Палубу корабля мы застали в полной боевой готовности. И то было вполне объяснимо — команда лишь что наблюдала, как мы «расправились» с их товарищами. Честно говоря, я их понимал: при виде Вул’дана, чья стать и свирепость могли испугать даже бывалого воина, любой здравомыслящий человек инстинктивно хватался за оружие. Тем более многие орка видели впервые в своей жизни.

Вульф представил нас своему капитану. Сайлас «Бледный Призрак» Вейн. Наш провожатый заранее описал его как человека загадочного и суеверного, которого многие почитают за колдуна, а то и вовсе за живого мертвеца. Ходили слухи, будто он продал душу морским демонам, дабы выжить в кораблекрушении. При всём том — тактик отменный, мастерски обращающий в свою пользу туманы и страхи людей. Его корабль, «Призрачный Шепот», и впрямь был диковиной: узкий, стремительный, с парусами бледно-серого оттенка, что едва шелестели на ветру. Словно призрак, он являлся из пелены тумана и так же бесследно в ней растворялся.

Выслушав сию пространную характеристику, Сайлас только покачал головой.

— Ты меня и судно моё так расхваливаешь, будто на смотрины собрался, — сухо заметил он.

— Виноват, капитан, но говорю, как есть, — пробормотал Вульф, потупив взор.

Мы вновь представились и принесли извинения, пояснив, что, будучи чужаками в этих водах, не ведаем всех местных обычаев, и были бы признательны, если б нас просветили как за кодекс, так и за обстановку в мире.

Накрыв прямо на палубе импровизированный стол, мы дождались, пока остальные члены команды вернутся на корабль, и направились к Острову Дьявола. Я невольно поперхнулся, услышав это зловещее название. На мой вопрос, о каком именно дьяволе идёт речь, последовал ответ, что подтвердил мои самые мрачные догадки — речь шла о той самой сущности, что была известна и в моём мире. Надеюсь, он здесь, как и в моём мире, лишь выдуманное существо.

И так, что я узнал от наших новых друзей. А они нас так и называли после того, когда вкусили всё то, чем я их потчевал. Я уже сам, как простолюдин, заговорил. Эти пираты почти не использовали своего морского жаргона, который я так часто слышал в фильмах. Эх. Везде обман.

Первое это остров: куда мы сейчас направляемся, зовётся он «Глотка Дьявола». Место, где обитают все пираты. И это не просто остров, а гигантский, полузатопленный кальдерой вулкан, чьи скалы образуют естественную гавань, доступную лишь через один коварный пролив. Так я понял из описания.

У них даже своя столица имелась настолько остров был большой, а также имелись небольшие города. Численность острова больше десятка тысяч человек. Правда у них нет правительства, только «Совет Капитанов», где самые грозные и хитрые пираты решают судьбы тех, кто нарушил кодекс и делят добычу. Ссоры и дуэли — часть ежедневного рутины.

В столице есть рынок, на котором идёт торговля всем, что можно отнять, «найти» или добыть в «честном» бою: от пушек с затонувших кораблей до магических артефактов, рабы здесь так же имелись. Это для них в порядке вещей.

Главная достопримечательность: «Таверна Последнего Глотка» — заведение, вырубленное прямо в скале, там подают «Бурю в стакане» — местный ром, который, может протравить палубу. Там же можно услышать любые сплетни Акватории. Кстати, туда нам стоит зайти в первую очередь.

Остров: «Шепчущий Утёс» Второй по величине. Опасное место. Говорят, там живёт демон, и о котором ветра несут только слухи один ужаснее другого. Пираты туда не ходят. Да и «Совет Капитанов» всех предупредил кто туда пойдёт из-под их защиты выходит.

А потому этот остров не нанесён на карты. Но те, кто бывал и смог вернуться говорят, что он окутан неестественным, непроглядным туманом, который не могут развеять даже самые сильные ветра.

— А что за демон? — поинтересовался я.

— Говорят, там обитает Демон, — древняя сущность, демон забвения и тоски. Он не уничтожает людей, а предлагает им сделку: исполнить самое заветное желание или золото в обмен на самое ценное, а именно души. Лишившиеся души жертвы бродят по берегу, бессмысленно шепча что-то… что именно никто не ведает. Дураков туда заходить нет, — ответил капитан.

