Я, склонившись, просматривала на планшете кальку района, который нам предстояло проверить во время рейда. Выходили мы через пару дней двумя мобильными группами. Третья — Сашки Аронова, шла с Кушнара.

Это была первая столь внушительная операция с момента нашего официального вступления в должность. Вроде и не экзамен, но предстояло соответствовать.

Тарас с Валечкой пристроились у меня за спиной, нависая над плечом, мой заместитель — капитан «Молнии» Андрей Алябьев и Ван Хилд, которого у меня из-под носа увел Виталий, — напротив. Сам Стельков мотался по оперативно-тактическому залу, явно нервируя своим поведением дежурного. Замечание тот сделать не мог, званием не вышел, но сосредоточиться ему лидер-два явно мешал.

Три недели на Ярлтоне пролетели незаметно. Учиться пришлось много, но без того надрыва, который лично у меня еще долго будет ассоциироваться со скайлами.

Демоны приняли нас так, словно мы были знакомы уже как минимум пару столетий. Разместили в офицерском доме — у каждого, пусть и маленькие, но свои апартаменты. Корпус, где проходили наши занятия, находился метрах в двухстах от него. Но, что для меня было важнее, в этом же городке находилась и техническая академия, куда приняли Юла. Теперь уже окончательно, все, что было необходимо, он сдал без проблем.

Загружали нас по самую макушку, как выражался мой сын, но время для встреч находилось. Гуляли мы с Юлом каждый вечер. То одни, то с Виталием, а потом и с его сокурсниками, которым он проговорился, кем ему приходится эта дама — капитан третьего ранга с нашивками Службы внешних границ.

Я компании курсантов только радовалась. Искренние чувства; слова, за которыми не было нужды искать иной смысл; открытые лица; не похожие на маски улыбки; живой, радостный смех.

Лекарство для моей уставшей души.

— Мне это кое-что напоминает, — обернувшись через плечо к Тарасу, задумчиво произнесла я. — Не могу вспомнить.

— Мы мимо пролетали? — ехидненько уточнил ангел, в очередной раз испытывая мое терпение. Как назначили помощником, так стал совершенно неуправляем. У него и раньше время от времени прорывался его сволочной характер, последние два месяца это происходило все чаще.

Я продолжала не замечать его выходок, откладывая все решения на отпуск, но тот все отодвигался, а сложности с ангелом оставались.

— Мы — вряд ли, — спокойно отреагировала я и первой начала подниматься, приветствуя вошедшего Шмалькова.

С каперангом у нас складывались отнюдь не служебные отношения. Посторонним мы с ним их, естественно, не демонстрировали, но наедине все чаще говорили не только о делах службы. Своих детей у него не было, всю нерастраченную отцовскую нежность и заботу он отдавал мне.

А началось все еще на Ярлтоне. Мы со Стельковым знали, что по возвращении на базу нам придется формировать группы, подбирать себе заместителей, участвовать в разработке методической документации и инструкций. Новая структура была экспериментальной, но все, с кем мне приходилось разговаривать о ней, видели достоинства, которых не хотелось лишиться только потому, что некачественно провели подготовительную работу.

Вот я и предложила Виталию заняться набросками схем взаимодействия между звеньями, тем более что во время заданий по тактике возникали интересные мысли.

Стельков не отказался, а наставник из демонов, к которому мы обратились за разрешением использовать учебный класс, так сказать, в личных целях, не просто согласовал все с руководством академии переподготовки, но и предложил свою помощь. Мы не отказались.

Затем подключился Аронов. Виталий общался с ним едва ли не каждый день, вот и проговорился. Потом у нас не хватило данных, и я связалась с Искандером. Для того это стало поводом — наш последний с ним разговор состоялся еще на приоретте, да и делали мы его работу. Последним в нашей команде стал Шмальков, что не помешало ему очень скоро стать первым. Все спорные вопросы мы чаще всего обсуждали с ним.

Процесс оказался настолько увлекательным, что к моменту нашего возвращения были готовы не только методические карты, но и отборочные тесты. Оставалось их только «прилизать» и утвердить. Но это была уже не наша прерогатива.

— Идеи появились? — Владимир Валентинович повел рукой, мол, не вставайте, не на параде, и тоже склонился над калькой.

— Пока нет, — вместо меня ответил Стельков. — Остановились на том, что сектор вызывает у каптри Орловой смутные воспоминания. Пытаемся выяснить, какие.

Шмальков с легким недоумением посмотрел на Виталия, но ничего не сказал. Нервы перед рейдом сдавали у всех, кому-то не удавалось сдержаться.

— Вот хоть пристрелите… — вырвалось у меня, когда я вновь развернула изображение и чуть увеличила масштаб, — уверена, что никогда не видела, но почему-то это мне знакомо. Какие-то смутные ассоциации. Единственная точка выхода для прыжка, невозможность незаметного прохода…

— Ну-ка, ну-ка, — Шмальков пододвинул ко мне стул поближе, сел, практически сдвинув плечом, — дай-ка посмотреть! — Пару минут крутил сектор в разных плоскостях, потом повернулся ко мне. — Интересно, и кто тебе рассказывал про Самаринию?

Я со всей дури двинула себя по лбу, скривилась. Получилось сильнее, чем собиралась.

— А ведь точно, Самариния!

Автоматически набрав код запроса, спустя пару секунд получила поразительный в своей неожиданности ответ: доступ запрещен. И только после этого обратила внимание на насмешливый взгляд Шмалькова.

Тарас за моей спиной присвистнул, я, на автомате, двинула его локтем.

— Навигационные карты этой зоны закрыты. Одно из условий подписания мирного договора.

Кивнув — приняла к сведению, сделала вид, что меня это больше не интересует.

Интересовало! Да еще как. Победили в той войне, вроде как мы, а условия, похоже, диктовали они. Я могла и преувеличивать, но осадок все равно оставался. Сразу всплыло в памяти, что когда училась в академии на Земле, о нашем противостоянии с самаринянами рассказывали вскользь, чтобы только знали.

Но больше настораживало другое — уточнение, которое сделал Шмальков. Проговориться случайно не мог. Предупреждал?

— Закрыты так закрыты, — не стала я заострять на этом внимание. — Сомневаюсь, что это помогло бы найти лазейку. Костас, — позвала я своего хакера-навигатора. Тот предпочел заниматься тем же самым, но подальше от нас. «Мозговой штурм» на пару со мной был ему в удовольствие, а толпу, когда каждый лез со своим мнением, он не терпел, — набрел на что-нибудь?

Лицо приамца появилось на экране слева. Чернявая шевелюра вздыблена, взгляд ошалевший.

— Набрел. — Торжества в его голосе я не услышала, вариант ему не нравился. Но даже в этом случае было обидно, я вообще не видела относительно безопасного способа пробраться в зону. — Дай мне еще минут пятнадцать. Если ничего другого не придумаю, останется только этот.

Я кивнула, отключилась и только после этого вопросительно посмотрела на разношерстную компанию. Судя по всему, в их головах была та же мысль, что и в моей.

Обидно!

К кальке мы вернулись, не сговариваясь, хоть и понимали, что после нескольких часов напряженных попыток найти хоть какое-нибудь слабое место, эти минуты нас вряд ли спасут.

Но ведь не признаваться же, что несколько капитанов разных мастей спасуют перед одним, пусть и гениальным навигатором!

А секундочки между тем убегали, и вместо того, чтобы думать о поставленной перед нами задаче, лично я следила за табло. Все равно ничего нового на ум не приходило.

Костас связался с нами ровно через пятнадцать минут. Окинул измученным взглядом и… вот тут меня и осенило.

— Стоп! — рявкнула я, вновь «раскручивая» сектор, как глобус.

Мой навигатор хмыкнул, но это были единственные изданные им звуки.

Зона, которую мы собирались инспектировать, уже давно привлекла внимание Службы. Основания на то были, еще в свою бытность перевозчицей я старалась обходить этот район стороной. Один раз едва унесла ноги, этого оказалось достаточно, чтобы присмотреться к статистике. Из десяти почивших моих собратьев по ремеслу, парочка заканчивала свой путь именно в его окрестностях.

Сектор был сравнительно небольшим, но если бы мне пришлось давать ему название, первым на ум пришло бы — мусорка. Две кратные звезды — одна двойная и система из четырех звезд, вносили определенный хаос в ту структуру, что установилась в этом районе. Астероидное поле высокой плотности и туманность, образованная взорвавшейся когда-то сверхновой, добавляли этой вакханалии своеобразную законченность.

А вот в условном центре этой области располагалась планетная система, которая нас и интересовала. По данным исследователей, которые имелись у Службы, одна из четырех вращающихся вокруг похожей на Солнце звезды, была вполне пригодна для жизни. Не без сюрпризов, конечно, но для базы на ней вполне годилась.

— Только ловить на живца, других вариантов нет. Выманить, а потом плотно сесть на хвост, заставив отступить. Если у них вот здесь, — я показала на то самое узкое горлышко, которое позволяло попасть внутрь зоны беспрепятственно, — и здесь, стоят заградители, то можем проскочить на минимальной дистанции и рассредоточившись среди их кораблей. Нарваться на залп можно, но я уверена, что особо бить не станут, легко ненароком долбануть по своим. Во всем этом есть только одно «но», но настолько значительное, что я прямо-таки чувствую себя девицей на выданье.

Тишина была до такой степени многозначительной, что я не нашла ничего лучшего, как повторить про себя то, что произнесла вслух. Ничего крамольного не обнаружила, если только последнее сравнение, но вряд ли задумчивый вид Шмалькова и несколько растерянный Стелькова, относились именно к нему. Виталий от меня и не такое слышал, уже даже привык. Раньше пытался напомнить, что я едва не стала женой канира — в его глазах данный факт требовал некоторой куртуазности в общении, теперь просто молчал.

— Я что-то не то сказала? — оглянувшись, уточнила я у Тараса. Этот тоже не торопился выдать что-нибудь язвительное.

Первым озвучил свое мнение не ангел, к которому я обращалась, а Костас. Мой навигатор оказался более подготовленным к очередной выходке своего капитана.

— Да нет! Просто все это выглядит как массовое самоубийство. Боюсь, такую операцию нам адмирал не утвердит.

Пришлось повернуться к Шмалькову.

— Что, все настолько плохо?

Тот посмотрел на экран, где кивал, подтверждая, Костас.

— Ты сначала скажи про свое «но».

Я пожала плечами — ну не буду же я с ним спорить.

— Мы так и не знаем, куда увел канир Сиеш своей щитоносец. А если он там?

Воображение было у всех хорошим, чтобы представить себе последствия. Три группы — девять звеньев по четыре перехватчика… Операция масштабная, но непосредственное участие будет принимать меньше половины, остальные встанут в прикрытие.

Для крейсера скайлов мы становились легкой добычей.

— А если обратиться к кангору? — предложил Стельков.

Шок прошел, появился азарт. Все, как всегда…

— А если мы ошибаемся? — вопросительно изогнула я бровь.

— Кто не рискует… — отозвался Виталий, кривой улыбкой намекая, что кое-кому известно о приветах, которые мне передаются из кангората.

Общаться с Аршаном мне после тех событий больше не приходилось, но, похоже, он обо мне не забывал. Впрочем, я — тоже. Играть с ним в паре было очень увлекательно.

— Готовьте план, — поставив точку в нашей пикировке, поднялся Шмальков. — А там посмотрим, кого и с чем стоит приглашать на эту пирушку.

Я удовлетворенно подмигнула Стелькову, тот ответил тем же. Дружба с Виталием была приятным дополнением к рутине службы. Наш с ним случай служил подтверждением мысли, что возраст, опыт и нашивки не имеют никакого отношения к взрослению. Спорить до хрипоты, доказывая друг другу общеизвестные истины и устраивать каверзы, мы с ним не уставали.

— А что вы хотели сказать, Владимир Валентинович? — остановила я Шмалькова уже у самой двери.

Тот посмотрел на оперативного дежурного, вернулся, и только тогда, склонившись к нам, тихо произнес:

— Именно эту схему использовали во время последней атаки на Самаринию. — Отметив, как я буквально закаменела — все, что касалось самаринян, отдавалось во мне тяжелыми воспоминаниями, продолжил: — Тогда она принесла нам успех.

— А кто…

Закончить вопрос я не успела, Шмальков ответил сам:

— Я.

В жизни встречались и такие совпадения.

* * *

— Алябьев, демоны тебя задери! Куда прешь?! Морду убери!

Стоило гаркнуть, как тот немедленно все осознал и ушел «в тень» вольного.

Мы вчетвером шли первыми. «Молния», «Варварушка», «Корвет» и Ван Хилд на старом корыте под многообещающим названием «Сорома», что в переводе символизировало быстрокрылую птичку. Про птичку говорить было трудно, обводы корабля смотрелись тяжеловесно, что намекало на люценианское происхождение, но вот в скорости он нам не уступал.

Держались мы под прикрытием четырех обманувшихся любителей легкой добычи. Ни о какой добровольности, естественно, речь не стояла. Те рыпались, пытаясь открыть нас расположенным на астероидах базам, но мы желторотиками не были. За нами следовали остальные, да и жить хотелось. Очень! У меня впереди все еще маячил отпуск, который я рассчитывала провести с размахом. Тем самым, после которого меня вполне могли лишить и звания, и крыльев.

— А слабо на бутылку шаре, кто первый?

О невозмутимости мы с Виталием забыли, как только была дана отмашка к началу операции. Это предложение поспорить было уже далеко не первым. Счет пока шел равный, но каждый из нас старался вырвать победу. Не принципиально, отмечать все равно будем вместе, но кураж требовал выхода, а этот способ казался не самым плохим.

— Принимаю, — усмехнулась я, — но только на орбиталку. С этой шушерой и птенец справится.

Я раззадоривала, преуменьшая опасность двух баз, между которыми нам предстояло пройти. Их можно было бы не принимать всерьез — три огневых точки под куполом на одной, и четыре на другой под данную классификацию подходили с натяжкой. Ситуацию менял калибр импульсных излучателей, установленных там. Рассчитан он был не на такую мелюзгу, как перехватчик, а на что-нибудь более существенное.

Так что нам попадать под его залп не стоило, могло хватить одного, чтобы наше путушествие по жизни закончилось. Мы и не собирались, не для того головы ломали.

— Согласен, — отозвался Стельков, заставив свой «Корвет» молниеносно нырнуть вслед за своим «щитом».

Я в его решении не сомневалась. Эта добыча стоила того, чтобы за нее сражаться.

План Искандер утвердил. Не знаю, пришлось Шмалькову отвоевывать наше право на самоубийство или тот счел, что столь неординарный ход снизит риск до того минимума, когда он уже уравновешивается целесообразностью, но благословение адмирала мы получили. Вместе с поддержкой, к нам прикомандировывались два тяжеловеса. Один из них — борт, на котором уже давно прописался генерал Орлов.

Ягненком на заклание шел Ван Хилд. Вызвался сам, убедив, что в нашей стае только он, да я, способны повести подсадной перевозчик. Шмальков был вынужден с ним согласиться, манера летать у остальных была слишком уж узнаваемой. Нас же прошлое научило меняться и подстраиваться.

Найти корабль было отдельной историей, как и запустить «утку» о ценном грузе, который тот тащил. Не обошлось, конечно, без помощи Артура и бывших связей Вана. По кодам перевозчик был реальный, о том, что судьба уже поставила в его жизни жирную точку, знали пока только в узком кругу. Заказ тот выполнил, кредиты получил и… сгинул на приколе Эори. Хорошая драка в одном из портовых притонов сильно проредила экипаж, прихватив и капитана.

— Я всегда знал, Орлова, что у тебя слабость к горячим парням, — раздался по связи шальной голос Стелькова. Он намекал на гонор, который демонстрировал вольный, к которому мы пристроились. Вел он себя дерзко, постоянно маневрировал, пытаясь открыть нас орудиям или зацепить самому. Но мы держались плотно. В обнимочку, как выразился ангел, заставив заржать всю братию, что сидела на общем канале связи. — Смотри, не упусти!

Хмыкнув, я вытянула кулак в сторону Тараса, который собирался высказаться в очередной раз. На этот раз мое предупреждение сработало, он смолчал, хоть и скривился. В следующий могло не помочь.

Я старалась об этом пока не думать, всему свое время. Наши отношения с ангелом неумолимо подходили к той грани, за которой следовал мордобой. То, что я заведомо его слабее, меня не смущало. Если я не могла справиться с собственным помощником, то грош мне была цена, как лидеру группы.

— Ты за собой последи, — тихонько прошептала я, не отводя взгляда от раскрытых веером экранов. Картинки висели в воздухе, окружая со всех сторон и создавая эффект присутствия. Они — там, но и ты рядом с ними.

Мысль мелькнула и исчезла — не до нее. Ангел ласково повел пальцами на полусфере штурвала, вновь прижимая «Варварушку» к вильнувшему вольному. Опознать его первоначальный класс было уже невозможно, сканеры выдали список, но тот получился большим. Понятно, что сотворен из списанного или отбитого среднего крейсера, но дальше — туман, слишком значительны переделки.

Менее опасным это его не делало, скорее, более непредсказуемым. Но разве мы рассчитывали на легкую победу? Пока операция шла именно так, как и намечали, о большем мы и не мечтали.

Первую «трепку» лжеперевозчику устроили еще шесть дней назад, не без оснований предполагая, что именно попытка захвата станет лучшим доказательством важности груза. Место и срок «доставки» к тому времени Артур уже слил кому следовало.

Второй раз зацепили нашего подсадного сутки назад, «заставив» уйти с якобы первоначального курса. Из той точки, откуда он сваливал, вариантов прокола было не так уж и много. Если им заинтересовались, появление именно здесь не должно было никого смутить. Этот был наиболее надежным.

Оно и не смутило. Уже через пару часов после его выхода в окрестностях интересующего нас сектора Хилд отметил активность в «бутылочном горлышке», как мы назвали один из двух возможных более-менее безопасных проходов к планетной системе. Второй прикрывал Аронов со своей группой.

Это и стало сигналом для реализации основного этапа.

Рассчитали мы все настолько идеально, что вынырнули из прыжка как раз в тот момент, когда с одного из кораблей противника раздался первый залп.

Восемь перехватчиков, к которым тут же присоединилась обретшая вдруг зубы жертва, против четверых!

Перевес был в нашу пользу, так что вольным ничего не оставалось, лишь пытаться как можно скорее исчезнуть. Ну а нам… гнаться за ними.

А потом началась карусель.

У дальнейших событий было два варианта развития.

В первом наша веселая компания, вплотную преследуя вольных, достигала той зоны, где по прикидкам аналитиков находились огневые точки, уничтожала их, открывая путь основным силам.

Отличие второго было лишь в том, что количество наших врагов могло увеличиться, и тогда задача усложнялась, и нам предстояло продержаться до подхода кораблей поддержки.

Как и следовало ожидать, задуманное не выдержало столкновения с действительностью и оба варианта слились в один. У вольных появилось еще два крейсера, но мы уже успели войти в относительно чистый, пусть и узкий проход.

По астрономическим меркам там было где развернуться, но не на наших скоростях и не в таком количестве.

— Алябьев, твою мать!

Ангел в ответ на вопли Стелькова довольно фыркнул — Андрей умудрился обойти Виталия на вираже и первым подойти к астероиду на рубеж атаки, до последнего не открываясь для залпа. Лидер-2 счел это личным оскорблением.

Одного мгновения, на которое отвлекся мой помощник, хватило, чтобы ситуация, которая выглядела совершенно стабильной, вдруг резко изменилась.

— Тарас, демоны тебя задери! — заорала теперь уже я, перехватывая управление и уводя «Варвару» от столкновения с вольным. На этот раз ему удалось нас подставить.

Совершенный им маневр только на первый взгляд выглядел неожиданным. Теперь, когда туша корабля не сбивала работу наших сканеров, его рывок не казался странным.

— Аварийный стапель тебе в глотку! — продолжила я, шипя. Относилась моя гневная тирада отнюдь не к ангелу.

Прямо на нас шел средний крейсер. Хорошо так шел, морда в морду. Попробуешь отвернуть, тут же получишь главным калибром в борт, не нам с ним тягаться.

— Получи, тварь! — разорялся Стельков, заставляя затикавшие в моей голове часики ускорить свой бег.

— Что б тебе в Галактике тесно было! — вторил ему Алябьев в боевом экстазе.

— Я прикрою, уходи на вторую! — Это был уже Ван, и предложение относилось к нам.

— Отставить! — передала я на лжеперевозчик, ловя за хвост пытавшуюся сбежать мысль.

— Надо отворачивать! — В голосе Тараса раскаяния я не обнаружила, да и не виноват он был по большому счету. Против нас не новички играли, знали, как за свою жизнь бороться.

— Шестой, не мозоль глаза! Иль девица на выданье?! — Стельков был в ударе. Ракеты не щадил, те шли одна за другой, как и у Алябьева, да и ложились кучно.

Не хотелось мне оказаться сейчас на том несчастном астероиде, который они так упорно шлифовали. На своем месте, кстати, тоже.

— Держим курс, — выдохнула я резко, пытаясь сообразить, спасет ли меня личное знакомство со жрецом Богини Судьбы самаринян. По всему, выходило, что нет. С теми шансами, что у нас были, она должна была просто закрыть на это глаза.

Да только я намеревалась спорить с очевидным.

— Орлова, да ты никак извращенка? — это опять был Виталий. Он уже отвалил от уничтоженной цели и теперь искал, на ком бы еще выместить нерастраченный адреналин. Я попалась ему очень вовремя.

Стиснув зубы, я не торопилась отвечать. Свою порцию кайфа он получил, я собиралась вырвать с боем свою. Испытывать крепость нервов, мчась навстречу друг другу, нам оставалось уже недолго.

— Капитан… — Рустам, сидевший тут же в рубке, напоровшись на мой взгляд, продолжение фразы проглотил. Сообразительный. Ему, можно сказать, оказали честь, не оставив, как салагу на «Танталионе»…

— Костас!

— Здесь, капитан! — тут же отозвался приамец из навигаторской. Вот кто был непрошибаемо спокоен.

— Возьми картинку. — Резким движением руки я отправила ему схему внешнего контура крейсера со своими пометками. — Видишь?

