На выходе я крепко схватил Кассандру за локоть и потянул на себя, прижимая к своей груди. Без предупреждения я поцеловал её в ярко-красные губы. Она, конечно же, такого не ожидала. Я даже через верхнюю одежду почувствовал, как сильно она напряглась, но её губы не сопротивлялись мне. Они были мягкими и податливыми, и уже через секунду её рот приоткрылся, давая дорогу моему языку. Меня совсем не смущает целоваться в общественном месте, но всё-таки в картинной галерее как-то неприлично заниматься подобными вещами. На улице другое дело. Я торопился показать ей, как сильно меня взяли за душу её слова.

Когда поцелуй закончился, она скромно опустила взгляд. Всё её лицо пылало.

– Т-ты! – произнесла она, запинаясь. – Не накидывайся на меня так внезапно, тем более на людях!

Я погладил её щёку и приподнял указательным пальцем подбородок. Теперь мы смотрели друг другу в глаза.

– Прости меня за то, как я вёл себя утром. Спасибо за сегодня!

Вместо ответа она молча принялась оттирать следы помады вокруг моего рта. Я тоже аккуратно провёл пальцами по контуру её губ, чтобы поправить смазавшуюся губную помаду. Это казалось таким привычным, будто мы уже много раз так делали. У меня невольно вырвался смешок, и Кассандра тоже улыбнулась.

– Ни за что больше не буду красить губы, когда пойду на встречу с тобой, – пробубнила она.

– И правильно, – согласился я. – Всё равно толку нет, от помады ничего не останется.

Я перехватил её руку за запястье, поднёс к своим губам и поцеловал кончики пальцев.

Потом мы перекусили в маленьком итальянском ресторанчике неподалёку. Погода совсем испортилась, и дождь полил как из ведра.

– Что будем делать теперь? – спросил я. Был разгар дня, и я надеялся продлить наше свидание, хотя о всякого рода прогулках можно было забыть.

– Я отвезу тебя домой, – сразу обломала она меня. – Мне ещё нужно заскочить в университет. Я забыла там важные бумаги. Хочу поработать дома.

Я печально вздохнул:

– Как, уже? Нет! Так не пойдёт. Я поеду с тобой в универ, а потом мы можем продолжить у тебя или у меня. Купим по дороге бутылочку глинтвейна. Устроим уютный вечер.

Она виновато скривила губы.

– Звучит заманчиво, но прости, Лео. Продолжить сегодня не выйдет. Вечером у меня дела, а завтра нужно поработать дома.

Я расстроился. Кесси поставила дела на первое место, хотя я специально полностью освободил день, чтобы посвятить его ей. Желание монополизировать Кассандру отключало во мне логику. Я хотел мыслить по-взрослому, не ограничивать и не зажимать её, не лезть на первый план, дождаться, пока она сама постепенно оттает, но ждать так мучительно сложно!

– Тогда можно я хотя бы съезжу с тобой в университет? Оттуда я вернусь домой сам на электричке, чтобы лишний раз не светиться вместе.

Кассандра поколебалась секунду, но всё же согласилась. Я засчитал себе очередную победу, хоть и маленькую.

Мы пошли на парковку к её машине. Дождь так и не кончился, поэтому Кесси пустила меня под свой зонтик. Я нёс его, а она осторожно взяла меня под руку, чтобы не мокло плечо. Если с утра я был недоволен погодой, то теперь я даже радовался дождю. Пусть наше свидание началось не очень удачно, зато сейчас всё складывалось само собой. Лёгкое давление её ладони и тоненьких изящных пальцев на моей руке и тепло от них я ощущал даже сквозь одежду. Через всё моё тело словно проходили электрические импульсы. Моё нутро трепетало. Когда мы добрались до её чёрного опеля, я предложил:

– Хочешь, я поведу?

Она немного удивлённо посмотрела на меня.

– У тебя есть права?

Я кивнул.

– Сделал сразу, как стукнуло восемнадцать. Я неплохо вожу, хоть и машины своей не имею. На подработке частенько шеф посылает развозить заказы.

