– Вот вы где! – Джейн отчего-то даже не сочла нужным поприветствовать никого из нас. – Что это у вас тут… такое? Что происходит? – она обвела взглядом собравшихся. – На посселение что, напали?

– Да, но сейчас вроде бы все закончилось, – я покачал головой.

– Хорошо, если так, – она чуть задумалась, а потом тряхнула головой и решительно заявила:

– Рудольф, ты мне нужен!

– Даже вот так? – я напустил на себя невозмутимость, но внутри все точно ухнуло в пропасть – мне явственно послышались в ее голосе отзвуки самых близких неприятностей. – Настолько, что это мешает даже нормальному приветствию?

– Это действительно важно! Я… мы вас искали, и ты же сам хотел знать, что у меня за планы и дела, разве нет?

– То есть тебе и Ка совершенно все равно, что случилось здесь? – прорычал рассерженный Сар. – Отлично, что же!

– Сар, погоди, – попытался я урезонить товарища. – Не спросили нас, спросим мы: что случилось?

Меня точно так же неприятно ранила эта ее внезапная черствость, но, может, у нее в самом деле есть какой-то резон? Может, и в самом деле что-то произошло?

Джейн глубоко вздохнула, обвела взглядом толпу гномов, увидела не только солдат, но и женщин, детей, раненых… скудные пожитки, наспех собранные в ручные тележки, мрачные лица горного народа. Заодно и я вгляделся в ее лицо – она явно была чем-то сильно встревожена и обеспокоена.

Мне сделалось мучительно страшно – непонятно, почему. Что-то жуткое случилось? Да? Нет?!

– Простите. Я и правда часто тороплюсь и… меня это не оправдывает. Что случилось у вас, расскажите подробнее?

– Нас выкурили из дому те твари, Подземные – пусть и с рожи на вашу кровь похожи, только что кожа темная, но да в этом ли дело! Похожи на живых, а так сплошь порождение самой мерзкой тьмы, что можно выдумать! – Ородин выступил вперед. – вот что случилось, ир-лаан12 всадница!

– Нэл-ду, драэва, – пояснил я.

Джейн помрачнела еще сильнее.

– Как так вышло? Выши колонии всегда так хорошо защищены!

– Так и вышло – отвлекли нас, ломая ворота в надземье, а потом хлынули, кто откуда, – Ородин сплюнул, явно из суеверных соображений.

– Ворота?

– По речной долине к Тонгдору поднялись багры, – Сар зыркнул на все еще сидящую верхом всадницу и зеленого. – Мы поспешили на помощь, сразу, как узнали об этом.

– Багры? Только они? – хмуря брови, уточнила Джейн.

– Нам и их хватило, – возмутился кто-то из гномов в толпе.

– Не о том речь, – всадница покачала головой. – с ними не было, ну, скажем… дракона?

– Все драконы, которых мы тут видели, сейчас здесь, хвала Онгшальду Отцу, других не замечали! – отозвались сразу несколько гномов.

– Хмммм, ну славно, если так, – Джейн все еще недоверчиво качала головой. – Может, я и ошибаюсь, но… Но это все неспроста. Вам нужно еще сопровождение, племя Тонгдора?

– Нет, – Эград, мрачно взиравший на перепалку до той поры, мотнул головой. – Сами дойдем. Тут… тихо, кажется.

– Кажется, да, – Джейн еще раз окинула взором окрестности и собравшихся. – Ладно, тогда ступайте, и хранят вас ваши боги – а нам со всадником Рудольфом и в самом деле нужно поговорить об одной вещи – может, после этого в горах везде станет спокойнее. Что же, Руд, возвращаемся? Поговорить можно и в полете.

Я пожал плечами – что же, я не против.

Попрощавшись с гномами. Мы взмыли вверх, но Сар не спешил взять курс на Дракополис.

Дро-Ка, заметив, что мы не следуем за ними, развернулся, и, скользнув по широкой дуге, нагнал Сара – он, приняв какое-то свое решение, поднимался выше. Я понял, зачем – хотел все же проследить, как соклановцы его дяди дойдут до того городка, куда держат путь. Я не возражал – это была и моя мысль. Мне не хотелось покидать тех, кому я обещал помощь, так скоро.

