– Мы… мы застряли здесь, – пробормотала она, пялясь в одну точку. – Застряли навсегда. Насовсем! Я никогда больше не увижу отца, не увижу Татиану… Я…

– Крис! – с мягким укором протянул Ник. Ещё истерик сейчас не хватало! К тому же, прощаться с отцом она явно поторопилась: Ивара Шторма рельсой не зашибёшь – старик на редкость живуч и предприимчив. – Не накручивай.

Увы, красноречивые увещевания не сработали.

– Мы больше никогда… никогда не вернёмся дом-о-о-ой! – взвыла Крис, и слёзы ручьями покатились по щекам.

Вот же…

Никлас подался вперёд, обнял её и прижал к себе.

– Возьми себя в руки, дочь пилота! – велел строго. – Скажи лучше, ты доверяешь мне? Доверяешь?

Крис кивнула.

– Полностью?

Крис кивнула более решительно.

– Тогда слушай… – Никлас понизил голос и зашептал ей в самое ухо: – Хмырь лжёт.

Крис отстранилась. Уставилась на него. Открыла рот, закрыла снова. Нахмурила пшеничные брови. Кончик её носа маяком краснел на бледном лице.

– Но… как… – она сглотнула. – Откуда ты…

– Знаю. – Ник откинулся на подушки. Чёртово сотрясение напомнило о себе с новой силой: голова кружилась, точно машина в неуправляемом штопоре. – Просто знаю, и всё. А откуда – пока сам не понял. Но пойму. Обязательно пойму. Позже.

Он смежил веки. Усталость наваливалась гранитной плитой.

– Тебе надо отдохнуть. – Кристиана заботливо укрыла его одеялом. – А я… разведаю пока, что здесь к чему.

– Разведай, а заодно раздобудь мне костыли! – Он кивнул на загипсованную ногу. – Не то помру от пролежней и смертной скуки.

– Хорошо, всё сделаю.

Она поднялась, но Ник ухватил тонкое запястье.

– И ещё… – Он понизил голос. Поймал взглядом взгляд. – Не суйся никуда, не привлекай лишнего внимания. Действуй с максимальной осторожностью, меньше болтай, больше молчи и слушай, и никому – никому, слышишь! – не доверяй. Ясно?

– Ясно.

Ник нарочито грозно сдвинул брови.

– Не понял.

– Слушаюсь, мастер Холф, – изрекла Кристиана, вытянувшись по струнке. – И повинуюсь.

– Так-то лучше!

Он улыбнулся. Она улыбнулась в ответ. Ник не удержался и притянул её. Поцеловал легонько.

– Ступай. И, пожалуйста, обещай, что будешь осторожна.

– Обещаю. – Теперь уже она поцеловала его. Несмело, робко, но так нежно, что Ника обдало жаром.

Не хотелось отпускать её… Но пришлось.

Крис

Мир вокруг был прекрасен. Настолько, что не верилось глазам. Кристиана не уставала восхищаться снова и снова, и никак не могла уразуметь, как среди хаоса Мрака мог уцелеть кусочек рая.

Мастер Ву показал ей водопады. К ним вела тенистая аллея, вдоль которой высились клёны с резными багряными листьями. На склонах у журчащей воды щедро цвела сирень. Крис ткнулась носом в ароматную кисть, и голова закружилась от запаха. На бахче за аптекарским огородом дозревали пузатые арбузы. Мастер Ву надрезал один и угостил Кристиану. Сладко. Вкусно. Волшебно! А ещё вокруг порхали бабочки. Много-много бабочек. Одна – пёстрая, чёрно-оранжевая, села Крис на ладонь и позволила себя рассмотреть. Красивая…

– А какое здесь время года? – спросила Кристиана, когда бабочка улетела.

– Всегда только самое лучшее, – пояснил мастер Ву. – Разгар весны, пик лета и начало осени.

– Одновременно? – удивилась Крис. Погодный парадокс более всего походил на очередную аномалию Мрака, пусть и вполне приятную.