Кассандра склонила голову набок.

– В следующий раз. Садись, а то промокнешь.

Мы забрались в салон, Кесси включила печку.

– Где ты подрабатываешь? – поинтересовалась она невзначай, пока запускала мотор и готовилась вырулить машину на дорогу.

– В кафе недалеко от универа. Заглядывай как-нибудь. Угощу чем-нибудь сладеньким, – я игриво подмигнул. Низкосортный флирт, но Кассандру он не отвратил:

– Не любитель сладкого, но на тебя в форме официанта посмотреть обязательно зайду.

Я усмехнулся. Похоже, её привлекает форменная одежда. Может, в будущем стоит попробовать какую-нибудь ролевушку? Это добавит перчинки. И вот опять мне в голову лезет пошлятина. Скоро у меня точно задымится мозг, если она так и будет держать меня на голодном пайке.

Кассандра ловко влилась в поток машин, и мы поехали к университету. Она хорошо водила – спокойно и плавно, без резких торможений. Держу пари, она и на автобане ездит не спеша, а вот я люблю иногда погонять. Говорят, манера вождения может многое сказать о характере человека. Отчасти я согласен с этим утверждением.

Через двадцать минут мы припарковались на почти пустой стоянке возле главного корпуса университета. Суббота неучебный день, но универ всегда открыт: в спортзале работают секции, а преподы иногда проводят дополнительные занятия и пересдачи. Я выжидающе взглянул на Кассандру, не зная, как поступить дальше. Если нас заметят в выходной вместе, это будет странно смотреться. По отдельности надёжнее. Она догадалась о моих сомнениях:

– Ничего страшного, даже если попадёмся кому-то на глаза. Скажем, что случайно столкнулись, и, раз уж так вышло, ты решил попросить у меня дополнительный материал для подготовки к тесту. Или что-то в этом роде.

– А ты ещё та врунишка, как я посмотрю! – подколол я её.

– Приходится приспосабливаться. Это моё наказание за то, что встречаюсь со своим студентом.

Её последняя фраза прозвучала совсем не весело. Я не собирался её дразнить и тем более давить на больную мозоль, но немножко надеялся, что она сумела согласовать наши «незаконные» отношения учителя и ученика и свои принципы. Видимо, ей это удалось пока только наполовину.

На территории университета мы уже, конечно, за руки держаться не могли, и я шёл, предупредительно сохраняя между нами расстояние в несколько шагов. Мы не разговаривали. Войдя в кабинет, Кассандра сразу же направилась к своему письменному столу. Ключ остался торчать в замке. Я знал, что, как только она соберёт свои бумаги, мы сразу поедем по домам. Всё ещё стоя возле двери, я наблюдал за её сосредоточенными движениями преподавателя. На меня вдруг накатила грусть. Сколько раз я вот так наблюдал за ней, не имея возможности прикоснуться? Почему-то всякий раз, как наши встречи подходят к концу, Кесси кажется мне ускользающим лучом солнца. Но я не хочу её отпускать. Я боюсь её отпустить. Я боюсь, что если она ускользнёт, то я уже никогда её не поймаю. Сердце пропустило удар. Я медленно повернул ключ в замке, а потом подошёл к Кассандре. Она уже сложила нужные ей документы в кожаный портфель. Не глядя на меня, она проговорила, что почти готова и мы можем идти. Все мои мысли вдруг куда-то улетучились, и я просто сказал то, что отчаянно рвалось из меня:

– Кесси, давай займёмся любовью.

Она застыла, как восковая свеча, а потом перевела на меня округлившиеся синие глаза. Сумка выпала из её рук и с глухим стуком приземлилась на пол. Я и сам толком не понял, что ляпнул, но моей решимости это не убавило.

– Здесь? – выпалила она обалдело. Я ожидал немного другого вопроса или, скорее, другой реакции. По идее, она должна была послать меня к чёрту, стукнуть, накричать или отшутиться.

