Муж смотрел в темное окно. Я подошла к нему и обняла со спины. Хотя в комнате мне теперь было не по себе и хотелось скорее покинуть ее, аромат Алешиного тела успокаивал. Я шумно вдохнула и прижалась крепче.

— И что дальше?.. — спросила неуверенно.

Он пожал плечами.

— Найдем настоящего убийцу, конечно.

— Но как? — Я потерлась щекой о его жилет. Сюртук он где-то снял.

— По запаху.

И тут я заподозрила что-то неладное. Медленно убрала руки и, догадываясь, что увижу, обошла его, чтобы заглянуть в глаза.

— Мефистофель. Следовало догадаться, что ты тут как тут!

Я не видела его с момента того злополучного поцелуя. И всем сердцем желала бы больше не встречать, но, к сожалению, это не представлялось возможным.

— Так что ж мне, все веселье пропускать? — Он ухмыльнулся. Удивительно, насколько мимика человека может меняться, когда в нем сидят разные личности. Мне не нравилось это выражение. И я искренне не понимала, что в нем нашла Тося.

Я поджала губы и сложила руки на груди. Как бы мне ни хотелось треснуть Мефистофеля, в итоге пострадает Алеша. А злиться на демона себе дороже: он только еще больше развеселится. Поэтому я решила сделать вид, что ничего из ряда вон выходящего не произошло.

— Ну, и как это — по запаху?

Демон раскрыл окно и высунулся из него на полкорпуса, шумно вдыхая холодный осенний воздух.

— Увидишь!

Он молниеносным движением взлетел на подоконник и спрыгнул вниз со второго этажа.

— Мефистофель, дьявол тебя подери! — крикнула я в темноту. — Алеша! Ты живой?!

Ответом послужила тишина. Повторять его маневр я не стала — выбежала через дверь. Так было гораздо дольше, но безопаснее. Если он сломает шею моему мужу, я собственными руками задушу этого демона!

Сбегая по лестнице, я кивнула швейцару.

— У вас есть светильник?! — выпалила я. Он судорожно закивал. Через полминуты я держала в руках фонарь.

— Алексей! — Я решила, что не стоит кричать на всю округу имя демона. — Где ты?

Он не откликнулся. Я начала волноваться: вдруг и вправду лежит под окном без сознания? Но там никого не оказалось. Подняв выше фонарь, я медленно обходила здание по периметру.

Внимание привлек шорох в кустах. Я подошла ближе и прошептала:

— Мефистофель, это ты?

— Нет, медведь. — Демон выпрямился во весь рост, держа что-то в руках. На мгновение показалось, что я увидела за его спиной темные кожистые крылья, как у летучей мыши, только очень большие, будто сотканные из тени. Но я несколько раз моргнула, и наваждение пропало. В неверном свете фонаря блеснула сталь.

Пораженная увиденным, я пропустила мимо ушей сарказм.

— Это что, нож?

— Дорогая, я поражен твоими умственными способностями!

Нет, я когда-нибудь точно его убью! Погоди-погоди. Еще увидим, кто кого.

— Мне тут кое-кто подсказывает, что нам нужны понятые, — пробурчал демон, разглядывая огромный нож, который, насколько я могла судить, был в крови.

— Сейчас позову кого-нибудь, — попятилась я.

Далеко идти не пришлось: оказывается, за мной по пятам шел управляющий. Видимо, ему стало интересно, куда это я вылетела как ошпаренная.

— Прошу принять во внимание место, где было найдено, по всей видимости, орудие убийства. — Демон это сказал таким тоном, что, если бы не глаза, которые все еще отливали янтарем, я ни за что не отличила бы его от Алеши.

Управляющий закивал. Между тем Мефистофель поднял голову.

— Мне нужны данные постояльцев, которые вечером останавливались в этих шести номерах, — он показал рукой на окна, из которых можно было без труда выбросить нож.

— Конечно-конечно, — забеспокоился управляющий. — Прошу, пройдемте со мной!

