Когда они вошли в Ферн, Розмари резко свернула налево и направилась к большой стойке администратора. Она не упустила из виду, как лоза дёрнулась и захлопала, когда она сорвала фонарь со стены, словно растение-страж было решительно не согласно с вандализмом, но ей нужен был свет. Генри задержался у перил, увидев, что делает Розмари. Заметив, как она дёргает запертые ящики в намерении добраться до вещей Уны, он ужаснулся, а его брови взлетели вверх.

– Что ты делаешь?

– Разговариваю с гремлинами, – ответила она, не глядя на него.

Розмари поставила фонарь на край стола и опустилась на колени. Она посмотрела на странный замок на верхнем ящике. Если бы у неё был письменный стол, такой же длинный, то узкий ящик был бы тем местом, где она хранила бы самые важные бумаги. Она могла ошибаться, но у замка были зазубренные края и тонкая кривая, как будто ему нужен был закруглённый ключ с солнечными лучами. Она засунула руку в карман и достала монету Светлых. На вид это не был идеальный вариант, но она была достаточно закруглённой, чтобы войти в замок.

Она повернула её, и, к её удивлению, замок начал поворачиваться.

– Роуз… – предостерёг Генри, но на этом остановился.

Его голос звучал так, будто он понимал, что должен остановить её, но он хотел увидеть, что скрывает Уна, так же сильно, как и Розмари. Он сделал шаг ближе к свету свечи.

Через три поворота ящик открылся с приятным щелчком.

Розмари представляла, что листы бумаги вывалятся, как плотина, не сдержавшая напор воды, но внутри оказалось лишь одно письмо. Она схватила сложенный лист бумаги и развернула его на письменном столе, теперь и она, и Генри могли прочитать сообщение.

Дорогая Уна!

Спасибо за Вашу доброту, пока я учился в Ферн, но я не могу оставаться здесь больше. Здесь небезопасно, учитывая состояние миров. Светлое королевство планирует изменить мир, и я думаю, что смогу помочь. Если Ферн нашла Розмари в мире людей, то у меня есть основания полагать, что Ферн всё ещё там. Я на три желания от того, чтобы всё исправить. Пожалуйста, не ищите меня, так как для всех будет безопаснее, если это оставят джинну.

Пожалуйста, не сердитесь на меня. Передайте мои извинения мисс Амандe.

Искренне ваш,

Эсидор

Генри долго и неловко смотрел на страницу.

– Я… я полагаю, это школа, а не тюрьма. Если он ушёл сам, учителя не могли заставить его остаться.

Молчание Розмари было ощутимо в комнате, пока она смотрела на последнее слово в письме.

– Нет, – тихо сказала она. – Ты прав. Они не смогли бы удержать его, если бы это действительно было то, что он хотел. Но Эсси не писал это письмо.

* * *

Как только Розмари взяла с Генри клятву хранить тайну, она вернула письмо на место и поднялась наверх, чтобы увидеть свою соседку по комнате. Когда она вошла в их комнату, Уиглз сидел на плече Трим, и они оба рассматривали какой-то листок бумаги при тусклом мерцании свечи.

Напряжение между Розмари и Трим натянулось так сильно, что было похоже на воздушный шарик, который готов был лопнуть от малейшего укола. Как только он взорвётся, они либо исцелятся, либо будут навсегда сломлены.

– Что у вас там? – спросила Розмари.

Она сглотнула, изо всех сил стараясь не дать голосу дрогнуть от нервного тика, и стала ждать ответа соседки.

Трим показала картину, которую не имела права красть. Розмари нарисовала её в одну из многих бессонных ночей, а потом смяла и бросила в мусорную корзину. Она не ожидала увидеть её снова.

– Это я нарисовала в свою первую ночь в Ферн. Когда я впервые встретила Эсси, у меня было видение, которое я пыталась остановить. Там были все эти огни и цвета…

Трим наклонила картину.

– Это связано с Эсси?

Розмари кивнула:

– Все учителя верят, что Эсси отправился на задание в одиночку, чтобы спасти мир. Но есть проблема.

Брови Трим сошлись на переносице.

