— Какого черта его туда отправили? — не унимался Алеша.

Участковый пристав, наш старый знакомый, только пожал плечами, но, судя по тщательно сдерживаемой ухмылке, без его содействия не обошлось.

— Неужели во всем Санкт-Петербурге не нашлось свободной мертвецкой, что нужно было отправлять тело в Кронштадт?!

— Не могу знать, — пристав состроил самое невинное выражение лица, которое его и выдало.

Выгляди он более равнодушным, я, может быть, поверила бы. Надо отдать должное: пристав хоть и вредный, упрямства ему было не занимать

— Я этим не занимаюсь.

— А кто этим занимается? — навис над ним мой муж.

Если бы я не наблюдала за приставом столь внимательно, то могла бы не заметить, как напряглось все его тело и съежились плечи. Еще бы! Думаю, если бы Алеша таким тоном обратился ко мне, я не на шутку испугалась бы. Оставалось радоваться, что он разговаривал не со мной.

. Я тихо подошла сзади и тронула Алешу за локоть, он отвлекся на меня.

— Пойдем, только время теряем.

— Да, ты права. — Он закусил губу и обратился уже к приставу: — Всего хорошего, ваше благородие.

Мы втроем вышли из участка.

— Нет, вы это слышали? — возмутился Алеша. — Отправил труп в больницу Святого Праведного Иоанна. Теперь полдня на дорогу туда-обратно потратим, еще и этот чертов паром… Не люблю воду.

А вот это что-то новенькое.

— Укачивает? — заботливо поинтересовалась я.

Он скривился в ответ.

— А вот я ни разу не переправлялась на пароме, — подала голос Тося.

— И я тоже, — улыбнулась я.

— Ну, выбора-то у нас особо и нет. Мне все равно нужно поговорить с доктором да и самому осмотреть тело не помешает. Может, они что-то упустили.

— А ты работал с… Ну, с убийствами? — спросила я, когда мы взяли извозчика, направляясь в порт.

— Доводилось, — коротко ответил муж, глядя в окно.

Да, рассказчик из него такой себе. Хотя я уже давно поняла, что о службе он предпочитает не распространяться. Может, это и к лучшему: без некоторых подробностей я как-нибудь обойдусь. А если он водит тесное знакомство с самим обер-полицмейстером столицы, то его профессиональные навыки чего-то да стоят.

Время мы, конечно, потеряли, пока ждали отправления парома, но совместить приятное с полезным никто не помешал. Мы с Тосей полной грудью вдыхали воздух, наполненный влагой, и чуть ли не перевешивались через борт, обмениваясь восторженными комментариями. Алеша аж зеленел и оттягивал от края то меня, то Тосю, а мы смеялись и продолжали свое. В конце концов, он сдался и призвал на помощь Мефистофеля.

Демона небольшая качка, похоже, совсем не смущала. Он встал между нами и даже приобнял обеих за талии. Я заметила, как в первую секунду напряглась Тося. Но видя, что я не противлюсь, расслабилась. Сейчас демон казался не таким уж и мерзким, а вся ситуация с обвинением в убийстве — вполне разрешимой. Мне было весело. Наверное, все дело в горячем вине, которое подавали прямо на палубе: мы немного продрогли, а потому выпили по стаканчику.

— Я бывал здесь, когда острова не было и в помине, — с ностальгией в голосе протянул Мефистофель.

— Ого, как интересно! — глаза Тоси загорелись. — Расскажи!

И он начал рассказывать. Надо признать, когда демон не язвил, то становился очень интересным собеседником, от которого можно узнать уникальные факты. Время пролетело незаметно. Мне не приходилось делать вид, что я заинтригована. Мы заваливали его вопросами, а он без устали отвечал на них.

Но небольшое путешествие подошло к концу, и как только мы ступили на землю, Мефистофель откланялся.

— Хорошо провели время? — недовольно поинтересовался муж, подавая нам по очереди руку и помогая спуститься по трапу.

Ревнует, что ли?

— Ты же все сам видел, — мягко улыбнулась я.

Алеша покачал головой и скривил губы, но ничего больше не сказал. Вино успело выветриться из головы, поэтому я снова была серьезна и сосредоточена. И готова к не самому приятному зрелищу, которое предстояло вынести.

