— Прости. — Я положила рапорт на стол, не взглянув ни на адмирала, ни на генерала Орлова, ни на Шторма. — Но между Службой и возможностью спасти друга я выберу друга.

Когда мы добрались до дома Шахина, где задержался Рауле, возглавляя его осмотр, из живых там был лишь Тимка, да и то условно. Только что дышал, на меня он никак не отреагировал.

Нашли мы звереныша не сразу, один из охраны прикрыл его собой, словно от кого-то прятал.

Шестеро скайлов, еще двое из отдела самого Камила и никаких следов. На сканерах настолько чисто, что хотелось выть. Я такого еще никогда не видела, хоть что-то, но должно было остаться. Здесь же — ничего, только трупы.

Мысль о самаринянах я высказала первой. Что странно, версию приняли сразу. О других вариантах, конечно, тоже думали, но лишь как о маловероятных. Лишь бы были.

Искандер тут же передал информацию главам секторов, участников коалиции. Первым высказались Хандорс и кангор. По навигационным картам, которые я тут же сняла с «Легенды» и передала им, были перекрыты возможные точки прохода корабля или… кораблей Самаринии.

Это кажется, что Галактика огромна и скрыться в ней ничего не стоит. Законы навигации оставляли нам шанс не дать им уйти в зону, где они станут недоступны щупальцам Службы.

Индарс отреагировал несколькими часами позже, но так, что даже невозмутимые Аршан и Искандер оценили его решение по достоинству. Крепкими выражениями.

Старх действовал слишком резко и неожиданно, но явно не без умысла. Посольству Самаринии надлежало покинуть его владения в течение трех стандартных суток.

Те даже не успели добраться до их границ — им не позволили. Когда время истекло, корабль был признан нарушителем и уничтожен.

Узнала я об этом уже позже, в тот момент вела свой корабль к Харабу. Если кто и мог помочь зверенышу, то только Хранитель.

Летели мы без Тараса, он остался с женщиной, которая могла стать матерью его ребенка. Это был мой приказ, которому он был вынужден подчиниться. Так было правильно. Жизнь и… жизнь. Каждый боролся за свою.

На место ангела сел Дарил. Разлука обещала быть короткой, но в душе творилось такое, что спасало только понимание — моя истерика никому и ничем помочь не может. Я должна была быть сильной. Чтобы спасти Тимку, Рауле… саму себя.

— Наташа… — попытался остановить меня отец, но Искандер поднял лист, пробежался по строчкам, словно не знал, что именно там написано.

С Искандером мы о нашем будущем больше не говорили. С того памятного разговора в спальне мнимого Фариха Стураше. Табу, а не тема.

Не сказать, что кто-то из нас был виновен в том, что Рауле пропал именно в то время, когда мы занимались собой, но… как избавиться от осадка, от понимания того, что всего этого могло и не произойти?!

Я не думала об этом, отсекая все, что не имело отношения к спасению Камила.

Я даже ночью не позволяла себе хоть на миг представить, что мне это не удастся.

Но… яд сомнений заставлял вдруг замирать, чувствуя, как опадает от отчаяния сердце.

— Я уважаю ваш выбор, капитан третьего ранга Орлова. Ваш рапорт будет удовлетворен, как и рапорта членов вашего экипажа.

На Харабе мы оказались спустя четверо стандартных суток и три затяжных прыжка. Я рисковала, но у этого риска было имя. Пульс Тимки становился все слабее, надежда успеть — все призрачнее.

Хотелось выть, бить, крушить, но я держалась. Сдавала вахту Дарилу или Валечке, оставляя вторым пилотом Рустама, приходила в медотсек, садилась у реанимационной капсулы, брала лапу звереныша в ладони и разговаривала с ним.

Вспоминала те дни, когда мы свалились на второй Хараб, как он увязался за Тарасом, как приносил мне дань… Как забрался в посадочный модуль, отправившись вместе с нами навстречу той самой минуте, когда меня не оказалось рядом.

Было больно, но это помогало мне верить. Мы справились тогда, справимся и сейчас.

— Искандер! — сорвался отец, но опустил голову, замолчав. Такого ответа от адмирала он не ожидал.

Мы успели. Хранитель сам вышел на контакт еще на входе в систему. Когда на вторжение извне ИИ заверещал сигналом тревоги, я прикусила губу, только бы не заплакать. Расслабляться и радоваться победе было еще рано.

Тимка очнулся спустя двое суток. Вот тогда я позволила себе зареветь. Целовала его мордашку, прижимала к себе и рыдала навзрыд, не обращая внимания на ребят, которые молча стояли вокруг.

А еще через сутки, поблагодарив Хранителя, мы взяли курс на Таркан. Искандер был уже там.

О чем я говорила с ИР древних, никто кроме Тимки не знал. Хранитель был против, звереныш — за. Его мнение стало решающим.

Это был тот самый крайний случай, который стоило иметь про запас.

— Но не сегодня, — неожиданно продолжил адмирал. — По согласованию с императорами Индарсом и Хандорсом, кангором Синтаром и правительством Галактического Союза, я санкционирую спасательную операцию. Совету Жрецов Самаринии передан протест. Им дано семь стандартных суток, чтобы связаться с нами и сообщить координаты места, где наш крейсер заберет Камила Рауле.

То, что это были именно самариняне, Тимка подтвердил. Образы, которые он передал Хранителю, а потом и мне, были очень четкими. Семеро жрецов храма Судьбы в полном облачении, вспышка белого света, похожая на сметающую все волну и… темнота.

Как они попали в дом? Почему скайлы не отреагировали на их появление? Было ли это оружие или способности, о которых мы не имели ни малейшего представления?

Вопросы, вопросы, вопросы… Ответы нам только предстояло найти.

— Он их подданный, — вздохнула я, не торопясь поддаваться чувству облегчения, отражение которого увидела на лицах отца и Таласки.

— Доказательств этого нам не представлено, — жестко отрезал Искандер. — Камил Рауле является старшим офицером отдела розыска Службы внешних границ.

— Это не выход, — качнула я головой в бессильной ярости. Неужели они не замечали очевидного! — Они будут тянуть время, искать зацепки…

— Мы это знаем, — несколько разочарованно посмотрел на меня Шторм. Искандер усмехнулся и… кивнул. Кажется, я запаздывала с пониманием ситуации.

— Но ведь Рауле насолил не только им. — Это был уже адмирал.

Но мне было уже все равно, кто говорил, мысль этой парочки я «поймала». Похоже, самой последней.

Оправдывать себя не торопилась, просто приняла как факт.

— А ведь ты прав, у него столько врагов… среди вольных.

— Мы пока проигрываем в борьбе с ними, — демонстративно тяжело вздохнул полковник, перехватив у меня эстафету. — Нам будет очень жаль, если кто-то из капитанов сочтет их своей добычей.

— Единственное, что не позволяло нам действовать раньше, сектор, в котором их стоит искать. Но теперь, когда Тимка…

Договорить Искандеру я не дала.

— Он не может пробиться к разуму Рауле, его полностью блокируют.

— Артур — тоже, — без всяких эмоций заметил Аршан.

С Гордона он, как я ожидала, не отправился в кангорат, предпочел поучаствовать в поисках Камила. В причины я не вдавалась, но обратила внимание, что Искандера его присутствие поблизости не радует. Напряжение было едва заметным, не научись я скорее чувствовать, чем видеть, пропустила бы.

Оставалось надеяться, что не я стала поводом для него. Мне предстояло стать инорой для сына Кими, Аршану — инороком. Встречаться придется часто, вторые родители принимали участие в воспитание детей не меньше, чем настоящие.

— Значит, будем искать, — резко отрезала я, четко понимая, что отступать практически некуда.

Или потерять Рауле, признав свою слабость перед теми кто, проиграв войну, продолжал диктовать свои условия, или…

Нам с Дарилом предстоял нелегкий разговор.

* * *

— Прекращай мельтешить, — перехватил меня демон за руку. — Выкладывай, что задумала, а там посмотрим.

Скривившись, выдернула запястье из его захвата, вновь двинулась к переборке.

Прежде чем начинать рассказ, мне нужно было успокоиться. Давалось это с трудом, слишком тяжелыми были последние дни, чтобы нервы не сорвало с резьбы. Я хоть и продолжала внешне держаться, но о том, чего мне это стоило, знал лишь Тимка. Остальные могли только догадываться и… ошибаться.

Все было значительно хуже, чем казалось.

Допрос, который мне устроили по возвращении на Таркан отец и Искандер, очень напоминал незабываемую встречу с Шахином. Ту самую, после которой Ивар сделал из меня курьера айо, отправив на виселицу. Отличие было лишь одно — эти обещали заменить «смертную казнь» дальнейшим участием в заварушках Службы, но требовали за это вывернуться наизнанку.

Интересовал их и второй Хараб, и мое мнение о Хранителях и… правда о звереныше. Знали они о нем достаточно, чтобы делать выводы, но рассчитывали на подтверждение и некоторые мелочи, о которых я предпочитала даже не заикаться.

Мне все чаще казалось, что малыш понимает в происходящем вокруг значительно больше не только меня, но и высокопоставленных любителей игры в хатч. Это пугало, заставляя возвращаться к одной и той же мысли… не открыла ли я сама дверь в тот кошмар, последствия которого видела на планетах, населенных когда-то древними.

Тимка о моих опасениях не мог не догадываться, скрыть от него что-либо можно было одним способом — умереть, но убеждать в обратном не торопился. Это был вопрос доверия. Либо есть, либо… Ответить категорично у меня пока не получалось.

Настойчивость адмирала была понятна: чем больше ему известно, тем проще меня же и защитить. Он первый, но далеко не последний, кому эти тайны не давали спокойно спать. Что уж говорить об отце. Тот был готов добиваться своего любыми способами, лишь бы меня обезопасить.

В этот раз им обоим не повезло. Я молчала. Разводила руками, невинно улыбалась, намекала, что не стоит будить силы, справиться с которыми будет невозможно и всем миром, угрожала, кляла последними словами Рауле, который подставился так не вовремя…

Сошлись на том, что сначала я верну Камила, потом мы попробуем поговорить еще раз. Если, конечно, не будет поздно. Что имел в виду генерал, когда заикнулся об этом, было ясно без объяснений. Если за меня возьмется Индарс, кангор, главный демон или правительство Союза, все может закончиться совершенно с иным результатом.

Вот это-то меня и не пугало. Хранитель предположил такой вариант и принял меры. О том, что данный раунд, еще не начавшись, остался за мной, им всем только предстояло узнать.

Проблема с Искандером и отцом оказалась не единственной. Не успела я ее решить, как тут же вляпалась в другую. На этот раз с Дарилом.

Я собиралась переброситься парой слов сначала с ним и лишь потом, узнав позицию демона, выносить вопрос на обсуждение экипажа. Он посчитал иначе — в кают-компании собрались все, кто свалился после конвоя в прерванный прыжок. Не хватало только Дюши, но тот находился на Земле.

Хоть что-то хорошее, возиться с детьми мне было некогда.

Проигнорированная Дарилом просьба и стала последней каплей, обрушившей мое самообладание.

В чем-то демон был прав, решение спасти «Дальнир» мы принимали вместе, забыть о нем — тоже. Но вот здесь-то и начиналось то «но», которое сейчас заставляло меня перебирать варианты и бороться с собственным бешенством.

Забыть не получилось. Если мы хотели вернуть Камила, другого варианта, как воспользоваться межгалактическим разведчиком у нас не было. Даже с помощью Хранителей, связанных друг с другом, найти корабль самаринян являлось запредельно сложной задачей. Догнать и заставить отдать пленника — не легче.

Из всех, кто на словах жаждал вытащить Рауле, реально этого хотели немногие. Мой экипаж, Искандер, для которого это было делом чести, Аршан — такая оплеуха ложилась пятном на репутацию скайлов, отец, Шторм и Таласки — по тем же причинам, что и начальник безопасности кангора. Для остальных это был шикарный повод.

Ситуация в Галактике была далека от равновесия. Союз, кангорат, империи демонов и стархов, Приам, продолжавший держаться в стороне от тех процессов, что активизировались в последние десять стандартов, Люцения, для которой понятие независимости становилось все более условным…

Окраины сдерживали скрытые за внешним добрососедством внутренние противоречия, но были слишком слабым врагом, чтобы те в самом скором времени не начали вновь срывать крышку этого кипящего котла. Создание Службы внешних границ сыграло свою роль, но уж больно разными были желания вступивших в коалицию.

Не стоило забывать и о тех, кто предпочел остаться за рамками подписанных четырьмя сторонами договоров.

Не выкради самариняне Рауле так своевременно, явив в своем лице нового врага, очень скоро всем бы понадобилась новая цель, способная сдерживать скрытое напряжение. Так что я не обольщалась. Если правителям и нужна была жизнь Камила, то лишь на словах. Смерть, как это ни звучало кощунственно, была предпочтительней. Она развязывала им руки.

Я допустить этого не могла.

— Значит так, — я резко остановилась, в очередной раз упершись в переборку, — или мы, или… никто. С собой никого не тащу, каждый отвечает за себя.

— Капитан, ты… — вскинулся Тарас.

Не думаю, что продолжение прозвучало бы прилично, но его остановил Дарил.

— Подожди, ангел! — надавив тому на плечо, он усадил его обратно. — Не видишь, капитан не в себе. Сейчас вздохнет, посмотрит на нас, осознает и все будет, как обычно.

Я невольно улыбнулась — таким демона я еще не видела, но улыбка быстро сошла с моего лица. Я загнала себя в угол, тянуть их за собой вслепую не имела права. Не сейчас.