– Да, здесь, – подтвердил я и сделал к ней ещё один шаг. Всё это время я не переставая смотрел ей в глаза. Она отступила, когда я оказался совсем близко, но не оттолкнула.

Медленно я наклонился и коснулся её губ.

– Погоди! – она прижала ладонь к моей груди. – Ты что, действительно серьёзно?

– Я же уже тебе говорил, не в моих правилах шутить такими вещами.

Тут она слегка запаниковала.

– Не-е-ет! Это невозможно! Мы в университете!

– Я хочу тебя прямо здесь и прямо сейчас, – не сдавался я. – Дверь заперта, нас никто не застанет. Всё будет в порядке.

Я не подвергну её репутацию опасности. Мы ведь одни. Вокруг никого нет. Я хотел так думать. Меня вели инстинкты.

Я внаглую припёр её к краю стола. Она схватилась за столешницу, чтобы не потерять равновесие. Моя рука легла ей на бедро, задирая край чёрной юбки. Кесси любит носить юбки и блузки. Даже на свидание умудрилась одеться почти так же, как на занятия. Только в этот раз юбка значительно короче, а блузка имеет ярко-бордовый цвет. Ткань была тонкая и изящная, под стать самой Кесси. Я окинул взглядом её шею и сексуальный вырез. Кассандра часто и прерывисто задышала. Её волновала наша близость. Скоро всё станет ещё волнительней!

– С этим кабинетом столько всего связано, – убеждал я её, пуская в ход все свои чары соблазнителя. Я наклонился к её уху, убирая за него прядь волос. Потом прильнул губами к нежной коже, неторопливо обводя языком ушную раковину, и наконец затянул в рот бархатную мочку. Потом я снова посмотрел на Кесси. От прилива возбуждения отчаяние в её глазах усилилось.

– Здесь мы с тобой впервые поцеловались, – продолжал я, – и во второй раз, кстати, тоже, когда рассорились в пух и прах. Первый разговор по душам у нас тоже был здесь. Думаю, будет правильно, если и любовью мы впервые займёмся именно тут.

Кассандра затаила дыхание, когда мои губы заскользили по её шее. Её аромат дурманил. Я не был уверен, что смогу долго сдерживать в себе похотливого зверя при таком раскладе, ведь она совсем не сопротивлялась. Мои пальцы медленно, но верно начали расстёгивать её пуговички. Она по-прежнему не шелохнулась, даже когда я широко распахнул края блузки. Белая как пломбир кожа и её грудь в тонких красных кружевах тут же приковали мой взгляд. Во рту резко стало сухо, я сглотнул. Боже, помоги! Я не успел опомниться, как мои руки уже начали массировать её мягкие безупречные прелести. Как же хорошо! Наконец-то! Гормоны ударили мне во все части тела.

«Останови меня! Ну, останови же меня, – мысленно кричал я. – Если ты сейчас этого не сделаешь, я уже не смогу прекратить, и ты это знаешь!»

Но она лишь беспомощно вцепилась в мою рубашку, сдавшись мне на милость. В этот момент мои тормоза отказали. Это уже был не я.

Я усадил Кесси на стол, подхватив под ягодицы, и оказался между её ног. Оттянув красные кружева бюстгальтера, я припал губами к нежно-розовым соскам. Она обхватила мою голову руками и тихо простонала, когда я начал настойчиво облизывать, покусывать и посасывать их. У меня во рту они затвердели и набухли. Им явно был по душе мой умелый язык и зубы. Я насилу оторвался от этих прелестных бусинок, но только ради того, чтобы перейти к другим ласкам. Как только я вкусил Кассандру, во мне включился бешеный сексуальный голод. Мне было мало!

– Откинься немного, – приказал я и задрал её юбку до предела, открывая себе доступ к её бёдрам и сладкой промежности. Мне не терпелось исследовать каждый уголок её умопомрачительного тела.

