POV Кирилл
Сканировал расфокусированным взглядом Её окна. Свет уже давно не горел, однако я был уверен – не спит мое Сокровище.
Не уснуть нам друг без друга…
Шумно втянул воздух.
Наконец эта гордая и независимая обнажила передо мной душу. Содрогалась всем телом, сыпля проклятиями и нанося мне свои смешные удары… А я, ошалев от счастья, боялся пропустить хоть что-то…
Значит, не все у нас так безнадежно.
На ее несчастье, нам до сих пор по пути…
И эта ночь многое для меня прояснила.
Не забыла.
Скучала.
Обижена.
Ненавидит (с этим посложнее).
Хочет меня (а вот это уже хорошо).
– Я не хочу, чтобы ты уходил… – решительно потянула меня в свою спальню.
И вот тут мне бы рот зашить, ибо и так весь вечер нес какую-то лютую дичь, но нет, решил единственный раз поступить по-джентльменски – ответил честно.
И понеслось.
И Алина пустила мне кровушку. В прямом смысле. Атаковала своими маленькими кулачками. Но как же она была прекрасна в этот момент… Божественная моя. Злющая. С пылающими от ненависти глазами. И подрагивающими губками, искусанными мной же несколько минут назад. Запах ее тела до сих пор кружил голову – чистая энергия страсти.
Ответила так ответила.
Влажная одежда противно липла к телу.
Кожа на лице и шее немного саднила.
Заслужил.
Хотя Алина обращала внимание только на слова, контекст ее вообще не интересовал. Первая девушка, с которой я не хотел использовать «защиту». Ну, залетит и залетит. Женюсь. Запру ее дома. Пусть рожает и воспитывает моих детей. Хватит лыбиться мужикам в этот проклятом ресторане.
А вообще не так я себе представлял сегодняшний вечер…
Дожидался Её на парковке, чтобы наконец хоть как-то пообщаться. Потому что наши регулярные встречи в «Патриках» проходили по одному сценарию: Лебедева воротила от меня свой аккуратный нос. Даже не здоровалась… Администраторша хренова!
Но именно сегодня моя неуловимая Алина собралась на дискотеку! И клуб выбрали достаточно популярный… Знал пацанов, которые там регулярно зависают. И некоторых девчонок тоже знал. Куда ж без этого…
Сипло выдохнул, припоминая свою красавицу в центре танцпола рядом с каким-то козлом. Ну, ок. Отдыхали компанией. Еще как-то пытался это понять. Но когда она уединилась с ним за барной стойкой… Всё. Вызывайте санитаров… Я уже был не я.
Сидела, хихикала, активно поддерживая диалог. И ни слова мне за эти долбанные дни… Ни единого слова… Хотя я, как пес цепной, всегда находился поблизости. Мне же больше делать нечего, только тусоваться часами в ресторане.
Хмыкнул, продолжая сканировать Её окна. По итогу… В очередной раз сорвал на Лебедевой свою злость.
Да, хотел ее довести.
Умышленно.
Потому что в моей извращенной картине мира страдать мы должны вместе.
Даже вспоминать не хотелось, какой чуши наговорил. И этот звонок в отель… А ведь планировал отвести ее совсем в другое место. Переключиться. В некотором роде даже произвести впечатление. Удивить. Знал – такой отдых придется моей темной принцессе по нраву.
Но все, как обычно, пошло не по плану…
Вспомнилось излюбленное выражение Павлика.
«А какой у нас план? Колумбийский».
Ха-ха. Занавес.
Хотя в один момент думал, уже свихнемся…
Но это ее «Ты видел нас с Егором?» как ведерко льда за шиворот.
То, с какой теплотой она прошептала его имя, меня порвало.
В ошметки. Башка отключилась. Бесы вырвались наружу.
