬ (потрясённо)
О боги! Вижу, мне не суждено все в тайне сохранить! Ну что же, слушай... сегодня я поведаю тебе: был твой отец берсеркер-испытатель!
ОЛАФ (потрясённо)
Неужто это сам премудрый Один пришёл в мой дом, обличие сменив? Мой гость, ответь мне: как же ты узнал о мрачной тайне моего рожденья?!
АМЛЕД
Всё очевидно, о любезный Бьёрнссон! Уж если конунг в ярости свой трон грызет, и к потолку взлетают щепки, то сразу ясно, кто его отец!
ОЛАФ
Клянусь, что мой чертог такого гостя не видывал вовек! Прошу, прости слова дурные, сказанные в гневе!
АМЛЕД (добродушно)
О друг мой! Я не затаил обиды и буду рад всегда тебе помочь - советом мудрым и рукой разящей! Мой дядя, прочитав твоё письмо, взъярился, рогом по столу ударил и приказал мне снарядить корабль, чтобы скорее плыть к тебе на помощь!
ОЛАФ
О, славный Фенган, верный побратим! Он не забыл о клятве нашей дружбы, и в час нужды подмогу мне прислал! Прошу, мой гость, зови скорей за стол своих людей, я угощу их щедро!
АМЛЕД
Эй, добрые соратники мои! Скорей несите конунгу подарки, что Фенган приготовил не скупясь! Клянусь, когда ютландцы ходят в гости, то не бывают руки их пусты: мы если не с мечами, то с дарами!
(РОСАКРАНС и ГЮТЛИНСТЬЯРНА встают из-за ларца и подносят его ОЛАФУ. Тот берёт ларец и открывает)
ОЛАФ (растроганно)
Воистину, от Фенгана дары! Немного их, и с виду неказисты, но сразу видно: собрано с душой! Я прямо вспомнил молодость, походы, былые развесёлые деньки... А это что?
(достаёт свиток)
Никак, письмо от друга?
(разворачивает)
О боги, до чего же дивный почерк! Ну, вижу, Фенган время не терял... Я помню, раньше руны он царапал, как пьяный годи дратвой раны шьет - всё вкривь и вкось, и заживёт навряд ли. А ныне руны радуют мой глаз красою черт и прямотою линий. Прочесть их я сумею без труда!
(читает письмо)
"Мой добрый друг! Надумал я тебе прислать на помощь двух смердящих псов, бездельников, мужей женоподобных..."
РОСАКРАНС (в гневе выхватывая меч)
Да как он смеет так нас оскорблять?!
ГЮТЛИНСТЬЯРНА (В ярости выхватывая топор)
Клянусь, я не спущу ему такого!
(Некоторое время в зале кипит лютый бой между РОСАКРАНСОМ ГЮТЛИНСТЬЯРНОЙ, и СУРОВЫМИ ВИКИНГАМИ МАССОВКИ. ОЛАФ яростно орудует огромным мечом, зажатым в левой руке, а в правой держит письмо, продолжая громко его читать)
ОЛАФ
"...Двух непотребных дураков, чьё брюхо не в силах доброй браги удержать, проклятых трусов, что бегут от зайцев...
(Убивает РОСАКРАНСА)
Гнилых людишек, коих в смертный час побрезговал клевать бы даже ворон....
(Убивает ГЮТЛИНСТЬЯРНУ)
...Хватило бы и этих жалких трэлей, чтоб всех врагов твоих повергнуть в прах, коль поведёт их в битву славный Амлед! Но после я раздумал, и решил прислать тебе двух лучших храбрецов, надежду и оплот моей дружины..."
(Смотрит на зарубленных РОСАКРАНСА и ГЮТЛИНСТЬЯРНУ)
О боги, боги, что я натворил?!
АМЛЕД (заламывая руки)
О горе, горе! Славный Росакранс! Ты для меня роднее был, чем... дядя. Как жить теперь я буду без тебя?! Сегодня я осиротел ещё раз!