Тарас едва заметно дернулся, заинтересовавшись моей идеей, но нарываться не стал. На его счастье сработал инстинкт самосохранения.

Дарил бы уже догадался…

Я слишком много требовала от ангела, моим помощником он был третий месяц.

— Понял, — усмехнулся Костас. — Расчет курса.

— Капитан…

— Готовность к залпу с правого борта, — перебила я Валечку. Мне пришлось перетасовать экипаж, вернув и Тараса, и Веласке на свои места. Пускать в дело родственничка демона я не торопилась. — Цель передана! Костас, время!

— Курс в системе, жду подтверждения…

Договорить я не дала и этому, заорала во всю дурь тренированных легких.

— Курс подтвержден! Залп!

Только проревев команду, я обратила внимание, что в «эфире» последние секунды царствовала относительная тишина. Прислушавшись, можно было даже различить чье-то напряженное дыхание, доносившееся до меня с какого-то из наших кораблей.

Все изменилось, когда выпущенная нами ракета, выбросив перед собой сноп поглотителей, как по фарватеру прошла к внешнему блоку генератора защитных полей.

Жаль, на результат посмотреть не удалось — били мы, перевалив за границу минимального сближения. Избежали последствий попадания только благодаря реакции и таланту ангела (я умела быть справедливой!), моему самообладанию и умению Костаса предугадывать наши желания. На вторую цель мы вышли, как в десятку.

Ну и оторвались, сбрасывая напряжение. На этом астероиде было четыре огневых точки, разнесли мы их в клочья. Как раз вовремя, на подходе была парочка тяжеловесов, которых нам ангажировали в качестве прикрытия.

Никто из нас не обольщался, у каждого была своя задача. Наша — обеспечить им проход в зону, их… — избавить этот сектор от логова вольных. Без помощи они, конечно, не оставят, но на многое рассчитывать не приходилось.

— База в захвате сканера, время подхода — двадцать три минуты.

— Принято, — ответила я Рустаму, в очередной раз оценивая все, что мы о ней уже знали.

В том, что это была Эс пятая, сомнений не было. Давно устаревшая разработка Союза, избавились от них еще во время войны с самаринянами. Оказались слишком уязвимыми для точечных атак. Но при всех недостатках у нее было и одно преимущество — она легко модифицировалась. Чем именно нашпиговали ее вольные, можно было гадать долго, пока не подойдем на расстояние залпа, не узнать, с чем столкнемся.

— Виталий, тебе не кажется, что мы чего-то не понимаем? — поинтересовалась я у слегка успокоившегося Стелькова, наблюдая, как символы наших с ним перехватчиков стремительно приближаются к кляксе, висящей в сером мерцании голографического экрана.

Тревожило меня не столько вооружение орбиталки — для определенных прогнозов были основания, — а то, как начали замедлять ход те трое, за которыми вплотную шли мы со вторым лидером.

Альябьев, Ван Хилд и шестой номер из группы Стелькова прикрывали наши… тылы.

Корабли, конечно, отстреливались, но без фанатизма, что и радовало и настораживало одновременно. Вроде и замысел очевиден — как можно скорее уйти под защиту базы, но ощущение неправильности происходящего все равно присутствовало.

— Щитоносец? — выдал предположение лидер-два, вспомнив наш разговор.

Я еще раз прошлась взглядом по экранам. Фильтры не справлялись с помехами, в той чертовщине, которую я наблюдала, можно было спрятать не только щитоносец.

Но чутье, если оно есть, не пропьешь. Мне хотелось согласиться с Виталием, но я не торопилась.

А время между тем убегало, приближая нас к цели. И ни тебе простого логического решения, основанного на факте и опыте, ни озарения.

— Капитан! — отвлек меня он перебора возможных вариантов Тарас. Когда обернулась к нему, кивнул на экран.

Хотелось высказаться, но я сдержалась. Это был не тот случай, когда могло помочь.

Троица впереди начала расходиться, но делала это весьма подозрительно. Двое продолжали держаться рядом, но выстраивались друг за другом, а оставшийся проваливался вниз.

— Канал связи на «Хурагву»! — приказала я нервно. Внутри все скручивалось в жгут.

Предчувствие, демоны его задери!

— Канал связи на «Хурагву» открыт! — четко отрапортовал Рустам.

Умница! Почувствовал, как сгущается в рубке напряжение, взял на себя то, что всегда было прерогативой его дяди.

— «Варвара», здесь «Хурагва». — Голос капитана тяжеловеса, на котором мотался отец, был мне знаком. Надежный такой голос, как и сам мужик. И встречаться приходилось, да и Шмальков о нем очень хорошо отзывался.

Надежный…

Что-то внутри меня зацепилось за данный капитану тяжелого крейсера эпитет, выстроилось цепочкой ассоциации. Самариняне, Рауле, который уже третий месяц безвылазно сидел на Таркане, Артур, его база «Тандор»…

Помоги нам демоны Галактики, если я права!

— «Хурагва», мне нужен чистый скан района Эс пятой!

— Ждите! — резко бросил тот, понимая, что без нужды я бы не стала его тревожить.

— Значит, не щитоносец, — тяжело вздохнул Стельков, исчезая с экрана. Видно, тоже решил в очередной раз пройтись по данным.

— Не щитоносец, — подтвердила я, ломая голову, как мы будем выкручиваться из того, во что собирались вляпаться. — Алябьев, уходи на дистанцию.

Андрей попытался возразить, но тут в дело вступил Тарас и «Молния» начала сваливать назад и вверх, оставляя нам место для маневра.

А секунды между тем убегали. Те самые секунды, которых могло не хватить.

Ощущение не самое приятное.

— Капитан, есть скан с «Хурагвы»!

На восклицание Костаса я даже не обратила внимания, уже смотрела, как на объемной кальке сектора, рядом с базой проступает россыпь едва заметных точек.

— Минное поле, демоны вас возьми!

— Принято! Минное поле, — тут же среагировал Валечка. — Готовность к сбросу детонаторов.

В ближайшую пару минут нам предстояло узнать, опоздали мы с прозрением или нет.

* * *

Шмальков продолжал говорить об итогах операции, но я едва слушала, проваливаясь в воспоминания. Оказалось их меньше, чем могло бы быть.

Догадались про минное поле мы едва ли не в последний момент. Детонаторы со Стельковым сбросили практически одновременно. Те рванули в разные стороны, как стайка мальков от хищника. Ставили помехи — каждая такая мина управлялась с базы, меняя расположение за счет автономных двигателей, отводили или взрывали те, что попадали в щупальца их захватов.

Из нас двоих, меня и Виталия, тому повезло больше. В нашем последнем споре побеждала я, шла первой, это меня и сгубило. «Варварушка» оказалась слишком близко, когда начали рваться заряды.

Досталось нам знатно, если бы не подошедший с риском для себя Ван Хилд, остались бы там навсегда. Когда я, понимая, что больше сюда не вернусь, покидала борт, система выдавала сообщение: «полторы минуты до резонанса активных контуров маршевого двигателя».

Последствия подобного мне раньше видеть не доводилось. Не пришлось и тут, уже позже смотрела в записи. Саму меня, как и всех остальных, в это время осматривал медик из экипажа Вана. У Дюши и вытаскивавших его Стаса и Рустама — ожоги, Валечки, Костаса и Тараса — ушибы. А меня к тому же долбануло через командный интерфейс, в глазах не то что двоилось или троилось, а выкладывалось калейдоскопом.

Так что все дальнейшее я благополучно пропустила в искусственной коме. В себя пришла уже на Таркане, куда меня отправили по настоянию адмирала. Хорошо еще, вместе с экипажем.

«Корвет» Стелькова тоже не обошелся без повреждений, но вернулся на «Танталион» своим ходом. А вот его шестерка повторила нашу участь, но для них чуда не произошло, и семь имен начали скорбный список летописи Службы внешних границ.

Аронов, который сдерживал отход вольных, привел обратно всех своих. Два корабля на аварийные стапеля, да и раненые были, но, что радовало, без необратимых потерь, как написали в оперативной сводке.

Орбитальная станция была уничтожена тяжеловесом, они же стерли в пыль и логово вольных на третьей планете системы. Видела я снимки «до» и «после». Не зря наше командование расщедрилось на награды и премии. Оружейные склады, ремонтные доки, лаборатории по производству дури.

Риск того стоил.

Огорчало одно: ни Ивара, ни Шахина там не было. Щитоносца, кстати, тоже.

— Капитан третьего ранга Орлова!

— Я! — поднялась я со своего места во втором ряду, успев избежать ударом локтя. Виталий, сидевший рядом, похоже, заметил, что я витаю в собственных мыслях.

— Капитан третьего ранга Орлова, за разработку плана по уничтожению базы вольных и проявленное мужество во время его осуществления, награждается лентой «За мужество» второй степени!

Пока отец вещал с трибуны, Искандер подошел ко мне, приклеил на китель узкую, красно-белую ленту над той, что олицетворяла собой статус героя у скайлов.

— Поздравляю, капитан!

— Ради будущего! — отдала я ему честь, и чуть слышно продолжила: — Лучше бы в отпуск отправили…

Искандер услышал, так же тихо ответил:

— Приказ уже подписан. Шестьдесят суток.

Я едва удержалась от того, чтобы не расплыться в улыбке, но адмирал продолжал стоять рядом, так что пришлось соответствовать.

По чью душу Искандер задержался, было понятно и без слов, но отец развеял последние сомнения.

— Капитан третьего ранга Стельков!

— Я! — подскочил Виталий, успев мне подмигнуть.

Я, воспользовавшись возможностью, оглянулась на Аронова, он сидел в следующем ряду, левее. Тот тут же кивнул, скосился на Рауле. Камил тоже присутствовал на сборище, представлял разыскников. Его служба отделалась благодарностями, но их это мало смущало. Самое главное, не забыли, что и они, пусть и теоретически, но тоже принимали участие в операции.

Жрец, продолжая «есть глазами» Искандера, чуть склонил голову — эстафету принял.

— Капитан третьего ранга Стельков, за разработку плана по уничтожению логова вольных и проявленное мужество во время его осуществления, награждается лентой «За мужество» второй степени!

Заговорщики, демоны нас задери!

Я еще не успела поймать взгляд Таласки, как тот пригладил волосы — участвует. На Дарила я даже не смотрела, эту цепочку начал он, показав мне знаками, что в девять вечера ждет нас у себя.

— Ради будущего! — гаркнул Виталий, заставив поморщиться. Головные боли полностью прекратились благодаря стараниям медиков-скайлов, но громкие звуки еще вызывали неприятные ощущения.

— Капитан третьего ранга Аронов!

Одарив своим вниманием, церемония покатилась дальше. Все, что нам оставалось, лишь дождаться ее окончания.

С приема в нашу честь, который следовал сразу за торжественной частью, мы улизнули. Действовали, как и в бою, слаженно. Вана вытащили с мероприятия настолько виртуозно, что тот и сам не понял, в какой момент перестал слышать рассуждения какого-то чина из стархов, и оказался в небольшой, но по-холостяцки уютной квартире демона. Что-то типа офицерского общежития, где жил и Рауле, располагалось неподалеку от Управления.

Измученные ожиданием организмы только этого и ждали. Гулянка началась еще до того, как за последним из гостей закрылась дверь.

Накрытый стол стоял у стены. Бутылки, бокалы, стаканы, кружки, тарелки с закусками. Мясо и овощи, порезанные крупными кусками, зелень, местные деликатесы из ближайшей лавки и довольно приличная по размеру чашка с салатом. Похоже, демон успел обаять кого-то из столовой. Сам он на такие подвиги был способен, но не ради подобного мероприятия. Я понимаю, если бы для девушки…

Я его девушкой не была, но для меня он когда-то готовил.

— Тебе от Леи привет. — Аронов воспользовался тем, что я пристроилась на подоконнике, наблюдая за остальными, и тут же оказался рядом.

Первые тосты уже отзвучали, спиртное, которого хватало на любой вкус, сгладило мгновения притирки. Народу собралось много — сразу следом за мной и капитанами, появились и ребята из моего экипажа. Тарас сказал, что их привело чутье. Я была уверена, что вовремя сброшенное сообщение на комм.

Как часто бывает в таких разномастных компаниях, разговор сначала не клеился. Вроде и есть о чем поговорить, но… кто посматривал на нашивки Таласки, кто тушевался, случайно натыкаясь на острый, оценивающий взгляд Вана. И свои, но каждый из них был как-то связан со мной, между собой они редко когда общались.

Все исчезло в один миг.

«Мы всегда будем помнить», — произнес Дарил, поднявшись и залпом выпил спирт из стакана. Бокалов на всех не хватило, да и вином мало кто баловался, предпочитая, что покрепче. Мне врачи алкоголь временно запретили, пока окончательно не пройдут последствия контузии, так что я попивала сок, приготовленный заботливым демоном.

Следующим встал Тарас — отдувался за меня, как-никак помощник, потом Стельков, потом…

Наплевав на заботу ангела и требования медиков, я закончила круг, плеснув в пустой бокал на глоток спирта. Традиции нарушать я не собиралась.

«Мы всегда будем помнить», — прозвучало в комнате в очередной раз, закончившись моими судорожными попытками сделать вдох. Как пить эту жидкость я знала чисто теоретически.

Вот после того, как мне хлопали по спине, пытались всунуть в руку то кружку с водой, то кусок хлеба, настороженность и ушла, оставив после себя лишь желание расслабиться среди таких же счастливчиков. Тех, кому удалось выбраться.

— Как она? — Я сделала вид, что безумно заинтересована его ответом.

Сашка на мой обман не поймался.

— Все еще надеется, что ты сменишь гнев на милость.

— Нам с ней детей…

— Знаю, — перебил он меня. — Искандера ты так к себе и не подпускаешь.

— Ты решил сводником подработать? — язвительно уточнила я, тонко намекая, что не стоит ему лезть в наши с адмиралом отношения. Впрочем, об отношениях говорить тоже не стоило. Эти два с лишним месяца каждый из нас жил своей жизнью. Что радовало, на моей службе наш разрыв никак не отразился.

— Тебе помощник не нужен? — пьяно поинтересовался у Александра Тарас, в сложном маневре проходя мимо нас. Наклонился ко мне, почти коснувшись губами лица. — Я бы мог.

— Иди, ангел, иди, — оттолкнула я Тараса от себя.

Того качнуло, но равновесие он удержал. Посмотрел на меня вполне осмысленным взглядом и, как-то сразу поникнув, направился к креслу неподалеку.

— Умеешь ты над мужиками измываться! — с надрывом произнес Аронов, но тут же заговорил о другом. — Кими беременна, тогда уже четвертый месяц шел. Будет сын, она хочет назвать его Камилом, в честь Рауле. Наследник их рода.

Я пожала плечами, чтобы скрыть растерянность. Такого поворота событий я даже предположить не могла.

А Сашка продолжил, словно не замечая моего состояния.

— Дочь-то у нее погибла. Считалось, что во время ритуала посвящения стихии — такое иногда случается, но в ходе расследования выяснилось, что это была акция устрашения. Когда Кими догадалась, в чем оказался замешанным ее муж, пошла к каниру.

— Не понимаю! — прошипела я, едва дослушав. Хотелось кричать, но привлекать к себе внимание я не собиралась. Это был наш разговор. — А ребенок-то при чем?

— Девочке было всего два года, в это время мать чувствует свое дитя, как саму себя. Сиеш хотел продемонстрировать ей, что будет испытывать Дарис, если ему придется убить и ее.

— И зачем ты мне об этом рассказал? — полюбопытствовала я, заставив себя успокоиться и рассуждать здраво. Рассчитывать, что эти игры закончатся лишь потому, что я этого хочу, не приходилось.

— Аршан будет инроком мальчика, заменив ему отца. Кими хочет, чтобы ты стала его инорой.

Вместо того чтобы порывисто вскочить и высказать все, что я думаю об этих методах обработки, я спокойно спросила:

— И когда это должно произойти?

Несмотря на двусмысленность вопроса, ответил Аронов именно на тот, который подразумевался.

— Обычно до года, но в случае этого ребенка, чем раньше, тем лучше.

— Хорошо, — согласилась я, чувствуя в душе, что это решение правильное, — передай Кими, что я буду инорой ее сыну. И… — сделала я паузу, соскакивая с широкого подоконника, — Лее — привет. Пусть присмотрит за сестрой.

Заверить меня, что он все сделает в лучшем виде, Александр не успел.

— Я хочу сказать речь… — Громогласный рев Тараса заставил поморщиться и обернуться.

Ангел, покачиваясь, стоял на стуле и, размахивая стаканом, требовал тишины.

— Образумь его, — попросила я Дарила, проходя мимо него к стоявшему в сторонке Рауле. Тот общался с Таласки, но тема, похоже, была неприятна им обоим. — Игорь, — перебила я майора на полуслове, прислушиваясь к тому, какими словами ангел объяснял демону, что тот предатель и куда ему после своего предательства стоит идти, — ты сможешь мне завтра организовать встречу со Штормом? Но так, чтобы отец не знал.

— Со Штормом? — тут же изменился в лице Таласки. — Опять что-то задумала?

— Ни на что хорошее я уже не способна? — со стервозными нотками в голосе поинтересовалась я. — Или напомнить, как в кангорате я Союзу расположение скайлов своими нервами добывала?!

— Ничья! — встал между нами Рауле. Кажется, меня, и правда, занесло. — Тимка по тебе соскучился. Не хочешь сбежать?

Упоминания о зайце оказалось достаточно, чтобы гнев исчез, словно его и не было. Но так просто сдавать позиции я не собиралась.

— Так устроишь или мне самой к Славе обращаться?

— Время и место сброшу на комм, — скривившись, отозвался тот и счел за лучшее отправиться к столу. Знал, что когда я в таком состоянии, со мной лучше не связываться.

Он был прав. И не только во второй раз.

Я действительно задумала. И уже давно.

* * *

— Я хочу предложить вам сделку, — вместо приветствия выдала я, закрывая за собой дверь.

Прошла вперед, без приглашения села в кресло. Кожа скрипнула подо мной, разрушив мгновение тишины, значения в которой было больше, чем в сказанных мною словах.

Шторм задумчиво оглядел свой кабинет, словно не узнавая, потом сдвинул в сторону распечатки, освобождая часть стола. Действие не имело смысла, но я обратила внимание лишь на то, что он, как и отец, предпочитал работать с бумагами, а не читать с экрана.

Потерев подбородок и проведя пальцем по усам, несколько растерянно пробормотал:

— Интересное начало. Продолжайте, капитан.

Я и воспользовалась предложением, за тем и пришла.

— Я собираюсь совершить феерическую глупость. Мне нужно ваше прикрытие.

Вчерашний вечер закончился намного интереснее, чем начался. Хотя бы лично для меня.

Мы с Рауле постарались исчезнуть как можно незаметнее. Не уверена, что нам это удалось, слишком многие очень явно отводили глаза, но ни останавливать, ни предъявлять с утра претензии никто не стал. Как и выговаривать, что в свой крошечный номер в гостинице при Управлении я так и не вернулась. Проговорили мы с Камилом всю ночь. Хватило и воспоминаний, и наметок на будущее.

Жил он в том же крыле общежития, что и Дарил, только несколькими этажами выше. Квартира небольшая, тоже уютная, пусть и совсем по-другому, нежели у демона. Мой бывший помощник предпочитал утонченный аскетизм. Ничего лишнего, но при этом все отменного качества и с индивидуальностью. Для Рауле оказалось важно другое. Вокруг мягкие линии, теплые оттенки. Взгляд легко скользил по стенам, мебели, полу, ни за что не цепляясь, не натыкаясь даже на малейшее проявление диссонанса.

Мне у него понравилось. Осознала я это уже значительно позже, в первые минуты было не до того.

На Таркане я была уже десять дней, но девять из них провалялась в госпитале. Выписали как раз перед награждением, так что времени на визиты физически не было. Сам Камил решил этот вопрос проще — навещал по два раза на день, а вот нашего четырехлапого хищника не пустили. Только и смогла, что насмотреться на него из окна.

Тимка встретил нас на пороге, видно, почувствовал, как мы подошли. Прыгнув, плюхнулся мне на руки и затих, упершись пуговкой носа в грудь и обнимая… ушами. Ощущение покоя было настолько полным, что казалось сродни смерти. В отличие от настоящего небытия это не пугало.

— На откровения рассчитывать стоит? — Словно отойдя от изумления, Шторм развернул кресло боком к столу, закинув ногу на ногу, откинулся на спинку. — Или мне придется обойтись общими чертами?

Я усмехнулась, поднимаясь. Внутри плевался огнем вулкан из противоречивых чувств, собственная наглость требовала движения.

Прошлась по кабинету, весьма скромному для личности такого масштаба, как Вячеслав Шторм. Шесть шагов туда, шесть обратно.

— Удивительное зрелище — покладистый полковник Шторм.

Тот не шевельнулся, только улыбка чуть тронула губы, делая его обманчиво добродушным.

— Не менее удивительное, чем Наталья Орлова, желающая побеседовать со мной так, чтобы ее отец об этом не узнал. Знаешь, мне пришлось постараться.

Я пожала плечами, мол, как хочешь, так и понимай. Тот склонил голову, на мгновение став похожим на безумного ученого, собирающегося препарировать очередного подопытного кролика.

Решимость тут же пошла на спад, пришлось сжечь за собой мосты.

— У меня есть выход на Асхана.

Особого восторга я на его лице не заметила, Слава смотрел то ли на меня, то ли через меня, но выглядел при этом до обидного равнодушным. Правда, владел он собой не хуже скайлов. Должность обязывала!

Секунды убегали, рождая сомнения в собственном плане, а Шторм продолжал молчать. И не поймешь, испытывал ли мое терпение, или просто со всех сторон взвешивал перспективу пойти против генерала Орлова.

— Не верите? — первой не выдержала я. Как-никак, его опыт был богаче моего.

Он очнулся, избавляясь от задумчивости, посмотрел на переплетение пальцев, сложенных на колене ладоней.

— Почему же, — оторвался он, наконец, и от их созерцания, — верю. Ожидал чего-то подобного после того, как ты осчастливила нас куском той записи.

Среагировала я на рефлексах. Не такому научишься, пообщавшись со спецурой.

— Там дальше я целуюсь с Тарасом, не хотела никого смущать, — на мгновение потупилась я, чтобы тут же дерзко посмотреть ему в глаза.