И хорошо, что нас унесло не туда…
Не так я себе представлял долгожданный первый раз с девушкой, которую, несмотря на всю чернуху, вопреки всем законам логики и здравого смысла, я продолжал любить. Не под воздействием ядерной ревности и лютой злобы.
И в душе она меня не оттолкнула… Мокрая. Разгоряченная. Злая.
Дикарка Алина.
Запрокинув голову, я перешел на утробный смех.
Позволила обнять себя. Мое Сокровище. Хотел раздеть ее и унести в койку. Мириться. До седьмого пота. Чтобы добавила и на спине царапин…
Но тут прилетела наша тотемная птица – обломинго!
Соседка нарисовалась. Эта Света, звезда иммунитета, приперлась после ночного сеанса кино и застала картину маслом – зарёванная Лебедева и я с расцарапанным фейсом. Видели бы вы ее лицо… Реально думал, эта идиотка ломанется вызывать полицию…
Еще и Алина со своим загробным: «Кирилл уже уходит…»
А так хотелось ей возразить: никуда ты от меня не денешься – влюбишься и женишься. Но решил дождаться более подходящего момента. Реально надо придумать что-то с ее соседкой, так как заманить Лебедеву при наших весьма непростых исходных данных на мою территорию – задача со звездочкой.
До скрежета зубов стиснул челюсти. Откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза.
– Мне так этого не хватало… – И сама испугалась этих своих слов.
Тянулась ко мне ручонками. Игриво толкнулась кончиком языка между зубов. Облизывала мои губы, всхлипывая от удовольствия. Тихоня. Влажная и страстная. Целовала… Целовала… Сама.
А как мне тебя, Лебедева, не хватало…
И снова подыхал под ее окнами, будто семнадцатилетний половозрелый подросток… Ничего не изменилось. Но в то же время изменилось все.
– Ты вечный номер два…
А вот это больно.
На первый-второй рассчитай-с-я! Как любил говаривать наш физрук.
Распахнул окно, шумно втянув прохладный ночной воздух.
Выдохнул. Снова вздохнул.
И все-таки жизнь полна интересных метаморфоз…
Тогда, в семнадцать, мне было чертовски важно стать Её первым. Гордость, помноженная на безмерное эго и юношеский максимализм. Гремучая смесь. Желание сорвать цветочек аленький. И хоть трава не расти.
Но, увы, реальность не всегда совпадает с нашими хотелками. Без сомнения, у нее были парни за эти годы. И что мне теперь, застрелиться?
Почему-то всплыли в голове слова бати: «Нравится баба – добейся!»
Диалог с таким простым и однозначным посылом мы вели во время той самой первой его реабилитации в Швейцарии, когда проводили вместе двадцать четыре на семь.
Помнится, отец как-то разоткровенничался, каких трудов ему стоило добиться мамы. Оказывается, на момент их знакомства она не просто состояла в отношениях, а собиралась замуж… Через три месяца все-таки вышла. Только не за своего горе-ухажера, а за батю. Вот так. Мужик сказал – мужик сделал. А через год у них родился Темыч.
Почему-то я совсем не придал значения его словам, а вот теперь призадумался…
Ведь если разобраться, гораздо интереснее, кто станет последним и будет засыпать с этой плаксой в обнимку каждую ночь. Верно? Реально есть за что побороться. Потому что отказаться от Лебедевой я не готов, хоть ты тресни.
Достал из бардачка долбанную связку ключей, и мурашки стайками понеслись вдоль позвоночника. Ведь можно было еще раз ими воспользоваться…
Кажется, уже третий.
Первый был, когда наутро после драки с Левицким, без особого труда перед этим сделав дубль-связку (ведь Алине и в голову не могло прийти, что у меня есть электронный ключ от всех кабинок в комнате для персонала, и в то утро я на пару часов позаимствовал из ее сумки ключи), завалился к ним днем, так сказать, провести ориентировку на местности.
Второй – ночью после того, как отправил корзину цветов в знак извинения за скотское поведение в подсобке.
