Элидия, едва вернувшись, без промедлений направилась к императору — вопрос не терпел отлагательств. К её немалому удивлению, монарх принял её не в парадных покоях или рабочем кабинете, а в уютном зале ресторана «Не Лопни Маг». И застала она его отнюдь не в раздумьях над государственными скрижалями, а за бильярдным столом в компании ректора академии Шаркуса. Новоиспечённые друзья азартно сражались на зелёном сукне, попутно закусывая хрустящими чипсами.

— Неужели у владыки империи и ректора Академии нет более насущных дел? — не удержалась архимагистр жизни, с лёгкостью присваивая один из золотистых ломтиков.

— Как же нет! — весело парировал Каэл. — Как раз решаем важнейший вопрос: кто проиграет эту партию, тот и отправится на встречу с посольством драконидов, требующих снизить торговые пошлины.

— И каким же образом это входит в обязанности ректора? — уточнила волшебница, с любопытством наблюдая за игрой.

— О, там моё присутствие — чистая формальность, — отмахнулся император. — Шаркус просто примет мой облик и посидит в кресле часов пять, сохраняя важный вид. А я тем временем смогу отточить своё мастерство здесь. Ведь нам ещё много есть о чём поспорить, — мужчины азартно улыбнулись.

— Сначала выиграй, а потом уже строй планы, — проворчал ректор, нанося удар кием. Но шар, к его досаде, замер в сантиметре от лузы. Выразительно выругавшись, он уступил место у стола императору.

Элидия меж тем пристроилась на стуле у небольшого столика, переставив тарелку с чипсами на колени — так есть было куда удобнее.

— А почему бы просто не устроить у себя во дворце нечто подобное? — поинтересовалась она.

— Этот хитрый мальчонка запатентовал всё — вплоть до малейших аналогов! Но дело даже не в этом, — Каэл сделал изящный удар, и шар со стуком скрылся в лузе. — Он умудрился запатентовать всю кухню, до последнего соуса! А я сам подписывал указы о защите авторских прав, которые теперь не обойти. Даже Магический совет оказался у него в кармане — Кайлос выкупил у них все необходимые лицензии. Так что проще и приятнее проводить время здесь. И атмосфера отменная, и еда под рукой. Кстати, вчера начали поставлять новое тёмное пиво — просто восхитительный напиток!

— Кстати, мне необходимо обсудить с вами кое-что касательно нашего предприимчивого друга. «Вчера он сошёлся в поединке с архимагом некромантов», —произнесла Элидия.

От этих слов Каэл нервно дёрнулся, отчего кий соскользнул, и шар прокатился мимо намеченной лузы.

— Жив? — с трепетом спросил император, отходя от стола.

— Едва. Я успела в последний миг. Как только моя метка возвестила, что его жизненная нить истончилась до пяти минут, я немедля телепортировалась на место.

— Теперь я понимаю, почему ты вчера мчалась сквозь покои, словно вихрь, сметая на пути стражу, — усмехнулся монарх.

— Я бы так и не поступала, но, к моему удивлению, императора во дворце нет второй день, — с лёгкой укоризной парировала архимагистр.

— Ой не нуди. Всё в порядке же, главное — жив. Хотя, признаюсь, изумлён. Как ему удалось устоять против архимага некроманта? Силён мальчонка, ничего не скажешь.

— Это оставим для другого разговора. Дело в ином. Он убил его заклинанием Тьмы. Пожрав душу противника.

Повисла гробовая тишина. Два могущественнейших мужа Империи Феникса развернулись к ней, на их лицах застыло немое изумление.

— Поясни, — потребовал Каэл, и в его голосе впервые прозвучала сталь.

— Наш Кайлос — маг трёх стихий. И одна из них — Тьма. Вижу, это не стало для вас новостью. Что намерены предпринять?

— Ты проверила его душу? — вступил в разговор Шаркус, его обычно насмешливый взгляд стал твёрдым.

— Естественно. И вот что страннее всего — она чиста. Ни единого пятна скверны. Но я не сомневаюсь в том, как был совершён ритуал убийства. Я осмотрела тело. Явные признаки применения заклинания лишения души на лицо.

— Шаркус? — император перевёл взгляд на верховного мага.

— Не могу сказать ничего определённого. Даже в древних фолиантах не встречал подобного. Любой, кто прибегает к пожиранию душ, неминуемо начинает терять частицу собственной.

— Что до целостности его души, — продолжила Элидия, — то отсутствует столь ничтожная её часть, что это едва ли можно считать платой за ритуал. Скорее уж смахивает на добровольное жертвоприношение. Но кому — для меня загадка.