— Не будет, Дарил, и ты это знаешь не хуже меня. — Тарас опять попытался высказаться, но, напоровшись на мой тяжелый взгляд, вновь затих. — Тимка вызвал «Дальнир». Через тридцать минут «Легенда» под кодом вольного уйдет в точку встречи. Со мной отправятся только те, кто полностью отдает себе отчет в том, чем все это может закончиться.

— А чем все это может закончиться? — с недоумением посмотрел на меня Костас, заставив всех остальных улыбнуться.

Всех, но не меня.

Мне было горько.

— «Дальнир» будет уничтожен. Это условие, на котором нам предоставляют код доступа к кораблю, — жестко начала я, наблюдая, как меняется выражение их лиц. Рисковать тогда, уводя разведчик с базы древних, ради того, чтобы самим же приговорить теперь… Жизнь за жизнь, пусть это и была жизнь корабля. Разве у нас было когда-то иначе?! — Думаю, это мы как-нибудь переживем, — с кривой усмешкой продолжила я. — А вот сможем ли мы пережить то, с чем столкнемся на нем?

— До этого еще…

Демона заткнул Тарас. То ли отыгрался, то ли сообразил раньше. Но, хоть он и не закончил, мне пришлось ответить на его реплику.

— Ты прав, до этого еще дожить надо. И справиться. Но я не хочу видеть, как вы будете с тоской смотреть на экраны, вспоминая о том, что было в ваших руках и чего вы лишились.

— Кажется, — нарочито нахмурился Костас, — нас назвали сосунками.

Я сделала вид, что не услышала.

Если им так проще… Я помнила, как Дарил прикасался ладонью к обшивке корабля. Как Тарас закрывал глаза, а потом резко открывал, словно не верил тому, что видел. Как дрожали губы Костаса, прежде чем он осмелился дать первую команду на перекачку данных с «Легенды» на корабль древних.

И хотелось бы, но оказалось невозможно забыть.

— Нет, — фыркнул Стас, хлопнув навигатора по плечу, — птенцами.

— Какая разница?! — согласился с ними Валечка. — Все равно зелень!

Пацаны! Великовозрастные заигравшиеся пацаны!

Когда-то мы решили, что за каждого, кого примем в экипаж, перегрызем глотку. Рауле стал нашим не потому, что спас мне жизнь. Просто, оказался таким же, как мы.

А раз так… Они правы! Сомнения были ни к чему. Они отнимали и силы, и время, которого у нас не было.

— Придурки! — выдала я, чувствуя, как спадает напряжение. Хоть кто-то среди нас продолжал мыслить разумно. Себе я в этом вопросе уже не доверяла. — Я о них беспокоюсь…

— Поздно беспокоиться, — неожиданно хмыкнул Демон. — Мы уж как-нибудь о себе сами… Один вон уже… — он качнул головой в сторону ангела, — скоро папой станет.

Мне бы улыбнуться, тем более что Тарас и рад был оказаться объектом моей язвительности, лишь бы все стало наконец-то привычным. Мы вляпываемся в проблемы, мы из них выбираемся.

— Шутки в сторону, — не приняла я его тона. Хоть и удалось вернуть какое-то подобие равновесия, но до настоящего спокойствия было еще далеко. — У вас пятнадцать минут. Кто со мной — к завершению предполетной карты быть на месте. Кто нет… Обид не будет, я приму любое решение. И еще, — я обернулась к Тарасу, — Артур ведет «Зверя». Когда вытащим Рауле я собираюсь припрятать его на Тандоре. Пока неразбериха…

Заканчивать я не стала, просто вышла из кают-компании. Они, действительно, мальчики взрослые, сами разберутся, кому из них стоит отправляться со мной, а кому лучше остаться здесь.

Начинать новую жизнь.

* * *

— «Легенда» ушла в прокол. Весь экипаж капитана Таши находится на борту.

Индрас, услышав голос верного, глаз не открыл, так и продолжал сидеть в кресле, расслабленно откинувшись на спинку. Последние двадцать суток были очень непростыми, усталость начала брать свое. Сначала смутной тревогой вошла в сны, затем обернулась бессонницей, теперь накатывала апатией.

Пока что императору удавалось бороться, но он знал, еще пара дней и наступит тот момент, когда невозможность нормально отдохнуть взорвется яростью.

Но известно об этом будет лишь его телохранителям, только им он позволял видеть свои слабости. Потому они и были верными, что принимали его и таким.

— Узнай, когда прибудет адмирал? — попросил-потребовал он негромко, чуть шевельнувшись. Устраивался удобнее.

— Адмирал Искандер уже во дворце, — не скрывая горечи, отозвался верный. Видел, что будь у императора хотя бы минут двадцать, тот позволил бы себе легкую дрему, но помочь ничем не мог. — Прошел пост охраны на втором этаже.

— Похвальное качество, — противореча собственным словам, тяжело вздохнул старх и поднялся, оправляя одежду, — он не заставляет себя ждать.

Верный промолчал, хоть и взял сказанное на заметку. Император редко когда высказывался в чей-то адрес, когда такое случалось, к этому стоило прислушаться. Особое отношение требовало особого внимания с их стороны.

— И предупреди Мики, что я буду у нее сегодня, — добавил Индарс неожиданно. Возможно, даже для самого себя.

Вот теперь верный не сдержался, улыбка тенью коснулась его губ. Пришлось склонить голову, пряча эмоции.

Если кто и мог в столь напряженное время помочь императору сбросить напряжение, так именно Мики. Когда-то она была возлюбленной старха. Но не Индарса — гонщика Ираса. Теперь… его доше, матерью внебрачного, а значит, не имеющего никаких прав на власть сына.

Ни жена, ни любовница, но перед поборниками морали она была чиста, а мальчик — признан.

Случайность? Стечение обстоятельств? Предопределенность? Доказательства того, что первая любовь навсегда оставляет свой след?

Значение имело другое. Эта женщина стала тем тихим пристанищем, в котором он мог вспоминать, каким был до того, как стал императором.

Они встречались больше года, пока однажды, после одной из гонок, она не исчезла. Внезапно. Не сказав: «Прощай», не оставив хотя бы намек на причины. До старта была, после… остались только три слова: «Возвращаю тебе свободу». Строки из ее любимого стихотворения.

Слышал он их лишь раз, буквально за несколько дней до ее безмолвного побега. Единственный случай за все время их отношений, когда меланхолия взяла над ней власть. Вот тогда в сумраке вечера, глядя на темнеющее небо, она и произнесла их. Что значили они для Мики, Индарс понял значительно позже. Чтобы понимать вновь и вновь, каждый раз открывая все новые грани короткой фразы.

Тогда они для него ничего не значили.

Искать девушку Индарс и не пытался. На роль вечной спутницы она не подходила, просто подружка с Люцении. Да и не до того ему было. Покушение на наследника, предательство брата, смерть отца, империя, находящаяся на пороге гражданской войны, вольные, грозящие подорвать экономику сектора… Забот было много, не до юношеской увлеченности, которая по прошествии нескольких лет воспринималась, как иллюзия.

Но память распорядилась по-своему. Уже появились дети от тогда еще единственной жены, наложницы, которые всегда были готовы помочь расслабиться и забыть о тревогах, но когда тоска находила тропинку к его сердцу, вдруг вспоминалась она. В ней кипел задор, она не терпела тишины и размеренности, была неудержима на проказы и розыгрыши. Такой и осталась для него, хоть Индарс и понимал, что время меняет. Иногда до неузнаваемости.

Однажды внутреннее одиночество стало настолько ощутимым, что император отдал приказ верным найти свою бывшую приятельницу. Поиск продолжался больше стандарта. След девушки то становился явным, то вновь терялся, чтобы неожиданно привести на… Таркан. Вдова, сын, воспитывала его сама, ни одного родственника со стороны умершего мужа.

Удивило Индарса не это, для их мира такие случаи были несвойственны, но возможны. Поразительно было другое: Мики, теперь Микари, продолжала дело супруга — вела торговлю со своей бывшей родиной.

Отдав приказ негласно помогать женщине, Индарс на какое-то время о ней практически забыл. Пока внезапно не понял, что именно кольнуло, когда просматривал отчет разыскников. Мальчик, девять лет… Тогда они были еще вместе, и в ее верности он не сомневался. Ребенок мог быть только его сыном. Это подтвердил не только самый приблизительный подсчет, но и генная карта, которую он потребовал достать.

Вот тогда и наведался к ней. Не как император, как мужчина, желавший узнать правду.

Мики юлить не стала, хоть и особой радости от встречи не выказала. Да — сын, да — промолчала. У нее было два варианта: избавиться от плода или скрыться, чтобы не сделать себя и будущее дитя уязвимыми. Что Ирас — имя вымышленное, знали многие, а вот кто прячется за ним — единицы. Среди них оказалась и она. Случайно.

Индарс не навязывался, словно принял ее выбор. Так думала она, Индарс же знал: как только сыну исполнится шестнадцать и он, по законам империи, сможет быть признан старшим мужчиной в семье, все изменится.

Так и произошло. На следующий день после совершеннолетия Рокоса, Индарс вновь пришел в их дом. Не требовать, просить. Как император он имел право на пять жен, Микари могла стать одной из них — не вопреки обычаям, но все равно в виде исключения, но отказалась.

Таши бы тоже отказалась, но он не предлагал ей этот брак совершенно из других побуждений. Она была из тех, для кого либо все, либо… ничего. Он относился к последнему.

О том, что нашел Мики, Индарс не пожалел. Она была и страстной любовницей и… надежным другом. А из Рокоса получился хороший верный. Иногда император жалел, что не он — наследник, иногда… радовался, не желая ему своей судьбы.

Его жизнь не терпела однозначности.

— Адмирал Искандер, — выпрямившись и отступая в тень, произнес верный за мгновение до того, как открылась дверь в кабинет.

— Император Индарс, — приветствовал тот старха, переступив через порог. — Прошу простить, я заставил вас ждать…

— Проходите, адмирал, — перебил его Индарс, напоминая, что с церемониями они уже давно покончили. — Не стоит объясняться. О том, что «Легенда» ушла в прыжок, мне уже доложили.

Искандер мог бы дать понять, что ничего другого от императора не ожидал, но выбранное тем время для аудиенции наводило на мысль, что разговор предполагает быть серьезным. А раз так… развлечься недомолвками они сумеют и в другой раз. Если он появится.

— Капитан Орлова убеждена, что ей удастся обнаружить сектор, где на данный момент находится корабль самаринян.

Индарс выслушал внимательно, но промолчал. Отошел к окну. Едва заметный жест — и цветной витраж, благодаря которому в кабинете царил легкий сумрак, стал прозрачным и бесцветным, впустив в помещение яркий свет летнего дня. Полуденный зной остался там, за тонкой преградой, но словно заглянул внутрь, давая ощутить сладость приятной прохлады.

— Решение выдворить посольство Самаринии принадлежало не мне, — произнес он, не оборачиваясь, когда пауза начала принимать оттенок напряжения. — Мой наследник посчитал, что некоторое обострение, демонстрация не только силы, но и готовности ею воспользоваться, должны заставить самаринян задуматься о цене, которую придется заплатить за месть отступнику.

— И вы согласились с ним? — не скрыл своей заинтересованности Искандер.

Действия императора вызвали у адмирала двоякое чувство. Гордость за то, что он знаком с Индарсом и… легкое недоумение. Цель не оправдывала средства.

Теперь ситуация становилась более понятной, но… опять лишь с одной стороны. За последствия придется отвечать отнюдь не будущему императору. Настоящему.

— Он заставил меня вспомнить, каким я был тридцать лет тому назад.

Искандер медленно, зная, что каждое его движение контролируется верными, подошел к старху, встал рядом. Тот даже не шевельнулся, словно ничего из ряда вон выходящего и не произошло.

Возможно, так оно и было. Соперниками они будут всегда. Даже если Таши погибнет… Сердце Индарса на мгновение замерло, ужаснувшись мелькнувшей мысли, но старх отметил это машинально, продолжив думать о том, что даже если Таши погибнет, это не изменит того факта, что он и скайл были соперниками. Но разве это могло помешать им быть союзниками, раз врагами не получилось?

— Дерзким, осознающим, что только ты и никто… — эхом продолжил за императора Искандер. — Когда я давал клятву канира, тоже был таким. Власти не желал, но принял выбор судьбы. Больше было некому, я — старший.

— Для вашего брата, если я не ошибаюсь, титул старшего в роду не является тяжелой ношей? — отозвался Индарс, прекрасно понимая, какие аналогии проводил скайл.

— Как и для вашего сына бремя империи, — вторил ему Искандер, признавая, что вражда не нужна и ему.

— Когда все закончится, я хотел бы представить ему вас. Будет лучше, если он узнает, что собой представляет адмирал Искандер до того, как займет предназначенное ему место.

— Мне усомниться в идеальной работе вашей разведки? — с ноткой изумления поинтересовался Искандер.

Ответная улыбка Индарса была ироничной:

— Вы ловко избежали участи кангора, но будьте уверены, что если не Синтар, то или я, или Хандорс, воздадим вам по заслугам. Не стоит рассчитывать, что вам позволят стать фигурой второго плана. Ваше место — на высоких уровнях хатча.

Искандер качнул головой, скрывая за жестом усмешку.

— Спорить с вами, император, не стану. — И закончил после короткой паузы: — Будь у меня ваш опыт…

— Предлагаете сыграть? — тут же ухватился за неоднозначность фразы Индарс, разворачиваясь к Искандеру. И не дав возразить, указал на едва заметную дверь, ведущую в его внутренние покои. — Не думаю, что за несколько часов что-нибудь изменится.

Отказываться от предложения адмирал не стал. Когда еще удастся узнать императора стархов таким, каким его знала Таши.

* * *

Тимка дремал в пилот-ложементе помощника капитана. Ночную вахту несли мы с Тарасом.

Мне хотелось поговорить с ним наедине, другой возможности могло и не появиться.