Честно говоря, рассчитывал, что она не будет спать…
Но что такое везение, когда дело касается Лебедевой?
Конечно же, моя ненаглядная почивала. Зареванная. В обнимку со своей куклой. Платье ей новое сшила. Красное. Одна против целого мира. И я – мудак, который не смог ее защитить…
Снова посмотрел на связку…
Соблазн был велик, и если бы не соседка… Ну реально подумает, что я псих. Лучше заполучить эту Свету в союзники, чем вконец с ней разругаться.
Вибрация телефона прервала неиссякаемый поток моего больного сознания. И какого хрена понадобилось Артему в столь поздний час?
– Слушаю! – устало прикрыв веки, массировал виски.
– И где ты потерялся? – недовольно поинтересовался брат.
Увы, сегодня вечером пришлось пропустить традиционное заседание нашего «джентльменского клуба».
– Появились кое-какие дела. Хотя ты же сам сказал, я плохой игрок в покер.
– И с этим не поспоришь, – покоробил его ледяной смешок.
Где-то на заднем плане услышал басистый смех Левицкого.
– Наш Д'Артаньян вызывает тебя на дуэль. Собрался мериться «шпагами», – наигранно серьезно.
– Кирюха-а, жди секундант-о-в! – проорал в трубку Павлик. – Схлестнемся в честном бою-ю!
Посмешище.
– Тём, выруби его, а?
– Разбирайтесь сами. Я что, крайний?
Еще один.
– Чем занимаешься-то? – поинтересовался брат.
– Неважно.
– Опять убиваешься по своей Алине? – заржал родственничек.
По своей Алине…
ХА-ХА.
А ведь она реально могла стать моей…
– Я походу облажался. Не знаю, что делать… У меня есть ключи от ее квартиры. Может, вернуться?
– Кирюх, ты мертвого достанешь, – вздохнул брат. – Скинь геолокацию. Я тебя заберу от греха, Ромео. А с утра пообщаемся.
Только с утра поговорить нам не удалось – Артем умотал на работу, а я провалялся в его холостяцкой берлоге до обеда. Забыл, когда последний раз оставался у брата с ночёвкой. И с моего последнего визита здесь ничего особо не изменилось. Аскетичный ремонт. Холодные белые и светло-серые оттенки. Идеальный армейский порядок. Все вещи на своих местах.
По будням родственник обитал здесь, а на выходные уезжал в новый загородный дом. Хотя, вот убейте, я не понимал, зачем этому социофобу такой огромный домина. Гостей он не принимал, вечеринки не устраивал, семью заводить не собирался…
Однако я давно уяснил: душа старшего брата – потемки.
Приняв контрастный душ, я включил кофемашину, медленно осматриваясь в стерильной кухне. Интересно, Темыч хоть раз пользовался ей по назначению? Потому как просторное и щедро освещенное светодиодами помещение больше напоминало операционную, нежели место, где принимают пищу.
Вконец обнаглев, я зашел в его спальню. Распахнув двери гардеробной, отыскал в ее недрах стеллаж с костюмами и позаимствовал белоснежную рубашку и брюки – моя-то одежда после «боевых действий» благополучно отправилась в мусорку.
Дикарка Алина постаралась.
Приодевшись, я заметил, что брюки немного болтаются – вот даже похудел на нервной почве. И снова заслуга одной роковой мадам… Усмехнувшись, я потянул за ручку выдвижного ящика в надежде отыскать там ремень, однако обнаружил кое-что более занятное.
Старенький фотоальбом.
Щемящей тоской накрыло, когда перелистывал странички, с которых мне улыбались мама, отец, чересчур долговязый для десятилетнего возраста Темыч и я – трехлетний щекастый пирожок. Реально из-за щек глаз не было видно.
К сожалению, я почти ничего не запомнил из своего счастливого детства… Первые наиболее отчетливые воспоминания уже связаны с жизнью в интернате. И, увы, светлого и позитивного там было немного.