— Полагаю, нам следует поговорить с ним откровенно, — предложил Каэл, нанося точный удар кием. Шар угодил в лузу с сухим щелчком. — Ха! Партия за мной. — Ректор Академии лишь брезгливо скривился. Все знали его нелюбовь к заседаниям потому их и в академии нет.

— Согласен, — отозвался Шаркус, отпивая из бокала тёмное пиво «Гениус».

— И я согласна, — кивнула Элидия, отправляя в рот последнюю хрустящую чипсину.

— Что ж, — глаза императора вдруг блеснули озорным огоньком. — Тогда предлагаю решить это по-старому. Сыграем в дартс. Проигравший отправляется к нему в… скажем так, в качестве почётного опекуна?

Взгляды трёх архимагистров встретились в мгновенном молчаливом согласии. И уже в следующее мгновение они устремились к противоположной стене, где висела мишень для дартса, наперебой хватая увесистые дротики.

Однако их стремительный бросок к мишени преградила стройная фигура хостес Вейлы, появившейся на пути с невозмутимым видом.

— Ваше пиво, господин ректор, — девушка с изящным поклоном протянула бокал Шаркусу, наполненный тёмным, пенистым напитком.

Именно она удостоилась чести лично обслуживать столь высоких гостей — таково было особое распоряжение самого Кайлоса.

— Но… как это возможно? — воскликнул сильнейший иллюзионист в империи, в искреннем изумлении воздев руки. — Мною был наложен морок пятого класса! Не говоря уже об артефакте от самого Чалмора, искажающем ауру и запах! Ты не должна была нас узнать!

— Это верно, ваше благоухание ныне иное, — чистосердечно призналась Вейла, — тем не менее в пылу азарта вы по-прежнему прищуриваете левый глаз. Привычка, знаете ли, сильнее любых чар.

Слегка склонив голову и одарив троицу обаятельной, чуть загадочной улыбкой, хостес бесшумно удалилась.

— Ничего, ничего… Ещё посмотрим, кто кого перехитрит! — донёсся ей вдогонку сдавленный возглас Шаркуса, в котором смешались досада и восхищение.

***

Когда мы достигли подножия холма, над которым высились стены моего будущего замка, с губ моих сорвалось непроизвольное, оглушительное «ВАУ», затерявшееся в горном эхе.

— Даже Минас-Тирит сос… Тьфу, то есть, любая известная крепость меркнет в сравнении с этим! — поправился я, ошеломлённо вбирая в себя открывающуюся картину.

Циклопическое сооружение, выраставшее из самой скалы, казалось, бросало вызов самому небу. Его башни, островерхие и строгие, терялись в низких свинцовых облаках, предвещавших обильный снегопад. Такую твердыню не взять ни одной армии мира — при условии, разумеется, что в её рядах не окажется магов. Увы, враги непременно их приведут с собой, и тогда вся эта каменная мощь, увы, обесценится. Я мысленно представил, как является архимаг земли — и от неприступных стен остаётся лишь груда щебня.

— У него ничего не выйдет, — раздался у меня за спиной знакомый, чуть хрипловатый голос.

Я резко обернулся. Передо мной стояли братья Старквиллы, а рядом с ними — могучая фигура Балмора по прозвищу Громовой Горн. Их плащи были белы от падающего хлопьями снега, но лица светились тёплой улыбкой.

— Вы что, мысли читать научились? — прищурился я с подозрением.

В ответ они весело рассмеялись, и их смех слился с шумом набирающего силу ветра.

— Нет, просто каждый, кто впервые видит эти стены, задаётся одним и тем же вопросом: какая польза от камня, если явится архимаг земли? — пояснил Торвальд. — Допустим, против архимагистра земли эти укрепления, возможно, и не особо долго продержаться, хотя мы не проверяли сам понимаешь. Гораздо больше следует опасаться магов ветра, что налетят с небес. Остальные же стихийники, телепортеры и прочие хитрецы… — он махнул рукой, словно отмахиваясь от назойливой мошки, — …им путь закрыт. Пока кристалл, что в сердце замка, имеет энергию для подпитки артефактов защиты. А уж с твоими-то талантами поддерживать его мощь — и вовсе не проблема, — подмигнул он мне, и в его глазах вспыхнул лукавый огонёк.

