Провалявшись в больнице ещё день, я всё-таки смогла убедить доктора выписать меня. Моё общее состояние по-прежнему оставляло желать лучшего, но я с огромным облегчением открыла двери своей квартиры и окунулась в привычную глухую, пустую тишину. Тихонько я вошла в зал. На полу валялась разбитая ваза, и повсюду виднелись следы засохшей крови. Так много крови! Я со стоном проглотила тошноту, которая медленно поднялась к горлу откуда-то из недр моего желудка. Естественно, после покушения Марисы тут никто не убирал. Полиция оставила всё как есть.

Кое-как одной рукой я смела осколки, а потом налила воды в ведро, взяла тряпку и начала оттирать полы. Жуткий металлический запах въелся мне в ноздри, пока я выжимала тряпку и снова мочила её в ведре. Через час всё было убрано, но назойливая вонь не хотела уходить из помещения. Здесь пахло насилием и слезами. Теперь мне захотелось сбежать из своей квартиры, как я сбежала из больницы, от Лео, от прошлого и своей душевной боли. Но меня будто обложили со всех сторон и отрезали все пути к отступлению.

В итоге я без сил поднялась в кабинет и свернулась калачиком на своём любимом пошарпанном диванчике. Здесь, среди привычных вещей и моих пыльных книг, многие из которых я привезла из родного дома в Норвегии, мне немного полегчало и я уснула. Проснулась я, когда уже стемнело. Глова гудела, рука горела и ныла. Здоровой рукой я потянулась к сотовому телефону, что лежал возле подушки. Когда я нажала на кнопку, дисплей ярко вспыхнул, ослепляя глаза. Я сощурилась и посмотрела на время. Почти час ночи. Проклятье. Я сегодня так ничего и не поела за весь день. Вспомнив запах крови, я снова почувствовала дурноту. Нужно заставить себя хотя бы немного перекусить, чтобы принять лекарства, но у меня не было сил подняться. Поэтому я осталась лежать на месте, пялясь в одну точку. Свет фонарей за окном освещал деревья и проецировал тени от них на стены и потолок. Они как тентакли расползались по поверхности, угрожающе нависая надо мной. Казалось, они вот-вот спрыгнут и опутают меня, сожмут в тиски и задушат. Грудь придавило смесью из отчаянья, тоски, одиночества и боли. К глазам подступили слёзы.

Ребёнком я очень боялась спать одна в темноте, поэтому часто прибегала в спальню родителей или старшего брата. Я забиралась к ним в постель, а они заботливо гладили меня по голове и говорили, что мне нечего бояться, потому что они рядом. Но вот теперь я стала взрослой, и рядом никого нет. Значит, эти жуткие тени действительно могут беспрепятственно меня сожрать. Моя семья и родные далеко, жених предал и погиб, Лео я оттолкнула. Впервые за долгое время я смогла стать счастливой и сама же отпихнула от себя это счастье. «Лео, прости! Мне так невыносимо плохо без тебя и так тебя не хватает! Но я не стою твоей любви! Я ничего не могу сделать!»

Слёзы полились из глаз. Как же тяжело одной! Неужели всегда было так тяжело? Как же я выносила это чувство последние годы? Как у меня получалось? Почему именно сейчас эмоции не хотят поддаваться контролю? Неужели я достигла предела? Но как мне тогда быть дальше и где найти выход?

Не помню, сколько я лежала и плакала, позволяя шквалу чувств штурмовать моё тело. Меня выворачивало наизнанку изнутри. Сердце и душу ломало так сильно, как будто мне ломали кости. В полубреду на рассвете я задремала, уткнувшись лицом в промокшую подушку, и мне пригрезилась картина из далекого прошлого.

Тогда мне было лет десять-одиннадцать. Я убежала в лесную рощу рядом с домом и спряталась там ото всех, потому что в школе меня сильно обидели одноклассницы. Они меня дразнили – обзывали подлизой и прилипалой. Никто из них не хотел со мной дружить. Я везде хвостиком ходила за Олавом, и меня невзлюбили. Одна девочка из нашего класса толкнула меня, и я упала в лужу, а её подружки стояли и смеялись надо мной, показывали на меня пальцем и заставляли плакать. Я снова услышала их голоса с издёвкой: «Что, братика потеряла? Зови его, давай! Ной, жалуйся, уродливая дура! Без него ты всё равно ничего не можешь!» Было так обидно и страшно, что после пережитого унижения мне не хватило смелости вернуться домой.

В лесу, забившись под дерево, я сидела и тихо хныкала. Там меня к вечеру, всю промокшую и продрогшую, нашёл Олав. Судя по его растрёпанной шевелюре, в которой застряли сухие листья и ветки, он долго бегал по лесу; но он не подал виду, что был перепуган моей пропажей.