– Лео, притормози, – пропищала она, но я уже присел на корточки, изучая пальцами изгибы и чувствительную кожу внутренней части её бёдер. Только сейчас я обнаружил, что на ней чулки, а не колготки. Их держали подтяжки, которые крепились к кружевному красному поясу. Столь изысканное бельё она бы точно не надела в будни. Кассандра основательно подготовилась к свиданию, прошептал во мне довольный дьявольский голос. Значит, она допускала мысль, что мы доберёмся до этой части. Что ж. Нужно хорошенько вознаградить её старания.

Я пробежался кончиками пальцев по тонкой ткани и застёжкам, перемещаясь к трусикам. Большим пальцем я дразняще медленно провёл по шелковистому материалу в области клитора, и у Кассандры вырвался сдавленный стон. О да! Это заводит! Моё сердце забилось сильнее, дыхание участилось. Вся кожа горела, и в штанах стало жутко тесно. Мне было жарко. Я скинул с себя кардиган и наспех расстегнул пуговицы на рубашке до середины. На большее мне не хватило терпения.

Её трусики уже были влажными, и, когда мои пальцы нырнули под них, там она оказалась совсем готовенькой. Не теряя времени, я расстегнул застёжки на чулках, стянул трусики и начал языком ласкать вишенку между её ног, делаясь с каждой секундой всё настойчивее и наглее. Её терпкий запах опьянял.

– Остановись! Нет! – запротестовала она и попыталась оттолкнуть меня, но я крепко держал её бёдра и продолжал вылизывать бархатную щёлочку с ещё большим напором.

Я чувствовал, как Кассандра яростно старается удержать неконтролируемые стоны. Её сдавленное мычание звучало мучительно, но мне нравилась эта сладострастная агония. Своим видом Кесси подстёгивала меня на всё более грубые оральные ласки. Я потерял счёт времени. В какой-то момент она резко дёрнулась и начала содрогаться. Я понял, что она кончила. Дьяволёнок во мне оскалился с триумфом. Это не конец! Всё ещё мало, я хочу увидеть больше! Поднявшись на ноги, я осмотрел её. Она лежала на столе, развращённая и раскрытая. Её щёки пылали, волосы растрепались, прядки у лица стали влажными от пота и слиплись. Край расстёгнутой блузки сполз и обнажил плечо. Тонкий материал смялся. Набухшие груди выглядывали из-под стянутых кружев. Юбка вся собралась гармошкой возле пупка. Кесси отвернула голову в сторону и прикрылась рукой, но я развернул её лицо обратно, при этом отводя её руку.

– Не смотри! – взмолилась она жалобно. Но не смотреть было невозможно. От такого захватывающего зрелища у меня даже дыхание перехватило. Её глаза мерцали тёмным пламенем. В них отражалось желание, страсть, стыд, беспомощность, наслаждение и полная отдача мне. На секунду я закрыл глаза и больно прикусил губу, чтобы хоть немного вернуть себе рассудок. Желание колоколом било во мне, мучительно стягивая глотку. Мне нужна была срочная разрядка.

– Давай-ка, развернись ко мне спиной и нагнись немного. – Я взял её за руку и помог поменять положение. Её ноги предательски дрожали от слабости. – Держись руками за стол, – наказал я ей, расстегнул ширинку и освободил свой перевозбуждённый орган. Достав презерватив из кармана джинсов, я разорвал целлофановую упаковку и аккуратно надел его. Прежде чем войти в Кассандру, я полюбовался на неё со спины. Чёрт! Это было нечто. Чулочки с подтяжками по бокам её упругих булочек смотрелись до боли развратно. Мои руки сразу впились в её нежные ягодицы. Я начал водить двумя пальцами по её промокшей насквозь дырочке, раскрывая шире разбухший бутончик, чтобы легче проникнуть внутрь. Кассандра болезненно вскрикнула, когда я вонзился в неё. Это на секунду меня отрезвило. Скорее всего, я двинулся слишком резко. Она чертовски узкая, и это такой кайф! Я облизнул верхнюю губу. Ткань моей рубашки липла к разгорячённой коже. Сдерживаться было неимоверно трудно.

