8 марта 1997 года акционеры и руководители Привата организовали в ресторане застолье для любимых женщин. Во время праздника Сергей Тигипко объявил, что оставляет пост руководителя банка и едет работать в Киев, в правительстве.
Для многих это стало неожиданностью. Но акционеры банка уже обо всем договорились. ПриватБанк был настолько большим предприятием, что уже не мог обходиться без политического прикрытия. А Сергею Тигипко предлагали высокий пост вице-премьер-министра в правительстве Павла Лазаренко. Предложение исходило не от премьера, а от Александра Разумкова, первого помощника президента Леонида Кучмы.
«Должность вице-премьер-министра казалась значительной, и мечталось с ее помощью преобразить страну, проводя рыночные реформы. Это был главный посыл при принятии решения. Кроме того, это была возможность защитить бизнес — даже не развить. Как создать, как развить бизнес, мы понимали. А вопросы по защите возникали все время», — говорит Тигипко.
Буквально через несколько недель после ухода Тигипко в банк заявились около сорока следователей из Киева, вспоминает один из бывших сотрудников. Силовики обыскали банк, в том числе кабинеты председателя правления и главного бухгалтера, изъяли документы. Все это сопровождалось видеофиксацией — на то время большая редкость. В 2003 году в интернет-газете «Украина криминальная» вышла статья якобы бывшего офицера УБОП, который также упоминает об обысках в банке в 1997-м. Будто бы даже планировалось задержание Сергея Тигипко, но из Киева в последний момент дали отбой, узнав о назначении банкира на высокий государственный пост [59]. Других подтверждений этим сведениям нет.
«Трусили банк все время, это эпизодически возникало, — поясняет бывший замглавы Привата по безопасности Вадим Омельченко. — Но банк — это банк. Если разоблачают какую-то преступную группу, в том числе с элементами финансового мошенничества с заемными средствами, то приходят в банк за документами, проводят выемки. Иногда приходят цивилизованно, иногда не очень. У меня нет в памяти такого, чтобы именно после ухода Тигипко был “наезд” на банк».
Из-за обысков и проверок в ПриватБанке у акционеров возникали вопросы к Сергею Тигипко. Иногда они звонили ему и высказывали примерно такие претензии: «У нас очередная проверка, Сережа. Ты там правильно голосуешь, все правильно делаешь, это не с тобой связано?»
Примерно в 1999 году Тигипко продал свою долю акций в Привате другим акционерам. Сколько он получил взамен? Тигипко не называет конкретной суммы, но говорит, что получил плату часть активами, часть ресурсом.
«Ушел я “дешево”, если учитывать стоимость всех активов. Но сыграли роль два момента. Во-первых, я был уверен, что с этим ресурсом справлюсь и смогу создать свою собственную группу. Во-вторых, я всегда понимал и всегда был благодарен акционерам за то, что они мне просто подарили в свое время долю в бизнесе. Слишком наглеть по этому поводу не хотелось», — говорит Сергей.
Группа «Приват» пыталась обезопасить себя и раньше, вкладывая деньги в медиа. В 1993–1994 годах банк издавал газету «Приват-Ревю», сотрудничал с продакшн-студией «Приват ТВ» в Харькове и размещал программы на всеукраинском телеканале УТ-3. К 1997 году банк уже контролировал прямо или опосредованно популярную газету «Комсомольская правда», влиятельное в то время издание «Киевские ведомости», информагентство УНИАН, эфирный телеканал в Днепропетровске (сейчас «9-й канал», а тогда «Приват ТВ Днепр»), продакшн-студию в Харькове. Приват также сотрудничал с проектом «Вікна» Николая Канишевского (выходил на УТ-3, сейчас преобразовался в «Вікна-Новини» на СТБ) и с днепропетровской газетой «Левый берег».
Но перед влиянием Павла Лазаренко медиа были бессильны. Выпускник Днепропетровского сельхозинститута в 1990-м возглавил областной совет, а в 1992-м стал представителем Президента Украины в области, что было равнозначно должности губернатора. В 1994 году Лазаренко возглавил Днепропетровскую обладминистрацию и стал депутатом Верховной Рады, а в 1996-м возглавил украинское правительство. Но, еще будучи губернатором, Лазаренко заставил весь местный бизнес «делиться». Все операции он вел очень осторожно: подписи на документах не ставил, сделки старался проводить бартером.