Перед входом в больницу муж еще раз предложил подождать его на улице. Но начался противный мелкий дождь, и мерзнуть вовсе не хотелось. Да и я хотела помочь. К тому же прекрасно знала, что и Тося могла подсказать дельную мысль. Она у меня умница, когда не думает об этом рогатом. Мы остановили сестру милосердия, и она проводила нас в мертвецкую.

— Позову доктора, — сказала она и скрылась.

Высокий молодой мужчина с угольно-черными волосами вышел к нам минут через пятнадцать. Все это время мы находились в подвале среди нескольких накрытых тканью тел. Температура здесь была если не ниже, чем на улице, то, во всяком случае, не выше. Ничего. Я поняла, что горячее вино со специями может исправить многое. Согреть озябшие руки уж точно. Но это потом, по дороге обратно, а пока следует сосредоточиться.

Доктор внимательно изучил документы, которые предъявил ему Алеша — они подтверждали его личность и должность. Я видела, как взлетели брови мужчины, когда он дошел до подписи и печати обер-полицмейстера.

— А это, Алексей Николаевич, кто? — поинтересовался он, выразительно глядя на нас с Тосей.

— А это мои… гхм… ассистентки, — ему тяжело далось это слово, но все формальности были соблюдены, и, несмотря на удивление, доктор спорить не стал.

Он провел нас к одному из тел и снял с него покрывало, оголяя по пояс. Алеша оставался совершенно спокоен, когда приступил к методичному осмотру трупа. Тося побледнела и отступила на несколько шагов.

— Здесь есть еще один выход, если нужно подышать, — посмотрел на нее доктор.

— В-все в порядке, — она сглотнула.

Доктор пожал плечами, мол, как знаете.

Не скажу, что я была потрясена, хотя и видела покойника вот так — бледного, обнаженного — в первый раз. Но меня поразило его лицо: оно вовсе не походило на то, каким я запомнила этого господина в жизни. Нет, это определенно он, но… Что-то необъяснимо в нем поменялось. Наверное, не хватало именно искры жизни, которая делала лицо настоящим. А сейчас он больше походил на куклу, если бы кто-то вдруг решил сделать ее с внешностью не очень симпатичного человека средних лет, да еще и в полный рост.

Тося не знала, куда себя деть, а потому стала прохаживаться вдоль стены. Ее заинтересовал небольшой деревянный ящик с каким-то тряпьем.

— Это одежда и вещи убитого. Желаете посмотреть? Кроме костюма и кошелька с деньгами при нем ничего не было.

Тося вопросительно посмотрела на Алешу — тот на секунду отвлекся от своего занятия и кивнул. Она принялась рассматривать вещи. Я тоже подошла, но кроме окровавленной рубашки и брюк ничего не увидела.

Внезапно подруга заинтересовалась биркой на его жилете.

— Это же мадам Мартин! — тихо ахнула она, глядя на меня так, будто это должно мне о чем-то сказать.

— Какая еще мадам?

— Очень известный в узких кругах салон по пошиву театральной одежды. Мы… — Тося замялась, покосившись на мужчин, но те занимались телом. — Мы иногда заказывали там вещи, ну… для особенных тематических вечеров.

— Но это не похоже на театральную одежду, — я пожала плечами, рассматривая костюм.

— Если предположить, что он был музыкантом или актером, то мог заказывать там и повседневную одежду.

Между тем Алеша закончил осмотр и завел разговор с доктором.

— Вы видели нож, которым его, предположительно, зарезали?

Тот кивнул и достал знакомое нам лезвие.

— Его доставили к нам вместе с телом.

—Что скажете? Могли его убить именно этим ножом?

— Вполне. По крайней мере, похоже на то. Смотрите, — доктор поднес лезвие к трупу, чтобы Алеша мог сам убедиться.

Тося побледнела пуще прежнего и стремительно выбежала в дверь, на которую указывал врач раньше.

Муж мимолетно глянул на нее, вытащил блокнот и, посматривая на тело, принялся что-то записывать.

— Что ты делаешь? — спросила я тихо, поднявшись на цыпочки и заглядывая ему через плечо.

— Нам нужно как можно точнее передать все его приметы, попытаемся установить личность. При нем не было никаких документов, а извозчик, который вас доставил в гостиницу, сразу же уехал. Вероятно, наемный.