– Откуда ты…

– Генри и я взломали стол Уны и нашли письмо, в котором утверждается, что Эсси отправился в мир людей, чтобы помочь Светлому королевству с их планом. Но есть одна проблема: он не писал это письмо, – решительно сказала Розмари. – Эсси ненавидит своё полное имя. Он никогда бы не подписался Эсидором. Там есть и другие странности. В мою первую ночь здесь он сказал мне, что не верит в разделение на Светлых и Тёмных. Он никогда бы не утверждал, что у Светлых есть ответы, чтобы всё исправить. И я не единственная, кто ищет ответы. Генри ходил поговорить с гремлинами в лесу и нашёл ту монету.

Челюсть Трим отвисла.

– Я оставила тебя одну всего на полдня! Как ты…

Розмари подавила все болезненные эмоции и сказала:

– Мне некуда пойти, если эта школа потерпит неудачу. Очевидно, что-то не так не только со школой, но и с учениками. И если мы хотим спасти это место, мне нужно, чтобы мы могли помочь друг другу. Могу ли я тебе доверять?

Трим жестом попросила Розмари закрыть дверь, а затем ответила:

– Расскажи мне всё.

* * *

Ей казалось, что она упала в ведро с радужными огнями, запахами, образами и звуками. И пока она пыталась найти опору, вдруг жар обрушился на неё. Дикая музыка, крики и смех сыпались один за другим, Розмари пыталась сосредоточиться на чём-то одном.

Должно быть, это кошмар.

Слишком жарко. Слишком громко. Слишком ярко. Слишком безлюдно. Шар света окутал её оттенками красного и жёлтого, когда кто-то потянул её вперёд. Она нахмурилась, увидев загорелую руку, которая держала её, и медленно подняла глаза на человека, которому она принадлежала.

– Давай, – настаивал Эсси сквозь сжатые зубы. Его оливковая туника была пропитана потом. – Они нас поймают.

Она даже не осознавала, как быстро они движутся, пока не поняла, что подгоняло Эсси. Они бежали – нет, мчались – к деревьям рядом с вольером для животных. Розмари осмелилась взглянуть через плечо и увидела двух мальчиков: на их лицах были злобные усмешки, а обувь громко стучала по земле, когда они бежали.

– Поторопись! – сказал кто-то другой. Она узнала голос, но не могла увидеть, кто говорит.

Эсси остановился так резко, что Розмари врезалась в него, и они оба упали на землю.

– Мы обречены, – мрачно сказал Эсси.

Трим сжала руки в кулаки.

– Нет, мы не обречены, – ответила она решительно. – Прикрой уши.

Розмари глубоко вдохнула горячий летний воздух, но вместо этого раздался другой звук. Это был не её голос. Это было что-то громкое. Что-то ужасное. Что-то, похожее на землетрясение, на рушащуюся гору, на взрыв и на высокий, громкий крик.

Она попыталась поставить Эсси на ноги, когда паника охватила её, но её друга уже не было.

Розмари вскочила с постели, задыхаясь, прижимая руки к ушам. Она спала в берушах, но они могли только спасти её жизнь. Они не могли полностью блокировать крик, который сотрясал её до костей. Потея и тяжело дыша, она продолжала закрывать уши для защиты, в это время Трим успела выпутаться из своих простыней. Соседка по комнате смотрела на неё такими широко открытыми и белыми глазами, что они отражали лунный свет, пробивающийся через окно.

Трим понадобилось тридцать секунд, чтобы отдышаться, после она поспешила зажечь свечу у своей кровати. Она прикрыла пламя рукой, чтобы оно не погасло, пока она бежала к свече Розмари. Трим хотела зажечь обе свечи, чтобы можно было читать по губам посреди ночи.

– Мне снился сон об…

– …Эсси. – Трим закончила предложение за неё.

Рукавом своей рубашки Розмари вытерла пот, выступивший у неё на лбу после кошмара. Трим была рядом. Она была в безопасности. Она была в порядке.

– Мы не были в Ферн. – Розмари пыталась сделать вдох. – Это было где-то с…

– Без людей? Много света? – спросила Трим. – У меня тоже. Это не может быть совпадением.

Она посмотрела Розмари в глаза, пока та пыталась восстановить дыхание после кошмара.

Розмари побледнела.

– Я вижу, как люди умирают. И мой сон закончился криком. Твоим криком.