Ему, кажется, тоже было о чем со мной побеседовать — задумчивый взгляд ангела я ловила на себе несколько раз. Но, то ли еще не набралась критическая масса, то ли общение обещало быть слишком личным. Каждый из нас оттягивал момент. Потому в рубке все еще царила пусть и условная, но тишина.

Уже полчаса как «Легенда» ушла в прокол, до выхода оставалось немногим больше трех. Не самый долгий прыжок, но бездействие отдавало тяжестью и тоской. С этим надо было что-то делать!

Видно, эта мысль настигла не только меня, Тарас опередил буквально на мгновение, но я была этому рада.

— Долго молчать будешь? — Он не обернулся, продолжал просматривать курс до следующего прокола, но вряд ли обращался к зверенышу. — Спрашивай уже!

Прежде чем воспользоваться предложением, потянулась, ловя себя на том, что сомнения наконец-то отступили, освободив место уверенности: нам удастся выкрутиться и на этот раз. Все привычно, знакомо до мелочей… словно выкинула из жизни последние два стандарта. Очередной заказ, те же проблемы. Дойти, добраться, выполнить…

— Да не о чем спрашивать, — отозвалась, вновь склонившись над дисплеем, на котором мелькали символы управления системой «Дальнира», переданные мне Хранителем. Стоило ему спросить, как все, действительно, встало на свои места. — Ты не рычишь, в глазах нет тоски. Все в порядке.

Тарас оторвался от кальки, посмотрел на меня, словно на незнакомое доселе явление, усмехнулся.

— Твоя немногословность иногда просто поражает. Забываешь, что ты не только капитан, но и красивая женщина.

Теперь пришла моя очередь вскидывать на него удивленный взгляд.

— Это до тебя после мордобоя дошло?

Ангел, засмеявшись, развернул ложемент в мою сторону. Чтобы было лучше видно.

— Надо признать, так меня еще никто в чувство не приводил.

Восторг в его голосе не был нарочитым, но сдобренным толикой грусти. Прошлое было у каждого из нас.

Пришлось вспомнить, что я у них вроде как нянька при великовозрастных детишках.

— Ты еще не слышал о предположениях Дарила… — Фразу я специально не закончила. Цепляла за их негласный, но спор.

Тарас все прекрасно понимал, но любопытство все равно взяло верх.

— Меняемся?

Прежде чем ответить, взглянула на звереныша. Тот делал вид, что спит, но как раз в тот момент, когда я к нему обернулась, приоткрыл один глаз, наблюдая за нами. Нахмурилась, сведя брови к переносице. Тимка вздохнул и… прикрыл мордочку ушами.

Судорожно сглотнув, заставила отступить вставшее перед глазами видение. Я успела тогда, успею и сейчас.

Не знаю, удалось ли заметить ангелу мое смятение, но когда я вновь посмотрела на него, он продолжал улыбаться. Да только у меня уже пропал даже намек на игривое настроение. Я тоже имела право на слабость, им пора было это принять.

— Хандорс обещал вам защиту, но лояльность демона к нашему экипажу пугает меня больше, чем интерес Индарса. Даже если сдержит слово, это не гарантирует, что он не попытается использовать твою женщину или будущего ребенка.

— Ласса, — на мой взгляд, слишком равнодушно, чтобы это было правдой, произнес Тарас. И добавил, видя, что я не понимаю: — У нас нет семьи в вашем понимании. Ласса и ласс — те, кто воспитывают общего ребенка. У одной пары никогда не бывает больше одного, так что союзы у метаморфов временные.

— В данном случае это разве имеет значение? — невинно поинтересовалась я, едва сдерживая накатившую волной ярость.

— Нет, — спокойно отреагировал Тарас на мой выпад.

Его тон заставил меня резко «протрезветь». Они столько лет выживали до встречи со мной, почему я считала, что не смогут и после того, как я перестану о них заботиться?!

— Извини, — прошептала я, кляня себя за глупость. Капитан — капитаном, но разве они не имели права на свою собственную жизнь? Ту, в которой не будет меня, в которой не я буду определять, что и кому из них делать…

Мы все, так же как и все вокруг нас, менялись. Я пока что не успевала за этими изменениями.

— Не стоит, — отозвался ангел. — Мы все знали, на что идем. И когда соглашались на «Легенду», и когда принимали решение по Службе. И теперь.

— Ты ей лучше расскажи, как мы ангар брали, — появившись в самый нужный момент фыркнул Дарил. — Неужели не видишь, ради чего ходит вокруг да около? Спросить напрямую не может, вот и нагнетает напряжение!

Уточнять у демона, слышал ли о моем высказывании в адрес своего отца, я не стала. И так было ясно — слышал, подтвердил он это уже своим присутствием здесь. Не удивляло и то, что не стал убеждать в обратном. Дарилу удавалось то, чему пыталась научиться я — разделять одно и другое. Долг перед родиной, семьей и… перед экипажем. Я надеялась, что так будет и дальше.

— Считаешь, что я помню? — неожиданно выдал смущенный ангел, заставив нас обоих посмотреть на себя с изумлением. — Чем ближе я был к Иссе, тем сильнее туманило разум. Одни инстинкты, ничего более.

— А действовал четко, — вскинулся Дарил. Я удержалась от подобного жеста, предпочтя стать лишь свидетелем их разговора. Так было значительно интереснее и… безопаснее для меня. — Я был уверен, что ты осознаешь происходящее. Будь иначе…

— Да знаю я! — ангел тряхнул головой, пряди скользнули на лицо, рассыпались по спине, делая его мягче, беззащитнее… Сравнение мелькнуло и пропало, стоило мне наткнуться на его жесткий взгляд. — Каждые пять-шесть лет, начиная с двадцати. Первый раз чуть с ума не сошел, объяснить было некому, мать умерла, когда мне и десяти не было. Отца я вообще не знал. Рос в приюте, но там держали только до семнадцати. Потом перебивался мелкой работой в порту, с техникой я всегда находил общий язык. Пока порт не подмяла под себя одна банда. Вот тогда пришлось трудно, и подавальщиком в притоне крутился, и вышибалой — силой меня природа не обидела. Дальше — хуже, прибился к дакерам — угонщикам каров. Научился поднимать в воздух все, что было способно подняться. Там меня и прихватили. Сбежал, скрывался в трущобах — аванс взял, а заказ не выполнил, а тут — всплеск. Про некоторых говорят, что на любую юбку слюной исходят, у меня так и было. Но это только вначале. А затем все хуже и хуже. Тело рвет на части, суставы выворачивает, в глазах темно от ярости, в голове только одна мысль… Что я чудил — не знаю: одни отрывки вместо воспоминаний. Куда-то бегу, от кого-то отбиваюсь… И все равно, грохнут меня или… Спасла девчонка. — Он замолчал, стиснув зубы. Я только и успела, что оглянуться, чтобы взглядом попросить Дарила вмешаться, но зацепилась за звереныша, у которого от напряжения даже ушки подрагивали. Мгновение, но ангел сумел справиться с взбесившимися эмоциями. — Днем я столкнулся с ней, а вечером меня поймали. Загоняли, как зверя. Последнее, что почувствовал — удар в плечо, а открыл глаза уже в незнакомой комнате. Светло, чисто так, что хотелось зажмурить глаза. За окном деревья, птицы поют, на высоком столике рядом со мной стакан с водой и я… прикованный к кровати.

— Дарагон? — равнодушно поинтересовался Дарил, словно и не присутствовал при исповеди. Или… просто знал?

Оказалось, догадывался.

— Вторая планета системы — Шуйфил. Там как раз работала экспедиция Приама.

— Единственные, кто пытался вмешаться в уничтожение метаморфов?

Тарас посмотрел на меня, но… не ответил. На вопрос.

— Дочь начальника группы заметила неконтролируемую трансформацию, рассказала отцу. Тот решил сделать для меня то, что не смог когда-то его правитель для моей расы. Прожил я с ними шесть стандартов. Стал пилотом. Когда они возвращались в свой сектор, звали с собой. Но я чувствовал себя слишком взрослым, чтобы обо мне заботились другие. Переждал следующий всплеск, тот был уже не таким тяжелым, и завербовался наемником в Хиларию. Пришлось повоевать, но оно того стоило, я заработал достаточно кредитов, чтобы начать новую жизнь. Обосноваться решил там же, на Шуйфиле. Остальное вы знаете. Девушку, которую я хотел видеть своей женой, отдали другому. Как залог спокойной жизни. Я уже почти смирился, когда узнал, что она покончила с собой. Вот тогда я точно был не в себе. Скольких убил в ту ночь, не знаю, приписали мне больше двадцати, все ли мои, сказать не могу — не помню. Одним из них был и вольный, которому она досталась. Он был первым, но не последним. Потом на меня открыли охоту и мне какое-то время везло.

— А потом не повезло, — нахмурился Дарил. — На него вышел Шахин, мне об этом стало известно практически в последний момент. Мы следили за ним с Хилары, думали нанять. Во флоте такие, как он, лишними не бывают. Ну и знали, что метаморф. Делать предложение не торопились, выжидали, пока не обзаведется семьей и ребенком. Самый лучший вариант — полная защита. А когда все вышло из-под контроля: сначала — ты, потом — он, пришлось импровизировать на ходу.

— Я же его тогда чуть не убил, — усмехнулся Тарас. Усмешка отдавала тухлятиной.

— Или я тебя, — улыбаясь, возразил ему демон. — Разозлил ты меня…

— Я же подохнуть собрался, смысла и дальше продлевать собственное существование не видел. А тут появляется весь такой…

Скрыть эмоции мне не удалось. Вряд ли их встреча была похожа на мою, но Дарил умел быть… харизматичным, чем и пользовался, в каком бы амплуа не выступал. Для меня он стал безупречным рыцарем, способным и утешить юную деву, разочаровавшуюся в жизни и тех, кого считала кумирами, и заставить поверить, что вот теперь, когда он рядом, все проблемы, трудности, недоразумения и прочее, прочее, прочее… уйдут без следа.

Впрочем, он и не обманывал. Все эти стандарты таким и оставался. А то, что при этом служил в разведке империи и являлся одним из сыновей императора… какие мелочи! Он просто забыл об этом упомянуть…

Тарас не пропустил отразившейся на моем лице гримасы, ответил практически такой же.

— Вот-вот… А тут появляется весь такой — вооруженный до зубов, бесстрастный до оскомины, а за спиной еще шестеро, такие же, как и он.

— Так как вы все-таки ангар взяли? — разорвала я круг воспоминаний. Того, что было, уже не изменишь, но сейчас только от нас зависело, чтобы, вспоминая об этих днях, мы не сожалели.

— Как взяли? — тут же подхватил демон, соглашаясь со мной: все сказанное должно стать уроком и уйти. — Как обычно и взяли. Пришли, постреляли…

Мне ничего не оставалось, как только развести руками. Мальчики были правы — как обычно!

* * *

— Внимание, вошли в зону контакта!

— Принято, — привычно отозвалась я, просматривая кальку со сканеров. «Дальнир» должен был находиться где-то поблизости, но… ни малейшего признака его присутствия я пока не наблюдала.

Что ж, еще одно доказательство того, что мы от них отстаем. Насколько — не самый насущный вопрос, важнее другое — не эта ли дельта отделяла нас от того же конца, который настиг и их. Если так, мне бы не хотелось сделать эту разницу короче.

— Капитан, по карте чисто. — Голос Дарила прозвучал спокойно, но вряд ли таким был. Я не хотела, но замечала, как время от времени пальцы демона начинали оглаживать подлокотник, выдавая напряжение.

— Вижу, — ответила я, стараясь, чтобы выглядело равнодушно.

К Тимке за разъяснениями не лезла, догадывалась — нам просто давали время слегка приглушить расшалившиеся эмоции. Могла и ошибаться, но предположение выглядело самым простым, потому и наиболее вероятным.

Для взаимодействия с ИР древних больше подходил выдержанный и структурированный разум скайлов, но отдавать подобное преимущество им в руки я не собиралась. В себе и своем экипаже была уверена, данное Хранителю слово мы сдержим, как бы ни хотелось нарушить, другим же не доверяла. Даже Искандеру. В любом другом вопросе — да, в этом…

— Что будем делать, капитан? — Это был уже Костас.

— Ждать! — твердо произнесла я, откидываясь на спинку ложемента и закрывая глаза. — Просто ждать.

Просто не получалось.

Вместо мыслей в голове крутились фигурки из хатча. Императоры и императрицы, шуты, фаворитки, командующие армиями, предсказатели и тайные советники. Они неслышно переговаривались между собой, перестраивались в замысловатом танце, поднимались по ступеням восьмиугольной пирамиды к вершине, на которой закутанный в одеяние жреца храма Судьбы стоял Камил, спускались вниз.

Затем все исчезало, чтобы смениться галактиками, загадочно мерцающими в мрачном величии пустоты. Они возникали, как едва заметные точки на краю космического горизонта, потом, приближаясь, росли, чтобы затмить собой все поле внутреннего зрения и… ускользнуть, уступив место следующей гостье моего воображения.

Потом были очертания корабля, обводы которого не напомнили мне ни одного, когда-либо виденного, женщина в странной форме на смотровой палубе и… Дарил, приобнявший ее за талию…

— Это правда, что Искандер отказался от канирата? — вырвал меня из задумчивости Дарил. Пришлось открыть глаза и выпрямиться в кресле, кляня в душе его любопытство. Это был не тот вопрос, на который я хотела бы отвечать, но судя по мгновенно наступившей тишине, остальных он тоже интересовал.

— Отказался, — подтвердила я, не показав недовольства. Если бы не исчезновение Рауле и суматоха, они бы узнали раньше.

— Хороший ход, — одобрительно заявил Тарас, кинув взгляд на демона. Без вызова, но словно продолжая состоявшийся разговор.

