Карлайл

Я не чувствовал руку.

Первая мысль, посетившая меня, как только я проснулся.

Зажмурившись от бьющего в глаза солнца, я отвернулся от источника света и собирался поменять позу, но чья-то крепкая хватка на моей груди заставила замереть на месте.

Я моментально разлепил глаза, уставившись в белый потолок с люстрой, которой у меня в комнате не было.

Нахмурившись, я задумался, вспоминая события вчерашнего вечера.

Однозначно, я не мог переспать с кем-то и остаться на ночь, потому что за последние полгода это перестало быть моей фишкой. Да и судя по тесноте в боксерах, я был в одежде.

Я отмел прочь этот вариант.

– Да. Вот так… – хриплый женский голос привлек мое внимание, заставив осторожно опустить голову вниз и замереть на месте при виде светловолосой макушки, принадлежащей Харпер.

Нет. Я ни с кем не переспал.

Бэмби лежала, обнимая меня за грудь и закинув ногу на торс, как ленивец, цепляющийся за ветку, и это нихрена не улучшало ситуацию. Между нами удобно расположилась её плюшевая игрушка с черными пуговицами вместо глаз, которую Харпер весь вечер использовала в качестве мяча. Нитчатая улыбка на лице медведя будто издевалась надо мной.

Мой член в очередной раз дернулся в штанах, но это не из-за физиологии, а из-за вида аккуратных изгибов Харпер, отчаянно прижимающейся к моему боку и тершейся об меня во сне, как кошка во время течки. В купе с хриплыми стонами, срывающимися с её губ, я мог предположить, что ей снился очень приятный сон.

Черт.

Лямка её топа спала с плеча, привлекая внимание к голой коже, обвитой едва ли не сдернувшейся тканью вокруг её груди, ложбинка которой отчетливо отсюда проглядывалась и требовала…

Я отвернулся, откашлявшись.

Риск умереть от эрекции ничтожен, но не равен нулю – напоминал я себе, зажмуривая глаза. Опустив руку к колену девушки, я аккуратно похлопал по нему, требуя проснуться.

– Доброе утро, – прогремел я с хрипотцой, откашливаясь ещё сильнее, чтобы привести голос в норму.

Но это, кажется, не помогло.

– Бэмби, – я ещё раз дернул её за ногу.

Она сладко застонала, поднимая руку от моей груди выше, к шее, и в поглаживающем жесте провела по раскаленной коже. Ее голова, находящаяся на моей руке, приподнялась, и теперь я мог видеть её лицо с прикрытыми глазами, ресницы которых подергивались под блеском утреннего солнца.

Кому-то снился очень горячий сон. И как бы мне не хотелось продолжать насладиться её хныкающим от удовольствия лицом, я должен был уйти отсюда.

– Карлайл, – тихо проговорила Харпер, приоткрывая веки и сонно улыбаясь. Кажется, я действительно попал в сказку, если в сочетании с моим именем у Бэмби шла улыбка, а не ведро оскорблений и криков, – доброе утро.

Доброе ли.

– Поднимай свою милую задницу, красотка, – я похлопал её по пояснице, не опустив руки ниже, потому что не собирался извращать сонную девчонку, – мне пора на тренировку.

Глаза Бэмби моментально распахнулись, а рука, все ещё поглаживающая мою шею, резко остановилась.

Сказка закончилась. Свет замигал. К ней вернулся здравый смысл.

Отпихнув меня от себя, Харпер взлетела над кроватью и прижала руки к груди, будто я собственноручно заставил её обнимать меня всю ночь.

– Во сне ты мне нравишься больше, – пробурчал я, садясь на кровати и потирая лицо.

– Какого хрена ты здесь делаешь?! – закричала Бэмби. Действительно, закричала, черт побери, как если бы у меня имелась репутация Теда Банди.

Я поднялся с матраса, разминая шею и затекшую руку, и развернулся лицом к девушке, в спальне которой я даже не мечтал очутиться.

– Спал, – констатировал, глядя на забившуюся в угол на кровати Харпер, разглядывающей меня, как музейный экспонат. Ее глаза опустились ниже и расширились.