Перелистнул еще одну страницу, и внутренности ошпарило, зацепив взглядом дату…
Фотография, на которой Артем, жизнерадостно улыбаясь, кружил в объятиях нашу миниатюрную красавицу-маму, была сделана за день до аварии, после которой от нашей семьи остались только осколки.
Мама погибла на месте. Отца увезли на скорой и чуть позже сообщили, что он «скончался» в реанимации. Все это я узнал гораздо позже, так как в трехлетнем возрасте еще не особо соображал… Правда, на каком-то интуитивном уровне чувствовал: как раньше уже никогда не будет…
Детство слишком быстро закончилось.
Поморщившись, я закрыл фотоальбом и сунул его обратно в ящик.
Добравшись до офиса, я ощутил острую потребность взбодриться чашечкой кофе. Хорошо, что на первом этаже нашего бизнес-центра располагался неплохой ресторанчик… И по чистейшей случайности я занял место за столом, откуда открывался лучший обзор на стойку администратора.
Только вот незадача – моей дикарки Алины на месте не оказалось.
– День добрый. Сегодня я буду вас обслуживать! – через губу приветствовала меня новая официантка. – Может, хотите заказать что-то сразу?
Хочу. Еще как… И сразу, и чуть попозже… И пить ее ночь напролет…
Пробежал языком по соленой на вкус ранке в углу рта.
– А где Алина? – продолжая крутить головой во все стороны.
– Артем Александрович, похоже, запер ее в своем кабинете и уже два часа держит в заложниках… – сухо отрапортовала блондинка.
Что?
С грохотом опустил кулак на стол.
– Ничего не путаешь? – я выпрямился, сверху вниз зыркая на девчонку, которую, судя по бейджу, звали Александра.
– А что тут можно перепутать? – пробубнила эта Саша сникшим голосом. – Шеф позвал ее обсудить какое-то предложение… В подробности меня не посвящали, – пожала плечами, – но что-то они там засиделись.
Определенно.
Наплевав на пустые угрозы его секретарши, я без стука открыл дверь в кабинет брата.
– Не помешаю?
– Уже помешал, – темные брови родственника сошлись на переносице. – Но что с тобой, таким неугомонным, делать? День добрый, Кирилл.
А добрый ли? Лебедева, сидящая напротив Артема, как по команде опустила глаза, отчаянно изображая, что не желает меня видеть. Вот это зря, потому как я уже смертельно соскучился и рассчитывал на скорейшее продолжение нашего развеселого общения.
Внезапно Темыч усмехнулся.
– Кирюх, смотрю, у тебя прошлая ночь удалась? Что за кошка дикая поточила когти о твою морду?
Провокатор хренов.
Лебедева вмиг переменилась в лице. Щечки порозовели. Судорожно задышала, сминая темную ткань подола пальчиками.
– Моя девочка дрессировала меня, – выразительно посмотрел на Алину, – сегодня ночью продолжим.
Это мое заявление будто повисло в воздухе. Секунда… две… и Она все-таки повернула голову, адресовав мне свирепый взгляд.
А ты что думала? Что я не вернусь за новой порцией кровавых отметин и твоих криков? Да мы скоро на пару оглохнем, Сокровище. А всего-то надо было показать, что я тебе нужен.
От воспоминаний сердце зачастило, горячая кровь ударила в пах. Слюни текли, упиваясь её реакцией. Ну надо же… Оскорбленная до глубины души благодетель! Будто не она вчера так безбожно текла в моих руках. В свою койку меня повела явно не сказку читать перед сном.
Тихоня…
Нагло пялился, даже не пытаясь скрыть намерения в ближайшее время довести начатое до бурной логической кульминации. Заняться с ней любовью. Прикусил кончик языка, прикинув, как долго еще до ночи…
– Алина, можешь идти. Но мы еще не закончили… – Артем многозначительно кашлянул.
