Она откидывает голову назад, чувствуя тепло солнца и южный ветерок, щекочущий ее лицо.

Примерно через час после выезда из города девушки останавливаются у последнего магазина на пути, который выглядит так, словно стоит здесь с незапамятных времен. Деревянные панели старые, краска выцвела и стерлась. Ветхая вывеска над входом, пожелтевшая от безжалостного солнца, гласит: Магазин на углу "У матушки".

Кори подъезжает к одной из двух ржавых заправочных колонок и выпрыгивает из машины. Она с минуту рассматривает колонку.

- Нет устройства для считывания карт? - она смеется и оглядывается на Бэйли с ухмылкой и нахмуренными бровями. - Где мы, черт возьми, находимся?

Звенит колокольчик на двери магазина, и из него выходит мужчина в грязных джинсах и рабочих ботинках. Он замечает двух девушек и быстро опускает очки на глаза, неуклюже перебирая что-то в руках. Его рукава закатаны, обнажая волосатые, как стволы деревьев, предплечья. Сигарета свисает с его губ, которые полностью скрыты за неухоженной жесткой бородой, которая, кажется, соединяет его подбородок с грудью.

Кори замечает его и смотрит на Бэйли. Уперев кулаки в бока, она говорит своим лучшим деревенским акцентом, чуть громче обычного:

- Что ж, я буду считать, что мы больше не в городе!

- Кори, - говорит Бэйли ровным, но в то же время приглушенным голосом, надеясь, что мужчина не услышал ее глупую подругу, и желая, чтобы у Кори был выключатель, который бы лучше контролировал ее поведение. - Веди себя прилично.

Грязный парень провожает их взглядом, забираясь в свой черный потрепанный грузовик, покрытый засохшей грязью со всех сторон, и заводит двигатель. Из выхлопных труб валит черный дым, а из стереосистемы звучит какая-то деревенская музыка, сплошь гнусавая и скрипучая.

Бэйли хватает свой кошелек и направляется с Кори к магазину, делая всего несколько шагов, прежде чем задние шины грузовика взметают гравий, и в нескольких дюймах от них проносится задняя дверь, сопровождаемая огромным облаком пыли. Пораженные, Кори и Бэйли отскакивают назад, как только грузовик резко останавливается.

Девушки смотрят друг на друга, разинув рты, обе потрясены тем, что их чуть не сбил деревенский мудак в большом уродливом грузовике.

- Что за хрень? - громко восклицает Кори, ударяя ладонью по задней двери автомобиля.

- Господи, - говорит Бэйли, кашляя от пыли и выхлопных газов, ее сердце бешено колотится.

Этот деревенщина из маленького городка просто смотрит на них из-за своих черных очков, высунув из окна волосатую руку, похожую на бревно. Бэйли представляет, как эти отвратительные руки держат ее, сковывают, придавливают к земле против ее воли, его горячее, прогорклое дыхание на ее лице - она не может пошевелиться, беспомощная добыча. Острые куски льда пронзают ее тело, когда она инстинктивно отворачивается и вздрагивает.

Кори показывает средний палец.

- Придурок!

Парень медленно продвигается вперед, тупо глядя на них и ухмыляясь. Бэйли борется с кислотой, которая пытается выплеснуться из ее желудка.

- Фу, - с отвращением произносит Кори, у нее такое лицо, словно она только что съела что-то гнилое и кислое, когда грузовик трогается с места и наконец выезжает со стоянки. - Что за чертов подонок.

- Да, - говорит Бэйли, качая головой, думая о том, как близки были бампер и задняя дверь к тому, чтобы испортить их наряды и сделать их тела более нежными. Она издает тихий смешок. - На чем мы опять остановились?

Они заходят в магазин, где пахнет шариками от моли, и на двери звенит колокольчик. За прилавком стоит пожилая женщина с седеющими редеющими волосами и лицом, обветренным от многолетнего курения сигарет и недостатка увлажняющего крема.

- И где же тут туалет? - спрашивает Кори, возвращаясь к своему насмешливому деревенскому акценту, закусывая губу и подтягивая штаны.

Продавщица, которую нисколько не забавляют хорошенькие горожанки и их высокомерное поведение, кивает в сторону зала слева от магазина, отсылая Кори в ту сторону. Бэйли проходит в заднюю часть магазина и заглядывает через стеклянные дверцы холодильника в поисках воды в бутылках. Она чувствует, как кассирша оглядывает ее с ног до головы, от чего у нее мурашки бегут по коже.

"Или, может быть, у меня все еще мурашки по коже после стычки на улице с племянником-извращенцем Хэнка Уильямса", - думает она, отмахиваясь от этого ощущения.

Кори выбегает обратно.

- Э-э-э, мэм, туалет закрыт?

- Воспользуйтесь тем, что снаружи, - говорит дама, ее слова звучат громче и резче.

- Уф, - Кори раздраженно качает головой, вздыхает так громко, как только может, и быстрым шагом выходит из магазина.