Я последовал за её взглядом и перевел дыхание, когда наткнулся на выпуклость в штанах, активно показывающейся через светлые джинсы.

– Это не из-за тебя, если что, – предупредительно произнес я, о чем моментально пожалел, потому что это звучало, как оскорбление. Гений комплиментов. Я прокашлялся, – физиология.

– Я знаю, – проговорила Бэмби, все ещё пялясь на мой член, как завороженная. Знал бы я раньше такую реакцию, каждое утро стучал бы в её двери и стоял перед ней в серых брюках, – просто… убери это нахрен.

Я засмеялся, потянувшись за спортивной сумкой, лежащей возле кровати, и взглянул в глаза Харпер.

– Прямо сейчас? Ну, знаешь, ты могла бы…

– Заткнись!

Мой смех стал ещё громче, когда я схватил за лямки и закинул на плечо, внимательно наблюдая за морщинкой, пролегавшей на хмуром лбу девушки передо мной.

– Зато ты убедилась, что у меня нет эректильной дисфункции, – я непринужденно пожал плечами, выпрямляясь.

– Я об этом давно осведомлена, придурок. Слухи до меня отлично доходят, – она огрызнулась. Ауч! У кого-то режутся зубки. – Всё. Выметайся отсюда. Поживее.

Смех застрял в горле, когда я развернулся на девяносто градусов и двинулся в сторону двери. Зацепившись за стальную ручку, я опустил её вниз и повернул голову к внимательно следящей за мной Бэмби.

Шире улыбнувшись, я не сдержался:

– Если нужна будет помощь с эротическими снами, – я вспомнил её утренние стоны, сопровождающиеся бормотанием, – я готов выдвинуть свою кандидатуру.

– Иди в жопу, Шервуд! – закричала она, подхватывая с места подушку и целясь в меня, но я уже успел выйти за пределы комнаты и захлопнуть за собой дверь, так что та ударилась с глухим стуком об дерево.

Развернувшись, я встретился с пятью парами глаз, чьи обладательницы стояли врассыпную по всему этажу, замерев на своих местах и откровенно пялясь на меня.

– Доброе утро, девушки, – пропел я, поправляя сумку на плече так, чтобы она скрывала мой стояк в штанах, и спустился вниз по лестнице.

На первом этаже меня ждало ещё больше недоуменных взглядов, но я улыбнулся каждой, всем своим видом показывая, что у меня была умопомрачительная ночь прежде, чем вышел из сестринства и двинулся к своему пикапу.

Великолепное утро.

* * *

– Где ты был ночью? – Митчелл сидел передо мной на кухне, почесывая свой живот и пялясь на меня, сощурив глаза. – Ты обычно всегда ночуешь дома.

– Спасибо за заботу, папочка, – я придвинул к себе ближе план тренировок на предстоящий месяц и фыркнул, – но это тебя не касается.

– Я просто ревную, мальчик, – Эммерс ухмыльнулся, – не нашел ты себе какое-нибудь увлечение поинтересней, чем футбол.

Абсурд. Я жил и буквально дышал этим видом спорта, грезя сыграть в НФЛ и в следующем году уже стоять вместе с победителями Суперкубков. Или стать одним из победителей. Второе звучало круче, но я не хотел сбивать весь свой настрой лживыми мечтами, не имеющими даже газообразной формы в моих фантазиях.

Взяв карандаш, я стал перетасовывать игроков в различных формациях, пока Трент перед плитой исполнял новые кулинарные шедевры, отравляя весь дом сладким ароматом курицы.

– Или, – голос Митча стал игривым и он склонился над столом, внимательно изучая мое лицо, – ты работаешь над тем, чтобы оплодотворить все население кампуса?

– Я не собираюсь отбирать у тебя работу, Эммерс, – взглянул на друга исподлобья, остановив движение руки над листом, – а теперь отвали от меня, иначе я проткну твои яйца карандашом.

Блондин показательно схватил себя за пах, открыв рот и скорчившись в боли. Я закатил глаза, когда на кухню ввалились Робин и Даррен, только что вышедшие из душа после вечерней пробежки.