***

— Послушайте, я кое-что скажу, только обещайте не думать, что я сошла с ума, — сказала я Тосе и Мефистофелю.

Мы не стали оставаться в злополучной гостинице. Уехали оттуда на ночь глядя, так что ближе к десяти вечера были в гораздо более престижном заведении, в котором Алексей снял комнаты.

В ресторане нам принесли поздний ужин, но я не притронулась к еде. Одна мысль все сидела занозой в голове и не давала спокойно поесть. После моих слов Тося тоже отложила приборы, а демон поднял брови.

— Но мне хотелось бы, чтобы здесь был Алеша.

— Ну уж нет, ужин — мое время. Я и так пропустил обед из-за этого генерала. Не беспокойся, муженек тебя прекрасно слышит, — заверил Мефистофель и, наколов на вилку кусок сочного мяса, положил в рот, сощурившись от удовольствия.

Вот обжора!

Тося держала обещание и даже не смотрела в сторону противного демона, тщательно его игнорируя, хотя он то и дело пытался завести с ней разговор.

— Ладно. Так вот: я думаю, что наше колесо сломалось неслучайно.

Демон хрюкнул.

— Что?

— Да просто муж твой о том же думает.

— Признаться, мне тоже поломка колеса не дает покоя, — наконец подала голос Тося. — Помнишь, извозчик сказал, что утром проверял, и все было в порядке? А ведь последнюю часть пути мы ехали по новой ровной дороге. Оно не могло расшататься. Кто-то ему помог.

— Кто-то? У тебя есть варианты? — спросила я.

Мефистофель переводил заинтересованный взгляд с меня на Тосю, будто смотрел спектакль.

— А у тебя? — уточнила она.

— Один-единственный.

— Карпов! — сказали мы хором.

Мефистофель медленно зааплодировал.

— Ну, поздравляю: вы раскрыли убийство! — Его желтые глаза лучились неподдельным весельем.

Тося вспыхнула и опустила взгляд, а я поджала губы.

— Твой сарказм неуместен, — процедила. — А что думает об этом мой муж, я могу поинтересоваться?

— Можешь, — милостиво разрешил Мефистофель. — Ладно-ладно, держи своего благоверного, — он пошел на попятную. — Но я вернусь за десертом!

С этими словами он на две секунды закрыл глаза, чуть пошатнулся, а когда открыл их, смотрел снова голубыми озерами. Я вздохнула. Хуже всего было то, что я начала привыкать к подобным метаморфозам.

— Ну, так что ты думаешь по этому поводу? — нетерпеливо спросила я.

— Возможно, вы правы. Нельзя списывать этого негодяя со счетов. И у него есть мотив, чтобы опорочить тебя.

— Думаешь, он мог узнать подробности нашего брачного договора? — уточнила я.

— Вполне. Мог подкупить нотариуса. Или дядюшка поделился, он-то имел честь видеть документ.

— Предположим, он знает, что ты не претендуешь на мое имущество. Тогда… Если меня обвинят в убийстве и посадят в тюрьму, фабрике снова понадобится управляющий.

— Именно, — кивнул Алеша.

— Вот мерзавец! — громко воскликнула Тося, не обращая внимания на то, что на нас обернулись другие гости.

— Завтра же отправлю человека в Минск, чтобы он без лишнего шума выяснил, не покидал ли наш подозреваемый пределы города.

— Ты ведь понимаешь, что он мог нанять кого-то для грязной работенки?

— Мог, — согласился Алеша. — Но нам нужно с чего-то начинать.

Я лежала в ванне, которую налила горничная. Теплая вода расслабляла и смывала все проблемы невероятно долгого дня. Вот что значит столичное качество! В той злополучной гостинице ванну мне предоставить не смогли. А здесь — пожалуйста! Принесли, поставили к самому очагу и воды наносили за полчаса. Красота же!