— Тося предполагает, что убитый мог быть деятелем искусства. Там бирка на одежде какая-то особенная.

Алеша нахмурился.

— Она уверена? — Он подошел к ящику, нашел бирку на жилете и оторвал ее. — В любом случае, зацепок пока нет, проверим эту версию.

— Кстати, я могу зарисовать его.

— Правда?

— Вполне.

Я отобрала у него бумагу и карандаш и, внимательно вглядываясь в мертвое лицо, начала делать эскиз. Конечно, я давно не практиковалась, но раньше рисование давалось мне неплохо. В той, спокойной прошлой жизни…

Минут через десять я подала мужу блокнот. Он сравнил рисунок с оригиналом и остался доволен.

— Весьма удобно, — заметил он. — Вот бы я так умел! Очень похож.

Я улыбнулась и кивнула. Мы вышли на улицу. На скамейке возле входа сидела Тося. Она уже была не столь бледна. Я даже удивилась такому ее поведению: она всегда производила впечатление невероятно сильной женщины. Видимо, и у нее есть слабые стороны.

— Ну, что ж, не будем терять времени. — Супруг достал из кармана круглые часы на цепочке. — Через полчаса паром отходит обратно. Нужно на него успеть.

Почему-то на Тосю посещение мертвецкой произвело слишком сильное впечатление. Я поставила бы на то, что сама буду реагировать неспокойно. Но нет, труп оказался просто трупом. Он не вызвал ужаса или любых других чувств. Хотелось скорее найти убийцу, чтобы тень преступления не падала на мою репутацию. И если бы только на репутацию! Удастся ли вообще выпутаться из этой передряги, если мы не найдем настоящего злодея? Я предпочитала об этом не думать.

Путь на пароме обратно не принес ожидаемого веселья. Алеша что-то с серьезным видом обдумывал, превозмогая дурноту. Тося пустыми глазами смотрела вдаль. Я решила никого из них не трогать и наслаждалась обжигающим вином, потягивая его мелкими глотками.

Когда мы прибыли, стояли сумерки. Алеша на правах командира нашего небольшого отряда сообщил, что на сегодня мы закончили и возвращаемся в гостиницу. Усталость брала свое, поэтому когда мы сели в экипаж, я сразу прикрыла глаза. Ехать добрых полчаса, успею подремать.

— Августа, — тихо позвала Тося, которая сидела напротив.

Разговаривать не хотелось, поэтому я сделала вид, что сплю. Некоторое время ехали молча. Вопреки ожиданиям, сон не шел. В какой-то момент я поняла, что Алеша пересел на сидение напротив, где расположилась Тося. Ну, разумеется, не Алексей. Когда дело касается Тоси, можно смело предполагать, что появляется Мефистофель. Я чуть приоткрыла глаза и сквозь опущенные ресницы заметила, как сверкнули в полутьме желтые глаза.

Тося никак не отреагировала на то, что демон пересел к ней. Но через некоторое время, слегка отодвинув штору и поглядев в окно, спросила:

— А что там?..

— Там? — повторил Мефистофель.

— В том месте, откуда ты пришел. Что там? — она говорила очень глухо, сквозь стук колес по мощеной улице я еле могла слышать ее.

Мефистофель не стал язвить или отшучиваться. Ответил он совершенно серьезно:

— Темнота и безумный холод.

— А как же геенна огненная?

Демон ничего не объяснял. Я снова приоткрыла глаза, глядя сквозь ресницы — он лишь покачал головой. И, как мне показалось, выглядел печальным. Никогда не думала, что он способен испытывать такие чувства.

— Только бесконечная пустота и вечный холод.

— И ты… ты пришел сюда, чтобы согреться?

Он не ответил. Но в темноте кареты я видела, как самые кончики ее пальцев нашли его пальцы. Робко и несмело. Аккуратно, будто боялся, что она уберет руку, накрыл ее ладонь своей.

Я тихо вздохнула. Ревности не было. Не убудет от меня, если он подержит ее за руку.

***

Утомленные дорогой, мы после ужина разошлись по комнатам, поэтому утром поднялись рано, оказавшись первыми гостями, которые спустились к завтраку.

— Какой у нас план действий на сегодня? — поинтересовалась я.

Ожидая заказ, Алеша вытащил блокнот, раскрыл примерно посередине, где лежал карандаш, и пролистал несколько страниц назад. У меня иногда создавалось впечатление, будто он не расстается с ним даже на ночь.