– Что там у тебя, Джейн? – спросил я, глядя вниз – идущие по горной тропе гномы сквозь кисею самых нижних облаков выглядели крохотными маковыми зернышками вдоль точно прочерченной пером линии тропы.

– Я узнала, где в Крайморе ютятся красные драконы! Они не торчат на Арвате безвылазно, как мы все думали!

– И что с того? – не понял я. – Драконы и драконы, красные и красные – мало ли дикарей в мире… погоди. Я никогда не видел красных драконов, кроме Эльмуна!

– Вот! Вот именно! Я не удивлюсь, если то, что случилось с ними, – всадница взмахнула вниз, туда, где остатки гномьего клана преодолевали небольшой перевал. – Связано с делами красных!

– Там были нэл-ду. Я сам вдел их… и слышал. Джейн, поверь мне, этих я ни с кем не спутаю!

– А красные могли быть – и наверняка были! – заодно с ними, – подытожила Джейн. – Откуда бы у них околдованные великаны… господи, лицо скрывающий! Великаны-алданы, превратившиеся в диких варваров с дубинами! Не думала я, что увижу когда-то такое падение всего, что знала…

– Ты о чем?

– Да так…

– Джейн, я не стану говорить с тобой о красных драконах и всем таком, если ты не пояснишь мне сейчас же эти свои недоговорки. Кто такие алданы?

Джейн метнула на меня короткий сложночитаемый взгляд и ответила:

– Некогда был город Алданир, и я уже упоминала о нем. Не говорила только, что все в нем было устроено по воле величайшего из магов того времени, когда город существовал. В нем жили почти только одни алданы, великаны – без людей, элфрэ и иных народов. А потом, когда город перестал быть – выжившие рассеялись по миру. И я вижу теперь, что лучше бы им было погибнуть с городом!

– Лучше? Лучше, говоришь ты? – заворчал угрожающе Сар. – Жить всегда лучше, чем умереть – и кто, как не ты, должна это знать, аргшетрон!

– Но прозябать, превращаясь в дикого зверя, терять разум, чуть ли не исходить внутренней душевной гнилью изнутри, как больное дерево – это ли жизнь? – возразила Джейн. – Как бы там ни было, а теперь великаны – багры – это те, кто стал податлив чарам того страшного зла, что носят и Нэл-ду, и красные драконы по этому миру, как семена ядовитого растения.

– Звучит так, точно нэл-ду и красные заодно, – отметил я, снедаемый тревогою.

– Так и есть, – грустно сказала Джейн. – именно об этом я и стараюсь тебе сейчас рассказать.

Сар зарычал и пролетел вперед – он мало участвовал в разговоре, ибо следил за гномами, и сейчас тоже не от неприятной – а я чувствовал, ему ох как не нравится тема, что подняла всадница! – темы уходил прочь, а следовал за охраняемыми нами переселенцами.

Джейн и Ка, впрочем, наверняка подумали наоборот. Когда они нас нагнали, Джейн продолжила:

– Сар может мне возразить, конечно…

– И возражу! Драконы – при всем при том, что я говорил раньше, о дикарях, возможных врагах нам из моего народа и тех, кто вообще против всех – никогда не были заодно с этими фанатичными изуверами, что сидят под землей!

– Сар, я понимаю все, но Торрос? Аквитопия, что сгорела в пламени красных драконов? Ты не видел этого, ты не был там. Ты не знаешь!

– А ты? Ты была?

– И я не была, когда все пылало – но я видела, из чего народ там пытается отстроить свой дом заново. И все ведь в Дракополисе знают – именно красные драконы стали самой главной виной случившемуся в островном королевстве!

– Как же так вышло? – я, кажется, единственный понимал так мало, что едва улавливал суть.

– Красные драконы очень давно были одурманены Нэл-Ду или их ужасным богом, и напали на Аквитопию, а до этого, по рассказам, сама я этого не видела, помогали Разрушителю в его завоевании Акларии, я более чем уверена, что червоточина, заложенная Темными, до сих пор в них жива и с ними надо покончить, пока они не набрались силы и не уничтожили уже Краймор!