Голова моя покоилась на свернутом мягком полотенце. Алеша сидел рядом на стуле. Он снял сюртук и жилет, оставшись в одной белой рубахе, закатал рукава и задумчиво водил пальцами по воде.

— Эй, — тихо позвала, когда поняла, что он уже несколько минут смотрит в одну точку. — Все хорошо?

— Да, милая. Мы обязательно найдем настоящего убийцу. Я достану его из-под земли. Обещаю.

Он так посмотрел мне в глаза, что я поверила. А демон внутри него позволял не сомневаться, что слова сказаны в совершенно прямом смысле.

Я устало улыбнулась. Хорошо, что сейчас его мысли заняты совсем не мной. Чувствовала такое физическое опустошение, что вряд ли была способна на близость этой ночью. Хотелось лежать и не двигаться, что я и делала, вдыхая ароматный пар.

— Помочь тебе выйти из ванны?

— Я хотела бы еще немного полежать в воде.

— Ладно. Ты не против, если я спущусь ненадолго? Чувствую, нужно выпить, иначе не усну.

Я кивнула. Никогда не замечала за ним пристрастия к алкоголю, но сегодня выдался очень тяжелый день. А если он не показывает чувства, не значит, что не испытывает их.

Алеша склонился надо мной и нежно коснулся губ своими.

Когда в комнате стало тихо, я погрузилась в дрему. Наше временное пристанище освещали лишь языки пламени в камине. Было уютно. Я настолько вымоталась, что даже висящий над моей головой топор в виде обвинения в убийстве не смущал: я могу подумать об этом позже. А теперь — отдыхать.

***

Проснулась я, когда часы пробили час ночи. Вода остыла, а Алеши, судя по всему, до сих пор не было. Я на всякий случай позвала его, но никто не откликнулся. Тогда вылезла, поспешно растершись полотенцем до красноты, чтобы немного согреться, надела теплую ночную рубаху, а сверху халат.

Хотела ложиться, но непонятное чувство тревоги не давало залезть под одеяло. Что ж, одеваться я не собиралась, несмотря на то, что мой вид не соответствовал правилам приличия. Только спущусь и тихонько гляну, как там Алеша. Ресторан, как я знала, работал круглосуточно, он вполне мог до сих пор сидеть в одиночестве и размышлять. Трогать его я не собиралась, лишь убедиться, что все в порядке.

В мягких домашних туфлях бесшумно выскользнула в темный коридор. В конце его горел свет — лестницу освещали всю ночь, видимо, чтобы уберечь припозднившихся гостей от случайных падений. Но я не успела до нее дойти — мое внимание привлекла тонкая полоска света из-под двери комнаты Тоси. Сердце забилось чаще. Подойдя к двери, я услышала голос, от которого кровь прилила к лицу.

— Почему, Тося? — спрашивал мой муж. И говорил он так, что я не могла понять его чувств. Раньше никогда не слышала подобных интонаций от него

Я приблизилась и заглянула в щель. Сердце выпрыгивало из горла.

Тося стояла в одной тонкой ночной рубахе. Алеша держал руку на ее плече, она ловко увернулась и отступила так, что между ними оказалось кресло. Я снова не видела его глаз, а потому не могла сказать наверняка, кто это: Алеша или Мефистофель. На этот раз я узнаю правду! Главное не спугнуть их.

— Пожалуйста, уходи! — взмолилась Тося, в глазах ее стояли слезы. Это поразило меня.

— Ты не ответила на мой вопрос! — в голосе мужа зазвенела сталь. — Почему ты прогоняешь меня?

Он снова начал приближаться к Тосе, но она продолжала обходить кресло, не позволяя ему оказаться рядом. Напоминало какую-то игру, только она совсем не радовала мою подругу.

— Разве это не очевидно, Мефистофель?

От сердца отлегло. Все-таки они говорили правду. Я верила, но червячок сомнения все равно жил где-то в глубине души. И мне было крайне неприятно, что демон распоряжается телом моего мужа.