— Нужно поговорить с постояльцами той гостиницы. Раз швейцар клянется и божится, что ночью никто не выходил…

— А я думала, мы проверим теорию Тоси о том, что убитый был каким-то актером или музыкантом.

— И это тоже нужно. Возможно, так удастся установить его личность.

— Так, может, разделимся? — Тося воодушевилась тем, что ее теорию приняли к сведению.

— В смысле? — Алеша недоверчиво покосился сперва на нее, потом на меня.

— Салон мадам Мартин находится здесь, в Санкт-Петербурге. Мне приходилось несколько раз заказывать у нее наряды через… подруг, — пояснила она.

— И?.. — Муж все еще делал вид, что не понимает, к чему мы клоним.

— И мы с Тосей могли бы съездить в салон, показать портрет убитого, — как маленькому объяснила я ему. Хотя по взгляду прекрасно поняла, что он догадался, просто, похоже, не горел желанием разделяться.

— У вас нет никаких официальных документов. Это я могу показать свои и сказать, что вы мои ассистентки. Ну, придете вы туда, и что?

— Покажем портрет и спросим, не знают ли там этого человека. Это что, запрещено законом? — я подняла одну бровь.

Алексей вздохнул.

— Ладно, ладно, поезжайте к этой… как ее?

— Мадам Мартин, — подсказала Тося.

— Мадам Мартин, — повторил Алексей. — А я наведаюсь по некоторым адресам и попробую поговорить с возможными свидетелями или подозреваемыми.

— Алеша, будь, пожалуйста, осторожен.

Он хотел что-то ответить, но официант на большом подносе принес наши напитки и блюда. Тося, понюхав свои оладьи со сметаной, замычала от удовольствия. Как только официант отошел, глаза Алеши загорелись желтым. Демон почти с рычанием набросился на мясной пирог. И Тося, и Мефистофель имеют общую черту: очень любят поесть. Не знаю, как насчет остального. Я с улыбкой посмотрела на обоих и принялась за отварные яйца с поджаренным хлебом и кусочком сливочного масла, который размазала по ароматной теплой корочке.

— Кстати, а вы знаете, что наш убитый господин не был пьян, когда его того, — как бы невзначай сказал Мефис, проведя столовым ножом себе около шеи.

— Это как? Мы с Тосей, как и все вокруг, отлично видели, что он лыка не вязал.

— Да и к тому же все время прикладывался к бутылке. Ее же вроде рядом с ним нашли? — добавила Тося.

— Ну, я говорю то, в чем уверен.

— Почему? — нахмурилась я.

— Что почему? — Мефис набил рот пирогом, и получилось очень невнятно.

— Как ты узнал, что он не был пьян?

— По запаху, разумеется.

Мы с Тосей уставились на него, прекратив жевать.

— Ну что? — возмутился демон.

— Ты можешь объяснить, как делаешь это? У тебя ведь тот же нос, что у Алексея. Но ты почему-то все время ориентируешься на запах. Ка-а-ак? — Антонина сделала огромные глаза.

Мефистофель ухмыльнулся и стал похож на довольного уличного кота, только что поймавшего птичку.

— В отличие от людей, я умею анализировать те сведения, которые получают мои органы чувств, — ответил он снисходительно.

Пока я обдумывала, что ответить, Тося прыснула, показала Мефистофелю язык и, сморщив носик, сказала:

— Бе-бе-бе!

Да, таким аргументам сложно что-то противопоставить.

После завтрака я попросила у официанта бумагу и перерисовала портрет убитого. Пусть копия будет и у нас с Тосей.

Алеша с Мефистофелем (ну куда ж без демона?) отправились разговаривать с посетителями гостиницы, петербургские адреса которых были переписаны еще в день убийства. С некоторыми Алеша так и не успел побеседовать, потому что они покинули гостиницу утром, тогда как муж и обер-полицмейстер появились ближе к вечеру.

Мы с Тосей наняли извозчика и поехали искать салон мадам Мартин. Сделать это не составило труда. Хотя управляющий гостиницей и не смог подсказать адрес, в первой же модной лавке нашлась визитная карточка салона.

