На самом деле я гуглила скандинавских мифических существ, монстров и оскорбления (а всё из-за Оникс!) и потеряла счёт времени. Этот недооборотень постоянно обзывает меня то толстой коровой, то жуком-навозником.

— Зачем ты помогаешь ему с учёбой? — поинтересовалась Лавания.

Я не рассказывала ей про Бо, когда мы обсуждали мою новую способность мимикрировать.

— Ему плохо даётся английская литература. Его могут выгнать из команды.

Её лицо выражало недоумение.

— По-твоему, приглашать его к тебе — благоразумно? У нас достаточно комнат здесь и у Торина. Этому парню-то наверняка без разницы.

— Да, но… эм, я не говорила пока об этом Торину. Ну, то есть собиралась, но как-то вылетело из головы. — Наши с Корой взгляды встретились. Ей было любопытно. Ингрид ухмыльнулась. — Что?

— Ему это не понравится, — пробормотала Кора.

Я это понимала, но что ж… это его проблема.

— Ладно, давайте начнём занятие, — сказала Лавания голосом, не терпящим возражения.

Мы тренировались создавать порталы в воздухе и запоминали, когда и как часто нужно добавлять руны на теле. Лавания, несмотря на свою любовь к цветочным платьям и травяным чаям, а также странные привычки (например, сидеть на полу во время занятий), всё же очень серьёзно относится к нашим урокам. Ей очень подходит роль учительницы.

— И что это за парень? — спросила Кора сразу после того, как урок закончился и Лавания ушла.

— Точно какой-нибудь качок, — предположила Ингрид.

Я направилась к лестнице, но они тут же догнали меня.

— Я не могу вам рассказать. Я обещала.

Кора уронила челюсть, и я поняла, о чём она подумала. Прежде мы никогда не хранили друг от друга секреты.

— И когда же у вас с ним занятия? — спросила она.

— Об этом я тоже не могу говорить. И даже не пытайся подглядеть, любопытная хитрюшка. Его очень смущают эти дополнительные занятия. Ему нужно поддерживать имидж парня, которому плевать на оценки.

Кора хмыкнула.

— Что ж, ты первая начала. Не обижайся потом, когда у меня появятся секреты от тебя.

— Серьёзно?

Она кивнула.

— Угу. То, что ты Провидица, ещё не означает, что ты видишь всё. Напоминаю, я против того, чтобы ты читала моё будущее, — сказала она и многозначительно переглянулась с Ингрид, которая наблюдала за нами с порога, когда мы вышли из особняка.

Кора продолжала выражать своё недовольство моей скрытностью всю дорогу до машины. Поймёт ли она, если я всё ей расскажу? Помогая Бо, я чувствую, что сохраняю свою человечность, её лучшие стороны. Мотивацию, амбиции, благодаря которым смертные добиваются своих целей вместо того, чтобы просто плыть по течению. Я каждый день вижу, как папа борется с раком — и это в какой-то мере подтверждение его смертности.

Как только Кора уехала, я возвратилась обратно в особняк. Ингрид всё это время ждала меня.

— Прошу, только ты не начинай, — предупредила я.

— Если ты завела интрижку за спиной Торина, то кто я такая, чтобы мешать.

Мои щёки вспыхнули.

— Нет никакой интрижки!

— Парень твоего возраста. Смертный. Ему нужна твоя помощь. Уверена, он ещё и красавчик.

Да, но с Торином ему не сравниться.

— Торину я тоже нужна.

— Ох, милая. Он непобедим, ему никогда не нужна помощь. Или ты имеешь в виду «нужна как женщина»? Тогда да. — Она окинула меня взглядом, в котором было много эротического подтекста. Моё лицо зарделось. — Но это румянец говорит о том, что этот мальчик из школы много значит для тебя.

Это правда, но я не собираюсь объяснять это ей. Надо поменять тему.

— Ты что, недавно нашла у себя морщинки? — огрызнулась я.

Она моргнула, и на несколько секунд я подумала, что обидела её. Мы с ней только-только начали узнавать друг друга. Её губы изогнулись в ухмылке. Она указала на уголок глаза.

— Одну, но я уже работаю над этим.

— Ты ведь понимаешь, что у тебя нет никаких морщин?

— Да, знаю, но так я, по крайней мере, не буду слишком подавлена, когда они всё же появятся. Расскажи мне о прошлой ночи. Что там произошло?

— Нападение драугов. Встречала когда-нибудь?

— О, да, но Эндрис, Торин и Малиина с ними разобрались.

Я уловила нотки раздражения в её голосе.

— Ты бы хотела отправиться на охоту с ними?

— Да. — Она пожала плечами. — Нет. Я лучше справляюсь с людьми, чем с монстрами. Нападение случилось в деревне неподалёку от моего родного городка, и я осталась, чтобы успокоить местных. Хотелось бы только, чтобы ко мне относились без предубеждения.

— Возможно, они начнут, как только ты перестанешь выглядеть как топ-модель.

Она засмеялась, а затем резко замолчала.

— По-твоему, я выгляжу как топ-модель?

