— Так на чьей стороне ты?

Он пожал плечами.

— Не знаю. Мне просто нравится смотреть, как они корчатся.

Я покачала головой.

— Тебе лучше быть на одной стороне со мной, когда начнётся битва.

Он засмеялся.

— Норны хотят вернуть кинжал, — сказал он.

— Да, к слову об этом. Почему они обратились к тебе?

— Потому что последний раз они видели его у меня, когда я прижимал его к твоему горлу. Они не знали, что я отдал его тебе, поэтому заявились ко мне и потребовали отдать. Я ответил, что потерял его.

Он сунул кинжал в мой карман в ночь битвы с Графом.

— Так ты заявился ко мне посреди ночи, чтобы предупредить? Почему не мог заглянуть днём? Написать? Позвонить? Вернуться на следующий день?

Он ухмыльнулся.

— Мобильная связь в Хель — просто отстой. Поэтому я перестал пользоваться телефоном. А когда я заглянул к тебе, твоя кошка взбесилась и увеличилась до гигантских размеров. Не отдавай кинжал, Рейн.

— Для чего он им так сильно нужен?

— Не знаю, но они явно его хотят, так что пусть идут в пешее эротическое.

Внезапная ненависть в его голосе удивила меня.

— Тебе они тоже успели насолить?

Его щёки вспыхнули, глаза сверкнули.

— Они портят мне жизнь, сколько себя помню. Пытались влезть в мою голову, но я окружил себя ведьмами, почти такими же сильными, как и ты. Так что будь готова, что они могут попытаться влезть и в твои мысли.

Я вспомнила случай на стадионе, когда они пришли ко мне. Я тогда почувствовала толстый барьер, не позволяющий установить связь с ними.

— Кажется, они уже пытались.

— Но кинжал всё ещё у тебя?

— Да. Оникс хорошо его прячет.

Он усмехнулся и потёр живот.

— Спасибо за сытный ужин. Если не возражаешь, я зайду ненадолго к твоему папе, а потом я хочу услышать всё о тебе и Торине. — Он взял булаву, поставил локоть на стол и сказал: — Слейся.

Оружие обхватило его руку. Руны вспыхнули. Когда свечение потухло, татуировка уже была на месте. Выглядело потрясающе. Эрик встал и направился в папину комнату. Я догнала его.

— Так на сколько ты здесь? — спросила я, подстраиваясь под его шаг.

— На несколько минут.

— Несколько минут? — пискнула я.

— С твоим папой. Убавь громкость, совушка. Я никуда не денусь. — Он постучал в папину дверь и повернул ручку. Я хотела зайти вместе с ним. — Мне нужно поговорить с ним наедине.

— А мне нужен твой номер телефона, чтобы знать, как с тобой связаться, иначе не выпущу из поля зрения. Я больше не куплюсь на эту ерунду с плохой связью.

— Я уже и забыл, какая ты упрямая. Я не врал насчёт телефона. Я его давным-давно выбросил. — На его лице отразилась задумчивость. — Или его забрали у меня? Воспоминания всё ещё путаются. — Он хмыкнул. Его настроение меняется так быстро, что я с трудом поспеваю. — Если понадоблюсь, отправь Оникс. Нравлюсь я ей или нет, но она всегда знает, как меня найти. Теперь отпустишь меня?

Он не стал дожидаться ответа и просто толкнул дверь. Мама, папа и Феми собрались вместе и смотрели что-то по телику. Но при нашем появлении мама и Феми быстро вышли.

— Вы всё это время были там? — спросила я, медленно закрывая дверь и следя за тем, чтобы Эрик действительно сел рядом с папой, а не поспешил исчезнуть.

— Пусть поговорят, — сказала мама, отводя мою руку от дверной ручки. Она закрыла дверь, взяла меня за руку и повела в сторону. — Мы были уверены, что ты захочешь пообщаться с ним тет-а-тет.

~*~

— Так что? Всё успели наверстать? — полюбопытствовала мама.

— Отчасти, — рассеянно ответила я. У меня всё ещё оставалось много вопросов и тем для обсуждения с Эриком. Меня напряг его комментарий про отнятый телефон. Кто мог это сделать? Асгардцы? Богиня Хель?

— Например? — продолжала мама. — Он сказал, где теперь живёт?

Я уставилась на неё. Мне хотелось хлопнуть себя по лбу. Это нужно было спросить в первую очередь!

— Он сказал, что много путешествует по Земле. В принципе, любой из нас это может сделать за час.

— А он сказал, чем занимается?

Ещё один вопрос, который стоило задать сразу. От маминых расспросов мне стало только хуже.

— Я думала, вы уже успели с ним поболтать. Почему ты сама его не спросила?

Они с Феми переглянулись, и мама кивнула.

— Да, мы пообщались немного, но в основном он расспрашивал, чем мы занимаемся. — Мама вопросительно посмотрела на Феми. — Верно?

Феми кивнула.

— Он хотел узнать подробнее про Совет Валькирий, кто в нём состоит, сколько времени у них ушло на рассмотрение дела Сваны. Затем он начал спрашивать о моей жизни, о Хоуке, о том, как часто я общаюсь с другими Бессмертными, есть ли специальная организация, через которую мы поддерживаем связь с остальными. Сказал, что ведьмы очень организованные в этом плане.