— Ход? — слегка напряглась я, пытаясь сообразить, какая цепочка могла привести его к подобному выводу. Либо у меня не хватало данных, либо… мужская логика в данном случае оказалась мне недоступной. — Я посчитала это выбором.

— И это тоже, — с толикой снисходительности согласился со мной Дарил, вторя ангелу. На его поведение стоило обратить внимание, сейчас в нем говорил отпрыск Хандорса. Это что-то да должно было значить. — Но я думаю, он пытается предвосхитить какие-то события. Еще бы узнать — какие, чтобы не вляпаться неподготовленными.

— Мне показалось, или ты им сейчас восхищался? — выдохнула я.

Все время, пока демон говорил, сдерживала дыхание. Тема Искандера и моих отношений с ним не была в экипаже табу, но… ненавязчиво обходилась стороной.

Теперь была очередь Дарила посмотреть на меня с недоумением.

— Ты спрашиваешь у меня, как у друга или…

— Или, — ответила не задумываясь. — Твое мнение как друга я знаю.

— Не поделишься? — лукаво приподнял он бровь, провоцируя меня и… разряжая обстановку.

И снова я что-то пропустила, раз имя Искандера вызвало у ребят столь единодушную реакцию. Разбираться с этим было некогда, мой ответ ждали.

— Будь твоя воля, ты бы ко мне ни одного мужика не подпустил, — улыбнулась невинно. — Я для тебя что-то вроде младшей сестренки, для которой никогда не найдется достойного.

Демон фыркнул — чего-то такого и ожидал, подмигнул скалящемуся ангелу. И опять все выглядело, как продолжение спора.

Выражение его лица стало жестким в одно мгновение.

— А ты не пыталась понять, почему его так приблизил к себе Индарс?

— Индарс? — с недоумением переспросила я. Их отношения могла охарактеризовать как угодно, но только не как «приблизил».

— Вот теперь я вижу, что ты в него влюблена, — качнул головой демон. И не понять, доволен он этим фактом или нет. — Не замечать очевидного…

— Перестань, — неожиданно для меня рыкнул на Дарила Тарас. — Теоретик!

— Я слишком здравомыслящ, чтобы поддаваться чувствам, — возражая, криво усмехнулся демон. Стоило признать, совершенно незнакомый мне демон.

— Ты просто никогда еще не любил, — парируя, язвительно хмыкнул ангел.

— Не любил, — подтвердил Дарил холодно. Лицо стало похожим на застывшую маску. Ни намека на возможное милосердие. Равнодушная, лишенная даже проблеска жизни бесстрастность.

Это было страшнее, чем проведенные на щитоносце дни…

— Хватит! — резко бросила я, только теперь заметив, с каким вниманием смотрел на меня Тимка. — Все разборки — за бортом. — Раскаяния в их глазах не заметила, но оба тут же расслабились, словно только этого и ждали. — Так я не ошиблась? — уже спокойно вернулась я к интересующему меня вопросу. Наблюдать за экранами разговор не мешал, а ожидание скрашивал.

— Не ошиблась, — подтвердил демон. — Ты вообще в курсе, что и у нас, и у стархов твой Искандер входит в так называемый список десяти?

— Если бы я еще знала, что это такое! — протянула задумчиво. Догадаться о смысле было несложно, но утруждать себя лишними размышлениями я не собиралась.

— Аналитический список личностей, действия которых могут оказать на будущее развитие максимально неопределенные последствия, — вместо демона ответил Костас. — Система отбора разработана пару сотен лет тому назад и, кстати, у вас, на Земле. Причем, чтобы попасть в него, не обязательно обладать талантом к интригам или возможностью испортить другим жизнь. Скорее уж надо иметь способности использовать сложившиеся обстоятельства, чем самому создавать их.

— Хорошо, — кивнула я, ничего не понимая, — это — понятно. А дальше?

— А дальше, — повторил за мной демон, — пристальное внимание, анализ каждого шага, возможных последствий. До истории с короной кангора, за поиск которой он взялся самостоятельно, бывший канир был в предварительной сотне, после — вошел в десятку. А когда стало известно, что он имеет на тебя виды, уже и в пятерке.

— Я — тоже там?

Тарас оскалился в ехидной улыбке, Дарил — тяжело вздохнул. Но интереснее всего оказалась реакция Тимки. Тот привычно замотался в собственные уши, словно все самое главное уже услышал.

Ответил демон, когда пауза стала казаться слишком долгой. Развел руками:

— Извини, но для тебя списка не придумали. Ты у нас — полная непредсказуемость. Почти как отказавшийся от собственной родины самаринянин. Не исключение из правил — такого просто не бывает.

Продолжить в том же духе мне не удалось. Новое для нас развлечение прервал ангел:

— Капитан, засветка!

— Принято! — резко отвлеклась я от рассматривания демона, склонилась вперед, вглядываясь в кальку. Тарас был прав, еще не отметка, но сканеры уже взяли в захват, показавшийся им подозрительным сектор. — Подготовить ИИ к контакту.

— Запускаю систему поиска канала. — Костас предпочел сегодня рубку, я уже отвыкла видеть его поблизости. Но он был здесь на своем месте, укрепляя своим присутствием то зыбкое ощущение единого целого, которым я так дорожила. — Отработан первый диапазон. Чисто. Второй… Чисто… Третий… Чис… Есть встречный поиск. Настройка… Них себе!

Более точно не смогла бы сказать и я.

На базе он воспринимался абсолютно черным, особенно в сравнении с ослепительной белизной дракона, в образе которого предстал перед нами Хранитель. Сейчас же выглядел провалом, словно из того, что воспринимало не только зрение, но и приборы, вырезали кусок с его формой. Не корабль, а отливка для него, отделанная струящимся бархатом.

— Готовность к контакту? — Эмоций больше не было. Я могла бы радоваться, но… сейчас это было лишь фактом. Ту грань, когда еще можно было передумать, мы уже преодолели.

До остальных это, кажется, тоже дошло. Ответил мой навигатор уже деловито.

— Команды: запрос — ответ. ИР «Дальнира» дает полную готовность.

— Тарас, позиционная синхронизация?

— Контроль не требуется, — отозвался ангел. — ИИ начал обработку пакетов.

Этот этап вызывал у меня определенные опасения. Как-никак, а о работе ИР корабля древних мы имели весьма смутное представление. На втором Харабе Костасу удалось с поддержкой Хранителя накидать программы адаптации, но там всего и требовалось — передать часть информации из наших архивов на «Дальнир». Сейчас же взаимодействие двух кораблей осуществлялось совершенно на ином уровне. Идеально подойти друг к другу, состыковаться, принять данные на экипаж, внедрить наши системы коммуникации в свою структуру…

Пока что мои страхи не оправдывались, но уходящие минуты, вопреки ожиданиям, спокойствия не добавляли. Просто уходили, чтобы уже не вернуться обратно.

Чем-то они были похожи на жизнь… Встречи, разлуки, любовь, ненависть, безразличие, ответственность…

Долг и честь…

Были и… нету.

— Капитан, идет анализ командного интерфейса. ИР запрашивает разрешение на прямое подключение.

Я бросила очередной взгляд на звереныша, тот сидел в ложементе второго пилота. Валечка царившему в рубке хаосу вынужденно предпочел оружейный отсек. Костас именно туда вывел защитную систему, которая могла мгновенно отключить основную. Даже доверяя, я предпочитала перестраховаться.

Тимка морщил нос и смешно потирал его лапой.

Понятно! Подсказок не будет.

— Передай разрешение. Код Стаса.

— Принял, — тут же откликнулся Дарил, удовлетворенно кивнув. Неужели считал, что у меня хватит ума не лезть первой в эту петлю?! Он был прав — вполне могло хватить. — Код Стаса передал, идет подключение.

Секунды стали тягучими, похожи на вечность. Как только исчез сигнал медика, я начала ощущать каждую из них. Такие же холодные и бесстрастные.

Досчитала до сорока, когда значок моргнул и появился вновь.

Вздыхать с облегчением было рано.

— Стас!

— Здесь, капитан! — Тот не заставил себя ждать, возвращая время в привычное русло. — Картинку вижу, показатели в норме. — И через мгновение добавил, не без некоторой удали: — Знаешь, а мне даже нравится.

Разделить с ним восторг я себе не позволила. Он был первым, но все еще не последним.

— Капитан, передаю код Дарила.

— Принято, передачу разрешаю.

Хотелось прижать ладони к вискам, от обилия мыслей голова грозила разлететься осколками. Но даже на эту малость я не рассчитывала.

Все происходящее должно было выглядеть рутиной. И для них. И для меня. Иначе точно можно было сойти с ума, пропустив внутрь себя осознание того, что мы сейчас делали.

Дарил ошибся только в одном, мы все здесь были полной непредсказуемостью, великолепно дополняя друг друга. Авантюристы с принципами! Безумцы, дурью для которых стал космос! Марионетки в руках изменчивой Судьбы, бросившие ей вызов!

В тот миг, когда мы с потрохами отдавали себя интеллектуальной системе управления межгалактическим разведчиком исчезнувшей десятки тысяч лет тому назад расы, смеялись року в лицо!

Риск? Хуже! Безрассудство.

Но у нас не было иного выхода. Мы своих не бросали.

* * *

Задавать вопросы Орлов не торопился. Как и Шторм, подпиравший переборку каюты. На время операции по спасению Рауле они перебрались с Таркана на орбитальную базу. Не всегда удобно — кое-что нельзя было доверять даже сверх защищенной связи, но выручали сновавшие туда-сюда катера.

Когда Искандер в очередной раз прошел мимо кресла, в котором вальяжно устроился генерал, тот повел головой в сторону своего подчиненного, ловя такой же, как у себя, недоуменный взгляд.

Адмирал вернулся от императора стархов не то, что взъерошенным, как это чаще всего бывало — каждая их встреча мало чем отличалась от схватки равных по силе и опыту бойцов, а буквально взбешенным. Какая там выдержка скайлов?! Волны ярости, расходившиеся от него, были ощутимы даже физически.

Именно потому и Орлов, и Шторм предпочитали молчать. Пока Искандер хоть слегка, но не вернет себе самообладание, начинать разговор и выяснять, что же случилось во дворце Индарса, не стоило. Вполне могли услышать кое-что из того, о чем глава Службы внешних границ впоследствии мог пожалеть.

Что бы ни произошло между Индарсом и Искандером на этот раз, Орлов знал, с каким уважением скайл относился к старху. Впрочем, не забывал он и о том, что не стоило ставить знак равенства между стархом Индарсом и императором с тем же именем. Основа — одна, интересы — разные.

Словно вторя его мыслям, Искандер жестко бросил, ни на кого не глядя:

— Индарс и Хандорс втайне от кангора и правительства Союза ведут переговоры. О чем договариваются — лишь предполагаю, но в своих выводах уверен.

Орлову удалось не вскочить, Шторму — не шевельнуться. И то и другое можно было считать заслугой.

Нельзя сказать, что у них не было определенных подозрений на этот счет, да только доказательств — никаких. Единственный визит демона в качестве подтверждения даже не рассматривался.

— И о чем же? — без малейшего любопытства в голосе уточнил Шторм.

Знал, что в показное равнодушие никто из присутствующих не поверит — чужие замыслы были его вотчиной, но предпочел не то что не демонстрировать интерес — добавлять эмоции к тем, которые уже не сдерживал адмирал.

Искандер резко развернулся, как раз дойдя до рабочего стола.

— О технологиях древних.

— Тогда понятно, с чего ты в бешенстве… — начал Орлов, но был вынужден замолчать, напоровшись на взгляд Искандера.

Ощущение было такое, словно тот — мысленно уже со всеми простился. Ассоциация неожиданная, но заставляющая задуматься о том, что уже витало в воздухе, но все еще не было произнесено.

А скайл между тем продолжил:

— Индарс готов рискнуть жизнью Таши, лишь бы получить то, что она нашла на втором Харабе.

Орлов раздумывал недолго.

— Нет, — качнул он головой.

Не согласен генерал был лишь с первой частью сказанного адмиралом, в важности упомянутого во второй не сомневался. Со Штормом и Таласки они уже обсуждали эту тему. Сошлись в одном, ради собственного развлечения устраивать то представление с разведчиком старха капитан Орлова бы не стала. Все идеально, придраться не к чему, но… спорить с собственным чутьем бесполезно.

Когда стало понятно, кем является похожий на зайца звереныш, говорили уже не как о предположении — факте. В Союз не докладывали. У тех и своих хлопот хватало, да и не о чем оказалось докладывать. Все опять упиралось в доказательства, которые еще предстояло добыть.

— Кем угодно, но не ею. Защитить — да, рисковать — нет, — закончил он, после короткой паузы.

— Я тоже так считал, — не скрывая ярости, скривился скайл. Потом замер на миг и продолжил уже иным тоном: — Системы безопасности перехватили несанкционированный доступ к данным по «Легенде». Расчет первого прыжка, пиковая мощность генераторов прокола, время. Наш анализ по точкам выхода. — Орлов хотел возразить, но Искандер категоричным жестом заставил его проглотить так и не сказанные слова. — Вчера утром я получил сведения о том, что две эскадры тяжелых крейсеров стархов покинули базы дислоцирования. Все бы ничего, но патруль Службы зафиксировал появление части этих кораблей в трех секторах из семи, которые мы определили, как требующие особого внимания. Когда я был у императора, тот вскользь упомянул, что рассматривает как вполне реальную, возможность неадекватной реакции со стороны Самаринии. Его слова прекрасно вписывались в полученную информацию, но все равно заставили меня насторожиться. А только что стало известно и о восьми кораблях демонов, проявивших себя в оставшихся четырех.

— Подстраховка. Оба императора благоволят к Наталье. Да и о Сиеше забывать не стоит.