Полковник невинно улыбнулся.

— С вами, женщинами, и не угадаешь! — Чуть помедлил, принявшись разглядывать меня, словно видел впервые. — Тем ты и занималась оставшиеся девять минут, пока не вернулась в зал. Заметь, я уже отнял время, которое ты шла по коридорам.

Краснеть от смущения я уже давно перестала, но стыдно было. А то не знала, с кем собралась тягаться!

— Вы там были?

— Игорь, — вопреки мелькнувшим сомнениям, ответил Шторм. — Ему не повезло. Информация о встрече у нас была, но мы ждали контакт внутри помещения.

— Но разве это что-то меняет?

Полковник поднялся рывком, одним движением напомнив, с кем я собиралась играть.

— Нет, — качнул он головой. Обойдя стол, так и остался стоять рядом с ним. — Банкуешь ты, я могу только согласиться на твое предложение или…

— Или? — поторопила я, чувствуя, как вновь сметает все в душе азарт.

Прав был Индарс, когда утверждал, что хатч — своеобразный индикатор. Можно знать правила и даже вырывать из рук противника победу, но не получать при этом никакого удовольствия. Но таким, как мы с ним, нужен не выигрыш, а схватка, то самое ощущение, когда ты — на грани. Когда даже дыхание, взгляд, жест, либо противник, либо союзник.

А победа?! Лишь приложение к наслаждению, которое ты испытал.

Шторм был той же крови. Но об этом я знала уже давно, жаль, сразу не поняла, что он, скорее, друг, чем враг.

— Через час генерал Орлов проводит совещание, мне быть обязательно. Если мы не успеем…

— Если проблема только в этом, — улыбнулась я игриво, — то все в наших руках. — Продолжала я уже серьезно. — У меня к Асхану личные претензии. Как и к Ивару с Шахином. Но я готова отдать бывшего канира вам, оставив себе последних двоих.

Тот задумался лишь на мгновение.

— И методы, которыми ты собираешься действовать, будут не совсем законными? — уточнил он, выбив пальцами незнакомую мелодию на крышке стола.

Не скажу, что меня это отвлекало, скорее, было любопытно, что же может крутиться в его голове в такие моменты.

— Не совсем законные они с точки зрения нашивок капитана третьего ранга Службы внешних границ. — Сердце билось четко, но торопливо. Адреналин за штурвалом корабля был для меня привычнее. Чтобы успокоиться, отошла к двери, постояла там пару секунд, качнувшись с носка на пятку и обратно. Развернулась резко, чтобы не передумать. — Я не собираюсь щадить ни того, ни другого. Понимаю, что вам хотелось бы с ними пообщаться, гарантировать, что сдержусь — не могу. Все, на что я способна — задать им некоторые вопросы.

Шторм выглядел все так же расслабленно. И даже во взгляде не было ничего, что могло натолкнуть на мысль о его профессиональной деятельности. Его выдавали только знаки на форменном кителе. Не будь их…

Мне они были не нужны, чтобы осознать, кому именно я делаю сейчас предложение.

— Кто, кроме твоего экипажа, собирается отбыть в отпуск?

— Вы согласны? — Я подошла к нему вплотную.

Опасная близость, но я уже переступила ту черту, когда можно было отступить.

— Неравноценный обмен, не находишь?

Он не шевельнулся, лишь повел головой, словно давил воротник, но я едва не отшатнулась, только сейчас догадавшись, что голову в петлю я уже засунула.

— Лавры победителя — этого мало? — наивно удивилась я.

— А если проиграешь? О моей репутации ты подумала?

— Если я проиграю, — не отвела я взгляда, — ваше прикрытие мне будет ни к чему.

— Вот поэтому я и спрашиваю, кого берешь с собой? — Когда мое молчание стало слишком заметным, он добавил. Жестко: — Если я ввязываюсь в твою авантюру, то только на одном условии — ты возвращаешься живой и невредимой. Извини, девочка, — он сумел обойти меня, не коснувшись, — но твоему отцу я обязан больше чем должностью. Своей жизнью. Платить черной монетой за все, что он для меня сделал, я не собираюсь.

Хотелось огрызнуться и послать его к моим любимым демонам, но я не спешила поддаться собственным желаниям. Он был прав. Месть — местью, но голову при этом терять не обязательно.

Конечно, шансы расквитаться с Шахином при таком раскладе казались минимальными, но… важнее было другое. Подставлять ребят и рушить то, что с таким трудом создавалось, не входило в мои планы.

— Дюша… — Я осеклась, назвав своего технаря прозвищем, но Шторм дернул ладонью — продолжай. — Дюша отправляется на Землю, Рустам остается стажером у Стелькова. Дарил со мной.

— А Рауле?

Мне оставалось только пожать плечами. Неужели я настолько предсказуема?!

— Рауле тоже.

Как ни странно, но демонстрировать удовлетворения Слава не стал.

— Таласки будет ждать тебя на Ярлтоне. Вся координация операции будет на нем.

— Откуда ты про Ярлтон…

От изумления я даже скатилась на «ты». И только после того, как произнесла, была вынуждена недовольно качнуть головой. Действительно, предсказуема. Стоило вспомнить про Дарила, как наиболее удачный вариант нашего исчезновения становился очевидным.

То, что я отправилась в отпуск в столицу демонов, удивить никого не должно. Там был мой сын, да и император Хандорс приглашал в гости, обещая незабываемый отдых. Не воспользоваться таким предложением было глупо.

Сопровождение в лице бывшего помощника тоже прекрасно вписывалось в эту легенду. И к отцу с отчетом, и со мной, как в старые добрые времена. Ну а ребятам… никто и нигде их не ждал, так что, не все ли равно.

— Хорошо, — кивнула я, — Таласки, так Таласки. Могло быть и хуже.

— Могло, — согласился Шторм, бросив быстрый взгляд на табло. Час пролетел слишком быстро. — Считай благодарностью за то, что сама пришла ко мне.

— Так, значит…

Договорить он мне не дал. Взгляд был жестким, бескомпромиссным.

— Мы своих не бросаем. Даже когда они отказываются признавать, что — свои.

Добавить к сказанному было нечего, да и отпущенное время окончательно истекло. Полковник не торопил, но я знала, что опаздывать, даже имея на то причины, он не любил.

Вышли мы вместе. Он, предупредив, что вся связь — через Игоря, свернул к лифту, я предпочла спуститься по лестнице. Нужно было привести в порядок и чувства, и мысли, которых оказалось больше, чем хотелось.

Пока наша прогулка на Гордон была далекой перспективой, все выглядело легко и просто. Пришел, нашел…

Наверное, Шторм был прав. Год службы изменил меня, и все, что шло за этим злополучным «нашел» больше не воспринималось, как нечто достойное.

Дойти в своих размышлениях до желания отказаться от собственных планов мне не удалось. В вестибюле первого этажа ко мне подошли два гвардейца императора.

Меня немедленно хотел видеть Индарс.

* * *

Последняя встреча с Хандорсом оставила у императора стархов странное впечатление, напоминая экилибр.

Тот самый, который всегда предпочитала Таши.

Оно мешало сохранять разум холодным, а восприятие — отстраненным. Срывало маску, к которой привык за почти тридцать лет правления. Напоминало, что в его жизни когда-то был не только долг, но и… мечты. Несбыточные, забытые, но… его собственные.

Возрождало ощущение клетки, в которую его заперло бремя власти, лишив надежд и назвав Песчаным львом.

А еще заставляло возвращаться мыслями к ней. Все еще свободной и… желанной.

Записи с дальнего разведчика, отправленного на планету, названную Таши вторым Харабом, он не уничтожил. Не мог, не имел права. Но доступ к ним ограничил до одного себя.

И все равно тревожно спал ночами, просыпаясь от предчувствий, в которых была она.

Спеца, который изучал данные, чтобы прийти к тем же выводам, к которым пришел и он сам, но лишь на основании знаний о самой Наташе, приказал казнить. Это был компромисс между пусть и не клятвой, но произнесенным словом и потребностью знать, иметь возможность предугадать. Защитить, если придется. Даже вопреки ее воле.

Его чувство к этой женщине больше не было наваждением. Он не терял рассудка, когда думал о ней, не пылал, как влюбленный юноша, стоило услышать ее имя.

Любовь к Таши стала тихой и послушной. И сладостной в воспоминаниях о той единственной ночи, что у них была.

— Я знаю, насколько высоко оценили эту операцию император Хандорс и кангор Синтар, не говоря уже о правительстве Союза.

Адмирал безмолвствовал, даже не сделав попытки вставить свое слово во время короткой паузы. Ему оказалось достаточно одного брошенного на старха взгляда, чтобы понять — его вызвали не для того, чтобы он говорил. Ему предстояло слушать. И делать выводы.

Не из сказанного, из того, о чем император промолчит.

— Я согласен с ними, — продолжил Индарс, с удовлетворением отметив, что его все еще соперник, правильно догадался о смысле приглашения, — и готов повторить за ними, что уничтожением этой базы вольных Служба внешних границ заявила о себе, как о силе, способной влиять на жизнь Окраин.

Искандер чуть склонил голову, благодаря. Ему, как главе этой самой службы было приятно слышать столь высокую оценку из уст старха. Знал, что Индарс льстить не будет.

Но тот вроде как и не заметил.

— Разработка операции достойна отдельного упоминания. Не только грамотно, но и с точным балансом разумного риска.

Опять мгновение тишины, уже с иным оттенком.

Легкий намек, но Искандер его не пропустил.

— В подготовке плана принимала участие и капитан Орлова. Идея принадлежала именно ей.

Индарс повернулся к адмиралу — все это время он стоял у окна, смотря на парк, улыбнулся… то ли понимающе, то ли… с горечью.

— Я видел ее имя. — Император провел кончиками пальцами по прохладному мрамору подставки для цветов. — Обычно она не повторяется…

— Не повторяется? — не столько заинтересованно, сколько уточняя, спросил адмирал, забыв о собственных догадках.

Внешне бесстрастный, уверенный в себе, в душе он не был столь спокоен. Сомнениями не терзался, знал, что не отступится, просто давал Наташе возможность принять те изменения, которых было немало вокруг нее. И ждал.

Допускал, что напрасно, но надеялся, что чутье не подведет и сейчас. А оно убеждало, что все еще рано.

— Мой заказ, — задумчиво произнес Индарс. — Она не рассказывала вам, как мы познакомились?

Дождавшись безмолвного ответа Искандера, указал ему на кресло.

Не успел тот присесть, как в кабинет вошел верный, неся поднос со сладостями, которые на Таркане подавали к легкому местному вину. Спустя еще минуту, на столике появились тонкостенные кубки из черного прозрачного камня и в пару им кувшин.

Вино император разлил сам. Первым сделал глоток, первым прихватил изящными серебряными щипчиками дольку лакомства.

— Это было чуть больше четырех стандартов тому назад. Вам, адмирал, наверное, известно, что одной из самых больших моих страстей является страсть к игре в хатч.

Искандер пригубил вино, кивнул, и, подтверждая слова императора — секретом это не было, — и, отдавая должное напитку. Индарс ответил легкой улыбкой.

Их перемирие все еще продолжалось.

Это была ее заслуга.

— Считается, что придумали ее демоны, отсюда и первые игровые карты, названия игроков и кое-какие нюансы правил. Изучение прошлого хатча и коллекционирование его образов, которые иногда очень сильно отличаются от своего изначального вида, стало моим увлечением еще в юности. С тех пор мало что изменилось.

— Наташа неплохо играет.

— Как и вы, адмирал, — поднеся кубок к губам, с намеком произнес Индарс. — Вы ведь тоже заядлый игрок?

Искандер расслабленно откинулся в кресле, поставив кубок на подлокотник.

— Это не азарт. Хатч прекрасный инструмент для настройки мышления. Мы изучаем его во время подготовки высшего офицерского состава.

Во взгляде Индарса мелькнуло изумление вперемешку с раздражением. Это было понятно — любимая игрушка…

— Вы заблуждаетесь, адмирал, — не терпящим возражения тоном отрезал он, но мгновение неудовольствия было кратким, продолжил император уже мягче. — Но сейчас это не имеет никакого значения. Мой рассказ о капитане Таши. — Индарс вновь сделал паузу, собирался с мыслями. Коснулся губами кромки кубка, вдохнул аромат вина. Такой же непредсказуемый, какой была и его чужая возлюбленная. — Мой… осведомитель сообщил, что на одной из планет в секторе Приама он слышал об игровой карте, носящей странное название «Галактика Белая». Но не то было удивительным, что мне о ней не было известно, заинтриговало другое. Для игры использовали не ИИ, а шестигранную пирамиду, вырезанную из двух видов дерева, с белой и черной древесиной. Каждая ее ступенька была украшена резьбой — символами, которые очень напоминали обозначения с навигационных карт. А фигурки персонажей одной из сторон выглядели, как демоны. Только одно отличие: вместо императора возглавляла их императрица.

Индарс замолчал, задумавшись.

Искандер торопить не стал, хотя и мог сделать кое-какие предположения. Не о создателях, а о том, как именно Таши добилась этого заказа. Был уверен, что старх не стал бы по собственному желанию нанимать перевозчицу-женщину.

В его мире о таком и помыслить было трудно.

Впрочем, Искандер понимал, что не ему судить об этом.

Тишина не была гнетущей, как и их мысли.

Один думал о том, что время, когда ему придется сделать выбор, приближается неумолимо. В осознании этого не было чувств — еще один факт, который стандарт тому назад он воспринимал бы значительно трагичнее, чем сейчас. Другой…

Для Индарса эти мгновения были наполнены воспоминаниями и ассоциациями.

Разговор с императором Хандорсом, его стремление выйти за пределы Галактики в поисках тех, кто был предками его расы, Хараб-два с уничтоженной руками Таши базой древних, его невероятные предположения о том, что еще нашла бывшая перевозчица на планете, когда-то населенной древними.

У него не было доказательств, но… мало кто знал Наташу так, как он, мало кто был способен понимать ее настолько, насколько понимал он.

Она всегда выбирала экилибр. Это что-то, да значило.

— Таши попала в мой дворец хитростью. Зная, кем является Дарил, я не мог отказать ему в гостеприимстве. Она пришла с ним. Я был к этому готов. Как только «Легенда» дала аварийный код, я предположил подобный вариант, потому и разузнал о перевозчице все, что мне оказалось доступно. Не так уж много, сведений о том, что она — дочь генерала Орлова там не было, об этом я узнал только от него самого стандарт назад, но об ее пристрастии к хатчу в полученном досье информация присутствовала. Я предложил игру, она — согласилась. Безудержная страсть и осторожность, риск, непредсказуемость, наивность, которая неожиданно оборачивалась тщательно продуманной ловушкой. Ее учителем был демон, это выглядело очевидным, но она перекроила их манеру игры под себя, став достойным соперником.

— Она поспорила с вами? — Искандер не столько спросил, сколько разбавил монолог Индарса.

В улыбке императора была видна ирония. Над самим собой.

— Она поспорила со мной. — Старх на мгновение прикрыл глаза. — Нет, она не выиграла, но и я не добился триумфа. Груз она забрала без проблем — отсталый мир, игра была куплена за совсем смешные кредиты, да и то Таши переплатила, а вот на обратном пути в очередной раз нарвалась на Шахина. Уходила через охранную зону Кортеса. Рудники Приама — неприступная крепость в космосе. Обратно дороги нет — вольные, идти вперед — патрульные крейсера Приама стреляют без предупреждения.

Искандер кое-что знал о прошлом Наташи, но подробности заказов ему известны не были.

Не делилась она своими победами. Поражениями тоже не делилась. Только она и ее экипаж. И все сама, сама… сама.

Достойно уважения, но что будет, когда не сможет, не выдержит? Когда их не окажется рядом…

Думать об этом было тяжело, а не думать — не получалось.

— Тогда Таши села на хвост патрулю, на защиту она никогда кредитов не жалела. Вот так, четверо суток через всю зону к нему вплотную и шла под прикрытием искажающих полей. А навигационные карты потом уничтожила, чтобы случайно в чужие руки не попали.

— Принципы.

— Принципы, — согласился Индарс, поднимаясь. — Не предавать, не подставлять, просчитывать последствия своих действий. Рисковать, зная, ради чего она это делает. А еще… любить, отдавая всю себя, и уходить… навсегда.

— Вы хотите… — Искандер вставал медленно, аккуратно отставив кубок на столик. Но не нужно было быть эмпатом, чтобы ощутить, чего стоила ему эта сдержанность.

— Да, адмирал, я хочу, чтобы вы от нее отказались, как отказался я. Не стоит делать ее жизнь сложнее, чем она уже есть.

— Но…

Император прервал канира. Жестко.

— Никаких «но». Ни у вас, ни у меня никогда не было шансов. Мы не можем дать ей то, что сделает ее счастливой. Лишь необходимость забыть о том, что дорого, лишь выбор, который она будет вынуждена сделать. Если и правда любите, пощадите.

— Я не отступлюсь! — твердо произнес Искандер, отходя к двери.

Он и сейчас правильно понял, говорили не император и канир, а двое мужчин, которым было что делить.

— Отступитесь! — так же категорично отозвался Индарс. — Как только примете, что я — прав.

* * *

Только поднявшись из подземки наверх, я поняла, куда именно завела меня опустошенность после разговора с Индарсом. Тот самый район, где когда-то жил дознаватель службы розыска Камил Рауле.

Разыскником он быть не перестал, как и Камилом Рауле, вот только его жизнь, так же, как и моя, сделала крутой вираж, выдав новые правила игры. Задаваться вопросом, к лучшему или нет, было еще рано, но предательское желание, чтобы этого не было, иногда возникало.

Дорожка тянулась через парк к жилому комплексу. Я была там один раз, но этого оказалось достаточно, чтобы не забыть до сих пор. Стояночная площадка для каров, вокруг нее двухэтажные дома на две квартиры.

Тогда вечер был поздним, сейчас лишь начинало темнеть. Вот только на душе такая же пустота. Словно опять на краю, словно опять одна…

В тот раз все закончилось для меня смертным приговором, в этот я пыталась вывести нас всех из-под трибунала.

— Кажется, встреча с императором довела тебя до бешенства?

Мне потребовалось усилие, чтобы не вздрогнуть, услышав за спиной голос жреца. Его появления я даже не ощутила.

— Скорее, лишила уверенности, — сдержанно улыбнулась я, оборачиваясь. — Давно следишь?

— С утра, — подошел тот ко мне. Цивильная одежда сделала Камила моложе, как и небрежно зачесанные назад волосы. Я настолько привыкла к нему за последние три месяца, что за внешней привлекательностью начала замечать то, что в глаза не бросалось. Внутренняя сила и… одиночество. Или мне просто хотелось видеть в других то, что я ощущала сама? — Игорь попросил присмотреть.

— Заботливый!

Камил ничего не ответил, словно не заметив иронии, и, оставив меня разбираться с собственными мыслями, направился в сторону своего бывшего дома. Пришлось догонять. Не у одной у меня, видно, душа чего-то требовала, не высказываясь прямо.

Пятнадцать шагов… Еще один рубеж. Взгляд машинально возвращался к той калитке, где во время визита к тогда еще незнакомому мне Рауле стояли три офицера. В тот день на мне был пояс с айо.

— Ты не уверена в своем решении?

Камил тронул меня за плечо, заставляя не только остановиться, но и повернуться к нему. Я не заметила, как вновь оказалась впереди.

— Скорее, использую последний шанс передумать.

Жрец смотрел на меня задумчиво.

— Мне показалось, ты уже дала команду на взлет.

Я смущенно развела руками — не оправдала надежд. Я бы сказала, что сожгла все мосты.

Но вместо этого вырвалось другое:

— Он все знает!

— Император? — как-то подозрительно равнодушно уточнил Рауле.

Удивляться его догадливости не стоило, я никогда не забывала, кем он был в своей первой жизни. Как и причине моей доверчивости. Камил не пытался делать что-то за меня.

Сейчас — тоже.

— Он расспрашивал про кангорат, рассказывал о визите отца Дарила на Таркан, делился своими впечатлениями, сожалел, что мы так и не увиделись после моего возвращения от скайлов, журил за безрассудство. А у меня все это время в голове вертелось только одно — Хараб.

К моим словам Рауле отнесся весьма серьезно. В какой-то мере это радовало. Паранойей страдала не только я.

— «Дальнира» там больше нет, даже если он отправит экспедицию, ничего не найдет. «Зверь» у Артура, Индарсу до него не добраться. Заставить говорить кого-то из нас…

— Он дал слово, что не будет претендовать на эту планету.

Мое очередное откровение если и вызвало его интерес, то, скорее, практический.

— Беспокоит, что сделал это ради тебя?

Я усмехнулась:

— Признаться, беспокоит. Не люблю быть кому-то должной.

Теперь в невеселой улыбке скривился уже Рауле.

— Заметил. Но ты зря принимаешь его обещание на свой счет. — Заметив любопытство в моих глазах, продолжил: — Не обманывайся его масками. Он — император. Уверен, у Индарса были и иные основания отказаться от Хараба.

— Обидно, — пожала я плечами. Обидно не было, просто… пусто.

— Еще лет десять, и он передаст власть сыну. Тот вполне готов продолжить дело отца.

— Это ты о чем? — поинтересовалась я, несколько опешив от подобного заявления. Намек слишком явный, чтобы не понять, но попытаться стоило.

— О тебе и о нем, — все так же, поразительно бесстрастно ответил он, проигнорировав мое желание избежать этой темы.

Когда после короткой паузы заговорил вновь, можно было делать вывод, что сегодняшний день и закончиться решил сюрпризом.

— Меня взяли под стражу сразу, как только тебя забрали гвардейцы. Я присутствовал при этом, но ты меня не заметила. Ни обвинений, ни допросов. Камера. Завтрак, обед, ужин… О себе я не беспокоился, а вот твоя судьба меня очень интересовала. Я был уверен, что Артур найдет способ тебя вытащить — сигнал опасности ушел, но… все решало время. Он мог просто не успеть. А через семь дней меня неожиданно привели к императору. Тот встретил… сердечно. С добродушной улыбкой заверил, что предпочел бы меня казнить, чтобы другим неповадно было, но пообещал кангору Синтару сохранить мне жизнь. Потом предложил разделить с ним трапезу — ему было скучно, сам налил мне вина, задал первый, вполне невинный вопрос. Разговаривали мы долго, но о тебе не было сказано ни слова, он лишь вскользь упомянул, что ты покинула империю. Мое прошлое, настоящее и… возможное будущее.

