Невиноватая я, он сам пришёл!

Мы оказались в небольшой комнате. Всё вокруг было из камня. Стены, пол, потолок. Мебели или ещё чего такого здесь не было.

«Добро пожаловать в Костяные залы», — прочитал я, когда коснулся камня поддержки.

Цены здесь были такие же, как и в первом камне, только свиток массового воскрешения появился за 1000 очков. У нас были 500 от червя, и я подумал, посоветовался с Сильвией, и мы пришли к выводу, что враги тут явно будут жёстче.

Купили свиток, а на остальные зелья.

— Кай, — подошли ко мне орк с гоблином. — Нам что-то неспокойно.

— Вы о чём? — А сам в это время распихивал фиалы по быстрым слотам.

— В нашем мире что-то происходит. Духи хоть и не могут сюда пробиться, но видения шлют. Что-то в нашем мире происходит, — проговорил Грохотун, а Вул’дан кивнул, подтверждая слова.

— Получается, некроманты перешли в наступление. Только они, думаю, смогли бы так взволновать все высшие силы. Ну тогда не будем тянуть, — отворив тяжёлые створы, мы приготовились к бою.

За дверьми всё выглядело иначе. Будто мы находимся в огромном замке. Повсюду на стенах из булыжников висели факелы. Потолки метров девять. Надеюсь, не из-за мобов они такие высокие. Ширина коридора — шесть. Вполне себе просторные.

Первая стычка с «местными» случилась уже через пять минут. Это был отряд из трёх стражников. В лёгких доспехах, с мечом и щитом на вооружение. Но не всё так просто. Мобами оказались скелеты, в чьих глазах горел синий огонёк. Они, ничего не говоря, развернулись и быстрым шагом направились к нам.

Скелеты-воители, 48 уровень.

Плюс у них не очень много хп, и они не владели магией. Только физические атаки. Минус — они восставали из мёртвых. Стоило нам их убить, как не проходило и минуты, чтоб скелет не поднялся. Тогда нам пришлось спешно думать, что делать.

— Так, поймали тишину, быстро, кажется, я что-то слышу, — остановил я всех. Бренор ударил щитом, и скелет, что хотел восстать, затих.

Из коридора, откуда они вышли, я слышал чей-то шёпот. Он раз за разом повторял то ли заклинание, то ли команды — непонятно, в общем. Я вошёл туда. Перед мной открылся очередной коридор. Покрутившись на месте, я старался прислушиваться и идти на этот шёпот. Пройдя метра три, обнаружил в стене прямо за факелом небольшой кристалл. Вот он и шептал. Выковыряв его из стены, осмотрел. Размерами с монету, по форме шестиугольник. Ничего, красивый такой, только веет от него холодом. Стоило мне его, кстати, вытащить из стены, как шёпот прекратился, а скелеты, как сообщил орк, перестали восставать.

Дальше дело было техники: мы шли, убивали скелетов, а я искал кристалл. Его, кроме меня, никто не слышал. Так что в боях я почти не участвовал. Очередной коридор вывел нас в просторный зал, только тут не было обычных скелетов, к которым за сутки мы уже как-то привыкли. Здесь всё было в синеватом тумане, а от шёпота сводило скулы.

Зловещее помещение, похоже, важное, раз имело имя «Зал Проклятого». Повсюду лежало несметное количество костяных воинов, чьи глазницы полыхали синим огнём. Но в центре зала, на невысоком пьедестале, нас ждал не просто ещё один монстр…

Некромант-дуэлист, Надзиратель Ашар «Клинок Бездны».

Был он 60-го уровня, с двумя испещрёнными рунами клинками в руках. Клинки окутывала синяя аура. Сам выглядел как мумия. Скелет с натянутой, как на барабан, кожей. Торс оголён, на ногах кожаные штаны.

МОИ ШТАНЫ. Я понял это по тиснениям на них, что были схожи с рисунком моих красавцев ботинок.

— Так, друзья мои игроманы. Тактика прежняя! Бренор, вали вора! — ткнул я мечом в сторону воина, что при приближении гнома поднялся.

— Почему вора? — с любопытством уставилась Лирель, пока гном бежал.

— Он мои штаны украл. Вон видишь, как похожи с ботинками. Значит, из одного сета. Я прям уверен.

— Только не говори, что ты наденешь их после того, как он потаскал, — сморщилась эльфийка, а Сильвия улыбнулась.

— Конечно, одену. Даже не сомневайся.