Бэйли просматривает ограниченный ассортимент воды и останавливается на одной марке, взяв две бутылки. Она возвращается к прилавку. Кассирша, которая в этот момент разговаривает по телефону, резко отворачивается от нее и начинает что-то шептать тому, с кем разговаривает, как будто что-то скрывает. Бэйли ставит бутылки на прилавок, а дама продолжает разговор, повернувшись к ней спиной, и в конце концов говорит на другом конце требовательно и злобно:

- Сейчас же!

Она швыряет трубку и поворачивается обратно к Бэйли, ее напряженный взгляд задерживается на ней слишком долго, прежде чем она опускает взгляд на воду. Женщине требуется несколько секунд, чтобы посмотреть на воду, прежде чем она отвлекается от мыслей, которые одолевают ее. Она берет и просматривает каждую бутылку.

- Три доллара восемьдесят девять центов, - говорит женщина.

Бэйли достает свою кредитную карточку и просит женщину добавить в счет десять долларов на заправку джипа, припаркованного у заправки.

- Простите. Только наличными.

- Серьезно? - Бэйли замечает наклейку Виза / Мастеркард на двери и указывает на нее. - Что это?

Дама бросает на нее косой взгляд, не дрогнув, и повторяет, на этот раз медленнее, чтобы маленькая избалованная сучка могла понять: - Наличные... только так.

У Бэйли вырывается глубокий вздох, и она закатывает глаза, прежде чем успевает сказать:

- Ну... - она оглядывается, - здесь есть банкомат?

- Нет, - отвечает дама, не предлагая абсолютно ничего и, очевидно, заботясь еще меньше, ее полные ненависти глаза не дрогнут, прожигая дыру в избалованной маленькой принцессе.

Бэйли снова вздыхает, немного сбитая с толку тем, почему эта женщина ведет себя так чертовски подло. Она качает головой, оставляет бутылки с водой на стойке и выходит навстречу яркому дню, прочь от этой неловкой ситуации, а за ее спиной раздается раздражающий дверной колокольчик. Кори нигде не видно, что означает, что она, должно быть, нашла туалет. Бэйли забирается на пассажирское сиденье джипа и достает свой телефон, надеясь увидеть сообщение от Джейка, в котором он говорит, что скучает по ней или что ему не терпится ее увидеть, но его нет. Просто в группе девушки спрашивают: "Где вы, сучки?!?!"

Бэйли улыбается, делает снимок старого магазина и отправляет его вместе с сообщением: магазин "У матушки". Из-за того, что чем дальше они уезжали от города, связь становилась все хуже, проходит целая вечность, прежде чем снимок наконец отправляется. Бэйли отрывает взгляд от телефона, и ледяные мурашки возвращаются, а ее сердце снова начинает биться быстрее. Грязный грузовик, который чуть не переехал их, вернулся и припарковался в дальнем левом углу парковки. Окна опущены, из кабины доносится пение деревенской жительницы, грязного мудака нигде нет. И Кори тоже.

Внутри у Бэйли все сжимается, когда она вылезает из джипа и осторожно направляется к боковой стене здания. Дверь туалета слегка приоткрыта. Она медленно открывает ее. Тяжелая дверь царапает бетонный пол и застревает внизу. Она сильнее толкает ее плечом, чтобы открыть пошире.

- Кори? - она шарит по стене в поисках выключателя, наконец находит его и нажимает на него, посылая по сырому туалету легкие импульсы жужжащего света.

Там две кабинки. В одной из них нет двери. Дверь в другой закрыта.

- Кори? - теперь Бэйли действительно приходится бороться с кислотой, чтобы не выплеснуться наружу, ее тошнит от запаха гнилой мочи и дерьма. Запаха смерти.

- Кори, - говорит она более настойчиво, медленно продвигаясь вперед.

И в этот момент что-то холодное и скользко-влажное ползет вверх по ногам Бэйли к низу ее шорт, заставляя ее подняться на цыпочки, прежде чем кто-то хватает и сжимает ее ягодицы. Каждый волосок на ее теле встает дыбом, сердце выпрыгивает из груди, она оборачивается, чтобы увидеть широкую идеальную улыбку Кори.

- Какого черта, Кори? - говорит она, хлопая подругу по плечу. - Где ты была?

Улыбка Кори превращается в хмурое выражение, когда до нее доходит гнилостный запах из задней кабинки. Она зажимает нос, оглядывая Бэйли.

- Я туда не ходила, - она поворачивается и указывает на улицу. - Я помочилась вон там, за мусорным контейнером. К черту это место.

Бэйли смеется, когда они вдвоем выходят из вонючего туалета, зажимая носы и вытирая лица, пытаясь избавиться от ужасной вони. Они выходят на улицу и выдыхают этот ужасный запах, состоящий из частиц гнилой мочи и дерьма, которые все еще присутствуют в их носовых пазухах.