— Но тебе хватило и этого, чтобы сделать правильные выводы, — небрежно заметила я, мимоходом размышляя о том, что моя судьба оказалась богата на удивительные встречи и неординарных знакомых.

Не положи я восемь стандартов назад рапорт на стол командира…

В нынешнем настроении мне не стоило обращаться к памяти о тех днях.

— Он любит тебя.

Я взгляда не отвела.

— Я не люблю его.

Рауле развел руками, словно говоря, что вот как раз с этим ничего поделать не может, и неожиданно спросил:

— Тебе известно, за что Индарса прозвали Песчаным львом?

Я качнула головой, слегка расслабилась. Тему разговора он сменил своевременно. Неизвестно, как далеко она могла нас завести.

— А хочешь узнать?

Камил брал на «слабо», хоть этого и не требовалось. Я знала Индарса давно, но уже не раз убеждалась, что он так и остался для меня непознанным.

Вроде бы и весь на виду, но каждый раз — новый.

Вроде, каждая наша игра приоткрывала еще одну его грань, но, сколько же их оказались скрытыми!

Мое молчание было красноречиво, а его следующий вопрос заставил признать, что существенный пробел обнаруживался и в моих знаниях о стархах.

— А про Кандуэрский инцидент слышала?

Я тяжело вздохнула, но Рауле мое замешательство нисколько не смутило. Он еще раз оглянулся на дом, в котором жил до встречи со мной и, решительно развернувшись, направился обратно к парку. Мне опять пришлось следовать за ним.

Был в этом какой-то намек, только я его не понимала.

Он дождался, когда я окажусь рядом, только тогда и заговорил, продолжая идти неспешной походкой. Подстроиться под его темп оказалось довольно легко, тело расслаблялось, без сопротивления заимствуя ритм его движений.

— Произошло это двадцать семь лет тому назад, в последний год правления отца Индарса, императора Сазера. Тот был еще не стар, всего лишь около семидесяти, но слаб здоровьем и, что было важнее для его подданных, характером. Недовольных его недальновидными решениями становилось с каждым днем все больше, требования передать власть сыну — все громче. Но тот тянул, словно чего-то выжидая. А ведь его наследнику уже исполнилось сорок, далеко не мальчик.

Индарсу не было и пятидесяти… Я сравнивала и делала выводы, понимая, что о смысле этой истории мне придется догадываться самой.

— Он был вторым?

Рауле на меня даже не посмотрел.

— Третьим. Шансов когда-нибудь править стархами у него не было. Но, говорят, он об этом не сожалел. Его будущим был космос. Блестяще законченная военно-космическая академия, еще курсантом Индарса занесли в списки действующего состава флота. Через половину стандарта после выпуска сменил погоны лейтенанта, на старшего. Отличился во время знаменитой трехдневной войны.

Я невольно усмехнулась. На выпускном экзамене по новейшей истории военных конфликтов в Галактике, мне попался именно этот вопрос. Помнила я его до сих пор.

Да разве такое забудешь?! Глупо, но… поучительно.

Началось все на спорной планете, на границе секторов. Ее жители считали себя свободными, стархи — своими, приамцы… тоже. Но разобраться в том, кому же она принадлежит, никто не торопился. Когда других проблем много, не до таких мелочей.

Время от времени в зоне случались стычки между пограничниками. То те постреляют, то эти ответят. Но ничего серьезного, обходились без скорбных известий. А на местных праздниках так и вообще вместе гуляли, так что все уже давно перезнакомились.

Вот на одном из них все и началось. Два парня влюбились в одну молодку. А та, вместо того чтобы определиться или отправить обоих восвояси, начала строить глазки. То с одним станцует, то у другого на коленях посидит.

Все дальнейшее произошло быстро и неожиданно. Драка один на один переросла в выяснение, чья раса сильнее. Сначала спорили только на поверхности, потом в воздухе, потом и на орбите.

Результат стычки: до десятка уничтоженных катеров с каждой стороны, малый крейсер у стархов, средний у приамцев. И два флота в системе, выстроившиеся в боевой порядок.

Противостояние длилось трое суток. Закончилось оно договором, закрепившим право свободной торговли с этой планетой и для империи, и для шейханата. На тот момент самое оптимальное решение для всех сторон.

До этого дня имя посредника императора Сазера — Индарса, я не связывала с нынешним правителем. Как оказалось, напрасно. Именно ему и удалось погасить конфликт до того, как стало слишком поздно.

Рауле моей прогулки в воспоминания не заметил. Или, что было вернее, не посчитал нужным отвлечься.

— Спустя четыре стандарта он уже был помощником капитана тяжеловеса. Отец протекции ему не составлял, мало кто знал, чьим отпрыском является новоявленный капитан-лейтенант. Это наследник был на виду, остальные сыновья императора сами пробивали себе дорогу в жизни.

— Индарс следует тому же принципу.

Рауле только кивнул, комментировать мою реплику не стал. Хоть и мог сказать, что нынешний император делал это сознательно, в отличие от своего безвольного родителя.

К его рассказу это не имело отношения.

— Но стархам он был известен, — продолжил тот, усмехнувшись многозначительно. Мол, готовься. — Как многократный победитель гонок на скоростных карах.

— Гонщик? — искренне удивившись, оправдала я ожидания жреца.

— Да еще какой! На нем делали состояния и разорялись. Среди знатоков имя пилота Ираса, как он тогда себя называл, звучало легендой. Самые сложные трассы, самые сильные соперники! На Кандуэре он был признанным фаворитом.

— Подожди! — перебила я. — Так ты имел в виду ту самую Кандуэру?!

Рауле остановился, улыбнувшись моему изумлению. Потом кивнул в сторону ажурной скамейки, неподалеку от аллеи.

Он заинтриговал меня настолько, что я даже не вспомнила о том, что темнеет. Впрочем, ограничения на ночные прогулки на женщин — офицеров Службы не распространялись. Индарсу пришлось даже издавать отдельный указ, создавая совершенно не нужный ему прецедент.

— Ту самую Кандуэру, — продолжил он, присев следом за мной. — Ты же там тоже отметилась?

— Была шестой, — поделилась я своим скромным успехом.

Хотя… это, действительно, был успех. Трасса на этой не очень-то и дружелюбной планете в секторе стархов считалась весьма серьезной. На некоторых участках поверхность была буквально усыпана тем, что осталось от разбившихся каров. Попасть в первую десятку — почти чудо. А стать победителем… За это вполне могли и второй раз досрочно присвоить очередное звание. Потому как подвиг, гордость для флота иметь такого пилота.

— А он — первым. Три стандарта подряд. Когда его пригласили в четвертый, на гонку прилетел и его старший брат.

Вот теперь все становилось на свои места. Дальше я могла рассказать и сама, но предпочла продолжить слушать. В пересказе Рауле эта история воспринималась почти, как сказка.

Еще бы не забыть, что имела она отношение к тому самому Индарсу, который сумел всего несколькими словами разрушить мое понимание собственного будущего.

— Покушение? — с капелькой равнодушия уточнила я, пряча за ним вновь всколыхнувшееся бешенство.

Мой партнер по хатчу едва ли не в открытую заявил, что хотел бы для меня семейного счастья, а не политического брака ради укрепления дружественных связей.

Он был прав. Но от этого становилось еще больнее. А его категоричность вызывала опасения.

Мне не стоило дразнить старха и как можно скорее отбыть на Ярлтон.

— Двойное, — подтвердил он. — Одновременно и на правителя, и на его наследника. Сазера предала охрана — личную гвардию сформировал уже Индарс, но спасли верные. Вытащили едва живого из дворца, прятали в старом городе, пока на Таркане царила неразбериха. В войсках разброд, часть подразделений выступила на стороне мятежников, флот сохранил верность присяге. Несколько дней безвластия, в столице и крупных городах беспорядки.

— А наследник?

— Тоже был ранен, но тут спасителем оказался Индарс. Все произошло, когда он первым посадил кар на площадку. Толпа кинулась к нему поздравлять, этим и воспользовались заговорщики. Не ожидали, что победитель успеет среагировать. А он, активировав генератор защитного поля, с помощью импульсника пробился к брату и затащил того в кар. Взлетели они раньше, чем их остановили. Да только уйти не смогли, кар — не катер, подбили. Индарсу удалось дотянуть до края каменной пустыни, там они и скрывались, пока их не забрал подошедший крейсер.

— Заговор возглавлял второй брат?

Рауле моя догадливость не впечатлила.

— Вместе с дядей.

— А что стало с наследником? — поинтересовалась я, продолжая связывать воедино звенья цепочки. В рассказе Камила не было подробностей, но я могла себе представить, что именно стояло за каждым словом. Такие события разительно меняют привычную жизнь, разрушая все и выстраивая заново.

Судя по тому, что я видела вокруг себя, Индарсу это удалось.

— Он жив до сих пор. — Дожидаться моего следующего вопроса он не стал. — Несколько дней без помощи не оставили ему шансов выжить, но Сазер принял решение использовать айо для спасения сына.

— И тот был вынужден отречься от своего права, — скривившись, с горечью произнесла я. Невозможность иметь детей или вероятность генетических изменений у потомства являлись препятствиями для получения титула императора. Жить, но потерять все, что имел. Милосердие или… приговор? — Теперь мне понятно, откуда в Индарсе эта категоричность. Покушение едва не лишило его отца и брата, айо — свободы и возможности летать.

Грустно.

— Сазер умер стандарт спустя, через несколько дней после казни сына. Власть он передал Индарсу.

— С этим все ясно, — поднялась я со скамейки, оглянулась по сторонам. Надежда на то, что окружающий меня пейзаж позволит утихомирить бурю в душе, не оправдались. Одних цветочков-лепесточков для возвращения спокойствия оказалось мало. — А при чем тут песчаный лев?

Камил ответил не сразу. Сидел, застывшим взглядом смотря на аллею, по которой шли два офицера в форме службы розыска. Их лица были знакомы и мне.

Глупо было рассчитывать, что, придя в этот район, мы не встретим кого-нибудь из его прошлого. Но на то они и призраки, чтобы пугать, даже если ожидаешь их появления.

«Очнулся» он лишь, когда те исчезли за деревьями. Нас они заметили, но… Камила не узнали. Было уже совсем темно.

— Когда Индарса и наследника нашли, неподалеку от их убежища валялись останки твари, которую на Кандуэре называют песчаным львом. Твоему императору, защищаясь, пришлось убить его голыми руками. Импульсник к тому моменту разрядился уже полностью. А потом кормить его мясом — брата, сберегая искру жизни, тлевшую в нем. Вот с тех пор, говорят, к нему и прилипло это прозвище.

— А у тебя есть и другая версия? — поинтересовалась я, сделав заметку в памяти. Осведомленность Рауле заслуживала отдельного разговора.

Если версия и была, услышать мне ее не удалось. Как обычно бывало в таких случаях, очень некстати вспыхнул экран комма. Игорь просил меня срочно вернуться в гостиницу. Кар за нами уже вылетел.

* * *

— Ты с ней так и не поговорил? — поинтересовался Орлов у Искандера, отщелкивая верхний фиксатор кителя.

Это был первый вечер за последние четыре месяца, когда ситуация в Службе не требовала их пристального внимания.

После возвращения из кангората — реорганизация и поиски следов Сиеша. Пришлось обращаться за помощью к демонам, стархам и приамцам. Самые незначительные детали в данных пограничных служб могли натолкнуть на догадки, куда именно скрылся щитоносец с мятежным каниром во главе.

И они оба, и полковник Шторм понимали — искать надо в Люцении или на окраинах, но возможности для этого пока не было. Единственная столь крупномасштабная операция еще не победа над вольными. Не годы и даже не десятки лет те ощущали свою свободу и безнаказанность. Сколько еще придется доказывать им силой и упорством, что те времена безвозвратно ушли.

Да и удастся ли?

Генерал Орлов был военным, но в политике разбирался. Сегодня правителям выгодна борьба с контрабандой, завтра… О завтра говорить не приходилось, слишком все изменчиво в их мире.

— Нет! — отозвался скайл, выставляя на стол бутылку шаре и бокалы. Вот-вот должен был подойти Шторм. — Не уверен, что разговор может что-либо изменить.

— Но ты ведь даже не пробовал?!

Недовольство Орлова было понятно. Он беспокоился за дочь, тяготился вынужденной неопределенностью. Узнав Искандера достаточно, чтобы делать предположения, был уверен, что тот не отступился. После его встречи с Индарсом, о которой адмирал поведал ему буквально в двух словах, уверенность стала убежденностью.

А вот отношение к происходящему Наташи ему известно не было. Беседовать на эту тему с отцом она отказывалась. С Таласки, который попробовал поговорить с ней по просьбе генерала, тоже.

Ничего удивительного, девочка всегда была очень самостоятельной.

— И не буду, — равнодушно бросил скайл, аккуратно повесил снятый китель на спинку кресла, до половины закатал рукава рубашки. — Слова ее больше не убедят, нужны действия.

Орлов, уже собиравшийся высказаться, вынужден был проглотить так и не сорвавшиеся с губ слова. Просто стоял и смотрел, как Искандер резким ударом выбил из бутылки пробку, только прикрыв дно, разлил бесцветную жидкость в два бокала.

— Я чего-то не знаю? — полюбопытствовал он, тут же «ухватив» суть проблемы.

— А вот это мы скоро и узнаем! — заговорщицки улыбнулся ему Искандер, смакуя единственный глоток.

У Орлова от сердца отлегло. Он и не замечал, что вот уже больше года не узнавал адмирала. Помнил того быстрым на решения, твердым в своих убеждениях. Не без излишней упертости, но пороком это назвать сложно, если только недостатком, который можно было и учитывать и… бороться.

Мнимая смерть Наташи словно приоткрыла иного скайла, истинного сына своей расы. Невозмутимость, холодное спокойствие и ранившая его, генерала, отстраненность. Со временем он почти привык, но вот только сейчас понял, насколько ему не хватало задора в глазах адмирала.

Оставалось лишь узнать, что заставило того «ожить», скинуть маску, которая едва не стала его образом.

Или… Орлов не удержался от невольной улыбки. У него были некоторые подозрения в отношении Искандера, теперь он мог поздравить себя с тем, что сработал его самый невероятный прогноз.

Все, что генерал имел возможность наблюдать в последнее время, было планом. А ведь Искандер упоминал про два года, но он, Орлов, предпочел проигнорировать, посчитав, что тот просто дает время Наташе освоиться.

Это было так. Зная свою дочь, генерал догадывался, что и новое звание и соответствующая ему должность не заставят себя ждать. Его девочка не растратила тот потенциал, который заметил в ней Шторм, продолжая его активно использовать. Рано или поздно этот факт должен был сыграть. Так и произошло. Конвой на Штанмар открыл ей дверь в будущее, возвращение из сбитого прыжка укрепило позиции, а звание литара у скайлов и поставленная точка в истории с короной кангора заставили обратить на нее внимание и в Штабе Объединенного флота Галактического Союза.

Как видно, Искандер тоже учитывал подобные изменения в жизни своей невесты. Но… если для генерала это было едва ли не самым важным, то скайл разыгрывал и иную партию.

— Аронов и Лея — твоя затея?

— Не конкретно они, — не стал отнекиваться Искандер. — Кушнар слишком близко к нашим границам, это должно было произойти.

— Не хотел быть первым? — Орлов продолжал держать бокал в руке, не торопясь пригубить. Ощущение острого наслаждения он испытывал и без шаре.

Будь на его месте кто-нибудь другой, вряд ли ощущал бы радость от того, что его переиграли. И не только потому, что это касалось его дочери, в чье возможное счастье он вновь поверил.

Эти двое друг друга стоили.

Он предпочитал иметь вокруг себя неординарных личностей и радовался, когда тем удавалось оправдать его ожидания.

Искандер ответил серьезно, понимал, насколько это важно для отца его возлюбленной.

— В нашем с ней случае все прошло бы значительно трагичнее. Да и Александр легче примет правила скайлов, внеся в них свой шарм. Он — гибче, это поможет ему избежать многих сложностей. Полстандарта — стандарт, и все привыкнут к браку дочери кангора и офицера Службы, вот тогда можно и всколыхнуть их еще раз, уже нашим. А если кто успеет сделать это раньше, так нам с ней лучше.

— Про то, в курсе твоих планов Синтар или нет, спрашивать не буду. Если не сам предложил, то поддержал, уж больно вы с ним слаженно действовали. А вот не опасаешься ли ты, что упустишь Наташу?

Искандер усмехнулся вновь:

— Скажем так, я слежу за тем, чтобы этого не случилось.

Орлов не совсем довольно качнул головой, но ничего не сказал. И не только потому, что говорить было нечего — если уж гордиться, то не избирательно.

Получив разрешение, в кабинет вошел Шторм. Походка порывиста, на лице самодовольство хищника, загнавшего дичь в ловушку.

— Пришла? — тут же усмехнулся Искандер, заставив Орлова перевести недоуменный взгляд с одного на другого. Вот чего он не ожидал, так того, что Слава начнет действовать за его спиной.

Но уже спустя мгновение это его уже не беспокоило.

— Пришла! Как ты и предполагал, искала прикрытие.

— А ты?

Орлову хватило воодушевления адмирала и восторга Шторма, чтобы ответить на оба возникших вопроса. И кто такая «она» и что за прикрытие ее интересовало.

— Как и договаривались, взял все на себя. Осталось только генералу доложиться. — Он обернулся к Орлову, игриво подмигнул. — Дозволишь операцию на Гордоне?

Хотелось ругнуться, но уже после того, как слегка улягутся в сознании открывшиеся перспективы.

Ох, Наталья, Наталья! Не упусти они ее тогда…

Возможно, оно и к лучшему, что упустили. Это сейчас ее не сломать — характер, а тогда…

Опровергая, в памяти Орлова всплыл один их разговор. До выпуска из Академии оставалось всего ничего, и он решил поинтересоваться ее дальнейшими планами.

Ответ дочери был коротким: «Это — моя жизнь. Разберусь сама».

Эта фраза могла бы стать ее девизом.

— С этим вопросом — к адмиралу, — усмехнулся он, делая глоток и протягивая бокал Искандеру. После таких известий необходимо было расслабиться.

— Операция будет на тебе, — скайл шаре не пожалел, налил до краев. — Я отбываю в кангорат. Там возникли кое-какие проблемы, требуется мое участие.

— Ой, ли?! — насмешливо уточнил Орлов, заражаясь царящим настроением. Спокойствие и рутина была не для этих троих. — Как все удачно!

Искандер пожал плечами, присел на край рабочего стола. Устроились они у него в кабинете.

— Приказ кангора!

— Не поспоришь, — согласно кивнул Орлов, чувствуя нетерпение, как обычно в начале столь безрассудных операций. Впрочем, других у него и не было. — Но все равно, будь аккуратнее. Старх только и ждет твоей ошибки.

Улыбка тут же сошла с лица Искандера. Следующая фраза прозвучала уже иным тоном. Воспринималась она пророчески:

— Не ошибки он ждет, событий. Не знаю, как это связано с демонами, но что-то произошло именно во время визита Хандорса. Боюсь оказаться правым, но уверен — в ближайшее время в Галактике стоит ждать больших изменений.

* * *

Гордон встретил нас с Дарилом крупными хлопьями снега. Хинар отяжелел практически сразу, как только мы вышли из здания порта на стояночную площадку. Демон грозно прикрикнул на мальчишку-служку, тот побледнел, что не помешало ему моментально активировать надо мной защитное поле.

Появляться в этом месте под своими именами и со своими физиономиями, знакомыми здесь всем, начиная от портового служащего, до владельца самого захудалого притона, было глупо. Мы и не собирались. Дарил по документам значился младшим братом богатого торговца с Ярлтона, Фарихом Стураше. Тот был личностью весьма известной — авантюрист и любитель приключений, приправленных изрядной долей адреналина. Персонаж реальный, другое дело, что про него много говорили в сообщениях информ-каналов, но показывали чаще со спины. Либо, в подробностях, принадлежащие ему кары, катера, яхты и прочие милые сердцу мужчины игрушки, сопровождающие молодого обеспеченного повесу.

Этим мы и воспользовались, договорившись с самим Фарихом. Не знаю, чего уж ему наобещал мой друг, но тот поклялся до нашего возвращения просидеть вдали от суеты в своем имении на одной из сельскохозяйственных планет.

Несмотря на это, мордашку Дарилу слегка подправили, но только, чтобы не напоминал молчаливого помощника-телохранителя перевозчицы Таши.

Я же была его очередной рабыней. Имя мне не полагалось.

До владений демонов мы добрались без проблем. За Дарилом прислали крейсер — император требовал очередного доклада от своего сына-координатора, тот прихватил нас с собой. Не было только Таласки, но его отсутствие меня не смущало. У него были свои пути-дорожки, все равно встретимся.

За границами сектора стархов нас покинули Тарас, Валечка и Костас, их забрал Артур. Они должны были пригнать на Ярлтон «Легенду». Шорн успел переоборудовать её в яхту, не лишив сюрпризов, которые делали мою малышку опасной и непредсказуемой.

Как раз то, что надо. Новый код в реестре, незнакомое название. Чтобы окончательно избавиться от возможных подозрений, с помощью того же настоящего Фариха допустили утечку в сеть известия о приобретении им очередного корабля. Если кто заинтересуется, это должно было избавить от подозрений.

Пробыли на Ярлтоне недолго, покинули сразу, как закончили подготовку к операции. «Легенда» появилась во втором, малом порту столицы демонов спустя четыре дня после нашего прибытия, так что проблем с разработкой, перевоплощением в соответствии с новыми образами, не возникло. Все, что необходимо было сохранить, Артур сохранил. А что значит быть перевозчиками, мы забыть не успели.

Черновой вариант плана я мысленно накидала уже давно. Был он, как обычно, на грани безрассудства. Но с теми типами, от кого мы собирались избавить окраины, иначе было нельзя. Нам оставалось его лишь слегка подретушировать. Участие Игоря в операции раньше не предусматривалось, пришлось тут же выстраивать еще несколько уровней. Не плясать же под его дудку!