Я схватила её за руку и подвела к зеркалу в коридоре. Её стрижка под мальчика-пажа подходила её изящным чертам лица, а сочетание светлых волос и голубых глаз завораживало.

— А что ты видишь в отражении? Тролля?

Она снова пожала плечами.

— Не шути про троллей.

— Ты с ними сталкивалась?

— Да, — ответила она. — Они очень злые и быстрые.

— Так, хорошо. Официально заявляю: в следующий раз, когда мы встретимся с драугами или ещё какими-нибудь монстрами, то позовём тебя.

Она скривилась, а затем покачала головой. Её светлые волосы касались щёк.

— Нет.

— Да. — Я активировала руны и те, что были начертаны на поверхности зеркала, откликнулись. — Мне было страшно, но я справилась. Мы можем составить друг другу компанию. К тому же, всегда приятно смотреть, как наши парни надирают кому-то задницы.

Ингрид засмеялась, но через пару секунд снова стала серьёзной.

— Эндрис странно себя ведёт последнее время.

У меня была своя теория на этот счёт, и этот разговор может стать отличным фундаментом нашей зарождающейся дружбы.

— Это всё из-за Торина. Слышала последние новости?

Ингрид замотала головой.

— Нет.

— Не хочешь заглянуть ко мне домой на несколько минут? Вместе придумаем, как им помочь. Если ты, конечно, не планировала убежать на свидание.

— С кем? Парни здесь совсем юные и скучные. Мне нужен кто-то моего возраста. Подожди минутку, предупрежу Лаванию, куда я ухожу.

Она активировала руны и переместилась на второй этаж.

Пока я ждала её возвращения, мой взгляд скользил по фойе. Несмотря на то, что здесь у меня были стычки с Малииной и Гримнирами, это место всё ещё оставалось моим любимым во всём особняке. Мраморный пол, винтовая лестница из железа и дерева, тёмная ковровая дорожка, высокий потолок (фойе охватывало сразу два этажа) и огромная хрустальная люстра. Глядя на стены, и не скажешь, что они были сломаны. Сейчас уже не осталось ни трещинки. Миссис Уиллоу — домработница, нанятая Торином, — потрясающе справлялась со своей задачей поддерживать чистоту в доме. Пол выглядел безупречно, все поверхности сверкали.

Я открыла портал в свою комнату. Как только Ингрид вернулась, я провела её. Оникс всё ещё спала, когда вошла я, но стоило шагнуть из портала Ингрид, кошка открыла глаза, посмотрела на гостью, встала и потянулась.

— Ооо, какая красивая кошечка! — воскликнула Ингрид, подходя к окну, и погладила по шёрстке. — Как её зовут?

— Оникс.

«Дурацкое имя», — буркнула кошка.

— Хотя сама она считает его дурацким. Тебе принести чаю? Что-нибудь перекусить?

— О, давай я спущусь с тобой. Поздороваюсь с Феми. — Она взяла Оникс и подняла так, чтобы мордочка была на уровне её глаз. — Я много слышала о тебе, но никто не говорил мне, какого потрясающего цвета у тебя глаза. Я бы назвала тебя Изумруд, потому что они очень красивые.

«Мне нравится Изумруд», — сказала Оникс.

«Я предлагала Изумруд, но тебе не понравилось».

«Нет, не предлагала».

«Предлагала, но ты вела себя как ПИТА».

— Рейн?

Я подняла глаза на Ингрид.

— Что?

— Я сказала, что имя Оникс идеально ей подходит. Уверена, она шикарно выглядит с сияющими рунами, прям как чёрный оникс.

«Она мне нравится. Она великолепна».

Зависть впустила в меня свои когти. Мы с Оникс начали не с той ноги. Реально. Я погуглила все те оскорбления, которыми она в меня бросалась. Большинство из них были связаны с ногами. Неуклюжая нога. Коровья нога. Ещё несколько означали насекомых и грызунов — что-то, что она могла бы раздавить. И теперь я ревновала. Да, это жалко и по-детски, но, чёрт побери, Оникс — мой фамильяр. Мы должны быть верными товарищами, а не ругаться каждую минуту. Я так и не поблагодарила её за то, что она спасла меня от того неуёмного драуга. Может, это станет первым шагом к примирению?

— Да, она потрясающая, — сказала я, и мы пошли вниз, на первый этаж. Феми уже приступила к ужину. Время от времени я задавалась вопросом, как долго она намерена оставаться с нами. Пока болезнь не унесёт папину жизнь? Она живёт с нами и помогает ухаживать за ним, но вряд ли ей за это платят. Скорее всего, её, как и Хоука, просто отправили на задание, и это лишь малый промежуток её долгой насыщенной жизни.

— И почему же ты сразу не рассказала мне о нападении мумий? — спросила Феми.

Я ухмыльнулась. Видимо, неважно, откуда Бессмертные родом, они все так или иначе сталкивались с одними и теми же монстрами, только называли их по-разному. Феми и Ингрид поделились своими историями после того, как я пересказала события прошлой ночи.

