Жить надо так, чтобы тебя помнили и сволочи.

Мой путь лежал в Нижний Город, или Нориэльск — второй по значимости город после столицы Айриндол, раскинувшийся у подножия гор на юго-западных рубежах. Я намеренно приземлился на окраине, дабы не привлекать излишнего внимания. В распоряжении у меня были лишь скупые сведения: название города и имя — Орвакс Рубенков, купец, чья слава гремела в кругах торговцев антиквариатом. Углубившись в расспросы, я с удивлением обнаружил, что наши заведения некогда закупали у него полотна и скульптуры. Полагаю, архимагистр Нивель мог бы рассказать больше, но его не оказалось на месте.

Здесь требовалась особая осторожность. Я хорошо помнил, на что способны осколки их артефакта, а уж целый реликт наверняка лишил бы меня сил. Рисковать было непозволительной роскошью, тем более что в этом городе меня ждало несколько дел. Сняв скромную комнату в постоялом дворе, я окутал себя маскировочным мороком и начал неспешно бродить по улицам, вживаясь в роль коллекционера, желающего сбыть «Сердце Бездны» — артефакт, способный поглощать тени. Такой предлог должен был помочь мне приблизиться к «друзьям» из «Чёрного Полумесяца», входившим в гильдию «Безмолвные Клинки», где некогда состояла Криана. Кстати, имея при себе её кольцо, я рассчитывал, что они сами выйдут на контакт. Но пока что следовало опробовать более тонкий подход. Моей главной целью был глава местного отделения — он мог знать, как подобраться к логову братства Смерти Абсолюта. Но больше всего меня занимала одна загадка: как удалось этой организации столь долго скрываться у всех на виду? Не уже ли и тут замешаны власть имущие? Ох, не хотелось бы мне обещаться с королевой. Судя как мне её описали, она близка к нашей королеве из сказки про Кая и Герду. Холодная, бесчувственная и безжалостна.

Почти три дня прошло, прежде чем со мной установили контакт. Всё это время я отнюдь не предавался безделью, а тщательно изучал местные товары, выискивая всё, что могло бы пригодиться нашему делу. Я скупал диковинные специи, редкие продукты и прочие любопытные вещицы, параллельно договариваясь о поставках через подставные фирмы, никак не связанные с моей основной компанией — дабы ни у кого не возникло соблазна насолить мне через них. Только Рома, Алатея и Майя ведали об истинном положении дел — кто есть кто. Остальные пребывали в блаженном неведении.

На четвёртый день, ближе к полудню, я расположился в таверне «Ледяной Свин», где кормили сносно. Воспользоваться своей едой и питьём было нельзя — это могло разрушить легенду. Именно тогда ко мне приблизился незнакомец: высокий, почти бесплотный силуэт с кожей, словно отлитой из матового серебра. Его глаза, подобные двум узким серпам, источали холодное лунное сияние. По тому, как засуетился трактирщик, я понял — передо мной персона весьма значительная.

— Добрый день, Кшиштоф Пшебижинский. Позволите составить вам компанию? — от его слов веяло таким леденящим холодом, что, будь я кем-то другим, мог бы и напрудить в штанишки. Воистину пугающий тип. Пришлось изобразить дружелюбие и сделать вид, будто я не ведаю, с кем имею дело.

— Разумеется, уважаемый…

— Каэльдрис Вейлорн.

— Уважаемый господин Вейлорн, присаживайтесь, буду рад беседе.

Он занял место напротив, но не спешил начинать разговор, а лишь пристально разглядывал меня. Я, пожав плечами, невозмутимо продолжил трапезу. Похоже, моё равнодушие его позабавило.

— Если у вас стеснённые обстоятельства, я могу вас угостить, — предложил я, отчего он слегка опешил. Видимо, такого поворота он явно не ожидал.