В ответ на замечание Шторма Искандер скептически усмехнулся:

— Самостоятельность Службы во всем, что касается целей ее создания и внутренних вопросов, признали все члены коалиции. Действия, которые могут быть сочтены спорными в этой операции, согласованы. В том числе и возможное присутствие рядом с самаринянами щитоносца бывшего канира. Так что это наше решение и за его последствия отвечаем только мы!

Его речь не была лишена экспрессии, но Орлов, казалась, ее и не услышал, думал все это время о своем.

— Скормить Рауле самаринянам Индарс мог, сведения о прошлом разыскника ему передал Синтар. Но я сомневаюсь, что это работа старха. Тот предпочел бы более тонкую игру без малейшей тени подозрений в свой адрес, — словно разговаривая с самим собой, протянул генерал, как только скайл замолчал. Искандер и Шторм тут же прервали так и не начавшийся спор. — Сиеш? Тоже вполне вероятно, но тогда остается вопрос по Гордону. Если ждали там, значит, были уверены в появлении Камила.

— А Шахин? — уцепившись за размышления генерала, поинтересовался полковник. Об Индарсе никто не забыл, но у проблемы, под названием «император стархов» была далеко не одна грань. — Будь ему известно об этой компании, успел бы подготовиться. А так взяли едва ли не играючи.

Теперь уже не согласился Искандер — операцию легкой не считал, хоть и прошла она практически идеально. Вот только озвучивать свое мнение не стал, ждал, что ответит Орлов.

Тот ждать себя не заставил.

— Думаю, Сиеш избавился от Шахина. Ивар, хоть и с гонором, но слабак, а этот свою власть просто так не отдал бы.

— Вполне возможно, — кивнул Шторм. На адмирала они, казалось, не обращали внимания. Перебрасывались репликами, не скрывая, что подобный стиль общения доставляет обоим удовольствие. — Но не обязательно ждали. Могли засечь Искандера. Остальное — на уровне «воспользоваться ситуацией». Тогда понятно, почему просмотрели создание Хранителя. Просто не знали, что он собой представляет. Будь это Индарс, он бы такой возможности не упустил.

— Сам Рауле…

Искандер без малейшего признака удивления посмотрел на Орлова, высказавшего новую идею, после недолгих раздумий качнул головой. Больно извращенно выглядело… для самоубийства. А предательство…

Шторм повторил его мысли вслух:

— Наташа, Тимка и Рауле связаны, скайлы это подтвердили. Так что этот вариант рассматривать не стоит. Да и Артур…

— А вот про Артура я и забыл, — несколько удрученно кивнул генерал. — Исключаем полностью, о предательстве побратима Шорн бы не умолчал.

Шторм провел задумчивым взглядом по кабинету, скривился в ответ на собственные раздумья.

— Индарса я бы оставил, уж больно все гладко выходит. Похищение, уничтожение посольства Самаринии, теперь корабли. На все вопросы один ответ: предвосхищая вполне реальную угрозу…

Орлов словно и не услышал сказанного своим подчиненным, бросив случайный взгляд на застывшего у стола скайла, замер сам. Он пытался понять, что же могло насторожить в адмирале так, что в горле, мешая дышать, встал комок.

Внешне Искандер выглядел бесстрастно, рассматривал кальку сектора, где сейчас должна была находиться «Легенда». Но вот это-то и пугало. Причем, значительно сильнее, чем едва сдерживаемые им эмоции всего несколько минут назад.

Объяснений было немного, и все они генерала не радовали.

— Что ты задумал?

Искандер, услышав тихий голос Орлова, дернулся. Закрыл на мгновение глаза, как если бы отгонял видение, заставившее его закаменеть, сглотнул.

— Если я доложу Синтару, он прикажет поднять флот.

— Это — война, — как эхо продолжил Орлов, только теперь осознав, что именно легло тяжестью на плечи не просто друга, но и почти что родственника.

— Но я могу и ошибаться…

— Ты не ошибаешься, — вздохнул Шторм. Не тяжело, просто делая выбор. — Интерес демонов к стархам мы отметили уже давно, не видели причин, кроме пресловутого противостояния: кто — кого. Но Хандорс не выказывал желания расширять свои владения, Индарс же вообще смотрел в сторону Люцении. Мы уже почти сдались, но тут Дарил вывел Наташу на старха. Информацию о карте «Галактика Белая» осведомителю императора передали демоны.

— Все это сейчас неважно, — воспользовавшись паузой, остановил полковника Орлов. — Пока мы не знаем, что именно нашла Наташа на базе древних…

— Корабль, — буквально простонал Искандер сквозь стиснутые зубы. Заметив, как побледнел генерал, продолжил уже спокойнее. — Корабль древних и их навигационные карты. Это единственное более менее логичное объяснение ее поведению после Хараба. И старх сумел прийти к тем же выводам, только раньше нас. — Выдержать ровный тон ему не удалось, следующую фразу он едва ли не кричал: — А я никак понять не мог, что же у нее на уме!

— Сейчас мне значительно интереснее, что на уме у тебя? — слишком равнодушно, чтобы поверить, произнес Орлов, медленно поднимаясь с кресла.

Ни одного лишнего движения, но когда он встал и затих шелест кожаной обивки, в воздухе остался легкий звук. Волновой излучатель.

Вот только Искандера демарш Орлова, как и запрещенное в галактике оружие нисколько не смутили. Скорее успокоили.

— Мы своих не бросаем, генерал. Я отдал приказ на вывод главной базы управления из сектора стархов.

Орлов, не опустив руки, обернулся к Шторму. Тот, словно ничего и не произошло, продолжал подпирать переборку каюты.

— А ты?

* * *

— Три сектора…

Пилот-ложементов в рубке «Дальнира» не было. Да и самой рубки тоже не наблюдалось.

Четыре секции: двигательная, техническая, жилая и командная, три ангара, в одном из которых сейчас находилась «Легенда». В первые две доступ нам был запрещен. Я и не настаивала, скорее радовалась. Лишние знания — новые беды. Меньше сомнений и сожалений.

В жилой — четырнадцать отдельных отсеков. Двенадцать из них находились на нижнем ярусе, по шесть, напротив друг друга. Еще два занимали все пространство второго. Один мы определили, как тренажерный, хоть и не сообразили, на чем и как в нем тренировались. Второй выглядел, как кают-компания. Многое в ней казалось непривычным, начиная с очень яркого цвета, который буквально бил по глазам, и заканчивая несколькими установками, назначение которых ускользнуло от нашего понимания.

Командный удивил нас еще больше. Приглушенный свет, плоские экраны по периметру, двенадцать же — по числу возможных членов экипажа, островков, похожих на сдувшиеся воздушные шары, расположенные в произвольном порядке. Оказалось — рабочие места. Во время активации появлялось нечто объемное и мягкое, в которое нужно было плюхнуться, как в облако. Оно тут же принимало максимально удобную для тебя форму, а вокруг формировалась сфера из пространственных дисплеев. Неожиданно и весьма неординарно, но по сравнению со всем остальным не стоило того, чтобы переживать по этому поводу.

В отличие от ИИ, который был хоть и высокоинтеллектуальной, но системой, ИР наиболее близко подходил к понятию искусственной личности. В моральном плане это создавало нам еще одну проблему — мы обещали Хранителю уничтожить «Дальнир».

Корабль и его ИР были единым целым.

Избавить нашу галактику от разведчика древних казалось мне кощунственным, но было несколько «ради», которые заставляли заткнуться мои моральные терзания. А вот убийство существа, пусть не имеющего привычного мне физического воплощения, но при этом разумного и вполне подходящего под философствование типа «быть или не быть», ставило этот вопрос совершенно на иной уровень.

Я знала, что как бы я ни откладывала эту проблему, рано или поздно она все равно встанет передо мной, но… продолжала делать вид, что ее пока просто не существует.

— Демоны вас задери! — вырвалось у меня, как только ИР избавил наш список от еще одного подозрительного сектора. Трех оставшихся было слишком много, чтобы не вспоминать о родичах Дарила.

Командный интерфейс я отключила — устала контролировать себя, потому все запросы предпочитала отдавать голосом. ИР пусть и начал отличать спонтанные мысли от тех, что должны были побудить его к действиям, ошибался еще не меньше, чем в половине случаев. Наше знакомство с ним было обоюдным.

Мальчикам было легче, те сначала делали, а потом думали, а вот мне доставалось, несмотря на дрессировку скайлов. Особенно туго было, когда приходилось одновременно просчитывать несколько вариантов и казнить саму себя за самодурство. Вместо того чтобы спрятаться за широкие мужские спины, я опять взваливала все на свои хрупкие плечи.

Кое в чем я, конечно, преувеличивала, но предполагала, что совсем немного.

— Нужны дополнительные параметры для уточнения поиска. Стандартные мы исчерпали.

Я была согласна с Дарилом, но от одного этого факта легче не становилось.

Сведений о Самаринии и самаринянах было удручающе мало. Еще чуть-чуть удалось додумать, анализируя все, когда-нибудь слышанное от Рауле, Артура или Шмалькова. Каперанг все-таки поделился со мной некоторыми нюансами последней операции последней войны Союза. Но и этого, чтобы понять, где искать злополучный корабль с Камилом на борту, явно не хватало.

— Давай еще раз, — выдохнула я, поднимаясь. Все-таки, в движении мне думалось легче. — Сектора стархов, демонов и скайлов исключаем.

— Как и те, которые они успели перекрыть.

— Погранцы Союза гарантируют, что мимо них и мышь не проскочит, не то, что крейсер.

Я резко остановилась, оглянулась на практически невидимого за пеленой экранов Костаса, который как раз и выдал последнюю фразу.

— А почему мы решили, что это крейсер?

Сфера вокруг Дарила раскрылась сегментами, те сжались в линии и исчезли.

— Жрецы, — заметил он, развалившись в туманном мареве. — Присутствие жрецов на Гордоне разве не является свидетельством этого?

— Эта часть Галактики закрыта для них, — язвительно выдала я. — Свободно шастать там могут только вольные, перевозчики и… — я растерянно посмотрела на демона, не понимая, почему эта мысль пришла мне в голову только сейчас, — и… скайлы.

— Щитоносец Сиеша? — тут же «поймал» тот мою догадку. — Если живой товар предназначался самаринянам, то выглядит вполне вероятно.

— Он же его и сдал, — чувствуя, как ярость подступает к горлу, прошипела я. — О Тимке ничего не знал, а вот о Рауле должен был догадаться. Или сам, или Дарис постарался.

Предположение не казалось мне притянутым за уши. Если кто и мог распознать под маской разыскника Службы самаринянина, то только скайл. Насколько я помнила из разговоров с Искандером, его бывший друг если и уступал ему в способностях, то не столь уж и значительно.

А доложить о своем открытии был просто обязан. На тот момент Кими все еще являлась заложницей его послушания.

— Ты все не можешь его простить? — не только некстати, но и совершенно не в тему поинтересовался Дарил.

Хотелось огрызнуться, мол, не его дело, но демон редко задавал вопросы без веских на то причин. Этот раз вряд ли был исключением.

— Аронов проболтался?

Я стояла практически в центре командного отсека, Дарил сидел рядом с телепортационным кругом — сам выбрал. Более привычные двери-створы и люки тоже присутствовали, но лишь как аварийный вариант. Мне подобный способ передвижения не очень нравился, но… выбирать не приходилось.

Тарас, Стас и Валечка отдыхали, условно ночная вахта была их. Отсутствие ангела меня несколько удручало. В последнее время он выдавал заслуживающие внимание идеи. Причина такой плодотворности его мыслительной деятельности мне была известна — сам рассказал. После зачатия ребенка у мужчины-метаморфа просыпались скрытые до этого момента таланты. Все для того, чтобы защитить будущего ребенка и его мать. Кто являлся их предками известно не было, но то, что природа позаботилась о выживании вида, не вызывало сомнений.

Увы, она не догадывалась, что истреблять их будут враги пострашнее тех, с кем им приходилось сталкиваться за тысячелетия своего развития на планете.

— Поделился информацией, — поправил меня демон. — На тот случай, если ты посчитаешь необходимым взяться еще и за проблемы скайлов.

Время для подобного разговора было явно неподходящим, но… я вновь напомнила себе, что это именно Дарил задал тот первый вопрос, уведший нас в сторону от Рауле.

— Если я правильно помню, то инора — всего-навсего, опекун ребенка. Участвует в его воспитании, но чисто номинально.

Демон улыбнулся своей, ставшей уже символом нашего экипажа, клыкастой улыбкой, сложил руки на груди и высказался, удивляя меня не только глубиной познаний о происходящем в кангорате, но и менторским тоном.

— Помнишь ты правильно, но не учитываешь пары моментов. — Периферийным зрением уловила, как раскрылась и опала еще одна сфера — Костас заинтересовался нашей перепалкой с Дарилом. — У будущего сына Кими не будет отца, только инрок, так что мальчика отдадут на воспитание именно ему. В этом случае твои обязанности иноры будут значительно шире, чем просто участвовать в церемониях и дарить на день рождения подарки. А Аршан теперь первый в списке претендентов…

— Демоны вселенной! — со злостью выдохнула я, только теперь сообразив, о чем он пытался меня предупредить.

Искандер дал личную клятву Синтару, не предполагая повторить ее для нового кангора. Насколько я поняла, кангорату он предпочел Службу внешних границ, а ей — свободу Меня это, кстати, полностью устраивало. Да и была уверена, что одним десятилетием срок его адмиральства не ограничится.

В свете новой информации все выглядело не столь оптимистично. Кто-то, чье имя мне было хорошо известно, просчитал Искандера и решил заранее привязать к себе… Что ж, Синтар не зря назначил Аршана своим начальником службы безопасности.