Не закончили они. Брат называется…
Лебедева поднялась, смерив меня печальным взглядом. Бледная и совсем сникшая. Под ребрами неприятно кольнуло. Мне чуть ли не до боли захотелось крепко ее обнять.
– Я тебя заберу, – шепнул, когда она поравнялась со мной, однако Алина ожидаемо проигнорировала мой выпад.
Взгляд соскользнул на её желанный ротик. Заметил крошечную ранку от своих зубов посреди припухшей нижней губы – чуть перестарался… Машинально потрогал свою саднящую щеку. Пустили друг другу кровушки. То ли еще будет…
Внезапно зацепил взглядом ее аккуратные ушки. Без сережек. И как шаровая молния грохнула… Сняла все-таки. «Следующие будут золотые», – в башке всплыло обещание, которое я так и не сдержал. А потом эта выходка с Лизкиным подарком. Жестоко вышло. Нехорошо. Хотел вывести Её на эмоции и конкретно перегнул.
Ну ничего. Алину ждет особенный подарок.
Дождавшись, когда она покинет кабинет, я уселся напротив родственничка, сверля его расстрельным взглядом.
– Что происходит, Артем?
– Не понимаю, о чем ты, – со скучающим видом отозвался тот.
– Все ты понимаешь, – подался корпусом вперед, сжав кулаки.
– Бить меня собрался? – уточнил с таким выражением лица, будто по выходным расчленяет трупы.
– Не вздумай к ней прикасаться, – вытолкнул сухо. – Даже не посмотрю, что ты мой брат…
– И какая же страшная расправа меня ждет?
– Артем… – бросил как можно хладнокровнее, однако внутри закипала лава.
– Ты не поверишь, но на работе мы занимались решением рабочих задач, – озвучил родственничек после очередной мхатовской паузы.
– И что за задачи? Поконкретнее.
– Кирюх, может, мне еще в письменном виде отчитаться перед тобой, о чем я разговаривал со своим администратором?
Большим и указательным пальцем он изобразил заряженный пистолет, целясь себе в висок. Похоже, у Левицкого нахватался этой дешевой пантомимы. Спелись.
– Она не просто администратор…
Обменялись выразительными взглядами. Усмехнувшись, он, наконец, покачал головой.
– …Алина сшила несколько образцов новой униформы для персонала и пыталась убедить меня, что они гораздо лучше чем то, в чем официантки ходят сейчас, – протянул мне какую-то папку. Бегло пролистнув её, я реально обнаружил на страницах эскизы одежды. – Она долго и аргументировано отстаивала свою позицию. В итоге я дал ей зеленый свет и попросил придумать новые сценические костюмы для танцовщиц «Темной ночи». Что-то цепляющее, но не такое откровенное.
– Ладно. Понял. – Я расправил плечи.
– Кровавое возмездие отменяется? Завещание можно не писать?
– Живи пока.
Артем посмотрел на меня задумчиво.
– Любопытно наблюдать за вами двумя. Так это из-за нее ты тогда продинамил мою новогоднюю вечеринку?..
Я нехотя кивнул.
– …Реально собрался жениться?
На некоторое время в кабине повисла напряженная тишина.
– А смысл тянуть? – помассировал гудящие виски, – Нарасхват моя Алина. Надоело сидеть на скамейке запасных. Ночью поставлю перед фактом.
– Мужииик! – поаплодировал. – Только, судя по тому, как стремительно девчонка отсюда вылетела, фэйс она тебе расцарапала за дело и пока явно не горит желанием становиться частью нашей шизонутой семейки.
– Я умею убеждать, – огрызнулся, прекрасно понимая, что в словах брата определенно есть рациональное зерно.
– А если серьезно, на Алине сегодня лица нет. Совсем серая. Да и ты выглядишь неважно. Может, вам реально пора прийти к какому-то общему знаменателю?