«Заблуждается тот, кто думает, что в Днепропетровске можно было иметь какой-то бизнес, не договариваясь с Лазаренко. Да, нам пришлось, иначе было невозможно», — говорит Геннадий Боголюбов [5].
«Лазаренко было много», — подтверждает Сергей Тигипко.
В 1996 году водитель Лазаренко Леонид Гадяцкий был в списке акционеров компаний-учредителей банка. На водителя было записано 16,6 процента акций ключевых компаний-учредителей ПриватБанка. Когда компаниям из сферы влияния Лазаренко были нужны деньги, банк их давал. Например, среди получателей крупных кредитов числилась агрофирма «Наукова». Взамен банк получал покровительство главного человека в области. По словам бизнесмена Геннадия Корбана, которого в прессе часто называют рейдером и который помогал группе «Приват» получать контроль над предприятиями, именно Лазаренко позволил ПриватБанку купить компанию «Днепронефтепродукт», на балансе которой были две нефтебазы и сеть АЗС. Благодаря этому группа стала крупнейшим игроком топливного рынка в области [55].
Уже премьер Павел Лазаренко стал первым человеком в Украине, получившим золотую карточку Visa от ПриватБанка.
Избавиться от нежелательного акционера банку удалось только после отставки Павла Лазаренко с поста премьера в 1997 году. В 1999-м бывший топ-чиновник прилетел в Нью-Йорк в поисках политического убежища, но был арестован и осужден американским судом за «отмывание» денег. Власти США заморозили на счетах бывшего премьера и его структур около 280 млн долларов.
«Лазаренко фактически сформировал монополию на газ, был близок к этому на рынке хлеба и спирта, активно захватывал недвижимость, заводы, контроль над банками. Думаю, через год-другой он “приватизировал” бы всю страну», — писал президент Леонид Кучма в газете «Факты и комментарии» в 1999 году [59].
«Скоропостижно скончался один из крупнейших банкиров Украины, большой друг России — Милославский Леонид Аркадьевич, президент ПриватБанка (г. Днепропетровск). Друзья в России скорбят и помнят. Российские коллеги» [56].
Этот короткий некролог был опубликован 18 апреля 1997 года в московской газете «Сегодня», которую издавали российские банкиры. Смерть Милославского стала потрясением для всего банковского сообщества стран СНГ и Балтии, что уж говорить об акционерах и сотрудниках ПриватБанка. Говорят, в офисе «Сентозы» — днепропетровском штабе бизнес-группы «Приват» — до сих пор есть кабинет Леонида Аркадьевича, и этот кабинет никто не занимает. Дочь Милославского Марианна получила его доли в компаниях-учредителях ПриватБанка. Главой набсовета банка стал Геннадий Боголюбов.
Официальной причиной смерти Леонида Милославского был назван сердечный приступ. Но по городу ходили слухи, что смерть не являлась естественной: банкиру не было еще и сорока, вскрытия не проводили [57]. «Криминальный характер его смерти не установлен. Но у меня есть определенные сомнения на этот счет», — говорит экс-замглавы ПриватБанка Вадим Омельченко.
Через несколько лет в разработке днепропетровского УБОПа оказалась преступная группа отравителей. На их счету было около десятка смертей, причем смерть от применявшегося убийцами яда очень напоминала ту, которая постигла Милославского. Бывший сотрудник УБОПа Вадим Омельченко интересовался ходом дела отравителей: «Его развалили, насколько я понимаю. Об этом деле всегда очень неохотно говорили даже мои знакомые».
До сих пор Марианна Милославская остается совладельцем компаний «Сентоза Лтд», «Солм Лтд», «Вист Лтд», «Фарлес», «Старлайт» и БПК «Приват-инвестор» наравне с Игорем Коломойским, Геннадием Боголюбовым и Алексеем Мартыновым.