Утро началось прекрасно в постели Бэмби Харпер, но весь оставшийся день прошел, откровенно говоря, дерьмово. Я чуть ли не опоздал на тренировку, успев забежать домой и принять быстрый душ, отыграл на поле на процентов десять и, что больше всего меня выбесило, это сидящий на скамье в раздевалке Тиан, мило воркующий с кем-то по переписке. В тот момент я успел пожалеть, что не имел глаза ястреба или хотя бы телепатические способности, зато в моем арсенале обозначилась не такая уж и чистая совесть, потому что я сделал вид, что подхожу к Кейду, переодевающемуся рядом с Тианом, и бессовестно взглянул в экран смартфона Уолока.

Бэмби гребанная Харпер.

Он переписывался с ней. Я не увидел деталей переписки, но вряд ли их что-то связывало, помимо общего предка гомо сапиенс. Ладно, сужал круг ещё тот факт, что они учились в одном университете, но на этом их связи заканчивались.

Нет, это жгучее чувство в груди не было ревностью. Всего лишь желанием придушить на месте белобрысого и скинуть его тело в канаву, объявить в розыск и делать вид, что он сбежал от Бэмби.

Я устало выдохнул.

Это, наверное, и звалось ревностью.

Пары прошли как в тумане, а вечерняя тренировка убила меня физически, поэтому у меня было минут двадцать прежде, чем я распластаюсь на кровати и вырублюсь.

– Не раздражай капитана, – Трент развернулся около столешницы лицом к нам, светя своим цветочным фартуком, купленным на ярмарке у одного из сестринств в прошлом году, и ткнул лопаточкой в сторону Эммерса, – он и так весь день на взводе.

– Это потому, что у него нет секса.

– Если ты забыл, его фан-база в два раза больше твоей, – продолжил спор Донован.

Митчелл пожал плечами.

– Это не отменяет того факта, что у него нет секса.

– Меня напрягает твоя осведомленность об интимной жизни нашего капитана, – Даррен присел рядом со мной, изучая взглядом содержимое листа, пока я активно игнорировал парней.

Обсуждать свою личную жизнь с кем-то из них было последним, что я собирался делать сегодня или когда-либо ещё. Поэтому, я продолжал переставлять игроков. Здравая часть меня рассуждала логично и благодарила господа за то, что Тиан не оказался в атаке, потому что я засунул бы его в задницу и не высовывал со скамьи ни в одном из матчей.

– Любой, кто не слепой, заметит, что он с начала учебного года ни на одной вечеринке не задержался на перепих, – продолжал Митч, и я одарил его убийственным взглядом. Он ухмыльнулся, – я говорю то, что вижу.

Робин обогнул стол, присаживаясь рядом с Эммерсом, и внимательно взглянул в лицо блондина.

– У всех богатеньких засранцев пубертат наступает так поздно? – он выгнул бровь. – Или длится так долго?

– Парни, не нужно мне завидовать. То, что девчонки вам не дают, не повод принижать меня за чрезмерно активную сексуальную жизнь. И на вашей улице будет праздник.

Я хмыкнул.

Если честно, Митчелл больше походил на домашнего питомца – порой раздражал до такой степени, что хотелось бы сдать его в приют, но я этого никогда не сделаю, потому что слишком сильно… люблю.

Да и другие не обладали нужным терпением, чтобы дружить с Эммерсом.

– Митч, – я привлек внимание парня, – не паникуй, твой рекорд профессиональных закидываний девушек в постель я не побью. Не нужно чувствовать во мне конкурента.

Я им даже бы не стал.

Все, что меня привлекало, находилось сейчас где-нибудь на радиостанции и переписывалось со смазливым бывшим игроком в лакросс. Учитывая, что я не мог переспать с кем-то другой, то было несколько вариантов исхода событий – напиться вдрызг и переспать с кем-то похожей на неё, подождать, пока мои чувства к ней угаснут или… добиться её.

Последнее звучало более, чем привлекательно, но менее, чем реалистично.