Мы вышли из экипажа на нужной улице и огляделись. Над входом висела вывеска с огромными бордовыми буквами, которая гласила, что это именно то, что мы ищем. Я собиралась открыть дверь и войти внутрь, как услышала взволнованный голос Тоси.

— Августа!

Я тут же обернулась: она стояла ни жива ни мертва.

— Что случилось?

— Там! — Она указала рукой на другую сторону улицы.

— Что, Тось? Что там?

Я видела лишь несколько повозок, которые ехали по дороге в разные стороны. За ними мне совершенно ничего не было видно. Когда кареты разъехались, противоположная сторона улицы оказалась пуста.

— Он был там, я его видела!

— Кто?

— Карпов. Он стоял прямо вот здесь! — Тося, посмотрев по сторонам, перебежала дорогу и встала напротив меня. Я, повторив ее движения, подошла туда же.

— Ты уверена? — Я осмотрелась, не заметив никого, кто был хотя бы отдаленно похож на моего бывшего доверенного.

— Да! Я точно тебе говорю! — Тося лихорадочно искала глазами мужчину. Мы кинулись сперва в одну сторону, потому в другую, но, никого не обнаружив, вернулись к салону.

Когда подходили к двери, Тося пробурчала:

— Он следил за нами. Вот же сволочь!

— Думаешь, намеренно, или совпадение?

Тося расхохоталась.

— Ну ты даешь, подруга! А сама как считаешь? Не верю я в такие совпадения. Оказался в столице в то же самое время, что и мы? Самой-то не смешно?

— Выходит, он — убийца?

— Не он, так нанял кого-то, чтобы тебя очернить. А теперь сам решил проконтролировать, почему в газетах не появилось скандальных заголовков о том, что владелица сахарной фабрики обвиняется в убийстве. Я его насквозь вижу, Августа.

— Осталось это доказать, — тихо сказала я, когда мы вошли в салон.

Навстречу вышла улыбающаяся девушка скромном элегантном платье. Оно разительно отличалось от тех, которые висели на манекенах и вешалках: вызывающие, яркие, открытых фасонов.

— Добро пожаловать в салон мадам Мартин, — обратилась она к нам. — Чем мы можем быть вам полезны, сударыни?

Я хотела начать разговор, но Тося шепнула мне:

— Позволишь? — И тут же, не дожидаясь ответа, натянула яркую улыбку: — Добрый день! Мы надеялись, что вы действительно сможете нам кое-что подсказать.

Она вытащила из ридикюля сложенный вчетверо лист и принялась аккуратно его расправлять.

— Видите ли, мы с подругой посещаем одну художественную студию. Договорились с этим господином, что напишем его портреты в качестве тренировки, а он не пришел в назначенное время. Мы, к сожалению, потеряли его визитную карточку, но когда он давал свою, я точно помню, что из его кармана выпала карточка вашего салона. Вот мы и подумали, может, вы сможете подсказать нам, где его разыскать? Есть небольшой эскиз, — Тося протянула девушке набросок.

Я опустила глаза и почувствовала, как кровь прилила к лицу. Оставалось надеяться, что девушка этого не заметила. Мне было очень стыдно, что приходится врать вот так человеку. Раньше, до смерти деда, я никогда не занималась подобным, а теперь приходится постоянно говорить неправду. Ну как так-то?! Мне очень не нравилось, но и поделать с этим я ничего не могла. В самом деле, говорить правду как минимум неразумно, а то и вовсе глупо.

Я приготовилась к тому, что она выгонит нас и не захочет ничего говорить, но та спокойно взяла лист и внимательно всмотрелась в портрет. А потом улыбнулась.

— Так это же Карл Александрович, из цирка, он часто к нам захаживает! Сейчас, погодите, найду его карточку!

Пока работница салона копалась в какой-то коробочке за прилавком, я с недоверием глянула на Тосю. Неужели хоть что-то оказалось настолько легко? Подруга подмигнула и тепло улыбнулась. Кажется, мы на верном пути.

Почему-то я думала в первую очередь не о том, что мы стали на шаг ближе к раскрытию убийства, а о том, что Алеша будет нами доволен. В тот момент я едва ли сама себе призналась бы в этом, но я очень нуждалась в его одобрении. Хотелось, чтобы он знал, что и я не лыком шита, чтобы видел во мне не только любимую, но и умную женщину, как бы смешно это желание ни звучало.