– Именно так, – кивнул Ву. – Как чувствует себя мастер Холф?

Крис покраснела и отвернулась.

Мастер Холф… Никлас…

Она до сих пор ощущала на губах вкус его поцелуев, а сердце то и дело начинало сбоить.

Интересно, всем видно, как безнадёжно она влюблена, или никто не замечает?

– Спасибо, гораздо лучше. Уже требует костыли.

– Что ж, разумная просьба. Передайте мастеру Холфу, мы всё устроим в лучшем виде.

– Всенепременно.

– Возможно, он даже соблаговолит поприсутствовать на нашем скромном торжестве. – Ву свернул на тропинку под соснами. Крис никогда не видела таких высоченных: приходилось задирать голову, чтобы рассмотреть макушки. – Мудрейший велел организовать его в вашу честь.

– В нашу честь? – Кристиана споткнулась о выступающее из земли корневище и чуть не упала.

– Разумеется, – Ву улыбнулся кошачьей улыбочкой. – Мудрейший распорядился лично: ему не терпится представить вас общине.

– Мудрейший – глава Обетованного города, – произнесла Кристиана. Она не спрашивала. Утверждала.

– Вы весьма сообразительны, мастрис Шторм.

Крис оставила без комментариев сомнительный комплимент. Когда Ву показал ей поля пшеницы (Кристиана не удержалась и прикарманила один колосок на память), заливные луга и самую настоящую, хоть и не слишком широкую, реку, в заводях которой громко квакали лягушки, она спросила:

– А где же граница?

– Граница? – Ву вскинул брови. – Какая граница?

– Граница вольных земель. Купол… Он должен быть виден. Разве нет?

– Ах, купол… – протянул Ву, но тут же улыбнулся снова. – Вы всё узнаете со временем, дражайшая мастрис Шторм. А пока нас ждёт встреча. Важная встреча. Возможно, она изменит вашу жизнь.

– Хотите познакомить меня с Мудрейшим?

– Говорю же, вы весьма сообразительны!

Тихое место под соснами показалось Крис невероятно уютным. Особенно сейчас, в сумерках, когда цикады завели долгую песнь, а мошкара и мотыли заплясали у шапок округлых фонарей, что торчали из земли, точно светящиеся грибы.

Ближе к склону размещались широкие садовые качели. Вот бы сидеть здесь с Ником, обнявшись, смотреть на реку, любоваться разбрызганными по воде лунными бликами, болтать обо всём на свете и целоваться, целоваться…

Кристиана вздохнула. Не время сейчас для таких фантазий. Да и человек на качелях – совсем не Никлас.

Ник молодой, а этот сильно в возрасте. У Ника седина только чуть обозначилась на висках, а этот – совсем седой и почти полностью лысый, с морщинистым лицом и блёклыми глазами. Он смерил Кристиану внимательным взглядом… и от взгляда этого по спине побежали мурашки.

Крис повела плечом и нервно сглотнула. Что-то смутно знакомое промелькнуло в старческих чертах. Знакомое настолько, что закололо под ложечкой. Казалось, Крис уже видела эти тонкие губы, нос с лёгкой горбинкой, высокие скулы… Но где, когда и при каких обстоятельствах, вспомнить так и не смогла.

– Мастрис Шторм, – проговорил Мудрейший, разглядывая её. – Наслышан о вашем отце. Он мог бы стать одним из нас, но так и не добрался до вольных земель: канул во Мраке. Но я рад, что дочь великого лётчика довела до конца дело жизни родителя. Это правильно. Так и должно быть. Мы продолжаемся в наших детях, таков закон бытия. Присядьте.

Крис устроилась рядом. Она не ошиблась: вид с качелей действительно открывался потрясающий – глаз не оторвать. Серебряная лента реки уходила в тёмные дали, высокие сосны отражались в тёмном зеркале воды, тут и там белели крупные кувшинки.

Мудрейший проследил за её взглядом.