– Глотай пыль, кэп, – Митч ухмыльнулся.

– Так, ладно, – Робин хлопнул в ладони, призывая всех сидящих в гостиной парней собраться на кухне, – насчет темы благотворительности, – на его лице появилась довольная улыбка, не сулящая ничего позитивного. Я отодвинул от себя лист и карандаш, внимательно глядя на Мэддокса, – я кое-что придумал.

* * *

Бэмби

Битый час я пялилась в стену, вспоминая вчерашнее утро в сестринстве, которое обернулось полной катастрофой для меня. Я даже не подозревала, что моя фантазия способна генерировать такие сны с участием… Шервуда. Поверить не могу, мне действительно снились ласки квотербека сильной шершавой рукой и, что самое ужасающее, мне это нравилось.

Кошмары иногда слишком реалистичны. Тем не менее даже осознание того, что это лишь глупый сон, не спасло меня от чувства стыда перед Карлайлом. Он всё знал.

Фортуна явно решила покинуть меня в этом году, оставив мою судьбу на произвол случайностей.

Я моргнула, фокусируя взгляд на экране.

Тиан: «Марвел? Ты шутишь? Я обожаю КВМ!»

Я: «Я думала, что ты больше фанат DC»

Тиан: «Там, конечно, большой плюс в независимости арок, но я обожаю запутанные истории, приводящие к определенному событию. Поэтому, да, мой выбор падет на Марвел»

Я пялилась на наш диалог, открытый вот уже несколько минут и не могла придумать достойный ответ, который поразил бы Уолока с такой же точностью, как и меня. Ну, я просто не была настолько фанаткой этих комиксов, чтобы пуститься в подробное обсуждение сюжетных арок. В подростковое время, когда мне было необходимо окунуться в миры, я делала это с помощью как раз таки комиксов Марвел, прослеживая цепь событий, переходящих из одного выпуска в другой. Но все это длилось ровно до того момента, пока я не открыла для себя «Сумерки» и истории про вампиров. После одного просмотра все школьные года я помнила, как в тумане.

Прежде, чем я успела написать ответ, пришло новое сообщение от Тиана.

Тиан: «Может, однажды обсудим всё это где-нибудь в кафе?»

Мое сердце пропустило удар. Или это был гром за окном. Но тем не менее пальцы замерли над экраном, где я пялилась на сообщение Уолока, которое однозначно было приглашением на… свидание?

Я моргнула.

К черту. Даже, если это сон, то хотя бы во сне я должна согласиться без робости, а не сидеть столбом.

Я: «С удовольствием»

В дверь радиостанции постучали, и я подняла голову вверх, намереваясь увидеть пришедшую с пар Аннет, но внутрь небольшого помещения влетел Хампти-Дампти, держа в руках огромную папку. Отключив телефон, я поднялась с места и настороженно взглянула на секретаря, за спиной которого стояли ещё двое мужчин с ящиками, кажется, инструментов.

– Здравствуйте, мистер Мартин, – поздоровалась я, мельком поглядывая на незванных гостей, – чем могу помочь?

Лысый мужчина промокнул карманным платком вспотевший лоб и улыбнулся.

– Подозреваю, мисс Харпер, что вы мне ничем не поможете, – он кивнул посторонним, и те принялись выволакивать измерительную рулетку, подходя к стене и разворачивая ленту. Я моргнула, – зато мы вам можем.

– Я не понимаю…

– Я обещал, что займусь радиостанцией, – Мистер Мартин улыбнулся, оглядывая стены и старую мебель комнаты, – а я привык сдерживать свои обещания.

– Но я ещё не начала комментировать матчи, – продолжила я, вспоминая детали нашего договора в тот день

Хампти-Дампти взглянул на меня с округленными глазами и ужаснулся, прижимая руку к груди так, будто я оскорбила футбольную команду.

– При всем моем уважении, мисс Харпер, но я не заключаю сделок со студентами. Радиостанция действительно нуждалась в капитальном ремонте, а вы лишь подтолкнули меня к тому, чтобы я начал эту работу немного пораньше.

– О, – сглотнула я, хлопая ресницами, пока в помещении начинался переполох.