— Благодарю, но я не голоден. Мне сообщили, что вы желаете продать один редкий артефакт. Могу я осведомиться, откуда он у вас?

— Безусловно. Он был приобретён честным путём, если вас это беспокоит. Мне его продал один добрый гном. Правда, он уже не сможет это подтвердить, так как был казнён короной за измену. Но клянусь всем, что имею, — я не воровал его.

— Вам известно, как именно использовать этот артефакт и каково его предназначение? — продолжил допрос мой новый знакомый.

— Безусловно. Это защитное устройство против воров, тех, что пользуются магией теней. Ужасные личности, — я с отвращением поморщился. — Проникают в жилища без приглашения. А вот эта вещица не позволит им так просто пробраться в дом. Отныне ни один негодяй не сможет укрыться в тени — артефакт буквально вышвырнет его оттуда.

— Он у вас в единственном экземпляре?

— Именно так. Подобные реликвии невероятно редки. В этом случае он существует в мире в количестве одной штуки. Мастер, создавший его, скоропостижно скончался, унеся секрет изготовления с собой в могилу.

Каэльдрис Вейлорн усмехнулся, хотя его выражение лица больше напоминало оскал, нежели улыбку.

— Однако, полагаю, искусный артефактор без труда разгадает принцип действия этого чуда. Поскольку он не запечатан и все руны открыты для изучения.

На этом месте мой незваный собеседник нахмурился.

— Он при вас?

— О, что вы! — я рассмеялся с небрежной лёгкостью, словно он произнёс остроумную шутку. — Кто же станет носить подобные реликвии с собой? Карманники здесь встречаются на каждом шагу. Он находится в банковской ячейке. Здесь, в «ЧароБанке».

— Какую сумму вы за него хотите?

— Пятьдесят тысяч. И я не стану торговаться — прежде чем назвать цену, я поинтересовался мнением знатоков из «Адастрии».

— Тогда почему же вы не продали его там?

— Простите, уважаемый, но это уже не ваша забота, — мягко, но недвусмысленно дал я понять.

Я вытер губы салфеткой, оставил на столе пару медяков и начал подниматься.

— Удачи вам, господин Вейлорн. А мне пора заняться делами.

— Постойте. Предлагаю следующее: покажите мне артефакт, и если он действительно функционирует, я приобрету его у вас.

Я немедленно вернулся на место.

— Вот это по-деловому! Вот это я понимаю! Когда вы хотели бы это осуществить?

— Сейчас у меня нет иных дел, и если вы располагаете временем, я был бы рад сделать это немедленно.

— С превеликим удовольствием, — я стремительно поднялся и направился к выходу.

Мы проследовали в здание «ЧароБанка» и прошли в специальную комнату, где мне вынесли сданную ранее на хранение шкатулку. Внутри, на бархатном ложе, покоился сферообразный артефакт из полупрозрачного минерала, по поверхности которого бежали переливы молочно-белой энергии, оживляя бесчисленные руны, покрывавшие его до самого основания.

На самом деле этот артефакт я приобрёл у Балмора около трёх лет назад для защиты замка и своих заведений. Гномы производят подобные устройства исключительно для доверенных партнёров — изготовление требует колоссальных и редких ресурсов, что исключает их массовое производство. Артефакт действительно превосходен, однако против архимагистра теней он бессилен. Впрочем, маг подобного уровня вряд ли станет красться в чужие владения. Я давно заметил: чем могущественнее маг, тем меньше он стремится демонстрировать своё превосходство. За исключением, пожалуй, игр в бильярд или боулинг — там они превращаются в настоящих детей. Помню, во время турнира по боулингу, когда «Магический Совет» состязался против короля эльфов, императора Феникса, Элидии и Шаркуса и Элькраса Серебряного Листа, магический фон был столь интенсивен, что половина защитных артефактов в здании вышла из строя, едва сдерживая исходящую от них мощь. На кону стояла не просто победа — проигравшие лишались права посещать мой ресторан и клуб на две недели. Мне, конечно, это было невыгодно, но возражать против двух десятков сильнейших магов? Нет, я не настолько безрассуден.