Получив заветную визитную карточку, мы внимательно вчитались в каждую строчку, будто боялись, что можем потерять ее. Актер цирка? Я не верила своим глазам. Но, прежде чем делать какие-либо выводы, мы с Тосей решили не терять времени и перед возвращением в гостиницу наведаться в цирк.

Афиши гласили, что здесь выступают актеры из Лондона. В шатре, который временно установили на окраине города, было очень тихо и пусто. Конечно, представления даются только по вечерам, а сейчас еще обед не наступил.

Мы остановились, неловко оглядываясь, пока не заметили, как из-за одной из многочисленных ширм вышла женщина средних лет. Она подметала арену. Когда заметила нас, взгляд ее стал не очень-то дружелюбным.

— Представление начнется в семь вечера, — пробурчала она.

— Извините, мы не на представление, — подала я голос. — Мы хотели бы узнать, здесь ли работает Карл Александрович Краузе?

Тося снова завела придуманную историю. Женщина вполуха выслушала нас, продолжая лениво махать метлой. Потом остановилась, убрала выбившуюся из-под платка прядь и неприветливо сказала:

— Здесь-здесь, да только пропал он, третий день не объявляется. И лучше бы ему не приходить больше, директор-то рвет и мечет. Он их единственный мим, а так просил, так просил взять его на время гастролей в Петербурге! Вместе ж пришли наниматься: я уборщицей, он — клоуном.

Она сказала это таким тоном, будто он лично стоял перед ней на коленях и умолял временно взять его в труппу. И все же она дала нам ценные сведения. Теперь мы наверняка знали, что убитый — актер. А значит, ему не составило труда сыграть пьяного.

— Ты думаешь о том же, о чем и я? — спросила Тосю, выходя из шатра.

— А ты думаешь, что его кто-то нанял, чтобы он притворился пьяным и прилюдно пристал к тебе, при этом подняв много шума, чтобы наверняка привлечь к тебе внимание?

— И под кем-то, как ты сказала, я имею в виду конкретного человека, — продолжила за подругу я. — Бориса Владимировича Карпова.

— Да уж… Нанял, а потом…

— А потом убил!

Тося испуганно оглянулась, ища глазами преступника.

— А вдруг он не остановится на этом и решит убить и тебя, раз план выставить убийцей провалился? — Глаза Тоси готовы были вылезти из орбит.

— Не думаю. В случае моей смерти Алеша может оспорить брачный договор и вступить в права наследования. А это Карпову вовсе не нужно. Совсем другое дело, если меня посадят в тюрьму...

***

Мы с Тосей успели поужинать и пили чай в номере, когда вернулся Алеша. Вымотанный и очень недовольный. Он нагнулся ко мне, сидящей в кресле у камина, и поцеловал в щеку у самых губ. Я улыбнулась. Что бы ни происходило, какие бы испытания ни преподносила жизнь, мы есть друг у друга, и это прекрасно. Как бы ни сложилась моя дальнейшая жизнь, я любила этого мужчину и была благодарна судьбе за то, что она свела нас.

Муж подставил еще одно кресло ближе к очагу и сел.

— Чаю? — спросила Тося, когда он устроился.

— Да, пожалуйста. — Он устало откинулся на мягкую спинку.

— Удалось что-нибудь узнать? — осторожно поинтересовалась я. Видела, что он сейчас с удовольствием лег бы спать, но прекрасно понимала: сперва нужно обсудить все, чтобы соединить части мозаики в единое целое. Возможно, так мы увидим полную картину или хотя бы поймем, в каком направлении двигаться дальше.

— Немногое, — он вздохнул. — Спасибо, Тося. — Алеша принял чашку с не успевшим остыть чаем, который она налила.

Тося присела на подлокотник моего кресла и выжидающе уставилась на него.

— В общем, из шести номеров, откуда могли выбросить нож, в ночь преступления были заняты три. В одном остановилась мать с младенцем, в другом — пожилая чета. Я, конечно, понимал, что ни первая, ни вторые не могли совершить убийство. Но чем черт не шутит? Все равно посетил их и поговорил с каждым.

— И что? — напомнила я о разговоре через минуту, когда Алеша о чем-то задумался.

Он вскинул на нас глаза и пожал плечами.

— И ничего. Никто ничего не видел, никто ничего не знает.

— Ты сказал, что было три номера. Кто остановился в последнем?