Подобная новость тяжестью мешка с сырым песком обрушилась на меня. Поверить в это было крайне тяжело. Но да, я помню… помню? Что я помню? Я помню, как горели белые дворцы. Я помню, как дрожала земля… Не я сам – чьи-то рассказы. Да. В голове звенел тяжкий тревожный набат – слова всадницы снова растревожили почти погребенное под морскими волнами прошлое.

Чьи слова я помню о том, как Эргесенналло уничтожал Акларию? Впрочем, неважно. Куда важнее было то, что может рассказать мне Джейн.

– Говори еще! Джейн, говори – я вспоминаю что-то страшное, но я хочу знать правду об этом мире и о себе.

– А ты уверен, что говорит она правду, а не то, во что хочет верить сама? — Сар не рычал и не буянил больше, его мыслеречь веяла не меньшей тревогой. Дракон… может бояться? Я никогда не думал об этом.

– Я такой же живущий, как и ты – почему это мне не должно быть страшно? Если она предложит сразиться с красными – знай, я против. По многим причинам, Руд.

– Джейн, а что, если ты ошибаешься? Сар сказал, что красные… ну, допустим, допустим, они не за кого-то, а против всех? И что ты предлагаешь – напасть на поселение могучих драконов, которые, если верить твоим словам, так могучи, что повергали целые города и царства?

Джейн неожиданно засмеялась:

– Нет, конечно я не предлагаю нападать на них – вдвоем, по крайней мере! Но ты не дал мне дорассказать. Я говорила, что узнала, где ютятся остатки красных драконов. Я вижу, Сар хочет сказать – Эльмун покарал предателей, казнил тех, кто был в тех боях… да. Но кое-кто уцелел. Вот о них и идет речь. Потомки предателей, и те, кто успел унести крылья от ярости Патриарха. Их мало, но так будет не очень долго – если ничего не делать. Как ты думаешь, захотят они поквитаться за то, что с ними сталось? Взять реванш, снова набрав силу?

– Не знаю… не знаю. Но это может случиться, – я с сомнением покачал головой.

– Да, я тоже так считаю. Поэтому я решила, что лучше всего убрать тех из них, кто будет сеять смуту и захочет былых побед. Мы сможем это сделать! Уже все подготовлено – лишь короткая и решительная атака, и в Крайморе не будет зреющей угрозы, что может уничтожить столько жизней! Что бы ты ни говорил – у Тонгдора, я уверена, первый след их злой воли! Не лучше ли остановить поднятую в замахе длань врага, чем ждать удара?

– Я не учуял у гномьего города драконов, – резко возразил Сар.

– А что, если они управляли издали?

– А что, если все же правы мы? – не поверил я.

– Или мы, те, кто так долго ищет правду в этом деле? Кто следит за красными выродками? – вмешался Ка, непривычно долго молчавший. – Мы много лет собирали крупицы истины, вынюхивали, думали, копали, как гончие лисью нору! И тут вы оба заявляете, что…

– Что ошибаться может любой, – прервал я.

– Говоришь сейчас, как Теодор… он тоже меня не послушал, не уехал со мной, – горько всплеснула руками Джейн. – Ваши гномы уже миновали необжитые края, может, все же вернемся к городу и поговорим там, у озера?

– Давай, – согласился я, пропустив ее замечание – так я был взволнован.

Дро-Ка, набрав скорость, быстро скрылся из виду. А вот Сар не спешил.

– Поклянись, что не отправишься сражаться с красными, – потребовал Сар. – Или хотя бы не примешь решения, не подумав трижды! Потому что я не отправлюсь, я тебе это обещаю здесь, прямо сейчас, твердо и нерушимо.

– Сар, но то, что говорит Джейн, звучит и правда логично.

– Может быть. Но только мое чутье говорит о том, что те, кто отправятся на этот бой, умрут очень скоро и очень жестоко. Я не был бы тут, если бы не верил своему чутью.

– Хорошо. Я клянусь тебе своей глефой – единственной вещью, которой я дорожу – что не вступлю в бой с красными драконами. Клянусь своей жизнью, что сдержу эти слова, – сдался я.

– Ладно, – пробурчал Сар. – Я тебе верю.

