- Серьезно? За волосы? - воскликнул Шарстед, вздрогнув. - Это довольно оскорбительно по отношению к невиновному человеку, не так ли?
Рагуил поднял глаза и радостно улыбнулся.
- Оскорбительно по отношению к проститутке?
Теперь обнаженная женщина наполовину вылезла из ванны, подняв бедра вверх. У Шарстеда не было другого выбора, кроме как заметить, что на ее лобке росла пышная прядь вьющихся волос.
- А так оскорбительно? - Рагуил пошел дальше, теперь он схватил женщину за лобковые волосы и вытащил ее из ванны.
Шарстед поморщился.
- Я не знал, что ангелы могут быть такими женоненавистниками...
Рагуил отпустил свою хватку; тело женщины мокро шлепнулось на кафельный пол.
- Женоненавистник? И это я слышу от выдающегося светила, который совсем недавно пнул женщину - твое слово, а не мое - в "киску". О, ради всего святого, мистер Шарстед. Расслабься. Поверь мне, эта вырубленная шлюха ничего не чувствует, - он сделал паузу для эффекта. - А теперь, пожалуйста, брось этот камешек в горячую ванну, где мистер Ван Хоутер наслаждается последними минутами своей жизни. Я немедленно сниму Заклинание пареза.
Шарстед не мог представить, чего ожидать. Он вздохнул, выдохнул и бросил камешек в горячую ванну.
ПЛЮХ!
За то время, которое нужно кому-то, чтобы щелкнуть пальцами один раз, вода в гидромассажной ванне яростно закипела. Огромное белое облако пара поднялось вверх и было настолько горячим, что Шарстеду пришлось отшатнуться. Крики мистера Ван Хоутера звучали так громко, что казалось, будто из него вырывали сокровенную душу. Мужчина за считанные секунды покраснел до цвета омара, опух с головы до ног и покрылся волдырями. Маниакальные конвульсии превратили его в подпрыгивающий и визжащий буй агонии. Его радужки стали матово-белыми, как сваренное вкрутую яйцо. Движимый муками проклятых, Ван Хоутер содрогнулся, пытаясь выползти из ванны.
- Он выползает! - воскликнул Шарстед.
- И что нам делать, когда он выползет, мистер Шарстед? - Рагуил еще раз подмигнул. - Мы просто затолкнем его обратно!
Шарстед не слишком обрадовался этой перспективе, но затем его оценка изменилась, когда он вспомнил о шести новорожденных младенцах, подвешенных на струне рояля. Он поднял правую ногу, приложил нижнюю часть своих кроссовок на липучке к дымящейся голове Ван Хоутера, толкнул его и...
ПЛЮМ!
...и тот обратно ушел в бурлящую воду. Несколько мгновений спустя миллионер изображал "поплавок мертвеца" в яростно бурлящей воде. Вся макушка его головы представляла собой мокрый, покрытый волосами волдырь.
Еще одним щелчком пальца вода перестала кипеть; фактически, даже жар больше не ощущался.
- Я бы сказал, что с мистером Ван Хоутером покончено, - сказал Рагуил, потирая руки.
Оставшийся аромат напомнил Шарстеду куриный суп с лапшой, приготовленный его дорогой бабушкой.
Рагуил указал на середину ванны.
- Теперь, боюсь, мне придется попросить тебя принести камешек, но тебе не о чем беспокоиться, вода теперь комнатной температуры.
Шарстед поколебался, но затем пожал плечами.
"Он еще ни разу меня не обманул". Поморщившись, он шагнул в теплый, богатый белком суп, который был водой, и прошел мимо плавающего тела Ван Хоутера. Боковой взгляд давал идеальный ракурс, чтобы увидеть, что предыдущая сверхвысокая температура вытолкнула кишки трупа через рот. Они бледно плавали, как огромная лапша удон.
Хуже того, произошла некоторая диспропорция плавучести - возможно, предсмертные газы - и это заставило труп Ван Хоутера перевернуться в воде животом вверх. К счастью, сознание Шарстеда не позволило ему взглянуть на лицо покойного, но случайно он все же уловил невольный взгляд на мошонку мужчины...
"Оу, черт! - Шарстед задумался. - Посмотрите только на его мешок с яйцами!"
Который уже раздулся до размеров волейбольного мяча, но, увы, это был темно-бордовый волейбольный мяч. Температура воды была настолько сильной, что "мешок с яйцами" Ван Хоутера залился кровью. А потом кровь превратилась в полутвердое пюре.
Именно тогда Шарстеда сильно вырвало в воду. Выругавшись, он наклонился, взял камешек и выпрыгнул обратно.
- Спасибо, - сказал Рагуил. Он положил камешек обратно в "ящик для инструментов". - Его можно использовать только каждые семьдесят семь дней - ему нужно время для перезарядки.
- Какой... насколько большой бассейн эта штука сможет довести до кипения?
Рагуил улыбнулся.
- Ты действительно хочешь это знать, мистер Шарстед?
- Ну да, я так думаю. Типа бассейна общего типа?
Рагуил, все еще улыбаясь, покачал головой.