— Вот он, — указал я потенциальному покупателю на «Сердце Бездны».

— Вы же не возражаете против проверки его функциональности? — спросил Каэльдрис Вейлорн, тщетно пытаясь сохранить маску безразличия. Но я видел, как его буквально передёргивало от волнения. Ведь перед ним было оружие, созданное против таких, как он. Дважды его защитные чары давали сбой, и я без труда распознал в нём мага теней. Он пытался владеть собой, но порой его природа прорывалась наружу — то ли от нетерпения, то ли от раздражения. Этого мгновения мне хватило, чтобы понять: передо мной архимаг Теней. Более того, он настолько жаждал заполучить артефакт, что лично явился на переговоры. У таких магов обычно для такого есть свои люди. Тот же Ридикус за покупками не ходит.

Интересно, кем он является? Главой «Чёрного Полумесяца» или, может быть, иного клана? Но он точно не просто человек. Магическая мощь, дорогая одежда, властный взгляд. Он точно кто-то важный.

Каэльдрис активировал своё кольцо и попытался раствориться в тени, отбрасываемой дверью от магического светильника. Однако вместо исчезновения он оказался у дверного косяка, оставаясь совершенно видимым для меня. Я же не смог сдержать довольной улыбки. В конце концов, я — торговец, и успешная демонстрация товара, доказавшая его подлинность и эффективность, лишала покупателя возможности сбить цену. Вот и делал вид, что радуюсь.

— Превосходный инструмент, — произнёс он, не скрывая восхищения.

— Без сомнения. И что особенно ценно — для его активации не требуется магических способностей. Заряда хватит на три столетия непрерывной работы, а последующая подзарядка обойдётся всего в несколько золотых монет.

— Вы утверждаете, что это единственный экземпляр?

— Именно так. Отсюда и соответствующая цена. Ведь я не единственный претендент на долю — придётся поделиться с добросердечными гномами, оказавшими содействие в его приобретении.

— Но ранее вы упоминали, что получили его в дар от главы клана Рунирдов?

— Я не уточнял, от кого именно. Но вижу, вы осведомлены. Давайте не будем углубляться в детали и примем на веру мои слова.

— Что ж, — его тон стал ледяным.

— Как предпочитаете произвести расчёт — банковским переводом или наличными?

— Лучше наличными. Налоговая служба не дремлет, и мне бы не хотелось привлекать внимание к такой сумме, — мой выбор вызвал на его лице искреннюю улыбку. Он, вероятно, думал… Впрочем, понятно, что он думал.

Пора было закреплять успех.

— Если Вы не против, уважаемый Вейлорн, я предлагаю завершить сделку немедленно. Более того, я готов вам довериться и оставить артефакт у себя, пока Вы подготовите средства. Вам следует понимать — если с ним что-то случится, к вам нагрянут не самые дружелюбные визитёры с неприятными вопросами.

— Это излишне, мой новый друг, — он отмахнулся от моего прозрачного намёка с напускным легкомыслием, но в его глазах мелькнула тень опасения.

За пределами банка нас ожидала карета, запряжённая парой вороных скакунов. Заняв места в её кожаном салоне, мы покинули городские стены и направились в загородные земли. Почти три часа пути прошли в полном молчании — мой спутник не изъявлял желания беседовать, а я притворился погружённым в дрёму, сделав вид, что монотонная дорога меня усыпила. Когда экипаж наконец остановился, передо мной предстало поместье. Не сказать, чтобы огромное по здешним меркам, но более чем респектабельное — около полутора тысяч квадратных метров. Внутреннее убранство говорило о тонком вкусе хозяина: изящная мебель, подлинные полотна на стенах, слуги со спокойными лицами и доброжелательными улыбками. Рядом виднелись конюшни и ухоженный сад, что особенно удивительно для этих краёв, где зима царствует почти круглогодично. Всё объяснилось, когда я ощутил разницу температур: внутри усадьбы царили комфортные двадцать градусов, тогда как снаружи было не менее пяти ниже нуля. Определённо, работа климатических артефактов.