– Ну, и чего ты тут сидишь, когда все за тебя волнуются? – спросил Олав с напускным безразличием и сел возле меня на корточки. Я гордо отвернула от него лицо и ничего не ответила.

– Что случилось? Откуда слёзы? – терпеливо продолжил он расспросы.

– Не скажу, – заупрямилась я. Мне было слишком стыдно говорить, как меня высмеяли.

Я во многом подражала брату и пыталась строить из себя взрослую. Олав на тот момент учился в старших классах и был очень популярным в школе. Все девчонки млели от него. Он вёл себя как лидер, и совсем не боялся испортить перед друзьями имидж, возясь с младшей сестрой. Олав никогда меня не отталкивал. Даже брал в свою компанию. Это было вроде как в порядке вещей. Я любила находиться среди взрослых ребят. Мне нравилось слушать их разговоры и наблюдать за ними. Я им не мешала и тихо сидела рядышком с братом, наслаждаясь атмосферой. Его друзья быстро меня полюбили, тискали, как котёнка, и баловали сладким. Мне даже дали ласковую кличку «Белая Зайка», которой я страшно гордилась. Когда я натыкалась на кого-то из друзей Олава на переменах, со мной всегда здоровались и спрашивали, как дела, теребя мои снежно-белые волосы. Но это повышенное внимание со стороны старшеклассников и стало в итоге проблемой. Девочки из моего класса шептались за моей спиной и распускали грязные слухи. Я не обращала на них внимания, но от этого они злились ещё больше. Мой твёрдый характер обострял их ненависть. Уже тогда я всегда старалась решать свои проблемы сама. Училась я тоже очень хорошо, и держалась особняком, но не потому, что считала себя лучше или умнее. Я не знала, как подступиться к одноклассницам и найти с ними общие интересы. С мальчиками мне было проще. Впрочем, они и охотнее со мной заговаривали. Всё-таки я росла с братьями. Я была сообразительной, а ещё очень спортивной, запросто гоняла меч, стреляла из рогатки и голыми руками без визга и писка ловила всяких жуков и пауков. Пожалуй, я действительно немного отличалась, но всё равно по сей день удивляюсь, что так сильно не нравилась нашим девочкам. Конечно же у меня были подруги, но, к сожалению, не среди одноклассниц.

Брат вздохнул.

– Хочешь быть сильной? Поэтому не говоришь?

Я взглянула на него робко и надула губки. Мне очень хотелось, чтобы он меня обнял и согрел. Но в то же время гордость не давала мне сдаться. Олав знал все мои замашки. Он еле заметно улыбнулся и ущипнул меня за щёку.

– Убегать и реветь в одиночку совсем не смелый поступок. Сильные не убегают и не заставляют близких людей переживать за них, поняла? Борись с трудностями и держи нос по ветру. Не давай себя сломить. Никому. Особенно всяким завистливым слабакам. А если не получается, проси помощи. Даже сильные не всемогущи. Но ни в коем случае нельзя сбегать. Сбежишь один раз, потом будешь сбегать всегда.

– Прости меня! Я больше не буду! – завыла я и кинулась на плечи брата. Моя броня лопнула. Я разрешила себя пожалеть и тут же выложила ему как на духу все свои несчастья.

Дома я получила знатную взбучку за побег. Я поставила на уши всех соседей. Меня искали всей деревней. Девочки из класса действительно всего лишь завидовали, потому что я общалась со старшеклассниками. Этим не каждый мог похвастать. Они сами признались и попросили прощения. Олав их тихонько отчитал и пристыдил, не впутывая родителей. Так конфликт и разрешился. После этого они ко мне больше не приставали и обижать перестали. У меня не вышло разобраться самой, но мне всё равно стало легче.

Я очень любила и люблю брата и до сих пор тянусь за его неподражаемой силой духа. Благодаря ему я доросла до роли защитницы и смогла заботиться об Арне. Я горжусь тем, какая у меня семья. И вот теперь я взрослая женщина – но вместо того, чтобы стать мудрее, я позабыла даже самые простые уроки, которые давал мне Олав ещё в детстве. Я убегаю так, как никогда не убегала, и скрываю от самых дорогих мне людей, что моя жизнь катится к чёрту. Я уже давно не контролирую происходящее, но упорно не признаю поражение. Если бы я была маленькой, Олав точно всыпал бы мне по первое число. Да он и сейчас не постеснялся бы всыпать. Ну а я бы не сопротивлялась, потому что заслужила.

За секунду до того, как я открыла на рассвете глаза, в моей голове снова эхом прозвучали слова брата: «Нельзя сбегать. Сбежишь один раз, потом будешь сбегать всегда».