Мы двинулись следом – и Сар, сказать честно, вовсе не спешил на встречу с нашими вспыльчивыми соратниками. Я же пребывал в таком смятении, что не знал, чему верить.

Я уже свыкся с мыслью, что драконы – наши товарищи и союзники, поверить в то, что в числе союзников предатель было непросто. О чем я и сказал Джейн снова, как только мы приземлились рядом с ждущими нас товарищами.

– Ах, Руд, если бы ты знал, насколько мне самой непросто было свыкнуться с этой мыслью, что дальние отпрыски величайшего из драконов наши враги, – вздохнула Джейн. – К сожалению, это так, в Крайморе посеяны зерна Разрушителя, и скоро они взойдут. Если мы ничего не сделаем.

– Как бы то ни было, – решил я продавить свою позицию. – я не смогу… Я не хочу и не могу сражаться с ними, и знаешь что? Я не хочу и тебя отпускать – потому что это дело пахнет верной смертью.

– Но нам не придется участвовать непосредственно, Руд! Если все дело только в этом – я могу сказать тебе самую главную тайну – я нашла людей, которые смогут помочь с этим делом. Такое небольшое наемное войско – сложнее было отыскать достаточно золотых самородков по горным рекам, чтобы с ними расплатиться, и на это у меня ушло немало времени, но теперь драконоборцы уже в пути.

– Драконоборцы?

– Лучшие воины из народа марэйнов, владеющие таким мастерством, что способны победить даже драконов. У них есть колдуны, владеющие особыми заклятиями, и они часто сражаются с теми, кто приходит из Арвата и учиняет набеги на их земли. Они справятся – всего-то нужно убрать не больше полудюжины человек и старших красных! Я все разведала, я знаю, о чем речь.

Мучимый разными противоречивыми чувствами, я спросил, повинуясь мысленному совету Сара:

– Ты сказала, что разведала – где красные, как ты говоришь, поселились. Где, Джейн?

Она вдруг замялась. Потом улыбнулась:

– На восточном берегу Краймора. Земли дикие, захолустные – там почти никто не живет. Можно день за днем ехать и встречать лишь волков, оленей да лисиц.

– Восточный? Где точнее? Земли у Седых Берегов, рядом с самими марэйнами? Или край у реки Рэва? – спросил Сар.

– Край у реки Алун, – скрипуче отозвался Ка.

Сар выругался точно так же, как тогда, при первой на моей памяти размолвке с Дро-Ка.

– Долина Алун граничит с долиной Аррн, Рудольф! – пояснил он мне на недоуменный мой взгляд.

– Я предупредила наемников! Арргам ничего не должно угрожать, – поспешила Джейн.

– Джейн… Джейн, мы не можем действовать без воли Патриарха! – схватился я за голову.

Она еще долго убеждала меня в том, что нельзя терять времени, что она точно знает, какие страшные беды придут в Краймор, если не выйти против красных драконов сейчас, что мы никогда не станем теми самыми «защитниками народов», которыми должны… аргшетрон переводилось с языка, который мы использовали чаще всего, именно так. Защитник, всадник – говорила она – не должен бегать с каждым вопросом к учителю. Если всадник – основа равновесия, то почему мы передаем кому-то обязанность принимать решения? Каков с нас тогда толк? И много, много еще всего – а драконы наши молчали.

Сар пыхал негодованием, Ка… мне показалось, что зеленого раздирает жажда подвигов и свершений – как и его всадницу. Меня тоже раздирало на части – чувство долга и чувство опасности. Да, в словах Джейн было много смысла, много правды, много решений грядущих бед, я понимал это – но я не мог отделаться от чувства, что буду неправ все равно, какую сторону не выберу – поддержать ее или помешать.

Расклад получался самый неприятный, но я все же принял решение. Я не собирался нарушать клятву, данную Сару. Я не собирался и допускать того, чтоб Джейн ввязалась в бой – я верил чутью Сара. И все же подумал – в чем-то Джейн права. Необходимо было нанести упреждающий удар по еще неокрепшему злу, чтобы не повторилось что-то похожее на то, что я видел в Кортуанске, что, по словам Джейн, творилось немного ранее в Торроссе. Так мы спасем куда больше жизней. Выбирать меж зол больше и меньше было невыносимо – но я понимал, что иначе вряд ли мы сумеем найти выход.