ОЛАФ (отбегает за портьеру, возвращается, ведя за руку английскую принцессу - (отображается УЛЬФРИКОЙ, переодетой в пафосный наряд, с лицом, закрытым покрывалом)
Мой славный гость! Заглажу я вину, тебе отдавши дочь родную в жёны. Я стану новым дядей для тебя!
(Вкладывает руку принцессы в руку АМЛЕДА)
АМЛЕД (заламывая руки)
О горе, горе! Славный Гютлинстьярна! Кто в горький час развеет грусть мою?! Кто за тебя сыграет мне на флейте?
ОЛАФ (отбегает за портьеру, возвращается, ведя на цепи шотландца (отображается ЙОРИКОМ, одетым в килт, волынку и синюю боевую раскраску)
Мой славный гость! Прошу, прими в подарок отличного шотландского раба, искусного в терзании волынки! Чуть заиграет - все печали прочь, лишь чистый гнев и праведная ярость!
(Вкладывает цепь в другую руку АМЛЕДА)
АМЛЕД (заламывая руки)
О горе, горе! Славные друзья!
ОЛАФ (Торопливо срывает с пальцев перстни)
Тебе я виру уплачу немедля, чтобы избыть невольный свой позор - по пять колец за каждого хускарла!
(Горстью ссыпает перстни в руки АМЛЕДА)
АМЛЕД (надевая перстни на пальцы)
Да будет так! Я кольца те клянусь носить всегда до дней своих последних - на память об утраченных друзьях! Прощай же, Олаф, мне пора в дорогу.
(подхватывает ларец с дарами, идет к выходу)
ОЛАФ (робко)
А... как же саксы?!
АМЛЕД
Саксам передай, что если дальше будут бунтовать, то я вернусь. А я во гневе страшен!
(Уходит)
ОЛАФ (со слегка ошалелым видом откидывается на спинку трона)
Воистину, великий человек...
(занавес)
ДЕЙСТВИЕ ЧЕТВЁРТОЕ
(Снова осень в Ютландии)
Главный зал дворца ютландских конунгов. Чучело лося всё ещё валяется не восстановленным, копытами вверх, на стенах гобелен, на троне - ФЕНГАН, он сосредоточенно режет боевым кинжалом репчатый лук.
Входят СУРОВЫЕ ВИКИНГИ МАССОВКИ, рассаживаются за столом.
ФЕНГАН
Собрал я вас, о хёвдинги и ярлы, чтоб сообщить вам горестную весть! Племянник мой, отважный юный Амлед, муж доблестный, отрада наших глаз, достойный сын владыки Хорвендила, и Рёрика достойный также внук погиб во цвете лет в английских землях! О, горе! Пал он без меча в руках от скрамасаксов вероломных саксов! Был нанесён предательский удар, когда он спал в шатре своём походном, и даже пробудиться не успел, а уж вонзили нож ему под рёбра! Нахмурил брови Один-всеотец - ведь Амледу не быть в его дружине. Валькирии роняют на копьё из ясных глаз, паря над полем брани, свою скупую женскую слезу - ведь не везти им Амледа в Вальхаллу. Эйнхерии тоскуют и грустят, да так, что даже рубятся вполсилы - не быть средь них красильщику мечей, Ютландии надежде и опоре. Как целый мир по Бальдуру рыдал, так ныне он по Амледу рыдает...
(Грозно обводит зал взглядом)
Надеюсь, не найдётся в этом зале ни одного отродья мерзкой Токк, что в этот час посмеет не заплакать?
СУРОВЫЕ ВИКИНГИ МАССОВКИ
Да, кто посмеет нынче не рыдать - нет у того ни сердца, ни... печёнки! О конунг, мы готовы разделить с тобою тяжкий груз твоей печали! Как оскудела в этот день земля, какой очаг величья погасили! Найдётся ли в срединном мире всём другой такой?! Искал я неустанно - и не нашёл подобного ему! И я искал, но было всё напрасно! Кузен мой, Колльбейн, ищет до сих пор! А я искать не стал, предвидя мудро, что поиск тщетен! Конунг, не горюй, мы погорюем за тебя все вместе!
