- Я не хочу, - всхлипнула Кейси.
Марк нахмурился.
- А почему бы и нет? Ты слишком хороша для таких дрянных телешоу?
- Я не хочу смотреть, как убивают детей! Это же бред! Ты больной! Зачем тебе убивать всех этих детей?
Марк поднял руки в защиту.
- Ого! Подожди секунду. Я никого не убивал.
- Но ты это сделал. Ты этого хотел. Это все твоя вина.
Марк небрежно пожал плечами.
- Да, может, ты и права, - сказал он беззаботно.
- Так... зачем? Зачем эти невинные дети должны умирать?
Марк в этот момент начал раздражаться. Эта тупая пизда прерывала его удовольствие от просмотра. Ей нужно было просто заткнуться и наслаждаться этим. Он стиснул зубы и придвинулся ближе, уперев ствол своего пистолета ей в ребра.
- Затем что это чертовски смешно, вот зачем, - ядовито сказал он.
Кейси не произнесла ни слова. Он слышал, как ее дыхание хрипло вырывалось из легких. Тупая сука была в ужасе.
"Хорошо".
Марк откинулся на спинку сиденья, закинул ноги на стол и попытался насладиться представлением.
Лифты вообще не работали, но лестницы все еще были доступны с первого этажа. Однако двери на седьмой этаж были заперты электроникой, что делало доступ практически невозможным. Но когда прибыл вооруженный отряд, они принесли с собой то, что они так смешно называли в полиции "ключом от всех дверей", угловую шлифовальную машину на батарейках, с помощью которой они могли разрезать любой замок, чтобы попасть туда, куда им нужно было попасть - отсюда и название.
Сейчас главным приоритетом было получить доступ на седьмой этаж.
Но Хьюз знал, что они не могут атаковать, не получив сначала лучшего представления о том, что на самом деле там происходит. У него уже было плохое предчувствие по поводу того, что они найдут, и последнее, что он хотел сделать, это ухудшить ситуацию.
Женщина на стойке регистрации предложила им воспользоваться задней лестницей. Это дало бы им доступ к заднему коридору, из которого они могли бы попасть в галерею. Она также не смогла связаться ни с кем там наверху, но если мониторы все еще работали, то у них был бы полный обзор всего, что происходило в студии.
Хьюз заслонил глаза от искр, вылетевших, когда шлифовальный диск прорезал себе путь через сталь замка, с оглушительным визгом, издаваемым громовым трением. Его сердце забилось, когда он подумал, во что они вот-вот войдут.
Он спросил женщину на стойке регистрации, что она знает о Марке Сэмюэлсе. Она описала его как глубоко обеспокоенного человека. Хьюзу показалось, что его недавнее увольнение было бы более чем достаточным, чтобы вывести его за грань здравомыслия. Он звучал как тип недовольного бывшего сотрудника, который мог бы взять оружие на работу, чтобы расстрелять своих бывших коллег. Но это был человек, который создал "Приятелей для объятий"; было довольно понятно, что он мог чувствовать, как будто шоу у него отняли.
Но больше всего Хьюза напугал тот факт, что прямо сейчас они снимали "Приятелей для объятий". Это означало, что там были дети. Эти бедные дети пришли в студию, веря, что будут смотреть съемки своего любимого шоу. Вместо этого они были... ну... Хьюз понятия не имел, что с ними случилось. Он просто надеялся, что это не более чем какое-то большое недоразумение, что блокировка была просто сбоем в системе безопасности здания, и что присутствие Марка Сэмюэлса было не более чем совпадением.
Инстинкты Хьюза подсказывали ему, что этого не будет.
Там наверху что-то происходило, и это было совсем нехорошо.
Шлифовальный диск наконец прорвался через электронный замок седьмого этажа, и дверь распахнулась. За дверью лежал узкий коридор. Хьюз отступил, когда дюжина мужчин, все вооруженные карабинами H&K G36C, протиснулись через сломанную дверь и двинулись по коридору гуськом. Хьюз затем послушно последовал за ними.
- Галерея должна быть прямо впереди, - крикнул он командиру отряда, - вверх по лестнице на антресоль.
Без какого-либо ответа отряд продолжил движение, пока не достиг основания лестницы. Один из мужчин поспешил вверх по лестнице и попробовал ручку.
- Она заперта, - сказал он.
- Открой, - сказал командир отряда.
Второй офицер, вооруженный "ключом от всех дверей", поднялся по лестнице к двери. Как и прежде, он начал резать замок, искры летели ослепительным каскадом раскаленной добела стали.
И тут дверь открылась, и люди ворвались в комнату.
- Опусти пистолет!
- Освободи заложника, немедленно!
- Не смей шевелить даже одной чертовой мышцей!
Хьюз рванул вверх по лестнице и в комнату за вооруженным отрядом.