– Это место – дар небес, – сказал он. – Охранить этот дар – смысл моей жизни.

– Охранить? – вопросила Кристиана. – От кого?

Мудрейший посмотрел на неё внимательно и улыбнулся краешком губ (кислая полуулыбка снова показалась Крис до невозможности знакомой!).

– Вы ещё так молоды, дитя моё, и не ведаете, как много в мире зла.

Крис вознамерилась заявить, что на своём веку повидала достаточно всякого зла, но одёрнула себя: Холф учил её молчать и слушать. Пожалуй, при нынешних раскладах так будет лучше всего.

– У тебя наверняка накопились вопросы, дитя, – проговорил Мудрейший, снова устремив взгляд на тихие воды. – Задай их, и я отвечу на каждый. Но сперва скажу главное: вы здесь не случайно.

– Не случайно? – не выдержала Крис. – То есть специально? Это кто-то подстроил?

– Разумеется, – кивнул Мудрейший. – Вас привела сама судьба.

– С-судьба?.. – Крис вскинула брови.

– Именно. – Блёклые глаза напоминали рентген: просвечивали до самого дна души. – Долгие годы община пыталась выйти на связь с внешним миром, но всё тщетно. Наши пилоты не имели нужного навыка, чтобы преодолеть глубины Мрака. А теперь здесь вы – лучшие лётчики Воздушного Союза. Избранные. Что это, если не промысел высших сил?

Крис напряглась.

– Чего вы от нас хотите? – спросила напрямую.

– Мы хотим, чтобы вы прорвали защитный купол, вернулись в Союз и сообщили людям о нашем городе. О том, что за пределами Мрака лежат вольные земли.

ГЛАВА 36

Крис

– А машины у них есть? – хмуро поинтересовался Ник.

Он заметно схуднул за время пребывания в Граде: упрямо отказывался от горячего, и Крис стоило немалых усилий заставить его поесть хотя бы немного. Сейчас вот принесла шесть бутербродов – два с ветчиной, два с маслом и сыром, и парочку с ломтиками слабосолёной рыбы – и твёрдо заявила: не скажет ни слова, пока он не прикончит как минимум один.

Холф сдался и начал с ветчины.

Пока Никлас жевал бесхитростный ужин, Кристиана кратко, чётко и по факту изложила всё, что вызнала.

– Пара истребителей низкой земной эпохи и несколько захваченных «Скворцов», – отрапортовала на выдохе.

Ник сморщился.

– «Скворцы» не вариант. – Он дожевал, поразмыслил и…принялся за третий бутерброд. – Свои же собьют на подлёте. Чай есть?

– Чая нет. Есть компот.

– Ладно, давай свой компот, – проворчал Ник, и Кристиана протянула ему небольшой походный термос.

– Они хотят, чтобы ты присутствовал на торжестве.

– На каком ещё торжестве? – Холф сделал пару глотков.

– В нашу честь.

– Передай, я не смогу. – Он поставил термос на тумбочку и вернулся-таки к бутербродам. Соединил два в один и смачно надкусил получившуюся конструкцию. – Нога сломана. Это вполне себе уважительная причина. Так что я никуда не пойду. И тебе не советую: мы не знаем, что это за люди.

Крис закатила глаза. Ну что за тип!

– Ник! – Она всплеснула руками. – Эти люди спасли нам жизнь!

– Значит, наша жизнь им для чего-то требуется, только и всего.

– Ты совершенно невозможен!

– А ты чересчур доверчива.

Это неожиданно задело.

– Нас вытащили из-под обломков! – выпалила Крис, чувствуя, как жар заливает щёки. – Обработали раны. Тебе раздробленную кость чудом собрали! А ты… Ты…

У неё не хватило слов.

– Не распаляйся, – спокойно изрёк Ник. – Суть я уловил. Ты хочешь, чтобы я отправился на это их дурацкое торжество, так?

– Да!