С наступлением сумерек я разбил просторную палатку, где наша разношёрстная компания и нашла приют. Внутри, согреваясь от набирающего силу зимнего ветра, мы расположились вокруг стола, который я от всей души буквально завалил яствами. Воздух был наполнен ароматами жареного мяса, свежеиспечённого хлеба и пряных трав, и конечно вишнёвой настойки. Гнома она пришлась по душе. Узнав цену в три тысячи золотых, они немного выругались под общий смех, и сказали, что подумают о покупке. На мой немой вопрос, а разве короли не богаты? Был получен лаконичный ответ: «Не настолько». И да я сделал ставку на эксклюзивность и это сработало. Кто молодец? Я. Хе-хе.

Беседа пока обходила стороной дела государственные, кружась вокруг личных свершений и недавних приключений. Гномьи владыки с суровым, но довольным видом поведали о том, как их народ с ликованием встретил возвращение законного короля. Я же, в свою очередь, поделился историей о схватке с архимагом некромантов и о нашей с принцессой их дочерью и племянницей невероятной победе на конкурсе удиви Чалмора. Атмосфера царила непринуждённая, живая, под стать потрескиванию смолистых поленьев в камине.

Мои спутники, конечно, пребывали в лёгком смятении, оказавшись за одним столом с королями. Но, что вызывает уважение, гномы не требовали к себе подобострастия, ведя себя просто и открыто. Зато братьям Старквиллам было явно любопытно разгадать загадку моего необычного окружения. А уж любопытство Балмора Громового Горна и вовсе не поддавалось описанию. Он едва не подпрыгнул на месте, когда я представил ему его коллеги Лирель сотрудника СБ королевства Лунный Свет. Зачем скрывать? Такие личности, как я, быстро становятся достоянием гласности. В моей ситуации разумнее заручиться поддержкой сильных мира сего на пути к возвышению. А уж потом можно будет вести диалог с позиции силы.

И вот под красноречивые, оценивающие взгляды новых союзников я и отправился на свежий воздух подышать и кое-что сделать. Точнее выполнить одно из своих обещаний.

Позвав Еву, я бережно взял её за руку и шагнул с ней на самую кромку стены возводящегося замка. Открывавшийся вид был одновременно величественным и пугающим — кроме этой стены, пока почти ничего не было, и под нами зияла тридцатиметровая пропасть. Ночной ветер трепал волосы, а внизу медленно витал снегопад, скрывая подножие холма.

— Ну как тебе? — спросил я, обнимая её за плечи.

— Впечатляет, — прошептала она, прижимаясь ко мне и отворачиваясь. Высота явно пугала её.

— Я немного не так спросил. Как тебе твой будущий дом?

Ева отстранилась, её изумрудные глаза с недоумением и надеждой вглядывались в мои.

— Кай… ты серьёзно?

— Абсолютно. Иначе зачем бы я давал клятву перед самими Мироздания быть с тобой честным и верным? Или ты думаешь…

— Дело не в этом! — перебила она. — Ты же помнишь, что у меня…

— Этот вопрос я беру на себя. Теперь это и моё дело.

— В каком смысле?

— Эм-м.

— КАЙ?!

— Тут такое дело… Кажется, я забыл тебе рассказать. Сухарик — тот, кого ты знаешь как Сухолим — пытался меня похитить. Представляешь?

— Что?! — её глаза расширились от ужаса. — И ты умолчал об этом?!

— Как-то вылетело из головы, честно пречестное.

— Когда это было?

— Эмм… помнишь, как мы демонов пинали? — она кивнула, хмуря брови и сжимая кулачки. Я мысленно приготовился к удару в грудь. Они не сильные, но болезненные. — Так вот, прямо перед этим. Я оказался на той поляне именно из-за этого. То есть ты знала, почему, но не знала, кто устроил похищение.

— То есть… Кай, ты вообще в своём уме?!

— Прости, искренне. Забыл. Но у меня для тебя есть ещё один сюрприз.

Сжав её ладони в своих, я направил потоки магии, питая сложное заклинание телепортации. Мир поплыл, завернулся в марево тьмы, и мы ступили на вершину горы, что неприступной стражей возвышалась за спиной замка. Высота была головокружительной — полтора километра, не меньше. Перемещение вытянуло из меня уйму сил, и обратный путь будет стоить не меньше. Но пафос, как говорится, — наше всё.

— А сейчас я познакомлю тебя с нашим новым союзником.

Активировав кольцо, я выпустил из него стаю ледяных грифоноф — сорок семь могучих особей. А последним из мерцающего портала вышел Нифейн. Сделав величественный круг над заснеженными пиками, он спустился и приземлился перед нами, поднявшейся снег накрыл нас целиком.

— Ну как тебе? — с гордостью спросил я.

— Не стану кричать «вау», но… достойно, — он издал что-то вроде ухмылки.

Ещё один чтец мыслей на мою голову.

— В общем, как и условились, — обратился я к крылатому владыке.