— Ещё ему было интересно, беспокоят ли тебя Норны, — добавила мама.

Похоже, что он собирал информацию, но зачем? Я посмотрела в сторону папиной комнаты. Тук. Тук. Тук. Тук-тук-тук-тук… Мама накрыла мою руку. От нервов я начала постукивать ногтями по столу. Я встала и начала расхаживать.

— Знаешь, что? Тебе лучше сходить к Торину, — сказала мама.

Я замотала головой.

— Нет, мне нужно быть здесь, когда Эрик выйдет.

— Мы сразу позвоним тебе, как только это случится. Но я не могу слушать, как ты стучишь ногтями, и смотреть, как ты ходишь туда-сюда. Прогуляйся.

— Мам, — простонала я.

— Я задержу его, даже если мне придётся уложить его на лопатки, — заверила она. — Иди уже.

— Ладно. Но если он выйдет…

Я открыла портал в дом Торина. Свет горел, из духовки приятно пахло, но самого его на кухне не было.

— Торин?

В воздухе открылся портал из его спальни. Торин вышел ко мне.

— Вы уже наговорились?

— Вытащить информацию из него всё равно что ограбить Форт-Нокс. Это очень тяжело.

Торин вернулся к приготовлению ужина.

— Я весь внимание.

Я рассказала ему всё, что мне удалось узнать от Эрика.

— Я понятия не имею, где он сейчас живёт и чем занимается. Ходит ли в школу. Как часто навещает маму. Бывает ли в Асгарде. Или даже на чьей он стороне. Его ответы очень расплывчатые. — Я глянула в окно на свой дом. Мама и Феми всё ещё на кухне. Торин выключил духовку и накрыл стол на двоих. — Почему ты не ешь с остальными? Ваша домработница отлично готовит.

— Ага, но одни и те же блюда каждую неделю быстро надоедают. — Он протянул мне тарелку. — А мне нравится разнообразие.

— Давай поужинаем у меня, — предложила я.

— А что так?

— Хочу быть там, когда Эрик закончит говорить с папой.

Торин прислонился к столешнице, явно не горя желанием идти ко мне.

— Думаешь, он снова сбежит?

— О, да. Несмотря на все внешние изменения, он всё ещё остаётся Эриком. Набивает рот едой и пьёт сок из бутылки.

Торин хмыкнул.

— Иди. Мне всё равно нужно кое-что обсудить с Блейном. Я присоединюсь к тебе, как закончу с делами.

Я сжала его ладонь и потянула Торина к зеркалу в коридоре. В отличие от него, я не ношу всегда с собой артавус и не создаю порталы везде и всюду. Мы остановились у зеркала, и я внимательнее присмотрелась к его выражению. Как вдруг заметила кое-что. Его ухмылка показалась мне натянутой.

— Ты ведь не ревнуешь к нему, правда?

Он скривился.

— К Эрику? К этому показушнику, который вечно появляется, когда его не звали, спасает всех и исчезает, оставляя нас в долгу перед ним, даже если в этом не было никакой необходимости?

Сложно сказать, говорил ли он это в шутку или серьёзно.

— Знаешь, один мой знакомый сказал очень мудрые слова: ревностью страдают только глупые и неуверенные в себе.

Он провёл костяшками по моей щеке.

— Дурак какой-то.

Теперь я уверена, что он просто забавляется.

— Ладно, дурашка, ещё увидимся. Поговорим ещё про Джейса и крушение самолёта. — Я передёрнула плечами. — Надеюсь, то видение было у меня последний раз. У меня уже есть всё необходимое… Ну, то есть, вся нужна тебе инфа.

Я приподнялась на носочках и чмокнула Торина в губы.

Феми была на кухне одна, когда я вернулась.

— А где мама?

— Она с твоим папой и Эриком.

Я села за стол и начала есть приготовленный Торином ужин, не сводя глаз с двери.

— То есть наша еда для тебя уже недостаточно хороша? — уколола Феми.

— Было ещё слишком рано для ужина. Да и Эрик ест за пятерых. Надеюсь, после него хоть что-то осталось.

Феми засмеялась.

— Ничего, мы ещё приготовим.

— Как давно мама туда зашла?

— Минут пять назад.

Меня охватили смутные подозрения. Я активировала руны скорости и оказалась у двери в кабинет через секунду. Постучалась и открыла дверь, не дожидаясь ответа. Как я и думала, Эрика там уже не было.

17. УЛЬТИМАТУМ

Я была абсолютно уверена, что Эрик вернётся, но увы. Попросила Оникс найти его, но кошка вернулась недовольная, потому что у неё не получилось.

— Он появится, когда посчитает, что тебе нужна его помощь, — попытался успокоить меня Торин, за что был награждён убийственным взглядом.

Он позвал меня на шоппинг в воскресенье, чтобы отвлечь от мыслей об Эрике. Торин знает лучшие места, где какие магазины и рестораны сейчас открыты.