- Больше.
- Может быть, бассейн олимпийских размеров?
- Нет, мистер Шарстед. Ты думаешь слишком мелко. Попробуй озеро Верхнее. А если ты хочешь увидеть реальное изменение климата, брось этого маленького придурка в Северный Ледовитый океан и посмотри, что произойдет.
"На заметку, - подумал Шарстед. - НЕ делать этого".
Рагуил одобрительно кивнул в сторону алого трупа Ван Хоутера.
- Я рад сообщить, что наш друг пропустит свою маленькую вечеринку в канун Рудмаса.
- Да, но подожди минутку, - заметил Шарстед. - Там были и другие сатанисты. Откуда ты знаешь, что они и дальше не будут вешать этих младенцев на рояльной струне?
Рагуил посмотрел на свои часы и обнаружил, что это часы с Микки Маусом.
- Ты можешь быть уверен, что к настоящему времени все приспешники мистера Ван Хоутера уничтожены - как я считаю, правильным сказать - устранены.
- Кем?
- Кем? Другими исполнителями.
Это вызвало любопытство Шарстеда.
- О, так я не один такой.
- Это определенно так, мистер Шарстед. В тот момент, когда Небесный Конгресс получил добро на новый закон, каждый Калигинавт на Небесах был отправлен на Землю для набора исполнителей. Что это была за замечательная старая песня Джерри Ли Льюиса? "Будет много резни!" - тогда Рагуил посмотрел туда и сюда, взял себя в руки, похлопал себя по груди и сказал: - Нам пора идти, но прежде чем мы уйдем, мне нужно, чтобы ты вытащил нашу бедную проститутку на балкон и бросил ее через перила.
Шарстед отреагировал так, будто его ударили по голове.
- Что? Нет! Я этого не сделаю! - он посмотрел на блондинку, средних лет женщину без сознания с настоящей копной лобковых волос цвета ириски. - Это не правильно! Она не виновата! Она не заслуживает смерти!
Рагуил глубоко вздохнул.
- Будь добр, мистер Шарстед, успокойся. Я шучу. Неужели все веселье вытекло из этого пустынного мира? Давай перейдем к нашей следующей прогулке, - он внимательно посмотрел на Шарстеда.
- Это будет наш последний вечер, после которого я - как я считаю, правильным - отпущу тебя одного к твоим новым божественным обязанностям...
Шарстед последовал за Рагуилом из большой спальни Ван Хоутера, повернулся и сразу же оказался в ярко освещенном и очень стерильном коридоре с кафельным полом, где Рагуил стоял, согнувшись, свисая своим огромным животом, и неоднократно дергал ручку торгового автомата. Затем из автомата он собрал не менее семи батончиков "Кит-Кат".
- Серьезно? - спросил Шарстед в замешательстве. - Ты собираешься съесть семь "Кит-Катов?"
Рагуил нахмурился, как будто оскорбленный резкой клеветой.
- Ну, мистер Шарстед, я проголодался, и эти батончики "Кит-Кат" вполне меня удовлетворяют.
- Да, конечно, но... семь?
- Семь - это священное число, а шесть доказывает число ошибки - число Люцифера. Это число вечной тьмы. Семь - число вечного света.
"Мы говорим о чертовых шоколадных батончиках!" - Шарстед ворчал про себя.
- Ты хотя бы заплатил за них?
- Конечно, нет...
- Значит, ты их украл. Разве такой пример должен подавать ангел?
Толстые губы Рагуила сморщились.
- Бог создал этот мир для тебя, для людей. А раз я служу твоему Создателю, значит, я могу пользоваться всем, что предусмотрел для тебя Бог. Это разумно, мистер Шарстед?
- Дай мне понять это правильно. Бог сказал, что ты можешь воровать батончики "Кит-Кат"?
- Да, мистер Шарстед, так и было. Он также сказал, что я могу истребить любого человека, которого захочу. Если человек действует мне на нервы, то я могу стереть этого человека с лица этой прекрасной планеты. Удалось ли мне удовлетворить твое любопытство?
Шарстед быстро замолчал.
- Ах, да, да. Я просто теоретизировал. Не хотел действовать тебе на нервы.
- Хорошо, - Рагуил начал есть свои батончики "Кит-Кат" по два за раз.
Они исчезли через минуту.
"Какой обжора..."
- Я слышал это, мистер Шарстед.
"Черт возьми!"
- Нет, я сказал, что жажду наказать очередного ублюдка!
- Ааа...
- Так где мы сейчас находимся? - дальше по коридору он увидел что-то похожее на пост медсестры. - Это больница?
- Да, это так, и у нас прямо за этим углом срочная встреча...
По дороге они прошли мимо нескольких врачей с пресловутыми стетоскопами, нескольких медсестер, уборщика, катящего ведро к следующему занятию, и санитара, мчащегося по коридору, толкающего на каталке иссохшего старика. Тотем-невидимка Рагуила продолжал работать как амулет, скрывая их.
Примерно через десять ярдов они остановились у другого поста медсестры.