— Ещё недавно я учила её вызывать видения, а теперь уже она использует стихийную магию, чтобы уничтожать монстров. Как быстро растут чужие дети.

— Осторожнее, — предупредила Ингрид. — Рейн терпеть не может, когда к ней относятся как к ребёнку.

— Или когда её обсуждают так, будто её здесь нет, — добавила я.

— Но ты и есть дитя, куколка, — сказала Феми. — По сравнению с Бессмертными. Я напомню тебе об этом разговоре лет через пятьсот. Когда ты уже успеешь спасти мир несколько раз, пережить несколько бурных романов и… Ой, это я зря. Ты же занята. Но однажды ты поймёшь, о чём я говорю. Помню, как встретила этого юного римлянина, когда работала в…

Феми и Ингрид продолжили обсуждать свои прошлые миссии. С её светло-голубыми глазами и золотыми локонами Ингрид легко могла бы стать моделью, но за свою жизнь она побывала кем угодно, но только не моделью. Чаще всего она выбирала работу, связанную с людьми: учительница, сиделка, социальный работник, продавщица, адвокат, терапевт. Феми тоже отлично ладила с людьми, но терпеть не могла работу в организациях. Вот почему она ухаживала за папой на дому, а не работала в больнице. Она отличалась нетипичной красотой, что привлекает многих мужчин. Голубые глаза, бронзовая кожа, чёрные короткие волосы, миниатюрная фигура и неординарный характер. Я легко могла представить, как она крутит и вертит каким-нибудь бедолагой.

— Примерно раз в пятьдесят лет я открываю магазинчик и продаю всякие магические штучки, — продолжала Феми. — Где бы я ни жила. Ещё я часто работала с артистами, которым требовалось духовное наставничество до или после выступлений. За нескольких из них я вышла замуж.

После долгого разговора мы оставили Оникс внизу с Феми, а сами вернулись наверх. Ингрид отодвинула одеяло Оникс, покрытое чёрно-серой шерстью, и забралась на подоконник. Я плюхнулась в кресло. Бо придёт не раньше семи.

— Насыщенная у тебя была жизнь, — отметила я.

Ингрид улыбнулась.

— И у тебя такая будет. Ты только начинаешь.

Она терпеливо ждала, когда я начну рассказывать. Это мне в ней нравится. Она совсем не давит. Когда сообщила ей о повышении Торина, она побледнела. К тому моменту, как я договорила, она уже нервно расхаживала по комнате.

— Это объясняет, почему Эндрис так странно себя вёл с тех пор, как мы вернулись из Флориды. Я-то думала, что это из-за…

— Из-за чего?

— Во Флориде я познакомилась с классным парнем, но Эндрис отнёсся к нему с подозрением и устроил неприятную сцену. — Ингрид покачала головой. — Стараясь меня защитить, он порой перегибает палку, и это сводит меня с ума.

— Как думаешь, отношения между вами двумя могут вылиться в нечто большее?

Она хмыкнула.

— Ты уже спрашивала меня об этом.

— Возможно. Наверно, я просто надеюсь, что однажды вы оба проснётесь и осознаете, как много вы друг для друга значите.

— Я так не думаю. Когда-нибудь, через много лет — может быть, но я перестала на это надеяться, когда поняла, что он никогда не остепенится. Вот почему я хотела перебраться в Нью-Йорк. — Она вернулась к окну, откуда было видно дом Торина. Свет всё ещё был выключен. Она снова развернулась ко мне. — Можешь узнать у Торина, планирует ли он подобрать Эндрису нового напарника?

— Он упоминал об этом. У тебя есть какая-то конкретная кандидатура на уме? — Ингрид вздёрнула идеальную бровь. — Например, ты. Ну, то есть, ты никогда не задумывалась о том, чтобы стать Валькирией?

Она скривилась.

— Не особо. Не люблю иметь дело с душами. Но я не против помогать Торину готовить новых Бессмертных. Мне нравится обучать других.

И так она сможет остаться рядом с Эндрисом. Что бы она ни говорила, а он ей нравится. Вот только он продолжает менять мужчин и женщин как перчатки.

Прощаясь с Ингрид, я была уверена в одном: наша небольшая компания постепенно распадается.

Я доделала домашку и спустилась поужинать. Оникс сидела на столешнице и наблюдала за нами. Я отдала ей несколько кусочков своего стейка.

Когда мы ужинали, пришла мама.

— Слезь со столешницы, Оникс! — согнала она кошку. Оникс этому не обрадовалась и очень быстро убежала по лестнице. Мама пошла ужинать с папой, но снова вернулась, когда я мыла посуду. Было без десяти семь.

— Так что это за мальчик, с которым ты собираешься заниматься репетиторством?

— Смертный, которому нужна моя помощь, — кратко ответила я. Феми всё ещё сидела в зоне слышимости.

— Зачем тебе это? Разве у тебя недостаточно своих дел?

— Ему нужна помощь, мам. Я не хочу, чтобы у него были проблемы.

Она внимательно посмотрела на меня и затем вздохнула.