– Кесси, расслабься чуть-чуть, иначе опять будет больно, – прохрипел я низким голосом.

– Не получится, – пискнула она и бросила на меня жалобный взгляд через плечо. Её глаза были влажными, в уголках начали собираться слёзы. Мой самоконтроль отказал в очередной раз. Я начал беспощадно вбиваться в неё снова и снова, ритмично и глубоко. Несмотря на то что я хорошо её подготовил, я входил очень туго. Это дополнительно срывало мне крышу. У неё точно уже очень давно никого не было, а отдалась она именно мне!

– Слишком быстро! – завопила она протяжно, заводя руку за спину, чтобы меня остановить. Этот протест только сильнее распалил меня. Я поймал её руку за запястье, притягивая Кесси к себе, а второй ладонью закрыл ей рот. Её спина прижалась к моей груди.

– Тише. Будешь такой громкой – нас застукают, – прошептал я ей на ухо и снова начал двигаться, нисколько не замедлившись. Ворот её блузки сполз. Я ласкал её шею и затылок, не давая отдышаться ни на секунду. Я каждой клеткой ощущал жар её тела. Она пылала, и мне казалось – я расплавлюсь в её огне. Моя рука, что до этого удерживала её руку, переместилась на грудь. Я продолжил массировать её, с наслаждением теребя и пощипывая твёрдый сосок. В голове исчезли все мысли, стёрлись все грани реального и нереального. На пике наслаждения я почувствовал, как Кесси прикусила мне палец, но боли не было. Мои болевые рецепторы полностью отключились. Её внутренние мышцы начали часто сокращаться, выжимая из меня оргазм. Он накрыл меня гигантской волной. Когда я кончил, я ещё крепче схватил талию Кассандры, потому что она совсем обмякла и обессиленно упала мне в руки. Её веки опустились. Она жадно хватала ртом воздух. Я и сам еле стоял на ногах. Мне было настолько хорошо, что даже дышать было больно. Сейчас, когда туман в голове слегка рассеялся, я понял, что, наверное, немного перестарался, зажимая ей рот.

– Ты в порядке? – спросил я, разворачивая её к себе лицом и заключая в нежные объятья. Она слабо обвила руки вокруг моей шеи и повисла на ней, зарываясь носом мне в плечо.

– Я теперь ходить не смогу, – простонала она. – Что ты за дикарь такой?

Я виновато рассмеялся.

– Прости. Я немного увлёкся.

– Немного? Я чуть не задохнулась! Я же просила тебя остановиться! – пожаловалась она с укором в голосе.

– Это было невозможно, – ответил я серьёзно. Моя спокойная уверенность странным образом остановила поток её возмущений.

Я заботливо поправил на ней одежду и застегнул все пуговички, а потом привёл в порядок себя. Придвинув стул к стене, я сел на него и посадил Кассандру к себе на колени. Нужно приласкать её и заодно немного отдышаться. Я всё ещё чувствовал себя опьянённым, а Кесси выглядела совсем выжатой. Осторожно я потянулся к её губам и поцеловал совсем легко и ласково. Потом прижал её голову к своей груди, гладил и перебирал её волосы. Её сердце забилось ровнее.

– Больше мы ни за что не будем заниматься этим здесь! – пробурчала она.

– Жаль. Я бы не отказался от второго раунда.

– Можешь даже не мечтать!

Шутка не удалась. Кассандра резко выпрямилась, чтобы встать, но сразу рухнула обратно мне на грудь. Силёнки к ней ещё не вернулись. Я тихо усмехнулся.

– Ну чего ты сразу так нервничаешь. Принуждать я тебя не стану. Хотя одного захода мне правда маловато, – заявил я откровенно и погладил её по спине.

– Издеваешься?

– Почему это? Я молодой и энергичный. Если бы мы сейчас были не в университете, от продолжения ты бы точно не отвертелась.

Похоже, Кассандра не успела толком подумать о сексуальной части наших отношений. Иначе я никак не мог объяснить её удивление, даже почти испуг.