"Мама миа", - подумал Шарстед, глядя на нескольких медсестер.
Они стояли столпившись вокруг стойки регистрации, болтали и показывали друг другу фотографии на своих телефонах. Их было трое, и их существование демонстрировало настоящий тройной идеал женской красоты XXI века.
"Проклятие! - подумал Шарстед, заметив, что пялится на них в упор. - Сиськи, жопы и кричащие верблюжьи лапки. Что со мной такое?"
- Перестань жаждать этих медсестер, - предупредил Рагуил. - Это не куски мяса, которые служат топливом для мастурбации. Они творения Бога, и с твоей стороны непристойно и невоспитанно проецировать на них свою безудержную похоть. Ты оскорбляешь свою дружбу с Господом.
"Творения Божии, ладно. Но я готов поспорить, что эти девки видели больше членов, чем Сторми Дэниелс".
- Да, конечно, но посмотри на них.
- Я серьезно, мистер Шарстед. Пожалуйста, выслушай меня внимательно, - Рагуил неосознанно щеголял пятном шоколада "Кит-Кат" в уголке рта, что полностью узурпировало его усилия подчеркнуть серьезность ситуации. - Ты когда-нибудь слышал о боеголовке Whiskey 79?
Это усилило внимание Шарстеда.
- Нет, но... это звучит нехорошо.
Послышался крошечный щелчок, когда Рагуил внес некоторые коррективы в Сканер Богохульств. - Смотри в оба глаза, как, кажется, говорят британцы.
- Что? В оба...
- Просто посмотри уже!
Шарстед заглянул в отверстия и увидел резкое изображение чего-то, похожего на артиллерийский снаряд, стоящий дыбом. Снаряд был окрашен в ровный оливково-серый цвет, имел белую полосу вверху и блестящий черный кончик. Когда Шарстед прищурился, изображение увеличилось до какой-то трафаретной надписи на боковой стороне корпуса, которая очень четко гласила: СОБСТВЕННОСТЬ АРМИИ США, ОДНА ЕДИНИЦА - W79 AFAP - МОЩНОСТЬ СЕЛЕКТИРУЕМАЯ, 1,1-100 КТ - ВЗРЫВНАЯ СИЛА - M735 - СЕЛЕКТИРУЕМАЯ.
- Э-э-э... - произнес Шарстед. - Мне не нравится то, что я вижу...
Наконец Рагуил вытер шоколадное пятно и слизнул его с пальца.
- Это устаревший ядерный артиллерийский снаряд, мистер Шарстед. Более пятисот экземпляров были изготовлены и хранились на складах в течение многих лет, но в начале девяностых годов они были демонтированы в Техасе в рамках соглашения о разоружении. Конечно, ты не удивишься, узнав, что твое вероломное правительство тайно создало гораздо больше, более совершенных подобных боеприпасов. Как бы то ни было, и, как я уже говорил, около пятисот штук было демонтировано, но один, боюсь, был ловко скрыт предприятием, желающим причинить как можно больше вреда...
- Террористы, - предположил Шарстед.
- Нет, хуже. Сатанисты. Через тридцать четыре года украденная боеголовка будет взорвана в подсобном помещении канцелярского магазина недалеко от Белого дома. В этом будут виноваты красные китайцы, - одна бровь Рагуила взлетела вверх, совсем как у мистера Спока. - Можешь ли ты предположить, что произойдет дальше?
Нижняя губа Шарстеда задрожала.
- Э-э-э... Третья мировая война?
- Да, мистер Шарстед. Третья мировая война. Десятки миллионов умрут. Целые города будут разрушены. Целые культуры будут по существу уничтожены. И все из-за одного человека, одного слуги Люцифера.
- Поэтому мне придется убить этого парня, прежде чем он это осуществит, - подсчитал Шарстед.
- Да.
Шарстед кивнул.
- Хорошо. Очень просто. Дай мне его.
Именно здесь Рагуил показал улыбку, которая показалась ему совершенно гнусной.
- Твой энтузиазм заслуживает похвалы. Следуй за мной, он здесь.
Однако желудок Шарстеда резко упал, когда он заметил табличку на стеклянной двери, мимо которой они собирались пройти.
РОДИЛЬНОЕ ОТДЕЛЕНИЕ.
"О, нет! Еще один ребенок..."
По комнате было расставлено не менее двадцати маленьких родильных кроваток, и в каждой из них лежал пухлый комочек радости, завернутый в подгузник.
Шарстед посмотрел на все эти милые мордашки.
"И мне придется убить одного из них. Могу ли я действительно это сделать?"
- Нет ничего легкого, мистер Шарстед. Если не веришь мне, спроси Иова, спроси Даниила, спроси святого Игнатия. Последний был приговорен к растерзанию голодными собаками за восхваление Иисуса и отказ поклониться нелепым римским богам. Но римляне предоставили ему выбор. "Отрекись от Иисуса, и ты будешь прощен. Ты можешь уйти свободно". Святой Игнатий сказал "нет". И его бросили собакам с улыбкой на лице. Это трудно сделать, даже труднее, чем то, о чем я тебе рассказал.