А ещё судя по слухам, сам остров — живой и может... перемещаться, — добавил Тюлень. — Но туда отправляются те, кому нечего терять: пираты, бегущие от правосудия, воры, мечтающие исчезнуть, и безумцы, жаждущие силы. Большинство из них пополняют ряды «Шепчущих».

Кальдерой вулкана. Мы с Перчиком переглянулись. Название одинаковые, но суть разная.

Сайлас демонстративно прочистил горло и продолжил рассказ.

— Третий и самый огромный, по сути, тот, кто всех в этом мире кормит, снабжает вещами и вообще всем, всем-всем вплоть да досок для кораблей — остров «Оплот».

Государство с законами, налогами и военным порядком.

В отличие от своих соседей, это укреплённый архипелаг, где царит жёсткий порядок. Главный остров увенчан маяком-крепостью, чей свет — единственный надёжный ориентир в Акватории. Любой, кто заблудился всегда сможет плыть на его свет.

Во главе морской республики стоит Лорд-Адмирал, избираемый советом самых богатых купцов и судовладельцев. Их власть держится на самом мощном в Акватории флоте — Железном Флоте.

Что касается закон и налогов. Там всё подчинено коммерции. Существуют пошлины на вход и выход из гавани, налог на груз, налог на ремонт и даже «налог на воздух» для чужеземных субмарин и гостей, не несущих прибыли хозяевам. Контрабанда карается каторгой в подводных рудниках.

Можно сказать это центр нашей цивилизации. Оплот единственное место, где можно легально нанять лоцмана, застраховать груз, получить качественный ремонт корабля и не бояться, что тебя зарежут ради медяка. Там же находится Тотализатор Рисков, где заключают пари и делают ставки на исход морских сражений, судьбы пропавших кораблей или бои на арене. Как вы понимаете развлечений в нашем мире не так много, а потому все развлекаются как могут.

— Позвольте, капитан, я вот чего понять не могу, — я поднял руку, останавливая рассказчика. — Если вы осознаёте, что ваш мир ограничен, — Сайлас кивнул в ответ, — то почему не покидаете его? Вам ведь ведомо о портале на дне мусорного водоворота?

— Разумеется, мы в курсе, — капитан хмуро усмехнулся. — И о вашем мире кое-что знаем, и даже кое с кем дела ведём.

— Тогда почему бы не переселиться? В мир, где морские просторы простираются в тысячи раз дальше ваших?

— А потому что не в силах, — голос его стал твёрдым. — Портал не пропускает нас. Вернее, кракен. Стоит едва кораблю с нашими подойти к водовороту и попытаться уйти в него — и чудовище тут как тут. Ощущение, будто сам мир восстаёт против. Так как многие из тех кто решил объединиться и связать боем кракена, чтоб другие смогли попытаться, то все попадали в бури невиданной мощи.

— Это необычно слышать. А как часто из того мира являются сюда такие как мы?

— Редко. Нынче всего один корабль. Прежде являлись многие существа, подобные рыбам, но едва в нашем мире объявился демон — визиты их прекратились.

— Понял. Отложим этот вопрос. Так, где мне отыскать тот корабль?

Пираты за столом мрачно переглянулись.

— Это тебе прямиком к демону. Ходят слухи, будто то его судно и что он заключил сделку с нашими богами.

— Принято к сведению. Ещё раз благодарю за вести. Не стану сулить, но с вашим демоном мы разберёмся. Чую мои друзья точно у него.

Пираты разразились громогласным хохотом.

— Ты и победишь демона? ХА-ха-ха.

В груди моей заныла обида. Я ведь маг, и ещё какой! Хотя недавно архимаги преподали мне урок... Нет, что это я? Я сам удалился, так как не пожелал их убивать. Именно так — значит, я могуществен. Всё, я крут и точка.

Этот внутренний диалог пронёсся в сознании помогая успокоиться.

В ту же секунду помимо пиратов, что продолжали смеяться точнее насмехаться, в моей голове, ещё и Аэридан захохотал, вспоминая как я летал через стены дома. Окончательно меня этим добив. Обидно, однако.

Я встал и окутался аурой тьмы, дабы затем сменить её сиянием молний и дыханием смерти.

— Вы просто не представляете, кто перед вами. Демонов я уже низвергал, и кровь их струится так же, как наша с вами. Если я сказал, что разберусь то так и есть. А если он убил моих друзей я уничтожу его мир.

На палубе воцарилась гробовая тишина.