Он прав. Пришло время принять трудности. Раз я отказалась от посторонней помощи, значит, нечего раскисать. Накопилось слишком много нерешённых вещей и в довершение всего, как вишенка на торте, невозможность быть с Лео. Я делаю вид, что борюсь, а на самом деле всего лишь ищу себе оправдание. Да, родители Лео против наших отношений, но ведь я хочу быть с ним, значит, должна добиться этого. Чтобы достичь желаемого, придётся сильно поднапрячься и разобраться со всем, от чего я уносила ноги.

«Брат, как бы мне хотелось быть такой же сильной и мужественной, как ты, но мне никогда с тобой не сравниться. Но я всё равно постараюсь изо всех сил!»

Когда я открыла глаза, то усилием воли заставила себя встать с дивана. Сегодня плохо, завтра будет лучше, уговаривала я себя. Доковыляв до кухни, я открыла холодильник и сделала себе пару бутербродов. Когда я немного поела, приняла таблетки и запила всё кофе, мой разум прояснился. Время действовать. С Лео расставаться я не хочу. Однозначно. Все эти дни я постоянно вспоминала о нём и тосковала. Плевать мне на его первую любовь к учительнице по музыке. Однако осознание этого мне ничем не поможет. Проблема с его родителями сама собой не канет в лету. Нам придётся выдержать множество серьёзных испытаний. Терпение и доверие друг к другу сейчас как никогда будут играть огромную роль. Но терпением Лео никогда не отличался. Хочется надеяться, что его любовь окажется сильнее, чем нетерпение. Тогда у нас действительно может получиться.

Уронив лицо в руки, несколько минут я пыталась принять, что какое-то время мне нужно держаться от Лео подальше, иначе я всё испорчу. Я спасу нас. Я знаю как. Наверное, знаю. И у меня есть план – может, не шибко хороший, но план. Я буду неторопливо развязывать узлы с самого начала. Один за другим. Процесс уже запущен – моя квартира выставлена на продажу. Я пойду дальше, намного дальше! Я изменю всё на корню и начну сначала. У меня нет выбора, если я действительно хочу остаться рядом с Лео. Поэтому отныне только вперёд без оглядки.

Я подпрыгнула со стула и как ненормальная забегала по квартире, вспоминая, куда кинула сотовый. Меня переполняла жажда действия. Когда прибор нашёлся, я набрала номер телефона Ингрит. Моё сердце неумолимо стучало, пока я слушала гудки. Если всё получится, то я помогу не только себе и нашим с Лео отношениям, но и Бернду с Ингрит. Нужно всего лишь немного смелости… хорошо, МНОГО смелости, но это не важно. Я смогу… смогу!

Наконец в трубке раздался женский голос:

– Здравствуй, Кесси! Как я рада, что ты звонишь! Снова пропала куда-то. Ты чего сегодня так рано?

Я поморщилась. Когда я начала по-настоящему встречаться с Лео, дни стали проноситься с какой-то неестественной скоростью. Несмотря на обещание регулярно звонить Бернду и Ингрит, у меня это постоянно вылетало из головы.

– Привет. Простите меня! Тут столько всего случилось…

– Надеюсь, хорошего? – хихикнула Ингрит в трубку. Наверняка она подумала о прогрессе в нашей с Лео любовной истории. Не хотелось рушить её иллюзии, но придётся.

– Как бы сказать… Произошёл несчастный случай. Но не волнуйтесь, со мной всё в порядке. Мне просто срочно нужна ваша помощь.

– Боже, деточка, как? Что за несчастный случай? – выдохнула Ингрит с паникой в голосе, и я практически могла видеть перед собой её бледное от беспокойства лицо.

– Длинная история. Сейчас это неважно. Скажите, в гимназии Висмара, в той, где работает ваша подруга Биатрис, всё ещё нужны учителя?

Ингрит запнулась. Я так резко соскочила с темы, что даже по телефону поняла, как она озадачена и ошарашена. Надо было начать разговор по-другому. В данный момент я несу бессвязную чушь. Тем не менее Ингрит ответила:

– Д-думаю, да. А к чему тебе это?

– Просто нужно. Пока не могу объяснить. Скиньте мне, пожалуйста, телефон Беатрис! Желательно сразу после разговора. Я была бы вам очень благодарна! И ещё один вопрос. У вас есть контактные данные той женщины – любовницы Кристофа?

Второй вопрос ошеломил Ингрит ещё больше, чем первый.

– А это-то тебе зачем вдруг понадобилось? Что ты затеяла, Кесси? – воскликнула она. – Чует моё сердце, не к добру всё это!

– Просто верьте мне! Всё будет хорошо! Так есть или нет?