— Ваш кар, господин Стураше! — к нам подскочил суетливый тип, в котором с трудом можно было признать Стаса. — Прошу! — Жестом указав на единственную на этой стоянке белую машину, что в снежной пелене казалась миражом, первым направился в ее сторону.

Таиться мы не собирались, скорее уж, привлечь внимание.

Дарил, даже не оглянувшись на меня, двинулся следом, я засеменила за ним. Такая походка символизировала покорность и регламентировалась традициями. Лично я это слово уже ненавидела, но спорить не собиралась. Сейчас соблюдение правил играло на наш имидж.

— Нас «взяли», — передала я через командный интерфейс остальным.

Тимка сидел в корзинке, которую нес Рауле. Тот принял на себя должность секретаря Фариха. Был он теперь смуглым и черноволосым. Пепельно-серые глаза тоже потемнели. Впрочем, за непрозрачными с внешней стороны стеклами очков-визоров видно не было, но мы решили предусмотреть и тот вариант, что ему придется их снять. Были уверены, без девочек не обойдется.

— Точно, — подтвердил Костас. Он страховал нас из неприметного кара, приютившегося на краю стоянки. Посмотришь, так совсем уже развалина, машина могла поспорить в неуязвимости с той, в которую сейчас садились мы. А ведь эта была из последних моделей, да и сделана на заказ.

Оправдывало ее то, что хозяину этого чуда важнее был лоск, изящные формы и скорость. Защищенность во внимание тоже бралась, и не в последнюю очередь, но на роль боевого тарана или передвижной огневой точки ее никто не предлагал.

— Держу три контакта, — вновь вышла я в эфир, «поймав» образ, переданный Тимкой. Чем больше мы общались с творением Хранителя, тем легче это давалось мне. — Один — сектор четвертый, вход в подземку, исключаем.

— Это ты с чего такая добренькая? — тут же вклинился в разговор Тарас. Он тоже встречал нас… в одном из своих образов. Визуально я его обнаружить пока не смогла, хоть и знала, где искать.

— Там Таласки.

— Все-то ты знаешь…

В голосе Костаса слышалась обида, пришлось его успокаивать.

— Так Тимка его в личные враги записал, вот и «сдает». Тот как к нему только не подлизывался…

Продолжить веселье не дал Дарил. Сегодня он был слишком серьезен.

— Отставить развлечения! У ребят поддержка, что надо, спалиться хотите?

Признав, что он прав, мы замолчали. Наш Харабский приемыш прекрасно «гасил» чужие средства слежения, но даже этот факт мог сыграть против нас.

Разговор не возобновился и позже, когда за нами закрылась дверца кара и мы поднялись в воздух. Каждый из нас знал, что нужно делать, повторять прописные истины не стоило.

Приземлились мы на крытой стоянке самого шикарного отеля Гордона. И… самого известного своими скандальными постояльцами. Эта планета была раем для вольных всех мастей и окрасов, да любителей пощекотать себе нервы. Здесь это было несложно, были бы кредиты, чтобы вляпаться в неприятности или откупиться от них.

— Готовность, — спокойно скомандовала я. — Мы под контролем. Четыре точки, Таласки нет.

— Понял, — первым отсемафорил Тарас. Он и здесь оказался раньше нас. — Готов принимать вас.

«Легенда» садилась на Гордоне дважды. Сначала, в забытом всеми демонами порту, мы оставили ангела, Костаса и Стаса. Они должны были добраться до столицы первыми, вскрыть наши тайники и подготовиться к встрече. Потом уже в столичном. Не без помпезности и гонора, когда диспетчеры вздумали задержать нас на орбите.

Произнесенную Дарилом речь я записала. Слушая его, едва ли не впервые поверила, что он — сын императора Хандорса. Очень хотелось оказаться как можно дальше от его холодного и похожего на отточенный клинок гнева.

Все эти сложности были частью наполненного всякого рода «если» и «или» плана.

Приманок, которые мы кидали Шахину и Ивару, было несколько. Две из них довольно примитивные.

Первая — для Шахина и… Игоря. Вольный вряд ли пропустит возможность заработать на Стураше. Начиная с организации ему тех самых развлечений, которых жаждал отпрыск знаменитого семейства и, заканчивая, похищением ради выкупа.

Ну а для Таласки этот план являлся основным. Сомневаюсь, что поверил, но явно демонстрировать свой скепсис не стал. А большего мне и не надо. Главное, чтобы только с советами не лез.

Вторая — тоньше и рассчитана на моего бывшего соперника по перевозкам. Были у меня подозрения, что одна из моих старых схоронок ему известна. Если так, он должен был оставить кого-нибудь приглядывать за ней. Обязан был слышать о моей смерти, но не стал бы сбрасывать со счетов растворившуюся на просторах Галактики команду. Рано или поздно те должны были дать о себе знать.

Была и третья — Тарас. Достаточно разочек показаться в моей личине в каком-нибудь злачном месте, чтобы Гордон среагировал соответствующе.

Были еще и четвертая, и пятая и… мы рассчитывали, что обойдемся и без них.

— Внимание! — вдруг раздался в системе голос Рауле. — Скайлы!

— Где?! — чуть ли не вскрикнула я.

Хорошо еще, Дарил только подавал мне руку, помогая выбраться из кара. Появление этих типов нашим планом предусмотрено не было, со Штормом этот пункт мы оговорили отдельно. Хоть с трудом и оговорками по поводу всяких непредвиденных случаев, но Слава с моим требованием согласился.

— В холле. Сектор седьмой. Личность не опознаю.

Мысль о том, что все — как всегда, продолжить не удалось, Дарил оборвал мои сомнения:

— Поздно! — произнес он, делая шаг по направлению к стеклянным дверям, радушно распахнувшимся при нашем появлении. — Входим.

Мы и вошли. Он, в длинной шубе из белого меха снежного волка, я — в черном хинаре, усыпанном звездочками кристаллов кротоса. Рауле, в элегантном темном пальто на нашем фоне совершенно терялся, но это нам было только на руку.

Смотрели на нас все. Любопытство — у любителей жареных сенсаций; прагматичный интерес — у весьма узкой прослойки (успевших стать здесь завсегдатаями), что дергала нити паутины, связывающий Гордон с остальным миром; равнодушие… высокомерное, искреннее и… не очень. Вот ради последних все это представление и затевалось. Среди них мы и намеревались искать нужных нам личностей.

— Присутствие скайла подтверждаю, — отозвался Тарас, как только за нами закрылись створки стеклянной двери. — Стойка, стоит спиной. Костас, что на камерах?

Ответ своего хакера лично для меня был ожидаемым:

— Его нет на экранах. Глушит напрочь, пустое место.

— Тарас, мне нужна его морда! — прорычала я, пользуясь тем, что Дарил приказал мне остаться, сам направившись к спешащему к нему управляющему. Рауле замер рядом со мной.

Среагировать ангел не успел. Я увидела, как со стоявшего у огромного окна диванчика поднялся весьма представительный мужчина, нисколько не похожий на моего помощника, двинулся к лифтам, куда должен был отправиться нужный мне незнакомец. Но тот, словно ощутив, на кого идет охота, на мгновение повернувшись ко мне — ощущение, что мы встретились взглядами было явственным, пошел к выходу, ведущему на центральную площадь Гордона.

Там у меня никого не было, если только Таласки, который должен был вот-вот появиться. Но вот Игорю в этой игре я и не доверяла.

* * *

— Не поделишься, о чем вы так мило беседовали с Тарасом в тренажерном?

Я лежала на широкой кровати с балдахином в люксовом номере отеля и наслаждалась минутами тишины и покоя. Последними на предстоящие дней десять. Завтра, ближе к вечеру, я собиралась устроить Гордону небольшое развлечение, которое здесь запомнят надолго. И не только они. Зная меня, Таласки должен был догадаться, что прикрытие Шторма я попросила не просто так.

Но думать об этом сейчас мне не хотелось. Из опыта прошлых операций следовало, что лично мой, выверенный до секунд план, начнет рушиться сразу, как только я приступлю к его реализации. А раз так… можно и расслабиться.

Сканеры не обнаружили ничего подозрительного, Тимка — тоже, но это не удовлетворило наше чувство паранойи, так что работали глушители. Те самые, стархов, которыми меня перед полетом в кангорат снабдил Индарс. Кое-что подкинул и Шторм, но мы опытным путем установили, что они уступали подарку императора. Славе говорить об этом не стали — у каждого свои способы выживания, да и не хотелось огорчать. Подержать в руках все равно не дадим, а уж поковыряться спецам тем более.

Так что некоторая деликатность вопроса демона меня не удивила, если только обескуражила. Прошло уже дней восемь, как он стал свидетелем того душещипательного разговора, а заинтересовался только теперь.

Отвечать не хотелось, но упертость Дарила была мне известна, не отвяжется, пока не докопается до истины. Тем или иным способом, но свое любопытство удовлетворит.

— А что говорит об этом твое чутье? — томно протянула я, раскинувшись на подушках и наслаждаясь тонким ароматом и нежностью ткани. От шелка и кружев я успела отвыкнуть.

Демон просматривал что-то на комме, поднял взгляд, плотоядно прошелся взглядом по моему телу, завернутому в длинный, похожий на туманную кисею, халат.

Но когда заговорил, в голосе не было и намека на игривость.

— Ему тяжело.

— Знаю, — резко подскочила я с постели, кляня бывшего помощника за испорченное настроение. Одна фраза и спокойствие разлетелось осколками. В чем-то он был, конечно, прав, но как же не вовремя! — Решение мы принимали вместе, но ответственность за него лежит на мне.

— Это ты сейчас о чем? — уточнил демон, отключая комм. Командный интерфейс был активирован только на аварийном канале, наш разговор касался нас двоих. — О контракте со Службой или о готовности засунуть голову в петлю, но расправиться с парочкой тварей?

Тяжело вздохнув, я направилась к окну, но тут же отошла в глубь спальни, под защиту мощных глушителей малого радиуса действия. Настроенное на стекло искажающее поле мы активировали, но рисковать я не хотела — любители несанкционированных снимков были экипированы не хуже сотрудников спецслужб. Да и появление скайлов заставляло быть настороже.

— О принципах, — произнесла я, когда пауза начала напоминать противостояние. — О принципах, которые заставляют нас беречь друг друга, не давая возможности высказать все, что ты думаешь и чувствуешь. И тогда остается только один способ — набить морду. Жаль, действует лишь раз, потому и злоупотреблять не стоит.

— Ты хочешь сказать… — поднялся он с кресла. Посматривал на меня с явным недоверием.

— Я вызвала его на спарринг и набила морду, — подтвердила я догадку демона, чувствуя, что желание повторить, только уже с ним, становится навязчивой идеей. Но… не он был виноват в возникших проблемах, не на нем срываться. Причину своей неуравновешенности я знала. Звали ее — Искандер. Скажи он мне, что между нами все кончено, я бы перебесилась и успокоилась. Он предпочел молчать. — Будь это тренировочный бой, вряд ли ангел подставился бы, а тут точно знал, за что бьют.

— Подожди! — Дарил подошел ко мне ближе. Как ни странно, но стало спокойнее. — Ты меня окончательно запутала. И за что же получил Тарас?

Я со вздохом опустила плечи и склонила голову, демонстрируя, насколько сложно мне с ним общаться. Но демон вновь решил проявить настойчивость. Пришлось сдаваться, даже не рассчитывая на снисхождение.

— Ты вообще помнишь, чем именно метаморфы отличаются от остальных рас?

Дарил поискал что-то на украшенном абстрактным рисунком потолке, потом попытался разглядеть ответы на моем лице. Не удалось, невозмутимость стала для меня уже привычной маской. Облегчала жизнь.

В базу за сведениями лезть не стал, Костас тут же перехватил бы запрос, взяв на заметку его интерес. Да и нашел бы не сразу, как только стархи тех хорошенько проредили, о метаморфах предпочли забыть.

Это называлось: не выносить сор из избы. Избой была вся Галактика.

Пришлось объяснять. Мне нужна была его помощь, не завтра, так послезавтра, я бы рассказала обо всем сама.

— У них сексуальная активность цикличная. Прошлый мы пропустили, это началось как раз на Эори, дурь, которой его напичкали, сбила гормональный всплеск.

— Демоны Вселенной! — выдохнул ошарашенно демон. — А я ведь слышал!

— А проблема свалилась на меня, — улыбнулась я невинно и опустила взгляд, догадываясь, в какую именно сторону двинутся сейчас его мысли. — Было не просто.

В мою ловушку он попался с головой. Отрицание, неверие, сомнения, опять неверие, отчаяние, стыд… за то, что не уберег.

— Вот только кидаться в ноги и просить прощения не надо, — жестко отрезала я, заставляя того задействовать мозги. — Ничего у нас с ним не было. Я с твоим отцом заранее связалась, он мне передал данные о парочке злачных мест на Ярлтоне, куда я могла бы спровадить Тараса. А потом и нескольких своих парней прислал, чтобы тот не сбежал.

— Но почему…

Закончить с вопросом я ему не дала, продолжила так же резко:

— Потому что мы привыкли разбираться с собственными проблемами сами. Вот если чужие…

Он мне тоже договорить не дал. Просто подошел вплотную, крепко прижал к себе.

Не будь он когда-то моим помощником-наставником, растаяла бы от ощущения крепкого мужского тела и запаха силы, который исходил от него. Но всех своих я воспринимала именно своими. Ни один из них не мог претендовать на что-либо более близкое, чем роль старшего брата.

Нас это всегда устраивало.

— Только не вздумай проговориться, — без всякой угрозы в голосе прошептала я, чувствуя, как дрожит его тело от легкого прикосновения моих губ — маленькая, но месть. Были они как раз на уровне плеча, а озаботиться хотя бы футболкой после душа он не догадался. Так и бродил по номеру с голым торсом, смущая меня своими формами. — И присмотри за ним, это был первый пик.

— И сколько их будет? — сглотнув от перспективы и отстраняясь, уточнил Дарил.

— Еще два, — не поймавшись на его показную обеспокоенность, ответила я. — Первый признак — повышенная агрессивность. На этот раз контролировать его будет сложнее, я сама не справлюсь.

Оценив степень моего доверия, демон кивнул и вновь отправился к креслу. Не дойдя, остановился.

— А полукровки сохраняют способности метаморфов?

Наступил мой черед смотреть на него с недоумением. Потом до меня дошло, о чем он думал.

Засмеявшись, одним словом развеяла его грандиозные планы.

— Нет! Так что твой папенька действовал совершенно бескорыстно. А ты разве этого раньше не знал?

Тот нервно дернул плечом.

— Не было повода.

Согласиться с ним мне не довелось, тихонько пискнул мой комм. Ощущение дежавю накрыло волной, заставив вздрогнуть. Дарил, заметив, кинул на меня тревожный взгляд.

Пугалась я зря, сообщение пришло от Таласки. Испытанное разочарование — я ожидала, что тем незнакомцем в холле отеля будет Искандер, — не должно было отразиться на моем лице, но демон его почувствовал, понимающе усмехнулся.

— Игорь зацепился за одну из ниточек, — предвосхищая вопрос, передала я суть информации майора. — Ведет к капитану, связанному с Шахином. Он есть у них в списке.

— Но ты радоваться не торопишься.

— Не тороплюсь, — подтвердила я, устраиваясь на кровати. В номере было тепло, но падающий за стеклом снег требовал уюта. Еще бы камин… Расслабляться настолько не стоило, мы еще даже не начали работать. — Шахин стал очень осторожен, скорее уж сработает Ивар, чем он. Если только случайность…

— А ведь ты знаешь, где искать! — неожиданно заявил Дарил, поглядывая на меня с усмешкой. — И уже давно.

Я приподняла бровь, прося продолжить, но демон только качнул головой. Мол, я — сказал, а ты — воспринимай, как хочешь. Да и пояснений он не требовал, принимал, что для нашей компании ничего не изменилось.

Но от вопроса не удержался, заинтересовавшись метаморфами.

Знала бы я тогда, что это, уже в который раз, сработало его предчувствие, задумалась, чем нам может грозить встреча с сородичами Тараса. Я же посчитала, что демон всего лишь удовлетворяет свое любопытство.

— А у женщин-метаморфов сексуальность тоже циклична?

Я бросила взгляд на табло времени. До появления Рауле, отправившегося на встречу с ангелом, ждать не меньше, чем полчаса. Почему бы не поговорить.

— Насколько я знаю, — откинулась я на высоко поднятые подушки и укрывшись до подбородка одеялом, — нет, они больше похожи на людей, свою форму не меняют. Да определить их тоже тяжело, лишь свои и могут. Потому стархи и уничтожали только мужчин, женщинам позволяли покидать оккупированные планеты.

— Опять одни мужики страдают! — с таким искренним сожалением вздохнул Дарил, что я не сдержалась и фыркнула.

— Бедненькие!

Он шутку не поддержал.

— Это тебе Тарас рассказал?

— Индарс. Наша последняя встреча была весьма насыщенной.

— Тварь! — не сдержался демон.

Императора стархов он не жаловал, мои отношения с ним сыграли в этом не последнюю роль. Дарил желал мне счастья. В его понимании единственным подходящим кандидатом, способным дать мне его, был Искандер. Остальные варианты он даже не рассматривал.

— Он просто ведет свою игру, — смягчила я реакцию друга. — Но его сведения весьма своевременны, за это кое-что можно и простить.

— Например, что? — язвительно уточнил демон, остановившись напротив кровати.

Ответа не дождался, я приподняла ладонь, прося помолчать.

Если я правильно поняла то, что показывал мне Тимка, Таласки только что исчез из-под его контроля.

Такого поворота событий лично я не ожидала.

* * *

Ярость была холодной.

Таласки являлся офицером Шторма, не мне за ним приглядывать, но…

Вот с таких злополучных «но» обычно все и начиналось.

— Есть желающие высказаться? — окинула я тяжелым взглядом застывшую передо мной команду. Дарил, Рауле и Стас были в реале, остальные — в виде голограмм.

Смотрелось уморительно, но смеяться не хотелось. Последние четыре часа прошли в авральных поисках либо самого Игоря, либо любой информации о нем.

Ничего! Был и… в одно мгновение исчез. Ладно бы от наших средств слежения. Могла бы подумать, что вышел с кем-то на связь, чтобы прикрыли, но Тимка… Этот держал его крепко.

— Во время истории с айо они с Искандером навели тут шороху. Может, кто узнал?

— Не принимается, — резко отрезала я, не дав Дарилу выдать еще одну мысль. Была уверена, он и сам осознает их глупость. — Таласки — эмпат, полностью избавляться от эмоционального фона… На такое способны только скайлы. Он бы… Ненавижу скайлов!

Демон сочувствующе усмехнулся, но промолчал.

— Их защиту он тоже чувствует, но мог подпустить ближе, чем стоило, — поправил мое высказывание Тарас.

Находился он на крыше какого-то высотного здания. Вдалеке за спиной виднелись стертые метелью огни космопорта. Внешне ангел выглядел спокойным, если не сказать — равнодушным, но в его глазах уже был заметен отголосок безумия. Еще пара дней, и он сорвется.

Чтобы избежать будущих проблем, с ним у меня было только два варианта: либо в притон к девкам, либо… дурь.

Первое — опасно, если его узнают (идти придется без личины), вся операция насмарку. Второе — невозможно. Я до сих пор помнила, как вытягивали его из пут зависимости.

Как всегда: выбор есть, но его… нет. А Тарас нужен мне был стабильным. От его появления на сцене зависело многое.

— Реакция.

Камил стоял, прислонившись к стене. Небрежность в одежде, ленивость во взгляде, расслабленность в теле. Я была достаточно опытна в этих играх, чтобы сообразить, чем все это грозило. Я не помнила уже, от кого слышала это сравнение: танцевать с судьбой. Так вот жрец сейчас танцевал с Судьбой. Еще бы выяснить чьей?

— Что реакция? — не понял Стас.

Ему бы лечь, передохнуть… Трое суток без сна дались ему с трудом. Но это того стоило, пусть и знала об этом пока что я одна. Благодаря медику мы были полностью готовы к первому акту пьесы.

— Тимке достаточно было малейшей реакции, чтобы предупредить нас об опасности. Но ее не было. Значит, отсекли мощным искажающим полем, с которым наш звереныш не справился.

— Ты там был, — качнула я головой, не принимая объяснения Рауле. — Глушители, искажающие поля, генераторы аномальных зон… После их применения фиксируются хоть и слабые, но остаточные следы. Времени прошло всего ничего, сканер бы взял.

— Мы многого не знаем о технологиях скайлов, — флегматично отозвался тот, словно провоцируя меня.

Я подумала и… поддалась.

— Оставьте меня одну!

Дарил посмотрел так, будто я только что допустила грубейшую ошибку в пилотировании. У Тараса дернулась губа, демонстрируя клык — нервы, нервы. Остальные предпочли никак не реагировать, это развлечение не для них.

И только Рауле улыбался. Не глазами, те равнодушно взирали на происходящее, не губами — они были крепко сжаты. Но глядя на него сомневаться не приходилось, он — улыбался.

— И Стаса уложи, он мне с утра понадобится бодрым, — подмигнула я демону, давая понять, что исполнение приказа лежит на его совести.

Тот вынужденно, но подчинился. Еще не хватало, чтобы при всех начал мне доказывать, будто я не права. Это он сделает потом и наедине.

Последним выходил Рауле. Выглядел довольным. Я предпочла этого не заметить.

Как только за троицей закрылась дверь, а образы остальных погасли, я отошла к креслу. Прежде чем дать запрос с комма, еще раз проверила данные сканеров. Чисто!

Ничего удивительного — отель гарантировал своим постояльцам безопасность и полную конфиденциальность. Правда, только на своей территории.

Ответа пришлось дожидаться почти минуту, но это была вина расстояния, а не нежелание будущего собеседника разговаривать со мной.

— Госпожа Таши? — Экран раскрылся резко, затмив собой часть спальни, в которой я находилась. Половина комнаты растворилась в тонких струях стекающей по стеклянной поверхности воды. Начальника службы безопасности кангора я застала у памятного фонтана. — Мне приказать готовить щитоносец?

— Считаете, что уже пора? — поинтересовалась я вместо приветствия. Он сам не оставил мне такой возможности, задав второй вопрос.