— Но будем надеяться, он не такой дурак, и обо мне ему рассказали сородичи, — улыбнулся я, гася ауры.

— Ты страшен, другой, — пробасил Вул’дан и откусил смачный кусок от рульки. — Аф мурафки пофефали, — показал он руку, где, конечно же, никаких мурашек и в помине не было.

— Ты всё испортил, — сказал я. — Всё, не играю с вами, улечу и вкусняшки заберу, — скрестил я руки на груди и отвернулся.

— Не-не. Ты самый сильный, самый могучий и самый-самый страшный.

— Да вот так-то лучше. Стоп. С чего это я страшный? Нормальный я.

Народ понял, что я ничуть не обиделся и это всё лишь шутки.

А ещё из любопытного я узнал про местных магов. Да-да они здесь тоже имеются.

Магия здесь — не дар, а сделка с самой Акваторией. Чтобы колдовать, нужно чем-то пожертвовать: например, хочешь уметь дольше других находиться под водой — без проблем, но теряешь обоняние или часть жизненной силы. Все видят эту цену, а потому относятся к магам без благоговения, скорее с практичным пониманием: «Хочешь силу — плати». Сильный маг — не полубог, а «должник», расплачивающийся за свою мощь. Потому-то их и не так много. Один пожелал стать бессмертным, да не проблема, вот только на него валятся все болезни мира. Если болезнь есть — он ею болеет. При этом умереть не может. Его, говорят, даже кракен выплюнул. Ну так мне рассказал Вульф.

Они ещё много чего рассказывали, но это уже было не так интересно.

***

Когда мы спустились на причал острова, всё оказалось именно таким, как описывал капитан. Я уже собрался было предложить золото в уплату нашего спасения, но Сайлас остановил меня жестом.

— Кайлос, понимаю, что прозвучит нагло, но не мог бы ты поделиться припасами? Золото — дело хорошее, но такая пища выпадает нам редко, а с Оплотом торговать получается не всегда.

— Без проблем, — ответил я, не видя в этой просьбе ничего зазорного.

Сгрузив часть запасов — отборного мяса, зерна и ароматных специй, — мы обменялись прощаниями, и я в сопровождении орка направился к таверне. По пути нас то и дело атаковали навязчивыми предложениями что-либо купить или продать. Женщины самого разного вида зазывали нас, суля ласки, но мы, не поддаваясь на уговоры, упрямо двигались к цели — знаменитой таверне «Последний Глоток» если верить Сайласу. Нам нужно было выяснить, не появлялся ли здесь кто-либо из наших.

Едва я переступил порог заведения, как замер на месте. За стойкой стоял высокий эльф, а женщины, убирающая со столов, и та, что разносила заказы, оказались гномками.

— Добрый день, — обратился я, подсаживаясь к стойке. — Не могли бы вы ответить на пару вопросов?

Мой спутник попытался последовать примеру, но едва опустился на стул, как тот под ним с громким хрустом сложился. Орк поднялся, смущённо отряхивая мантию.

— Добрый день, — откликнулся эльф, и мне показалось, что при виде нас он изрядно напрягся. Мы были в дорожных мантиях, а мой товарищ, хоть и орк, но определённо из Керона как и эльф — наш вид не должен был вызывать такого ужаса. Однако собеседник побледнел так, что стал белее горных вершин, покрытых вечными снегами.

— Скажите, вы не видели здесь компанию людей? С ними должны были быть трое гномов, гоблин и один очень крупный мужчина. Возможно, ещё несколько человек.

— Видели, — не спеша ответил он.

— Где? Когда? — я невольно подался вперёд.

— Дней двадцать назад, а может, и больше. Уже не припомню.

— Куда они направились?

— Не знаю. Они провели здесь день-другой, потом наняли корабль и отплыли.

— Что за корабль?

— «Морская Ведьма». Капитана зовут Мэдди, по прозвищу «Рыжая Бестия».

— А вы не слышали, кого они искали? Или куда направлялись?

— Говорю же нет и вам лучше покинуть остров.

— С чего бы это? — удивился я такой прямолинейности.

Ответа я не дождался. Вместо него до нас донёсся зловещий звук — сзади заскрипели ножны, и щёлкнули курки. Оглянувшись, я увидел, что почти все посетители таверны направили на нас мушкеты и клинки.

Хм-м... Любопытно. Значит, порох здесь известен. И секрет его изготовления не утрачен. Но остаётся загадкой, как этот мир стал осколком — никто не помнит истинной причины, лишь легенды о некоем «Исходе», не более того.