Один из мужчин фиксировал в блокноте замеры, продиктованные вторым, пока Хампти-Дампти листал папку перед собой, а я еле успевала следить за происходящим вокруг.

Ремонт… на радиостанции.

Я об этом мечтала с первого курса, блин!

Наконец-то это место может стать чуточку привлекательнее для новых студентов.

Все шли в различные секции, а на смотрах в радиостанцию всегда пробегало перекати-поле за исключением того случая, когда на первом курсе заявилась я.

Мои молитвы были услышаны.

– На время ремонта я перемещу вас в другой кабинет, мисс Харпер, – мистер Мартин поднял на меня взгляд добрых глаз, улыбаясь, – старое оборудование перенесем в тот кабинет. Здесь будем полностью обустраивать новое.

Я радостно кивнула.

– Конечно. Спасибо вам, мистер Мартин, а куда переедет пока радиостанция?

– В помещение университетской газеты. У них большая территория и…

Но я уже дальше не слышала. Стоило прозвучать громом посреди ясного неба двум словам «университетская газета», как я чуть не подавилась собственным ядом, плещущимся в желудке. Еще бы немного, и я начала шипеть, как дикая кошка, но мой застывший вид и выпученные глаза говорили уже больше, чем я могла бы сказать.

Какая. Нафиг. Редакция.

Уайат. Твою мать. Уайат и Гвинет. У жизни в этом году были свои планы на меня, потому что с самого начала года она забрасывала меня в ситуации, в которых я не хотела оказываться – сначала в руки Карлайла Шервуда, который оказался более, чем терпимым, затем на комментирование и теперь в редакцию.

Но если квотербек университетской команды был обаятельным и его шуточки чаще всего вызывали спазмы невышедшего наружу смеха, то Уайат был живым воплощением ненависти и отвращения в одном флаконе. Выдержать Карлайла – это испытание на прочность и целомудрие. Выдержать Уайата – эксперимент, который может закончиться убийством.

– Знаете, – я нервно засмеялась, сцепляя пальцы перед собой, – может, мы передвинем ремонт на каникулы? Студентов не будет в городе. И…

– И работников тоже не будут в городе, – многозначительно произнес секретарь, – мы должны ценить то, что имеем. Знаете, в наше время в университетах проводились уроки этики, и зачастую мы задавались вопросами «а зачем?», «а почему?», но теперь…

Черт.

– Извините, – я перебила пылкую речь Хампти-Дампти прежде, чем это превратилось бы в часовую лекцию, и тем самым заслужила укоризненный взгляд с его стороны, – мы не сможем остаться здесь и работать вместе с, э-э-э, – я взглянула на мужчин, – с ними?

– Нет.

– А если…

– Тоже нет.

– Но…

– Категорическое нет.

Я возвела глаза к потолку, еле сдерживаясь, чтобы не затопать по полу, как маленький ребенок, и не заплакать. В обороне с Карлайлом мне хватало просто не вестись на его улыбки, ямочки и о-о-о накаченный пресс, который я гладила вчерашним утром. На мощную грудь, шею и горячее дыхание…

Стоп.

Глубокий вдох. Выдох. Было достаточно не обращать внимание на самого Шервуда, но в случае с Уайатам Кингсли мне необходимо было запастись патронами. На всякий случай.

– Всего доброго, мисс Харпер. С завтрашнего дня радиостанция и университетская газета объединятся! Какое великолепное событие, две творческие делегации Сейбрука будут вместе…

…и это будет днем моей смерти.

Секретарь исчез за дверью, оставляя мужчин продолжать измерять помещение. Я глубоко вздохнула, хватая рюкзак с дивана и вышагивая за пределы обители, собираясь заесть стресс лимонным пирогом. Или конфетами с ликером.

Или может сразу задушить Уайата.

Господи, среди всех мужчин на планете я ошибочно считала Шервуда самым последним в списке за небольшую пакость, но сейчас с рукой на сердце я забирала слова обратно – он упорно поднимался по лестнице вверх, собираясь захватить звание «самого лучшего».