Откинувшись на спинку кресла, я тяжело вздохнул. Ну, Лебедева у нас известный «счетовод». Придешь тут к общему знаменателю… Поэтому, еще раз хорошенько обмозговав все с утра, видел для нас только один выход. В противном случае, ничего уже не склеить…
– …А что с Лизой? – поинтересовался Артем после непродолжительной паузы.
– Всё, – ответил я кратко.
– Но она хорошо тебя подоила за эти месяцы, – заметил насмешливо.
– Откупался, чтобы не лезла в душу, – признал очевидный факт. – Хотя еще во время отдыха понял – надо финалить. Но увидел Лебедеву – и кукуха отлетела в неизвестном направлении. Жестко начал чудить. Хорошо хоть вовремя одумался.
– Ну что ж… Интересно развиваются события, – брат лукаво подмигнул.
Пообщавшись с братом, я вернулся в офис и до самого вечера провел на встрече. Закончив, спустился в ресторан, рассчитывая там дождаться Алину, однако ее снова не оказалось на месте.
– Где она на этот раз? – обратился к не особо приветливой официантке Саше. Некоторое время девчонка стояла с таким видом, будто набрала в рот воды. – Ну? Че, немая? – раздражаясь.
Александра закатила глаза.
– Вообще-то я обещала ее не сдавать.
– И тем самым только окажешь ей медвежью услугу, – выжидающе склонил голову.
– Ну ладно… – устало вздохнула, – Алина заболела – у нее поднялась высокая температура. Управляющая отпустила ее домой. Не знаю уж, что у вас там происходит, – понизила голос, – но я видела, как она сегодня плакала, – пустила в меня взглядом молнию. – Не вздумай больше ее обижать!
– Мы как-нибудь сами разберемся? – бросил на ходу.
Выкрутив руль «мерса» в сторону дома Лебедевой, я достал телефон и отправил ей сообщение: Сейчас Кирилл поцелует, и все пройдет.
POV Алина
«Сейчас Кирилл поцелует, и все пройдет» – с незнакомого номера.
«Ну, раз пицца отменяется, заеду тебя проведать» – Егор Безруков.
И оба сообщения пришли практически одновременно.
О-ох.
Сердце подскочило в груди, выплясывая пасодобль. Даже поболеть спокойно нельзя – шестое чувство подсказывало: намечается грандиозный мордобой.
Честно говоря, после ледяного душа и очередной порции стресса, полученной в кабинете шефа, я еле держалась на ногах. Совсем не было сил отмывать подъезд от крови, если эти двое случайно пересекутся.
Поспешно позвонила Безрукову.
– Да, Аль. Я скоро буду!
– Егор, погоди… Не надо приезжать! – Тыльной стороной ладони протерла влажный лоб, оседая в кресле.
– Это еще почему? Ты же сама сказала, что разболелась!
– Да… но…
– Я ненадолго. Закину лекарства, фрукты и сразу отчалю.
– Воронов едет сюда! – призналась виновато. – Он думает, между нами что-то есть… Совсем на этой почве дурканулся. Не хочу, чтобы тебе из-за меня досталось.
– Аль, ты думаешь, я испугаюсь Воронова? – самодовольно хмыкнул. – Да я с удовольствием подрехтую этому долбоящеру фэйс!
С губ сорвался нервный смешок.
«Что за кошка дикая поточила когти о твою морду?»
– У него и так все лицо в царапинах…
– У вас там испанские страсти кипят? – весело поинтересовался Безруков.
– Скорее дурка на гастролях! – Я подтянула ноги к груди. – Правда, лучше не будить лихо. У меня есть все необходимое, а вот сил на очередные разборки не осталось.
– Аль, гайцы по курсу! Перезвоню, – внезапно друг отключился.
Прикрыв глаза, я дотронулась до пылающего лба и положила голову на колени. С утра почувствовала себя неважно, а ближе к вечеру состояние резко ухудшилось – не могла больше находиться в вертикальном положении и на некоторое время скрылась в многострадальной подсобке.