Дальше нам было не до разговоров.

Гном ринулся в бой, активировав «Каменный Доспех». Вул’дан, сжимая «Топор Жизни», с рёвом последовал за ним, нанося сокрушительные удары, которые буквально высасывали жизнь из противника и исцеляли самого орка.

Теперь стало ясно, для чего нам подкинули такое оружие. Вот именно для таких вот противников. На скелетах топор не работал, а вот на полуживом мобе он отрабатывал своё предназначение на все сто.

Лирель заняла позицию с дальней дистанции, выпуская в некроманта разящие стрелы, а Грохотун, вертя кинжалами, как комбайн, выкашивал орды скелетов-приспешников, которых Ашар постоянно призывал. Сильвия сосредоточенно поддерживала группу, её целительная магия окутывала союзников тёплым сиянием. Она, видя нашу сплочённость и что её место среди нас никак не попирается, а наоборот, только приветствуется, при выборе специализации ушла не в атакующую сторону, а в поддержку. Ввиду чего её скиллы теперь восстанавливали хп куда живее.

Но Ашар был не из тех, кого можно взять числом. Он двигался с пугающей скоростью, парируя атаки и отвечая взрывами «Тёмной энергии», которые пробивали даже усиленную защиту Бренора. Он выборочно бил по самым уязвимым местам, нанося критические удары. Словно видя их в броне гнома.

— Он слишком силён! — крикнула Сильвия, едва успевая латать раны.

Именно тогда Ашар сменил тактику. Он проигнорировал танков и метнулся к хилеру. «Скорость Тени» позволила ему мгновенно оказаться рядом с ней.

— Сильвия, отход! — закричал я, но было поздно.

Один из клинков Ашара блеснул в полумраке синего тумана, и изящная фигура жрицы рухнула на каменный пол, её шкала здоровья опустела за мгновение.

«Похоже, ультанул»[14], — пронеслось в голове.

Хаос нарастал. Лишённые поддержки, парни начали падать один за другим. Лирель, отстреливавшаяся до последнего, была пронзена несколькими мечами скелетов, поднявшихся возле неё. Грохотун, пытавшийся прикрыть отход, был сражён мощным «Ударом Душереза». Вул’дан и Бренор, сражавшиеся спиной к спине, пали под градом костяных копий, которые призвал некромант, уже чувствуя свою победу.

В считанные секунды от слаженной группы остался один я, бедный и несчастный. Сердце бешено колотилось в груди, а по телу разливалась ватная слабость. Я видел, как Ашар медленно приближается ко мне с ухмыляющимся лицом, его клинки жаждали завершающего удара. По велению некроманта скелеты осыпались прахом. Он хотел сам добить последнего игрока.

Отчаяние охватило меня, неужели всё? В этот миг, как говорят, перед смертью проносится вся твоя жизнь, перед моим взором сверкнули видения: долгие часы в инстансе, сотни поверженных червей, надежда команды. Нет. Не может всё закончиться вот так. Я избранный самим мирозданием.

— «Дыхание Небытия»! — выкрикнул я, вкладывая в слово всю свою волю и остатки маны.

Сработал навык, накладывающий «Страх». На миг в глазах некроманта-бойца мелькнуло недоумение, смешанное с животным ужасом. Он инстинктивно отпрянул от меня, приняв оборонительную стойку, и в этот момент активировал один из своих навыков — «Ураган Бездны», смертоносный танец из стали и магии, предназначенный для уничтожения множества целей. Но он кружил в пустоте, никого не задевая.

— Хрена се тебя накрыло, — проговорил я, наблюдая за ним.

Этой секундной передышки хватило. Моя рука дрожала, когда я извлёк из пояса самый ценный предмет — «Свиток Массового Воскрешения». Чуть не выронил. Это был бы эпик фейл, если б он скатился к ногам Ашара.

Я разорвал печати, и ослепительный, тёплый свет хлынул из пергамента, омывая тела павших товарищей.

Один за другим они поднимались на ноги, ошеломлённые, но полные решимости. Сильвия, едва встав, тут же принялась накладывать усиливающие баффы. Вул’дан с новыми силами вгрызся в оборону Ашара. Бренор и Грохотун сомкнули строй.

— Он потратил свою Ульту впустую! — крикнул я. — Теперь он наш! Давайте закончим это! А то достал он меня уже. Ворюга проклятый.