В гостиной мне предложили ароматный травяной отвар и свежеиспечённое печенье. Когда же я намекнул, что не прочь взглянуть на обещанное вознаграждение, мне вежливо предложили спуститься в подвал для окончательных расчётов, пообещав после этого доставить обратно в город.

Продолжая играть роль ничего не подозревающего купца, я следовал за хозяином, будто агнец, ведомый на заклание. Краем глаза я отметил в окне, проходя по коридору, забавную картину: карету уже распрягли — значит, обратной дороги не предвидится. Двое слуг следовали за нами по пятам, даже не пытаясь скрыть боевые кинжалы с магическими рунами на поясах.

Оказавшись в настоящей сокровищнице, что стало для меня неожиданностью, мне вынесли три сундука, доверху наполненных золотыми монетами — ровно ту сумму, о которой мы договорились.

Что за чертовщина здесь происходит? Неужели они в самом деле собираются со мной рассчитаться? Эй? Где же засада? Где удар в спину?

А-а-а… Фух. Я мысленно выдохнул с облегчением, когда тяжёлая дверь позади меня с глухим стуком захлопнулась. На мгновение я поверил в их честность — уж больно напоминали эту ситуацию с тем вежливым начальником стражи. Теперь всё встало на свои места: пока я склонялся над сундуками, меня заперли в подвале. Теперь мне «не суждено» отсюда выйти.

— Позвольте приступить к подсчёту? — осведомился я, делая шаг к сундукам. Словно всё хорошо.

— Боюсь, вам не доведётся воспользоваться этими сокровищами, Кшиштоф, — прозвучал ледяной ответ.

— И на каком же основании Вы сделали столь опрометчивое заявление?

— Видите ли, мы не можем позволить, чтобы кто-либо узнал о существовании этого артефакта в нашем владении.

— Так не проще ли его просто разбить?

— Нет, не проще. Он может нам пригодиться.

— Позвольте, — я нарочито нахмурил брови, — если вы замышляете нечестную игру, возмездие не заставит себя ждать.

— Полагаю, мы как-нибудь справимся с этой малой трудностью, — Вейлорн кивнул своим подручным. Судя по их ауре, оба были мастерами теневой магии.

— Постойте, — внезапно воскликнул я, — а если я одолею ваших стражников, вы отпустите меня с миром?

— Господин Кшиштоф, если вам удастся одержать над ними верх, я лично помогу донести эти сундуки до вашей кареты.

— Маг даёт слово?

Вместо ответа он лишь усмехнулся, а двое теневых мастеров начали сближаться со мной — чтобы через мгновение рухнуть замертво.

«Sibilus Mortis», — мысленно произнёс я, направляя заклинание на своих предполагаемых убийц.

Сначала они застыли на месте, затем начали беспокойно озираться. Выхватив клинки, они принялись размахивать ими в пустом пространстве. Вскоре по сокровищнице разнеслись их отчаянные крики. Воины перешли от угроз к мольбам, а затем разрывались рыданиями. Каэльдрис Вейлорн наблюдал за происходящим с нарастающим недоумением. Финалом стало то, что оба почти одновременно вонзили кинжалы в свои виски.

— Что ты сделал? — прошипел маг теней.

— Я? — развёл я руками с наигранным удивлением. — Я вообще-то приготовился к честному поединку, а они вдруг... Ну, вы же видели.

— Ты подозрительно спокоен...

— Сильно заметно? — моя уверенность заставила его невольно кивнуть. — Что ж, видимо, мне стоит записаться в театральный кружок. Из меня вышел никудышный шпион. Хотя друзья говорят иначе. Врут, похоже.