Вот только я своего последнего слова еще не сказала, согласие было предварительным.

— Я бы не стал их призывать, — иронично усмехнулся Дарил. — ИР может посчитать приказом и кинуться исполнять.

И опять он был прав, мне стоило заткнуться. Хватило пары случаев, чтобы понять: наше общение с ИР «Дальнира» должно строиться на принципах однозначности запросов. Если я, конечно, не хотела разбираться с тем, куда и почему мы попали.

Но говорить об этом Дарилу я не собиралась. И не только потому, что в моей благодарности он не нуждался. Сначала я предчувствовала сложности с Тарасом, потом проблемы с Рауле, теперь…

В поведении моего бывшего, но все еще помощника, чувствовалась фальшь. А вот причин для нее я не находила.

— Что по поиску? — уточнила я у Костаса, вместо того, чтобы прокомментировать последнее заявление демона.

Обращаться напрямую к ИР не стала, ждала момента, когда тот окончательно адаптируется под мой стиль общения с экипажем. По-хорошему, все должно было быть наоборот, но из нас двоих, как мне казалось, у него это могло получиться быстрее.

— Два сектора вместо трех, — понимающе улыбнулся мой хакер-навигатор. Вот у кого не возникало никаких проблем с новым кораблем. Но с его способностью находить общий язык со всем, что требует жесткой логики, я уже давно смирилась. — Оба с вероятностью в пятьдесят процентов.

Мне оставалось только развести руками. Все было именно так, как и сказал Хранитель. «Дальнир» — «Дальниром», а решение все равно придется принимать самой.

* * *

В данной ситуации сдержанная реакция кангора была едва ли не ценнее, чем прямая поддержка. Признай он официально действия Искандера соответствующими сложившейся ситуации, могло прозвучать, как завуалированное объявление войны.

А так… Ну приказал адмирал вывести базу управления из сектора стархов — имел на это право. Последняя совместная декларация, подписанная всеми сторонами коалиции, четко прописывала автономность созданной ими организации. Частичная заслуга в этом была самого Синтара, не менее вескую лепту внесло правительство Галактического Союза.

Все понимали, что как раз им-то это особенно на руку — больше половины личного состава Службы заканчивали те же академии, что и Наталья Орлова, ее отец, Шторм и Таласки. Ну а третья часть из оставшихся, получила от Союза прощение грехов, а вместе с ним и подданство.

Но разве кто-то мешал остальным принимать в очистке окраин более деятельное участие?

О причинах своего решения Искандер Синтару не сообщил, лишь известил об изменении зоны дисклокации. Не стал он упоминать и о том, что база заняла позицию вблизи сектора, где совсем недавно Служба проводила операцию.

Можно было подумать, что давая «добро» на риск, с которым три группы перехватчиков в сопровождении тяжелых крейсеров выбивали вольных из этой зоны, Искандер предполагал, что столь удачное укрытие пригодится самому. Но… в тот момент он даже представить не мог, что события примут подобный оборот.

— «Кушнар» снялся. На «Танталионе» боевая тревога. Шмальков просит тебя выступить перед командой.

Искандер поднял голову от дисплея, как только Орлов заговорил, но, судя по рассеянному взгляду, все еще находился во власти своих размышлений. Осмысленность проявилась, когда генерал уже замолчал, рассчитывая не столько на ответ, сколько на хоть какую-то реакцию.

С того памятного разговора, после визита Искандера к Индарсу, прошло четверо стандартных суток. По докладам Шторма за это время адмирал отдыхал не больше шести часов. Перед такими нагрузками была способна спасовать и выносливость скайлов.

— Текст уже подготовили? — спустя несколько секунд, показавшихся Орлову долгими, устало поинтересовался Искандер.

— Таласки заканчивает, — подтвердил генерал, не удивляясь проницательности главы Службы. — Вариант уже далеко не первый, но, кажется, удачный. Ни слова о возможной войне, весь упор на наше предназначение, необходимость сплоченности, осознания, что мы обязаны быть свободны от влияния извне и незыблемость принципа «мы своих не бросаем».

— Красиво звучит, — скривился адмирал. — Через час связь с командирами «Кушнара» и «Танталиона». Затем согласуем мое выступление.

Орлов кивнул. Не откладывая на потом, набрал на комме код оперативного дежурного, передал информацию. Успел до того, как адмирал вновь склонился над дисплеем.

— На Гордоне и Эори паника. Вольные покидают планеты. У нас говорят: «Как крысы с тонущего корабля».

— Еще одно подтверждение тому, что мы правы…

— Не уверен, — качнул головой Орлов. Отвлекся на пришедшее на комм сообщение. Подобные ему поступали каждые пятнадцать минут и, если не вдаваться в подробности, должны были внушать оптимизм: сводка имела зеленый код. Да только генерал на собственном опыте знал, что, чем дольше затишье, тем страшнее будет буря. — Спровоцировать их бегство могли именно мы. Любые действия, выходящие за рамки объяснимых…

Закончить ему не дали. Слева от Искандера вспыхнул сигнал экстренной связи.

— Господин адмирал, вызов от канира Аршана.

Орлов заметил, как поник, едва встрепенувшийся адмирал. Ждал совершенно другого.

Все они ждали, но «Легенда» продолжала молчать.

— Принимай, — распорядился Искандер. Пока шла настройка, кивнул Орлову на дальнее от стола кресло. Хотел, чтобы тот присутствовал при разговоре, но предпочел, чтобы каниру об этом известно не было. — Ты сам или по поручению? — поинтересовался он равнодушно.

— Пытаюсь разобраться, — усмехнулся тот, тоже обходясь без приветствия. — Синтар за последние сутки дважды общался с Индарсом, столько же с императором демонов, теперь собирает конкор. Я уже и не знаю, что думать.

— Хочешь, чтобы я в это поверил? — помрачнев, откинулся на спинку кресла Искандер. — Извини, но при всем своем желании не получается.

— Правильно не получается, — тут же сменил тон Аршан. — Синтар предъявил старху ультиматум. Если тот немедленно не отзовет крейсера, посланные на захват корабля древних, мы поднимаем щитоносцы.

Орлов дернулся, услышав подтверждение их версии о корабле древних, но сдержался, чтобы не дать каниру узнать о своем присутствии.

— Отмолчаться не удастся… — протянул Искандер, поднимаясь с кресла. — Я надеялся, что кангор даст мне возможность решить проблему самому.

— Не удастся, — подтвердил Аршан. — Я пытался объяснить Синтару, что ты справишься, но…

Адмирал усмехнулся:

— Имея силу, нужно иногда напоминать, что ты вполне способен ее применить…

— Это кто сказал? — тут же ухватился Аршан.

— Индарс. Но я тогда неправильно понял, о чем именно он говорил. Как оказалось, не о самаринянах.

— С Песчаным львом всегда так, — согласился канир. — Еще бы понять, как быть с тем, что кажется неизменным.

— Тоже считаешь, что в его плане не может быть угрозы жизни Таши?

— Считаю, что ни демону, ни старху подобные развлечения ни к чему. Кангор со мной согласен, но предпочитает уверенность предположениям. Индарс же пока молчит. А раз так, то у него должны быть на это очень веские причины. И кстати, — он усмехнулся, прикрыв глаза и качнув головой, — скажи Орлову, пусть покажется. И Шторма с Таласки вызови. На две головы нам вряд ли удастся сообразить, что на уме у этой парочки императоров.

Искандер, выслушав, посмотрел на генерала. Тот одновременно пожал плечом — сам разбирайся с догадливостью родственничка и кивнул, сообщение своим подчиненным уже отправил.

— Как Кими? — воспользовался паузой Искандер.

Орлов уже перебрался поближе, но пока не подошли Шторм и Таласки, продолжать разговор о том, что волновало больше всего, не стоило.

— Пытается держаться, но получается плохо. Пока Аронова нет, Лея старается проводить с ней все свободное время. Резиденцию отца она покинула, перебралась в Храм Ветра. Говорит, там ей легче.

— Мама когда-то уверяла, что если тянет в Храм…

Аршан улыбнулся, едва заметно.

— Моя тоже так говорила, когда ждали Кими. Но сестра уже общается с ребенком. Будет мальчик.

Сказать, что не стоит не доверять приметам, Искандеру не дал вошедший в кабинет без стука Шторм. Выглядел непривычно взъерошенным, но адмирал отметил это машинально. Просто привычка.

Дверь закрыться не успела, Таласки буквально впихнул полковника внутрь.

— Очередной заговор? — обвел Игорь помещение напряженным взглядом. Дольше всего задержался на канире. — Так мы ж вроде как одни против всех?

— Сядь, — дав понять, что шутки на сегодня отменяются, приказал Орлов.

Таласки спорить не стал, замолчал, но распоряжение генерала не выполнил, остался стоять по примеру полковника. Тот, как и несколько дней назад подпирал собой переборку.

— Несмотря на имеющуюся у нас информацию, кангор Синтар не считает, что императоры Индарс и Хандорс намерены захватить корабль древних, на котором сейчас предположительно находится капитан Орлова. — Аршан предпочел не дожидаться, когда Искандер озвучит для только что подошедших подоплеку состоявшегося в их отсутствии разговора. — Я готов с ним согласиться, но лишь после того, как найду приемлемое объяснение их решениям.

— А мы вроде как должны тебе помочь? — Таласки не скрывал своего отношения к тому, что сказал канир. Характеризовалось оно одним словом — язвительное.

— А я был уверен, — в том же тоне отозвался Аршан, — что это я спасаю ваши шкуры. Если здесь начнется драка, вам в стороне не остаться, как бы вы не декларировали свой нейтралитет. Три орбитальные базы… Вы будете существовать ровно до тех пор, пока не станете первыми в списке приоритетов. Думаю, это произойдет значительно раньше, чем вам бы хотелось.

— Мрачная перспектива, — хитро прищурился Игорь, с удовольствием наблюдая, как на лице канира появляется тень раздражения. Таласки больше не нужно было находиться рядом, чтобы «поймать» чужие эмоции и сыграть на них. Аршан об этом забыл. — Но вряд ли все будет так, как ты говоришь.

— Ты что-то знаешь? — тут же обернулся к Игорю Орлов.

Искандер и Аршан и так не сводили с майора глаз.

— Ну… — протянул он, одарив всех самодовольной улыбкой, — мы тут со Славой подумали…

— Господин адмирал, — прервал его голос оперативного дежурного, а на комме Орлова вспыхнул алый символ, — получен сигнал с «Легенды». Капитан Орлова передала координаты корабля самаринян.

Они долго ждали этих слов, но… прозвучали те неожиданно. Для всех.

* * *

— Ну и что дальше, капитан?

Вопрос Дарила отдавал гнильцой. Не в первый раз. И не в первый раз я делала вид, что этого не замечаю.

Мой выбор из двух секторов оказался удачным. Впрочем, «слепым» он не был, да и пресловутое чутье тоже оказалось не причем. ИР «Дальнира» отсеял один из трех спорных вариантов, благодаря предположению, что самаринян сопровождает щитоносец скайлов. Благодаря ему же урезала список и я, оставив в нем лишь этот самый.

— Думать, — отрезала я, разглядывая изображение зоны, которая должна была вскоре стать либо местом нашей гибели, либо… победы. Я рассчитывала на второе, хоть и не исключала, что эта выходка станет для меня последней.

За два дня полета я умудрилась довести ИР своими претензиями, но результат того стоил. В командном отсеке появился пилот-ложемент и привычный голографический экран. Я, конечно, понимала, что все это только выглядит так, как мне хотелось — возможность преобразовывать пространство на этом корабле была просто немыслимой, но это не мешало радоваться полученному результату.

— Считаешь, что здесь есть о чем думать? — все так же язвительно продолжил демон.

Он был прав, трудно не признать очевидное. Два корабля: тяжелый крейсер Самаринии и щитоносец скайлов выглядели достаточно внушительно, чтобы задуматься о собственных проблемах. «Дальнир» был дальним разведчиком, а не боевым кораблем. Про «Легенду» я в этой ситуации предпочитала даже не вспоминать. Самоубийство в извращенной форме.

Нас они не «видели» — технологии древних. Как пояснил ИР, мы находились под одним из пространств нашей четырехмерной реальности. Уходить в другую мерность мы умели, во время прокола как раз этим и пользовались, но чтобы скрываться в своей же… На словах звучало очень просто — как под толщей воды, но при попытке представить то же самое, но в других категориях, воображение пасовало, предпочитая свернуть на что-нибудь более приятное. Например, на Искандера…

Стоило признаться, что и эта тема не вызывала у меня воодушевления. Мы с ним становились очередным доказательством старой истины: чтобы быть счастливыми одной любви мало.

— Предлагаешь бросить все и свалить? — вяло поинтересовалась я у Дарила, давая понять, что на глупые вопросы можно получить не менее глупые ответы.

— Ожидаемое время подхода кораблей Службы — двадцать шесть часов.

Я благодарно кивнула Костасу. Его реплика в этом бессмысленном разговоре прозвучала весьма своевременно. Не передышка, но напряжение слегка спало.

— Они его убьют.

— Нет! — жестко бросила я, заставив демона удивленно приподнять бровь. Похоже, он считал, что мое терпение — безгранично. Ошибался. — У них свои принципы. В Рауле чистая кровь, пока он не передаст ее избранным для этого девушкам, будет жить.

— Откуда такие познания? — уже несколько иным тоном поинтересовался Дарил.

— Сам… — продолжить мне не удалось, боковым зрением заметила, как нахмурился Костас. — Что?!

Тот с ответом задержался. Сначала окинул взглядом командный, тяжело вздохнув посмотрел на напрягшегося демона — на это стоило обратить внимание, и только после этого произнес:

— Высокая активность. «Дальнир» ведет с кем-то переговоры, мне не удается перехватить передачу.

