Это меня зацепило.

— Мама мальчика тоже недавно умерла?

— В прошлом месяце после продолжительной борьбы с раком лёгких. Его отец по уши в долгах. — Эндрис тяжело вздохнул. — Так что мы добились его повышения, чтобы ему хватало денег содержать пацана, и заняли его место. После чего анонимный благотворитель оплатил огромный больничный счёт, оставшийся после лечения матери.

— Торин?

Эндрис внимательно посмотрел на меня, мол, а сама как думаешь.

— Я проделал это через одну из его подставных фирм. Я видел, как он даёт деньги родственникам погибших, но никогда тем, кто скоро умрёт. Он даже пообещал Тейлору, что оставит мальчика в команде, несмотря на то, что тот астматик, и другие ребята, как и их родители, не очень-то ему рады. Они терпели его только потому, что его отец был тренером-добровольцем.

Мамочки косо поглядывали на Торина и Джейса. Скорее всего, они завидуют, что их сыновьям тренер не уделят такого внимания.

— Из-за него вы здесь?

Эндрис усмехнулся.

— Нет. Я же сказал, мы пожинаем души после катастроф. Это наша специализация, а не сбор отдельных душ. Не знаю, что именно случится, но это затронет всю команду. Джейс — просто отвлекающий манёвр. — Эндрис нахмурился. — Он талантливый игрок, хотя быстро выдыхается. Другие ребята ему завидуют.

Я снова посмотрела на Торина. Он улыбался, слушая, что говорит Джейс.

— Откуда вы столько знаете о нём? Вы же недавно вернулись к сбору душ после того, что сделали Норны, и тренерами стали только вчера.

— Мы приступили к делу ещё на прошлой неделе, пока ждали, когда граф покажется в Кайвилле. Разведывали. Прощупывали место. Если бы мы и дальше просто зависали тут, нас бы приняли за педофилов, поэтому мы решили устроиться здесь на работу. Всего-то стоило чуть подменить записи и придумать себе фальшивую биографию.

Какая-то мысль не давала мне покоя. Если мама Джейса умерла от рака, значит, она попала в чертоги Хель. И астматик Джейс тоже, скорее всего… Вот засада!

— Джейс ведь не попадёт в Асгард?

— Не-а.

Теперь я понимаю, что имел в виду Эндрис, когда сказал, что Торин изменился. Раньше он дружил только с теми, чьи души собирается забрать.

— Вы сможете тайком его провести?

Эндрис засмеялся, что привлекло внимание окружающих.

— Не, не сможем. Мальчик слишком болезный, он будет сильно выделяться.

Мой отец тоже сильно болен. Значит ли это, что мама не сможет провести его в Асгард?

— Напомни, пожалуйста, как вы узнаёте, кто именно скоро умрёт.

— Мы не знаем. Нам просто сообщают, где надо быть и за какой командой присматривать, и мы это делаем. Пока твой бойфренд общается с ними, я просто жду в сторонке. Мы никогда, никогда не лезем к душам Хель. Как я уже сказал, — он снова выразительно посмотрел на меня, — это ты виновата. Из-за тебя он стал мягким.

Я проигнорировала упрёк. Неужели Торин действительно изменился из-за меня? Да, он уже не тот бездушный Валькирия, каким я встретила его несколько месяцев назад. Но это не значит, что дело во мне. На него очень сильно повлияла вся эта история с его родителями. И если уж говорить про души Хель, то я вчера очень даже влезла.

Я повернула голову, чтобы снова заговорить с Эндрисом, и заметила, как он подмигивает одной из мамочек. Он переглядывался с невысокой брюнеткой с тех пор, как она вошла в ресторан. Не удивлюсь, если он к ней подкатит. Ни одна женщина не устоит перед ним.

Мальчики стали подходить за добавкой, затем ещё раз. Эндрис перешучивался с некоторыми. В другой части помещения Торин ходил от стола к столу, общаясь с игроками, затем с их родителями. Все они внимали каждому его слову. Джейс подошёл к столу и взял ещё несколько кусочков пиццы. Такой робкий мальчик. Он даже покраснел, когда наши взгляды встретились.

— Ты прошёл испытание? — спросил у него Эндрис.

Джейс кивнул.

— Да, сэр.

— Хорошо.

Я уронила челюсть. Вот же обманщик!

— Я тебя насквозь вижу, — прошептала я, как только Джейс ушёл обратно к своему столу. — Не только Торин здесь изменился.

— Я тебя умоляю. Я просто помог пацану с домашкой, пока он ждал отца. У меня не было выбора. Торин в этот момент разговаривал со своим папашкой. Это единичный случай, больше не повторится.

Но я почему-то ему не поверила. Этот мальчик чем-то зацепил их обоих.

— Самый главный фрик тоже уже не такой, каким был прежде.

Он фыркнул.

— Бред. Ты хоть представляешь, сколько душ мы уже пожали? Сочувствовать им бессмысленно. Я просто помогаю Торину. Я вроде как в долгу перед ним.