Мой собеседник, будучи человеком проницательным, мгновенно осознал, что я — не тот, за кого себя выдаю.

Я скинул маскировочный морок, и на моём лице появилась улыбка.

— Ну, приветствую. Полагаю, ты — глава «Чёрного Полумесяца», а это — ваша сокровищница. Кстати, Криана… то есть Лейра Вейсгард — много рассказывала о ней. — Воздух в помещении стал ощутимо холоднее. — Что, сделка с некромантами оказалась столь выгодной? Как тебе спится-то после такого предательства?

Всё это время я небрежно подбрасывал в руке «Сердце Бездны». Благодаря артефакту, даже если бы он захотел скрыться, у него ничего не вышло бы — реликвия не только предотвращает сокрытие в тенях, но и блокирует саму возможность в них ступить. Потому шаг в тень для него более недоступен и вообще для кого бы то ни было радиусом двести метров.

Тогда он призвал два клинка из сгущённой тени и бросился на меня. Надо отдать должное — боец он оказался превосходным. Намного искуснее меня, что стало ясно, когда я пропустил два точных удара ногами: сначала в грудь, затем — в пах. Не самый благородный приём.

— Что же это ты, как последний крыса, бьёшь ниже пояса? — прохрипел я, выпуская в него разряд молнии.

Он парировал заклинание стеной из теней и попытался использовать тень для мгновенного перемещения у меня за спину. Но артефакт сработал безотказно — его буквально вышвырнуло из теневого пространства. В этот миг я обрушил на него Saxum Tormentum: россыпь острых камней, летящих с пулевой скоростью, отбросила его в дальний угол сокровищницы. Доспех его защитил, но сила удара была немаленькая.

«Pulvis Mors», — произнёс я вслух, с трудом выпрямляясь. От ударов всё ещё ломило «тело». Выпущенное заклинание создало облако мельчайшей минеральной пыли, острой как бритва, которая на огромной скорости принялась рассекать всё на своём пути, впиваясь в его плоть. Я быстро прервал действие плетения — как бы не перестараться. Он, конечно, архимаг, но теневая магия в прямом противостоянии малоэффективна. Её удел — убийство из засады. И всё же он сумел меня удивить: резко поднявшись, он метнул в меня несколько кинжалов, которые, словно управляемые снаряды, обошли защитную стену. Один из них я всё же пропустил. Как же мне не хватает опыта в настоящих схватках! А ведь в братстве меня ждут фанатики боевых искусств.

Вскрикнув от боли, я применил Catena Fulguris, опутав его молниевой сеткой. Вложив в заклинание достаточно энергии, я воспользовался передышкой, чтобы выпить зелье исцеления — и вовремя, ведь он уже начал высвобождаться из пут. Надо отдать ему должное. Силён, гад. Мало кто на такое способен.

— Неуч, — проговорил он и кинулся на меня.

Меня охватила ярость. Столько лет учёбы, а меня чуть ли не как соплю зелёную дубасят! Покрывшись в доспех из чистой тьмы — дабы не убить его случайно, — я продемонстрировал ему технику гномьего кулачного боя. Пробить мою защиту он не сумел, тогда как мои удары достигли цели. Особенно удачной получилась двоечка в лицо. Когда он рухнул, я нанёс финальный пинок в живот, и Каэльдрис, отлетев, со стоном боли выплюнул кровь.

— Так кто же ты? — просипел он, с трудом поднимая голову.

Чего это он решил поговорить? Или он как злодей в фильмах решил заговорить мне зубы? Я насторожился.

— Кайлос. Возможно, слышал это имя.

— Слышал... Но думал, ты исчез навсегда.

— Как видишь, нет. Жив, здоров и почти сохранил способность передвигаться. Но что это за манеры у тебя? С какой стати бить ниже пояса? Кто так делает? Вообще никакой мужской солидарности.