Трим кивнула:

– Банши предупреждают людей о том, что они умрут. Ты видишь, как это происходит. Я вижу когда. Вместе… Ты думаешь, судьбу Эсси можно передать в руки пары бунтующих Тёмных?

Розмари скривила лицо.

– Ты намекаешь, что Тёмные существа не могут этого сделать?

– Напротив, – сказала Трим с улыбкой. – Я думаю, именно поэтому нам нужно попробовать.

– Можем ли мы это остановить? – спросила Розмари.

Им обеим приснился Эсси, да. Но, возможно, Эсси не единственный был в беде. Она не знала, что происходит со школой, но если её друзья в опасности, то то, что началось с Эсси, может не закончиться только на нём. Розмари собрала свою смелость и спросила:

– Если я вижу, как это происходит, а ты видишь когда… можем ли мы остановить это?

– Я не знаю. – Трим покачала головой. – Я никогда не слышала о чём-то подобном.

– Ну, – бросила Розмари с вызовом, – из чего ты сделана?

Трим проморгалась. И снова посмотрела на её губы, будто неправильно прочитала по ним.

– Я наполовину фея и наполовину человек, и…

– Это поговорка из мира людей, – объяснила Розмари. – Сегодня ты обвинила меня в том, что у меня нет личности.

– Роуз, – начала Трим.

Розмари подняла руку, чтобы прервать её.

– Сейчас не время это обсуждать. Я не трусиха. Я не сделана из желе. И я умная. Но самое главное, я могу пройти через всё. Я уже делала это раньше. И я сделаю это снова. Я сделана из чего-то сильного. Чего-то твёрдого. Чего-то неразрушимого. Из чего сделана ты?

Трим протянула мизинец.

– Из упорства и стойкости?

– Из упорства и стойкости. И мы должны что-то сделать.

– Что ты предлагаешь? Объяснить наш сон учителям и надеяться, что они нам поверят?

– Учителя уверены, что Эсси ушёл сам. Они не могут нам помочь, пока мы не докажем, что что-то не так. Лучший способ сделать это – вернуть Эсси и заставить его рассказать им, что именно произошло.

– Тогда чего мы ждём? – спросила Трим и погасила свечу.

Розмари не нужно было больше убеждать. Они уже потратили достаточно времени впустую.

Они оделись при лунном свете – просто натянули одежду предыдущего дня. Трим высыпала всё из рюкзака Розмари на кровать, а затем наполнила его несколькими мелочами, назначение которых Розмари не совсем поняла. Её соседка накинула рюкзак со странными вещами на плечи, затем прижала Уиглза к себе и поцеловала. Она открыла окно, заставила его пообещать вести себя хорошо и наблюдала, как он с лёгким шлепком прыгает с их спальни на крышу, а затем быстро скользит вниз по водосточной трубе. Девочки натянули обувь и бесшумно открыли дверь. Трим жестом попросила Розмари пойти первой, потому что она могла проверить лестницу: какие ступеньки скрипят, а какие нет.

Прежде чем они ступили на последнюю ступеньку, Розмари обернулась к Трим. Она не знала, как показать, и не была уверена, что её подруга сможет прочитать по губам при лунном свете. Она настойчиво указывала на дикий, запутанный виноград, который охранял выход.

Трим посмотрела на лозу, затем кивнула. Она жестом позвала Розмари следовать за ней по коридору и на цыпочках направилась к гостиной. Лунные мотыльки были во всей красе: они порхали вокруг книг и диванов, каждый взмах их крыльев отражал бледный серебристый свет. Только привычно потрескивал камин, зажжённый на всю ночь. Розмари не знала, какой план был у Трим, но ждала, затаив дыхание.

Они вместе подошли к окну, Трим приоткрыла его. Она посмотрела на Розмари строгим, настойчивым взглядом, приложив руку ко рту, как будто собиралась рассказать секрет. Затем она показала пальцами букву «У», а затем ткнула указательным пальцем в середину груди Розмари.

Розмари начала качать головой, чтобы сказать, что она не понимает, тогда Трим повторила жесты снова и снова.

– Ты хочешь, чтобы я позвала Уиглза?

Ободряющий кивок Трим был смесью радости и облегчения.