— Демоны его задери! — выдохнула я чуть слышно. Ко всем нашим проблемам мне не хватало только предательства корабля. Мысль показалась дикой, вызвав, похожий на истерический, смешок. — ИР — контакт!

— Есть контакт! — отозвался тот приятным мужским голосом.

Сжав кулаки, заставила себя успокоиться. Тембр и манера говорить принадлежали Индарсу. Можно было не гадать, чьи именно проделки — мальчики постарались.

— Это что за игры?! — Спокойствие в моих интонациях обнаружить было сложно.

Тот не стал демонстрировать непонимание, учился очень быстро.

— В пределах открытия канала связи обнаружен боевой ардон домонов. Соблюдая требования соглашения, заключенного между ними и артосами, я передаю информацию о причинах вывода «Дальнира» из консервации и целях нашего нахождения в данном секторе.

— Что?! — Я машинально оглянулась на Дарила, тот на миг, отвел взгляд. Но мне оказалось достаточно и этого. — ИР, что такое ардон и кто такие домоны и артосы?

Разговор с бывшим помощником я решила отложить на потом, сейчас явно было не до него.

— Домоны — предки расы демонов, отказавшиеся покидать Галактику «Белая» и основавшие в ней свою колонию. Ардон — корабль-матка. Артосы…

— Можешь не продолжать, — скривилась я. — Артосы — предки самаринян и землян. Если я правильно понимаю, «Дальнир» и Хранители — наследие именно артосов?

— Именно так, — равнодушно ответил ИР. Чтобы сойти за члена экипажа ему недоставало только эмоций, но Костас сказал, что над этим работает. — Ашкер ардора связался с ИР Хараба.

Ощущение было такое, будто попала в засаду. Одна — против всех. Далеко не в первый раз, но…

Воспоминания о Харабах были еще достаточно живыми, чтобы сообразить, во что именно мы вляпались.

У всего была своя цена… у ошибочных решений тоже. Я хотела вытащить Рауле, кажется, погубила не только его!

Взвешивала все «за» и «против» я недолго — хватило одного вздоха.

— Экипажу покинуть «Дальнир». ИР подготовить «Легенду» к сбросу, рассчитать прыжок из зоны с разгоном от точки сброса. Капитаном «Легенды» назначаю капитан-лейтенанта Тараса Кораса.

— Таши! — Дарил вскочил с ложемента, как только я начала говорить, но высказался лишь теперь. Дослушал до конца.

— Отставить, капитан-лейтенант Дарил Дрей. За нарушение приказа капитана…

Он отвел взгляд, якобы сдавшись. Для меня это стало сигналом, с парализатором я не расставалась и когда спала. Я даже не стала думать, что означало то движение рукой, которое он не закончил. Мощность заряда была достаточной, чтобы он ненадолго заткнулся.

— Что здесь… — Стас с Тимкой на руках появился очень не вовремя.

Я повела парализатором и в его сторону.

— Все — вон!

— Таши… — попытался образумить меня Тарас. Обманчиво-медленно поднялся из пилот-ложемента — тоже потребовал себе такой, разведя руки, чтобы случайный жест не показался мне агрессией, шагнул ко мне.

— Стоять, — едва слышно прошептала я. Для той тишины, что установилась в отсеке, этого было достаточно. — Повторяю приказ: экипажу покинуть «Дальнир».

— Это неправильно, Таши, — горько усмехнулся Тарас. — Ты собираешься спасти нас, но даже не пытаешься понять, что выносишь смертный приговор. Как нам жить, зная, что мы бросили тебя? Оправдываться тем, что выполнили твой приказ?! — Он качнул головой. — Это не поможет.

Он был прав… Но только не сегодня.

В структуру происходящее не укладывалось, даже на незаконченную мозаику не походило. Так что приходилось не думать, а чувствовать… оголенными нервами. Вот они-то и подсказывали, что одна жизнь стоит значительно меньше, чем…

Если ею удастся обойтись…

— Прыжок рассчитан, — вклинился в наше противостояние бесстрастный ИР. — Время разгона до выхода на точку прокола — четырнадцать минут. Вероятность успешной атаки целей один и два — восемнадцать процентов, «Легенда» к сбросу готова, системы корабля активированы.

— Идиотка! — зашевелился на полу приходящий в себя Дарил. — Индарс и отец предполагали появление домонов…

Лучше бы он молчал! Даже не последняя капля, поток, который грозил смыть за собой все, что между нами когда-то было.

Мне хватило мига, чтобы оказаться рядом. Не смущало, что он не мог защититься, ответить…

Первый удар в живот был еще осмысленным, его можно было остановить, но никто не шевельнулся, чтобы меня удержать. Просто стояли и смотрели.

А я била… ногами, не видя сквозь алую пелену ярости, куда попадаю… Ощущая его боль, как свою и пытаясь избавиться от нее каждым новым ударом. Еще сильнее зверея от того, что он не сопротивляется, хотя уже и мог.

Он, как недавно Тарас, знал, за что получал…

Это не было предательством, всего лишь очередной попыткой подстелить соломку туда, куда мы собирались все вместе грохнуться.

Это было больше чем предательство… Эта была игра, в которой не он — Индарс и Хандорс воспользовались мною, как бесправной пешкой.

Злость отступила так же неожиданно, как и накатила, сминая застилавший взгляд туман. Разодранная форма, рваные раны, размазанная по разбитому лицу кровь…

Без сил буквально рухнула перед демоном на колени.

— Лучше бы ты меня убил… — сглатывая комок, прошептала, опуская голову. Закрыть глаза не успела, заметила, как вздрогнул Дарил от моих слов. — Стас, помоги ему. Тарас, забирай остальных и валите на «Легенду»… Пока я еще способна держать себя в руках.

Ни один не шелохнулся… Словно догадывались, что возвращаться в реальность пока еще рано.

— Капитан, — я начала уже ненавидеть этот голос, — ашкер ардона просит открыть канал связи. — И добавил, уж больно по-человечески: — Кажется, ИР Хараба удалось убедить их в благородности нашей миссии.

Мне оставалось только скривиться. Калейдоскоп вновь провернулся, меняя до неузнаваемости уже ставшую будущим картинку.

Еще бы вытравить эти мгновения из памяти…

— Приведи его в порядок, — с трудом поднимаясь, попросила я подскочившего ко мне Стаса, указав взглядом на демона, — и возвращайтесь.

Наша игра продолжалась… Дарил мог сыграть в ней свою роль.

* * *

— Твой план?

Ашкером ардона оказалась… домоница. О женской красоте лучше судить мужчинам. Наш разговор шел уже третий час, а мои мальчики продолжали выглядеть несколько… неадекватными. Я понимаю — Дарил, как-никак, одной с ней расы, но и остальные от него не отставали.

Что ж… пытаясь судить непредвзято, я видела разницу между ней и мной. Моя внешняя безобидность вызывала желание защитить, ее агрессивная самодостаточность — завладеть и подчинить.

Сомневаюсь, что она этого не замечала.

— У нас есть только один вариант вытащить Рауле, — не задумываясь, ответила я ей. — Наглый, безрассудный, если не сказать — самоубийственный. — Она молчала, смотря на меня с интересом. Я посчитала это как предложение продолжать. — Мы должны оказаться внутри крейсера самаринян. Проще всего это сделать на моем корабле. Можем смоделировать неожиданный выход из прыжка. Должны клюнуть, «Легенда» для них опасности не представляет.

— Если не подерутся…

Брошенный мною взгляд на демона был далек от дружелюбия. От внимания Харитэ моя реакция не ускользнула, но она промолчала. Некоторую потрепанность своего помощника я уже объяснила… определенными разногласиями по вопросу скорости исполнения приказов капитана. Уточнять, в чем именно выражались эти разногласия, она не стала.

У меня вообще сложилось впечатление, что знала она о нас значительно больше, чем нам самим было о себе известно. То ли Хранители постарались, то ли… С такими технологиями они вполне могли быть негласными наблюдателями за тем, что творилось в этой галактике. Не зря же ИР «Дальнира» упомянул про соглашение.

— Не подерутся, — хмыкнула я. Напряжение уходило, уступая место еще не азарту, но уже чему-то похожему на надежду. Домоны оказались не столь страшны, как представлялось. Да и с авантюризмом у них тоже было все в порядке. Как и с пониманием принципа: мы своих не бросаем. — Думаю, Рауле выпотрошили полностью, так что про Тимку им известно. Не стоит забывать и об отце… У самаринян к нему свои счеты.

Демоница… Домоница, поправила я сама себя, посмотрела на звереныша, который спал, уютно устроившись в кольце моих рук, на меня…

— Без моих… воинов не справиться.

Ее великолепный межгалактический служил еще одним подтверждением моей версии. Замолкала, подбирая слова, Харитэ не часто и лишь в тех случаях, когда для термина, который хотела произнести, не находилось прямого аналога. Вот и сейчас, мне оставалось только догадываться, кем именно будут те, кого она назвала воинами.

— У них минимум семь жрецов, — тем не менее, возразила я. — Как только «Легенда» окажется в ангаре, они будут точно знать, сколько человек на борту корабля.

— Эти умеют быть незаметными, — улыбнулась она с экрана.

Я только пожала плечами.

— Кому они будут подчиняться?

Выражение ее лица не изменилось, но от Тимки, который только делал вид, что спал, пришло ощущение удовлетворения. Вряд ли его, скорее, транслировал чувства моей собеседницы.

Хоть какая-то, но помощь.

— До окончания операции — тебе. Кроме случаев прямой угрозы. Ваша защита будет их задачей.

Хотелось мне задать парочку наводящих вопросов, но… я была не в той ситуации, чтобы диктовать свои условия. И так повезло, что в давней войне домоны оказались лишь карающим мечом, верша правосудие над зарвавшимися артосами. Эксперименты, которые те проводили со временем, грозили стабильности Галактики.

ИР основных орбитальных баз тех, кого мы называли древними, просчитав возможные варианты собственного будущего, выступили на стороне домонов. Лично для нас это стало спасением. Мнение Хранителей обо мне и моем экипаже для Харитэ имело значение.

— Тогда, может, подкинешь пару-тройку крейсеров, — шутливо полюбопытствовала я, просчитывая, насколько велики наши шансы вернуться обратно. — Сделаем им сюрприз. В самый неподходящий момент.

Первоначальный план, который мы согласовали с Искандером, смотрелся довольно прозаично. Но… он соответствовал и его и моему пониманию того, как именно должна действовать Служба внешних границ. Самариния была признана суверенным сектором, что накладывало свои ограничения. Одно дело — демонстрация силы с целью заставить выполнить требования, которые все еще были законными. Доказательств, что подданный кангората, розыскник Камил Рауле, когда-то являлся жрецом, предоставлено нам не было. Другое — открытое нападение.

Нашей задачей было найти корабль самаринян и дожидаться крейсеров Службы. Ну и проследить, если те вдруг вздумают сменить место дислокации.

На словах все выглядело просто. На деле…

Навигационные карты, которые были на борту «Легенды» являлись слепками поделенной на зоны Галактики. Далеко не всей, только исследованной (иногда и ценой жизни), ее части. Имея их можно было сравнить расчетные данные с полученными со сканеров. А дальше — анализ искажений с учетом известных технологий защиты кораблей.

Понятно, что прежде чем приступить к поиску, список из нескольких сотен возможных вариантов сократили до нескольких десятков. Но и их было слишком много! Отдай мы эту задачу ИИ, растянули бы удовольствие минимум на четверть стандарта.

Но это была только часть проблемы.

Наши генераторы прокола позволяли прыгнуть максимум на четыре с половиной часа. Пятичасовой уже считался затяжным и грозил огромным риском. Шансов выйти из него было чуть больше шестидесяти процентов.

«Дальнир» уходил в прокол и на девять. Была у меня догадка, что это далеко не предел.

Так что в поиске мы выигрывали дважды. Но даже в этом случае с момента вылета до обнаружения прошло десять стандартных суток. Все это время на связь мы не выходили. Из тех самых соображений безопасности.

Дальнейшее зависело от многих обстоятельств, в том числе и от класса корабля самаринян. Рассматривали вариации от дальнего разведчика, что давало возможность прямого столкновения с ним — «Дальнир» в этом случае мог послужить элементом устрашения, до тяжелого крейсера. Во всех случаях, кроме первого, без поддержки Службы нам было не обойтись.

Ситуация оказалась значительно хуже, чем мы предполагали изначально. Шитоносец скайлов рядом с тяжеловесом Самаринии выбора практически не оставлял. Ни нам, ни кораблю древних.

— Зачем же пару-тройку, — поднялась со своего места Харитэ. Не знаю, как называлось это кресло, но выглядело, как трон Синтара. Высокая спинка, массивные подлокотники. Сходства добавляло возвышение, на котором оно стояло. — Для хорошего дела ничего не жалко.

Вместо того чтобы обрадоваться, я ощутила пустоту. Там, где должно было быть мое сердце.

Передав Тимку стоявшему рядом со мной Тарасу, встала.

Горло перехватило, но это были не те трудности, с которыми я не смогла бы справиться.

— Я не собираюсь платить за свою и их жизнь, — я качнула головой, показывая себе за спину, где собрался мой экипаж. Голос прозвучал хрипло, но твердо. Она должна была понять, что мое решение пусть и спонтанно, но незыблемо, — будущим своего мира. Через двадцать часов здесь будут корабли Службы внешних границ. Дай нам удостовериться, что самариняне не покинут эту зону до этого времени и я лично запущу программу самоуничтожения «Дальнира».

Судорожно вздохнул то ли Стас, то ли Валечка… Значения это не имело, только ее взгляд… такой же спокойный, как и мой.