Бой вспыхнул с новой силой, но теперь чаша весов склонилась на нашу сторону. Некромант, лишившийся своего главного козыря и столкнувшийся с вновь объединённым отрядом, уже не мог противостоять нашему слаженному напору. Схватка была яростной, но исход её был предрешён.

Поздравляю, игроки! Вы одолели Надзирателя.

Получено 250 игровых очков.

Поздравляю, вы достигли уровня 50.

Путь в «Зал Проклятых» открыт.

Пока народ собирал дроп со скелетов и Ашара, я надевал штаны. Благо это можно было сделать через меню, а не на самом деле. Как-то не хотел вживаться в реальность этого мира.

Я когда их надел, там столько уведомлений вылезло, что я даже читать не стал, смахнул и всё. Понятное дело, статы увеличились, плюшки от сета в виде повышенной защиты прибавились. Навыков они не давали, только защитные пассивки[15], вот и всё. Всё это время Лирель не скрывала своего отвращения.

— Отстань от меня, это всего лишь игра. Не более.

— Ой, только не говори, если у нас бы ты нашёл нечто подобное и надел бы, — скрестив руки на своей изящной груди, она смотрела на меня с довольным лицом.

— Одел бы. Чего тут спорить. Всё, что делает меня сильнее, мне надо.

— И побольше, — добавил хором гоблин и гном, на что я улыбнулся.

Далее нас ждал РБ Архилич Кел'Тан. Несмотря на бой с Ашаром, этот босс оказался не таким уж и сильным. При моих навыках ослабления весь основной дамаг нанёс Вул’дан. Его топор снимал колоссальное количество очков жизни. У нас даже никто ни разу не умер.

Да, босс имел три фазы, с каждым разом всё распыляясь и кляня нас по-всякому. Постоянно применял «Призыв легиона», сразу по двадцать скелетов вставали и шли к нам, и даже в конце призвал тень Ашара. Но нам всё было нипочём. Ни навыки призыва легиона, ни проклятие хрупкости. Мы выстояли и в награду получили посох смерти, ранг адамант. Он, кстати, выше, чем золотой. Он увеличивал шанс прохождения моих навыков на 15%. Это прям круто.

На вырученные игровые мы закупили свиток массового воскрешения. На остатки эликсиры.

Далее нас ждали залы, наполненные фанатиками демонов в красных балахонах и с отравленными кинжалами. Их было так много, что орк в какой-то момент прям задолбался их убивать. Постоянно крича: «Да откуда вы все лезете-то?»

Там мы подняли всем 51 уровень, а на вырученные очки с босса купили оружие.

В этот раз боссом выступила женщина, демонесса-суккуб. Её навыки были не атакующими, а ослабляющими. Она охмуряла нас, причём неважно, гоблин это был или Сильвия. Все со 100% вероятностью попадали под действие навыка «Очарование». Да к тому же она постоянно исчезала в дымке магии инферно, чтобы оказаться за спиной кого-нибудь из нас. Дважды я применял навык воскрешения. Но всё это было не столь важно, как то, что она сказала напоследок.

— Керон будет наш, так или иначе. И ты, Кайлос, ничего с этим не поделаешь. Ты не сможешь прикрывать мир от нас вечно, а мой господин снесёт тебя, когда вернётся из похода. — Сказав это, она скрылась в портале.

Я от такого знатно обалдел. От переплетения игрового и реального мира. Это не могло быть правдой. ИИ наверняка просканировал мой мозг и выдал это в таком ключе, чтоб побольше напугать нас. Но что-то я сам же сомневался в своих мыслях.

В итоге на прохождение данжа ушло почти полторы недели. А теперь нас ждал бой с финальным боссом.

Шагнув в последний зал, мы замерли, медленно оглядываясь по сторонам. Это было не привычное для глаза помещение, а самая настоящая вселенная из чистого кошмара. Стены, сотканные из густой тьмы и стонущих душ, пульсировали в такт невидимому сердцу, на нас обрушился детский плач и крики боли множества людей. В центре, на пьедестале из серого камня, лежал ключ к свободе — это был «Фрагмент кода», окутанный силовым барьером. Представленный обычным игрокам, что не видели его сущности, в виде обычного ключа.

Стоило нам войти, как двери за нами закрылись, тьма сгустилась, породив Аватар Забвения.