Марк Сэмюэлс стоял там, прикрываясь молодой женщиной. Одной ладонью он обхватил ее лицо и крепко прижал ее ко рту, другой прижимал пистолет к ее голове. В комнате лежало множество тел, каждое из которых было в крови.
Марк выглядел диким, как испуганный зверь, загнанный в угол, готовый пробиться наружу любой ценой. Его глаза были налиты кровью, зубы скрежетали вместе, словно он собирался стереть их до самых десен.
- Не подходите ближе! - сказал он, его голос дрожал, его страх бурлил внутри. - Не заставляйте меня стрелять в нее!
Хьюз протиснулся вперед, вытянув руки, приказывая остальным не стрелять. Его сердце колотилось внутри грудной клетки. Хотя он тренировался для таких ситуаций - как разрядить обстановку во враждебной ситуации с заложниками, - он никогда не оказывался в такой ситуации.
- Все в порядке, Марк, - сказал он, стараясь, чтобы его голос звучал спокойно, зная, что лучшим вариантом для него было бы попытаться подружиться с преступником, заслужить его доверие. - Пожалуйста, просто опусти пистолет и поговори со мной. Что происходит?
- Что происходит? - недоверчиво усмехнулся Марк. - Ты меня перебил, вот что происходит! Я просто пытался насладиться шоу!
Хьюз покачал головой.
- Каким шоу?
Марк не вздрогнул, но каким-то образом Хьюз понял, что он имел в виду то, что происходило на ряде мониторов позади него.
Хьюз уставился на экраны.
Он чуть не поперхнулся.
Большинство из них были пусты, но движение на одном из мониторов привлекло его внимание к экрану справа. На экране был изображен один из "Приятелей для объятий", отрубающий конечности женщине пожарным топором. На другом экране был другой "Приятель для объятий" в одном из коридоров, сидящий на распростертом теле маленького мальчика и сдирающий кожу с его лица кухонным ножом. Повсюду были разбросаны мертвые тела - мужчины, женщины и дети.
- Что это, черт возьми? - Хьюз пробормотал почти себе под нос.
- "Приятели для объятий" просто защищают себя, - ответил Марк. - Эти люди пытались отобрать их у меня. Но это мои дети. Мы не могли этого допустить.
- Но... но... - пробормотал Хьюз, потратив минуту на осознание, - "Приятели для объятий" не настоящие. Они актеры, одетые в костюмы.
Марк нахмурился.
- Не настоящие? Что значит, они не настоящие? - усмехнулся он. - Просто посмотри на эти экраны позади меня. Мне все это кажется вполне настоящим.
- Они убивают детей! Ты это делаешь? Ты как-то заставляешь их это делать?
Марк усмехнулся.
- Не совсем так. Возможно, я и заронил в их головы семена идеи, но я уверяю тебя, что они хотят этим заниматься. Я имею в виду, просто посмотри, как им весело!
Хьюз снова посмотрел на экран. "Приятель для объятий", стоявший на коленях над мертвым мальчиком, оторвал его лицо от голого черепа, приподняв кожу, чтобы он мог полюбоваться своей работой. Тонко нарезанный эпидермис хлопал, как резиновая маска на Хэллоуин, свет проникал в полые отверстия, которые когда-то были глазами и ртом.
- Тебе нужно это прекратить, - сказал Хьюз. - Это безумие.
Марк медленно покачал головой.
- Извини, но я не согласен. Я думаю, это совершенно нормально. Мы наслаждаемся представлением, не так ли?
Кейси захныкала, когда Марк ткнул ее пистолетом.
- Просто отпусти девчонку, - умолял Хьюз, подняв руки в знак капитуляции. - Ей не нужно быть частью этого. Никому не нужно. Нам просто нужно поговорить об этом.
Стиснув зубы, Марк убрал руку от рта Кейси.
- Что ты думаешь? - спросил он ее. - Мне отпустить тебя?
- П-п-пожалуйста, - всхлипывала Кейси, крупные слезы катились по ее щекам, черные полосы туши прокладывали путь вниз к подбородку. - П-просто не уби-вай меня...
Марк вздохнул и кивнул.
- Ладно, - вздохнул он. - Все в порядке. Думаю, пора заканчивать с этим в любом случае.
- Верно, - сказал Хьюз, кивая головой в знак согласия. - Просто отпусти девушку и опусти пистолет, тогда мы сможем положить конец всем этим убийствам.
- Кто сказал что-то о прекращении убийств? - Марк поднял бровь.
- Но... - Хьюз покачал головой, сбитый с толку.
Марк улыбнулся. Он нажал на курок, и пуля пронзила череп Кейси, выбив ее разжиженный мозг из черепной коробки.
- Нет! - закричал Хьюз.
Марк все еще улыбался, направляя пистолет в сторону офицеров.
Он был наполнен свинцом задолго до того, как он смог выстрелить. Пули пронзали его тело, вырывались из спины, разрывали его внутренности, вытаскивали их из туловища. Его изуродованные останки упали на пол, кровь текла из десятков отверстий, которые теперь усеивали его труп.