Я чмокнула его в щёку и поймала взгляд Торина. Он вскинул бровь. Я просто ухмыльнулась. Может, они не будут сильно злиться, когда я поменяю несколько судеб, начиная с Джейса. Плевать, что Норны наблюдают. Будущее этого мальчика стоит того, чтобы его изменить.

— Куда ты меня тащишь? — спросил Эндрис, когда я потянула его за руку.

— Поговорить с Джейсом.

~*~

Я никак не могла добиться видения о Джейсе, что странно. Если Эндрис и обратил внимание на то, как часто я касаюсь мальчика, то ничего не сказал. Он был занят тем, что продолжал переглядываться с той брюнеткой. А вот Торин заметил.

— Ты пыталась увидеть будущее Джейса? — спросил Торин, как только все разошлись. Мы втроём складывали коробки из-под пиццы в мусорку.

— Нет, — соврала я.

Эндрис засмеялся, за что я попыталась наступить ему на ногу. Он увернулся и открыл портал в особняк. Оказавшись в фойе на безопасном расстоянии, он развернулся и сказал:

— Бедный мальчик подумал, что ты к нему липнешь. Всё переживал, как отреагирует тренер.

Я скривилась.

— Хватит выдумывать. Ты вообще ему ни слова не сказал.

Эндрис ухмыльнулся.

— Ты просто не видела его лица, пока лапала его. Ладно, мне пора. У меня свидание с горячей пумой.

— Она замужем! — крикнула я ему вслед, когда портал начал закрываться.

— Уже разведена, — ответил он, и портал исчез. Торин смотрел на меня с нечитаемым выражением лица.

— Ты злишься? — спросила я.

— А это что-то изменит?

Я хотела было кивнуть, но задумалась и в итоге покачала головой.

— Нет. Я просто хотела…

Он закрыл уши.

— Даже слышать не хочу. Делай, что хочешь, но меня в это не впутывай.

Я впала в ступор. Это тот же самый человек, который орал на меня из-за того, что я вошла в мужскую раздевалку и подвергла себя опасности, пытаясь помочь другим?

Торина позабавил мой шокированный вид.

— Идём, поможешь мне убраться.

Эндрис был прав. Торин меняется, и по какой-то причине он хочет спасти Джейса. Распространяется ли это на других ребят из команды?

Мы закончили уборку и открыли портал домой.

— Мне нужно ещё кое-что сделать, но чуть позже я загляну к тебе.

— Передай Джейсу мои извинения за то, что напугала его.

— Передам. — Он хмыкнул, а затем понял, что его раскрыли. — Только не надо проникать в комнаты мальчиков, пока меня нет.

— Обещаю.

Судя по его лицу, он мне не поверил.

~*~

Кошка спала на подоконнике, несмотря на новенькую лежанку у компьютерного стола, которую я купила специально для неё.

Я спустилась вниз на звуки из кухни, где Феми готовила под какую-то передачу по телику.

— Мы с Торином и его футбольной командой уже поели пиццу, — сказала я.

— Знаю, куколка. Ты мне написала. — Она попробовала на вкус то, что было в её кастрюле, и блаженно выдохнула. — И зря, ужин сегодня восхитительный.

Я скривилась, надеясь, что она не видит.

— Ммм, какая жалость. — Она засмеялась. Мы обе знаем, что я ненавижу тушёную рыбу. Жареную или запечённую и посыпанную зеленью — да, но не тушёную. — Мама дома?

— Она с твоим папой.

Когда я к ним заглянула, родители играли в шахматы. Приятно видеть папу таким полным сил. Цвет лица уже не такой серый, как у зомби. Видимо, присутствие мамы хорошо на нём сказалось. Впрочем, она на всех оказывает такой эффект. Или, может, она использует особые руны, чтобы уменьшить его боль. Говоря языком смертных, он был похож на человека, чья болезнь в ремиссии.

— Привет, милая.

Мама похлопала меня по руке, когда я поцеловала её в щёку.

— Кто побеждает? — спросила я, заглянув папе через плечо.

— Твоя мама. — Но его глаза сияли. — Где ты была?

— В Калифорнии.

Он покачал головой.

— Сначала Флорида, теперь Калифорния. Что дальше? Париж?

— Вполне возможно, — пошутила я. Мы обменялись улыбками. Всё ещё не могу привыкнуть, с какой лёгкостью я теперь могу перемещаться из одного места в другое без всяких транспортных средств. Мне нравится это, но в то же время как-то не по себе. Это ещё одно подтверждение тому, что я уже не такая, как нормальные люди.

На прошлой неделе после битвы с Бессмертными, мы отправились во Флориду на пару дней. Многие родители переживали бы, успеем ли мы взять билеты на самолёт или как ещё туда поедем. Мы же просто арендовали домик на пляже на выходные и переместились туда порталом. Мы могли бы вернуться на ночь сюда, но нам не хотелось быть в Кайвилле после стычки с Бессмертными.

— Что там в Калифорнии? — спросил папа, внимательно глядя на меня.

Мне не хватало этого все эти месяцы, пока отец был прикован к постели. Он умел делать так, что все мои дела, какими пустяковыми они ни были, казались значимыми.