Это была не просто сущность, а сама квинтэссенция зла Утробы. Бесформенная масса из теней, боли и тысяч искажённых лиц, навеки запертых в этом мире. Её форма постоянно менялась, мелькая обликами их глубочайших страхов. Теперь я был точно уверен. Админы или ИИ неважно. Они отсканировали наши головы. Потому как мелькавшие тени убитых мною людей и других существ не имели никакого отношения к миру Последнего Сервера. Их здесь быть просто-напросто не должно.

Я перехватил посох в левую руку, почувствовав знакомую тяжесть эфеса в правой.

— Приготовьтесь, друзья, — предупредил я, — сейчас будет жарко. Против нас наши страхи.

В ответ — одна гнетущая тишина. Я видел, как они борются со страхом — в сжатых кулаках Бренора, в слишком ровной спине Лирель, в молчаливом взгляде Вул’дана. Они справятся. Я в них не сомневался. Но капля боевого духа лишней не бывает.

— Слушайте сюда! — говорил я с нарочитой небрежностью. — Кто сегодня не выложится на все двести процентов, останется без новой вкусняшки, которую я берёг для особого случая. Буду наслаждаться на ваших глазах в одиночку. Вы меня знаете, совесть меня нисколько не пугает.

Словно по мановению волшебной палочки, страх испарился. Плечи распрямились, в глазах вспыхнул тот самый огонёк, а на лице Грохотуна появилась хищная ухмылка. Я буквально читал в их взглядах: «Где этот урод, что посмел встать между нами и заслуженной, а главное новой вкусняшкой?»

— Погнали! — крикнул я, сжимая посох, чьё древко отзывалось тёплой пульсацией.

Аватар принял облик мага, в чьих глазах было только одно желание — убивать, это был кошмар Лирель. И вроде бы всё ничего, но этот злой маг был моей точной копией.

— Эй, кто из вас меня таким считает? Совсем офигели, что ли?

Но прежде чем лучница успела ответить, из тени у её ног поднялась её точная, но бездушная теневая копия.

— Так, товарищи, не дайте им использовать ваши же умения против нас! Также не забываем: кто умрёт, тот не ест! — предупредил я, чувствуя, как магия Аватара бьёт по нашему разуму, нагоняя страхи. Но моя улыбчивая физиономия лишала эти атаки сил. Почти.

Всё-таки одна из психических атак сработала. Грохотун и Бренор, поддавшись страху, бросились прочь. Но Сильвия, усиленная посохом, мгновенно среагировала и скастовала:

— «Очищающий Свет»!

Золотистое свечение омыло группу, снимая дебафф. Вул’дан, не теряя ни секунды, ринулся на свою тень, а его «Топор Жизни» со свистом рассекал воздух, залечивая раны, которые он наносил. Грохотун, вернувшись в бой, пустил в ход новые кинжалы. С каждым ударом они вспыхивали багровым светом, высасывая жизнь из теневого двойника и пополняя здоровье гоблина. «Кинжалы Вампира: 5% от нанесённого урона преобразуется в здоровье владельца». Купили на заработные очки. Прям как в тему они пришлись. Главное, что и на тенях работают, а то было бы обидно.

Аватар, видя, что страх не сработал, обрушила на Сильвию «Удар Хаоса» — сгусток ледяной энергии. Девушка едва успела возвести барьер, но от удара он треснул, но главное — удержал. Я понимал, тут больше бой будет завязан на психике игрока, и кто более устойчив, тот и выдержит бой.

Далее, когда хп аватара опустилось ниже отметки 40%, наступила 2 фаза. Я б её назвал «Великое Разрушение».

В этот момент случилось непонятное, мир вспыхнул белым ярким светом, и я увидел, как стекло нейрокапсулы поднимается. Я же лежал весь окутанный в провода, что избавляли тело от отходов жизнедеятельности, а надо мной навис Аэридан.

— Вставай, Кай, валить надо, — проговорил он, указывая на сирену. Я перевёл взгляд с фамильяра на сирену, а потом на мужчину с бледным лицом и нервным тиком глаза. Потом до меня дошло, что я кинул пати. Там идёт бой.

— Верни меня обратно. Быстро. Там наши сейчас без меня сдохнут. Разбудишь через час.

Благо спорить они не стали, и я вновь погрузился в игру.

— Я снова с вами, друзья! — крикнул я, воскрешая павшего Бренора и Большого Пуфа.

Когда здоровье РБ стало критическим, его форма потеряла всякую определённость. Он взревел, и реальность в зале затрещала по швам. Эффекты в игре, конечно, что надо. Но так и эпилепсию заработать можно. А ведь я помнил, что при входе в игру никакого договора, правил или чего-то подобного не было. Тут, похоже, и суда-то нет.