— Эм-м, а в чём, собственно, заключается проблема? — осведомился я у собравшихся.

Вул’дан извлёк свою грозную секиру, а Перчик обнажил когти, сверкавшие, как отполированная сталь.

То, что произошло далее, не иначе как безумием назвать было невозможно. Глаза всех присутствующих внезапно вспыхнули зловещим багровым свечением.

— Уважаемые, у вас с глазами всё в порядке? — участливо поинтересовался я. — Как самочувствие? Может, лекаря позвать? Говорят, помогает ватка, смоченная в чае...

Ответом нам стала немая, остервенелая атака. Они ринулись вперёд с единственной целью — уничтожить нас, а их лица оставались абсолютно бесстрастными, будто маски. Единственными, кто сохранил рассудок, оказались эльф за стойкой и две гномихи.

— Слушай, хозяин, что здесь, чёрт возьми, творится? — крикнул я, тем временем сплетая заклинание ударной волны, рассчитанное не на убийство, а только на отбрасывание нападающих и нейтрализацию их оружия. Воспоминание о Санчесе, истекающем кровью, было ещё слишком свежо. Благо они не успели зарядить мушкеты.

— Без понятия, — прозвучал испуганный ответ.

Эльф, казалось, побелел ещё сильнее. Гномихи метнулись за стойку, укрывшись за его спиной. И тут я уловил их поразительное сходство с эльфом. «Неужели?.. Ладно, эту историю я обязательно выслушаю. Но позже».

Перчик, следуя своей излюбленной тактике, ринулся вперёд, нанёс несколько точных ударов и вернулся на стойку. Но даже те трое, кому он повредил сухожилия, несмотря на боль, продолжали пытаться добраться до нас, ползя по деревянному полу и впиваясь в доски ногтями.

— Так, мне это решительно не нравится, — холодно констатировал я, когда даже оглушающая молния не возымела эффекта. — Что ж, вы сами сделали свой выбор. Эти души я преподношу тебе, Морана.

Едва слетели с моих губ эти слова, как их глаза вспыхнули ещё ярче, налились кровью, а вены на висках и шеях вздулись, словно верёвки.

Семь ударов цепной молнии, девять ледяных копий, метко пущенных орком, и пять бездыханных тел, оставленных Перчиком, — таков был итог этой схватки.

После, дабы не оставаться среди скопища трупов, я растворил все тела во тьме, не оставив и следа. Хорошая и полезная магия. Нет тела нет дела, работает во всех мирах.

— Вул’дан, удостоверься, что за дверью всё спокойно, — распорядился я, всё ещё находясь под впечатлением от недавней стычки.

Орк бесшумно приоткрыл тяжёлую дубовую дверь, бросил внимательный взгляд на улицу и кивнул.

— Всё в порядке. Все бегают, жизнь течёт своим чередом, безумцев не наблюдается.

Он повернул табличку на «Закрыто» и надёжно задвинул массивный засов.

— Что ж, начнём с главного, — я вновь занял место на стуле, чувствуя, как напряжение постепенно покидает плечи. — Представьтесь и расскажите, как вы трое оказались в этом месте, и, если можно, проясни, что только что произошло. Уж больно любопытно мне.

— Меня зовут Ванииль из рода Полуночных Цветов, — откликнулся эльф.

— Ванилька, — фыркнул бельчонок. Я не удержался от улыбки — сходство и впрямь было поразительным.

— Ванииль, а не Ванилька, — поправил он, бросив на Перчика неодобрительный взгляд. — А это Дарвина, моя супруга, — он указал на женщину с волосами цвета воронова крыла и лицом, лишённым и намёка на бороду, как ныне в моде среди гномов Железных Гор.

«Довольно миловидная», — промелькнуло у меня в голове.

— А это наша дочь, Лейла.

Девушка заметно отличалась от матери. Она была выше её на полголовы головы, но в её чертах угадывались характерные гномьи черты — квадратный подбородок и скулы. Её кожа была бледной, уши — изящно заострёнными, а глаза — невероятного синего цвета, словно два сапфира. Смешение кровей проявилось во всей красе — это я понял даже по выразительному взгляду орка.