– Мне конец, – простонала она.

– Ну-ну! Не всё так плохо. Я ведь два раза довёл тебя до оргазма, значит, тебе не так уж и не понравилось! – деловито подметил я. От моих слов Кесси покраснела, как помидор.

– Мы собирались не торопиться, а ты всё испортил, – проворчала она обиженно, как ребёнок, снова вызвав у меня умилённый смешок. Мне захотелось подразнить её ещё немного.

– А сама-то! Бельишко приодела, что у мёртвого встанет. Какой ты ожидала реакции? Хочешь сказать, просто так надела?

Она промолчала, а молчание, как известно, знак согласия. Всё-таки моё предположение оказалось верным. Мне польстило, что она старалась понравиться мне ещё сильнее, хотя в этом не было необходимости. Даже будь она в лохмотьях, я бы хотел её и возбудился.

– Теперь точно вся романтика убита, – печально прошептала Кассандра через некоторое время. Я насторожился, боясь, что она жалеет о произошедшем.

– Это почему? – спросил я прямо.

– Секс на первом свидании не в кровати, как у всех нормальных людей… да ещё и такой… – выражение её лица, пока она искала определение нашей сегодняшней «настольной» игре, было очень забавным. – такой бешеный.

Я был готов расхохотаться во весь голос. Её так сильно занимал факт нашего нестандартного секса, что напрашивалась мысль: разнообразия в этом деле она особо не знает. Оказывается, несмотря на то что я младше, мне тоже есть чему её поучить.

– Только не говори, что ты из тех, кто следует правилу секса на третьем свидании? – уточнил я.

– А почему нет? Сначала нужно привыкнуть друг к другу, а потом плавно переходить к следующей части.

– Ты слишком помешана на стереотипах, профессор Грин.

– Я не помешана на стереотипах, просто я немного старомодная. Закончить свидание сексом жутко прозаично.

– Я не ослышался? Ты сейчас назвала секс в университете в твоём кабинете английского на твоём рабочем столе прозаичным?

У меня не получилось сдержать сарказм. За это она укусила меня в плечо. Я айкнул.

– Я имела в виду не это, а то, что следовало немного подождать.

Я понял её мысль. Мы не сумели обуздать свою похоть, и испортили тем самым всю медовую романтику, но до чего же это по-детски! Однако я не хотел, чтобы у неё осталось чувство разочарования от столь важного для нас обоих дня.

– Если тебя это немного утешит, такая концовка как раз по мне. И извиняться за то, что развратил тебя, не собираюсь. Хочу на каждом свидании, и просто так без повода. Моей платонической любви к тебе наш секс точно не помешает.

Она уставилась на меня, а потом вдруг икнула и рассмеялась. Неприятное напряжение между нами тут же рассеялось – вместе с её смущением.

– Ты в курсе, что хочешь совместить две несовместимые вещи?

– Платоническую любовь и секс? Да запросто! Это только у философов всё сложно, а у меня, как ты знаешь, всё просто. Как насчёт ещё одного свидания в следующую субботу? Мне нужен реванш. Я буду доказывать тебе несокрушимую правильность моей теории.