Там меня и нашла Александра. Между делом она поведала, как Кирилл, узнав, что у нас тет-а-тет с его братом, сломя голову помчался туда. Интересно, что себе нафантазировал? Было бы смешно, если бы не было так грустно…
Хотя и эта белокурая пигалица оказалась явно не в восторге от нашего уединения. Так «ненавязчиво» расспрашивала, чем мы занимались. Ох, Саша-Саша… От меня не укрылось, какие долгие томительные взгляды стажерка адресовала нашему шефу. Однако Артем оставался к ним абсолютно безразличен. И хорошо. Потому что я никак не могла представить юную, потребляющую жизнь огромными глотками девочку рядом с этим взрослым, прожженным до мозга костей циником. Как если бы Красная шапочка попала в лапы волку-людоеду.
Вообще, я заметила, что шеф предпочитает определённый типаж женщин – примерно своего возраста, этаких светских львиц, состоявшихся и ярких. Со слов Вадика, за ним охотились представительницы элиты, да только загадочный холостяк не спешил расставаться со своим сердцем.
Хотелось верить, что Александра переключит внимание на парня своего возраста, ибо не нужно быть ведуном в седьмом колене, чтобы понять: этим двоим не по пути.
Я вздрогнула от внезапного звонка в дверь. Судя по тому, как настойчиво терроризировали кнопку, нетрудно было догадаться, кого принесла нелёгкая. Однако силенок на очередной виток шекспировских страстей не осталось.
Единственная «эротическая» фантазия на сегодня – доползти до кровати и отключиться. Однако Ему бесполезно говорить об этом – собрался же чего-то там продолжать, судя по абсолютно неуместным заявлениям в кабинете Артема.
Закончив ломать нам звонок, Кирилл принялся долбить в дверь кулаками. Ну, начинается. Неужели так трудно понять, что после ледяного душа я, мягко скажем, не в состоянии принимать гостей?
Взгляд с трудом сфокусировался на телефоне, зажатом в кулачке. Что-то мне подсказывало – сейчас он оживет. Три… Два… И на дисплее вспыхнул «незнакомый» номер.
Вздохнув, я приняла входящий звонок.
– Я сплю. Давай не сегодня? – прикрывая отяжелевшие веки.
– Открой дверь. Я кое-что тебе передам и уйду.
Уйдет он… Ну-ну.
– У меня все есть. Правда. Поговорим, когда я буду в состоянии.
– Алин… – таким бархатным глубоким голосом, что по спине поползли мурахи.
– М?
– Я соскучился.
Я тоже.
– Понимаю, чего ты хочешь, но сегодня никак. – Провела ладонью по растрепанным волосам. – Даже встать с кресла не могу – все тело ломит.
– Ну и чего же я, по-твоему, хочу? – хрипло рассмеялся. – Лебедева, еще скажи, что мне нужен от тебя только секс. Самой-то не смешно?
– Но вчера ты звонил в отель с очень даже четкими намерениями…
От неприятных воспоминаний обида забурлила в груди Ниагарским водопадом.
– Да. Потому что пока Лиза не свалит из моей квартиры, я вынужден ночевать по отелям. Подыскиваю новое жилье – но пока все не то. А хотелось побыть с тобой. Не в тачке же нам обжиматься! Неужели не ясно?
– Ну вот, минуты не прошло, и снова спорим! Поэтому я не отрою дверь. Поезжай в отель, или где ты там обитаешь… Дай мне немного времени прийти в себя. А потом попробуем поговорить…
– Я не хочу терять еще одну ночь. Мы и так потеряли их бесконечно много. Просто спать. Как раньше… Алин?
Я отключилась. И рассудок тоже почти выключился. Свернувшись калачиком в кресле, начала куда-то уплывать, однако в последний момент заставила себя подняться и все-таки доковыляла до ванной – умылась и почистила зубы.