Я выбрала несколько кожаных курток и пар перчаток, прикольный чокер с шипами в готическом стиле и милый напульсник. Ещё выбрала подарок для Торина и оплатила, пока он не видел.

Вечером воскресенья, когда мы вернули, я постучалась в кабинет. Мама открыла, но не впустила меня пожелать папе спокойной ночи, а просто вышла. Я достала шарф, купленный ей в подарок, и сама накрутила его вокруг её шеи. Она потёрлась щекой о ткань и улыбнулась. Натуральный шёлк.

— Спасибо, милая. Идём. Я приготовлю чай.

— С папой всё хорошо? — спросила я, пытаясь заглянуть в комнату перед тем, как она закрыла дверь.

— Он сейчас отдыхает.

Она взяла меня за руку, но я не сдвинулась с места.

— Я хочу увидеть его, мам. Я и ему купила кое-что.

Она вздохнула, кивнула и открыла дверь. Папа полулежал на подушках. Он выглядел очень уставшим.

— Привет, — произнесла я.

Он похлопал по краешку кровати и, когда я села, взял меня за руку. Его ладони были тёплыми и сухими, а кожа тонкая как бумага.

— Со мной всё в порядке, — ответил он на мой невысказанный вопрос.

Я внимательно рассматривала его лицо.

— Точно?

Кивок.

— Где ты была сегодня?

— В Нью-Йорке. Мы с Торином пробежались по магазинам. — Я достала из пакета халат и встряхнула его. Мягкий, пушистый, с папиными инициалами. И его любимого цвета — зелёного, прям как мамины глаза. — Подумала, что тебе понравится. О, ещё мы посмотрели «Отверженных». Очень классно, уверена, тебе бы тоже понравилось.

Он улыбнулся.

— Я рад, что у тебя есть возможность вот так проводить выходные. Мы с твоей мамой в своё время тоже много путешествовали. Только мы обычно пользовались самолётом.

Я закатила глаза. Его недоверие к сверхъестественному миру возникло задолго до моего рождения.

— Я бы хотела… — Запнулась на полуслове. — Ладно, неважно.

— Нет уж, договаривай.

Это слишком глупо и по-детски.

Папа подался вперёд и развернул мой подбородок к себе.

— Выкладывай.

— Я бы хотела посетить несколько мест вместе. Вчетвером.

— Возможно, когда-нибудь. Кто-знает… — таинственно ответил он.

— А что насчёт тебя, пап? Если бы ты мог задать только одно желание, — я не смогла выдавить из себя слово «последнее», — то каким бы оно было?

— О, это просто. Я бы хотел проводить тебя к алтарю и официально передать тебя тому, кто будет любить тебя, холить и лелеять, наполнять твою жизнь радостью и смехом. Тому, кто будет готов ночами не спать, переживая за тебя, и поседеет чуть раньше времени. — Он усмехнулся. — Это моё самое сокровенное желание.

Горло сдавило. Я полагала, что Торин сделает мне предложение на моё восемнадцатилетие, но до него ещё четыре месяца. Будет ли папа всё ещё с нами?

— Возможно, оно всё-таки сбудется. Но меня немного смущает часть про «передать меня». Ты растил меня сильной и независимой.

— Знаю, и только особенный мужчина будет ценить это в тебе. — Он похлопал меня по руку и добавил: — Позови маму. Мне нужно отдохнуть.

Я поцеловала его в лоб и вышла. Мама заваривала чай на кухне.

— Будешь?

Я помотала головой.

— Ты нужна ему. Он выглядит уставшим.

— Он слишком перенапрягся на этой неделе. Немного отдыха — и он придёт в себя.

Отчего-то я не была в этом уверена. Поцеловала маму, пожелав спокойной ночи, и поднялась наверх, чтобы набрать ванну. Едва погрузилась в пенистую воду, как появился Торин. Он успел переодеться в футболку и пижамные штаны, волосы его были влажными. Папа пошутил про седину, но мы оба понимаем, что Торину это не грозит, если только специально не стереть руны.

Я хотела было сесть, но вспомнила, что пузыри не всё прикрывают, и ушла глубже под воду. Торин уже видел меня голой, но я всё же не могу так просто перестать стесняться.

Он присел на край ванны.

— Что-то не так?

— Боюсь, папа не доживёт до моего дня рождения. Его слова полны грусти и ностальгии.

Торин взял губку с раковины, окунул и начал нежно растирать моё плечо.

— Что он сказал?

Действия Торина отвлекали меня. Я с трудом собралась с мыслями.

— Он хочет отвести меня под руку к алтарю и передать в руки жениху, который будет с меня пылинки сдувать и ночами не спать. Представляешь? О, и мой будущий муж должен поседеть от переживаний. Похоже, ты не лучший кандидат на эту роль.

Торин хмыкнул, ничуть не задетый моими словами. Не знаю, как к этому относиться.

~*~

Мы с Торином припарковались у школы в понедельник утром и увидели Кору с двумя Гримнирами — теми же, что были в доме престарелых. Через несколько машин от неё стоял Эндрис, болтал с какой-то девушкой, но периодически поглядывал на Кору.