Когда я пустил в ход столько обаяния, отказать она была уже не в силах. Я нисколько не лукавил – я правда был рад, что мы занялись любовью. Однако я сожалел, что это случилось по принуждению – неявному, но принуждению. К тому же сейчас, когда меня отпустило, я подумал, что заниматься подобным в университете всё-таки не самая блестящая идея. Не ожидал от себя, что так внезапно потеряю над собой контроль. Но что случилось, то случилось. В следующий раз я всё сделаю как надо, так, как понравится ей. У меня в голове уже зрела масса идей. Хороший номер в отеле, шампанское, ванна-джакузи, которую мы примем вместе, а потом будем любить друг друга на широкой просторной кровати, застланной шёлковыми простынями. Но до этого я бы организовал что-нибудь эдакое, чтобы показать, что я тоже умею удивлять. Можно было бы поиграть вдвоём в баскетбол. Фабиан, несомненно, смог бы помочь мне снять спортивный зал по дешёвке. У него есть знакомые. Я поучу её кидать мяч в кольцо. Это требует близости. Точнее, я сделаю так, чтобы это требовало близости. И саму игру на пару можно сделать эротичной. Я снова завёлся от одних только картин в голове. Наши мокрые потные тела, разгорячённые после спорта, и тесная душевая кабинка, а дальше… пора прекращать фантазировать, иначе я снова начну приставать к ней прямо тут, в классе. Но за идею я уже уцепился. Чтобы претворить её в жизнь, придётся залезть в сбережения, но это будет незабываемо! На втором свидании я расстараюсь как никогда! Сейчас я счастлив. Хотелось бы мне, чтобы так было всегда. Столько бескрайней радости и воодушевления я уже давно не ощущал.

Перед уходом мы тщательно замели следы нашего пребывания в кабинете. Использованный презерватив я прихватил с собой. Мы всё проветрили и только потом покинули класс. Вышли мы через пожарный выход. Я проводил Кассандру до парковки. Недалеко от машины я поцеловал её на прощание. Мы спрятались за деревом. Она нежно потёрлось щекой о мою щёку, перед тем как побежать к своему автомобилю. Я подождал, пока её авто не скроется из виду, и только потом развернулся, чтобы идти в сторону остановки. Но не успел я сделать и нескольких шагов, как наткнулся на здоровую фигуру Дирка.

От неожиданности я даже отшатнулся. В голове замелькали вопросы: сколько он уже здесь находится, сколько он успел увидеть из нашего прощания с Кассандрой? Ему не нужно было отвечать. Я всё понял по его хмурому лицу с грозно сдвинутыми бровями.

– Что ты тут делаешь? – спросил я холодно и опустил руки в карманы куртки. Сейчас не время паниковать.

– Это я должен спрашивать, – прорычал он.

– Следишь за мной?

– Возможно. Какого дьявола происходит? Что у тебя с профессором Грин? Совсем поехавший?

– Заткнись! – рассвирепел я. – Мои отношения с Кассандрой тебя не касаются! Посмеешь что-нибудь ляпнуть об этом в универе, я с тебя шкуру спущу, понял?

Дирк горько усмехнулся.

– Пипец ты гондон! Это ты за профессора Грин переживаешь или за себя?

– Я не буду перед тобой оправдываться.

Дирк вскипел и накинулся на меня, хватая за ворот.

– Ты о чувствах других вообще думаешь? Как ты так можешь?! Встречаешься с Марисой и вытворяешь за её спиной подобное!

Я вылупился на него в недоумении, но затем до меня дошло. Так вот откуда ветер дует. Он всё-таки не знает, что мы разбежались? Блин. Надо было не тянуть, а сразу с ним перетереть все эти непонятки насчёт Марисы.

– Давай-ка по порядку. У меня уже мозги набекрень от этой фигни. Мы с Марисой больше не встречаемся. По идее, ты должен быть рад, вы же любовники. Теперь у вас нет никаких препятствий. И не строй удивлённую рожу. Я про вас всё знаю. Она мне рассказала, что я рогатый. Вот только не пойму обвинений в мою сторону. Обманывали так-то меня.

– Это к делу не относится! Ты заслужил такое отношение, ведь сам направо и налево гулял от Марисы! Она в эти несколько месяцев, что была с тобой, постоянно в слезах ходила, потому что ты развлекался на стороне! И не пытайся отрицать!

Вот гадюка! Видать, актёрские способности у Марисы на высоте. Она систематически принижала меня в глазах друга и врала, что я параллельно встречаюсь с другими девчонками. Во что нетрудно поверить, учитывая мою биографию. Но так нагло наговаривать на меня? Я чувствовал дикую злость. Хотелось разоблачить эту лгунью, но доказательств её вранья у меня нет. Дирк должен поверить в мою невиновность, ведь я его друг.