Возвращаясь в спальню, я вздрогнула от очередного звонка в дверь. Посмотрев в глазок, поспешно открыла.
– Егор! – слабо улыбнулась. – Ты все-таки приехал…
– Как ты себя чувствуешь? – переступив порог, друг протянул мне большой крафтовый пакет из премиального продуктового магазина. – Выглядишь, если честно, неважно… Может, вызвать врача?
– Не надо врача. Это психосоматика. Мне пора записаться в клуб анонимных сапожников без сапог. Здравствуйте, меня зовут Алина, я закончила факультет психологии, но сама не в состоянии справиться со стрессом! – невесело усмехнулась, вцепившись в рукав его кожаной куртки, чтобы устоять на ногах. – Умом все понимаю, но стоит нам остаться наедине… – Вытерла взмокший лоб.
– Он у тебя во дворе, кстати, – тихо сообщил мне Егор.
– Ты, наверное, ошибаешься, – сухо сглотнула.
Зная взрывной темперамент Кирилла, Безруков бы здесь уже не стоял…
– Полагаю, это все-таки он. Вряд ли какой-то другой хмурый парень на «мерсе» стал бы показывать мне средний палец.
– Он показал тебе средний палец?! – переспросила ошарашено.
– Ага. Обменялись факами! – Егор ухмыльнулся.
– И? – с содроганием.
– Ну как видишь, я еще живой. Даже поднялся на своих ногах. Может, он решил устроить мне на обратном пути засаду? Надо быть начеку! – с напускным ужасом гость посмотрел через плечо.
Вот дурдом!
– Егор, я тебя прошу, не провоцируй его, пожалуйста!
– Честно? – Безруков еще раз выразительно меня осмотрел. – Вот сейчас реально кулаки зачесались дать ему по роже! – На бородатых щеках блондина проступили желваки.
– Не надо никаких разборок. Просто поезжай домой. Мы сами с ним разберемся.
– Только потому, что ты просишь…
Закрыв дверь за Егором, я подошла к окну и в свете уличного фонаря неподалеку увидела автомобиль Кирилла. Безруков же припарковался прямо около моего подъезда.
К счастью, друг без происшествий вернулся за руль и стремительно растворился в вечерних сумерках. А вот «Мерседес» продолжал стоять на парковке перед домом…
Закрыв шторы, я на всякий случай выключила телефон, забираясь в постель, и практически сразу уплыла в густой тревожный морок.
– Мое сокровище… – рельефная обнаженная мужская грудь коснулась моей ослабевшей спины. – Иди сюда! – сильные руки обвились вокруг талии, не оставляя между нашими телами ни малейшего зазора.
А может, Он просто мне снится?
– Воронов… – на полувдохе. Не знаю, сколько я проспала, однако за это время самочувствие только ухудшилось – все тело горело огнем, голова раскалывалась, я не могла полностью открыть отяжелевшие веки, не говоря уже о том, чтобы хоть на миллиметр сдвинуть эту гору мышц. – Что ты… делаешь?
– Обнимаю тебя, – понизив голос до хриплого шепота. – Доктор Кирилл пришел… – Невесомо коснулся моего виска губами, как когда-то в детстве делала мама. – Мне так этого не хватало, Алин.
– Чего? – сипло выдохнула. – Ворваться в мою квартиру посреди ночи и напугать до смерти? Совсем… с-страх потерял?
Я старалась не обращать внимания на то, какой он накаченный и твердый… везде.
– Потерял. И страх, и покой. И много чего еще. И все по вине одной маленькой жестокой девочки. – Проскользнув мне под пижамный топ рукой, положил крупную ладонь на живот, будто там ей и место. – А сейчас, Лебедева, мы займемся… – хулигански ухмыльнулся, укладывая мою голову себе на грудь, – твоим лечением.