— Для меня — нет.

Я чувствовала, как он раздражен.

— Ты же демон!

— И? — он пожал плечами. — Что-то не замечал, чтобы это тебя смущало.

Тося покраснела и опустила глаза в пол.

— И ты в теле мужа моей подруги, — добавила она так тихо, что я еле расслышала.

— В его теле сейчас столько коньяка, что он благополучно спит. Не думаю, что он вообще позволил бы мне еще раз приблизиться к тебе. Он даже об этом не подозревает.

Воспользовавшись замешательством Тоси, Мефистофель легким движением отшвырнул тяжелое кресло и оказался совсем рядом. Аккуратно приподнял ее подбородок, получив в ответ:

— Вот и я не позволю.

Я отчетливо видела, как по ее щекам покатились две крупные слезы. Что-то сжалось в сердце, особенно, когда я увидела, насколько бережно демон собрал пальцами влагу с ее кожи. Он нагнулся так, что их лица оказались в опасной близости.

— Ты мне нужна, Тося, — он шептал прямо в ее губы. — Поверь, я не привык разбрасываться словами. Ты нужна мне...

Она из последних сил — я видела это по ее выражению лица — вырвалась, отвернулась от него и, не оборачиваясь, кинула:

— Уходи, Мефистофель. Сейчас же!

Плечи ее подрагивали, но голос звучал твердо.

Демон сжал кулаки и принялся отходить к двери. Я сорвалась и со всей прытью, на которую только способна, кинулась в свою комнату.

Чувствовал ли Мефистофель, что я их подслушиваю? Он говорил очень серьезно. Что-то мне подсказывало, что насколько искренне при другом человеке он разговаривать не стал бы. Может, сказывалось его эмоциональное состояние, а может, в гостинице было слишком много народу, чтобы он обратил внимание на мое присутствие.

Я залетела в комнату, оставшись незамеченной. Кинулась в кровать и накрылась одеялом с головой. Я не знала, куда направится Мефистофель: ко мне, чтобы уложить в кровать уже спящего Алешу, или еще куда-то.

Меня раздирали противоречивые эмоции. С одной стороны, гордость за Тосю, Радость, что она не нарушила обещание. Облегчение от того, что их слова оказались правдой. С другой стороны, сердце болело за подругу. Она так смотрела на него, что невозможно не понять: между ними нечто серьезное. Как так получилось — неважно. Другой вопрос: что с этим теперь делать? Да и этот противный демон, похоже, искренен.

Я покачала головой, чтобы вытрясти ненужные мысли, и зарылась лицом в подушку. Не хватало только за несносного рогатого переживать!

***

Вернулся Алеша под утро. Лег прямо поверх одеяла, не раздеваясь. Не знаю, кто в тот момент верховодил, но как едва голова коснулась подушки, дыхание выровнялось. А уж как от него пахло алкоголем — не передать! Я почувствовала даже сквозь дрему.

Утром, когда я поднялась, умылась и оделась, муж лежал в той же позе, в которой заснул. Я присела рядом и погладила по лицу. Он поморщился.

— Эй, соня, завтракать пора, — ласково позвала я.

Алеша что-то беспомощно промычал и попытался перевернуться на бок. Я улыбнулась и приблизилась к нему, чтобы расслышать.

— Где эта крыса?

— Ты о ком?

— Мефис, — простонал муж. — Я знаю свой предел, но ему, похоже, показалось мало. Если бы он не продолжил пить, мне не было бы так плохо. Господи, моя голова!

— А что, его сейчас нет?

— Молчит, сбежал. Как наслаждаться жизнью, так он первый, а как голову больную вылечить — куда-то скрылся, чтоб его черти задрали!

— Хорошо, что у тебя есть жена. Обожди немного.

Тихо смеясь, я спустилась к управляющему, чтобы попросить обезболивающую настойку. Потом помогла умирающему, неспособному раскрыть глаза мужу выпить лекарство и оставила его приходить в себя. А сама зашла за Тосей, которая уже была одета и причесана, и мы вместе спустились на завтрак. Подруга выглядела бледной и печальной.