Ингрит мялась.

– Кесси, я за тебя переживаю! Не делай глупости! Я тебя умоляю! Твою голову иногда посещают очень странные вещи!

– У вас нет причин за меня переживать, уверяю! Пожалуйста, помогите мне! Мне больше не к кому обратиться!

Под таким давлением Ингрит сдала позиции:

– У меня нет её номера, но, может быть, есть у нашего адвоката. Позвони ему.

– Спасибо за совет, – поблагодарила я. – И ещё одна вещь. Вы не могли бы иногда навещать Лео вместо меня в больнице, пока его не выпишут? Я пришлю вам адрес и номер палаты.

Ингрит запнулась.

–Лео в больнице? Выходит, пострадала не только ты? Кесси, немедленно приезжай и расскажи нам всё! Нельзя сейчас находиться одной! Мы поддержим тебя!

– Нет. Не нужно. Всё не так страшно. То есть страшное уже позади. Лео в относительном порядке, я просто немного переживаю за его душевное состояние. У нас снова возникли кое-какие разногласия. Пока я не смогу видеться с ним. Так нужно. Прошу вас, не задавайте мне больше вопросов! Я знаю, эгоистично просить о таком. Но мне нужно сначала кое-что уладить. Потом я обязательно всё объясню, обещаю!

Лео наверняка удивится, когда Ингрит с Берндом придут к нему. Он их даже ни разу не видел. Однако я уверена, что они быстро поладят и найдут общий язык. В их присутствии ему станет полегче. Сейчас у него, как и у меня, будет нелёгкий период. Он сможет поделиться с Ингрит и Берндом последними событиями, а я чуть позже проясню остальное.

Ингрит издала тяжёлый вздох.

– Беда с тобой. Хорошо. Конечно, мы всё сделаем, но не проси меня не волноваться! Твои запутанные речи любого с ума сведут! Вечно своевольничаешь и всё скрываешь! Мне это совсем не по душе! Так и знай!

Я улыбнулась в трубку.

– Я не нарочно. Наверное, в это трудно поверить, но сейчас я как никогда уверена в том, что делаю. Я буду в полном порядке. Со мной не произойдёт ничего плохого.

По крайней мере, не должно.

– Желаю тебе удачи, деточка! Держись, моя хорошая! Ещё раз напоминаю, что, если будет плохо, ты всегда можешь прийти к нам! Двери нашего дома всегда для тебя открыты!

– Я знаю. Спасибо вам огромное! Позаботьтесь о Лео вместо меня. И передайте ему кое-что: «Если можешь, подожди меня ещё чуть-чуть».

– Я обязательно передам. До свидания! Береги себя, дорогая!

– И вы тоже!

Мы попрощались, и я сбросила звонок. Так, одно дело сделано. Теперь моя душа немного успокоилась. Пока я буду решать свои проблемы, Лео под надёжным присмотром.

Дальше я побежала в прихожую и дёрнула ручку ящика комода на себя. Слишком сильно. Оттуда повыпрыгивала всякая скопившаяся там ерунда: ручки, карандаши, листочки, скотч и прочая дребедень. Я опустилась на колени и стала шарить по полу в поисках визитки. Она сверкнула своей белизной прямо по курсу, и я тут же схватила её.

Помогая себе здоровой рукой, в которой я сжимала визитку, я поднялась на ноги и снова побежала в гостиную, чтобы сделать звонок.

– Господин Юнг? – произнесла я в трубку, когда услышала голос мужчины на другом конце. – Я госпожа Грин. Помните, мы случайно столкнулись у дома рядом с морем в пригороде Висмара? Вы ещё спонтанно предложили мне его показать.

Мужчина замешкался немного.

– А, да, припоминаю. Доброе утро, госпожа Грин! – ответил он приветливо. – Чем могу быть полезен?

– Утро доброе. Скажите, тот дом ещё продаётся?

– Да. Неужели всё-таки появился интерес?

– Именно! Когда мы можем встретиться по этому поводу? Я бы хотела ещё раз взглянуть на дом.

– В любое угодное для вас время!

– Отлично! Тогда я подъеду в пятницу часам к четырём.

– Договорились. Буду ждать вас у ворот. Адрес я пришлю вам по СМС на номер, с которого вы звоните.

– Благодарю вас! Всего хорошего!

Кинув телефон на диван, я возликовала. Дом так и не продали. Он ждёт меня. Если всё пойдёт как надо, скоро я займусь приятными хлопотами. Но пока на повестке дня стоят не особо приятные вещи. Кто знает, что уготовано мне судьбой на выбранном мной пути, – но колесо фортуны уже запущенно, и, как бы всё ни повернулось, сожалеть я не буду.