— Как только вы покинули Ярлтон, аркон ждет моей команды.

Я усмехнулась, качнув головой.

— Вы хорошо осведомлены.

Тот склонил голову, принимая похвалу.

Я не ошиблась, когда сравнивала канира с Таласки. В обоих была грация хищников и легкая снисходительность к тем, кто в любой момент оказатля добычей. Не думаю, что я рассматривалась в качестве таковой, скорее уж это был завуалированный вызов.

Было несколько обидно, он легко просчитал одно из моих слабых мест, тот действовал на меня так же, как и слово «невозможно». Хотелось разбиться в лепешку, но доказать, что это не так.

— Мне известно, что вы доводите свои операции до конца. Я лишь соотнес одно и другое. — Короткая пауза, словно давая мне последнюю возможность прервать разговор. Поздно, все уже было решено. — Вам нужна моя помощь?

Если он считал, что признание дастся мне тяжело — ошибался. Это был не тот случай, когда я могла позволить взять верх собственным амбициям. Иди речь о моей жизни… Увы, утверждать категорично я больше не имела права, моя жизнь с некоторых пор была мне дорога.

Чужие от этого менее ценными не стали.

— Пропал майор Таласки.

— Ваши действия санкционированы адмиралом? — не скрывая изумления, уточнил Аршан. Сделанный им вывод был практически правильным. Ошибся он только с кандидатурой того, кто прикрывал мое сумасбродство.

— Нет, — не оправдала я его ожидания. — Но Таласки является моим координатором.

— Я слушаю, — удовлетворился он полученными сведениями.

Мой рассказ был коротким. Прибыли, заняли свои позиции в соответствии с планом. Четыре часа назад подчиненный генерала Орлова вышел из-под нашего контроля. Подробностей не будет, придется поверить на слово, без веских оснований тревогу бы я не подняла — ситуация выглядит настораживающе. Найти разумное объяснение его исчезновению мы не можем, несмотря на все наши таланты и техническую поддержку.

Тот перебил лишь раз, уточнив, с нами ли Рауле. Больше вопросов не задавал, моего подтверждения оказалось достаточно, чтобы рассказ обрел для него логическую завершенность.

Когда я закончила, он молчал несколько минут, видимо, связывая воедино то, что знал. Вряд ли это касалось только моих откровений.

— Что вы хотите узнать, Таши?

Он опять угадал… И вновь меня это не смущало, на его поле я была начинающим игроком.

— Есть ли у скайлов технологии, вписывающиеся в эту картину?

— Только это? — разочарованно приподнял он бровь.

— Пока не получу ответа, не вижу смысла спрашивать, есть ли они в арсенале Сиеша?

— Тогда начну со второго. — Смотрел он на меня с какой-то подозрительной задумчивостью. Это нагнетало напряжение, заставляя просчитывать варианты его будущих действий. Ни один из тех, что возникли в голове, мне не понравился. — Сиеша можете исключить из списка подозреваемых. Доступа к этим технологиям у него не было.

— Еще бы узнать, у кого он был, — тихо прошептала я, не собираясь повторять то же самое, только громче. Я и так получила больше, чем рассчитывала. — Благодарю вас, канир Аршан, — коснулась я раскрытой ладонью груди, радуясь, что сменила привлекательный халат на ничем не примечательный серый костюм. Жест признания воина воином в том случае получил бы несколько иное значение. — Не смею вас больше задерживать.

— Вы так торопитесь от меня избавиться? — остановил он меня за мгновение до того, как я собиралась отключить канал связи.

Судя по всему, меня ждал очередной сюрприз.

Ненавижу скайлов!

— Только не говорите, — насмешливо улыбнулась я, ставя нам в этом раунде равный счет, — что мне вновь довелось разговаривать с вашей калькой.

Тот ответил на улыбку едва заметным смущением.

— И я огорчен этим фактом. — Продолжил он уже вполне серьезно: — Я буду на Гордоне через двое стандартных суток. Постарайтесь продержаться.

Хотела я возразить, но понимала, что бесполезно — его щитоносец был уже на пути к Окраинам.

Но это не значило, что я собиралась отказаться от своего плана.

* * *

Мы с Дарилом в сопровождении Рауле и наемной охраны вышли из здания Оперы Гордона, помпезного сооружения, по стилю напоминающего одновременно земной космопорт времен начала большого освоения космоса и Священный дом на Приаме. Жуткое смешение стилей, производящее удручающее впечатление. Вместо самобытной архитектуры, куски чужих творений. Смотреть на это без подспудного желания уничтожить подобное варварство было невозможно.

Странно, и как я раньше этого не замечала?!

А вот представление, билеты на которое нам принесли утром, было весьма приличным. Вряд ли только на мой неискушенный вкус, демон тоже наслаждался разыгравшимся на сцене действом и даже небрежно аплодировал, снисходя с высоты своей аристократичности до театральной богемы Окраин.

О том, что первоначальный план является лишь прикрытием, Дарил догадался уже давно. Да и не он один. Мои мальчики меня хорошо знали.

Когда принял из рук посыльного украшенный золотыми вензелями конверт, удивленно вскинул бровь — ни о чем подобном мы не говорили. Но промолчал, лишь усмехнулся, разглядывая тиснение, водяные знаки и сургучную печать на ленте, которой тот скреплялся. Местное высшее общество тяготело к вычурности.

— Тарас, готовность, — прошептала я, как только Дарил, проявляя недовольство, пересек границу колонн, поддерживающих примыкавшую к фасаду Оперы крытую галерею. Ложа, на которую я не пожалела кредитов и связей, находилась в ряду представительских, что давало нам право подогнать кар к парадному входу. Его-то демон и высматривал, демонстрируя нетерпение.

Это был уже наш спектакль. Я рассчитывала, что уровень его исполнения будет значительно выше. От того, насколько чисто мы сыграем, больно многое зависело.

Убегали секунды, а нервозность Дарила, которую тот не скрывал, все усиливалась. Невольные зрители разыгрываемой нами постановки сначала просто отводили взгляды, теперь же предпочитали обходить стороной.

Стаса все не было. И не должно было быть. «Одурманенный» довольно хитрым снадобьем, им же и приготовленным, он в этот момент «едва дышал», упав головой на управляющую панель кара.

Единственный, с кем можно было связать этот состав — Шахин. Своих конкурентов тот уже давно истребил.

— Принято, начинаю отсчет, — отозвался невидимый ангел. — Десять…

Дарил нервно прошелся от одной колонны к другой, резко обернулся, глядя на меня, словно это я была виновата в задержке. Я, «вздрогнув», отступила назад, буквально натолкнувшись на стоявшего позади меня охранника. Одного из тех двоих, кого мы наняли в отеле. Как объяснил мнимый Стураше, заказывая их у портье, для охраны его собственности. Собственностью была я.

Демон нахмурился и вроде как собрался двинуться в нашу сторону, но мужчина за моей спиной уже успел сдвинуться. Им были даны жесткие указания — ко мне не прикасаться. Ни при каких обстоятельствах.

Когда Тарас досчитал до трех, Дарил, сжав кулаки, вновь отвернулся.

Один мы произнесли вместе с ангелом.

Три фигуры появились словно ниоткуда. Секунда, и телохранители остались лежать на сером с прожилками камне, которым была выложена галерея. Еще мгновение ушло на то, чтобы рядом с ними оказался «не успевший» отреагировать Рауле.

Когда Дарил, выхватывая парализатор — единственное официально разрешенное оружие на Гордоне, оглянулся, на том месте, где еще недавно стояла я, находился только мой белоснежный хинар.

Несколько десятков прохожих с недоумением смотрели на бешено рычащего демона и несколько тел, подающих слабые признаки жизни.

Патруль службы порядка прибыл не более чем через пару-тройку минут, еще через одну мы «поймали» приказ: оцепить район Оперы и взять под контроль воздушное движение.

С этого мгновения относительному спокойствию, которое царило на Гордоне до нас, нарушаемое лишь ставшими уже давно привычными стычками, пришел конец.

Именно этого я и добивалась, когда собирала по кусочкам свой план.

Чужаку невозможно действовать в этом мирке незаметно. Немногим меньше двух стандартов назад мы были здесь своими, растворяясь среди таких же изгоев. Стать неприметными теперь нам было уже невозможно. Так что этот вариант я отсекла сразу.

Второй, когда мы действовали в наглую, используя известность личности Фариха Стураше — тоже. Он сильно ограничивал нас в способах добиться своей цели. Послужить прикрытием для появления и отхода — вполне, но не для основной части операции. Соглядатаи, уйти от которых было несложно, но, только вызвав вполне обоснованные подозрения, могли сильно осложнить наши поиски.

Все эти проблемы плюс еще одна, о которой я пока никому не рассказывала, решала уже давно возникшая у меня идея. Исчезновение, да еще и при таких обстоятельствах, рабыни у богатого демона должно было переполошить и службу порядка столицы, и ее не совсем законопослушных граждан.

Опасная авантюра, но… выглядела она настолько увлекательно, что ни один из моих мальчиков не отказался в ней поучаствовать. Нам всем в последнее время не хватало именно таких приключений. С риском за гранью разумного, с игрой, в которой на нашей стороне были лишь мы сами, с ощущением, что именно ты правишь этот бал.

Эти мысли мелькали у меня в голове, пока мы с Костасом и Тарасом добирались до похожего на своих собратьев дома в деловой части столицы. Квартиры здесь были большими, занимали целые этажи. Снимали их обычно торговцы из соседних секторов. Во многих сделках, на которые распространялся прямой запрет, использовали Гордон в качестве буферной зоны. То, что нельзя приобрести у стархов, можно легально прикупить здесь. Все обо всем догадываются, но… внешне выглядит законно, не придерешься. А местным посредникам — прибыль, да еще какая. Эта планета процветала не только благодаря вольным, хоть и не без их участия.

Тарас как раз и был таким представителем. Корпорации с Приама, которая занималась разработками в области омоложения.

Покинули мы зону оцепления без проблем. Три именных билета в ту самую Оперу и кар, все представление ждавший своих хозяев на основной стоянке, послужили достаточным основанием, чтобы нас пропустить. Валечка остался присматривать за Дарилом и Рауле. От него мы и узнавали о развитии событий.

А развивались они в том самом направлении, которое мне и было нужно.

Демон рвал и метал на всех известных ему языках. Грозил карами, всегалактическим скандалом, судебными исками. Служители порядка, начиная с младшего офицера, возглавлявшего патруль и заканчивая старшим чином, который появился сразу, как стало понятно, кого именно и чего лишили, безуспешно пытались его увещевать.

То же самое, что на катере против супертяжа. Дарил вроде и сохранял внешние приличия, но делал это со столь тонкой издевкой, что самолюбие находившихся рядом с ним стоило пожалеть.

Представлять, как это выглядело, нужды не было. В бытность перевозчицей мне приходилось наблюдать, как демон, предупреждая, одним взглядом останавливал драки в самых захудалых притонах. Сказывались и кровь и воспитание.

В нашем логове Дарил появился уже под утро. Вместе с Рауле и Веласке. Все выглядели уставшими, но довольными. Вот что значит, склонность к высокому искусству!

Когда они вошли в комнату, я уже не спала. Спальня была одной из самых дальних в анфиладе комнат, но наш приемыш, пристроившийся у меня под боком, ткнулся носом в руку, вырывая из неги, как только они появились в квартире.

— Ну? — Вопрос прозвучал резче, чем хотелось, но его ответ решал многое, если не все.

— Как ты и предположила, — усмехнулся Дарил, сбрасывая шубу на стоявшее у двери кресло. — Настойчиво попросили не пытаться искать тебя самому. Я сказал, что именно этим и собираюсь заняться. Предупредили, что за последствия они не отвечают.

— Мы за них сами ответим, — кивнула я ему, не скрывая облегчения. — За ним следили? — Этот вопрос был уже к Валечке.

Звереныш контролировал ситуацию, но лишь поверхностно. Слишком много сканеров, глушителей и защитных полей использовалось сейчас в столице.

— Нет. Слежку сняли, как только все началось. Из управления до отеля тоже было чисто. И сюда добрались без проблем. Либо решили, что никуда не денется, либо… слишком много шума.

Верным был, скорее, второй вариант, но это уже не имело значения.

— Считаем, сработало, — вынесла я свой вердикт. — Можно приступать к следующей фазе.

Начать объяснения мне не удалось.

— А подробный отчет? — лукаво улыбнулся демон, заставляя насторожиться не только меня.

— Отчет? — не сразу сообразила я, видно еще не до конца проснулась.

— А я так старался! — трагическим голосом произнес Дарил, резко склонив голову. Получилось… убийственно. — Я им такой балаган устроил…

— Это ты о допросе? — осторожно уточнила я, понимая, что если права… нас ждали незабываемые ощущения. О тех, кто был свидетелем его представления, думать мне не хотелось. Смертники, не иначе.

— А про что же еще! — патетично воскликнул он, смотря на меня умоляющим взглядом.

— А! — махнула я рукой, понимая, что операция должна получить свое логическое завершение. Для этого как раз не хватало рассказа демона и одного вопроса, который я ожидала услышать от него же.

Дважды Дарила просить не пришлось.

Основная часть повествования оказалась неожиданно короткой: оценка действий, выводы, предположения. Недоумевать я не торопилась, если демон что-то делал, был уверен, что так и надо.

В том, что права, я убедилась довольно скоро. Ту часть допроса, которая касалась меня, Дарил продемонстрировал нам в лицах. Сразу, как только признал, что мой вариант шухера, устроенного нами в столице Гордона ему понравился больше.

Выглядело это так.

Офицер-дознаватель, уже понимая, что его терпение заканчивается:

— Назовите имя вашей спутницы.

Дарил, все с тем же холодным высокомерием:

— Она мне не спутница, она — рабыня.

Офицер-дознаватель:

— Хорошо. Назовите имя вашей рабыни.

Дарил:

— У нее нет имени.

Офицер, на мгновение стиснув зубы, чтобы не выругаться:

— Но ведь как-то вы ее называете?

Дарил, с толикой снисходительности посмотрев на дознавателя:

— Это имя могу произносить только я. Оно не имеет отношения к ее настоящему имени.

Офицер, убеждая себя сохранять сдержанность:

— Значит, у нее есть и настоящее имя?

Дарил, с недоумением:

— Конечно! Но мне оно неизвестно.

Офицер, в очередной раз стискивая зубы:

— А кому оно известно?

Дарил, не позволяя себе посмотреть на дознавателя, как на идиота, но давая ему это понять всей своей позой:

— Тому, кто заключал с ней контракт.

Офицер, готовый прикончить самого потерпевшего, но не имеющий права это сделать. Начальство пообещало лишить самого ценного, если он позволит себе хоть чем-то оскорбить столь известную персону. Об этом Дарил знал доподлинно, у демонов слух хороший.

— А кто заключал с ней контракт?

Дарил:

— Мой старший брат.

Офицер:

— Но тогда она рабыня вашего старшего брата?

Дарил, откинувшись на спинку стула и заставляя себя расслабиться. Даже невозмутимости демона не хватало, чтобы объяснить этому человечишке элементарные вещи:

— Контракт с рабыней заключает глава семьи, гарантируя выполнение условий, прописанных в нем. Глава моей семьи — мой старший брат. Я назвал только имя, которым буду ее называть.

Офицер, начавший хоть что-то понимать:

— Хорошо, тогда я запишу так: рабыня господина Стураше.

Дарил:

— Я вам так сразу и сказал.

На этом месте моя выпестованная скайлами сдержанность дала трещину, и я, смеясь, согнулась в кресле. Остальные скалились, улыбались, но пока держались.

А Дарил между тем продолжал.

Офицер:

— Для поиска вашей рабыни нам необходимы сведения, которые могли бы помочь ее опознать. Голографический снимок, отпечатки пальцев, скан сетчатки глаз, ДНК.

Дарил, зверея:

— Может, вам еще рассказать о ее родинке на плече и о том, в какой именно позе ей нравится заниматься любовью?

Тут все дружно посмотрели на меня, задумались. И даже Тимка склонил голову, а потом, словно смутившись, опустил уши, прикрывая мордочку.

Смеяться я уже не могла, только всхлипывала.

Как оказалось, рано. Свой рассказ Дарил еще не закончил.

Офицер, откровенно растерявшись:

— Но без этих данных мы не сможем ее найти.

Дарил, медленно поднимаясь со стула:

— Каких именно данных?!

Успокоились мы еще не скоро. То один, то другой вдруг замирал, вспоминая кусок из устроенного Дарилом спектакля, потом усиленно пытался удержаться от смеха. Удавалось мало кому, так что веселье то и дело прерывало наш разговор.

В этом тоже была своеобразная прелесть выбранной нами жизни. Мы не забывали о стоящей перед нами задаче, о Таласки, судьба которого волновала каждого из нас, о будущих проблемах; мы делали все, чтобы добиться успеха, найти Игоря, предусмотреть возможные сложности, но… это не мешало нам радоваться, когда выпадала такая возможность.

А вопрос, который я ждала, действительно прозвучал. И задал его именно Дарил, неожиданно прервав обсуждение. Говорили мы о вероятности сговора Таласки и Искандера. Мнения разделились, но все склонялись к тому, что такой вариант исключать нельзя.

— Ну а теперь ты скажешь, ради чего все это затевалось?

Я, с сарказмом, усмехнулась, отметив, как неуловимо изменились лица друзей. На них больше не было и следа беспечности.

— А куда я денусь, — дернула я плечом, сожалея, что мгновения внешней расслабленности закончились так быстро.

Но… пришло время поделиться с ними тем, что до этого момента было известно только мне.

— Все помнят запись с генералом Союза, которого вычислял Шторм? — Никто не кивнул, подтверждая, но мне это и не требовалось. — Утром того дня я приходила к Тадеусу, было у меня к нему дело. При входе в кабинет разминулась с посыльным из Оперы. Когда вошла, на столе лежал точно такой же конверт. — Я движением подбородка показала на бумажный пакет, который держал в руке Рауле. Выполняя мою просьбу, он прихватил его с собой. — Я тогда съязвила, что не замечала за ним тяги к искусству. Вопреки ожиданиям, Тадеус на мою реплику не ответил. Видно, не посчитал столь уж существенным.

Дарил качнул головой, похоже, догадавшись, что именно последует дальше. Но… прав он был лишь частично.

— Билеты были не для него, а для клиентов, которые не пропускают ни одной премьеры, если находятся на Гордоне. А вечером мы столкнулись с теми типами.

— И ты уверена…

— Уверена! — не терпящим возражений тоном подтвердила я. — Ты помнишь, — я обратилась к Тарасу, — я потом извинялась. — Ангел кивнул мгновенно, видно, уже перебирал те события. — Билетов на столе не было.

— И на этом основании… — начал Рауле, удивив меня внезапной агрессивностью.

Я сделала вид, что не заметила, как кривятся его губы. Мне было жаль, но именно из таких мелочей и выстраивались победные планы. Из-за них же они и рушились.

— Асхан был сегодня в Опере, — равнодушно произнесла я, не понимая, почему в глазах жреца появилась тень обреченности. — Мне удалось посадить ему старховского жучка. Тимка отследил логово.

Признаваться, что мне помогла Ее Величество Судьба, которая просто обязана была устроить эту встречу, я не стала. Но вчера в Опере была… премьера.

* * *

Если бы я знала, что эта же дама готовит сюрприз и мне, не предложила бы вздремнуть еще часок. Предпринимать что-либо раньше, чем ситуация в столице примет более менее прогнозируемые формы, было неразумно. Прошедшая ночь, утро, начало дня… я рассчитывала, что к вечеру сведения, которые мы начнем получать, дадут возможность разобраться, кто и как из держащих власть в городе отреагирует на похищении рабыни демона.

Ошиблась я не в том предположении, что этого времени им хватит для первоначальных разборок. Не ожидала, что Тарас, который еще буквально только что вел себя довольно адекватно, сорвется настолько неожиданно.

Вскинулась я от грохота. Секунда, вторая, третья… шум не прекращался, скорее, все нарастал.

В комнату, где устроились ангел и демон, я влетела последней. Замерла, убирая непонятно как оказавшийся у меня в руке парализатор. Сознание не отметило, когда я схватила его с прикроватной тумбочки.

Зрелище было… впечатляющим. Мою просьбу присмотреть за Тарасом, Дарил выполнял весьма своеобразно.

Остатки мебели в центре и у стен, куски ткани. Демон и ангел «танцевали» в центре этого кошмара. Мягкие, завораживающие движения в кажущемся плотным воздухе, обманчиво рассеянные взгляды, оскалы…

— Что здесь…

Договорить мне не дал дикий рык и серия ударов, которой обменялась эта парочка. Будь бой тренировочным, можно было бы и насладиться, но судя по разорванной одежде и кровавым потекам, бились они всерьез.

Понимала это не только я, разнимать их никто не торопился, догадываясь, что сделать это, не прибив кого-нибудь, будет сложно.

Оставался только один способ.

— Отставить! — рявкнула я, уповая на вбитые за семь стандартов рефлексы. — Обоих за борт, демоны вас задери!

Радоваться, что сработало, не стала. Парни застыли, тяжело дыша и пытаясь сфокусировать на мне взгляды, но проблесков разума в их глазах я не заметила.

Одно слитное движение: парализатор из набедренной кобуры, перевести регулятор мощности заряда на минимум, вскинуть… Доля секунды и Тарас, корчась, лежал на полу. Чуть сильнее и его бы просто вырубило, но я знала, что только боль сможет его сейчас отрезвить.

— Дарил! — Тот смотрел на меня еще дико, но уже без того безумия, которым отличались в стычках демоны. Не зря же их называли боевыми машинами. — Помнишь притон мадам Шу?

— Она Тараса никогда не выдаст, — хрипло, но уже приходя в себя, отозвался демон. — Понял.

— Свою мордашку не свети, пусть внутрь идет Стас. А ты и Валечка будете страховать.

— А чего я… — недовольно затянул Веласке, но Костас положил ему руку на плечо, заставляя замолчать до того, как мне пришлось бы проявить стервозность.

Так удачно начавший воплощаться в жизнь план пошел к демонам раньше, чем начал приносить плоды. Обидно, но ничего другого я и не ожидала. Все как всегда.

— А мы что? — уточнил Костас, когда я развернулась, чтобы покинуть разгромленную комнату.