– Хорошо, пусть будет по-твоему. – сдался я. Джейн торжествующе улыбнулась и кивнула.

– Джейн, но ты не полетишь туда сама.

– Это еще почему? Мне нужно проводить отряд – чтобы они не заплутали!

– Ты не собираешься сражаться?

– Нет конечно, я не для того гоняла Ка вдоль рек все это время и собирала золото! Я понимаю – Ка не противник красным, он меньше и слабее любого из них. Это Сар и другие черные еще сопоставимы молодым красным драконам, но не зеленые, никто из зеленых.

– Сар запрещает своему всаднику принимать участие в этом походе, – рыкнул черный.

– Дро-аргхас не могут командовать аргшетроном, – сварливо заметил Ка.

– Зато другом – очень даже, – Сар резко хлестнул хвостом по земле, и Ка заткнулся.

– Руд, только не выдавай наших планов, я тебя очень прошу. И тебя, Сар, тоже, – Джейн в задумчивости прикусила губу. – Я вернусь скоро – через пару дней, не больше. У нас с тобой, Руд, есть куда любопытнее задача, чем неравный бой.

Сар хмыкнул:

– Что же опять?

– Ладно, для нас всех, – поправила себя Джейн, даже не оборачиваясь на черного дракона. – Даже тебе понравится! Сар, я уверена – следующее дело не вызовет у тебя нареканий.

И, сказав так, всё же повернулась к нему и улыбнулась, точно в знак примирения. Я не понял этого, равно как и не мог сказать – принято ли оное примирение. А она продолжила:

– Кроме того, что связано с красными драконами, мне стало известно, что один из трактатов Теодора, где он вдавался в размышления о всадничестве, чудом пережили крушение Алданира. Он был вывезен – не мною, увы, нет. Нас, кто спасал книги, было много —

Сообщение таких подробностей вскружило в моей голове целый ворох то ли воспоминаний, то ли видений. Я отмахнулся от них, как от назойливой мушки. Не сейчас – когда я получу эту книгу, у меня будет время разобраться – а пока что у меня и так голова мало не лопается от обрушивающихся одна за другой новостей!

– Откуда тебе это известно? – решил уточнить я.

– Не один ты дружил с магами, – засмеялась Джейн.

– Ты же говорила, что не бывала в Оплоте никогда.

– В Оплоте нет. Но маги есть и здесь – содружество мудрецов при дворе правителя Краймора. Ученые, книжники, колдуны – они не стали скрывать от всадника, то есть меня, наследие давних дней. Даже сами предложили взять эту книгу, если она чем-то поможет – когда они ее отыщут. Книга была спрятана, и до меня дошли вести, что крайморские маги совсем недавно наконец добыли ее. Знаешь, у меня с самой весны не было времени поговорить с ними как следует, но сейчас, я думаю, время пришло. Мы слетаем вместе и заберем то, что нам осталось от Теодора в наследство – потому что… потому что именно я – мы —имеем право на нее больше, чем кто-то другой!

– А как ты узнала, что ее нашли?

– Мне передал это гонец из столицы. Туда нам и стоит отправиться. Ты бывал раньше в Янгорре?

Я отрицательно мотнул головой – думал я совсем о другом.

Книга, потерянный трактат… книга Теодора? О всадниках! Если это так – о боги, я же смогу наконец разобраться во всем, что со мной и вокруг меня творится! И все же тревога грызла изнутри. Внутри меня точно сидел другой, недоверчивый и злой Рудольф, которому безумно не нравилась затея не только с драконоборцами, но и вообще всем тем, что было решено и продумано за моей спиной.

– Хорошо, когда мы выдвигаемся? – выдохнул я. В глазах Джейн мелькнул огонек азарта.

– Как только я вернусь – то есть через пару дней.

Я подавил в себе растущее негодование, зато решил про себя кое-что еще.

Я возьму с нее клятву – пусть клянется своими богами, которым там в ее Гаэли молятся – что она никогда, никогда не станет больше ничего решать за моей спиной.

Никогда.