— Берегись! — закричала Лирель, отскакивая от чёрной дыры, которая манила её в свою пустоту.

Пол усеяли «Чёрные дыры», неумолимо затягивающие всё в себя. Нам пришлось постоянно двигаться, уворачиваясь от провалов. Потом наступила «Всепоглощающая тьма». Свет погас, оставив только маленькие островки видимости вокруг каждого из нас. Из мрака полетели снаряды из сконцентрированной ненависти. Массовый дебафф прошёл по всем.

— Дебафф! — с трудом выдавила Сильвия, чувствуя, как её целительная магия слабеет. У всех у нас вылезло одно и то же уведомление: «Получаемое лечение и наносимый урон снижены на 40%».

— Бейте, козлы, чего встали! Только критические удары снимут эффект! Шевелитесь, мать вашу! — закричал я, накладывая на РБ «Проклятие Уязвимости». Мой посох вспыхнул — бонус к шансу сработал, и дебафф лёг, несмотря на сопротивление босса. А еще понял, что ругаю матом на своих друзей. Да уж, навык ненависти оказал сильное воздействие. Мы все ругались друг с другом. Чуть бой не слили из-за этого.

Это был переломный момент. Вул’дан, сначала матеря меня на все лады, а потом РБ, что стоит на его пути, с красными от гнева глазами, игнорируя опасность, влетел в зону действия одной из дыр и обрушил на Аватара всю свою ярость. Его топор блеснул в темноте — критический удар! Дебафф «Отчаяние» на группе дрогнул. Вслед за ним Грохотун, кувыркаясь между чёрным дырами, вонзил свои вампирские клинки в самое сердце тьмы — ещё один крит[16]! Лирель, стоя на краю пропасти, выпустила снайперскую стрелу, которая пронзила сущность. Дебафф пал.

С последним, оглушительным воплем тысячи душ обрели покой, а Аватар Забвения рассыпался в ничто.

В наступившей тишине пульсировал лишь Фрагмент. Силовое поле погасло. Едва я сделал шаг вперёд, чтобы забрать его, как из тени за пьедесталом вышла стройная фигура в капюшоне.

Незнакомец отбросил капюшон, открыв черты Тёмного эльфа. Но его глаза, лишённые магического блеска игровых персонажей, были полны бездонной усталости и горькой мудрости.

— Вы сделали это, — произнёс он голосом, в котором не было привычного игрового эха. — Вы увидели систему изнутри. Этот «Фрагмент» — ключ дебага, код для моего выхода. Он поможет вам найти меня. Он сделал паузу, и в его взгляде мелькнула тень неверия. Видимо, сам не ожидал, что найдётся тот, кто сделает это. — Но то, что вас ждёт снаружи... не сказка, — мы промолчали.

— Готовы? — мы кивнули. — Ну тогда жду в гости.

Сейчас не время для вопросов. Все ответы ждали снаружи, за гранью этой цифровой реальности. Я поднял Фрагмент, ощущая его пульсирующую энергию сквозь перчатки. С помощью «зрения» я увидел код внутри него, запомнив последовательность и сами данные, я обернулся к товарищам.

— Внимание всем! — мой голос прозвучал чётко, заглушая гул угасающей магии зала. — За нами пришёл всеми любимый Аэридан. Это из-за него я вылетел из игры. Помните — в реальном мире у них есть оружие, способное лишить нас сил. Не опускайте барьеры, пока не выберемся в наш мир.

Затем я шагнул к Сильвии. В её глазах читалась вся вселенная невысказанных опасений.

— Я найду способ вытащить тебя, — пообещал я, вкладывая в слова всю возможную твёрдость. — А пока... держи. Жаль, что он не целый, но верю — ты соберёшь его полностью.

Мы действовали быстро, с почти ритуальной слаженностью. Снимали доспехи, отстёгивали ножны, складывали оружие — всё, что нажито за бесчисленные часы в «Радмирии Онлайн». Передавали ей. Даже не взглянули на дроп с Аватара, хотя любопытство грызло изнутри.

— Прощайте, друзья, — прошептала она.

И в этих двух словах прозвучала целая эпитафия надежде. Мы понимали. Она не верила в новую встречу. Ведь она была дитя цифрового потока — игрок без тела, сознание, навсегда перенесённое в игру, для которого наш уход был окончательным разрывом двух реальностей.