– Никогда такого не было! Подумай сам, какой мне резон тайком ей изменять? Даже со своими бывшими я всегда был честен и никогда не вешал им лапшу на уши по поводу своих чувств. Ты сам знаешь!

– Думаешь, я поверю после того, что увидел сегодня?! Ты уже давно положил большой болт на всё и на всех. Соблазнил госпожу Грин. А что будет, когда Гидо узнает об этом? Я не собираюсь покрывать тебя перед ребятами! Они имеют право знать, какой ты уродский друг! А о Гидо ты подумал? Он по профессору Грин сохнет ещё с начала семестра – а ты, просто чтобы в очередной раз самоутвердиться, взял и трахнул её, а дальше будь что будет. Ты хоть представляешь, что начнётся, если эти ваши отношения всплывут наружу?

– Стоп! Я люблю Кассандру! Я ей не пользуюсь! И почему я должен из-за Гидо отказываться от девушки, которая мне нравится? У нас были одинаковые шансы встречаться с ней, но он своим так и не воспользовался. Какие тут могут быть обиды? И ничего не выплывет наружу, если ты будешь держать рот на замке!

Дирк злобно захохотал.

– Тебе было бы так очень удобно, правда? Слушаю тебя и всё больше убеждаюсь, какой же ты убогий. Меня от тебя тошнит! Хорошо, что Мариса открыла мне глаза. Мы с ребятами, как придурки, всё время оправдывали тебя, думали, что ты нормальный парень, но ты идёшь по головам прихоти и забавы ради.

– Да очнись ты, блин! – перебил я его отчаянно. – Ты ведь по указке Марисы следишь за мной? Мы с ней расстались до того, как я начал встречаться с Кассандрой. У меня к ней чувства уже давно. Согласен, наверное, мне стоило раньше рассказать о своей любви к Кесси, но я не хотел об этом говорить, потому что эта любовь долго была безответной. Пораскинь мозгами, почему Мариса подговорила тебя устроить за мной слежку! У неё чердак поехал! Ей приспичило узнать, с кем я встречаюсь, чтобы подгадить мне в очередной раз. Она и с тобой замутила только поэтому. Дальше будет ещё хуже! Расстанься с ней, пока не поздно! Она тобой пользуется!

Дирк оскалился, размахнулся и со всей дури въехал мне кулаком в челюсть. У меня даже в глазах потемнело. Я пошатнулся и посмотрел на него исподлобья. На его лице застыла гримаса отвращения. Моя речь не сработала. Скорее, сделала всё только хуже.

– Не смей говорить гадости о Марисе! – прорычал он. – Она порядочная девушка, а вот ты конченный ушлёпок, – он фыркнул, развернулся на месте и пошёл прочь.

– Дирк, прошу! Не говори Марисе о Кассандре! Слышишь?! – крикнул я ему вслед, но он не обернулся и ничего не ответил. Полный провал! Да и я идиот. Похотливый кобель. Вроде бы дураком никогда не был, знал, что опасно приставать к Кассандре в университете, но не устоял. С Дирком говорить дальше бесполезно. Я, конечно, не думаю, что он распустит слухи о нас с Кассандрой по всему университету, но хватит и того, что он всё растреплет Марисе. Не нужно быть ясновидящим, чтобы понять: в этом случае проблем не оберёшься.

У меня начала гудеть голова. Я выругался много раз подряд, а потом закрыл руками лицо и нервно начал соображать, что же теперь делать и как вся эта история будет развиваться дальше. У Марисы явное преимущество. Её план мести работает безотказно. Она всё отлично просчитала. Если я срочно не придумаю, как мне с ней бороться, то ситуация несомненно ещё больше усугубится. И надо же мне было нарваться на такую сучку? Но победы ей не видать. У неё не получится поставить меня на колени. Если это война, то она её проиграет. Сначала мне нужно оградить Кассандру от всей этой грязи, а потом я прижму эту врунью. Всякому терпению есть предел. Она исчерпала мой лимит толерантности.