— Ты — на информацию, а мы с Камилом — думать, — бросила я на ходу. Стоило умыться, пока была возможность и чего-нибудь перекусить. Были у меня подозрения, что времени на это больше не будет.

Костас не возразил, вышел следом за мной, его шаги я слышала у себя за спиной.

Когда вернулась в спальню, по-быстрому приняв душ и переодевшись в когда-то привычную серую форму перевозчицы, он был уже там. С десяток экранов, наслаиваясь друг на друга, мерцали в воздухе вокруг облюбованного им массивного кресла. Вьющиеся черные волосы всклочены, взгляд «бегает» не останавливаясь ни на мгновение, губы шепчут что-то неслышное.

Привычный образ моего хакера-навигатора, о котором я уже начала забывать.

Мне хватило только воспоминания о Тарасе, чтобы выкинуть эту сентиментальную дурь из головы. «Сорвало» ангела совсем не вовремя, я рассчитывала продержаться еще день, потом можно было и скинуть вопрос с ангелом на скайлов. Те бы справились без столь кардинальных мер.

— Загрузи командный в полном объеме, — приказала я, вытягивая из угла сумку с оружием.

Если все остальное будет в соответствии с моими мрачными предчувствиями…

Браслет запрещенного практически во всей галактике волновика плотно затянулся вокруг запястья.

— Тимка следит за ними. — Рауле застыл на пороге, держа в руках поднос с разогретым концентратом.

Для таких мероприятий, как это, самый лучший выбор. Насыщает быстро, силы поддерживает долго, усваивается полностью. И пить не хочется, вода в нем в связанной форме, высвобождается медленно.

— Знаю, — буркнула я, блокируя основной номер комма. Для желающих пообщаться со мной с его помощью я просто перестала существовать. Разработка Костаса. — У него сейчас будет другая задача.

— Асхан?

Я обернулась к Камилу только на секунду, забрала одну из кружек.

— Меня это не касается. Его местонахождение я уже сбросила Аршану. Упустит, печалиться не буду.

— Ой ли? — скептически протянул Рауле, вызывая смутные ассоциации. Между ним и Тарасом.

Если поверить самой себе, то проблемы с одним грозили плавно перетечь в проблемы с другим. Еще бы знать, чего ждать от самаринянина!

Жидкость была горячей и тягучей, большой глоток не сделаешь, так положено по инструкции. А хотелось кофе. Чтобы горечь и сладость, чтобы окутывал аромат, чтобы гуща рассказала о том, о чем не смогла поведать интуиция.

Желания туда же, куда и все остальное — к демонам!

— Тебе известно, что Шахин на Таркане скрывался под видом вполне досточтимого торговца?

Камил тут же «поймал» мою мысль.

— Думаешь и здесь он действовал так же?

— Костас, — проглотив еще одну густую каплю, позвала я, — дай нам вчерашнюю запись.

Минуты, минуты… Притон мадам Шу, которой когда-то Тарас помог решить проблемы с конкурентами, находился неподалеку от грузового порта Гордона. Не самый низкопробный в череде подобных заведений, однако, до среднего уровня не дотягивал. Но, в отличие от многих других содержателей и содержательниц борделей, Шу — приятная на вид люценианка средних лет, девочек (и мальчиков тоже) никогда не покупала. Те сами приходили к ней, когда больше деваться было некуда. И работали, сказала бы я, не за страх, а за заботу о себе, но язык не поворачивался произнести подобное. Уж больно специфичным был их труд.

Не мне судить, сама в свое время сменила форму Союза на патент перевозчицы — ниже только в вольные, да и жалеть каждого — жалости не хватит, но неприятный осадок все равно присутствовал. Сложись судьба чуть иначе, и сама могла оказаться там.

— Это которая под твоим паролем? — невинно улыбнувшись, посмотрел хакер на меня, на миг оторвавшись от своих экранов.

А во взгляде — понимание. Вряд ли сообразил по лицу, о чем я думаю, скорее, догадался. Мы так давно вместе, что и слов не надо.

— Это которую ты взломал, — подтвердила я. Надо было улыбнуться, давая понять, что так и было задумано, но сил на это не хватало. Внутри вибрировала, натягиваясь, струна напряжения.

Ох, что же еще чует моя душенька?!

Не сорваться на стон удалось только благодаря тому, что один из экранов Костаса выпал из общего строя, сжался в точку, чтобы тут же развернуться в центре комнаты.

Пока настраивалось изображение, Рауле отдал одну из оставшихся кружек хакеру, сам, со второй, отошел к двери, встал там, прислонившись к стене. Тимка, сидевший до этого на подлокотнике кресла Костаса, спрыгнул на пол, смешно повел носом. Я уже приготовилась ловить звереныша, в надежде, что он переберется ко мне на руки, но тот выбрал кровать. Не свернулся по обыкновению, улегся, как укладываются собаки, положив мордочку на вытянутые лапы.

Перехватив через командный интерфейс контроль над записью, промотала до нужного места. Когда вернулись, успела бегло просмотреть и оставить метку.

— Что скажешь? — бросила я взгляд на Камила, который уже и без моей подсказки внимательно рассматривал изображение двух мужчин, застывших в воздухе.

Добротная элегантная одежда, дорогие украшения, выдающие и вкус, и достаток хозяев. Легкое марево вокруг фигур — работающие глушители. Если бы не подарок Индарса, который утверждал, что его игрушки тем и хороши, что работают против основных способов защиты, которые используются в этом конце галактики, вряд ли удалось бы получить настолько качественную картинку.

— Есть едва уловимая схожесть, но утверждать не возьмусь.

Я кивнула, принимая его ответ. В то время, когда это происходило, мы с Дарилом в сопровождении охраны подходили к нашей ложе, а он уже находился внутри, проверяя. Это была нестыковка в моем плане, я рассчитывала, что мы встретимся в антракте. Чтобы не светиться перед ними раньше времени, появились мы в Опере буквально в последний момент.

— А теперь? — Я запустила запись, давая ему возможность увидеть, как движется эта парочка. Не нужно было находиться рядом, чтобы даже вот так ощутить исходящую от них опасность.

Камил шевельнулся, словно где-то там, внутри, двигался вместе с ними, потом отстранился от стены, закинув голову назад, закрыл глаза.

— Думаю, ты права, — произнес он через минуту, — это Шахин. Внешняя пластика совершенно иная, но она ему чужда. Слишком много рывков, нерационально.

— Поверь мне, — с несдержанной горечью отозвалась я, — это действительно он.

Рауле ничего не ответил, но я была уверена — он догадался, какие именно воспоминания мелькнули сейчас у меня перед глазами. Тело до сих пор не забыло, как он избивал меня, требуя поделиться сведениями о Новой Земле. Знай я тогда то, что он хотел, рассказала бы, но… все, что мне было известно — находится эта планета где-то в секторе скайлов.

— Что собираешься делать? — осторожно поинтересовался жрец, когда мне удалось вздохнуть. Привет из прошлого был с гнильцой, я сама не заметила, как задержала дыхание.

— Сейчас или вообще? — уточнила я, давая себе еще мгновение передышки.

Камил усмехнулся и… уточнил:

— Вообще.

— Убить! — без малейшего сомнения, озвучила я свой приговор. — Если Таласки меня не перехватит.

— Ты все-таки уверена, что он со скайлами?

Я скептически усмехнулась.

— Не думал, почему нас не пытались задержать в кангорате?

Звереныш приподнял ухо, Костас, если бы мог, повторил этот трюк. А так, только напрягся в ожидании продолжения разговора.

— Считаешь, что они успели узнать о Тимке все, что хотели?

Считала, но сказать об этом не смогла.

— Капитан, — привлек мое внимание Костас, — кажется, сработала ловушка у тайника.

Я еще не успела подойти ближе, чтобы увидеть то, о чем он предупредил, как на командном интерфейсе вспыхнул аварийный значок Дарила. Следом раздался и его голос:

— Таши, у нас проблемы.

Прозвучало это почти как признание в любви. Значит, проблемы были серьезными.

* * *

— Хоть правительство Союза и не устраивает укрепление позиций стархов, ему это придется принять, как данность. Синтар не видит в этом угрозы для кангората.

Искандер отвел взгляд от экрана, на котором просматривал последние данные по Таши и ее экипажу. Слова Аршана напомнили ему о разговоре с кангором, в котором тот поднял и эту тему. Правитель скайлов действительно довольно спокойно отнесся к укреплению связей между императорами стархов и Люцении.

Цель Индарса была не очевидна, но просчитываема. Замахиваться на всю соседнюю империю он не собирался, должен был догадаться, что на нее претендует Галактический Союз. Не зря же одновременно с вопросом оказания помощи Штанмару стоял еще один — размещение его баз на границах с окраинами.

Еще не предложение войти в коалицию, но уже намек на него. Людям нужен был форпост в этой части галактики.

А вот контакты старха и демона выглядели не столь безобидно. И это уже могло внушать пусть и не опасения, но озабоченность.

Так оно и было. Очередная игра, условия которой знал кто угодно, но только не сами игроки.

— Мы договорились, о политике ни слова!

Аршан ответил адмиралу усмешкой:

— Это ты не мне, ты ему говори. — Он кивнул на Таласки, который, задумавшись, разглядывал тонкую вязь инкрустации по углам лежащего на столе планшета.

Устроились они в гостевой каюте на борту совершенно ничем не примечательного вольного. Принадлежал он Артуру, но об этом, кроме этой троицы, капитана и самого хозяина Тандоры, никому известно не было. Тем более его невозможно было связать со скайлами, чем они сейчас и пользовались.

Щитоносец находился на дальней орбите под защитой мощных искажающих полей и, при необходимости, мог в течение получаса сесть в порту Гордона.

И Аршан и Искандер рассчитывали, что обойдется без кардинальных мер.

Игорь шутливого тона не принял.

— Несколько столетий скрытого противостояния и вот… Один визит императора Хандорса к стархам и ничем не обоснованное потепление.

Скайлы переглянулись. Отсутствие улыбок на лицах, но заметить несложно, что искреннее сожаление майора их обоих развлекает.

— Тебе назвать имя этого обоснования? — не сдержался Искандер, протянул руку через мерцающую дымку. Изображение не дернулось, лишь сомкнулось вокруг запястья, чтобы тут же отпустить его, но уже с кубком. — И ведь чистая импровизация, никакой подготовки.

— Потому и обидно, — раздраженно бросил Таласки. — Такие случаи, как этот, просчитать трудно. Там не хватило буквально часа, тут — нескольких минут. Я же видел, как с ней знакомился Дарил, но сделать ничего не мог. Их спецы держали меня плотно, пока эта парочка не исчезла. Еще и пожелали приятно провести время на Ярлтоне.

— Все же закончилось хорошо, — утверждая, но с оттенком вопросительной интонации произнес Аршан, следуя примеру Искандера.

Шаре тонизировало очень мягко. Учитывая, что ситуация могла измениться молниеносно, лишние силы им не помешают. Таши, в очередной раз, доказала, что непредсказуемость — ее девиз. К операции в Опере они оказались не готовы. И, что можно было считать едва ли не провалом, не увидели иного смысла, как уйти из-под опеки.

А ведь он был! Обязан был быть! Чтобы понимать это, достаточно было ее знать.

— Закончилось?! — насмешливо протянул Таласки и с лукавством посмотрел на Искандера. — Это ты ему объяснять будешь, когда она сбежит кого-нибудь спасать как раз перед тем, как стать его женой!

Адмирал подумал и… кивнул, соглашаясь. Это не помешало ему задорно хмыкнуть, словно он как раз эту картинку и представлял.

Аршан, пусть и мгновение спустя, но тоже улыбнулся. Кажется, подобная перспектива не испугала и его.

— Кстати, — неожиданно сменил тему Таласки, — почему вы не изъяли создание? Ведь была договоренность…

Перебил его Аршан. Просто недовольно качнул головой, но этого хватило, чтобы Игорь замолчал.

— Это существо — не совсем то, что мы предполагали. Кангор запретил даже малейшую агрессию по отношению к нему. Нам мало что известно о наследии древних, оставленном в Галактике. Не хотелось бы неосторожными действиями разбудить то, с чем справиться не сможем.

Таласки подумал, кивнул, но тему продолжил:

— Интересно, Индарс по этой же причине не претендует на питомца Рауле?

Настроение Игоря никак не выравнивалось. Привычные методики не помогали, и даже присутствие Искандера, который обычно без труда укрощал эмоциональные всплески друга, на этот раз не действовало.

О причине оба догадывались — будучи эмпатом, Таласки «ловил» то, что еще не проявилось событиями, но уже было предопределено. Так что все, что им оставалось, — ждать.

— Ты предлагаешь при встрече задать ему этот вопрос? — невинно поинтересовался Искандер.

Аршан поддержал сородича вскинутой бровью.

Игорь перевел взгляд с одного на другого, что-то взвесил в уме и… подмигнул адмиралу. Мол, рискни!

Внешняя расслабленность, с которой они вели этот разговор, могла обмануть кого угодно, но только не их самих. Каждый из них знал, чего именно стоила другим подобная беспечность. Даже пресловутая выдержка скайлов сдавалась перед напряжением.

Игорь же держался только благодаря внутренней убежденности, что Искандер не будет рисковать своей возлюбленной. Уж если он позволил ей развлекаться самостоятельно, настояв на его «исчезновении», значит, ситуация была под их контролем. В чем этот контроль заключался, тоже догадывался. Новые технологии, на которые натолкнуло появление на Ирассе гостя со второго Хараба.

Что именно скрыто в этом звереныше стало понятно только в столице кангората. До этого момента они лишь предполагали, что присутствие Тимки на борту «Зверя» случайностью не являлось. Команда не переигрывала, но… Таласки буквально кожей ощущал присутствие рядом чужого разума.

Это была сила, сталкиваться с которой ему раньше не приходилось. Мощь, от которой в душе оставался осадок собственной малости. Чувство было неприятным и подталкивало к необходимости разобраться с тем, с чем он повстречался.

Была даже мысль, что Орлова и ее экипаж находятся под ментальным воздействием. Если бы не Рауле, он бы склонился именно к этому предположению. Но Камил был побратимом Артура, а Шорн не пропустил бы подобного насилия над его разумом.

Окончательно отверг эту версию Искандер. Старх — тоже. У Песчаного льва было столь тонкое чутье на искажения в личности, что его мнению можно было безоговорочно доверять. Он, конечно, делиться своими выводами ни с кем не собирался, но Таласки хватило и того, что Наташа вышла из его покоев. Живой.

Мысль, сделав круг, вновь вернулась к императору стархов, словно преследуя Игоря. Причину такой навязчивости он знал. Группу Шторма для того и пристроили в Службу внешних границ, чтобы Союз мог хотя бы приблизительно знать, что именно затевает Индарс.

Им и раньше с трудом удавалось составлять хотя бы приблизительные прогнозы, теперь же…

Хандорс сломал их все, не дав при этом ни единой зацепки для новых. Зачем он прилетал на Таркан, узнать им так и не удалось.

Тишину разорвал низкий звук. Изображение в воздухе свернулось, скрывшись за настроечной таблицей, тут же возникло вновь. Сетка из кубиков, здания, деревья, полосы для движения каров, входы на подземные линии. Мелькающие окна, стены, углы, люди. Картинка менялась настолько быстро, что взгляд выхватывал лишь отдельные детали, не успевая выстраивать их в целое.

Никому из троих это и не требовалось. Система поиска была настроена на одно-единственное существо, разум которого трудно было скрыть даже самыми мощными защитными полями, что не мешало ему оставаться невидимым для всех, кто не владел новыми технологиями скайлов.

— Охота? — с ленцой протянул Аршан, бросив быстрый взгляд на Искандера. Тот следил за мерцающей снежно-белой точкой. Именно в этом цвете воспринимали ментаты питомца Рауле.

— Объявляй готовность! — Адмирал, в отличие от канира, тут же подобрался, отбросив мнимую расслабленность. — Я — на дальний контакт.

Аршан возражать не стал, по приказу кангора этой операцией командовал не он. Но от предостережений не удержался:

— Синтар не обрадуется, если ему придется доказывать, что все это время ты находился в кангорате.

Искандер на слова Аршана никак не отреагировал, а вот Таласки шально усмехнулся. Ему было известно, что по официальной версии адмирал в это время в своем канирате решал с младшим братом неожиданно возникшие вопросы.

Впрочем, в какой-то мере это именно так и было, просто возникшие вопросы были решены в течение всего нескольких часов.

Выйдя из рода Элдарс, Искандер больше не имел права называться каниром. На титул кангора он теперь тоже не претендовал, дав Синтару личную клятву верности и получив взамен относительную свободу.

* * *

— Стапель им в глотку! — еле слышно прорычала я, дослушав рассказ Дарила.

Слишком непредсказуемо, чтобы быть западней, но… Такие совпадения только в жизни и бывают.

До притона мадам Шу мальчики не добрались. В нескольких минутах лета от него неожиданно пришедший в себя Тарас перехватил управление каром. Дарил успел бы среагировать, но остановился, отметив, что во взгляде ангела больше нет безумия.

Причины столь внезапного возврата моего помощника в нормальное состояние стали ясны, как только они втиснули машину среди зарослей низкорослых деревьев. Ими отделялась защитная зона порта от лачуг тех, кому не по карману оказалось более приличное жилье. Этот район так и назывался — трущобы Гордона.

Еще одна особенность расы метаморфов, о которой лично мне известно не было. В состоянии тапси, как называлась готовность мужчины к продолжению рода, он был способен ощутить присутствие подходящей для него пары.

Такая цена за уникальность! Хочешь быть особенным…

Предположить что-то подобное я не могла, да и кроме удовлетворения собственного любопытства эти сведения ничего не давали. Если только рождали новые вопросы. С некоторыми из них, я еще могла придумать, что делать. Например, вспомнив некоторые из откровений ангела, признать возможность нахождения его сородичей на Гордоне.

А вот о том, как повлияет появление очередного действующего лица на наши планы, оставалось только догадываться.

— Костас! — вызвала я оставшегося на связи хакера. — У тебя есть что?

К тому моменту, когда мы с Рауле и Тимкой, плюнув на конспирацию и вооружившись до верхних переборок, добрались до ребят, демон и ангел уже определили приблизительное местонахождение женщины. Покружили по округе, используя чутье Тараса, как навигационный прибор.

Мои смутные надежды, что это будет одна из развалюх, откуда мы просто тихо заберем девушку и незаметно исчезнем, не оставив даже воспоминаний, не оправдались. Ангела привлекли припортовые склады на той стороне зеленой стены и заграждений.

Создавшейся ситуации это добавляло неоднозначности.

— Есть, — отозвался тот недовольно. Он был незаменим в своем ремесле, но… рвался в бой. — Этот ангар принадлежит люценианской торговой компании. Специализируются на экзотике. Но когда я копнул глубже, выяснились весьма интересные факты.

Он замолчал, давая понять, что ожидает наводящих вопросов, но я не спешила потакать его желаниям. Вспоминала, думала, связывала воедино те немногие кусочки знаний, которые были в моем распоряжении, искала и, что было важнее, находила нестыковки.

Вряд ли за два неполных стандарта на Гордоне что-то кардинально изменилось, а раз так… Люценианских компаний, которые бы торговали экзотикой в мою бытность здесь, было четыре. Одна не вызывала никаких подозрений, это я знала точно. Время от времени они пользовались услугами перевозчиков, моими в том числе. Еще две занимались дорогой мелочовкой, их хранилища находились на подземных уровнях зданий, в которых они располагались. Доставщики тоже свои. Охрана — не подберешься. Вольные с ними никогда не связывались.

Оставалась еще одна. И это мне совсем не нравилось. Ходили слухи, что они каким-то образом связаны с самаринянами. Живой товар в этих слухах тоже упоминался.

— Это ведь «Юртаис эфратис»?

— С тобой неинтересно, — обиженно протянул Костас, но тут же сменил гнев на милость: — А о том, что у них контракт на поставку с местным торговцем Сан Баши ты знаешь?

— С тем самым, кого мы опознали, как Шахина? — не сдержала я эмоций. Уж больно все выглядело… непредсказуемо.

— Да! — жестко подтвердил хакер, понимая, что смысл ясен и без объяснений. — Их транспорт завтра становится на погрузку.

— Демоны Галактики! — прошипела я сквозь зубы.

Вот тебе и отпуск! Вот тебе и поворот событий! А всего лишь хотела: найти Шахина и Ивара, да пристрелить обоих. Если, конечно, Таласки не перехватит инициативу, что было более чем вероятно, особенно после того, как он решил вспомнить, что принадлежит другой команде.

Я его не осуждала, пусть Игорь и заставил понервничать. Да и методы, которыми он действовал, не вызывали симпатии.

Впрочем, разве можно было обвинять Таласки в том, что он отказался действовать по моим правилам, когда я сама не собиралась играть по его?!

— В ангаре не меньше чем сорок человек, — неожиданно вклинился в наш разговор Рауле. Тимку он держал на руках. Выглядел звереныш недовольно, скалил зубы. — Боли нет, только страх и отчаяние.

Спрашивать, откуда ему известно, я не стала. Жрец, как-никак, да и заяц мог подсказать. Ко мне со своими образами не лез, не любил то напряженное состояние, в котором я находилась, а Камил умел сохранять не только внешнее, но и внутреннее спокойствие.

Вот тебе и отгадки… И планы, над которыми я больше была не властна.

— Портить товар они не будут. — Реплика Стаса прозвучала раньше, чем я добралась до этой мысли в своих размышлениях.

Товар они, действительно, портить не будут. Но что дальше?! Из всех самаринян я доверяла только одному, да и то лишь потому, что он выбрал свой путь.

Сорок разумных существ с одной стороны и две отпетые сволочи с другой. Выбор нелегкий, но избежать его не удастся. И не забыть, что уступи я чувству жалости, вместо этих четырех десятков будут сотни и тысячи.

Как тут не ошибиться?!

— Полезем — упустим Шахина, — словно вторя мне, произнес Дарил.

Я даже не оглянулась. Едва сдержалась, чтобы не рассказать, что сработала и оставленная нами ловушка на Ивара. Знать ему об этом пока не стоило.

— Капитан! — В голосе Тараса не было мольбы, но… легче мне от этого не стало.