- Боже мой! - закричал Хьюз, когда стрельба наконец прекратилась. - Боже мой! Какого хрена вы это сделали?
- Он собирался стрелять! - сказал один из вооруженных офицеров, явно недовольный обвиняющим тоном Хьюза.
- Он был нам нужен живым, - сказал Хьюз, стиснув зубы. - Возможно, он был единственным, кто мог это остановить! Черт!
Он перешагнул через многочисленные тела, усеявшие пол галереи, мужчины и женщины, все с пулевыми отверстиями, несомненно, убитые руками Марка Сэмюэлса. Хьюз старался не смотреть на них; сейчас они были не важны. Его внимание было сосредоточено на экране ноутбука Марка.
Бесконечная строка белых букв и цифр циклически двигалась по черному экрану. Это была явно какая-то компьютерная программа, возможно, вирус. Он понятия не имел, как, но он знал, что это как-то связано с тем, что происходило внизу в студии. Как это вообще возможно, он понятия не имел, но он был уверен, что это ключ.
Каким-то образом он также знал, что не будет простого способа остановить это. Это определенно не будет простым случаем отключения ноутбука. Без Марка, который введет требуемые коды, убийства продолжатся. Единственным вариантом было бы войти туда и остановить "Приятелей для объятий" напрямую. Это означало бы одно из двух: либо они каким-то образом вывели их из строя, либо им пришлось бы их убить.
Хьюз наблюдал на одном из мониторов, как женщина с маленьким сыном вошли в одну из студий, явно не подозревая о том, что один из "Приятелей для объятий" наблюдает за ними из конца коридора.
Мэгги толкнула дверь. В студии было темно и тихо. Она положила руку на спину Паркера и провела его внутрь.
- Иди, - сказала она. - Мы можем спрятаться здесь. Это безопасно, - она не была уверена, насколько это было правдой, но она проглотила чувство вины за то, что потенциально солгала своему сыну, и продолжила.
Она тихо закрыла за ними дверь.
Когда они прошли дальше в студию, Мэгги обнаружила, что они находятся на съемочной площадке "Утреннего шоу Мишель Морган", дневного ток-шоу, которое, несмотря на свое название, на самом деле выходило в эфир каждый будний день в обед.
Сбоку от сцены стоял дубовый стол, а за ним - кресло с высокой спинкой, обитое блестящей кожей. Напротив стола стоял длинный, удобный на вид диван, на котором сидели гости. Ряд искусственных растений выстилал заднюю часть сцены. Сбоку от сцены находилась арка с рядом ступеней, ведущих вниз в зону ожидания, где гости будут ждать своей очереди, чтобы подняться на сцену.
Мэгги была уверена, что эти ступеньки приведут их в какую-то закулисную зону. Может ли это дать им возможность сбежать, она была гораздо менее уверена. Тем не менее, попробовать стоило.
Мэгги направила Паркера в дальнюю часть сцены, к арке.
Паркер последовал указаниям матери, ее руки лежали на его плечах, направляя его к ступеням.
За аркой было темно, как смоль, ограниченный доступный им свет постепенно сужался до полной темноты. Явно встревоженный, Паркер оглянулся через плечо, на свою мать, в его глазах был виден парализующий страх.
Мэгги кивнула, подбадривая его.
Паркер сделал первый шаг.
Перед ними в одно мгновение появилась фигура, вопиющая, как банши. Мэгги мельком увидела, как что-то металлическое пронеслось по воздуху к ней и Паркеру. Она быстро схватила его за воротник футболки и потянула назад. Его каблуки зацепились за край верхней ступеньки, и рывок его тела, когда оно упало на пол, сбил ее с ног. Паркер приземлился на нее, его локти врезались в ребра. Это было жесткое приземление, но она была благодарна, что он не пострадал.
Из темноты вышла женщина, стиснув зубы, в глазах пылала дикая ярость.
Внезапно ее черты смягчились, и на нее нахлынуло выражение полного опустошения.
- О Боже! - сказала она, выскочив из темноты на сцену. - Мне так жаль. Я думала, вы одни из них.
Мэгги не нужны были никакие пояснения, о ком эта женщина могла говорить.
Женщина была невысокой и грузной, с круглой грудью и широкими бедрами, ее волосы были завиты в тугие локоны и свисали до плеч. Предмет, которым она замахнулась на Мэгги и Паркера, оказался барным стулом. Она держала его за одну из ножек, деревянное сиденье волочилось по полу.
- Все в порядке, - усмехнулась Мэгги, - по крайней мере, ты нас не задела.
Женщина протянула руку Паркеру. Он взял ее и позволил поднять себя на ноги. Затем женщина оказала ту же любезность Мэгги.
- Меня зовут Синди, - сказала женщина. - Еще раз, мне очень жаль. Я просто... я так напугана.