- Фу, черт, - говорит Кори, причмокивая и пытаясь избавиться от этого прогорклого вкуса и запаха во рту и в носу, пока девушки идут обратно к джипу.

Бэйли незаметно высматривает грузовик подонка, не желая будоражить Кори, все еще немного потрясенную произошедшим и теперь совершенно сбитую с толку этим ужасным местом. Сначала этот деревенщина, который чуть не сбил их, возможно, намеренно. Затем внутри - изможденная старая ведьма, всю жизнь сдерживавшая враждебность. Затем отвратительный туалет, в котором пахнет абсолютной смертью... К счастью, грузовик уехал, и Бэйли стало немного легче дышать.

- Ты заправилась? - спрашивает Кори.

- Нет. Они не принимают кредитные карты.

Кори указывает на наклейку Виза / Мастеркард на двери, глядя на Бэйли с огнем в глазах. Ее челюсть напрягается. Ее грудь и лицо краснеют от жара, когда она, пыхтя, направляется обратно к магазину, с каждым решительным шагом ее тяжелые ноги практически выбивают почву из-под нее.

- Кори! - Бэйли говорит, что просто хочет выбраться из этого захолустья и подальше от этих странных людей. - Просто... - она опускает глаза и отводит их, прежде чем вернуться, - оставь это. Давай уйдем отсюда. Мы можем заправиться на обратном пути в "Буччи", мимо которого проезжали.

Кори поворачивается и через мгновение вздыхает и пожимает плечами.

- К черту все.

Она идет обратно к своему джипу, останавливается и поворачивается к магазину, поглаживая рукой нечеловечески большой воображаемый член, надеясь, что женщина-кассир, сидящая внутри и практически не умеющая общаться с людьми, наблюдает за ней. Она запрыгивает обратно в машину и включает зажигание. Она хихикает и, указывая на свою промежность, говорит:

- У меня там немного потекло.

Бэйли издает смешок, глядя на свою неуправляемую подругу, которая иногда говорит совершенно неуместную чушь.

- Ты вытерла?

- Да, - говорит Кори. - Об твои ноги.

Она высовывает язык и облизывает и посасывает кончики пальцев, улыбаясь от удовольствия и постанывая.

- Ты отвратительна, - говорит Бэйли, стараясь не рассмеяться, что с Кори практически невозможно.

Когда они выезжают с парковки, Бэйли бросает взгляд в боковое зеркало и видит фары черного грузовика, направленные в их сторону. Внутри нее снова словно раскалывается айсберг, сердце бьется быстрее.

"Что этот придурок творит?"

Она не сводит глаз с грузовика, пока они отъезжают все дальше, наблюдая, как его отражение становится все меньше и меньше, пока не исчезает за деревьями. Сидит там, уставившись в никуда, и в ее голове, как в малобюджетном фильме ужасов, прокручиваются картины того жуткого засранца, который наблюдает за ними, преследует их, нападает на них. Но он не наблюдает за ними, не преследует их и не нападает на них. Он там, сзади. Уезжает.

Известно, что Бэйли иногда переоценивает свои возможности, по крайней мере, по словам доктора Кори и других ее друзей, которые она принимает за правду. Она убеждает себя, что это как раз один из таких случаев.

- Нет ничего лучше, чем начать выходные с жуткой деревенщины и грубой старой сучки, - смеется Кори. - Не знаю, как ты, но я готова напиться и трахнуться. Давайте выпивку и парней!

Когда уровень ее комфорта вернулся к норме, и на лице появилась улыбка, Бэйли включила радио на полную громкость, подпевая Миранде Ламберт, а Кори присоединилась к ней.

- Нужно было собрать всю наличность под матрасом. У меня было очень хорошее предчувствие, что вот-вот случится что-то плохое...

Прежние образы Бэйли, на которых были изображены эти большие, потные, волосатые руки, удерживающие ее, сменяются объятиями Джейка, его улыбкой, его прессом, этой горячей дорожкой волос, которая тянется от пупка к члену. Вдыхая теплый деревенский воздух, она все еще ощущает сладость его губ и языка, его тела, груди и шеи. Она чувствует запах "Аква ди Джио", его любимого одеколона и ее собственного.

В нескольких милях дальше по дороге движение замедляется, когда они натыкаются на "Плавающие ватрушки". Там полно людей, готовых окунуться в реку, масса бикини, плавок и возбужденных гормонов. Кори притормаживает за вереницей машин, которая тянется от парковки вниз по обочине дороги. Люди выстраиваются в очередь к длинному белому переносному салютному стенду, внутри суетятся несколько рабочих, которые тянутся к лавке, требуя фейерверков.

- Марк сказал, что у них достаточно фейерверков, чтобы взорвать весь город, - говорит Кори, перекрикивая ветер и музыку. Зная их друзей-парней, они вполне могут взорвать город.

Группа парней без рубашек, стоящих рядом с навороченным "Бронко", замечают девушек и, вытягивая шеи, следят за белым джипом, который медленно приближается. Они пытаются помахать им рукой.