Он примет любое мое решение, но вот смогу ли потом я жить с ним?

Отрезала жестко:

— Молчать! — продолжила уже мягче: — Думать мешаете.

Странно, но все как-то сразу расслабились.

Лично я бы на их месте напряглась. Кто его знает, что может прийти в мою голову, когда не устраивает ни один из доступных вариантов.

Блокировку с комма я сняла раньше, чем идея окончательно созрела.

Аршан отозвался практически сразу. Не сомневалась, ждал вызова.

— Предлагаю временное перемирие, — улыбнулась я невинно в ответ на его усмешку. — Работать будем вместе.

— Мне казалось, что вы нынче не в том положении, чтобы диктовать условия? — Канир был невозмутим, но в глазах танцевали демонята.

Жаль, что влюблена я не в него, а в Искандера.

Подумала и… ужаснулась. Двое таких, как мы с Аршаном… слишком опасная смесь, чтобы допустить. Мой адмирал склонен к авантюрам, но предпочитает действовать быстро, четко, с минимальными для себя нервными потрясениями. Больше воин, чем политик, никогда не забывает о невосполнимых потерях.

Начальник службы безопасности кангора в этом отношении был скорее похож на меня. Использовал все, что подворачивалось под руку, предпочитая достигать максимальных результатов, невзирая на чужие трупы вокруг. Жертвы для него были оправданными или… нет. Последнего, присутствовала у меня такая уверенность, в его практике еще не было.

Единственное, что объединяло нас троих — за своих мы были готовы и глотку перегрызть.

— Если не считать груза из сорока женщин, которых Шахин передает самаринянам через люценианского посредника.

— Откуда сведения? — заставив меня скривиться, на экране появился Таласки. Выступил откуда-то сбоку.

Вместо ответа, я задумчиво посмотрела на небо. Было оно грязно-серым, как и снег, лежащий под ногами. Гордон — не самое лучшее место в Галактике. Даже на Эори я не чувствовала этой саднящей тоски.

А Игорь с Аршаном продолжали ждать.

Мои мальчики — тоже, но… другого. Чьи надежды оправдать, сомнений у меня не было.

— Мне кажется, или среди вас кого-то не хватает? — наивно хлопнув ресничками, уточнила я, вызвав у своих ребят надрывный смех. Даже Тимка изобразил что-то такое, напоминающее издевку.

— Ты обо мне? — Голос Искандера раздался совсем не оттуда, откуда я ожидала, но… я даже не вздрогнула.

Как только исчез Игорь, нечто подобное и подозревала. И даже не беспочвенно.

Аршан ведь не просто так при нашем расставании в кангорате упомянул про высший разум. Дал понять, что причина разрыва связи между дакири Дарисом и вахиби Кими ему известна. Отсюда до предположения, что они сумели отсканировать данные Тимки, было рукой подать. А от них до способов противостоять его способностям — один лишь шаг. Да и подсказка со скайлом в отеле наводила на мысли. Всего лишь намек, чтобы я знала, он — рядом, как это было уже не раз.

Ошибались они лишь в одном: я дралась до последнего. Когда было ради чего драться.

— А еще у меня есть ниточка к Ивару, и если ее не перехватить немедленно, к вечеру он уже будет знать, что на крючке. — К Искандеру я не обернулась, просто признала, что его присутствие меня нисколько не смущает.

Аршан развел руками, словно и не замечая недовольства Игоря. С ним потому и было интересно играть, что он умел извлекать выгоду даже из поражения.

— Сбрасывайте точку встречи, мы там будем.

Я кивнула, отключилась и только после этого повернулась к скайлу.

— Значит, разбираешься с проблемами в кангорате?

Тот смущенно улыбнулся и склонил голову. Знал ведь, что я буду рада его видеть. Таким!

* * *

— Это — она.

Капитан из вольных — мне доводилось о нем раньше слышать, но познакомилась только сейчас, — первым вошел в довольно большой, со вкусом обставленный холл. Огромный темный ковер, тканевая обивка стен, диковинные растения в горшках, горшочках и кадках. Еще один любитель старины.

Меня, следом, завели двое из его экипажа. Скайлы должны были появиться, как только я дам сигнал.

— Под дурью? — жестко спросил Шахин, с отвращением наблюдая, как я норовлю сползти на пол. Если бы не поддерживали, так бы и вышло. Снадобье Стаса имитировало действие одного из самых распространенных на Гордоне легких наркотиков. На мое восприятие действительности оно не действовало, но руки-ноги едва слушались, да если присмотреться, подойдя поближе, зрачки словно заволокло туманом.

Одна видимость, да и микрокапсула с антидотом введена в кончик языка. Достаточно прикусить и выждать секунду.

— Скоро отойдет, — заверил его мой временный хозяин. Как выяснилось, Искандер и Игорь завербовали его еще во время истории с айо. Мне не показалось, что тот сожалел об этом. — Дали немного, чтобы не верещала. Девка с характером, до кого зубами не добралась, того когтями исполосовала. Бешеная.

— Это заметно, — кривясь, произнес Шахин, намекая на лица моих сопровождающих. Для подтверждения легенды им пришлось немного пострадать. Но оно того стоило, смотрелись, как жертвы дикой кошки.

Приглашать нас пройти вольный не торопился, смотрел на меня. Я чувствовала, как его взгляд скользит по едва прикрытому прозрачной тканью телу. Без плотского желания, оценивающе.

Сейчас я для него была лишь возможностью заработать кредиты.

— Покажи лицо, — потребовал он спустя пару минут.

Не знаю, как чувствовали себя другие, а я уже начала волноваться, напряженно вслушиваясь в тишину. На словах наш план выглядел изящно и нагло, сейчас же мне явно не хватало убежденности, в этом.

Капитан обернулся, кивнул одному из своих подручных. Тот, выполняя приказ, тряхнул меня, заставляя откинуть голову назад. Рывок вышел сильным, я дернулась и, выскользнув из чужих рук, сползла на пол.

Чистый экспромт, но получилось лучше, чем задумывала. Упала я лицом вниз.

— Дерьмо, — прошипел Шахин и сам подошел ко мне. Толкнул ногой, переворачивая на спину.

Сопротивляться я не стала, любила сюрпризы.

Мгновение его растерянности было слишком коротким, чтобы я могла им насладиться. Девушка, что сейчас лежала перед ним, была очень похожа на меня, но… только на первый взгляд. Чем дольше он вглядывался в мое, слегка подправленное Дарилом лицо, тем больше отличий находил.

В том, что он ошибся и на этот раз, ему только предстояло убедиться.

Не исключала и тот вариант, что из нас двоих заблуждалась именно я. Шахин был не тем противником, с которым можно с уверенностью предсказывать будущие события.

Работать мы решили четырьмя группами. Таласки возглавлял ту, что должна была захватить склад с живым товаром. Тарас и Стас шли с ним. Не хотела я, чтобы мои ребятки туда лезли, да разве удержишь ангела, когда его вела вперед… физиология. Я и не пыталась. Пару раз съязвила, мстя за прошлые его выходки, но мой новоявленный помощник был готов стерпеть и не такое, лишь бы не запретила ему вылазку. Он знал — это было в моей власти.

Знал он и о том, что я за него радовалась. Искренне.

Демон и Валечка с командой скайлов должны были взять Ивара. Оставленные у тайника сканеры подтвердили, что за бункером, где находилась наша заначка, приглядывали. Сработал маяк, когда мы его вскрыли. Не будь мы убеждены, что именно так и произойдет, вполне могли потянуть хвост.

Впрочем, мы его и «потянули». Как раз в сторону отеля, где снял номер Фарих Стураше. Действовали по принципу: чем запутаннее, тем лучше. Я это называла: главное — ввязаться.

Третья группа, которой командовал Аршан, меня нисколько не интересовала. Сиеш — не моя головная боль. Все, что могла — помочь выйти на него. Я — помогла. Ради Кими и ее еще не родившегося сына. Ради Дариса, при воспоминании о котором вновь хотелось набить кому-нибудь морду.

Тарас свое уже получил, оставался только Искандер. Но бить будущего кангора…

Проще было взять себя в руки. Тем более что мне было чем заняться. Я шла с четвертой. Нашей целью был Шахин.

— Откуда она у тебя?

— Перехватил у Ивара, — усмехнулся капитан, отвечая на вопрос Шахина. — Тот засуетился, я и воспользовался.

— У Ивара? — не поверил вольный, но мой якобы хозяин только пожал плечами. Мол, ты — спросил, я — ответил. — Свяжись с ним, — приказал он кому-то незамеченному мною спустя мгновение. — И отнесите девку в спальню.

— А кредиты? — шагнул ко мне капитан, словно я была его самым веским аргументом.

Шахин зловеще хмыкнул, но набрал на комме команду на перевод.

Секунд тридцать спустя меня подняли с пола и довольно аккуратно понесли в глубь дома.

Искандеру не нравилась именно эта часть плана, когда я должна была остаться один на один с тем, к кому у меня были свои счеты. Не знаю, чего он опасался больше, но пришлось смириться и поверить мне. Им хотелось заполучить Шахина живым, иной возможности сделать это у нас не было. Если вольный узнает меня, — не откажется от возможности сыграть с судьбой, не узнает — позарится на выкуп.

Длинный коридор, мой мутный взгляд бесцельно скользит по стенам и потолку. Чужие руки держат крепко, прижимая к сильному телу. Сердце, которое я чувствую даже сквозь плотную ткань его костюма, бьется мощно и четко. Я для него лишь собственность его хозяина, никаких чувств или эмоций.

Поворот направо, вверх по лестнице. Машинально считаю ступеньки, хоть это и не имеет никакого смысла. Мой разум находится под контролем Тимки. Все, что я вижу, слышу, чувствую, ощущаю, воспринимает и он. И Рауле, который координирует операцию. Ему потом разбираться со всем, что здесь найдут, вот он заранее и осваивается.

Шторму еще предстоит нелегкий разговор со мной, но из того, что я уже знаю, особой вины полковника и нет. Просчитал меня именно Искандер, чему я нисколько не удивляюсь. Свои таланты он предпочитал не демонстрировать, но это не значило, что их у него нет.

Второй этаж, еще один поворот, теперь уже налево. В воздухе легкий запах, так пахнет нагретый на солнце камень… Странная ассоциация, за которой тут же следует не виданная мною никогда картинка: огромное, уходящее к горизонту плато, над которым курится знойное марево. На второй Хараб это совершенно не похоже, не было там подобных пейзажей.

Думать о том, что бы это значило, некогда. Меня уже бережно уложили на кровать и оставили одну.

Воспользоваться мнимой свободой я не торопилась, и без подсказки звереныша была уверена, что за мной наблюдают. Шахин нашей легенде не поверил.

Разумно, идиотом я его никогда не считала. Все, чего добивалась — оказаться рядом, когда команда Искандера начнет штурмовать дом.

Он появился, когда я уже начала скучать. Вошел настолько тихо, что если бы не сигнал опасности, переданный Тимкой, я бы не услышала. Глаза предпочла держать закрытыми, чтобы осмысленность взгляда не испортила нам с ним игру.

Постоял несколько мгновений неподвижно, потом сбросил куртку — зашелестела ткань. Прошел через всю комнату, нежно запел хрусталь, с плеском скользнула жидкость в бокал.

Никогда раньше не думала, что мир, в котором есть только звуки, может быть настолько интересен и… опасен.

Легкий стук, мягкие, на грани слуха шаги.

— И кто же это мне сделал столь щедрый подарок? — Я ощутила, как Шахин склонился ко мне, убрал с лица прядь волос, что прилипла к губам. — Не захочешь, а подумаешь про последний бой.

Не знаю, чего он ждал от меня, но я не спешила составлять ему компанию в этом разговоре, пока оставалась надежда, что это лишь провокация. Дышала поверхностно, словно все еще одурманенная наркотиком. Антидот уже подействовал, так что приходилось использовать собственные артистические способности.

— Молчишь? — Он выпрямился, замер рядом с кроватью, на которой я лежала, словно чего-то ожидая. Не дождался, отошел. — Я ведь и тогда пожалел, дал возможность Артуру тебя забрать. И теперь… Смотрю, понимаю, что ты пришла забрать мою жизнь, а все равно жалею. Тебе бы детей рожать, а ты… в мужские игры играешь.

Признав, что промежуточный итог за ним, я открыла глаза и приподнялась на локте.

Он обернулся только на мгновение, окинул быстрым взглядом и вновь отвернулся.

— А ты — красивая. Генерал знает, я люблю белокурых.

— Генерал? — не скрыв удивления, переспросила я. Было ясно, что говорил он об отце, но вот откуда его знал?

Наша беседа становилась скользкой. Я только шевельнулась, чтобы встать, как Шахин, в два шага оказавшись напротив, протянул руку, помогая подняться.

Кажется, теперь я понимала, что именно имел в виду Индарс, когда говорил, что мне нужно в систему. Страха не было, только уверенность, что те, кто ждет моего сигнала, успеют.

Наверное, стоило столько пережить, чтобы это осознать.

— Служил у него! — оставив меня, отошел он к окну. Шторы были сдвинуты к одной стене, снежинки толкались в стекло, словно просились в тепло. — Давно это было, будто и не в этой жизни.

Я понимающе усмехнулась.

— Теперь хоть ясно, откуда Ивар узнал тогда мое настоящее имя.

Оглянулась на дверь. Бежать не собиралась, посмотрела скорее машинально, уж больно ярким показалось ощущение, что за ней кто-то есть.

— Зря ты на него рассчитываешь, — заметив мой взгляд, равнодушно заметил Шахин. — Я знал, что рано или поздно, но кто-нибудь захочет заглянуть ко мне в гости. Успел подготовиться.

— Телепортационная установка?

Он уважительно хмыкнул.

— Сообразительная. — Спустя мгновение спросил, как об обыденном: — Со мной пойдешь?

Я, не сдержавшись, засмеялась. Шахин же просто стоял и ждал, когда я успокоюсь. Вот только в глазах разгоралось бешенство.

Тогда он тоже… был сдержанным. А потом неожиданно срывался, будто срабатывал спусковой крючок. И он бил, бил, бил… пока хватало не сил — дыхания, пока не спадала пелена ярости. Потом садился напротив, сжимал кулаки и со свистом дышал сквозь стиснутые зубы. Смотрел не мигая.

Воспоминания обдали холодом, но это лишь отрезвило меня. Эту игру пора было заканчивать.

Будто вторя моим мыслям, Шахин едва заметно напрягся.

— Жаль! Тогда нам остается только попрощаться. Навсегда.

Он еще не закончил говорить, когда я бросилась к нему. Мне нужно было немного, одно прикосновение…

Моя ладонь успела ощутить тепло кожи его лица, когда сильный удар откинул меня на пол. Второго, на что я и рассчитывала, не последовало. Когда, стирая кровь с губы, попыталась подняться, Шахин повел в мою сторону рукой. На его запястье хищно оскалился раструб активированного волновика. Вольный тоже предпочитал запрещенное оружие.

— Мне все равно, в каком виде передать привет генералу. Пошла б со мной, осталась жива, а так…

Я не видела, когда он ввел команду, но контур окна, у которого стоял, вспыхнул темно-серым. Телепортационный блок!

— Что ж, тогда…

Договорить он не успел. Задохнулся на вздохе, пошатнулся и тяжело грохнулся на пол.

Однажды я предположила, что сэйвы скайлов не только позволяют «вести» своего подопечного, но и способны на более грязные делишки. Подтверждение лежало передо мной. Подарок Искандера сработал.

Задуматься о превратностях судьбы, которые поменяли нас с Шахином местами, мне не пришлось. От желающих спасти меня в комнате стало слишком тесно.

* * *

— У тебя в запасе еще тридцать дней.

Искандер стоял у окна в номере мнимого Фариха Старуше и смотрел на снег, который падал, и падал, и падал вот уже четвертые сутки. Как раз столько, сколько мы провели на Гордоне.

Я, забравшись с ногами и обложившись подушками, сидела на кровати. Было тепло, уютно и… паршиво.

Из четырех задач, которые мы поставили перед собой, успешно выполнили только половину. Вторую — тоже выполнили, но не с тем результатом, который ожидали. Ивара спасло чутье, он успел уйти раньше, чем Дарил добрался до его логова. Как ни странно, но я была этому рада. Он, конечно, сволочь, но… мы с ним семь стандартов пытались выяснить, кто круче. Это сделало нас едва ли не родными.

А вот помощника его взяли. Думаю, тот расскажет о последних двух годах моего бывшего конкурента много интересного.

Не повезло и Аршану. В доме, где скрывался Сиеш, его ждала засада. Скорее всего где-то прокололись именно мы, а не скайлы. Среди тел, которые остались после штурма, обнаружился и труп бывшего канира.

Я не сожалела, что не взяли живым. Понятно, что ему было много известно, но… мертвым он мне нравился больше. За себя можно и простить, за других — нельзя. А уж за тех, кто ушел… Мы в ответе за них.

Радовались недолго. Оказалось достаточно поверхностной экспертизы, чтобы вновь вспомнить о Сиеше. Убитым оказался его двойник.

У нас с Искандером результат был лучше. Сэйв, который мгновенно внедрился в тело Шахина, остановил его сердце. Жаль, Рауле успел исправить ситуацию до того, как она стала необратимой. Обнадеживало одно: на лице жреца при этом было такое безмятежное выражение, что судьбе вольного я больше не завидовала. Если не ошибалась, умирать и воскресать вновь ему придется еще не раз.

Тарас и Игорь тоже были в плюсе. Тридцать две девушки, среди которых та самая особа, которую ощутил мой ангел, и одиннадцать юношей. Самому младшему из партии — тринадцать, старшей — двадцать семь. Выглядела она не больше чем на шестнадцать. Тарас сказал, что их женщины пока не родили первого ребенка, кажутся подростками.

— Отправлюсь на Ярлтон, побуду с Юлом. Или, как говорит Аронов, сменю гнев на милость да рвану в кангорат. Познакомлюсь поближе с Кими, подружусь с Леей.

В стекле отразилась грустная улыбка Искандера. Сердце резануло болью, но я удержала готовые сорваться с губ слова. Говорить на посторонние темы было проще, чем о нас с ним.

Кажется, он считал так же.

— Через пару дней подойдет крейсер за Дарилом. Тарас собирается с ним, Хандорс обещал его девушке подданство.

Я только кивнула. Это все мы успели обговорить за те несколько часов, что обсуждали план действий. Если Искандер счел нужным повторить, то лишь для того, чтобы не касаться личного.

— А ты?

Он помедлил, потом резко обернулся.

— Я отказался от канирата в пользу брата.

Выдохнуть я смогла, вздохнуть… с трудом.

— Это из-за меня? — Получилось хрипло и… растерянно.

— Благодаря тебе, — поправил он. Я только и успела — удивленно дернуть бровью, как он продолжил: — Ты научила меня не предавать себя. Какой из меня кангор? Я — воин, мое дело защищать других.

— И давно ты это решил? — с легкой язвительностью поинтересовалась я.

Только скрыть, насколько изумлена. Проще было принять, что он в очередной раз использовал меня, пусть и из самых лучших побуждений, чем признать, что одним своим поступком лишил главного аргумента. Именно им я убеждала себя, что мы с Искандером не пара.

Несколько мгновений он молчал, потом засмеялся, закрыв лицо руками. Если бы не знала, насколько стабильна психика скайлов, могла бы засомневаться в душевном здоровье. А так даже и представить сложно, о чем думать.

Хорошо, что продолжалось это недолго, мое терпение было на пределе.

— Когда ты дождалась меня на орбите Тары.

— Когда?! — ошеломленно протянула я, давая себе возможность собраться с мыслями.

Тот день был не самым легким в моей жизни, как и заказ, который я перехватила у Ивара. Знала бы, чем все закончится… повторила бы вновь.

Заказчиком был Искандер, груз с Тары забирал он сам. Ничего необычного, такое в моей практике перевозчицы случалось. Новым было другое — покидая корабль, он внес в наш контракт дополнительный пункт: если не вернется к определенному часу, я могу считать договор расторгнутым и возвращаться на Гордон, получив неустойку.

В назначенное время он не вернулся. А я продолжала ждать, потому что заказ заканчивается лишь тогда, когда груз доставлен в пункт назначения, и никак иначе.

Мое решение оказалось роковым.

Я об этом не жалела.

— Я тогда сказал себе: если не улетишь, пойду на все, лишь бы ты была моей. Если для этого только и нужно, что отказаться от власти, которая меня никогда не привлекала, так почему бы так и не сделать.

— Ты уверен, что этого достаточно? — сползла я с кровати, проклиная и демонов, и ангелов. Догадывалась, что разговор будет непростым, но чтобы так…

— Не уверен, — замолчал на мгновение, лукаво улыбнулся, — но готов немного подождать, давая возможность свыкнуться с мыслью, что тебе никогда не стать канной.

Хмыкнув от неожиданности, вот уж из-за чего не стала бы расстраиваться, тут же замерла, от пришедшей в голову мысли.

— Ты присягнул Синтару?

— А разве от этого что-то изменилось? — продолжая улыбаться, уточнил он. — Десять стандартов, которые мне придется возглавлять Службу, еще не закончились. К тому времени скайлами будет править новый кангор и я буду свободен от клятвы.

Он был прав, но… я все еще помнила, как много стен выросло между нами. И не только в кангорате.

Впрочем, сама себе я могла признаться и в другом.

Я просто боялась. Понимала, что это — трусость, что он сделал ради нашего будущего значительно больше, чем должна была сделать я, но… мне еще только предстояло осознать, что я могу быть счастливой.

— Ты дашь мне время? — жалобно вздохнула я, радуясь тому, что в комнате работали глушители. Узнай мои ребята, с какой надеждой их капитан может заглядывать в глаза и замирать, в ожидании ответа, о дисциплине до ближайшего мордобоя можно было точно забыть.

— Не хотел бы, — усмехнулся он, глядя, как я переминаюсь с ноги на ногу, — но раз уж сам заикнулся, то получай свободу. До конца отпус… — Он не договорил, наблюдая, как меняется мое лицо. — Что?!

Сделанное мною только что открытие отдавалось обреченностью, придавая нашей победе привкус поражения.

— Я не чувствую Тимку, — прошептала я, догадавшись, отчего под сердцем образовалась пустота.

О самаринянах я вспоминала не зря.