— С тобой все в порядке? — Я решила не раскрывать, что снова стала свидетельницей ее разговора с демоном. Если захочет, сама расскажет.

— Да, немного голова болит, — вымучила она улыбку. — Наверное, от голода. Сейчас поем, и пройдет.

Когда мы заканчивали трапезу, в ресторане возник Алексей. Переодетый, умытый и чисто выбритый, он выглядел другим человеком. Нет, не в смысле какой-то мистики, которой в нашей жизни и так с избытком. Просто если бы я чувствовала себя так, как он с утра, то весь день лежала бы в кровати. А ему хватило всего получаса, чтобы полностью преобразиться.

Алеша улыбнулся и поздоровался с Тосей. Она как-то хмуро кивнула, даже не взглянув на него, и уткнулась носом в чашку с кофе. Он вопросительно посмотрел на меня — я пожала плечами. Тогда он сел и озвучил заказ подошедшему официанту.

— Ну, какие у нас планы на сегодня? — спросила я, допивая чай.

— Мне нужно в участок, чтобы отправить человека в Минск. Потом в мертвецкую — убедиться, что оружие, которое Мефистофель нашел в кустах, — это орудие убийства. Потом поговорить с теми, кто останавливался в гостинице. Мы взяли с них подписку о невыезде. А вам, дамы, я предлагаю посмотреть город. Думаю, управляющий поможет найти того, кто хорошо знает столицу.

— Так, погоди-ка, — перебила я Алешу, — ты хочешь сказать, что будешь вести расследование, а мы — развлекаться? Когда на кону моя судьба?

— Я… — муж замялся. — С такой стороны не смотрел на эту ситуацию.

Ему принесли завтрак. Алеша начал с кофе.

— Так посмотри, — чуть мягче предложила я. — Думаешь, я смогу праздно ездить по Санкт-Петербургу, зная, что убийство было подстроено, чтобы опорочить меня?

— И что ты предлагаешь? — вздохнул Алеша.

— Мы поедем с тобой, — наконец ожила Тося. — Глядишь, на что-то сгодимся.

Я быстро закивала, соглашаясь с ней.

— Нет! — Муж взялся за голову — видимо, от мысли, что ему придется не только делать работу, но и возиться с двумя женщинами. — Как я объясню ваше присутствие?

— Ну… — я опустила глаза.

— Можешь назвать нас своими ассистентками! — выдала Тося.

— Вот, точно! — подхватила я.

Алеша застонал. А потом на секунду будто ушел в себя.

— И этот… Явился не запылился, — пробормотал тихо, но мы с Тосей все услышали и переглянулись. — Да-да, помолчи, пожалуйста, ты мне мешаешь думать.

— Алеша, ты бы не разговаривал с Мефистофелем вслух, — осторожно сказала я. — Выглядит очень странно.

— У меня иногда складывается впечатление, что по-другому он не понимает! — На миг его глаза сверкнули желтым, но голубой оттенок все же никуда не делся. — Ладно-ладно, я сдаюсь. Едем вместе.

— Это что, он сейчас нам помог? — удивилась я.

— Не благодарите, — Мефис снова сверкнул желтыми глазами и подмигнул Тосе, но сразу же исчез.

— Как же ты мне надоел! — воскликнул Алексей.

— Взаимно! — снова вслух откликнулся Мефистофель.

— Так-так, господа, давайте полегче! — Я взяла мужа за руку, чтобы охладить пыл. — На нас люди смотрят. Ты ведь не хочешь попасть в больницу для умалишенных? Объясняй потом, что ты нормальный.

Тося рассмеялась.

— Ну, так что, в путь? — Она поднялась со стула.

— Поехали. — Алеша допил кофе и, схватив с тарелки поджаренный хлеб с куском ветчины, тоже поднялся.