— Безусловно.

— А теперь хочу представить тебе мою будущую супругу, Еву. Её слово имеет такой же вес, как и моё.

— Принимается, — склонил голову Нифейн.

— Что ж, отлично. Обживайся. Мы позже поговорим, а сейчас нам пора.

— И правильно. Скоро здесь станет очень холодно.

Могучий взмах крыльев — и на вершине поднялся леденящий порывистый ветер, завывающий среди скал, предвестник ночного шторма.

Когда мы оказались у входа в палатку, я получил удар в плечо: — Жена?

— А ты против что ли? — спросил я, отплевавшись. — Ну ладно, как хочешь. Хельга вроде как желает это, — провёл я руками вдоль своего тела, — да и Лирель явно не против. Раз несогласна, тогда кто-то из них займёт твоё место.

В следующий миг я едва успел выставить стену из молний, так как луч света ударил в меня.

— Спасайте, — закричал я и забежал внутрь палатки. Когда Ева нырнула вслед за мной с криком «убью гада», на неё смотрел десяток магов, готовых послать свои смертоносные заклинания.

— Женой быть отказываться, — сообщил я всем из-за спины Вул’дана. — А ведь я от всего сердца предлагал.

— Он скал что моё место займёт Хельга или Лирель, не выслушав моего ответа.

Орк медленно отошёл и помахал мне ручкой:

— Прощай, Кай. Ты был хорошим другом.

Дружный хохот раздался на всю долину.

***

На следующее утро, едва первые лучи солнца позолотили зубчатые стены замка, мы вчетвером — я, братья Старквиллы и Балмор Громовой Горн — отправились на неторопливый осмотр владений. Воздух был свеж и прозрачен, а под ногами хрустел недавно выпавший снег.

— Итак, друзья мои, у меня есть новости, — начал я, когда мы достигли центрального двора. — Я закрыл ещё два обелиска. Однако в них не было ничего, подобного тому, что скрывалось в вашем. Там обитали совсем иные народы и никаких плюшек в виде зёрен Возрождения не было.

Следующий час я посвятил красочному рассказу о своих похождениях, а мои спутники слушали с каменными лицами, лишь изредка обмениваясь взглядами.

— Занятно, —односложно отозвался Торвальд, когда я закончил.

— Вы не нашли никаких сведений об остальных обелисках? — поинтересовался я.

— Нет. В наших хрониках — ни слова. Кроме… — Балмор сделал театральную паузу, и его борода колыхнулась от порыва ветра.

— Кроме? — я замер, чувствуя, как учащается пульс.

— Было одно смутное упоминание, больше похожее на бред сумасшедшего. «Посреди ничего есть жизнь. Ночью, когда луна полна, на горизонте видны два клыка, что пронзают небеса. Не иди, путник, к ним. Там смерть ждёт тебя, и тело твоё пожрёт яд».

— И это всё?

— Да. Единственная запись, что мы сочли достойной внимания, хоть и бессмысленной.

— Хм, — я задумался, вглядываясь в туманную даль за стенами. Мысль мелькнула и тут же показалась невероятной.

— Благодарю. В библиотеке магического совета так же ничего нет.

Всей тайны я им не говорил, но мы условились о том, что если я найду что-то ценное, то предложу им первым.

Весь остальной день мы провели в обходе, я уточнял детали и щедро раздавал свои «хотелки»: просторный подвал-хранилище, открытая смотровая площадка на главной башне, защищённая телепортационная площадка и многое другое. Они выслушивали молча, не возражая, но когда я закончил, в воздухе повисло невысказанное понимание: всё это далеко выходило за рамки первоначальных договорённостей.

— На вот, держите, — я вручил каждому по небольшому, тускло мерцающему шарику.

— Что сие? — Торвальд поднёс артефакт к носу, скептически принюхиваясь.

— Это, друзья мои, — плата за все дополнения, что я внёс. Сразу предупреждаю: точные свойства новых горошин мне неизвестны. Но в одном уверен: целительский эффект многократно усилен. Откуда знаю — не скажу. Производятся они в мизерных количествах и очень долго, а потому в продажу не поступят. Только обмен или в качестве дара.

— И как мы можем принять дар, свойства которого не ведомы даже дарителю? — в голосе Торвальда зазвучала железная нотка. — Вдруг они ныне — пустышка?

— Без проблем, — я безразлично протянул руку. — Возвращайте. Рассчитаюсь золотом или настойкой.

Ответом мне было мгновенное исчезновение шариков в недрах гномьих мантий. Я же не смог сдержать широкой улыбки.