— Ты ошиблась, мы не наблюдатели. — Я хотела возразить, но Харитэ остановила меня жестом. Приблизилась, словно подойдя вплотную к той незримой границе, что разделяла нас с ней. — Если знать, что творилось здесь в прошлом, то это самое простое объяснение нашему появлению. И — неправильное. Мы покинули эту галактику, чтобы уже никогда не возвращаться. Вселенная большая — места в ней хватает всем. — Она улыбнулась… с горечью. Так по-человечески… — Мы не учли мелочи и… ошиблись. В твоем языке есть слово — ностальгия, тоска, которую невозможно объяснить, но стоит ощутить, как нет сомнений в том, что ты чувствуешь. У нас уже давно новый дом, ни я, ни мать моей матери, ни ее мать уже и не помнят, какого цвета было небо на тех планетах, где жили наши предки. Но тоска осталась, и она тянет туда, где когда-то все это началось.

Переведя взгляд на Дарила, домоница продолжила:

— Их больше нет. Ни одна из ваших навигационных карт не дает даже намека на то, что они когда-то существовали. Галактика оправилась от тех ран, избавившись и от памяти о своих неразумных детях. Вот только в нашем геноме так и остались их вибрации, заставляющие нас помнить и стремиться туда, где нас уже никто не ждет.

— Что мешает вам вернуться? — поинтересовалась я, лишь бы заполнить затянувшуюся паузу.

Следовала старому правилу: пока не поставлена последняя точка и не прозвучал первый залп, еще возможно что-либо изменить.

— Ничего, — избавила Харитэ демона от своего внимания. — И все. Здесь нам больше ничего не принадлежит. Мы можем быть лишь гостями.

— Мы можем быть лишь гостями… — как эхо повторила я за ней, все еще не веря в то, что она произнесла.

А Харитэ словно и не заметила моей растерянности.

— О том, что происходит в Галактике, мне известно достаточно, чтобы сделать выбор. Эта встреча была неизбежна, его отец, — она кивнула на Дарила, — искал пути к нам. Не сегодня, так завтра пришлось бы вмешаться…

— Пришлось вмешаться?! — нахмурилась я, догадываясь, что успела пропустить нечто важное.

Она сделала вид, что не услышала меня.

— У нас есть сорок минут, чтобы определиться с твоим планом. Четыре крейсера и хантор с зорхами на подходе.

Для чувства уверенности, которое я испытала в этот момент, не было причин. Да и два незнакомых слова могли означать новые проблемы в моей жизни.

Но это не помешало мне и испытать облегчение и… поверить в то, что самое страшное и тяжелое уже позади.

Если бы я знала, насколько ошибалась…

* * *

Мы опоздали.

Мы опоздали еще до того, как нашли их. К этому времени Камил был уже мертв. Убил он себя сам, жрецы умели и не такое. То ли не верил, что успеем, то ли… пытался нас защитить.

Гадай не гадай, а уже не спросишь.

Но мы этого не знали, потому продолжали действовать.

Хантором оказался малый десантный корабль, зорхами — его экипаж. Жаргонное словечко в приблизительном переводе означало головорезов. Репутация.

Всего шестеро, но когда они поднялись на борт «Дальнира», я поняла, почему их так назвали. Скайлы и демоны на их фоне выглядели до смешного безобидными.

— Капитан Таши? — Командир группы, не домон, но и не человек, остановился, не дойдя до меня несколько шагов. Окинул внимательным взглядом. На лице снисходительное добродушие без малейшей попытки его скрыть. Не скажу, что приятно, но привычка находить во всем хорошие стороны не подвела. Этот не будет устраивать игры за моей спиной, если понадобится, просто отшвырнет со своего пути. — Дарон Шураи. У меня приказ сопровождать тебя.

На межгалактическом он говорил не хуже Харитэ.

— Ну, раз приказано, — усмехнулась я, рассчитывая, что мои эмоции будут ему столь же понятны, как и мне его, — тогда начнем. ИР, выход. Вызов на крейсер самаринян.

— Принято! — отозвался ИР «Дальнира» все тем же голосом Индарса. За несколько последних часов произошло столько всего, что эта мелочь уже не смущала. — Выход и вызов на крейсер самаринян.

Скрывать «Дальнир» больше не имело смысла. Про крошечный межгалактический разведчик никто и не вспомнит, как только появится ардон домонов. Смотришь, и обещание Хранителю можно будет обернуть в обратную сторону.

— Капитан, есть выход в пространство. — Вместо ИР отчитался Дарил спустя несколько минут ожидания. — На вызов ответа нет.

— Принято, — бросила я, устраиваясь в пилот-ложементе. Если какие-то сомнения еще и были, в этот момент сдохли. Не до них. — Ангел, контроль щитоносца.

— Как скажешь, — не по уставу откликнулся Тарас и добавил, обращаясь уже к командиру гостей. — Подождите пока, мы немного заняты.

При других обстоятельствах я бы рявкнула, но тут решила промолчать. В развлечениях типа «кто в доме хозяин» принимать участия не собиралась.

— ИР, открытый канал связи!

— Принято. Внимание, открытый канал связи…

Привычной настроечной таблицы не было, но должен же был ИР отыграться за испорченные нервы, или что там у них вместо этого было.

— Капитану тяжелого крейсера под вымпелом Самаринии. Здесь — командир группы перехватчиков Службы внешних границ, капитан третьего ранга Орлова. На борту вашего корабля находится офицер отдела розыска Службы Рауле. Для исполнения переданных вам требований адмирала Искандера и кангора Синтара, чьим подданным он является, прошу принять катер. У вас тридцать минут. В случае отказа или непредоставления веских доказательств отсутствия на борту офицера мне приказано расценивать ваши действия как акт агрессии со всеми вытекающими из этого последствиями.

Ждать ответа долго не пришлось.

Экран вспыхнул, но вместо самарнинянина с той стороны экрана оказался бывший канир Сиеш. Асхан, как его называли вольные.

Не сказать, что совсем уж непредсказуемо, но… хотелось совершенно иного развития событий.

— Какая неожиданная встреча, госпожа Орлова!

— Для меня тоже было сюрпризом узнать, аркон Сиеш, кто именно стоял за торговлей живым товаром с Самаринией. — Не скрывая презрения, произнесла я. Сейчас мне было уже все можно. Даже грубить и язвить. — Трудно было представить себе второго в списке претендентов на титул кангора, занимающегося работорговлей в самой неприглядной ее форме. Вам ведь известно, зачем именно Самаринии нужны те несчастные?

— Вам не кажется, капитан, что ваши требования звучат несколько… неблагоразумно, — проигнорировав и тон, и сказанное мною, уточнил скайл.

— Вы имеете в виду, что не в моем положении диктовать условия? — надев маску, невинно улыбнулась я. Сомневаюсь, что поверит, но надо же дать ему время подготовиться к залпу.

— Я следил за вашими успехами, — несколько высокомерно (на мой взгляд), ответил бывший канир. — Искандер недооценивает вас. Как и генерал Орлов. С вашими талантами и всего лишь командир группы перехватчиков…

— У вас есть другое предложение? — все так же, с легкой усмешкой, поинтересовалась я.

Знак Тараса об открытии на щитоносце орудийных модулей я не пропустила. Кажется, самариняне предпочитали решать проблемы чужими руками.

Что ж… в этом мы были похожи.

— Есть. — На его лице впервые появилось что-то похожее на эмоции. Не знай я, чего именно от него стоит ожидать, могла бы и испугаться. А так… — Но вы ведь его не примете.

— Вы правы, канир Сиеш, — кивнула я, позволяя ему увидеть горечь в своих глазах. — Не думаю, что могла бы потом спать спокойно. Так что оставьте его при себе. — Пауза была слишком короткой, чтобы он сумел мне ответить. — Крейсерам поддержки выйти из-под защиты.

Это можно было бы назвать растянутым во времени мгновением нашего триумфа. Смерть Рауле сделала его поражением. Четыре проявившихся в пространстве корабля домонов «держали» позицию, лишив и щитоносец, и крейсейр самаринян возможности маневра. О попытке атаки тоже речь не шла. Вокруг тяжеловеса скайлов сканеры фиксировали похожие на накатывающие волны искажения гравитационного поля. Не знаю, что это было, но испытать на своей шкуре технологии предков демонов мне не хотелось.

Но даже в этих условиях ждать ответ от самаринян пришлось почти десять минут. Для меня они показались практически вечностью.

Если бы я знала…

Я — не знала, и в этом было мое счастье. Еще почти два стандартных часа Камил был для меня жив.

За Рауле отправились мы с Тарасом и группа Шураи.

Командир зорхов производил странное впечатление. Сказала бы — груда мышц с огромным самомнением и сниженным уровнем интеллекта, но жизненный опыт не позволил сделать поспешный вывод.

Мешковатая форма мешала реально оценить фигуру, давая лишь общее представление о массивности, но наметанный взгляд замечал вязкость движений, словно тот себя сдерживал. Возможно, что-то типа сервоброника в предбоевом режиме, а может, и подготовка.

Да и с умственным развитием не все ясно. В глазах — наивная простота, соответствующая образу «большой, грозный и… недалекий», но я не сомневалась в обманчивости этого впечатления. Игры и интриги не для него, но это не отменяло умения схватывать, анализировать и делать правильные выводы.

Тимка провожал до «Легенды», которую мы собирались использовать вместо катера. Сидя на руках у Стаса, заглядывал мне в глаза, морщил нос, потирая его лапками. К разуму Камила пробиться он так и не смог, но меня это в тот момент не смущало. Я постоянно помнила про семерку жрецов, составляющих ритуальный круг. Истинная суть этого понятия была мне не ясна, но звучало убедительно, чтобы стать объяснением.

Мы были близки к цели, но я, словно предчувствуя, зверенышу ничего не обещала. И даже не оглянулась, чтобы подбодрить взглядом, когда за мной закрывался люк.

Больше ничего не имело значения. Либо мы вернемся с Рауле, и тогда все несказанное так и останется трагичным, но неслучившимся вариантом. Либо… все будет бессмысленно, потому что мы проиграем.

Судьбе.

Еще спустя час «Легенда» опустилась на стапель в ангаре крейсера самаринян.

Все остальное осталось в моей памяти обрывками. Вроде — было, но как же хотелось, чтобы оказалось лишь плохим сном!

Реакция встречавшего нас жреца на зорхов… Он явно знал, кто они такие, и чего от них можно ожидать. И именно эти знания заставляли его сдерживать ту силу, что ощущалось запертым в теле вихрем.

Коридоры, ярусы, переходы… Ненависть, которая была настолько осязаема, что инстинктивно вызывала желание спрятаться за спину Шураи. Кроме уверенности, что ашкеру ардона нет смысла избавляться от нас столь замысловатым способом, у меня не было причин для доверия. Но ему я безотчетно доверяла. Больше, чем отцу, Шторму, Искандеру или Индарсу.

Ассоциация выглядела странно и была совершенно несвоевременной. От нее бы избавиться, но слова продолжали звучать метрономом, отмеряя мои шаги. Доверяю, верю… верю…

Я не верила. Смерть была настолько близко, что не ощущать ее присутствие было просто невозможно.

Но я продолжала идти первой, не позволив ни посланцу Харитэ, ни Тарасу, опередить меня. Это был мой путь. Куда бы он меня не привел, я должна была пройти его до конца.

Створ двери в отсек, напротив которого мы остановились, ушел в сторону. Холод и запах благовоний… И тело Камила, замотанное в белую ткань…

И голос, в котором я не ощутила ни страха, ни смирения. Лишь уверенность, что когда-нибудь мы ответим им за унижение.

— Вы можете забрать его. Он предал свою богиню дважды. Ни один из нас не проведет обряд для отступника.

Я чувствовала, как обвилось коконом вокруг меня напряжение. Ни одного движения, ни звука… Неслышно даже дыхания.

Будь я просто женщиной, у которой погиб друг, могла бы позволить себе зарыдать, кинуться ангелу на грудь, заламывая руки и слезами выплескивая из себя боль. Но если кем я сейчас и была, то капитаном третьего ранга… Натальей Орловой. И вот она-то и не имела права быть слабой.

Не в этот момент…

— По приказу командования Службы я должна забрать офицера розыска живым или… мертвым. — Голос не дрогнул, замершее сердце вновь забилось сильно и ровно. Мой долг был… скорбным, но от этого не переставал быть долгом. — О его смерти адмирал Искандер и кангор Синтар будут извещены сразу, как только я поднимусь на борт своего корабля. И… — я бросила быстрый взгляд на закаменевшего Тараса, успев заметить и то, как цепко держит меня в поле зрения Шураи, — ему будут оказаны воинские почести, которые он заслужил своей верностью данной им присяге.

Мы не успели, проиграли, ошиблись, но… мы выиграли. Для них было важно уничтожить не только своего бывшего собрата, но и саму память о нем, сделав из него предателя.

Кем бы он ни был для них, для нас он останется героем. Хотели жрецы того или нет, но им придется с этим смириться.

Я ждала провокаций, предупредив всех условным жестом, чтобы не расслаблялись. Но путь, который мы проделали, возвращаясь к «Легенде», оказался не только короче, но и не столь тревожным по ощущениям. Впрочем, ощущений просто не было. Все, что я чувствовала — стук собственного сердца, утверждавшего, что, несмотря на боль, раздирающую мою душу, я была все еще жива.

Держалась я до появления крейсеров Службы.

Доложилась Искандеру, бесстрастно взирающему на чужие корабли, познакомила его с Харитэ, приняла катер с щитоносца Аршана, забравшего тело Камила.

Это было последнее, на что хватило сил. Прихватив Тимку и пообещав, что пристрелю каждого, кто попытается меня побеспокоить, заперлась в своей каюте на «Легенде». Прежде чем я расскажу Артуру о гибели его побратима, мне требовалась хоть короткая, но передышка.