Присев на ближайший сундук, я наложил на него чары обездвиживания. Даже архимаг, истощённый до предела, ничем не отличается от простого смертного. Лишённый маны, он не мог оказать никакого сопротивления.

— Итак, я пришёл к тебе по делу. Во-первых, меня интересует некий Орвакс Рубенков и его связь с Братством фанатиков, жаждущих мира без магии. Во-вторых... Хотя, пожалуй, начнём с первого.

В этот момент я сам замер. Попытка поднять руку оказалась тщетной. Вторая рука, сжимавшая артефакт, независимо от моей воли поднялась и выронила его. «Сердце Бездны» с глухим стуком ударилось о каменный пол, но не разбилось, хотя контроль над тенями с него исчез.

Что за чертовщина? Мой противник лежал обездвиженный, но на его лице застыла улыбка, не выражавшая ни капли отчаяния пленника. Затем моя собственная рука потянулась к кинжалу и попыталась вонзить его мне в горло. Лишь тогда я краем глаза заметил — моя тень была не одна. Рядом с ней стояла ещё одна, тёмная фигура, которая буквально вкручивала моей тени руку.

— Ах ты тварь! Со спины бьёшь! — выкрикнул я, выпуская в призрака луч смерти, который пробил ему грудь. Контроль над моим телом немедленно пропал, а архимаг теней был повержен. С такой раной не выжить.

— Чтоб тебя! — мерзавец не просто остался жив, но ещё и метнул в меня копьё, что смогло обойти мою наспех выставленную защиту. Только после второго луча, поразившего его в самое сердце, он наконец затих. Я же принялся отпаиваться зельями — копьё пробило мне бок насквозь.

Придя в себя, я приблизился к бездыханному телу и воздел руки, произнося древние слова:

— Exsurgere ex umbris! Os mortui, mihi quinque responsa!

Труп окутало зловещее зелёное сияние, и он медленно поднялся в воздух, его конечности неестественно вытянулись.

— Вопрос первый: Орвакс Рубенков связан с Братством «Смерть Абсолюта»?

— Да-а-а... — проскрипел загробным голосом Каэльдрис Вейлорн.

— Орвакс Рубенков — это Валтар Безгласный Палач?

— Нет...

— Где скрывается Валтар?

— В Изнанке...

— Как туда попасть?

— Через портал...

— Где находится этот портал?

— «Три Коня»...

Едва он произнёс эти слова, сияние угасло, и тело с глухим стуком рухнуло на каменный пол. «Три Коня»? Что за нелепица? Почему они никогда не могут ответить прямо?

Но размышлять было некогда. Двери сокровищницы с грохотом распахнулись, и внутрь ворвались четверо мастеров магии. Пришлось снова вступать в бой. Сражение оказалось изматывающим — я в очередной раз недооценил противника. Бойцы действовали слаженно, и только моё умение выстраивать защиту спасло мне жизнь.

При всём при том ситуация ухудшилась. Нет, я мог бы обратить их в прах, применив мощные заклинания, но была одна проблема: среди новых нападавших оказались дети — мальчики и девочки не старше двенадцати-шестнадцати лет. Поднять на них руку было невыносимо тяжело. Я дважды предлагал им отступить, усыплял, только бы не причинять вреда. Но в ответ они без колебаний убивали своих же раненых товарищей. В цитадели Безмолвных Клинков не было никого младше двадцати, но здесь — настоящие дети. В который раз я мысленно поблагодарил судьбу, что не взял с собой спутников. Такое зрелище не для чужих глаз.

С помощью магии тьмы я уничтожил тела, стёр все следы своих заклинаний и забрал всё, что представляло ценность в этом проклятом месте. Затем вышел наружу и, забрав одну из лошадей, отправился на постоялый двор. Мне нужно было восстановиться. Маги теней оказались очень неудобными противниками.