Муж безрадостно ухмыльнулся.

— А вот это самое интересное. Там остановился некий господин Кузнецов Н.М. В день убийства, когда мы с Федором Федоровичем приехали в гостиницу, его уже не застали. Однако при заселении он оставил свой петербургский адрес. Я наведался туда — Никаких Кузнецовых там и в помине нет. Узнал у управляющего и швейцара примерное описание: невысокий, коренастый, темные волосы, слегка кучерявые, гладко выбрит, без усов. Больше ничего узнать не удалось.

— Ты думаешь, это и есть убийца? — спросила Тося.

Алеша сделал несколько глотков и кивнул.

— Возможно, исполнитель. Проблема в том, что искать человека по такому описанию в Санкт-Петербурге, даже если предположить, что он местный житель, а не приезжий, — как искать иголку в стоге сена. Ну, представьте, сколько здесь мужчин, подходящих под это описание! Не думаю, что он назвался настоящим именем. У нас и его портрета нет.

Он замолчал на несколько минут, задумчиво покусывая губы. Мы тоже не решались нарушить тишину, хотя она давила на уши.

— Ладно, — снова вздохнул муж, — теперь расскажите, удалось ли узнать хоть что-то?

Я бросила взгляд на Тосю и, победно улыбнувшись, подала ему визитную карточку с именем и фамилией жертвы.

— Это что? — спросил он, внимательно разглядывая карточку со всех сторон.

— Так звали убитого, — поспешила объяснить я. — Хотя нам он представился как Степан Петрович.

— Да, при заселении он назвался Степаном Петровичем.... — Алеша вытащил блокнот и, сверившись с записями, добавил: — Петровым.

Я подробно рассказала обо всех сегодняшних приключениях. Муж слушал внимательно, иногда кивал и кое-что помечал в своем незаменимом блокноте.

— Вы большие молодцы, — наконец улыбнулся он. — Правда.

Его похвала разлилась теплом по всему телу, начиная с груди. И так хорошо стало, что улыбка озарила мое лицо! Алеша улыбнулся в ответ.

— Я тоже не верю, что появление Карпова в столице вслед за нами — это совпадение. Но оно нам на руку. Непонятно только, зачем он попался вам на глаза? Это же разрушает его инкогнито.

— Мне показалось, он не специально, ведь сразу же куда-то исчез, — сказала Тося.

— Да, Алеша, мы все обыскали, он как сквозь землю провалился, — добавила я. — Если бы он каким-то чудом случайно нас увидел, приехав сюда по другим делам, то наверняка подошел бы поздороваться. А так он сам себя скомпрометировал.

Снова воцарилась тишина. Каждый погрузился в мысли, и они были отнюдь не веселые. Тося первой прервала молчание:

— Что будем делать дальше? Каков план?

На меня давило ощущение безысходности, царившей в комнате. И вдруг в голове что-то щелкнуло: нам непременно нужно развеяться, иначе можно просто сойти с ума.

— У меня есть план! — вскочила я, чем напугала Тосю — она спрыгнула с подлокотника. Алеша недоуменно посмотрел на нас.

— Мой драгоценный супруг, — сказала я и, улыбнувшись, сделала паузу. — Несмотря на то, что мы попали в такую неприятную ситуацию, у нас все-таки медовый месяц.

Он улыбнулся в ответ.

Я подлетела к нему, села на колени, чуть закусив губу, и предложила:

— Поехали танцевать!

— Кто ты и что сделала с моей Августой? — Алеша с нежностью заправил мне за ухо выбившуюся из прически прядь.

— Ну, я подумала, что нашей команде необходимо поддержать боевой дух и развеяться, чтобы завтра на свежую голову решить, что делать дальше. — Я дотронулась своим лбом до его, глядя в глаза. — Ты знаешь какие-то интересные места, где можно весело провести время?

— Ну, предположим.

Улыбаясь, Алеша попытался меня поцеловать, но я ловко увернулась, чмокнула его в нос, подскочила и объявила подруге:

— Мы едем развлекаться!

Тося даже подпрыгнула и захлопала в ладони. Послышался смешок, мы обе обернулись.

— У вас пятнадцать минут на сборы, — сверкнул желтыми глазами сидящий в кресле демон, достав из кармана часы на цепочке. — Время пошло!