Розмари прижала пальцы к стеклу и наклонилась к щели, затем начала тихо звать сибу. Потребовалось несколько попыток, прежде чем шелест кустов дал ей понять, что что-то приближается. Через мгновение пухлощёкий, розовоухий зверёк, похожий на белку, обхватил крошечными лапками подоконник. Он поднялся, сначала показав широко раскрытые глаза, чтобы моргнуть ими, а затем быстро побежал по подоконнику в гости-ную.

Трим прижала его к груди, а затем отстранилась, чтобы серьёзно посмотреть на него.

– Уиглз, мне нужно, чтобы ты отвлёк лозу.

Уиглз наклонил голову, подёргивая пушистым ухом.

Розмари сжала руку Трим, вопросительно взглянув на неё.

– Я тебе говорила, – сказала Трим, – сибу очень умные.

Затем, обращаясь к сибу, она подчеркнула:

– Нам нужно выбраться из дома, но у нас не получится, если лоза будет охранять дверь. Ты можешь помочь нам это сделать?

Уиглз подёргал носом, а затем кивнул.

Возможно, где-то в этой волшебной гостиной с многочисленными книгами о магических животных была такая, из которой она могла бы узнать всё о подобных Уиглзу, но вопросам о сибу придётся подождать. Зверёк побежал по коридору, а девочки последовали за ним. Они прижались к стене, держась в тени, затем вышли из коридора в самый тёмный угол атриума. Фонтан журчал на заднем плане, и единственным посторонним звуком были мягкие шаги обезьяньих рук и ног по ковру, когда Уиглз подходил к двери. Сердце Розмари забилось быстрее, когда он сделал несколько осторожных прыжков вперёд и коснулся листа.

Лоза дёрнулась и начала шевелиться, паника охватила Розмари. Лоза проснулась, и их обнаружили. Всё кончено. Она глубоко вздохнула, ожидая, что её поднимет обратно в спальню очень строгое растение.

Но вместо этого листья повернулись к сибу, будто всё растение смотрело в его сторону. Сибу сделал несколько прыжков от двери, а затем потянул за лист своими крошечными, обезьяньими пальцами. На этот раз растение дёрнулось в сторону.

Теперь Уиглз полностью завладел вниманием лозы. Уиглз запрыгал на кухню, и та развернулась, как змея, следуя за ним. Петли и завитки, которые только что ловили их, распрямились и поползли по стене дома, преследуя озорное существо.

Трим и Розмари обменялись взглядами, когда растение ушло от двойных дверей. Зелёные верёвки продолжали следовать за Уиглзом, а он продолжал дёргать лист за листом, прыгая на кухню. Наконец Уиглз бросился на лозу, вцепившись зубами в ближайший стебель, и коридор пришёл в движение.

Всё растение пришло в движение, как приливная волна, интенсивно двигаясь. Каждый зелёный лист бросился на сибу. Уиглз исчез в облаке меха, когда свернул за угол на кухню. Розмари так бы и стояла неподвижно в тенях, если бы Трим не дёрнула её вперёд. Они вывалились через парадную дверь и помчались по газону на всей скорости. Трим была быстрее, но она не отпускала руку Розмари, пока они бежали. Яркая перламутровая луна не давала им укрыться, когда они неслись к лесу. Визги и вопли откуда-то позади дали им понять, что шум разбудил дом. Розмари никогда в жизни не бегала так быстро. Её лёгкие горели, когда она и Трим бежали к лесу.

Она обернулась через плечо, чтобы посмотреть, не преследует ли их кто-нибудь, но это дорого ей обошлось. Её нога зацепилась за что-то невидимое, и она взлетела в воздух.

Она была не одна. Рядом с ней Трим также распласталась на сосновых иголках там, где яркий лунный свет встречался с тёмным покровом леса. Удар оторвал их друг от друга, заставив Трим отпустить локоть Розмари. Розмари застонала, когда перевернулась на бок. В нескольких футах от неё Трим издала похожий недовольный звук.

Не успела Розмари понять, обо что они запнулись, как что-то схватило её за шиворот рубашки. Их обеих подняли на ноги в лунном свете. Появилось разгневанное лицо Оуэна, яркая луна освещала его движения. Он отпустил их и уставился с разочарованием рассерженного брата.