— У меня для вас припасён ещё один сюрприз, — объявил я, чувствуя, как уголки губ сами тянутся в новой улыбке. — Прошу, проследуйте за мной.

Мгновение спустя мы уже стояли на заветренной вершине, где белые облака цеплялись за скалы. Я представил Нифейну своих спутников, владык этих высот. Так же в свою очередь я чётко дал им понять, что, согласно нашим с ним договорённостям, пики Железных Гор отныне принадлежат ему. Так как он является мои союзником. Король грифонов, величественно склонив голову набок, подтвердил мои слова, и в его голосе прозвучала сталь:

— Вершины отныне под моей дланью. И у вашего народа есть выбор: стать союзниками либо навсегда забыть дорогу в эти небеса.

Впрочем, тон его не был безапелляционно ультимативным. Взамен крылатый владыка брал на себя клятвенное обязательство защищать эти горы от любой угрозы, исходящей с небес, а не только омой замок. Плюс обещал обсудить в будущем и другие направления сотрудничества.

Гномы, перешёптываясь под пронзительный ветер, после краткого совещания вызвали Нифейна на ритуальный спарринг. Исполинская птица в ответ только издала хриплый, похожий на раскат грома смех и предложил им троим сразиться против него одного.

Вы когда-нибудь видели, как летают гномы? Мне до сего дня видеть не доводилось. Скажу так — летали они красиво. Твёрдая семёрка из десяти. Хе-хе.

Час спустя, после семи отчаянных, но тщетных попыток одолеть крылатого короля, мои бородатые спутники признали поражение и согласились заключить вечный союз.

Честно говоря, эти голые скалы были гномам нужны как пятая нога дракону, но их легендарная гордость не позволяла уступить даже пядень земли без боя.

В итоге мы расстались на самой что ни на есть дружеской ноте. Заодно они сообщили, что о клане Рунирдов можно забыть — те, по их словам, слишком зарвались. Взамен я подсластил пилюлю, прокатив новых союзников на своей новенькой карете. Правда, узнав, что новые «приблуды» запатентованы, они немного помрачнели, но мои слова о том, что эксклюзивное право на производство рессор и пружин останется за гномами, заметно развеяли тучи на их лицах. По крайней мере, мне так показалось.

Пружины они и так знали, но вот в купе с рессорами не догадались ставить, а я уже запатентовал. Кто красавчик? Поверьте, совсем не устаю повторять — я.

Когда их карета скрылась в заснеженной метели, ко мне пожаловал Хар’зул по прозвищу Кровавый Серп, ныне — верный страж моих владений. Его гильдия наёмников, оставив в прошлом скитания, полностью перешла ко мне на службу. И, надо сказать, отбоя от желающих вернуться под прежние знамёна у него не было. Я, однако, сразу оговорил условие: пьяниц и лентяев не потерплю. Каждый воин должен быть в идеальной форме и готов сражаться насмерть. Последствия же нарушения устава я обрисовал предельно ясно. Служба эта сулила не просто заработок, а реальные перспективы — я изложил их в свитке, который Хар’зул зачитал своим людям. После этого поток желающих вступить в ряды стражей увеличился вчетверо.

Ветер трепал плащ моего капитана, пока он докладывал: немало любопытствующих пытается проникнуть на территорию, дабы разузнать, что же тут творится. Кого-то удавалось просто спугнуть, а с кем-то приходилось разговаривать языком стали. Благо, теперь в отрядах несли службу и боевые маги, а каждый караул имел на вооружении артефактные арбалетные болты, способные пробить защиту даже магистра.

Я же попросил его об особом одолжении: всех, кто явится с недобрыми намерениями и не переживёт встречи со стражей, тела относить к опушке Чёрного Бора и оставлять в указанном месте. Туда, как я условился с Тораксией, будут прилетать определённые рабочие, чтобы забрать тела для удобрений. От этих мылся настроение немного испортилось. Надо бы кстати зайти к ней прежде, чем уеду.

Пока мы беседовали, к нам присоединился Майлс — я заранее послал ему весть. Его владения граничили с моими, и без общего плана было не обойтись. После недолгого, но предметного обсуждения мы решили расширить набор, и теперь Хар’зул должен был отвечать и за безопасность земель рода Лавий. Чему старый воин только обрадовался — у него ещё оставалось множество проверенных бойцов, которым требовалось достойное дело.

За совместным ужином, согревающим в прохладе вечера, мы обсудили детали, после чего Хар’зул и мой приятель Вул’дан вышли во двор — провести спарринг и размять кости. Мы же с Майлсом остались у камина, погрузившись в построение планов на наше общее будущее, пока за окном сгущались сумерки.