Ухмыльнувшись, я обошла его и присела на подлокотник кресла.

— Торин тренирует юношескую футбольную команду академии «Гэлэкси». А ещё подменяет учителя математики в старшей школе для мальчиков имени Сесара Чавеса.

— Бедные дети, — пробормотала мама.

— Почему? — не понял папа. Его взгляд метался между мной и мамой.

Мама посмотрела на меня.

— Ты скажешь или я?

Рассказать моему умирающему отцу о том, как пожинают души? Ну уж нет. Я всё ещё не свыклась с мыслью о его неминуемой смерти. Я покачала головой.

— Торин и Эндрис отправились туда, чтобы забрать души этих мальчиков, — пояснила мама.

Папа нахмурился.

— Ох.

Мы с мамой переглянулись. Он подумал о своём состоянии?

— Я мог бы и сам догадаться, — медленно произнёс он, словно ещё продолжая переваривать новую информацию. — Он сдружился с плавательной командой перед происшествием у бассейна, а затем присоединился с футбольной командой перед второй катастрофой. Ты уже знаешь, кто умрёт в Сиэтле, Свана?

В его голосе звучало скорее любопытство, чем грусть, но мамины глаза наполнились слезами. Мне лучше уйти, пока я к ней не присоединилась. Я очень легко могу разрыдаться, но не хочу оплакивать отца, пока он ещё жив.

— Мне нужно домашку сделать, увидимся позже.

Я чмокнула папу в щёку и обогнула стол, чтобы поцеловать маму, которая с огромным трудом пыталась взять себя в руки. Из них двоих я ближе к более уравновешенному папе. Маму слишком сильно шатает от одних эмоций к другим.

Я обняла её и прошептала:

— Ему уже намного лучше, мам. Благодаря тебе. Потому что ты здесь, рядом с ним, так что прошу тебя, не плачь.

Она крепко обняла меня и замерла. Она в принципе любит долгие объятия, но, подозреваю, что в этот раз она делала это, чтобы успокоиться. Отстранившись, она улыбнулась. Расплакаться ей больше не грозило.

— Спасибо. Иди уже. Домашка сама себя не сделает.

— Почему мне нельзя бросить школу, как это сделали Торин и Эндрис? Не то чтобы мне в будущем понадобится корочка. — Не знаю, кого я шокировала больше: папу или маму. — Просто шучу. Конечно, я пойду в колледж, получу хорошее образование, потом изменю миру и всё такое… — Они переглянулись и одновременно уставились на меня. Я вскинула руки. — Ой, забейте!

Я вышла из комнаты. Феми нашла меня, когда я поднималась по лестнице. Они с мамой перемещались с этажа на этаж через порталы, но я хотела делать хотя бы некоторые вещи как обычный человек.

Комок Шерсти, растянувшись на подоконнике, смотрела, как я достаю учебники из рюкзака.

— Скучала по мне? — спросила я.

«С чего бы? Ты не делаешь ничего интересного. Даже близко. Никаких зелий, заклинаний. А стихийная магия скучна до безобразия».

Она положила голову на передние лапы, закрыла глаза и вздохнула.

— Как ты так хорошо выучила английский?

Она подняла веки и долго смотрела на меня, словно решала, отвечать мне или нет.

«Я посмотрела все фильмы, отснятые за последние сто лет. И свободно говорю на большинстве языков мира».

— Сто лет? А сколько тебе?

«Женщин о возрасте не спрашивают».

Я закатила глаза.

— Ты кошка, Комок Шерсти, а не человек.

«Хватит называть меня этой дурацкой кличкой. Я старше и мудрее тебя. Тебя мама-Валькирия не учила уважать старших?»

— Ах да, наверное, по кошачьим годам.

«По смертным годам, Норна».

— Не называй меня так. — Я села за домашку, но всё ещё чувствовала на себе её взгляд. Прочитав одну и ту же строчку дважды, но так ничего и не поняв, я вздохнула и посмотрела на кошку. Она сидела. — Что?

«Когда мы уже займёмся чем-нибудь интересным?»

— Я постоянно занимаюсь чем-то интересным. — Она запрыгнула на стол и заглянула в раскрытый учебник. — Дай угадаю. Ты ещё и читаешь почти на всех языках.

«Нет. Я не училась ни читать, ни писать. Что ты делаешь?»

Я вздохнула.

— Домашку по математике. Иначе оценки испортятся.

Кошка уселась прямо на учебник и воинственно взглянула на меня.

«Богиня многим рисковала, чтобы привести меня сюда. Ты должна практиковать магию и думать, как решить проблему с Норнами, а не тратить время на всю бессмысленную ерунду, что придумали смертные».

Я перестала слушать после первого же предложения.

— Чем она рисковала? Зачем ей вообще помогать мне? Ты говорила, у неё есть на то причина.

Кошка пожала плечами (насколько это возможно без плеч).

«А когда это боги что-либо делали без причины? Они преследуют собственные интересы. Большинство из них, по крайней мере. То, что я кошка, ещё не означает, что я ничего не вижу и не слышу».