– Чтобы пил, ел и любезно беседовал с мутными типами в белых балахонах?

– Да!

– И это сделает тебя счастливой?

В его взгляде мелькнула нежность, и Крис остыла так же быстро, как завелась.

– Счастливее, – улыбнулась она.

Нестерпимо захотелось запустить пальцы в густую каштановую шевелюру, и Крис не стала себя сдерживать. От поцелуя тоже не удержалась.

– Спасибо, Ник. Только, пожалуйста, постарайся быть милым.

– Я достаточно мил.

Крис покачала головой. Да уж! Милее некуда. Не рычит, и на том спасибо!

– И очень тебя прошу, не гляди на них волком.

– Этого обещать не могу. – Никлас прикончил последний бутерброд и отряхнул ладони. – Ну, где там костыли: неплохо бы слегка размяться перед мероприятием.

Ник

Шагать на костылях оказалось сложнее, чем он полагал. Никлас ковылял со скоростью улитки, матерился сквозь стиснутые зубы и с тоской думал о Петере: как ни крути, раздробленная кость когда-нибудь да восстановится, а вот отрезанная нога заново уже не отрастёт.

Бедняга Петер…

Интересно, он уже очнулся? Хотелось бы верить, что с ним всё в порядке. Что таинственный недруг, причастный к катастрофе, не дотянулся до него своими щупальцами. Не навредил больше, чем навредил уже. Хотя… Если Петер действительно вызнал нечто опасное, его попытаются убрать. Сделать так, чтобы он замолчал навсегда. А он, Ник, никак не сможет помочь товарищу.

Плохо. Очень плохо. Хуже просто некуда…

Град Обетованный представлял собой небольшое – не больше Лётного городка – поселение среди живописного буйства природы. Высоченные мачтовые сосны, кудрявые берёзы, тенистые дубравы, луга, поля, заросли… Чего тут только не было! Куда ни кинь взгляд – всё колосится, цветёт и пахнет.

Редкие постройки – небольшие белёные домики с двухскатными крышами красной черепицы – тонули в сочной зелени. В густых кронах звонко щебетали птахи. От цветов на клумбах рябило в глазах. Увитые плющом беседки прятались в глубине ухоженных садов, где ветви фруктовых деревьев клонились вниз под тяжестью сочных плодов: яблок, груш, слив, абрикосов и персиков.

Рай!

Для полноты картины не хватало только единорогов и радуги в зефирных облаках.

Ник скривился.

– Что? Нога? – Тут же переполошилась Кристиана. – Прикатить коляску? Я знаю, где взять! Я мигом сбега…

– Не надо ничего! – Ник оборвал её резче, чем собирался. – Далеко ещё?

– Километр с хвостиком.

– Доползу.

Ник адски вспотел и знатно измучился, но сдаваться не собирался. Переставил костыли, перенёс вес, шагнул. Переставил – шагнул. И ещё раз. И снова.

Кристиана примерилась к его нескладной сверхмедленной походке и молча ступала рядом.

«Обиделась, – уныло подумал Ник. – Ну, ничего. Крис умная девочка и всё поймёт».

Обязательно поймёт.

Наверное…

В конце концов, дважды герой Воздушного Союза обязан явиться на торжество в свою честь на ногах, гордо вскинув голову и расправив плечи, а не в кресле-каталке, словно беспомощный инвалид. Пусть счастливцы видят, что он опасен даже с загипсованной ногой и, в случае чего, хватит костылём по хребтине всякого, кто замыслит недоброе.

Спустя вечность они добрались до прозрачного соснового бора, где под сенью хвойных исполинов белела просторная веранда.

Их уже поджидали. Длинные столы были накрыты по всем правилам сервировки, а от разнообразия яств у Кристианы загорелись глаза. Конечно! В самом центре стояло огромное блюдо с картошкой. От крупных, щедро сдобренных сливочным маслом и припорошённых рубленым укропом, картофелин поднимался пар. Крис сглотнула, а Ник ухмыльнулся.