ФЕНГАН (утирая слезу)
Спасибо вам, о верный мой народ! Меня утешив в час моей печали, вы помогли мне горе превозмочь. Свою утрату я переживу, а также многих из живущих ныне. Эй, скальд! Скорее спой нам что-нибудь о дальних странствиях, о преданных друзьях, про вечер у походного костра и лыжи, что потрескивают рядом! Как славно, что мы все собрались здесь!
(Все пьют. ФЕНГАН ломоть за ломтем поедает лук, морщится, утирает слёзы и запивает вином. СКАЛЬД поёт).
СКАЛЬД
Хюмир корабль свой строит во льдах Нифльхейма,
Там над морем застывшим
Вовек
Не стихает метель.
Хюмир корабль свой строит во льдах Нифльхейма,
То великий и страшный
Корабль
Из мёртвых ногтей.
Хюмир корабль свой строит во льдах Нифльхейма,
Он возводит борта,
Ставит мачты
И ткёт паруса.
Хюмир корабль свой строит во льдах Нифльхейма,
Сколько лет его строит -
Уже
Он не помнит и сам.
Хюмир корабль свой строит во льдах Нифльхейма
И солёные льдинки
Как пот
Утирает с лица.
Хюмир корабль свой строит во льдах Нифльхейма -
Он поклялся однажды
Свой труд
Довести до конца.
Хюмир корабль свой строит во льдах Нифльхейма,
Слой за слоем чешуйки
Ногтей
Он кладёт и кладёт.
Хюмир корабль свой строит во льдах Нифльхейма,
Чтобы мчал тот корабль
По волнам,
Обратившимся в лёд.
Хюмир корабль свой строит во льдах Нифльхейма.
Ногти впились в борта
И скрипят,
Продолжая расти.
Хюмир корабль свой строит во льдах Нифльхейма,
Хюмир строит корабль,
Что ётунов
Войско вместит.
Хюмир корабль свой строит во льдах Нифльхейма,
И покуда он строит,
Его
Рагнарёк подождёт.
Хюмир корабль свой строит во льдах Нифльхейма,
И, страшась опоздать,
Свои ногти
В тревоге грызёт...
Хюмир корабль свой строит во льдах Нифльхейма...
ФЕНГАН (широко зевая)
Ах, почему Герута не явилась на этот пир? Ведь мне она вина всегда не слишком много оставляет - три рога выпивает без труда, покуда все мы пьём по половине... А ныне без неё я захмелел... Вы без меня пока тут погорюйте, но не ломайте лавки и столы, чтоб я от вашей скорби не проснулся...
(ФЕНГАН откидывается на спинку трона и засыпает)
(входит АМЛЕД с круглым щитом в одной руке и с ларцом даров в другой. В гробовом молчании проходит к столу, плюхается на скамью и начинает нагребать еду на щит, как на блюдо, параллельно набивая ею рот)
АМЛЕД (слегка невнятно)
Я вижу, тут у вас отменный пир! Воистину, достойна эта пища быть высоко поднятою на щит! Чего молчите, хёвдинги и ярлы? Не слышу я ни песен, ни бесед. Неужто кто-то умер - и, вернувшись, я горестную тризну здесь застал?
СКАЛЬД (фаталистично-спокойно)
Ну, всё. Допились. Белка Рататоск на этот пир пришла незваной гостьей - в бреду являть нам лики мертвецов, зелёных троллей, остроухих альвов, тюленей, что танцуют на столах, и наших ярлов в облике нелепом: напудренных, в чулках и париках, сошедшихся в жестоком поединке, оружием избравши вертела. Подвластны ей любые наважденья, и будет белка долго нас стращать, чтоб мы в испуге принесли ей клятву: отныне и навеки бросить пить.