Оказались мы здесь, сбежав с аукциона рабов на Барабуль-базаре. Я и Дарвина попали в неволю после кораблекрушения. Нас захватили рыболюды и намеревались продать. К счастью, с нами был маг в ранге магистра, да и я сам — мастер света. Вместе мы сумели вырваться, но отступать было некуда, и мы прыгнули в водоворот. Если точнее — это сделали я и Дарвина. А Ройс, человек, остался прикрывать наше отступление. Так мы и очутились здесь. И живём в этом месте уже почти полтора столетия.

Ванииль нежно обнял жену и дочь. По тому, как он смотрел на них, было ясно — он любит их больше самой жизни.

— А теперь, раз уж ты провёл здесь столько лет, поведай, почему не вернулся обратно и что, собственно, только что произошло?

— Так сложилось, что и здесь мы обрели свой угол. Нас не тревожат — всё же я считаюсь могущественным магом по здешним меркам. У нас своё дело, а Дарвина изобрела рецепт лучшего рома во всём этом мире. Так к чему нам метаться в поисках призрачного счастья?

— Понятно.

— Истинная причина в том, что все местные жители являются — сознательно или нет — служителями демонического божества. Они называют его Дьяволом. Именно он, по их убеждению, и правит этим миром. И сидит он в их душах так же глубоко, как и их вера. Потому управлять ими для него — сущая безделица. Ты уже видел это воочию.

Теперь что касается тебя. Ты, Кайлос, будучи служителем Мораны, богини смерти, зимы и вечного покоя, носишь на себе её печать. Для приспешников демона эта метка — словно знак чумы, оскверняющий их священное пространство. Твоё присутствие — вызов их господину, а тот не потерпит себе подобных. Он сделает всё, чтобы очистить остров от скверны смерти, которую видит в тебе.

— Весьма откровенно. Возникает несколько вопросов. Откуда тебе это известно?

— Я — маг света, я вижу божественные печати.

— Тогда почему на меня не напали пираты, что доставили меня сюда, и почему мы спокойно прошли по городу? — с подозрением спросил я.

— Потому что печать была неактивна. Во время нашей беседы она пробудилась — возможно, твоя богиня пожелала наблюдать за тобой.

— «Серьёзно? Неужели ты и впрямь столь любопытна? А если бы меня убили?» — мысленно обратился я к той, чей образ являл собой саму совершенную красоту.

— «Не прибедняйся, — прозвучал ответ в сознании. — Местные обитатели для тебя — не угроза. Разве что верховный жрец или кто-то из его свиты окажется на острове. Вот тогда могут возникнуть затруднения».

— «Прошу, в этом месте подробнее».

— «Обойдёшься и без того, — отозвалась богиня, но, почувствовав нарастающее во мне раздражение, смягчилась. — В ближайшие дни ниспошлю тебе видение, дабы ты узрел расстановку сил в вашем мире и понял, кто за что отвечает».

— «Благодарю. Но, возможно, можно как-то иначе? Я не жажду повсеместной кровопролития».

— «Недопустимо. Иначе как я смогу защитить тебя в случае необходимости?»

— «Хм... Логично. Понял и принял».

— А как же твоя супруга, да и ты сам? Неужели отреклись от своих божеств? — спросил я, внимательно наблюдая за его реакцией.

— Нет, не отреклись, — произнёс Ванииль с лёгкой неуверенностью в голосе, — но и печатей богов на нас нет.

— Теперь понятно. Спасибо за ответы, мы не станем задерживаться здесь. Подскажи, как лучше отыскать наших спутников?

— Снарядите корабль и держите путь к острову «Шепчущий Утёс». Полагаю, они направились именно туда. Они определённо кого-то разыскивали.

— Бренор расспрашивал о некоем Джамале и о корабле, что доставляет припасы из нашего прежнего мира, — добавила Дарвина, когда я уже собирался уходить.

Я облегчённо выдохнул — значит, все мои товарищи живы.

— Благодарю за помощь и... приношу извинения за случившееся. Честно, я не желал подобного. В знак примирения примите это. Такого вам более не доведётся отведать во всей жизни.

Я выложил на стол три порции нежного мороженого, три плитки изысканного шоколада, бутылки тёмного пива, хрустящие чипсы и сосуд с ароматной настойкой.

Уже направляясь к выходу, я внезапно остановился.

— А не продадите ли вы мне весь ваш ром за золото?

Ванииль и Дарвина переглянулись, и в их глазах вспыхнул особый блеск. Религия религией, но золото всегда остаётся золотом.